Пиво на разных языках мира: Я Люблю Пиво, на разных языках мира!: alex_inside — LiveJournal

Содержание

Я Люблю Пиво, на разных языках мира!: alex_inside — LiveJournal

How would you say in your language — I LOVE BEER?

Таким вопросом я задался буквально через 2 недели после создания этого дневника… Я хотел узнать у людей разных национальностей, как на их языке будет звучать фраза «Я ЛЮБЛЮ ПИВО». Вот материал, который я успел собрать (в случайном порядке), но не только в жж, но и из оффлайна, как например Монгольский, лол.

(Транскрипция тут немного не в обычном понимании. На латинице тут больше произношение фразы английскими слогами. Поправьте если где-то не достаточно ясно произношение или написание.)

learn_languages

Русский:
Я люблю пиво
[ya l’u_blu peevo]

Английский:
I love beer

Эстонский:
Ma Armastan Õlut
[ма армастан ылут] Õ = Ы
[ma Armastan Yiloot]

Украинский:
Я люблю пиво
только пиво читается как [пыво]

Латвийский:
Man garšo alus
[ман гаршО алус] š = ш
[man gar_scho a_loos]

Монгольский:
[бии пииво оох до’ртай]
[bee peevo ooh door_thay]

Португальский:
Me Gusto De Carveza

[ме гУсто дэ сарвЕжа]
[me goosto de car_vee_zha]

Бразильский Португальский:
Eu amo cerveja
[эу амо сервЕза]
[eu amo se_r_vee_zha]

Испанский:
Me Gusto La Cervesa
[мэ густо ля сербеса]
[me gusto la s_yea_r_vee_zha]
(Более эмоционально: me encanta la cerveza!)

Французский:
J’aime la bière.
[j-eah-m lah bee-air]

Венгерский:
Imádom a sört! (s = ш)
[имэадом а шёрт]

Amharik (Эфиопия)
[биире виэтайльё]
[beera vie_thal_yo]

Японский (+»лекция»)
ビールが大好きですよ。
Biiru ga daisuki desu yo
[bee-rue gah die-soo-key day-soo yo]

Китайский:
[нии хо]
[nee ho]
Как вариант: 我爱啤酒。 wo3 ai4 pi2 jiu3. (чё это)

Датский:
Jeg elsker øl

Польский:
Ja lubię Piwo.
[я любье пиво]
[loo-be-ow Pee-wo]

Финский:
Minä rakastan olutta

[мин(й)а ракастан олутта]
(i как в англ keep, ä как в pat, a как в father, o как в rot, u как в book)

Немецкий:
Ich liebe Bier.
[их лиэбэ бииэр]
[eeh lee-bea beer]

Филиппинский:
Gusting gusto ko ang beer.
или
Gusto/mahal ko ang serbesa
Произношение наверное как в испанском.

Сербский:
Volim pivo.

Шведский:
jag älsker öl.
[йаг (й)алскер (й)ол]
[yuh els-kehr url]
или
jag tycker om öl.
[йаг тъюкео ом (й)ол]
[yuh tük-kher om url] — «i am very fond of beer»
(j как в Johan или Bjorn, a как в America, g как в garden, ä как «ai» в fair, ö как в her)

Бельгийский (По ихнему flemish, лол):
ik hou van bier
[ик хоу ван бир]

Иврит:
אני אוהב בירה
ani ohev bira
[анИ охЭв бИра]
[anI ohEv bIra]

Бенгальский (Bengali):
Amaar beer bhalolage

[амаар valo-la-gay)

Уэльский (Cymraeg — Welsh):
Dw i’n hoffi cwrw
[Doo een hoffee coo-roo]
Dw i’n lico cwrw
[Doo een leeko coo-roo]

Мальтийский (Maltese):
(Jien) inhobb il-birra
[йиннь инхобб иль-бирра]
[yinn inhobb ill bir-rah]

Татарский:
Min sira yaratam
[мин сира йараттам]

Армянский:
[эс’сурим эм гарэджур]
[es sirum em garejur]

Азербайджанский: *
man piva seviram
[мян пийвяни севирям]

Чешский: *
Miluji pivo
[милуйи пиво]

Словацкий:
Milujem pivo
[милуйем пиво]

Есть что-то добавить?

В избранное:


Надо будет сделать себе такую футболку =))

Уникальные слова в языках мира

Автор kbaott, 19.01.2020 | Просмотров: 57 314 | Печать

В любом языке есть слова, которые очень трудно перевести на иностранный. Журнал Times собрал для своих читателей 10 слов, которые доставляют бесконечные мучения всем переводчикам. В работе принимали участие носители различных языков, в том числе английского, французского, турецкого, украинского, китайского, дари, фарси, эфиопского, пушту, сомалийского и тамильского.  В английском языке среди самых непереводимых слов оказались «гугли» (googly) – спортивный термин из крикета, «спам» (spam) – фирменное название английского консервированного колбасного фарша и «гобблдигук» (gobbledegook) – напыщенная, малопонятная официозная речь, характерная для бюрократических документов. Также трудным, ко всеобщему удивлению, оказалось слово «plenipotentiary» – полномочный посол.  Этот рейтинг Times из десяти слов можно найти без труда  в сети, меня он совершенно не впечатлил. У нас тут свой рейтинг и похлеще!

  1. Mamihlapinatapai (иногда пишут mamihlapinatapei) — слово из языка племени Яган (Огненная Земля). Оно указано в Книге рекордов Гиннесса в качестве «наиболее сжатого слова» и считается одним из самых трудных для перевода слов.  Mamihlapinatapai означает «Взгляд между двумя людьми, в котором выражается желание каждого в том, что другой станет инициатором того, чего хотят оба, но ни один не хочет быть первым».
  2. Jayus (индонезийск.) — анекдот, так неудачно рассказанный и настолько несмешной, что нельзя удержаться от смеха.
  3. Iktsuarpok (инуитский, язык Эскимосов) — выйти наружу чтобы посмотреть не идет ли кто.
  4. Litost (чешский) — Милан Кундера, автор романа «Невыносимая лёгкость бытия» отмечает: «Касательно значения этого слова я тщетно искал аналог в других языках, хотя я не представляю себе как можно понять человеческую душу не понимая смысл этого слова.» Приблизительное определение — это состояние агонии и мучения вызванное внезапным осознанием собственной ничтожности.
  5. Kyoikumama (японский) — мать, неумолимо подталкивающая своего ребенка к академическим достижениям.
  6. Tartle (шотландский) — акт промедления, когда пытаешься представить кого-то, чье имя ты забыл.
  7. Ilunga — чилуба (юго-запад Конго) — слово, знаменитое своей непереводимостью. Большинство переводчиков определяют его как положение человека, готового простить и забыть первую обиду, стерпеть вторую, но никогда не простить третью.
  8. Cafuné — бразильский португальский — нежно пройтись пальцами по чьим-то волосам.
  9. Torschlusspanik — немецкий — в дословном переводе звучит как «паника закрывающихся ворот», означает страх перед уменьшением возможностей с увеличением возраста.
  10. Wabi-Sabi — японский — об этой японской концепции написано много, ее можно понимать примерно как стиль жизни основанный на нахождении красоты в несовершенстве всего живого и спокойном принятии природного цикла роста и распада.
  11. Dépaysement — французский — чувство, появляющееся, когда находишься не на родине.
  12. Tingo — pascuense (остров Пасхи) — акт получения желаемых предметов посредством постепенного одалживания их у друзей.
  13. Hyggelig — датский — «буквальный» перевод: дружелюбная, «уютная» манера вести себя. Но эти слова не передают истинный hyggelig. Это нечто, что надо прочувствовать чтобы понять. Хорошие друзья, холодное пиво и тепло от костра…
  14. L’appel du vide — французский — «зов пустоты» — это буквальный перевод этого французского выражения, но используется оно для описания инстинктивного порыва прыгнуть с большой высоты.
  15. Ya’aburnee — арабский — жутковатое и прекрасное, это загадочное слово означает «Ты меня похоронишь» и показывает надежду говорящего на то, что он умрет раньше собеседника, потому что жить без него было бы невыносимо.
  16. Duende — испанский, изначально использовалось для обозначения мифического существа, похожего на фею, которое вселялось в человека и создавало ощущение благоговейного трепета перед окружающим миром. Со временем его значение стало указывать на мистическую силу, посредством которой предмет искусства может глубоко тронуть человека.
  17. Saudade — португальский, одно из самых красивых слов, переводимых и непереводимых, это слово указывает на стремление к чему-то либо кому-то что вы любите и что безвозвратно потеряно.
  18. Radioukacz – по-польски связной, который работал на движение сопротивления, находясь на советской стороне «железного занавеса»
  19. Naa – японское слово, используемое только в провинции Кансай для того, чтобы подчеркнуть сказанное или выразить согласие  По описанию напоминает слово «ну», которое часто  употребляется и вместо «да», и усиление интонации: «Ну, ты пить-то будешь?»
  20. Юродивый — а, это уже по-русски! В просторечии приближено к слову «чокнутый», «идиот». В оригинале это понятие существует только в православной культуре, аналоги этому слову в других языках найти сложно.  На английский оно переводится как «gods fool» и «whacky», иногда встречается перевод  «fool-for-Christ», что очень похоже на «олух царя небесного».  В любом случае — дословно это слово поймет только русский человек.
Вместо эпилога:

Дорогие мои серваки, дайте я вас сейчас пропингую!

«) //—>

Интересные факты о различных языках народов мира

 Помните, как боги наказали строителей Вавилонской башни? Люди начали говорить на различных языках и не смогли понять друг друга. По легенде, именно так и возникли языки мира. Современные жители Земли владеют тысячами языков, но все-таки понимают друг друга. А сами языки открывают нам много интересного. Вот лишь несколько забавных фактов.

  • — Больше всего землян общаются между собою не на английском, а на мандаринском языке. Конечно же, это граждане Китая, число которых давно перевалило за миллиард. Но это не мешает китайцам назубок знать английский – обязательный для изучения предмет в школах. Для сравнения, только 3% носителей английского языка штудируют китайский…
  • — Малыш учится говорить еще задолго до рождения. Находясь в утробе матери, он не понимает слов, но прекрасно чувствует интонацию ее голоса. И родившись, начинает кричать на той же «волне», с какой разговаривают взрослые: итальянские младенцы пищат, английские ревут баском. А все потому, что в итальянском языке интонация в конце предложения повышается, а в английском – понижается.

В качестве примера прослушайте парочку диалогов на разных языках из различных локализованных версий известной игры «The Last Of Us» . (Английский, Французский, Немецкий, Итальянский, Японский, Польский, Русский, Испанский…)


  • — Один из испанских диалектов под названием силбо напоминает птичье щебетание, хотя до соловьиной трели ему далеко: ведь в нем всего по четыре согласных и гласных.

  • — Самый непростой для изучения язык – вовсе не китайский, не японский и не русский, как думают многие. Это язык басков, распространенный в Испании и Франции. Его слова наиболее трудно произнести, записать и запомнить.

  • — Больше всего слов – примерно 250 тысяч — в английском языке. Ну, а самый емкий язык – неблагозвучный для нашего уха Сранан-тонго. Он содержит 340 слов и встречается в Суринаме.

  • — Хотите, чтобы ваш ребенок знал иностранный язык как второй родной? Начинайте заниматься с ним с 6-7 лет. Именно в этом возрасте малыш способен усвоить чужие слова и звуки не хуже их носителя.

  • — Не совсем правда, что автор языка – народ. Некоторые слова придумали всем нам хорошо известные люди. Например, писатели. Слово «промышленность» ввел в обиход Карамзин, о «мягкотелости» мы узнали благодаря Салтыкову-Щедрину. А Достоевский ввел в наш лексикон придуманное им словечко «стушеваться».

  • — Самая старая буква алфавита в языках разных народов мира – О.
  • — Латинское слово «симпозиум» означает не что иное как «коллективное возлияние». Милые дамы, если ваши мужья в пятницу вечером говорят, что отправляются на симпозиум, не верьте ни единому слову и готовьте скалки к бою…
  • — Редкий американец при встрече не задаст собеседнику вопрос «как дела?». Понятно, что в ответ он ожидает услышать не подробный рассказ о делах, а дежурное «нормально». А вот знакомый малазиец (если вы заведете знакомого малазийца) обязательно спросит вас «куда идешь?». Это не назойливость и не попытка залезть к вам в душу, а такой же дежурный вопрос. На него лучше ответить «просто решил прогуляться».

  • — Президент США Франклин коллекционировал синонимы к слову «пьяный» и записал их более двухсот.
  • По подсчетам лингвистов, жители планеты говорят на 6500 языках. Но примерно 2000 настолько редки, что их используют несколько сотен человек.

  •  Больше всего языков на территории одной страны собрано в России: в целом их около двухсот. А вот по количеству диалектов лидируют Филиппины. У двух национальных языков в этой стране существует более тысячи региональных вариантов.

  •  Даже для человека, выросшего в двуязычной среде и в равной степени владеющего обоими языками, один все равно будет ближе, роднее. Это тот, на котором его мысли оформляются в слова.

  •  Пальму первенства среди самых сложных для изучения, удерживают арабский и китайский. Наиболее легкими считаются французский и итальянский. Русский и английский представляют собою «золотую середину».

  •  Ребенок усваивает интонации родного языка, еще находясь в утробе матери. Такой вывод сделали ученые, понаблюдав над тем, как плачут новорожденные французских и немецких матерей. Дети, рожденные во франкоговорящей среде, при плаче берут интонацию на повышение, а немецкие переходят на бас. Таким образом, младенцы копируют интонации.

  •  В большинстве языков человек обозначает себя одним личным местоимением. К примеру, в русском он говорит о себе «я». А вот во вьетнамском языке существует не менее 20 таких местоимений. Употребляют их в зависимости от своего социального статуса, пола, степени родства с собеседником и исходя из многих других факторов.

  •  Слово «цифра», пришедшее в различные языки из арабского, поначалу означало только одно число – ноль, а затем перекинулось на все знаки, обозначающие числа. Исконный и уже утраченный смысл оно сохранило только в английском, где в списке значений к лексеме «cipher» всё еще фигурирует «ноль».
  •  Существуют разные варианты ответов на чихание собеседника. В русском говорят «будьте здоровы». Англичане желают чихнувшему, чтобы его благословил Господь. Французы посулят такому человеку скорого исполнения желаний. Японцы и корейцы никак не отреагируют на чих, а от чихнувшего будут ждать формальных извинений за произошедший казус.

  •  Одно из самых интересных лингвистических явлений – энантиосемия. Под ним понимается явление, когда в разных языках слово с одинаковым звучанием может иметь прямо противоположное значение. Например, польское «урода» переводится на русский как «красота», «вонь» означает «благоухание, аромат». В свое время приезжавшие в Чехию советские туристы хохотали до колик, видя на рекламных щитах «Кока-Колы» написанную здоровенными буквами фразу «доконали тварь!». На самом деле она означала на чешском всего лишь «совершенное творение».

  •  Самым большим количеством названий своей страны могут гордиться немцы. Французы, испанцы и носители тюркских наречий именуют ее Алеманией. Эстонцы называют Германию Саксамаа, финны – Сакса. Восточнославянским языкам близки «Немечко» и «Нимеччина». Само же слово «Дойчланд», то есть «Германия» на языке собственно немцев, означает «народная земля».

  •  Полиглотами называют людей, знающих большое количество языков и свободно владеющих ими. История помнит немало примеров блестящих способностей человека к  их усвоению. Кардинал Д. Меццофанти, живший в Италии на рубеже 18-19 вв., без каких-либо трудностей общался на 39 языках, хотя никогда не был за границей. Причем один из ных он выучил за одну ночь. И всего лишь затем, чтобы понимать, в чём ему будет исповедоваться преступник-иностранец, приговоренный к смерти.

  •  Идиома «белая ворона» имеет во многих языках мира родственное выражение – «черная овца». Именно так многие европейцы называют человека «не от мира сего», которого отвергает общество.




 



 



Автор: Bill4iam


Как звучат приветствия на разных языках мира | Мысли адъютанта

Все мы каждый год выезжаем за рубеж. И это один из поводов начать изучать иностранный язык. Первое слово с чего начинается любой разговор — это приветствие. Так как же звучит слово «привет» на разных языках мира? Как его сказать на разных языках мира и при этом не опозориться?

Во Франции, Бельгии и Швейцарии, а также их бывших колониях таких как Марокко, Тунис, Алжир, и некоторых африканских странах типа Гвинеи, Габона, Мавритании и Камеруна можно смело говорить «бонжур«. Эти жители прекрасно понимают французское «бонжур» и возможно вас пригласят в гости. Например попить чайку или угостят вкусным круассаном.

На испанском языке «привет» звучит «ола«. На нем говорят конечно сами испанцы, но помимо испанцев этот язык является основным у 34 млн. латино-американцев в США. Также можно смело говорить «ола» в Центральной и Южной Америке, кроме Бразилии.

В Италии смело говорите «чао» и конечно же насладитесь итальянской пастой.

А вот в Германии, Австрии, Швейцарии и Люксембурге приветствуйте жителей словом «гутен таг«, что переводится «добрый день». Ну и не откажите себе в удовольствии отведать местного пива и знаменитых баварских сосисок.

«Намасте» стоит сказать если вы отправляетесь в Индию или Непал. Местные наверняка будут вам благодарны и покажут замечательный и один из старейших постоянно населенных городов в мире — Варанаси.

Жители Ирана. Афганистана и Таджикистана поймут вас если вы скажите «салам«.

Если вам предстоит путь в Грецию или Кипр смело здоровайтесь с местными словами «ясас» или «ясу«. Ну и попробуйте традиционные блюда: фасоладу и факес, а также посетите истинный уголок рая остров Крит.

В Украине принято здороваться словами «здрастуйтэ» или «прывит».

А в родной нам Белоруссии смело говорите «до́брай ра́ницы«, что переводится как «доброе утро».

В Дании же принято говорить «хайса» или «хай«. Но если вы оказались в более деловой обстановке говорите «год даг«. И совет посетите красивейший парк Тиволи.

Надеюсь, что вы узнали как поздороваться с людьми в любой точке планеты где бы вы не находились. И теперь я могу быть уверен, что вы не оконфузитесь.

Не забывайте поставить палец вверх, а также подписаться на канал, чтобы не пропустить все самое интересное! Ведь оно еще впереди!

Об исторической лингвистике (продолжение)

академик Андрей Анатольевич Зализняк

Лекция прочитана 5 февраля 2010 года в школе «Муми-тролль».

Благодарим Андрея Анатольевича Зализняка и школу «Муми-тролль»
за предоставленную расшифровку лекции.

Начало. Продолжение

В прошлый раз, год с небольшим назад, я кое-что рассказывал в этой аудитории об исторической лингвистике. Я много чего хотел тогда вам рассказать, но по времени успел изложить только часть, об остальном сказал совсем бегло. Теперь я воспользуюсь этой возможностью и продолжу то, что собирался рассказывать уже тогда, но что в одну лекцию не укладывается. Немножко повторю и того, что было в прошлый раз, — в качестве напоминания.

Напомню, что в первой лекции мы довольно долго с вами разговаривали о понятии древности языков, древности их названий, о том, существует ли или нет разница языков по древности, — повторять этого не буду.

Самое существенное, что в прошлый раз было рассказано, — это положение, согласно которому все языки меняются, ни один язык не остается неизменным на протяжении времени. И изменения эти, по крайней мере, в том, что касается фонетики языка, подчинены определенным закономерностям.

Главная из них состоит в том, что фонетические изменения не индивидуальны для какого-то одного слова или одного предложения, а если они происходят, то происходят в качестве регулярного изменения некоторой фонемы, которое охватывает уже все слова, где эта фонема встречается. Т. е. если в каком-то слове в ходе истории языка, допустим, о без ударения изменяется в а, то это не может быть ограничено одним этим словом. Это может быть только общее изменение всех имеющихся в языке случаев, когда о оказалось в положении без ударения; а именно, в этом положении оно начинает произноситься как а. Это важнейший для истории всех языков принцип, и я надеюсь, что я могу далее исходить из него как из чего-то достигнутого, потому что остальное в значительной степени выводится именно из него.

А сейчас мы поговорим о более конкретных вещах, и нам придется постоянно использовать этот принцип, но речь пойдет уже о частных его проявлениях.

Сперва такой более общий вопрос: откуда вообще лингвисты знают что бы то ни было о прежнем состоянии языка или языков? Жизнь человеческая коротка, это просто миг по сравнению с тем временем, сколько живет язык; и то, что человек может непосредственно наблюдать, пока он живет, — это очень ничтожная часть истории языка. А увидеть и узнать, как это было 200 лет назад, 300 лет назад, тысячу и две тысячи лет назад, — никаких прямых возможностей у нас нет. Тем не менее, современные лингвисты немало знают о том, как выглядел конкретный язык: русский, французский и т. д. — раньше, чем появилось то реальное звучание, которое мы сейчас можем слышать.

Какие здесь пути? Вот я их назову. Первый, логически самый простой, основан на том, что если речь идет о таком языке, где давно имеется письменность, то остаются письменные свидетельства предыдущих эпох. Ну, на самом деле, следует понимать, конечно, что громадное большинство языков до сих пор остаются бесписьменными, а если взять положение еще, скажем, на 200 лет раньше, тогда часть письменных языков в общем количестве языков мира была совсем ничтожна. Но всё же сейчас уже существует достаточно большое количество языков с письменной традицией. Эту письменную традицию можно измерять в годах. Есть младописьменные языки, в которых письменность введена не слишком давно, скажем, лет 200 назад. Еще более младописьменные, в которых письменность введена 50 лет назад и так далее. Но есть старописьменные языки, где традиция уходит в глубь веков. Русский язык принадлежит, конечно, к числу старописьменных языков, где письменная традиция насчитывает примерно тысячу лет. Есть и более длинные традиции, скажем, традиция английского языка несколько больше. То же верно для французского языка, а, скажем, традиция китайского языка насчитывает более трех тысяч лет.

В таком случае, если речь идет о языке, где документы прежней письменности в какой-то степени сохранились, первый и самый простой источник знания о том, как выглядел язык раньше, — это чтение этих текстов. Текстов, из которых вы увидите, что язык был немного не такой, иногда сильно не такой или совсем не такой, но, тем не менее, это явно предыдущая стадия развития нынешнего языка.

Мы уже говорили в прошлый раз о том, что степень различия между современным языком и тем же языком тысячу лет назад для разных языков оказывается очень неодинакова. Скажем, английский язык за эту тысячу лет изменился так сильно, что нынешнему англичанину читать текст Х века без подготовки практически невозможно — он очень мало там поймет. Точно так же и вы, если вы английским языком занимались и вам дать текст Х века, то, может быть, вы даже не опознаете, что это древнеанглийский, а не какой-то другой язык — настолько сильна степень эволюции этого языка.

В отличие от него, скажем, русский язык изменился гораздо меньше за тысячу лет. Если перед вами будет древнерусский текст XI века, то он, конечно, вам будет труден, во многом непонятен, но все-таки вы прекрасно опознаете, что это тоже ваш язык, только гораздо более архаичный, чем сейчас. Что-то вы поймете, что-то не поймете, но разница так или иначе окажется гораздо меньше.

Такого рода различия можно наблюдать по всему миру. Одинаковым для всех остается то, что различие будет обязательно, только для одних языков оно будет больше, а для других меньше. Анализируя древние тексты (естественно, не с первого раза, когда вы раскрыли рукопись Х века, а, может быть, после долгих годов изучения), вы постепенно доходите до понимания тонкостей языка той эпохи и можете сравнивать его с современным. И можете, в частности, убедиться в том, что какие-то слова произносились заведомо не так, как сейчас.

Но, заметьте, это не такая уж простая задача, даже когда перед вами лежит совершенно читаемый текст, написанный тем же алфавитом, что ныне, допустим, латинским алфавитом для древнеанглийского языка или кириллическим — для древнерусского. Из того, что там написано, еще вовсе не так очевидно, как это читалось. Это тоже целая специальная дисциплина, имеющая, как всякая наука, свои приемы и свой опыт, которые позволяют делать более или менее достоверные выводы о том, что стоит с точки зрения фонетики за такой-то буквенной записью. Повторяю: это требует некоторой специальной тренировки и специального углубления в данную проблему. Но всё же это безусловно доступный для лингвистов материал. Они могут, анализируя письменные тексты прежних эпох, прийти к достаточно правдоподобным или даже вполне надежным выводам о том, как это произносилось. Ну, и тем самым убедиться, что масса слов произносилась не так, как сейчас. И далее уже устанавливать разницу между древним произношением и новым, искать объяснения, каким образом и в каком направлении могли произойти изменения древнего произношения.

Таков, повторяю, логически самый простой способ, и для лингвиста, изучающего соответствующий язык, это счастливая ситуация, когда он есть. Русский язык находится, к счастью, как раз в таком положении: для русского языка традиция письменных документов за последнюю тысячу лет не прерывалась никогда, и с каждым следующим веком документов накапливалось всё больше и больше. Правда, от первых веков письменности на Руси, а именно XI–XII вв., осталось немного документов, но всё же достаточно, чтобы мы составили некоторое первоначальное представление о том, как что произносилось.

Заметьте, это не закрытый фонд! Иногда бывает, что фонд такого рода пополняется, и как раз для истории русского языка в течение последнего 50-летия такое пополнение произошло. Вы о нем слышали, конечно — это открытие берестяных грамот в Новгороде и других местах. Тексты стали появляться из-под земли, их всё больше и больше — сейчас уже около 1000, и они относятся к древнейшим векам истории русского языка и тем самым расширяют наше представление о том, каков был русский язык XI, XII и т. д. веков. Открытие берестяных грамот продолжается, это такая живая вещь — в ней могут быть и новости.

Итак, это простой способ, но ограниченный только теми немногими языками мира, где есть письменная традиция. Повторяю: для большинства языков это не так — письменной традиции нет. В этом случае вы можете подробно записывать, как что звучит, как строятся фразы и т. д., но только в современном состоянии языка.

Как же быть в тех случаях, когда перед вами язык, где письменной традиции нет, т. е. этот простой источник знаний о прошлом отсутствует? Верно ли, что в этом случае мы ничего не знаем о прежних состояниях языка? Нет, неверно. Современная лингвистика умеет и в этих случаях получать определенную сумму знаний о прежних состояниях языка.

Каким образом это возможно? Есть два основных метода, с помощью которых такие сведения могут быть получены.

Один — это так называемый метод внутренней реконструкции. Реконструкция — это восстановление, попытка восстановить прежнее состояние с помощью каких-то логических умозаключений. А слово внутренняя означает, что это будет делаться внутри данного языка, без выхода за его пределы.

Проиллюстрирую некоторые возможности такого рода для русского языка.

Представим себе на минуту — хоть это на самом деле не так — что никакой традиции письменного русского языка нет, что нет не только письменности древних веков, но даже и письменности до 1917 года. Есть только то, что мы сейчас слышим в собственной речи и читаем в том, что только что напечатано.

Возьмем существительные женского рода, скажем, пчела, стена, цена, жена, стрела, весна, десна и так далее. Вот такой ряд. Что у них общее?

– Окончание а.

– Совершенно верно. Еще что-нибудь?

– Два слога.

– Еще!

е.

е, конечно! Совершенно верно. Я вам уже сказал, что возьму слова женского рода, так что окончание —а — просто следствие этого. А особенность этих слов состоит в том, что у них всех в корне е.

Можно и продолжить этот ряд: допустим, сестра, метла и так далее.

Вот нас как раз это е и будет интересовать. В произношении совершенно одинаковое е, не правда ли? Невозможно на слух определить, что в одном слове е какого-то одного типа, а в другом случае — какого-то другого типа.

Однако есть основания подозревать, что сейчас е везде одинаковое, а когда-то было неодинаковое. Почему? А вот вы попробуйте, используя свое задаром у вас имеющееся знание русского языка, для всех этих слов образовать множественное число.

пчёлы, стены, цены, жёны, стрелы, вёсны, дёсны

– Нетрудно, правда?

сёстры, мётлы.

– Хорошо. Образовали множественное число. И вам не кажется, что что-то неожиданное происходит с вашими е? Что же с ними происходит?

– Они становятся ударными и некоторые, когда становятся ударными, заменяются на ё

– Совершенно верно. А некоторые не заменяются. Именно так. Вы это для себя произнесли, и стало ясно, что будет то одно, то другое: пчёлы, но стены; цены, но жёны; стрелы, но вёсны, дёсны, сёстры, мётлы. Иногда происходит замена е на ё, а иногда е сохраняется.

Как это может быть с точки зрения истории, если мы уже знаем принцип, что изменение должно быть одинаковым для одной и той же фонемы? Мы видим, что при переходе от этих исходных форм к множественному числу ударение меняется, и под этим новым ударением некоторые е переходят в ё. Некоторые, но не все, то есть происходит нарушение того главного закона, о котором мы говорили раньше: если есть какое-то фонетическое изменение, то оно должно происходить во всех случаях, когда выступает данная фонема. Ну вот, я готов вам предложить подумать: что же тогда, какое может быть предположение о том, что здесь было на самом деле?

Лев Козлов (8 класс): Ну, там, где во множественном числе ё, раньше было «ять».

А. А. Зализняк: Ну вот, тут вы проявляете свою образованность, вы уже знаете про «ять». Это неплохо — я не против образованности, это даже очень хорошо, но тем не менее сейчас мне хотелось бы услышать рассуждения тех, кто про «ять» не знает, а тем не менее наблюдает за этой ситуацией. Я еще раз хочу сказать, что нисколько не принижаю ценность прямого знания, но и тех, у кого этого знания нет, приглашаю убедиться, что к такому же выводу можно прийти путем собственного размышления.

Главный закон фонетического развития, о котором шла речь, утверждает, что если фонема во что-то изменяется, то она изменяется не в одном слове, не в двух и не в трех словах, и не в половине слов, а во ВСЕХ словах, где она содержится.

В данном случае единственная возможность «уложиться» в этот закон, т. е. избежать его нарушения — это предположить, что у нас здесь не одно е, а когда-то было два разных. Понимаете? Никаким другим способом выйти из этой ситуации вы не можете: если предполагать, что здесь всегда было одинаковое е, то перед вами вопиющее нарушение главного закона развития языка. Отсюда необходимость предположить, что когда-то было два разных е: одно — которое при переходе на него ударения давало ё, а другое — которое при переходе на него ударения давало е. Обозначим их так: е1 и е2.

Это и есть типовой шаг внутренней реконструкции. В чем достижение нашей реконструкции? В том, что мы видели нечто в современном состоянии совершенно однотипное — все эти слова в современном языке представляют собой однородный ряд, — а пришли к представлению, что когда-то раньше это был неоднородный ряд. Это был ряд, в котором в некоторых случаях была гласная е первого типа, а в других случаях гласная е второго типа.

Сразу отмечу, и это существенно: я ведь ничего не сказал о том, что одно е, допустим, какое-нибудь долгое, а другое краткое, или одно более широкое, а другое узкое, одно е с одной фонетической особенностью, другое — с другой фонетической особенностью. Это нам неизвестно. Единственное, что известно — это, так сказать, чистая алгебра — что эти е1 и е2 были не равны между собой. Это важнейшее положение лингвистической реконструкции. А в чем реально они фонетически различались, из этого метода никаким образом не вытекает. Об этом можно строить отдельные гипотезы, но они будут лежать в совершенно другой области. Главный вывод из нашего рассуждения: то, что здесь ныне одинаково, когда-то было различным.

Ну, в данном случае я построил искусственный пример, потребовав от вас, чтобы вы забыли о существовании русской письменности до 1917 года. Потому что, если вы это вспомните, то всё то, к чему мы пришли, будет просто лежать на поверхности. В традиционной графике нашему е1 соответствует буква е, а нашему е2 соответствует буква ять — только и всего.

Так что ответ действительно заключается в яте, это совершенно правильно. И тут я готов апеллировать к вашей образованности: какое из них е, а какое ять? То, которое дает во множественном числе е, или то, которое дает ё? Какое из них в современном языке дает е?

Ять.

– Верно, ять дает е. Так что, если угодно, более «е-образно», т.е. более постоянно связано со звучанием е как раз ять. Тогда как древнее е под ударением звучит уже не как е, а как ё.

У лингвистов имеются и некоторые высоковероятные гипотезы о том, как фонетически различались древние е и ять, но я не хочу сейчас об этом говорить, потому что это не вытекает из рассматриваемого нами метода.

Напишу вам еще один ряд слов — и на этот раз даже не буду вас особенно приглашать забывать русскую письменность до 1917 года. Можете вспоминать — всё равно это вам не поможет.

Запишу, скажем, такие слова: лоб, боб, моток, поток, песок, исток, листок. Можно и продолжить, но хватит и этого. Что общего у этих слов?

о.

– Ну вот, вы быстро научаетесь. То было ради е, это — ради о. Давайте займемся исследованием этого о. Опять-таки нет никаких сомнений, что сейчас это совершенно одинаковое о, что вы одинаково произносите лоб и боб, песок и моток и проч. И теперь я вам задам уже такой вопрос: а нет ли у вас каких-то подозрений относительно чего-то, что сейчас одинаково, а когда-то было неодинаковым? Подумайте.

– В родительном падеже где-то о останется, а где-то нет …

– Верно. Действительно, поупражняйтесь: поставьте всё в родительный падеж и посмотрите, что получится.

лба, боба, мотка, потока, песка, истока, листка.

– Совершенно правильно, вы очень быстро это замечаете. Оказывается, что слова эти распадаются на две группы — примерно так же, как в предыдущем примере. Здесь другой немножко эффект, но для нас важно, есть разница или нет. Она есть. У нас две группы слов: в одной о сохраняется, в другой выпадает. Вас учили, наверное, что это называется беглое о, верно?

– Да.

– Так что сама ситуация вам знакома. Но когда говорится «беглое о», то имеется в виду, что это тоже о. Понимаете? Но в таком случае мы снова находимся перед лицом нарушения основной закономерности. Оказывается, что после перевода слова в родительный падеж и добавления окончания —а родительного падежа, у вас иногда о остается, а иногда исчезает. Но согласно основной закономерности, если первоначально в этих словах была одна и та же фонема о, то с ней должны были происходить одинаковые изменения во всех словах. А здесь получается, что не во всех: в половине они происходят, а в другой половине не происходят.

Следовательно, методом внутренней реконструкции мы получаем тот же вывод, что и в первом примере: в древности было не одно о, а два разных — о1 и о2. Опять-таки, чем они отличались, мы нисколько пока еще судить не можем, мы достигли только важного вывода о том, что было два разных о, то есть в древности здесь были разные фонемы. И тут, повторяю, дореволюционная орфография вам не поможет: она предусматривает точно такое же одинаковое о.

Помогла бы вам орфография XI века. Если бы вы спустились так глубоко в историю русского языка, что взяли бы эти слова из памятников X века, то оказалось бы, что там они записаны по-разному. Причем разные написания в точности соответствовали бы различию между о1 и о2. Но вот хватит ли вашей образованности, чтобы сказать, что там было? В первом примере был ять, а тут что?

– Мне кажется, что там где о беглое, там была омега.

– Это изящная гипотеза, но в данном случае она неверна. Какие еще есть предположения?

Е. Б. Феклистова (учитель русского языка): Ер!

А. А. Зализняк: Ну, зачем же вы не даете сказать детям?

Тогда я эти слова возьму и перепишу в орфографии XI века. Во-первых, там будет ер на конце — это я подпишу механически — то, что мы сейчас называем твердый знак. Но, кроме того, кое что изменится и в корне.

Давайте условимся: если о остается, то это будет о1, а если падает, то о2. Вы мне сперва продиктуйте слова с о2, а я их подчеркну.

Лоб, песок, моток, листок

А вот наш ряд слов в записи ХI века:

лъбъ, бобъ, мотъкъ, потокъ, пúсъкъ, истокъ, листъкъ.

Как видите, нашему о1 здесь соответствует буква о, а нашему о2 — буква ъ.

В данном случае мы имеем возможность действовать двумя методами одновременно, т. е. сперва построить гипотезу методом внутренней реконструкции, а потом еще ее сверить с тем, что дает изучение древних рукописей. И оказывается, что они между собой прекрасно согласуются — действительно это были две разные фонемы: одна была фонема о, а другая была фонема, которую вы сейчас и произнести не можете. Как вы произнесете твердый знак? В современном русском языке считается, что это не что-то произносимое, а всего лишь условный знак для чтения соседних букв. Но в древности это было не так. Это была гласная буква, обозначавшая определенный звук. Сейчас мы не очень точно умеем его воспроизводить; по-видимому, он сохранился в некоторых других славянских языках. Можно предполагать, что он произносился как нечто типа [ə]. Так или иначе, он произносился не как о, и эти фонемы прекрасно различались — так же, как мы сейчас различаем о и а, о и у.

Проверкой нам в данном случае послужило обращение к памятникам XI века. А сама техника внутренней реконструкции не требовала никакого обращения ни к чему, кроме современного русского материала, а именно, кроме констатации того, что в современном русском языке некоторые о всегда сохраняются, а некоторые другие о в определенных условиях выпадают.

Вот вам иллюстрация метода внутренней реконструкции. Как вы понимаете, это прекрасно возможно для языков, у которых никакой письменной традиции нет. Тем самым возможности этого метода гораздо шире, чем у простого обращения к памятникам.

– Скажите, пожалуйста, а они произносили на месте этого твердого знака букву о?

– Гласную. Они произносили гласную, но не о, а некоторую другую, которой сейчас в русском языке нет как таковой. Сейчас ее можно попробовать гипотетически воспроизвести, но это уже другой разговор. Важно то, что это была гласная, она давала лишний слог. Число гласных фонем было больше, чем в современном русском языке. В современном языке их только пять, а тогда было больше.

Теперь рассмотрим второй и самый мощный метод восстановления древней истории языков — сравнительно-исторический метод. В отличие от внутренней реконструкции, здесь фигурирует слово «сравнительный», потому что привлекаются к сравнению два или более языка. И выводы о более древнем состоянии делаются уже на основании сопоставления данных этих двух или большего числа языков. Для этого, конечно, языки должны быть родственны между собой.

Что такое родственные языки? Это языки, которые исторически развились из когда-то существовавшего единого предка. Когда-то — это может быть очень давно, но может быть и не слишком давно. Затем происходит некоторое самостоятельное развитие его наследников: на одной части территории появляются одни новые особенности, на другой — другие; и вот на месте одного древнего — уже два языка. Это основная простейшая схема, так называемая схема родословного древа. Она немного упрощает реальные события, взятые в полном масштабе, но, грубо говоря, она верна. Скажем, для русского, украинского и белорусского языков такой единый язык восстанавливается на исторически небольшом отрезке — порядка 1000 лет. Это для истории совсем маленький отрезок. Если, скажем, искать единый предок для русского и английского языков, то получится уже не 1000 лет, а порядка 7000. И так далее. Но так или иначе, это родственные языки, хотя и с разными степенями родства. Между русским и украинским, русским и белорусским очень близкое родство, между русским и английским родство уже достаточно отдаленное. Но оно имеется.

Итак, для сравнения привлекаются только родственные языки, и в них находятся соответствующие друг другу слова. Как правило, они выглядят не совсем одинаково.

Рассмотрим некоторые русские слова на фоне родственных славянских. Возьмем, скажем, болгарский, сербский, словенский и польский. Это не все славянские языки, но пока достаточно. И давайте посмотрим, как выглядели кое-какие слова, сравнение которых позволяет продемонстрировать, как работает сравнительно-исторический метод.

Возьмем русское слово сон. По-польски это будет sen, по-сербски сан. По-словенски это будет нечто с гласной, которая характерна для словенского языка и для которой в транскрипции используют знак ə: sən. В болгарском будет гласная, характерная именно для этого языка, записываемая буквой ъ: сън. Как видите, все пять языков дают разный эффект, то есть у нас нет оснований считать, что именно русское слово сон является прямым наследием древнего произношения.

Для сравнения, однако, совершенно недостаточно выписать одну подобную строчку. Одна такая строчка не гарантирована от случайностей разного рода, от того, что по каким-то индивидуальным, более тонким причинам у вас регулярность не будет соблюдаться. Поэтому, когда лингвисты пользуются данным методом, они настойчиво ищут как можно большее число строк, устроенных таким же образом. Поэтому я тоже — хотя как можно больше я писать не буду, на это никакой доски не хватит — несколько строк еще напишу.

Ну, например, слово рожь. Оказывается, рожь по-польски будет reż, по-сербски раж, по-словенски rəž и по-болгарски ръж. Это вам уже больше нравится?

Возьмем еще какое-нибудь слово, скажем, вошь. По-польски это будет wesz, по-сербски ваш, по-болгарски въш (по-словенски — прочеркну).

Могу еще взять, допустим, слово песок. По-польски это будет piasek, по-сербски есть несколько диалектных вариантов, я напишу самый простой — песак, по-словенски это pesək и по-болгарски пясък.

Итак, мы получили:

Русский Болгарский Сербский Словенский Польский
сон сън сан sən sen
рожь ръж раж rəž reż
вошь въш ваш wesz
песок пясък песак pesək piasek

Ну, и, наверное, хватит. Регулярность есть?

– Да.

– Эту таблицу вполне можно продолжить. Таких рядов для близко родственных языков можно насчитать много десятков. Может быть, даже сотен. Я написал вам всего четыре примера, но уже ясно, что это не случайное соответствие: постоянно повторяется набор одних и тех же различий. Получается, что все эти языки между собой различны, совпадений почти нет, но различны они одним и тем же способом, с той же самой регулярностью.

Каким образом можно себе представить, что было в том языке, который является предком всех наших пяти языков? Ясно, что там не было пяти вариантов, там был какой-то один, верно? Если был единый язык, то там был единый способ называть каждый из этих предметов.

Вот это и есть задача для сравнительной реконструкции. Что здесь может быть восстановлено?

Если бы я выписал примеры для слов поток или боб — во всех пяти языках было бы о. В отличие от вот этой разнообразной картины, где представлено пять разных эффектов. Первый главнейший вывод из этого тот же, что мы сделали на основании внутренней реконструкции: то, что дает сейчас одно и то же о во всех сравниваемых языках, и то, что дает вот такое разнообразие, — это были две разных древних единицы — условно о1 и о2. То есть это такой же по сути дела вывод, которого мы достигли на материале одного русского языка.

Но в данном случае мы еще можем примерно понять, что это было фонетически. Мы видим, что разброс в данном случае необыкновенный: по-русски это о, по-сербски — а, по-польски — э, а в двух других языках это какая-то особая фонема, которой в русском языке нет вообще. (Болгарское [ъ] и словенское [ə] фонетически очень близки.)

Что же должен предполагать лингвист, применяющий сравнительно-исторический метод? Он должен предположить, что в древнем языке, предке всех славянских языков, который принято называть праславянским, было две разных фонемы. Одна из них была фонема о, которая дает о во всех пяти языках. Что же касается второй фонемы, которая ведет себя так разнообразно, то тут могут быть разные гипотезы. Но в любом случае необходимо признать следующее.

Понятно, что о здесь исключается, потому что оно уже «занято» первой фонемой. Допустим, вы можете сказать, что это а. Как в сербском. Однако бывает «настоящее» а, бывают слова с таким а, которые дают а во всех пяти языках. Точно так же будут слова, которые во всех пяти языках дают э.

Тем самым предположить, что это было просто о, или просто а, или просто э, невозможно. Мы обязаны предложить какую-то гласную, которая не является ни о, как в русском, ни а, как в сербском, ни э, как в польском. Возможно, однако, что это была такая же гласная, как в тех двух языках, которые дают особую, четвертую гласную, не совпадающую ни с о, ни с э, ни с а.

Так что, конечно, самое вероятное решение — то, что два языка, болгарский и словенский, сохранили эту особую гласную, которая своим особым произношением больше всего похожа на нашу реконструируемую систему, где обязательно должно быть что-то, не совпадающее ни с о, ни с а, ни с э.

Тем самым это сравнение дает нам два вывода. Один вывод, безусловный, — о том, что были две разные единицы: о1 и о2, и второй, предположительный (но с высокой степенью вероятности), о том, что о1  — это в древнем языке было просто о, а о2 — это звук типа болгарского ъ или словенского ə.

Согласны? Вот перед вами иллюстрация того, каким способом мы можем погружаться в глубь истории, приобретать знания о том, как выглядел язык — наш или любой другой — даже в том случае, когда у нас нет никаких литературных памятников, а есть только нынешние данные.

Вот, собственно, то, что на этот раз мне удалось вам рассказать подробнее, чем в первой лекции.

Пойдемте дальше. В ходе истории фонетические изменения в самых разных языках мира часто обнаруживают один и тот же тип тенденций. И самая частая из этих тенденций — сокращение длины слова. Причем почти всегда сокращение начинается с конечной части слова, она оказывается самой уязвимой с этой точки зрения.

В частности, если в языке в некоторый период времени существуют слова с конечными согласными — а таких языков большинство — то есть много шансов, что не пройдет одной-двух тысяч лет, как эти конечные согласные начнут теряться. На протяжении достаточно больших промежутков времени потеря конечных согласных — событие высоковероятное. Скажем, в истории индоевропейских языков практически во всех языковых группах происходили потери конечных согласных — в одних случаях массовые, иногда даже такие, при которых просто 100% конечных согласных отпало. В других случаях эти потери были не такими радикальными, что-то отпало, что-то не отпало. К таким умеренным языкам можно отнести древнегреческий: в нем, например, конечное t или d отпадало, но конечное r или s оставалось.

К языкам предельно решительным в этом отношении следует отнести русский. Русский язык потерял все конечные индоевропейские согласные без исключения. Значит, в отношении любой индоевропейской реконструкции вы можете быть уверены, что если слово оканчивается на согласную, то в русском языке этой согласной уже не будет. Русский я здесь беру просто как частный случай, потому что это особенность славянских языков в целом. Тут отпадало и t, и d, и s и всё остальное.

Дальше представим себе, что в языке имеется какое-то количество слов, оканчивающихся на гласную, — а есть языки, в которых каждое слово оканчивается на гласную. Таким, как вы легко понимаете, был праславянский язык после отпадения всех конечных согласных. Верно? Это действительно очень характерный тип фонетического строя языка, когда все слова оканчиваются на гласную, и, как правило, это следствие не чего-нибудь, а массового отпадения конечных согласных.

Но гласные тоже начинают отпадать. Так что практически история языков устроена таким образом, что примерно за 2–3 тысячи лет конечные фонемы исчезают. Правда, гласные, как правило, отпадают не все: отпадение всех без исключения гласных наблюдается довольно редко. Гласные отпадают избирательно. Самая устойчивая к отпадению гласная — это а. Она может сохраняться даже в тех случаях, когда все остальные гласные падают. Самые неустойчивые против отпадения — гласные и и у.

В славянских языках, в частности в русском, мы наблюдаем картину именно этого типа: слова, которые в индоевропейском языке кончались на а (это слова женского рода, например, слово жена), не сильно отличаются от праиндоевропейского gwena. Конечное —а здесь осталось до сих пор. Не так в словах мужского рода, скажем, стол, хлеб и так далее — ну, хлеб слово заимствованное, так что не будем его рассматривать — а вот стол, конечно, древнее слово, и оно имело вид stolos. Сперва в нем исчезла конечная согласная, а затем гласная тоже. В результате сейчас слова мужского рода, которые имели не а, а другую гласную, оканчиваются просто на согласную. Наши 1-е и 2-е склонения с точки зрения истории различаются (в именительном падеже) тем, какая гласная оказалась в конечной позиции. Гласная а выдерживала, остальные не выдерживали.

Подобная картина наблюдалась в самых разных языках мира. Но это явление всё же не обязательное, а лишь статистически вероятное. В разных индоевропейских языках оно наблюдается везде, но с разной интенсивностью. Например, в праиндоевропейском языке слово wlkwos означало волка (я несколько упрощенно пишу). Окончание мужского рода было —оs, в отличие от женского рода, где было —а. И это окончание —оs первоначально было во всех индоевропейских языках, а сейчас оно остается в неизменном виде только в одном — в новогреческом (с измененной гласной — в виде -as — оно сохранилось также в литовском). В древних языках оно прекрасно засвидетельствовано. Например, санскрит его сохраняет относительно хорошо, но это первое тысячелетие до нашей эры, не наша эпоха. В нашу эпоху ни один язык на территории Индии этого уже не сохранил. Все нынешние наследники древнеиндийских языков имеют только остаток, соответствующий начальной части слова и ничего от —оs.

Из других языков, которые что-то от этого окончания сохранили, назовем латынь. Так, в латинском lupus «волк» окончание —us еще мало отличается от первоначального —оs. Но опять-таки, латынь — это 2000 лет назад; ни один современный наследник латыни уже этого окончания не сохраняет. Но есть некоторые вариации: скажем, итальянский еще не потерял гласную — по-итальянски «волк» будет lupo — s уже нет, но о еще есть. Румынский язык дает уже просто lup. А французский, который вам знаком, сумел еще отсечь и р: здесь это [lu] (а в орфографической записи loup конечное р есть просто традиционное написание).

Таким образом, наблюдается совершенно четкая картина такой эволюции в разных языках: первоначально было два элемента, затем в части языков один пропал, остался лишь один; дальше пропали оба; дальше сверх того, может пропасть еще и следующий, т.е. происходит в высшей степени последовательное обрубание конца.

Филипп Хаустов (8 класс): А те слова в русском языке, которые сейчас оканчиваются на ос, например, колос, у них в окончании было еще одно ос?

А. А. Зализняк: Конечно. Это было колсос. А ос в слове колос — это часть корня, а не окончание. Возьмите слова волос, колос; при склонении это ос ведь не будет исчезать, а будет колос, колоса, колосу, потому что это не окончание.

Пожалуй, для красоты я вам продемонстрирую яркий пример такого рода. Давайте я вам напишу некоторую индоевропейскую реконструкцию.

Примерно 7 тысяч лет назад существовало слово, которое чуть-чуть условно я запишу вот так: *gwiHwotoH. Вот такое длиннющее слово со значением «жизнь». А дальше я, если только хватит доски, попробую проследить, что с этим словом случилось в одной из ветвей, которая ведет от праиндоевропейского языка к одному из современных. Этим современным пусть будет у нас французский. Как будет жизнь по-французски?

Vie.

– Так вот, слово vie — прямой наследник этого древнейшего слова. Прямой, буквальный, с совершенно регулярными изменениями каждого звена без всяких нарушений, вполне строгий.

Теперь давайте посмотрим, что с этим древним словом происходит. Вот здесь такой символ Н; как точно это произносилось, лингвисты не знают, но, очевидно, это было что-то типа [x]. В истории языков часто наблюдается такое явление, что если имеется звук типа х или другой звук, близкий к нему по месту образования, то сам этот звук исчезает, а предыдущая гласная удлиняется. Например, вместо аh получается аа. Это типовое изменение, и оно, в частности, представлено здесь, а именно, iH дает ī долгое, оН дает (с изменением качества гласной) ā долгое: *gwīwotā.

Я везде ставлю звездочку, где форма не засвидетельствована письменными памятниками.

Следующий шаг: gw упрощается, и получается вот такая форма: *wīwotā.

Попутно скажу, что если на этом уровне пойти не по линии, которая ведет к французскому, а по той, которая ведет к русскому языку, то вы получаете, как вы думаете, что?

Живот.

Живот, конечно. В древнерусском это слово как раз значило «жизнь». Но только это должно быть не живот мужского рода, а такая живота, то есть «живость». Живот мужского рода есть вариант к тому, что первоначально должно было быть женского рода, — так же, как бывает нагота, или долгота, или доброта, была вот такая живота. Как видите, русский язык очень архаичен — русское слово похоже на то, что возникло уже на втором шагу изменений древнейшего слова. А для французского языка нужно шагов пятнадцать.

Следующим будет тот шаг, что вместо w английского типа появляется v французского типа: *vīvotā. Это мы находимся на уровне еще не латыни, а за много веков до первых памятников латыни. Ну, что-нибудь порядка XX века до н. э.

Дальше произойдет изменение безударного о и получится *vīvutā.

Следующий шаг: это u ослабляется до i: *vīvitā. Дальше — потеря v между гласными, т.е. получается *vītā. Те, кто образован в латыни, уже могут кое-что опознать, верно?

– Латинское vita.

– Совершенно верно. Но здесь я всё еще должен оставить это слово под звездочкой.

И, наконец, первый шаг не под звездочкой — это латынь, слово с а кратким на конце: vīta, т. е. именно то, что засвидетельствовано в латыни.

Дальше начинается жизнь языков-наследников латыни. Раннероманская форма — это еще так называемая вульгарная латынь. Это то же самое, только уже нет долготы i в корне: просто vita.

Дальше западнороманское слово, т. е. распространенное в западной части Римского мира, где сформировались потом французский, испанский, португальский языки: vida.

Следующий шаг — галльско-романский язык, распространенный на территории будущей Франции: vide.

Следующий шаг — d ослабляется до звука đ (равного английскому звонкому th): viđe. Это уже первое тысячелетие нашей эры — что-нибудь порядка VI века.

Дальше идет старофранцузский — он теряет этот звук вообще, и получается viе (в произношении два слога: [vi-e]).

И тут уже остается всего один ход. Сколько там всего ходов — посчитайте.

И вот вам французское vie, которое читается как сейчас: [vi].

Так что, как видите, здесь путь совершенно строго состоит из событий, каждое из которых было не единичным, — не только в этом слове, но и во всех словах, имеющих соответствующие фонемы, было всё ровно то же самое.

*gwiНwotoН
*gwīwotā
*wīwotā
*vīvotā
*vīvutā
*vīvitā
*vītā
vīta (классическая латынь)
vita (вульгарная латынь)
vida (западнороманское)
vide (галльско-романское)
*viđe
viе [vie] (старофранцузское)
[vi] (современное французское)

Так что русское живот, точнее живота, является точным соответствием французского vie. Только заметьте, что в русском слове живот французскому v соответствует не в, а ж.

Г. П. Морозова (учитель физики): Можно вопрос?

А. А. Зализняк: Да.

Г. П. Морозова: А чем подтверждены изменения, которые произошли до латыни?

А. А. Зализняк: Чем подтверждены? Да всё теми же методами, о которых я рассказывал очень кратко. Каждый из всех выписанных здесь фонетических переходов представляет собой результат подобного рода умозаключений. Главное здесь то, что каждый из них предложен лингвистами вовсе не на основании (или для объяснения) именно этого конкретного слова, а на основе анализа ВСЕХ слов, где имелось такое же сочетание фонем. А таких слов для каждого шага оказывается необходимым учесть достаточно много, часто много десятков.

Именно этим гарантируется то, что выписанные формулы перехода не являются простой выдумкой, удобной для объяснения данного конкретного слова. Ведь если формула всего лишь случайно удобна для данного слова, а в действительности неверна, то есть реальной истории фонетических изменений не соответствует, то она не даст правильного результата во всех остальных словах, имевших рассматриваемое сочетание фонем. Соответственно, при анализе всей совокупности этих слов лингвист должен будет ее отвергнуть.

Таков здесь ответ в самом общем виде.

Г. П. Морозова: А где тут начинается письменность?

А. А. Зализняк: Граница письменного и неписьменного языка обозначена звездочкой. Звездочкой показаны неписьменные реконструированные состояния. Первый раз я не ставлю звездочку здесь [указывает на латинское vīta], потому что только начиная с этого уровня я могу написать, что это памятники латыни. До этого тут ни одного памятника, естественно, нет. Письменное состояние начинается примерно с III века до н. э. Строго говоря, латинские памятники начинаются с VI века до н. э., но это слово там не встречается, там совсем немного надписей: на браслетах и других предметах. Так что реально латинскую письменность можно учитывать с III века до н. э. Всё предыдущее — вплоть до состояния, бывшего 7 тысяч лет назад — это, естественно, есть результат умственной деятельности лингвистов. Как всякая умственная деятельность, она может приводить и к ошибкам, но существенно то, что это не субъективные догадки, а результат применения достаточно строгих принципов.

Как я вижу, я перетратил время, поэтому я не буду вас развлекать другими примерами, а изложу только одну общую идею, весьма существенную для понимания того, как устроена эволюция языков в большом масштабе.

Я вам подробно рассказал, как неумолимо уменьшается длина слова: сперва отпадают согласные, потом гласные, потом у какого-нибудь loup отпадает еще и последняя согласная корня. Казалось бы, за те 70 с лишним тысяч лет, которые существует язык, все языки должны были свестись к тому, что всё укорачивается до одного звука. Но ничего подобного. Длина фразы с одним и тем же смыслом в самых разных языках мира очень мало колеблется. Вот в финском языке очень длинные слова, а в каком-нибудь другом языке, китайском, например, — очень короткие слова. Вроде бы должна быть огромная разница. На самом деле эта разница будет только если искусственно вычленить отдельное слово. Но надо мерить не слово, а то, сколько времени занимает выражение некоторой мысли, верно? Потому что очень может быть, что слова короткие, а их для выражения мысли требуется в три раза больше. И при таком измерении у вас получается в разных языках примерно одно и то же.

Это видно, если вы сравните какой-то текст на латыни с его переводом, например, на французский. В латыни есть падежи, сложные глагольные формы и так далее. Во французском падежей нет, и, казалось бы, все французские слова гораздо короче. Вы видели: там вместо lupus — loup. Такое ощущение, что французская фраза должна быть гораздо короче, чем латинский перевод. Но в действительности она будет примерно такой же длины. И это будет так же верно для всех других случаев в истории языка.

Да, слова, как таковые, укорачиваются, и это неумолимый процесс во всех языках. Но по мере того, как длина слов уменьшается, какие-то другие элементы языка оказываются компенсирующими, а именно, появляется необходимость вставлять во фразы дополнительные слова. Для французского, например, для выражения родительного падежа потребуется предлог de — а в латыни не надо было никакого de. А во французском вам придется сказать: la ville de Paris; la maison de mon père. То же самое и в английском языке, там есть of, которое не требовалось в древнеанглийском, потому что в древнеанглийском был родительный падеж. И дательный падеж там был, так что и to тоже не требовалось.

Дальше происходит то, что все эти падежи теряются. Но надо же как-то выражать те же самые отношения. И вот появляется предлог. А предлог плюс короткое слово — это то же самое по длине, что прежнее длинное слово.

Вот у меня здесь под рукой есть книжечка, где приведена одна и та же фраза Священного Писания на всех тех языках мира, на которые миссионеры успели его перевести. И хорошо видно, что длина этой фразы чрезвычайно мало меняется. На русском языке ее запись составляет 98  букв, на французском — 111, на латыни — 120. И так далее. В каких-то совершенно экзотических языках, например, в новозеландском языке маори — 108. Длина колеблется незначительно, в пределах 25% — это совершенно несущественно. И можно предполагать, что 10 тысяч лет назад и 20 тысяч лет назад фразы были примерно такой же длины. Всё это время происходили гигантские процессы по усечению слов, но они всегда компенсировались. Этот механизм предусматривает, с одной стороны, усечение длины слов, а с другой стороны, таким же неумолимым образом предусматривает появление новых элементов в масштабах речи как таковой.

Ну, и, пожалуй, я не буду вдаваться в подробности этого процесса, поскольку я немножко превысил время. Давайте на этом остановимся.

(Аплодисменты).

И. Б. Иткин: Уважаемые господа, какие будут вопросы?

Елизавета Щеголькова (8 класс): Вот, допустим, есть племя в Тихом океане. Они никого не знают, их никто не знает, и вот в этом племени есть письменность. И через какое-то время они все вымерли по какой-то причине. А потом туда пришли другие люди и обнаружили их тексты, только тексты, которые уже никто не умеет читать. Можно из этого что-то извлечь и о них узнать?

А. А. Зализняк: Вы придумали проблему, которая кажется самой невероятной и фантастической, а на самом деле она неоднократно вставала перед лингвистами. В таком состоянии до сих пор существуют в мире некоторые записи. Некоторые подобные тексты расшифрованы. Это счастливая часть. А некоторые не расшифрованы до сих пор. Причем немыслимое количество мозгов затрачено на то, чтобы это сделать, но пока что некоторые остаются нерасшифрованными.

Я рекомендую вам книжку Иоганнеса Фридриха «Дешифровка забытых письменностей и языков», в которой приведены изумительные примеры такого рода, и они очень хорошо изложены, и перевод хороший. Парочку примеров я расскажу, потому что это очень интересно.

Ровно в таком состоянии были письмена, которые нашли в большом количестве при археологических раскопках на Крите и в материковой Греции в начале и середине ХХ века. Они были на глиняных таблетках, пластиночках из обожженной глины, иногда на других материалах. В распоряжении ученых оказалось много сотен таких текстов. Это была явно одна и та же письменность, один и тот же набор знаков, порядка 100 разных знаков. И решительно никаких сведений о том, что бы это могло быть. Предельно трудный случай для расшифровки: тексты на неизвестном языке, записанные неизвестным типом письма; и при этом нет билингв (то есть параллельных записей на двух языках). Это так называемое критское линейное (или линеарное) письмо B. В — потому что было и другое письмо, письмо А, но именно письмо В имеет славную историю.

Расшифровка этого письма — замечательный факт в истории лингвистики, не менее славный, чем расшифровка египетской письменности Шампольоном или древнеперсидской Роулинсоном. Основная роль в этом открытии принадлежит английскому архитектору Майклу Вентрису; второй участник — профессор греческой филологии Джон Чедвик. Вентрис составил всеобъемлющую таблицу, приводящую в систему все наблюдаемые последовательности знаков линейного письма В. При этом он убедился, что есть много разных слов, у которых начальные знаки повторяются, но встречаются разные концы. Понимаете, что это был намек на то, что слова склоняются или спрягаются, т. е. основа их постоянна, а меняются окончания. И если какие-то слова имеют одинаковый набор окончаний, значит, они относятся к одному грамматическому классу. Так постепенно удалось установить на чисто «алгебраическом» уровне основные грамматические закономерности текстов, еще не пытаясь разгадать ни единого слова и не зная, что это за язык.

Многие исследователи пытались подставить в эти тексты слова самых разных древних языков, распространенных вокруг острова Крит: египетского, этрусского, языков Палестины, языков Малой Азии. Но всё проваливалось, никакие из этих попыток не были успешны. Что касается греческого языка, то к нему никто не обращался, потому что у археологов господствовала всеобщая полная уверенность, что речь идет о языке культуры, несравненно более древней, чем греческая. Сам Вентрис считал, что тексты написаны на каком-то языке, родственном этрусскому.

Опираясь на статистические закономерности распределения знаков, Вентрис смог установить вероятные фонетические значения нескольких знаков. С их помощью ему удалось выявить в тексте названия некоторых критских городов. И оказалось, что эти названия имеют грамматическое оформление, похожее на греческое. И вот Вентрис, несмотря на всеобщее убеждение, что древнейшее население Крита было не греческим, и на свое собственное мнение, что таблички написаны на языке, близком к этрусскому, решил всё же проверить, что получится, если попытаться подставить в текст греческие слова. И к его изумлению, один за другим стали открываться элементы текста на древнейшем диалекте греческого языка.

Окончательной победой расшифровки можно считать тот день в мае 1953 года, когда Вентрис получил письмо от своего коллеги археолога Блегена, который вел раскопки в Пилосе на Пелопоннесе, с текстом только что найденной новой таблички. Это был некий список, где в конце каждой строки стояло изображение треножника и цифра (написание цифр уже было известно). В строке с цифрой 1 Блеген, используя расшифровку Вентриса, прочел ti-ri-po, в строке с цифрой 2 — ti-ri-po-de. Это прямые соответствия архаического греческого tripos «треножник» (в единственном числе) и tripode (то же в двойственном числе). Несомненную греческую интерпретацию получил и ряд других слов текста.

Сейчас критское линейное письмо В уже расшифровано полностью. Вот вам замечательная счастливая история.

Но есть и истории, напротив, несчастные. Самая главная из них — это история Фестского диска, о которой вы, наверное, слышали. Фестский диск найден тоже, кстати, на Крите, в городе Фест, и нынешние путешественники, которые ездят на Крит купаться в море, могут зайти в знаменитый музей, где выставлен Фестский диск. Это обожженный глиняный диск, размером немного побольше ладони, необычайно красивый, аккуратно исписанный с двух сторон по спирали знаками иероглифического вида. Среди них есть головы, изображения людей, животных, растений, оружия. Но это не рисунки, а настоящее письмо; более того, каждый знак не процарапан, а выдавлен в глине штемпелем — т. е. принцип тот же, что у Гутенберга.

Для Фестского диска существует множество попыток расшифровки. Прочтения предлагались самые разные — от списка городов или кораблей до гимна богам и даже до разнузданного гимна весьма современного, почти неприличного содержания. Но тут, к сожалению, применим очень простой принцип: если некто предлагает полную расшифровку Фестского диска, то ее можно даже не читать. Надежными здесь можно считать только успехи в установлении слогового характера знаков, в изучении закономерностей их распределения и т. п., но не более того.

Так что ситуация, которую вы обрисовали, является — не скажу массовой, — но во всяком случае, многократно повторявшейся в истории изучения языков. Это безумно интересный и такой волнующий раздел лингвистики — расшифровка самой письменности как таковой. Хотите положить на это жизнь — тогда можно чего-то достичь, но просто так сесть и расшифровать к вечеру такую вещь, как многие надеются, — это никому не удавалось.

Лиза Щеголькова: Спасибо.

Филипп Хаустов: После того, как все падежи, склонения-спряжения отпали, окончания «съедены», откуда берутся новые частицы, типа de, of? Какого они происхождения?

А. А. Зализняк: Они берутся из того, что уже было в языке, но использовалось редко. Допустим, в русском языке пропали окончания родительного падежа — чем бы вы их заменили? Например, «дом приятеля», как бы вы сказали, если нет родительного падежа?

Филипп Хаустов: Я имел посещать мой друг вчера.

А. А. Зализняк: Да, но это не родительный падеж. А для родительного падежа какой-нибудь предлог пришлось бы использовать. Какой? Из имеющихся. Ему надо было бы придать немножко более общее значение.

Филипп Хаустов: «У», например…

А. А. Зализняк: «У», может быть. Вот ровно в таком положении оказался болгарский язык, единственный славянский язык, который потерял падежи. В болгарском языке нет окончаний падежей. Что же в этой ситуации пришлось сделать? Пришлось заменить их предлогами, поэтому по-болгарски это будет «дом на мой друг». Конечно, предлог «на» изначально не имел этого значения, оно несколько сдвигается в сторону по сравнению с тем, что было.

И. Б. Иткин: Еще вопросы?

– Меня интересует, насколько правильны выводы по поводу произношения слов, в отношении которых применяется реконструкция. Насколько я понимаю, мы имеем дело с безакцентным произношением только во французском, а всё остальное — с натяжкой.

А. А. Зализняк: Можете называть это натяжкой, если у вас заранее имеется некоторый скепсис. Мы можем говорить о некоторой доле вероятности — это совершенно верно. Звездочкой здесь показано, что это не засвидетельствовано. Для остальных слов орфографическая запись засвидетельствована, а то, что я написал в скобках — это гипотезы лингвистов (в отличие от последнего слова, которое фиксируется, потому что слышится сейчас). Это гипотезы со всеми вытекающими отсюда последствиями.

– В первоисточниках нет записи в транскрипции?

А. А. Зализняк: Нет, само понятие транскрипции — это позднее научное понятие. В древних текстах никакой записи в транскрипции не было.

– А как звучал санскрит?

А. А. Зализняк: Ну, санскрит и сейчас звучит: в городе Бенарес (Варанаси) записали санскрит в качестве родного языка 500 человек.

– А праиндоевропейский?

А. А. Зализняк: О праиндоевропейском можно судить только на основании реконструкции. На самом деле, этот вопрос часто возникает. Строго говоря, лингвист делает вывод только о сходстве, о совпадении и несовпадении: одна фонема в данном случае или две разные. Как звучали фонемы — это всегда гипотеза.

Как правило, в таких случаях основная опора состоит в том, чтобы найти среди живых языков язык примерно такой же структуры и посмотреть, как это звучит там. Языки не слишком разнообразны в этом отношении, не существует языков с какими-то абсолютно другими фонемами. Все языки мира в общем используют некоторый ядерный набор фонем: м, р, а, о, у есть почти везде. И вот подбирается язык, который по крайней мере в этом своем фрагменте максимально близок к тому, что у нас получается по реконструкции. Тогда самым вероятным окажется предположение, что и произношение было такое же, как там. Но, конечно же, это всего лишь гипотеза.

И. Б. Иткин: Еще вопросы?

– Скажите, пожалуйста, а как ученые пришли к выводу, что существовал праиндоевропейский язык, если от него не осталось памятников.

А. А. Зализняк: Пожалуйста. Но это и есть вопрос о том, имеется ли убедительная сила в том, что я вам рассказываю в течение часа и чем занимается большое количество лингвистов в течение двухсот лет.

Первый наблюдаемый вывод состоит в том, что существуют языки, которые очень похожи друг на друга. Не вызывает, например, сомнения то, что русский и украинский языки похожи, и это сходство не случайное. Тем самым мы делаем первый шаг в нашем заключении, что, вероятно, существовал язык-предок, общий для этих двух.

Все следующие шаги строятся таким же образом. Далее идет совокупность русского с украинским, с одной стороны, и, скажем, с другой стороны, совокупность польского с чешским. Вот у вас уже восточнославянские языки и западнославянские языки. Про них вы делаете то же самое предположение, что они в какой-то момент сходились к одному предку.

И вот таким же способом, делая уже не два шага, а три, четыре, шесть, семь, десять шагов вы доходите наконец до понятия праиндоевропейского языка. Вы правы в том смысле, что при каждом следующем углублении возрастает некоторый элемент ненадежности, — это верно. Ваш вопрос вовсе не такой немыслимый. Мне один раз в очень серьезной беседе пришлось отвечать на этот же вопрос, когда я разговаривал с настоящим французским скептиком — из тех, кто желал отрицать лингвистику как таковую. И вопрос был в точности такой же: откуда вы знаете, что существовал праиндоевропейский язык, и не является ли всё это сплошной вашей, лингвистов, выдумкой? Вот примерно это я ему и отвечал. Так что мне не в первый раз приходится отвечать на этот вопрос.

Е. Б. Феклистова: А удалось Вам его убедить?

А. А. Зализняк: О нет, что Вы! Француза-скептика разве убедишь!

И. Б. Иткин: Еще вопросы, господа?

Полина Чернышева (6 класс, школа «Интеллектуал»): Вот тот язык, который вы написали перед старофранцузским — это какой?

А. А. Зализняк: Это тоже старофранцузский, но более ранний, который еще не отражен в записях. Это галльско-романский язык, та форма романской речи, которая бытовала на территории Галлии.

И. Б. Иткин: Есть ли еще вопросы? Если есть, держим руку высоко. Да?

Е. Б. Феклистова: Меня интересует ваше личное отношение, осмысленно или не осмысленно учить в 11 классе к экзамену, какое ударение указано в нормативном словаре?

А. А. Зализняк: Ну, понимаете, поскольку я занимался составлением соответствующих словарей, моя позиция заключается в том, что это осмысленно.

Другое дело, что есть вопрос о том, насколько и что можно и должно навязывать, а насколько нельзя. Сейчас общая тенденция состоит в том, чтобы не соблюдать правила, которые когда-то считались совершенно незыблемыми. Книги выходят с вольной орфографией, во многих издательствах отменена функция редактирования. И то, что сейчас читают школьники, — это часто плохой русский язык, с плохой орфографией и прочим.

Что касается ударений — то тут, конечно, есть разные зоны. Я думаю, что очень хорошим в этом смысле и очень взвешенным, не ударяющимся ни в одну крайность, ни в другую является Орфоэпический словарь Н. А. Еськовой. Там выдержана тонкая градация указаний о том, как относиться к разным ударениям. Для значительной части слов в нем даются одинаково правомочные ударения: есть и такое, и такое, не надо бояться любого из вариантов. Для вариантов немножко различающихся у нее указываются тонкие различия: устаревающий вариант, устаревший вариант, не рекомендуемый вариант (кстати, не рекомендуемый вариант часто означает, что так говорит большинство), неправильный вариант и, наконец, грубо неправильный. Вот грубо неправильного, наверное, стоит избегать. Так что у меня такое ощущение, что такие крайности действительно хорошо было бы устранять в школе, а всё остальное находится уже более или менее в сфере факультативного.

И. Б. Иткин: Какие еще вопросы?

– Как вы считаете, насколько осмысленно было бы искусственно создать синтетический язык для всего человечества?

А. А. Зализняк: Эта идея в какой-то момент очень активно реализовывалась. Была целая эпоха: конец XIX — начало ХХ вв., когда появилось несколько таких языков. Самый известный из них — эсперанто, но есть еще добрый десяток других, менее известных: идо, волапюк, например. Остальные не выжили. Язык эсперанто в какой-то степени выжил, но большого успеха не имел.

Тут проблема вот какая. Доктор Заменгоф, который изобрел эсперанто, хотел создать идеальный язык, который не обладает никакими недостатками языков живых. Из-за этого его стали пропагандировать и предлагать всем им пользоваться.

А какие недостатки у живых языков? Те, что в них содержится масса исключений, масса неправильностей, какие-то сложные склонения, спряжения. А главное, что если какое-то правило есть — то из него обязательно есть исключения. И казалось так, что если устранить этот недостаток естественного развития языков, снабдить человечество искусственным языком — то всё будет идеально. И действительно — эсперанто задумано именно так.

Но постепенно обнаружилось следующее обстоятельство, которое очень сильно влияет на оценку всего подобного творчества. Дело в том, что, как хорошо знает сегодня лингвистика, наличие исключений в языках не является каким-то случайным шумом в устройстве механизма языка. К нему нельзя относиться как к чему-то постороннему по отношению, так сказать, к идеальному замыслу языка. Выяснилось, что наличие исключений в живых, натуральных языках абсолютно неизбежно ввиду изменчивости языка — потому что язык, изменяясь, никогда не меняет свою структуру целиком от начала до конца. Меняются какие-то одни пласты, а другие остаются в более архаичном состоянии. Например, решительно в любом языке, где есть вспомогательные глаголы быть и иметь, они будут спрягаться не так, как стандартные глаголы. Сложнее будут спрягаться, иррационально, и каждую форму придется отдельно запоминать. Это характерно для французского, для английского, для латыни — решительно для всех языков. Казалось бы — зачем это нужно? Пусть у них будет такое же спряжение, как у всех остальных глаголов. Но это происходит не по принципу «зачем», а оттого, что такой употребительный глагол, важнейший для системы, постоянно использующийся, постоянно повторяющийся, превосходящий среднюю частотность других глаголов в сотню раз — изменяется намного медленнее. Спряжение вспомогательных глаголов в громадном большинстве языков отражает состояние на несколько тысяч лет более древнее, чем спряжение рядовых глаголов. И это очень существенно.

Вы, может быть, пока не понимаете, к чему я это говорю, но я, тем не менее, дойду до ответа на ваш вопрос; я как раз к этому подхожу, чтобы ответить более основательно.

Тем самым оказывается, что при нормальном развитии языка как функции общения, а не просто чего-то выдуманного на бумаге, обязательно происходит такое расслоение: в одном языке бывают пласты более современные, средние и древние. У них разная грамматика, и поэтому древнее выглядит как исключение; так и формулируется, что это исключение.

К выдуманному доктором Заменгофом эсперанто это не подходит — там всё идеально. Но дальше происходит одно из двух. Либо это эсперанто остается на полке памятником изобретательности доктора Заменгофа, либо оно становится живым международным языком. А если оно становится живым международным языком, оно никуда не уйдет от законов развития языка: в нем появятся исключения. И тогда человечеству нет уже никакого смысла бросать свой английский, свой испанский, свой русский язык и переходить на эсперанто. Потому что пройдет лет сто (в масштабах развития языка это мелочь, надо только пренебречь тем, что тогда будем уже не мы) — и это эсперанто перестанет быть идеальным языком.

Вот это оказалось главным препятствием. В самом деле, в первой половине ХХ века на эсперанто очень активно переписывалось некоторое количество энтузиастов во всем мире. В одних странах это приветствовалось, в Советском Союзе это преследовалось, но это уже отдельная история. Факт тот, что на эсперанто стали сочинять романы, какие-то стихи писать, и выяснилось, что это до известной степени возможно. Но стали появляться исключения, отклонения от правил, идиоматические (то есть невыводимые из своих элементов) сочетания — ровно по тем же неизбежным законам развития языка, о которых я говорил. Эсперанто стало больше похоже на обыкновенный язык. Оно еще не все свои преимущества потеряло, но находится на том пути, чтобы потерять.

Примерно то же самое происходит с ивритом в Израиле. Там они, правда, и не исходят из того, что это должен быть язык без исключений. Библейский язык, на основе которого построен иврит, — это вполне нормальный язык, в котором имеется регулярная грамматика, но имеются и части совершенно неправильные и т. д. Кстати, пример Израиля показывает, что в принципе возможно создать такую социальную ситуацию, что новое поколение будет говорить на языке, который предложили, так сказать, из идеи и который не был языком родителей. Так что с этой точки зрения эсперанто в принципе могло бы и привиться –– дело здесь, очевидно, в другом.

Вот ответ на вопрос, почему эсперанто реально не достигло статуса конкурента, скажем, для английского языка и, по-видимому, не достигнет. А про остальные тем более нечего сказать.

– У меня еще один вопрос. Может быть, абсурдно такой вопрос ставить, но правомерно ли говорить о том, что в будущем разовьется какой-то совершенный язык, лучше всех прочих языков?

А. А. Зализняк: О чем-то подобном уже шла речь в прошлый раз. Остановлюсь на этом вопросе еще раз, потому что он действительно многих волнует. Речь идет на самом деле о том, существуют ли более высокоорганизованные и более ценно устроенные языки, чем другие.

Ну, того, чего можно достичь в будущем, я не буду касаться, этого я не знаю. Но если сравнивать ныне существующие языки, можно ли одним языкам ставить высокую оценку, а другим низкую по некоторой шкале? Например, по той, которую Вы предлагаете. И оказывается вот что. Если оценивать язык не вообще, а применительно к тому обществу, которое он обслуживает, скажем, папуасский язык — для общества папуасов, язык австралийских аборигенов — для австралийских аборигенов, английский язык — для тех, кто английским как родным пользуется, то оказывается, что степень приспособленности языка к нуждам соответствующего общества во всех случаях одинакова: она хороша. Языков, которые неудовлетворительно обеспечивают потребности своего общества, не наблюдается. Другое дело — если начать папуасский язык применять к английским нуждам. Тут окажется, что не хватает понятий решительно ни для чего.

Что говорить, русского языка оказалось недостаточно, чтобы покрыть все компьютерные и прочие понятия, которые к нам пришли такой массой совсем недавно, на ваших глазах. Когда происходит такое внедрение в жизнь общества чужого языка, то собственный язык этого общества действительно может оказаться в положении, что ему не хватает слов, выражений и прочего. Но причина здесь не в том, что один язык совершеннее другого, а только лишь в разнице и технического и экономического состояния обществ. Не говоря уже о том, что различна природа — у одних пальмы растут, у других плавают тюлени. И помимо этого, бывает разница еще и в другом. Например, выясняется, что ни один язык мира не имеет прямого эквивалента для русского слова тоска… Ну и так далее.

И. Б. Иткин: Ну, давайте тогда последний вопрос.

А. А. Зализняк: Да нет, пусть задают вопросы. Я не против.

Филипп Хаустов (8 класс): Скажите, пожалуйста, а артикль — это достаточно молодое явление в языке?

А. А. Зализняк: В тех языках, история которых хорошо наблюдается, европейских в основном, артикль появляется на глазах истории. В латыни его нет. Но в греческом артикль был. Так что это не значит, что артикль — это во всех языках молодое явление. Греческий имеет артикль с самых древнейших времен — со времен «Илиады». Тут, по-видимому, нет хронологической зависимости. Для европейских языков это понятие последних полутора тысяч лет. Закономерности, которая была бы характерна для всего мира, я не знаю, думаю, что артикли появляются и исчезают примерно так же, как и другие элементы. Нет такого закона, который действовал бы во всех языках. Если бы он был, то во всех современных языках мира был бы артикль.

А как артикли возникают, известно довольно хорошо: это слово со значением «тот» для определенного артикля и со значением «один» для неопределенного — почти всегда это так. Как они могут исчезать? Тут у меня хороших примеров нет. Наверное, они исчезают путем срастания со словом с переосмыслением полученного результата. Т. е. не то, что их просто перестанут употреблять. Они могут срастись с началом слова, к которому относятся, стать его частью. (Кстати, не обязательно с началом, есть же постпозитивные артикли, которые стоят после слова, например, в шведском языке, в албанском.) Тогда полученное слово может потерять статус в плане определенности-неопределенности и использоваться как-то иначе. Вот такой здесь возможен путь, а чтобы они просто перестали употребляться — этого не бывает.

И. Б. Иткин: Если больше вопросов нет, то, давайте поблагодарим Андрея Анатольевича.

(Аплодисменты.)

А. А. Зализняк: Спасибо.

Об исторической лингвистике (начало)

См. также другие лекции А. А. Зализняка в школе «Муми-тролль»:
1) Некоторые проблемы порядка слов в истории русского языка, 18.11.2005.
6) Об исторической лингвистике (начало), 12.12.2008.
2) О языке древней Индии, 11.02.2011.
3) Об истории русского языка, 24.02.2012.
4) Языки мира: арабский, 11.02.2013.
6) Из русского ударения, 17.02.2014.
7) Из рассказов о берестяных грамотах, 13.02.2015.

Как Чехия стала мировым центром потребления пива — Российская газета

Где даст интервью один из самых авторитетных пивных эрудитов Чехии? Ну конечно, в пивной. Потому я ничуть не удивился тому, что главный редактор и издатель журнала Pivo, Bier & Ale Павел Боровиц назначил встречу в «Пивоварском клубе» — популярном пражском заведении, известном тем, что здесь клиенту могут предложить более ста разных марок пенного напитка.

Официант споро поставил перед нами два бокала со светлым пивом. Павел с удовольствием отхлебнул и одобрительно произнес: «Лежак». Десятка. Мое любимое».

Ну что касается десятки, то я понимаю — это плотность 10%. А вот что означает «лежак»?

— «Лежак» или по-английски — «лагер», это, как правило, светлое и легкое пиво с небольшим процентом алкоголя. Не больше 5 градусов. Классический чешский «лежак» трудно сделать. Надо иметь очень хороший хмель, высокого качества солод, чистую без примесей воду, а также использовать особую технологию. Настоящий «лежак» обязательно обладает таким важным свойством, как «питность». Это когда ты выпиваешь одну кружку и сразу хочется выпить вторую. Варить такое пиво надо не менее 8 часов. Далее оно должно отлежаться при определенной температуре от 30 до 90 дней, чтобы из него ушли все ненужные примеси. Не все заводы могут себе позволить такое.

Да, про «питность» это вы верно заметили. Я не раз ловил себя на том, что едва выпив первый стакан, ты уже заказываешь следующий. Причем эта странность свойственна именно чешскому пиву. А вот правильно ли считать, что густая пена — это непременный признак его хорошего качества?

— Если имеется в виду «лежак» или «стаут», то да. Для эля это не обязательно.

Что для чеха пиво? Выпивка? Дань традиции?

Майский фестиваль пива в Праге. Важно помнить: пиво для чехов — это прежде всего душевный разговор, причем он важнее, чем сам напиток. Фото: AP

— Пиво для нас — это прежде всего душевный разговор, причем он может быть даже важнее, чем сам напиток. За кружкой люди становятся более открытыми, сердечными. Еще это что-то вроде народной терапии — снимает стрессы, дает энергию. Во время застолья каждый человек — герой, ему прощают любые небылицы. Пиво, поверьте мне на слово, способствовало тому, что сохранился чешский язык. Ведь довольно долго мы жили под Австро-Венгрией, и немецкий насаждался везде. А в «господах» — так называются наши пивные — разговор всегда шел исключительно на чешском. Когда в Средние века на страну обрушивалась эпидемия, то не пили воду, которая была переносчиком заразы, а пили пиво — безопасное и полезное.

Еще хочу заметить, что пиво — это для чехов и еда, и пища. Тот, кто его пьет, не ест много, пиво заменяет ему и мясо, и рыбу. Интересно, что монахи во время поста, когда были вынуждены отказываться от еды, спасались именно пивом. Они называли его «Божий дар». Если пивовар использует хороший качественный солод, то в его напитке содержится много полезных для здоровья минералов.

Вы хотите сказать, что есть исследования, которые подтверждают целебные свойства пива?

— И немало. Вот понятный для всех пример. Наша традиционная кухня содержит много жирной пищи. Так вот пиво помогает желудку с ней справиться. Чех может выпить и 5, и больше кружек, но при этом он не пьяный, а слегка веселый. А наутро у него не болит голова. Есть пивные курорты. Поезжайте в Ходову Плану, это на западе Чехии, там под наблюдением врачей можно принять пивные ванны — они очень хороши для релаксации.

Как чех выбирает свое любимое пиво? Верно ли, что на протяжении жизни он пьет только именно «свое»?

— Раньше это было так, потому что люди жили оседло и потребляли тот продукт, который производился в их городке или деревне. Теперь все по-другому. «Пльзенский урквелл» сейчас можно купить где угодно. Хотя в разных регионах отдают предпочтение своим маркам. Например, в Моравии очень популярен «Радегаст». На западе, в Карловарском крае, любят «Ходовар».

Это правда, что средний чех выпивает в год 144 литра пива и по этому показателю значительно опережает среднего немца?

— Правда. Мы на 1-м месте в мире. Но тут надо сделать оговорку: если бы Бавария была самостоятельным государством, то она бы нас опередила, там пьют больше — 200 литров на душу населения.

В чем отличие чешского пива от немецкого?

— Наше более горькое. Для немца важно чувствовать в напитке солод. А для нас интересна легкая горечь в послевкусии. Причем ее должно быть ровно столько, чтобы не переборщить. Соблюсти баланс! Малейшее нарушение, и пиво уже не то.

Еще я слышал, что очень важный фактор — вода?

— Да. В нашей воде т.н. «пльзенского типа» нет минералов, она мягкая. Вода — это 95% успеха. Почему, например, «Будвар» можно варить только в Чешских Будеевицах? Потому что такой воды, как там, больше нет нигде.

Закон не регулирует крепость производимого пива?

Варить качественный «лежак» — пиво, после кружки которого хочется немедленно выпить еще одну — надо не менее 8 часов. Фото: Reuters

— Нет. Законом предусмотрен только налог с производителя, но он платится не с процента содержащегося алкоголя, а с плотности пива. Кроме того, налог берется также и с продавца, и таким образом государство получает от пива приличный доход, в год это 4 млрд крон. «Пивной» налог был всегда, еще с давних времен. Раньше он пополнял королевскую казну, потом стал частью госмонополии.

А отчего именно Чехия стала мировым центром потребления пива?

— Само географическое положение нашей страны способствовало этому. Для производства хороших вин у нас недостает солнца. Зато есть очень хорошая вода, есть прекрасные возможности для выращивания пшеницы, ячменя, хмеля. И сам характер чеха гармонирует с неторопливой выпивкой в доброй компании и за хорошим разговором.

Существуют какие-то объективные показатели, которыми можно определить качество напитка, или все сводится к чисто субъективным оценкам?

— У нас есть пивоварский институт. И там работают профессионалы, которые лабораторным путем могут сделать микробиологический анализ. Есть и очень грамотные дегустаторы. Они определяют качество по многим показателям. Цвет. Запах. Вкус. Общее впечатление.

Хорошая профессия. Наверное, много желающих стать дегустаторами?

— Возможно, желающих и много. Но не каждый способен. В Чехии, я думаю, настоящих дегустаторов не более 50 человек. В Штатах больше — человек 300.

И видимо, в мире проходят соревнования или конкурсы пивоваров?

— Самый крупный конкурс проходит раз в 2 года в Америке — World Beer Cup. Там победителей определяют в 95 номинациях. В Европе — European Beer Star, это соревнование проходит ежегодно в Мюнхене. Арбитрами приглашают 105 лучших дегустаторов со всего мира. В прошлом году я был одним из них. Здесь номинаций поменьше, всего 65.

Ну и какие страны берут больше всего призов?

— Германия и США. В последние годы успешно соперничают с традиционными пивными державами Италия, Бразилия, Япония. Пиво укрепляет свои позиции в мире. Кстати, самые большие объемы производит Китай.

Странно, что в числе лидеров вы назвали американцев. Я помню, совсем недавно ваш президент Земан назвал их пиво «водой из лужи».

— Нет, надо признать, малые пивоварни craft brewery там готовят очень хороший продукт.

Все-таки хочу понять, сколько сортов пива у вас сейчас производят? Говорят, что их сотни.

— Не совсем так. Популярных, традиционных сортов примерно 15. Если же вы спрашиваете, сколько у нас производителей, то их больше: 300 мини-пивоварен и 54 промышленных предприятия.

Какие рекорды зафиксированы в чешских пивоварнях?

— Их много. К примеру, в нашем учебном заведении, которое готовит пивоваров, один профессор сварил пиво плотностью 34%. Оно называется «Подскальска коза».

А устраивают соревнования кто больше выпьет пива?

— Нет. Бывает, соревнуются, кто быстрее одолеет свою литровую кружку. Такое первенство отдельно для мужчин и женщин, в частности, проходит в популярной пивоварне «Ходовар» на западе Чехии. Если не ошибаюсь, чемпионы справляются за 5 секунд.

Правда ли, что Черчилль когда-то произнес фразу: «Пиво делает человека глупым и ленивым»?

— Я тоже слышал об этом. Но может, он имел в виду английский эль? Я вам приведу другой пример. Знаменитый чешский писатель Богумил Грабал говорил: «После третьей кружки ты идиот, а после девятой — гений». Это слова человека, который великолепно знал мир пива и пивных.

Что лучше — кружка или бокал? Вот смотришь голливудский фильм и видишь, как американцы пьют пиво прямо из бутылок. Мне лично кажется, что это издевательство над напитком.

— Согласен. У них не было пивной культуры. И вот такое привилось. Конечно, вкус пива зависит о того, из какой посуды ты его пьешь. Правильнее всего — из высокого бокала или из кружки.

Кстати, я обратил внимание на то, что кружки — во всяком случае, в ресторанах — уходят в прошлое. С чем это связано?

— Маркетинг — исключительно с ним.

На западе Чехии есть пивные курорты, где под наблюдением врачей принимают пивные ванны. Но если нет возможности путешествовать по всей Чехии, то небольшое «пивное СПА» можно найти и в Праге. Фото: AP

Кстати, о маркетинге. Раньше во всех господах имелись надписи на чешском и немецком языках: «Политические разговоры запрещены». И это вовсе не было страхом перед тайной полицией в эпоху Австро-Венгерской империи. Все проще: когда люди говорят о политике, они нервничают. У них пропадает аппетит. Значит, заведение несет убыток.

Сколько же господ в Чехии?

— О, этого никто точно не знает. Только в Праге их 5 тысяч.

У нас пиво пьют с соленой рыбой. Чехи же это категорически не воспринимают. Почему? И какие закуски — лучшие к пиву?

— Любая закуска мешает насладиться вкусом хорошего напитка. Если уж что-то употреблять, то сыр и лучше голландский, твердый. У нас тоже выпускают такой специальный сыр, называется он «оломоуцкие творожки».

Наши туристы, приехав в Прагу, сразу бегут в те рестораны, которые давно известны им по книгам и путеводителям. Например, в швейковский «У Калиху»…

— …И попадают там в западню. В ловушку. Потому что сервис отвратительный, еда невкусная, а цены — запредельные. «У Флеку» очень хорошее пиво и я могу это заведение рекомендовать. «У Медведку» — тоже. «Пивоварский клуб», где мы сидим. Здесь «лежак» самый вкусный в Праге. Если хотите попробовать пльзенского пива, то идите в заведение, расположенное на Малой Стране — «У гроха» или «У Елинеку». Это не рестораны, а именно пивные, господы. Если хотите попробовать продукцию малых пивоваров, то лучше подняться к Страговскому монастырю. Или отведать «Киншперкского зайца» — это пиво делают в Карловарском крае выходцы из России. Или зайти в «Пивоварский дум» — они там интересно экспериментируют.

В Чехии пиво — это самый демократичный напиток. Оно по карману всякому. А есть сорта дорогие, скажем, как марочный коньяк?

— Сами чехи такое не производят. Но у нас можно найти голландское пиво «Распутин», оно стоит 5 евро за бутылку 0,33 литра. Очень крепкое, там 11% алкоголя. И говорят, бутылка может храниться четверть века. Есть бельгийское пиво Deus, оно еще дороже, потому что изготовляется по технологии шампанских вин. Или другое бельгийское пиво под названием Trignac — оно продается по 40 евро за бутылку. В Великобритании я видел пиво под названием «Ядерный пингвин», оно крепостью 32 градуса и стоит за 50 евро.

То чешское пиво, которое разливается в Москве или продается в бутылках, отличается от местного?

— Экспорт пива — сложная тема. Надо понимать, что самое большое удовольствие вы получите, если выпьете пиво непосредственно у пивовара, там, где его произвели, где оно без фильтрации и пастеризации. На мой взгляд, лучше всего справляются с проблемами длительного хранения своей продукции — без потери качества — производители «Будвара». Да, правильно разлитое в бутылки пиво может храниться и 3 месяца, и больше, но все же лучше выпить его в течение 2-3 недель. Пиво не прокиснет, но вкус теряется.

У нас получился очень познавательный разговор. Однако, прощаясь, не могу обойти молчанием вот такой скользкий вопрос. Существует стойкое убеждение в том, что если человек регулярно употребляет пиво, то он неминуемо растолстеет.

— Вот мы с вами сейчас пьем «лежак». Знаете, сколько в вашем стакане калорий в пересчете на сахар? 12 кусков. Как же совместить приятное с полезным? Да очень просто. Один из моих друзей выпивает 4, а то и 6 бокалов, а потом пешком идет домой, это 8 км. И у него нет даже намека на живот.

И еще один совет. Если уж вы прочно засели в пивной, то ни в коем случае не должны чревоугодничать. Тут одно из двух: или пить, или есть. В крайнем случае сначала откушайте, а уж затем переходите к пиву.

Кстати

Первая запись о пивоварении в Чехии найдена в летописи 1087 года. Сначала пиво делали исключительно монахи, и лишь позже заниматься пивоварением разрешили рыцарям, шляхтичам, а затем мещанам. В XIII веке в стране действовало «правило мили», согласно которому расстояние между пивоварнями должно было быть не менее мили.

Согласно данным соцопросов, 34% жителей Чехии наведываются в пивную 1-5 раз в месяц, а 18% — от 6 до 10 раз в месяц. 80% считают пивную носителем народных традиций, 56% — источником свежей информации.

Мировое распространение языков / Хабр

Любопытнейшая инфографика издания South China Morning Post, демонстрирующая не только текущее положение дел в распространении мировых языков, но и факторы, влияющие на их будущее. Особенно интересно на неё смотреть, если иметь в виду, что язык в современном мире = распространение культуры. Т.е. речь, в конечном итоге, о мировом культурном разнообразии, его будущем и месте разных культур в этом будущем.



Интересные факты:

  • В мире уже 7,2 миллиарда человек
  • Для 4,1 миллиарда из них родным является один из 23 самых распространённых мировых языков
  • Китайский язык — самый распространённый из родных языков с 1,2 миллиарда носителей
  • Английский язык — самый распространённый язык в мире с учётом полутора миллиарда выучивших его — всего на нём говорят 1,8 миллиарда человек
  • Французский и английский языки — единственные два, число выучивших которые превышает число тех, для кого он родной

Что говорит инфографика о русском языке:
  • Русский язык — восьмой по распространённости в мире в качестве родного языка для 166 миллионов человек
  • Русский язык — восьмой по количеству стран, в котором на нём говорят — 16 стран, включая, кроме 15 стран б. СССР ещё и Монголию.
  • Русский язык не входит в топ-7 самых изучаемых языков на планете, причём на седьмом месте японский всего с тремя миллионами учащих его, так что сколько бы людей ни учило русский — их ещё меньше
  • Русский язык уступает по числу говорящих на нём португальскому — в основном, конечно, за счёт сильно выросшего населения Бразилии

Если добавить к этому два факта, не отражённых на на инфографике — растущее число изучающих английский или китайский в качестве иностранного в странах бывшего СССР, и прогнозируемое снижение населения России до 120 миллионов к 2050 году и 100 миллионов к 2100, можно предположить, что сфера влияния русского языка и русской культуры будет снижаться. По крайней мере, не видно предпосылок для роста или даже сохранения status quo.

Французский язык хорошо устроился на втором месте по количеству изучающих его. Несмотря на то, что общее число говорящих на нём несопоставимо с китайским, соотношение родной/выученный в их пользу, в отличие от китайского, который, вероятно, просто слишком сложно учить. Да, распространение французского сейчас в основном — наследие колониальной эпохи, обусловленное африканскими странами, но это не так уж плохо, учитывая потенциал роста африканских стран в XXI веке как численно, так и экономически. По совокупности факторов можно сказать, что у французского как минимум не меньше шансов стать резервным мировым языком, чем у китайского.

Впрочем, пока Китай — вторая экономика мира, его тоже нельзя списывать со счетов. 30 миллионов выучивших китайский — капля в море, так что в ближайшие десятителетия спрос на изучение китайского должен расти.


(покрупнее)

Краткое резюме:

  1. Не видно предпосылок для роста и даже сохранения сферы влияния русского языка
  2. Английскому языку ничего не угрожает в качестве мирового языка
  3. Французский язык — неочевидный кандидат на место резервного языка
  4. Китайский язык будет выгодно учить и преподавать в ближайшие десятилетия

Пиво на 78 языках

Пиво на 78 языках

l p 78 sprk — Cerveza en 78 lenguas — Pivo na 78 jazykoch

«Скажи мне, Алвис — на судьбу всех существ
Я считаю, что, карлик, ты знаешь —
как пиво варится мужчинами,
во всех мирах, столь широких? »

— Слово об Алвисе (Старшая Эдда),
Перевод Холландера.

Пиво имеет долгую историю: древние египтяне и вавилоняне варили пивной напиток, а в средние века это был самый распространенный напиток в европейских городах. Слово «пиво» ​​первоначально означало просто «Напиток» (вероятно, от латинского bibere, пить). В других языках слово, обозначающее пиво, указывает на горечь напитка, ячмень, из которого оно сварено, или праздники, с которыми оно ассоциировалось.

Современное западное пиво с хмелем впервые начали варить в баварских монастырях в 7 веке.На протяжении веков он шел по пути торговли, культуры и колониализма. Французы заимствовали слова бире, манекен и бульвар из голландцев 15 века, тогда как испанцы принесли старое галльское слово для обозначения пива носителям тагальского (филиппинцев) и кечуа, языка инков в Перу.

Список содержит слово, обозначающее пиво, на 78 языках, от китайского до мэнского, возрожденного кельтского языка острова Мэн. Также были включены некоторые искусственные языки.

бенгальский cervesa 0022 olutja 9 0030 900 Словацкий 9 0033

0

Язык Слово (а)
Африкаанс bier
Албанский birr
арабский beereh (bir)
азербайджанский pivo
баскский garagardoa
белорусский piva
пиво
бретонский bier
болгарский bira
каталонский чеченский jij
китайский (мандаринский) pi jiu
хорватский pivo
чешский пиво
Датский л
Голландский bier
Английский пиво, эль
Эсперанто biero
Эстонский lu
Faeroese l, bjr
Finnish
Фламандский Bier
Французский Bire
Фризский Bier
Гэльский (Шотландия) Leann (lionn), beir
Galician (Galego) cerveja / cervexa
Немецкий (высокий) Bier
Немецкий (низкий ) Пиво
Греческое mpra (bira), zthos
гавайское pia
Hebrew
Хинди 9003 2 пива
Венгерский sr
Исландский l, bjr
Ido biro
biro
Индонезийский bir
Interlingua bira
Irish (Gaeilge) beoir
итальянский bir
Японский biiru
Корейский mek-ju
Курдский bre
Lappish (Smi) вуола
Latin cerevisia, cervisia
латвийский alus
литовский alus
alus bbiya
Македонский pivo
Малайский бир
Manx (Gaelg Vannin) л.
Neo biro
Непальский biyar, jad
Norwegian (bm & nn) l
Окситанский (Провансальский) bira, cervesa
персидский (фарси) ab’jo
Police Motu bia
польский piwo
Portugese cerveja
Quechua sirbisa
Rheto-Rumansch biera 19 Romanian bere
Русский pivo
Serbian pivo
Sesotho jwala
pivo
Словенский pivo
Испанский cerveza
Суахили bia, pombe28
Шведский л
Тагальский (Пилипино) serbesa
Тайский bia
Турецкий Турецкий bira
Украинский pivo
Вьетнамский bia
Volapk bil
Wels 900 31 cwrw
Xhosa ibhiye
Yiddish bir
Zulu utshwala
33 9 В Европе есть четыре основных слова, обозначающих пиво.Строго говоря, эль используют на Севере, пиво на Западе, Cerveza на Юге и пиво на Востоке.
  • Пиво (bier, bire, birra, bjor и т. Д.), Вероятно, происходит от латинского bibere (пить) или biber (напиток). Слово пиво не имеет отношения к слову пиво.
  • Эль (l, olut и т. Д.) Получают из квасцов. Первоначальное значение — «горький».
  • Cerveza (cerveja, sirbisi, sr, cwrw и т. Д.) Происходит от старого галльского слова, обозначающего пиво. В самой Галлии (Франция) его сменил бир в 15 веке.
  • Пиво, слово, используемое в большинстве славянских языков, происходит от старого слова пивво (ячмень).
Пиво не упоминается в Библии (вино). Слово «л» встречается в пьесах Ибсена 21 раз (только в «Дикой утке» — 9 раз). Шекспир в своих пьесах 4 раза употреблял «пиво», а 17 раз — «эль» («Вы, грубые негодяи, ищете эль и пирожные?»). Если вам нужен более современный подход к пиву и литературе, прочтите книгу фламандского писателя Германа Брюссельмана!

В частотном словаре русского языка «пиво» — это слово нет.3901 — неудивительно: гораздо чаще встречается «водка» (№ 1488). Норвежское слово «л» — нет. 2915 в бокмл и нет. 1339 в нюнорске по двум разным частотным словарям. Итак, почему я чаще в нюнорске, чем в бокмле? Пиво — это не только напиток, это культура.


Некоторые ссылки: Amstel Bier — Как попросить два пива … — Словарь пива — Страница ссылок Германа Брюссельмана — Искусственные языки — Обзоры пива — SoulSailor — Майкл Джексон, Охотник за пивом — Mack, verdens nordligste bryggeri — Pivara Skopje, Македония — Biero kaj beleco — Verda pagxo, странная страница?
(c) составлено Мортеном Свендсеном, 1998 г.Незначительное обновление 2004
Эта страница http://www.oocities.org/Athens/Parthenon/1222/beer.html
Главная страница Эл. Почта Гостевая книга

Как заказать пиво на 20 разных языках — Hundredrooms.co.uk

Если вы любите путешествовать и наслаждаться холодным пивом во время поездки, то вы, вероятно, когда-то пробовали заказать пиво на другом языке. Может быть, это единственное, что вам удалось выучить , путешествуя по ? Мы объединили список того, как заказать пиво на 20 различных языках по всему миру !

Берлин, Шанхай, Барселона , Прага, куда бы вы ни пошли, скорее всего, вам когда-нибудь понадобится попросить пива.Итак, начнем


Пиво — самый потребляемый алкоголь в Африке, и его пьют как национальные, так и международные бренды. Вы можете попробовать Guinness или более местные бренды, такие как Laurentina или Manica.


Германия играет важную роль в пивном отделе. В каждом городе и регионе страны есть свой сорт пива, и они очень увлечены этим напитком. В Oktoberfest вы можете найти до 5000 различных сортов пива!


Произношение: Tsing dzai lie ee ping pee geo

Самое известное пиво в Китае — это Tsingtao, производство которого началось в 1903 году и сейчас продается в разных странах по всему миру.


Произношение: Вахид бира каман мин фадлак

Японское пиво не имеет такой большой истории, как другие страны, поскольку они начали коммерциализировать его только в 19 веке. Но если вы любите пиво, вы не сможете покинуть Японию, не попробовав его.


Самые распространенные сорта пива в Марокко — это Flag и Casablanca. Хотя пиво и алкоголь не являются большой частью мусульманских традиций, есть определенные магазины и бары, где подают местное пиво.


Estrella Dam — одно из самых традиционных сортов пива в Каталонии , но с каждым годом их становится все больше и больше. Moritz — более новый и популярный бренд пива из этого региона.


Чешская республика — это страна, которая потребляет больше пива, чем остальной мир! Мы думаем, что это потому, что у них есть много разных сортов пива , , и все они вкусные!


Произношение: Mae-gju han-jan ju-se-yo

Большой пивной фестиваль есть не только в Мюнхене, теперь Северная Корея празднует Пхеньянский пивной фестиваль Taedong , где вы можете попробовать Пиво Taedonggang!


В стране Басков на севере Испании тоже любят свое пиво и обычно пьют его в больших количествах.


В Финляндии также есть свой пивной фестиваль Kaljakellunta или Beer Floating festival , так как каждый обычно берет надувную лодку, чтобы спуститься по реке, попивая пиво. Фестиваль обычно проводится с июля по август.


Если вы едете в Париж, мы рекомендуем лучшие места, чтобы выпить французского пива : Шатле, Рю де Муффетар, Рю де Лаппе или Латинский квартал.


В Греции часто можно найти крафтовое пиво, такое как Corfu Beer, Piraiki, chios или Crete Beer.


В Венгрии запрещено здороваться с пивом.

В Венгрии можно приготовить тост с любым другим алкогольным напитком, кроме пива. Но почему? Традиция восходит к войне за независимость 1848 года, когда враг в честь празднования поджарил тост с пивом. После этого венгры поклялись, что не будут здороваться с пивом в течение 150 лет, и, похоже, это может продолжаться еще какое-то время.


Помимо возможности попробовать сотни различных сортов голландского пива, вы также можете посетить завод Heineken в Амстердаме, чтобы узнать, как его производят.


Итальянский — один из самых красивых языков в мире, поэтому нет оправдания, чтобы не попробовать Это.После пары кружек пива вы почувствуете себя родным!


Кажется, в Норвегии так просто попросить пива, как насчет того, чтобы сказать «ура»? Скол!


Некоторые из самых популярных португальских сортов пива включают Сагреш, Супер Бок и Тежу. Они любят свое пиво так же сильно, как и свои капириньи!


Произношение: Пи-ва па-жалс-та

До 2013 года пиво даже не считалось алкогольным напитком в России, так как оно содержало менее 10% алкоголя. Из-за их страсти к другим крепким напиткам, таким как водка, пиво для них было как вода.


Произношение: Kho beer eek kaew ka (женщины) / Kho beer eek kaew krab (мужчины)

В Таиланде вы должны попросить пиво по-разному, в зависимости от того, мужчина вы или женщина. Лучшие сортов пива в Таиланде — это Чанг, Сингха, Тигр и Лео.


Произношение: Cho mo’oht bee-ah neu’uh

Это лишь некоторые из языков, которые нам нужны во время путешествий, но есть еще много способов общения.

Мы пропустили язык, на котором вы хотели бы заказать пиво?

Ура!


Первое в мире приложение для заказа пива переводит слово «пиво» ​​на 59 языков.

Dos cervezas, por Favor! Первое в мире приложение для заказа пива переводит слово «пиво» ​​на 59 различных языков

  • Приложение включает традиционные языки для отдыха, но также включает тагальский язык с Филиппин, диалект ганаин тви, зулу и идиш
  • Включает видео, чтобы пользователи могли правильно выучить произношение
  • «Пиво», вероятно, наиболее полезное иностранное слово, которое нужно знать после «привет», утверждают создатели приложения

Опубликовано: | Обновлено:

Британские отдыхающие могут заказать пиво в любой точке мира, не прибегая к языку пиджин, благодаря первому в мире приложению-переводчику «пиво».

Приложение Pivo для iPhone переводит фразу «одно пиво, пожалуйста» на 59 языков и даже предлагает видеоролики с правильным произношением.

После того, как вы выучите на местном языке слова «пожалуйста» и «спасибо», просьба выпить пива на отдыхе за границей занимает одно из первых мест в списке фраз, которые нужно уловить.

В новом приложении представлены популярные европейские языки, такие как французский, испанский и итальянский, а также более малоизвестные языки, такие как шотландский, гэльский и валлийский.

Прокрутите вниз для просмотра видео

Нет времени освежить знания местного языка? Просто скачайте приложение и переходите прямо к бару.

Среди других наиболее известных языков из далеких мест отдыха — хинди, индонезийский и японский.

Путешественники, которые предпочитают более малоизвестные места отдыха, могут узнать, как заказывать напитки на тагальском, втором языке Филиппин, ганаинском диалекте тви, зулусском языке из Южной Африки или идише.

Приложение — детище туристов Джастина Эми и Олли Хепворта из Борнмута, Дорсет, чье отсутствие языковых навыков было выявлено во время прогулки в баре в Праге, Чешская Республика.

Pivo, названный в честь чешского слова, означающего пиво, можно загрузить в App Store за 69 пенсов.

Джастин, 29-летний менеджер по маркетингу, сказал: «Мы с Олли недавно ездили отдыхать в Прагу и, как многие британские туристы, сразу же направились в ближайший бар, чтобы выпить пива.
‘Однако мы быстро поняли, что понятия не имеем, как попросить пиво по-чешски.

После того, как вы выучили на местном языке слова «пожалуйста» и «спасибо», просьба выпить пива в отпуске за границей занимает одно из первых мест в списке фраз, которые нужно подобрать, говорят изобретатели приложения

Новое приложение пытается достоверно передать местную культуру пока вас учат языку

«Конечно, вы можете просто пойти в бар и указать на пиво, но приятно попытаться заговорить на этом языке, когда вы находитесь в чужой стране.

«Быстрая проверка в Google тоже не пролила свет, но мы подумали, что для этого должно быть приложение.

«Мы были очень удивлены, обнаружив, что нет ничего, что могло бы предложить быстрый перевод слова« пиво ».

«В конце концов, для многих из нас« пиво », вероятно, наиболее полезное иностранное слово, которое нужно знать после« привет ».

«Сначала это было просто развлечением, но сейчас он занял второе место по количеству загрузок приложений для путешествий в App Store.

«Мы с Олли планируем поездку в Дублин на его 30-летие, поэтому наше приложение пригодится!»

ПИВА на разных языках мира (английский, французский, немецкий, английский). Клипарты, векторы, и Набор Иллюстраций Без Оплаты Отчислений. Клипарты, векторы, и Набор Иллюстраций Без Оплаты Отчислений.

ПИВО на разных языках мира (английский, французский, немецкий и др.) Word Cloud коллаж, многоязычный фон

S M L XL EPS

Таблица размеров

Размер изображения Идеально подходит для
S Интернет и блоги, социальные сети и мобильные приложения.
M Брошюры и каталоги, журналы и открытки.
л Внутренние и наружные плакаты и печатные баннеры.
XL Фоны, рекламные щиты и цифровые экраны.

Используете это изображение на предмете перепродажи или шаблоне?

Распечатать Электронный Всесторонний

5000 x 3750 пикселей | 42.3 см x 31,8 см | 300 точек на дюйм | JPG

Масштабирование до любого размера • EPS

5000 x 3750 пикселей | 42,3 см x 31,8 см | 300 точек на дюйм | JPG

Загрузить

Купить одиночное изображение

6 кредитов

Самая низкая цена
с планом подписки

  • Попробуйте 1 месяц на 2209 pyб
  • Загрузите 10 фотографий или векторов.
  • Нет дневного лимита загрузок, неиспользованные загрузки переносятся на следующий месяц

221 pyб

за изображение любой размер

Цена денег

Ключевые слова

Похожие векторы

Нужна помощь? Свяжитесь со своим персональным менеджером по работе с клиентами

@ +7 499 938-68-54

Мы используем файлы cookie, чтобы вам было удобнее работать.Используя наш веб-сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie, как описано в нашей Политике использования файлов cookie

. Принимать

Как сказать «ура» на разных языках

Октоберфест, один из крупнейших мировых пивных фестивалей, скоро распахнет свои двери, приветствуя посетителей отовсюду. Любителей Октоберфеста объединяет хорошее немецкое пиво, вкусная немецкая еда и общее желание повеселиться. Среди шумных оркестров и типичных песнопений пивные палатки наполнены отголосками «Прост!», Немецкого слова, означающего «ура».”

Независимо от того, будет ли у вас возможность побывать на Октоберфесте в этом году, мы считаем важным, чтобы каждый знал, как сказать «ура» на нескольких языках. Это отличный повод для разговора во время путешествия, и, если все сделано правильно, он определенно впечатлит местных жителей. Итак, вот небольшое представление о том, как произносятся слова «ура», произносятся тосты по этикету в разных странах и как сказать «ура» на восьми разных языках.

Мы, сотрудники Tandem, считаем, что лучший способ выучить язык — это действительно говорить на нем! Вот почему мы разработали отличное приложение, которое позволяет участникам общаться с носителями языка и практиковать более 150 языков.Речь идет не только о том, чтобы учиться друг у друга, но и о том, чтобы весело провести время, вместе практикуя языки.

Почему мы приветствуем?

Подбодрить здоровье перед тем, как выпить алкогольный напиток, по-прежнему является обычным явлением во всем мире. Но почему мы на самом деле чокаемся? Хотя выяснение точной причины, по которой происходит практика приветствия, оказалось немного сложным, существует несколько широко распространенных теорий.

В средние века считалось, что звон бокалов защитит вас от отравления.Если вы наполнили свои напитки до самого верха, а затем сильно чокнулись, алкоголь, скорее всего, пролился в стакан другого человека. Таким образом, вы могли быть уверены, что никто не подсыпал вам что-то в напиток, пока вы не смотрите. Сказать «ура» также было способом отпугнуть злых духов. Звук бокалов и громкие возгласы отпугнули бы демонов и духов.

Ура на немецком

Как мы уже упоминали, если вы хотите поздороваться на немецком языке, используйте слово « prost », одно из многих фраз, которые необходимо знать для пивных на Октоберфесте.Помните, что немцы настаивают на зрительном контакте, когда говорят «ура». Несоблюдение этого правила приведет к неудачам в течение нескольких лет!

«Ура» на испанском, португальском и французском языках

Сказать «Ура» на одном из романских языков может немного сбить с толку. В испаноязычных странах говорят « salud », на португальском — « saúde », а на французском — « santé ». На каждом из языков это слово переводится как «(хорошее) здоровье», как и английское выражение.

Ура по-русски

Тосты играют большую роль в русской культуре. Если вы хотите предложить тост на русском языке, используйте фразу « На здоровье! ”Если вы разливаете напитки для всех вокруг стола, не забудьте налить свой последний.

Ура по-китайски

На китайском языке вы говорите « gān bēi » ( 干杯 ), когда чокаетесь. Подобно английскому слову «до дна», оно буквально переводится как «высушить стакан», так что, возможно, вам придется быстро допить напиток.

Ура на японском

Самый распространенный способ подбодрить на японском — сказать « kanpai » (乾杯) . Обязательный этикет — тосты перед тем, как сделать первый глоток, и если вы находитесь в компании своих пожилых людей или своего начальника, вам нужно дождаться, пока они первыми сделают тост. Это важный знак уважения.

Ура на английском

Английское слово « ура, » происходит от слова «chiere», старого французского слова, означающего «лицо» или «голова».В 18 веке это было записано как крик поддержки или ободрения. Сегодня «ура» — это выражение хорошего здоровья перед выпивкой.

слов для пива — Zythophile

Существует четыре или пять конкурирующих теорий происхождения слова «пиво», и, честно говоря, ни одна из них не является особенно убедительной.

То же самое и со словом «эль»: несмотря на то, что слово «эль» и его сестры, такие как öl на шведском языке и alus на литовском, встречаются в языках от Британии до Черного моря через Прибалтийский язык, ни один лингвист не имеет четкого представления о том, как оно возникло, а некоторые выдвинутые идеи лежат далеко за пределами ионосферы.


Однако из четырех «великих» семейств слов, означающих «алкогольный напиток, приготовленный из солодового зерна», мы можем быть достаточно уверены в происхождении двух других, славянской группы «пиво» ​​и того, что можно было бы назвать «цервисией». Группа, от латинского слова «пиво». (Или, если быть точным, — одно из латинских слов, обозначающих пиво, поскольку помимо знакомого нам написания названия пивных дрожжей, Saccharomyces cerevisiae , это слово также встречается в различных латинских документах в формы cervisia , cervesia , cervese , cervesa и cervisa .)

Сначала взяв эту группу «цервизий», римляне, которые больше любили вино, чем пивовары, позаимствовали свое слово, обозначающее пиво, во всех его вариантах написания от носителей кельтского языка. Первоначально прото-кельтское слово «пиво», вероятно, было чем-то вроде * kormi (эта звездочка является этимологическим символом, обозначающим слово, которое не было засвидетельствовано, но форма которого может быть определена на основе более поздних вариантов), восходящей к ранее протоиндоевропейское слово * kerm- (это тире означает, что на * kerm было окончание, но мы не знаем, что это было за окончание.) * Керм выглядит как корень нескольких других слов индоевропейской семьи, таких как русское korm , означающее «корм», старославянское слово krma , означающее «питание» или «еда», и Латинское cremor , что означает «бульон» или «папа».

На галльском, кельтском языке, на котором говорят на территории современной Франции, оригинальное * kormi превратилось в curmi , так что римляне, должно быть, позаимствовали слово, обозначающее пиво, у группы кельтов (возможно, цизальпийских, живших в настоящее время). на итальянской стороне Альп), чей акцент превратил это «curmi» в «* cermi».А как насчет того, чтобы буква «м» стала «v»? Общее изменение звука «м» на «v» в середине слов, по-видимому, происходило, по крайней мере, в британском кельтском языке во время или вскоре после римской оккупации этого острова, так что, например, , британские королевства Думнония и Деметия стали, соответственно, Девоном и Дифедом (произносится как «дувв-эд»). Похоже, что это изменение m-to-v происходило в континентальном кельте раньше, чем это, возможно, когда-то между греческим писателем Посидонием, который жил примерно с 135 г. до н.э. по 50 г. до н.э., и римским писателем Гаем Плинием, более известным сегодня как Плиний, который жил с 23 по 79 год нашей эры.Посидоний сказал, что кельты Южной Галлии пили пшенично-медовое пиво под названием corma , по-прежнему с буквой «m», а столетие спустя Плиний дал название галльскому пиву в своей книге « Historia Naturalis » («Естественная история»). как cervesia , теперь с буквой «v», а также с добавленной буквой «s».

Именно от формы cervisa французы получили слово cervoise , которое до сих пор используется во французском языке для обозначения неохлаждаемого эля (и происхождения французской фамилии Leservoisier), в то время как испанцы и португальцы, похоже, превратили cervesa . на латинском языке в cerveza и cerveja соответственно.(На галисийском языке, на котором говорят в северной Испании, это слово — cervexa , и это все еще cervesa на каталонском.) Испанцы экспортировали это слово в завоеванные ими земли, так что, например, на тагальском языке (язык, на котором говорят на Филиппинах, когда-то входивших в состав Испанской империи) слово для обозначения пива — serbesa .

В Британии, как и на континенте, это изменение с m на v означало, что старое бритонское (британско-кельтское) слово, обозначающее «пиво», * korm, изменило свою форму, превратившись в * cwrf (произносится как «coorv») на старом валлийском языке, затем cwrwf , прежде чем потерять f, чтобы стать современным валлийским cwrw , произносится как «cooroo».(Валлийский язык, который технически известен как «мутирующий» язык, кстати, некоторые начальные согласные меняются, когда существительные используются с предлогами, в том числе жесткое «c», которое становится жестким «g»: я благодарен молодой женщине по имени Кэт за информацию о том, что основной порядок у бара на грамматически правильном валлийском языке будет следующим: «Dau peint o gwrw ac baced crisps, plis». Это особенно важно на полуострове Ллейн, где вы не захотите местные жители думают, что вы из Суонси.

В отличие от валлийского, родственные кельтские языки корнуолл и бретон сохранили f / v после изменения с «м», так что «пиво» ​​в корнуоллском языке составляет coref , а в бретонском coreff . В более отдаленном кельтском языке ирландском, однако, слово, обозначающее пиво, оставалось ближе к прото-кельтскому оригиналу: coirm . К тому времени, когда ирландцы начали селиться в том, что должно было стать Шотландией, примерно в 500 г. н.э., похоже, что слово coirm вышло из употребления, поскольку в современном ирландском и шотландском гэльском языке слово «пиво» ​​означает lionn. , что изначально означало просто «пить». Coirm , кажется, остался на ирландском языке как слово, означающее «пир», однако точно так же, как «эль» в раннем современном английском языке означало пир, а также напиток.

(Между прочим, если вы найдете кого-то, кто пытается утверждать, что слово cerevisia происходит от Цереры, римской богини земледелия, пожалуйста, дайте им пощечину: это, возможно, самый старый пивной миф в мире, по крайней мере, так далеко как святой Исидор Севильский (около 560 — 636 гг.), который 14 веков назад написал книгу под названием Etymologiae , которая следовала обычной римской привычке рассматривать все иностранные языки как незаконные формы латыни и пытаться найти латинские корни для каждого иностранного слова. .)

Если вы можете заказать пиво из Мадрида в Манилу со словами, происходящими из кельтского языка, вы также можете пойти далеко со славянским pivo . Первоначально оно означало просто «напиток» на старославянском языке, который сам унаследовал это слово от протоиндоевропейской основы * po — / * pi- «пить»: piti было старославянским для «пить». Другие слова из того же корня включают «зелье», «питьевой», греческое pinein , «пить» и, действительно, «напиток», через латинское bibere , «пить» (что мы будем вернуться к).Сегодня pivo или что-то почти идентичное — это легко узнаваемое слово для обозначения «пива» в большей части Восточной Европы и (благодаря бывшей Российской / Советской империи) далеко в Средней Азии: pivo на словенском, хорватском, сербском, боснийском языках. , Чешский, словацкий, македонский, украинский, русский, азербайджанский, киргизский и узбекский; piwo на польском и туркменском языках; и пива на белорусском и уйгурском языках.

В середине страны pivo находится любопытный случай с венгерским, неиндоевропейским языком, в отличие от его соседей, где слово «пиво» ​​- sör .Архаичный и диалектический вариант sör , иногда используемый неофициально, по-видимому, это ser . У вас может возникнуть соблазн предположить, что это происходит из семейства cerevisia . Не надо. Гадания неподготовленных любителей (в какую категорию я определенно попадаю) получат настоящих этимологов, смеющихся и насмешливых, поливающих вам голову копотью и яйцами.

Как это бывает, хотя, вероятно, были кельтские племена, жившие в древней Паннонии и / или рядом с ней, так называлась Венгрия до того, как туда поселились мадьяры (например, бойи, давшие свое имя Богемии), мы можем быть вполне уверены в том, что Местное слово для пива во времена Римской империи было camum .Делегация из Восточной Римской империи ко двору Атиллы в Паннонии в 448 году нашей эры обнаружила, что местные жители раздавали «напиток из ячменя … называемый камум» , и камум был одним из трех сортов пива (два других — кельтская cervesia и египетская zythum ), упомянутые в длинном Edictum de Pretii , Эдикт о ценах римского императора Диоклетиана, 301 г. н.э., неудачная попытка обуздать инфляцию путем установления максимальных цен на все, от стрижки до стрижки. фунт сосисок.

На самом деле, лучшим источником для sör является слово, обозначающее «пиво» ​​на тюркских языках, sıra (это «i» без точки: sıra произносится примерно как «sera» на французском языке. выражение Дорис Дэй, песня Que sera, sera . Предки современных венгров жили вместе с тюркоязычными народами около 400 лет, пока не перебрались в Дунайские земли незадолго до 900 г. н.э. от них (включая, видимо, слово, означающее «слово»).По крайней мере, два тюркских языка, казахский и татарский, по-прежнему используют sıra для «пива», хотя большинство других, похоже, заменили pivo , а в турецком языке используется bira , происходящее, очевидно, от самого слова «пиво».

А как же происхождение слова «пиво» ​​и «эль»? Короче…

Связанные

Язык пива — ALTA Language Services

Продолжая наш взгляд на происхождение слов, связанных с едой и спиртными напитками, вот краткая история языка пива :

Один из старейших и, безусловно, самых любимых напитков в мире имеет историю, уходящую корнями в тысячи лет до нашей эры.Основные ингредиенты пива, распространенного по Европе германскими и кельтскими племенами, не претерпели кардинальных изменений со времен неолита.

Наряду с источником крахмала, таким как ячмень, и ингредиентом, способствующим брожению, таким как дрожжи, пиво содержит множество ароматизаторов, таких как фрукты, мед, растения, специи и, как правило, хмель. Чтобы помочь нам получить более глубокое наслаждение от этого утоляющего жажду напитка, мы можем изучить этимологию его компонентов и различных сортов пива, существующих сегодня.

Слово «пиво», скорее всего, происходит от латинского германского заимствования VI века. Монахи — первые европейцы, которые начали варить пиво — позаимствовали у латинского слова bibere, что означает «пить». Мы можем видеть следы этого использования в английском глаголе imbibe. Другая версия связывает пиво с протогерманским словом beuwo, что означает «ячмень».

Два основных сорта пива — это лагеры и эль. Эль ферментируют и варят при более высоких температурах, чем лагеры (разница составляет около 20 градусов по Фаренгейту), и используют другой тип дрожжей.Эль гораздо более распространен, чем лагеры, и отличается насыщенным вкусом. Термин «эль» происходит от протогерманского aluth, означающего пиво, и, возможно, до этого от протоиндоевропейского alum, слова, имеющего связь с колдовством и магией. Лагеры получили свое название от немецкого Lager, что означает «склад». До начала 15 века для обозначения любого сорта пива использовался только термин «эль».

Стауты, портеры и пшеничное пиво — это разновидности эля. Стауты из-за их крепкого вкуса получили свое название от прилагательного, обозначающего что-то гордое, отважное и сильное.Портер также получил свое название от своей крепости, получив это название в начале 18 века из-за высокого содержания алкоголя и дешевизны — фаворита среди рабочих.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *