Иран люди – Я живу в Иране и хочу развенчать популярные мифы об этой стране (И поделиться неожиданными фактами)

Люди в Иране. Какие они?

— Зачем вы туда едете? Там все сплошь игиловцы и шахиды, неверных ненавидят, вы там будете в опасности и вообще лезете в пасть к дракону, — снова апеллирую к фразам-предупреждениям, которые я массово слышал от знакомых и читал в комментариях перед поездкой в Иран.
Как же все обстоит на самом деле? Что за люди живут в Иране, действительно ли нам, не мусульманам, опасно среди них находиться и велик риск для безопасности и жизни?

Итак, все это полная ерунда, происходящая от неосведомленности. Оно и понятно, ну откуда человек может сложить свое мнение о той или иной стране или его населении, не бывая в ней? Только из СМИ. А что у нас в СМИ? Ближний Восток весь пропитан вооруженными конфликтами — Сирия, Палестина, ИГИЛ, Ирак… Ирак, господа, не Иран. Судя по всему, многие путают, где ИГИЛ — в Иране или Ираке.
Ну и считают раз в соседних странах воюют, значит опасно. Не опаснее, чем в Крыму, где я живу. Кстати, от Крыма до Донбасса даже ближе, чем от Исфахана и Шираза, где мы были в Иране, до Сирии. Так что не делайте выводы, не зная как и что на самом деле)

Но вернемся к людям в Иране… Признаюсь честно, я был очень удивлен с первого же дня в этой стране. Удивлен приятно — люди произвели на меня сильное положительное впечатление. Иранцы очень открытые, доброжелательные, приятные в общении. Иностранцы здесь сразу бросаются в глаза и многие тут же с улыбкой подходят к тебе и спрашивают «Ве а ю фром?». Или просто начинают гадать: «Алеман? Италиан? Холланд? Франс?». А когда ты им ответишь «Фром Руссия», расплываются в улыбке «Велкам ту Техран (Эсфахан, Йезд, Шираз)». Честно, у нас я реже слышу от местных в адрес приезжих фразу «Добро пожаловать в Москву»(или Севастополь).

А эта их склонность схватить тебя за руку и начать куда-то тащить, что-то лопоча на фарси? Если такое происходит, то можно быть уверенным, что тебе сейчас покажут что-то интересное. Именно таким образом я увидел, как пекут местные лепешки к завтраку, делают чеканку на восточной посуде, расписывают ткани натуральными красками, делают картины из металла…

В общем, хорошие люди в Иране, вопреки устоявшемся противоположному мнению.


2. В одном из недавних постов в комментариях отметили, что не увидели на лицах людей на фото улыбок. Конечно, далеко не все люди улыбаются, многие из них чем-то заняты, чем-то озабочены, о чем-то своем думают и не улыбаются на камеру. Но улыбок на улицах хватает.

3. Сказать, что мы привлекали внимание иранцев — ничего не сказать. На нас обращали внимание везде, где бы мы ни были, люди подходили, интересовались откуда мы, спрашивали как дела, нравится ли в Иране и все время просили сфотографироваться с кем-то из нас.

4. lovigin и

aquatek-filips.livejournal.com

Из-за цен на бензин Иран охватили массовые протесты. Люди жгут заправки, дома и банки: Общество: Мир: Lenta.ru

Площадь древнего города Шираза охвачена едким дымом, люди разбегаются, озираясь вокруг. Несколько человек склонились над телом лежащего на земле мужчины в темных джинсах и синей майке. Он уже не дышит. Женщины рыдают, мужчины разгневаны: «Они убили его!». Так в Иране проходят протесты, уже охватившие почти всю страну. «Лента.ру» разбиралась, почему в республике начались демонстрации, кто пытается в них вмешаться и к чему это может привести.

«Смерть! Смерть! Смерть диктатору!» — такие лозунги толпы людей скандируют более чем в 20 городах Ирана. Повсюду разрушена государственная и частная инфраструктура, горят жилые дома, банки, автозаправочные станции. В Мериване пожарные машины пытаются потушить охваченный огнем многоквартирный дом — впрочем, он уже почти сгорел дотла. В Шахрияре люди тащат кричащего человека в голубых брюках. На левой голени повязан красный шарф, с него обильно течет кровь…

По данным властей, в общей сложности погибли 12 протестующих и сотрудников сил безопасности страны, 600 человек арестованы. Правозащитники из Amnesty International же насчитали как минимум 106 убитых. При этом проправительственные СМИ отмечают, что жертвой стал только один полицейский.

На фоне происходящего Корпус стражей исламской революции (КСИР — элитное подразделение иранской армии) заявил, что страна понесла большой ущерб и пригрозил расправиться с протестующими, если волнения не прекратятся. После этого власти сообщили, что демонстранты успокаиваются, и уже через пару дней все совсем утихнет.

А на следующий день протестующие стали жечь портреты аятоллы Али Хаменеи.

Поводом для протестов стало введение новых квот на бензин и резкое повышение цен. 15 ноября правительство распорядилось увеличить стоимость топлива в два раза: теперь литр стоит 15 тысяч иранских риалов (0,2 доллара). Автомобилисты могут закупать по этой цене не более 60 литров в месяц, а сверх квоты бензин продается по 30 тысяч. Правительство заявило, что доходы от повышения цен пойдут на субсидии для 18 миллионов иранских семей.

После начала протестов власти немного смягчили позицию. 18 ноября было объявлено о дополнительных выплатах самым бедным слоям населения, сильнее всего пострадавшим от повышения цен. Им пообещали выделить до 2 миллионов риалов (18 долларов) в первую неделю, дальше субсидии должны стать ежемесячными. Тем не менее на общие настроения граждан это не повлияло, и протесты продолжились.

Заправочная станция в Тегеране

Фото: Vahid Salemi / AP

Корни недовольства лежат глубже: в Иране уже долгие годы тяжелая экономическая ситуация. Согласно исследованиям, в 2016 году до 40 процентов жителей некоторых провинций жили за чертой бедности. Но даже тогда экономическая ситуация в стране была лучше, чем двумя годами позже.

Проблема прежде всего в нефтяном проклятии — черное золото является основой иранской экономики, поэтому любые колебания цен серьезно влияют на страну. Серьезной проблемой стало введение санкций США в мае 2018 года: Вашингтон установил полное эмбарго на экспорт иранской нефти после того, как американцы в одностороннем порядке объявили о выходе из Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) — соглашения по иранской ядерной программе.

В результате рост ВВП Ирана в 2018 году снизился до 3,8 процента. Эксперты прогнозируют и дальнейшее снижение: к 2021 году рост ВВП может сократиться в два раза. Американские специалисты заявили, что из-за санкций Исламская Республика потеряла до 50 миллиардов долларов.

Еще одна серьезнейшая проблема страны — высокий уровень безработицы среди молодежи, который в 2019 году достиг 28 процентов. В целом иранцы испытывают большое экономическое давление из-за санкций, и для многих повышение цен стало последней каплей.

Впрочем, протесты, связанные с тяжелой экономической ситуацией, для страны не в новинку: Иран переживал подобное на рубеже 2017-2018 годов. Тогда люди вышли на улицы со схожими лозунгами, требуя разобраться с внутренними делами, а уже потом концентрироваться на внешней политике.

Похожие настроения наблюдаются и сегодня. Люди недовольны тем, что режим Хаменеи тратит деньги на спонсирование внешних кампаний и укрепление своего влияния на Ближнем Востоке; постепенно требования реформ перешли в обвинения в адрес аятоллы — его призывают подать в отставку. «Не Газе и не Ливану — я жертвую свою жизнь Ирану», — такие лозунги слышны с самого начала протестов.

Наблюдая за ухудшающейся экономической ситуацией, Вашингтон ухмылялся: «иранские марионетки» вроде «Хезболлы» страдают от сокращения финансирования. Это не преувеличение — шиитское движение действительно объявляло о начале краудфандинговой кампании — предлагало помочь исламской революции материально. За месяц удалось собрать два миллиона долларов.

Но даже такой суммы было недостаточно, чтобы распространить исламскую революцию по миру. Специалисты утверждают, что некоторые группы внутри КСИР осуществляют крупномасштабную контрабанду нефти в соседние Ирак и Сирию — тоже своеобразный способ экспорта революции. Такие заявления сложно проверить, ведь операции КСИР засекречены (особенно те, что связаны с контрабандой нефти), однако настроения людей указывают на то, что эти утверждения близки к правде.

Экспорт взглядов, ради которого Тегеран продолжает бороться против Вашингтона и насаждать своих людей в правительствах и армиях других стран, не устраивает иранцев. Им хватило своей исламской революции, произошедшей 40 лет назад, — тогда прошлый аятолла Имам Хомейни пообещал, что экономическая ситуация в стране наладится, если иранцы пойдут за ним. Теперь люди на улицах кричат, что долги пора возвращать.

Протесты в столице Ирана, 16 ноября 2019 года

Фото: Nazanin Tabatabaee / Reuters

Американские журналисты, освещавшие предыдущие протесты и наблюдающие за Ираном сейчас, в один голос твердят: эта революция будет последней для режима Хаменеи.

Последняя смена власти произошла в 1979 году. Протесты длились целый год, люди требовали экономических реформ. Тогда ситуация в Иране действительно была хуже некуда: вечные проблемы с продовольствием, правительство занималось развитием городов, забыв о деревнях, — безземельные крестьяне вынуждены были мигрировать, однако не могли найти работу даже в крупных центрах.

Демонстранты настаивали и на отставке шаха Мохаммеда Реза Пехлеви. Он правил страной единолично, не прислушиваясь ни к правительству, ни тем более к народу; запретил оппозиционные партии и жестоко подавлял все протесты. Шаха не спасли ни американские советники, приведшие его к власти, ни репрессивный аппарат. Он был вынужден бежать.

Аятолла Али Хаменеи

Фото: EFE / EPA

Протестующие упразднили монархию и создали новую администрацию, во главе которой встал аятолла Имам Хомейни, до этого находившийся в изгнании, — именно он призывал людей изменить государственное устройство и свергнуть шаха. В 1979 году Иран был объявлен первой Исламской Республикой.

Вашингтон же, уговорив шаха бежать, попытался восстановить рычаги влияния на страну. Успеха это не принесло: иранцы не простили американским и британским спецслужбам переворот, устроенный в 1953 году. И в 1979-м, штурмуя американское посольство, иранские студенты обещали, что не позволят США снова вмешиваться в политику их страны.

40 лет спустя Тегеран продолжает держать удар. 20 ноября, на шестой день протестов, президент страны Хасан Роухани заявил, что «реакционные силы региона, сионисты и американцы» вновь попытались свергнуть правительство и вмешались в протесты, однако иранский народ победил. Напряженность в стране постепенно снижается, и президент уже поручил КСИР расследовать обстоятельства протестов.

Это уже не первый раз, когда правительство Ирана поручает провести расследование об иностранном вмешательстве. К примеру, в июле 2018 года агентам «Моссада» — политической разведки Израиля — удалось за 6,5 часа выкрасть полтонны секретных материалов, в основном касающихся ядерной программы. На основании содержавшихся там сведений Израиль посоветовал США «зарубить» СВПД. Американцы последовали совету.

Такие ситуации провоцируют новые вопросы у граждан: почему внешние враги так легко вмешиваются во внутренние дела страны? Однако все не так просто: враги режима — это не только Израиль и США, но и радикальные организации и мигранты, бежавшие из страны много лет назад и, как правило, связанные с шахским режимом.

Протесты в Тегеране

Фото: EFE / EPA

Так, законный наследник шаха Пехлеви, принц Реза, жестко критикует аятоллу и мог непосредственно повлиять на нынешние протесты. На своей странице в Twitter он писал: «Вы должны противостоять этому режиму, он предает историю и культуру иранского народа. Он стремится лишь распространять гнев и дискриминацию». И его слова, похоже, нашли отклик: нынешние акции действительно стали самыми крупными за последние годы. Если в 2017 году сообщалось о 25 погибших, то сейчас — как минимум о 106.

В то же время у иранских протестов есть и другая сторона медали: люди выходят и на проправительственные демонстрации, отметила в разговоре с «Лентой.ру» эксперт-иранист Полина Василенко. В некоторых провинциях они вышли на улицы, чтобы поддержать аятоллу, и скандировали: «Протесты — право человека, волнения — проделки врагов».

«Аятоллу уважают не только благодаря революции, но и благодаря тому, что с 70-х годов экономическая ситуация все же улучшилась. Однако люди справедливо боятся того, что цены на продукты вырастут из-за повышения цен на нефть: страна не справляется с западными санкциями», — объяснила эксперт.

«Как и у многих иранцев, у нашей семьи есть чат в WhatsApp. Каждое утро моя бабушка встает в пять утра и желает всем хорошего дня, добавляя: «Да благословит вас бог». В чате нет сообщений уже третий день, и это съедает меня изнутри», — это одна из многих историй, которые иранцы публикуют в Twitter. Даже с VPN, привычным окошком в запрещенные (как правило, западные) сайты, населению не удавалось вернуть доступ к сети.

Власти почти повсеместно отключили интернет в первый день протестов, и только 21 ноября доступ частично восстановили. Теперь войти в сеть могут десять процентов граждан.

«Мы теперь общаемся только по телефону и через СМС, жители Тегерана даже не знают о протестах в своем городе, не говоря уже о других. В субботу я думал, что акции протеста закончились, а потом увидел горящий банк. Я даже не знаю, буду ли на связи через полчаса», — пишет один из пользователей Twitter.

Решение правительства вполне понятно: оно не хочет повторения «арабской весны» 2011 года, когда безработная молодежь по всему Ближнему Востоку вышла на протесты, а данные о них расходились по Twitter. И пусть во время нынешних демонстраций слышатся возгласы с требованиями уничтожить Хаменеи, люди все же не хотят повторения 1979-го: еще живы те, кто застал постреволюционное разорение.

Сожженная заправочная станция в Тегеране

Фото: Ebrahim Noroozi / AP

«Людям хочется экономических перемен, хочется безопасности. Они скорее пытаются донести это до текущей власти, а не найти новую, тем более что очевидных альтернатив нет. Все-таки страх перед неизведанным сильнее», — считает Василенко. Эксперт добавляет, что попытки Вашингтона внести раздрай в общество скорее объединяют иранцев: в частности, они очень болезненно отреагировали на то, что США внесли КСИР в список террористических организаций.

В 2017 году, во время прошлых протестов, американский лидер Дональд Трамп писал: «Народ Ирана наконец пошел против жестокого и коррумпированного иранского режима. Все деньги (…) пошли в карманы террористов. У людей почти нет еды, в стране инфляция, нет никаких прав человека. США наблюдают!» Кажется, наблюдать придется еще какое-то время. Ведь президент Ирана считает, что «люди никогда не позволят врагам сыграть на их чувствах».

lenta.ru

Иран, в котором хочется жить

Дизайнер интерфейсов Роман Мусаткин рассказывает о повседневной жизни и обществе страны, о которой мы практически ничего не знаем. 

 

Роман Мусаткин – дизайнер интерфейсов из Петербурга. Занимается социальными и образовательными проектами. Последний год большую часть времени работает удаленно и путешествует без багажа.

 

Я твердо решил увидеть Иран, когда, листая путеводитель Lonely Planet, наткнулся на совет не бронировать заранее гостиницу, поскольку кто-нибудь из доброжелательных местных обязательно предложит остановиться у себя, и принимать такие приглашения – безопасно и здорово. Такие путеводители обычно читают явно не молодые бойкие искатели приключений, и если издание берет ответственность за такие слова – это о многом говорит.

В России об Иране знают мало, а на Западе – только плохое, поэтому долетающая до нас информация вместе со всеми клише арабских стран, в особенности опасных соседей Ирана – Сирии, Афганистана и Пакистана, – создает неблагоприятное впечатление. Поэтому при посещении Ирана самым удивительным оказываются не особые культурные и исторические детали, а именно развитость современных городов и общества, которой от него по умолчанию не ожидаешь.

Cейчас – уникальное время, чтобы посмотреть Иран самобытный и неизведанный

Интересно, что с революции 1979 года огромное 70-миллионное иранское государство было практически оторвано от потребительского мира из-за западных санкций. До сих пор тут не представлены международные ритейловые сети типа H&M, нельзя забронировать гостиницу на Booking.com и воспользоваться зарубежными кредитками даже онлайн. В свете недавних соглашений по иранской ядерной программе ситуация меняется. Поэтому сейчас – уникальное время, чтобы посмотреть Иран самобытный и неизведанный.

Наибольшим потрясением для меня было увидеть, что религиозность, тоталитарная политика, исламские порядки и символы, с которыми отождествляешь Иран, на деле имеют мало общего с жизнью обычных людей. До исламской революции 1979 года страна была светской, девушки носили мини-юбки, а алкоголь можно было купить в любом магазине. Теперь алкоголь запрещен, социальные сети – через VPN, а девушки на людях закрывают волосы хиджабами. Правда, многие соблюдают эти запреты только публично.

 

 

Города

Для представления о развитости иранских городов достаточно упомянуть о трех вещах: инфраструктуре, навигации и заведениях.

Топливо в стране дешевое, поэтому внутренние перелеты стоят в районе $ 50, автобусы, поезда на то же расстояние – $ 6-8. Дороги неплохие, транспортная система очень развита. Тегеранcкое метро – одно из новейших в мире, было открыто в 2000 году. Оно еще и одно из самых длинных: одна ветка ведет в город-спутник Кередж в 30 км от Тегерана. На центральных станциях есть элеваторы для людей с ограниченными возможностями.

Из-за безумного трафика, машины, как в Шанхае, не останавливаются на красный свет светофора. Зеленый для пешехода лишь означает возможность попытаться перебежать дорогу. Полиция не штрафует за эти нарушения, потому что иначе город погрязнет в пробках.

Вся навигация, от аэропортов до улиц и площадей, продублирована на английском, и это поразительно, ведь туристов тут видят достаточно редко и на английском никто не говорит. Во всех деталях видно, что Иран идет на сближение с западным миром.

Главное средство коммуникации внутри страны – Telegram

Сегодня в любой стране Средней Азии европейские кофейни или рестораны в каком-то виде да есть. В Душанбе и Ташкенте есть места, где на 15 столов будут 5 посетителей с последними айфонами. Примерно этого же я ожидал от Ирана.

И удивительно, что хороших заведений в Тегеране и других крупных городах не одно и не два – их много. Не обязательно выискивать заранее на Foursquare! В центре Тегерана найти хороший кофе или ресторан можно даже ненамеренно. И если у нас новые хипстерские заведения по умолчанию копируют европейский или американский стиль и сервис, то здесь, из-за относительной изоляции страны, есть много мест с характерно персидским стилем и атмосферой, при этом с хорошим, понятным европейцу сервисом.

Про обычную иранскую кухню что-то хорошее сказать сложно. Плов вкусный. Фалафель иногда можно найти. В остальном кебаб, вегетарианской еды почти нет.

Интернет в Иране дорогой, редкий и регулируется государством. Но в Instagram, в единственной незаблокированной социальной сети, бурлит большая активность и у всех в друзьях тысячи людей. Главное средство коммуникации внутри страны – мессенджер Telegram.

 

 

Люди

Девушки, по крайней мере в больших городах, ведут себя свободно. В отличие от арабских стран, женщинам здесь разрешено водить автомобили, а еще они делают селфи и улыбаются красивым иностранцам. Я думал, что на девушек тут лучше лишний раз не смотреть и ничего не спрашивать, а в итоге они дважды сами подходили знакомиться со мной.

Думал, что на девушек тут лучше лишний раз не смотреть, а в итоге они сами подходили знакомиться

По мусульманским обычаям все девушки носят хиджабы (платки, закрывающие волосы), а замужние женщины закрывают все, кроме лица, но для многих это скорее культурный артефакт, чем значимый религиозный символ. Молодые девушки носят только платок, который крепится ближе к затылку, оставляя большую часть волос открытой. Он может быть пестрый, действительно красивый и выглядеть как шаль на любой европейской девушке. Все девушки красятся, и Иран, к слову, – вторая в мире страна по потреблению косметики. Есть хороший ролик про то, как менялись представления о красоте в Иране за последнее столетие.

Примечательно, что, несмотря на отсталость потребительской культуры, иранцы прилично выглядят. Все взрослые мужчины носят рубашки, многие – пиджаки. В поло и футболках ходят только молодые.

 

 

Культура

Важно сказать, что иранцы – не арабы. Они сами не упустят возможности об этом упомянуть. Несмотря на то, что арабская вязь используется в письменности с VI века, говорят все только на фарси (персидском) – собственном национальном языке.

Я знал об этом и раньше, но на месте все равно удивляет, как чувствуется национальная персидская идентичность и как часто совпадает наше европейское ощущения мира с иранским. Это видно в пиктограммах, в организации городских пространств, в общении с местными. Если в других мусульманских странах про Аллаха ты услышишь в каждой истории, и становится неловко, то здесь общаться гораздо легче. 50-80% молодых людей с образованием не причисляют себя к какой-либо религии. В Тегеране сейчас даже модно быть атеистом – из-за, кажется, слишком настойчивой религиозной пропаганды.

Из вышесказанного это выходит органично, но лучше повторить: в Иране турист чувствует себя в безопасности. Во-первых, потому ты, как иностранец, у всех на виду и привлекаешь много внимания – никто тебя никогда не тронет. Во-вторых, многие персы гостеприимны и доброжелательны, а еще есть Таароф, персидский свод правил этикета. Незнакомые люди, ссылаясь на Таароф, платили за меня в кафе, жены таксистов кормили бананами, случайные соседи в столовой приглашали курить гашиш.

Незнакомые люди платили за меня в кафе, жены таксистов кормили бананами, соседи в столовой приглашали курить гашиш

Рассказывал как-то о повседневных открытиях англоязычному персоналу тегеранского кафе: видел человека с Apple watch, стенды для зарядки мобильных на вокзалах и автобусных терминалах, даже лифты есть в метро. На что ребята мне с некоторой обидой отвечали: «Чувак, ну ты чего, это же Тегеран, конечно, здесь все это есть». Теперь понимаю, что вел себя как американец, с удивлением узнавший, что мы в Петербурге не купаемся в грязи, погибая от тирании.

Сейчас, спустя несколько недель после поездки, начинаю работать с иранскими стартапами, с которыми успел познакомиться. И возвращаюсь в Тегеран в феврале – делать дизайн для интернет-стриминга детских мультиков.

Фото – Роман Мусаткин

34travel.me

Страна противоречий: 30 фото о жизни в современном Иране

Фотограф иранского происхождения Ройя Азади (Roya Azadi) никогда не жила в этой стране и лишь время от времени ездила с родителями навестить родственников. Она решила рассказать свою историю через фотографии. В своем фотопроекте Ройя пытается вернуться к корням, познать свою историческую родину, взглянув на нее через объектив собственными глазами, без искажений. Оказалось, что Иран не совсем такой, каким его подают зарубежные СМИ.

Мечеть шейха Лютфуллы на площади Накш-е Джахан в Исфахане.

«Оба моих родителя — из Ирана, но мы никогда там не жили. Мы иногда ездили навестить родственников, когда я была маленькой, но эти поездки становились все реже по мере того, как мы все становились старше. Со временем иранское происхождение стало частью моей истории, а не моей идентичности. В этом году я поняла, что уже 15 лет не была там».

«Можно сказать, эта поездка была попыткой, что называется, вернуться к корням, как бы глупо это ни звучало. Мне не приходит в голову фраза лучше. Я хотела понять Иран, узнать, насколько реалистичен тот отфильтрованный взгляд, который мы получаем извне. Он реалистичен, но во многом — вовсе нет. Иран — противоречивое место, это миллион вещей одновременно. Страна, где кардинально противоположные мировоззрения существуют бок о бок».

Тегеран.

«Взять хотя бы то, как должны одеваться женщины. Конечно, во всем мире женское тело — предмет политических баталий. Но за последние сто лет в Иране покрытие головы платком то запрещалось, то становилось обязательным в зависимости от того, кто у власти. В Тегеране, столице страны, можно увидеть девушек, полностью одетых в западную одежду, не считая русари, а рядом с ними на железнодорожной платформе стоит женщина в чадре до пола».

«Я думаю, Тегеран так полон контрастов, потому что люди здесь очень плотно упакованы. Городское население насчитывает 16 миллионов человек — 12,5 тысяч человек на квадратный километр. Это в три раза больше плотности населения в Лондоне. Когда я приехала в Тегеран, первое, что я услышала, — это никогда не садиться в машину с четырех до девяти вечера — ужасные пробки. По оценкам, каждый день из-за экологического загрязнения умирает 25 человек». Где-то по дороге через горы Альборза.

«Многие люди, кто стекался в Тегеран в последние 30 лет, приезжали из деревни, стремясь убежать от экономических трудностей. Правительство пытается переселить около пяти миллионов человек из города, предлагая щедрые финансовые меры поощрения и другие решения. По радиальным магистралям на выезде из Тегерана вы будете проезжать пустынные поселения из серии “просто добавь воды”, застрявшие на склонах холмов. Это странное, почти призрачное зрелище». Ресторан в горах Альборза по дороге между Тегераном и Сари. Недостатки обслуживания, качества еды и посуды компенсировались тем, что он был полностью из мрамора. Базар Вакиль в Ширазе.

«Шираз — один из самых древних городов в Иране. Базар Вакиль — самый древний базар, который существует с XI века, хотя нынешнее здание было построено в 1760-х годах. Я родилась и выросла в Новой Зеландии, где у моего отца были спортивные штаны, которым больше лет, чем большинству зданий в этой стране, и меня глубоко тронула мысль о том, как мои предки веками ходили по этим же залам. Вторым по силе впечатлением была витрина со специями». Настоящая, не поддельная Zara в Ширазе.

«Десятилетиями потребительство обличалось как исключительно западное зло, которому нет места на благородной иранской земле, но похоже, что родители девушек в Иране выучили урок, преподанный им окружающей действительностью: ни один человек, ни одно государство, ни международные санкции, ни падение ВВП не могут встать между девушкой и ее гардеробом». Где-то между Ширазом и Исфаханом.

«Я не собиралась путешествовать по Ирану на колесах, но это стало следствием моей неорганизованности. Автобусы оказались удивительно роскошными, если не принимать во внимание, сколько на это уходит времени. Там даже раздавали пакеты с закусками, которые я бы оценила на три балла из пяти по качеству и на пять из пяти — по количеству». Исфахан.

«Исфахан когда-то был одним из городов Шелкового пути, поэтому столичные жители говорили: “Исфахан — это полмира”. На площади настолько древней, что ее строили, когда еще существовала Римская империя, я встретила учеников средних классов школы, отрабатывавших впечатляющие трюки на заднем колесе велосипеда. Они посмеялись над моим акцентом на фарси, а потом пригласили потусить с ними на площади после школы. Али (слева) хочет стать космонавтом, Хуссейн (справа) хочет быть профессиональным фрирайдером». Исторический дом Бехради в Исфахане.

«Этот частный дом XVII века был построен в эпоху Сефевидов и недавно стал привлекательным бутик-отелем. Именно здесь я проживала свою восточную фантазию, когда осознала, что в те времена я бы, наверное, была обслуживающим персоналом». Мечеть шейха Лютфуллы на площади Накш-е Джахан в Исфахане.

«В XVIII веке столица империи переехала из Исфахана в Тегеран, и знаменитый “сверкающий город” скатился в провинциальность. Это повлияло на защиту многих древних памятников Исфахана, которые сегодня вдохновляют новую волну иранских архитекторов и художников реставрировать и здания, и мировую репутацию города. Я очень старалась узнать, как в культуре, настолько зацикленной на симметрии, мог возникнуть смещенный купол мечети. Если кто-нибудь знает, пожалуйста, напишите мне письмо». Скейт-парк Аб-о Аташ в Тегеране.

«Катание на роликовых коньках живет и здравствует в Аб-о Аташе, одном из скейт-парков Тегерана. Здесь также обосновались скейтеры и любители кататься на BMX, которых становится все больше. Когда я была там, бизнесмены по дороге домой свешивались через забор, аплодируя скейтерам, которым удавалось приземлиться после трюка». Базар Таджриш в Тегеране.

«Такие передвижные алтари можно встретить в Тегеране повсюду во время священного месяца Мухаррам, и они всегда светятся священным зеленым светом. Это ежегодная дань памяти погибших в ирано-иракской войне 1980-х — в территориальном конфликте, который унес жизни более миллиона человек с обеих сторон, так или иначе обанкротил обе страны и продолжает оказывать влияние на социально-экономическое развитие Ирана вот уже 30 лет». Большой базар Тегерана.

«Портрет страны без законов об авторском праве: копия Джорджа Клуни продает малоизвестный бренд иранских электробритв с плаката. Ряды магазинчиков в нишах базара продают пачками пластиковые пакеты с брендами H&M, Louis Vuitton и Adidas. Целый ряд лотков продает только рулоны этикеток для одежды: Gucci, Versace и Made in China, насколько хватает глаз. Я пыталась купить несколько бирок Chanel, но они продают их только килограммами». Кафе Gol-e Rezaieh в Тегеране.

«70 лет Gol-e Rezaieh было тегеранским эквивалентом парижских Le Select или Cafe de Flore — любимое место интеллектуалов, художников и писателей, в том числе Садега Хедаята, которого часто называют иранским Кафкой. Его фундаментальное произведение “Слепая сова” часто настраивало читателей на суицидальный лад. Если внимательнее присмотреться к фотографиям в рамочках на стенах, необъяснимо большая их часть — снимки британской группы Queen. В колонках громко играли лучшие хиты Мэрайи Кэри». Дарбанд, Тегеран.

«Мы, иранцы, обожаем украшательство. Даже фарш не избежал нашего стремления к декору». Филбанд, провинция Мазендеран.

«Дорога вела по горным пейзажам, которые словно похитили из Швейцарии, и до Филбанда, знаменитой “деревни над облаками”, было около трех часов. Как и другие красивые деревни по всему миру, Филбанд — это место, где сбываются архитектурные мечты владельцев летних домов, а кошмары архитекторов о летних домах становятся реальностью». Филбанд, провинция Мазендеран.

«Иранцы обожают устраивать пикники. В стране, которую преследует ужасная жара, а также различные другие формы катастроф вот уже тысячи лет, возможность побыть немного в покое и тишине вдали от всего этого давно закрепилась в качестве национального приоритета. Ни долгая дорога, ни высокие горы, ни огромное количество кебаба и угля, которое нужно притащить из машины, не являются препятствиями». Тегеран в середине 70-х.

«Я наткнулась на эту фотографию, когда была в Иране. Справа моя 18- или 19-летняя мама, а слева — ее единственная сестра и лучшая подруга. Обе славились своей красотой и умом. Тем не менее оказалось, что у мамы есть своя странная история из детства. Я узнала, что, когда ей было семь лет, у нее был питомец — петух, которого она называла “Полковник Иисус”».

Тегеран.

Уже не здание, но еще не район с новостройками в Ширазе.

Мечеть Вакиль в Ширазе.

Чехель Сотун (Дворец сорока колонн) в Исфахане.

Тегеран.

Тегеран.

Исфахан.

Базар Вакиль в Ширазе.

Фотограф и ее новый знакомый на базаре Вакиль.

boltai.com

Иранцы. Какие они? — Когда-нибудь я обязательно совершу кругосветное путешествие! — LiveJournal

Так как Иран — одна из тех стран, жизнь в которых всегда вызывает много вопросов, я подумала, что, наверное, сначала интереснее будет рассказать именно о ней, а уже потом переходить на описание всех тех мест, кои мы там посетили за две недели нашего путешествия. Конечно, мой рассказ не может претендовать на абсолютно объективный, ибо основан он на личных наблюдениях, чтении разных исторических очерков и ответах на наши вопросы самих иранцев — тех, у которых мы жили в гостях, тех, с которыми знакомились в пути, тех, которые сами хотели пообщаться с нами, а между делом рассказывали о том, как они живут, или вообще зазывали к себе к себе в гости.

Итак, накинув по местным канонам, на голову шарфик, я вышла из самолета. Мы очень быстро прошли пограничный контроль. Никаких очередей на нем не было, да и миграционную карточку заполнять не пришлось — в Иран нас пустили так. А при сходе с эскалатора прямо там же в аэропорту девушка вручила нам по живой розочке. Вместе с какой-то рекламкой. Вот так нас приветствовал Иран.
Вообще, если говорить о людях Ирана, то, на мой взгляд, они самые продвинутые и образованные в сравнении с гражданами других стран Ближнего Востока и Центральной Азии, в коих я до сих пор бывала (Иордания, Сирия, Тунис, Египет, Йемен). И если с большинством людей из государств, перечисленных в скобках, интересно просто поболтать, чтобы узнать о том, чем они дышат в своей обыденной жизни, то с иранцами все на уровень выше. С ними интересно обсудить проблемы (конечно, с теми, кто знает английский), они любят и знают свою историю, мало того, могут рассказать много нового и интересного. Например, как-то во время прогулки по ботаническому саду в Исфахане, к нам подошли несколько иранских ребят, студентов по возрасту, чтобы познакомиться. Я до сих пор пребываю немного в удивленном состоянии, так как одним из вопросов к нам этих ребят, был такой: «Что вы думаете о тех многочисленных исторических войнах, которые были между Ираном и Россией?» Честно говоря, я о них даже не обо всех слышала, а они засыпали нас подробностями. И не специалистами-историками были те парни, просто какие-то студенты.
2.

Вообще, конечно, если говорить об истории Персии, то она впечатляет, ибо она во много раз длиннее нашей. Не во много, а во МНОГО!!! Когда там уже было вполне цивилизованное и развитое государство, наши предки еще за мамонтами с копьями бегали. Да-да! В Тегеране мы побывали в национальном музее Ирана. И видели там горшочки и тарелочки, найденные в 8 тысячелетии до новой эры. А посмотрите, какую красоту делали люди 3-7 тысячелетий назад. Как будто бы только из магазина, правда?
3.

4.

Я такой хочу домой. 🙂
5.

6.

Эту чашу сделали в 3 тысячелетии до новой эры. Знаете, что изображено на ней? Картинки первого мультфильма! Если чашу крутить, то будет казаться, что лань бежит! Представляете? Третье тысячелетие до новой эры!!!
7.

Вот эта картинка!
8.

Но давайте вернемся все же к современной иранской жизни. В 1979 году здесь произошла Исламская революция. Не могу сказать, насколько она была необходима в тот момент народу, но факт остается фактом. К тому же шахская власть, которая была до того, тоже уже всем надоела. По описаниям, шах был жестким тираном, его правление было коррумпированным и, видимо, надо было что-то делать. После революции многое изменилось в стране. И, честно говоря, мне как-то совсем не по душе то, что там стало происходить. Дресс-код для женщин и повернутость на религии, которые там стали внедрять, — это еще полбеды. Но вы, наверное, знаете, что в 1980-м году на Иран под шумок напал Ирак в желании отвоевать кое-какие территории. В результате война длилась восемь лет. Первый год это были открытые боевые действия и бомбардировки. Но потом ООН предложила подписать перемирие, весьма выгодное для Ирана — по нему он не терял никаких своих земель. Однако аятолла — иранский духовный лидер, который по рангу стоит даже выше президента Республики, не пошел на это. И потом еще семь лет война шла на границе Ирана и Ирака. В ходе нее с иранской стороны погиб 1 миллион 100 тысяч жителей. При этом война не дала стране ровно ничего, за исключением повышения рейтинга местной власти. Пропаганда на сплочение и месть иракцам была настолько сильной и, как это ни грустно, грамотной, что воевать шли даже 13-14 летние дети. Чисто формально их родители подписывали бумаги, что не возражают против этого, но в то время им так прополоскали мозги религией, что они подписывали их без звука, да еще и радовались, какой у них классный аятолла. Люди в массе своей — это стадо! 🙁 Детей в основном использовали на подсобных работах, на кухне, рытье траншей и т.д. Но все равно многие реально участвовали в боях, подрывались на минах и погибали. Средний возраст погибших на той войне оценивается сейчас в 21 год…
9.

Сейчас, конечно, многие иранцы очень критично относятся к тем событиям. Большинству, особенно людям с высшим образованием, коих тут немало, уже поперек горла исламские методы управления страной, когда религия напрямую вмешивается в политику государства и в повседневную жизнь граждан. Все больше людей выступает за демократическую власть, однако до воцарения ее в Иране, как мне кажется, пока еще далеко.
10.

Демократические партии в Иране есть, но они в подполье, так как официально запрещены. Многие считают, что, если вдруг в Иране произойдет смена власти, то есть шанс, что демократическая партия сможет взять верх, но это будет большая кровопролитная война с множеством жертв. Сейчас в стране существует две армии: исламская и национальная. Исламская армия сформированная при национальном совете стражей исламской революции, очень мощная и экономически обеспеченная, под ней вся нефтегазовая промышленность, оружейный комплекс и множество других прибыльных отраслей производства Ирана. Сейчас с исламской армией так или иначе связано около десяти процентов всего населения страны, то есть, семь миллионов человек — люди, которые в ней служат, члены их семей и т.д. и т.п. И все эти люди в случае переворота будут отчаянно сопротивляться приходу новой власти, а так как у них оружие, деньги и т.д., то…
Конечно, иранцы с приходом нового президента очень надеются на улучшения. Политика предыдущего президента, по мнению многих, была настолько безграмотной, что привела к резкому падению экономики в стране. Поднялись цены, выросла безработица, произошел разлад в экономических отношениях со многими странами мира, и люди этим очень раздражены. Сейчас в Иране около 2,5 миллионов безработных с высшим образованием. Хотя правительство и выплачивает им пособия в течение двух лет, хотя и помогает искать работу, но часто это все равно бывает очень сложно.
11.

Кстати, раз уж зашел разговор о безработице и работе, то напишу и про зарплаты. Самые низкие зарплаты в Иране — это примерно 180-190 долларов. Зарплата у учителя в школе — около 220-230 долларов. Инженер на хорошей должности получает примерно 1000 долларов. И еще интересно, в каком бы городе вы не находились, все государственные бюджетные зарплаты в Иране будут фиксированные, а не так как у нас, что в Москве больше, а в остальных городах меньше.
Многие иранцы уже эмигрировали или собираются эмигрировать из страны. Причем, что самое интересное, в первую очередь они едут на ПМЖ именно в США (да-да, несмотря на то, что Иран и США нынче в контрах), на втором месте идет Австралия, дальше Канада и страны Европы. Впрочем, с целью туризма или бизнеса ездить за границу они могут спокойно, никакого железного занавеса тут нет. Нам говорили, что в Ирак, Турцию, Саудовскую Аравию и в ОАЭ им визы не нужны вообще, другие страны, например, Армения, Азербайджан, Грузия, ставят иранцам визы на границе, а, вот, в Европу и США визы нужно оформлять заранее, но, судя по описанию, получить их не намного сложнее, чем нам шенгенские.
Что же касается религии и всех из нее вытекающих, то в Иране всё действительно непросто и строго. Не знаю, как обстоят дела в других мусульманских странах, но в Иране, к примеру, нельзя изменить веру в течение жизни. Если ты здесь родился, если твои родители — мусульмане, то и ты по умолчанию будешь мусульманином, причем, до конца жизни. Если же мусульманин попытается официально изменить свою религиозную принадлежность, то в его адрес могут быть какие угодно санкции, в том числе, как нам говорили, вплоть до убийства (честно говоря, я сама не знаю, насколько это правда). Религия и вера здесь сильны. Например, в тех же Тегеране, в Исфахане и в других городах мы видели развешанные по улицам плакатики с цитатами из Корана на двух языках – фарси и на английском.
12.

13.

Религия распространяется и на повседневную жизнь иранцев. В свой предыдущей заметке я рассказывала о женском дресс-коде, который должны соблюдать не только местные жительницы, но и туристки. Платочки или шарфики, брюки и удлиненные кофты с длинными рукавами, либо юбки в пол – все это нужно носить.
14.

15.

16.

17.

18.

Если женщина не соблюдает дресс-код, то ее могут оштрафовать. Но обычно все его соблюдают, и не из-за страха быть оштрафованными, а просто у них так принято.
19.

Правда, не так давно в Фейсбуке появилось сообщество, в котором иранские женщины выступают за отмену ношения платков, и количество лайков в том сообществе уже зашкаливает за несколько десятков тысяч. Но надо учитывать, что ставят лайки там все желающие. Антон, например, тоже поставил. 🙂
Обратите внимание, что одна женщина в футболке! Подобное в Иране мы видели единственный раз!
20.

Кстати, что касается дресс-кода, то недавно в нем введены сильные послабления. На голову теперь достаточно просто накидывать шарфик, и если из-под него торчит челка или, вообще, видно пол-головы, то никого особо это не волнует. Делать макияж, маникюр, педикюр, носить обувь на каблуках тоже не возбраняется. А дома можно ходить совершенно, как хочешь: и мама Амира, и жена Бахрама, у которых мы жили, не носили дома никаких платков и длинных кофт.
21.

22.

Другое дело, как я уже раньше рассказывала, это разные особо молельные места. Там чадор для женщин обязателен, но, если она его вдруг дома забыла, то его запросто выдадут при входе – так же как юбки и платки в наших монастырях. И, кстати, именно в этих самых местах мы часто встречали этаких охранников порядка – как правило, мужчин среднего и пожилого возраста, одетых особенным образом, с лентой через плечо и с метелками в руках, метелками совершенно обычными – такими у нас пыль с мебели сметают. Если кто-то ведет себя неподобающе, они этими метелками постукивают по плечу или спине этого человека, будь то женщина или мужчина, делают замечания или выдворяют из мечети. Бахрам объяснил нам, что метелки используют потому, что дотронуться рукой, особенно до женщины, считается не уважительно. Ага, а метлой в самый раз!
23.

Ну, и чтобы закончить тему дресс-кода, еще отмечу такой момент, что, как бы там ни было, но пока иранские женщины в одежде все-таки почему-то предпочитают черный цвет. Несмотря на то, что платки, платья, кофты, манто, плащи можно носить абсолютно любых цветов, черные надевают чаще всего. В чадорах, опять же черных, тоже ходят многие.
24.

При этом в том же Тегеране мы даже не видели, где это черное продается. Повсюду яркие платки, манто, рубашки, кофты и т.д. Встретились базарные ряды с черным нам только в Исфахане, да и то на тамошнем базаре такая одежда занимала лишь несколько прилавков. Загадочно, да!..
25.

Кстати, базары в Иране – это главные места, где иранцы отовариваются.
26.

Есть, конечно, и магазины, но там, хотя качество товаров повыше, цены тоже сильно выше, а поэтому большинство покупает всё на базарах.
Торговый центр с мужскими магазинами в Тегеране.
27.

Базар в Ширазе.
28.

А купить там можно абсолютно всё, начиная от всевозможных продуктов, пряностей, специй, овощей и фруктов, и заканчивая одеждой, обувью, предметами быта и даже золотыми украшениями. Базары есть в каждом городе, а во многих их даже по несколько!
29.

30.

31.

32.

33.

Сёдла, однако. 🙂
34.

А меня покорили специи.
Это — кари!
35.

36.

37.

38.

Золото-брильянты. 🙂
39.

Кстати, что касается всяческих украшений, то иранские девушки их очень любят, наверное, как вообще любые девушки. И вообще, за собственной красотой они очень-очень следят. Мы, к примеру, очень часто встречали на улицах девушек, а иногда и молодых людей с заклеенными белым пластырем носами. Долго ломали голову, что бы это значило? А оказалось, что в Иране носы с горбинкой считаются некрасивыми, и местные модницы и модники специально ездят в Арабские Эмираты и делают там пластические операции по их выпрямлению! Признаться, мы с кривыми носами иранок вообще не видели. Так что, не знаю, что это за операции такие и зачем они им. 🙂
А теперь давайте расскажу вам о публичных правилах поведения мужчин и женщин. Например, есть у нас такой стереотип о мусульманских странах, что проявлять какие-либо чувства друг к другу на улицах девушки и молодые люди там не могут. Оказывается, это не совсем так. Прилюдно в Иране нельзя разве что целоваться, а просто пройтись, держась за руки, очень даже можно. Мало того, мы не раз видели такие пары, причем абсолютно разного возраста, и еще видели, как молодые люди приобнимали своих девушек за талию.
40.

Кстати, что касается свадеб, еще 20 лет назад родители могли выбрать и посоветовать сыну-дочери невесту-жениха. Но уже тогда никто особо не настаивал на этом выборе, он был чисто рекомендательным. А сейчас уже и это в прошлом. Молодые люди выбирают сами — ведь учатся они часто вместе, либо просто рядом живут и часто видятся.
Свадьбы отмечают в ресторанах. В мечети никаких церемоний не бывает, и мулла сразу приходит в ресторан и проводит свою церемонию там. Все гости отмечают свадьбу одновременно, такого, что мужчины в один день, а женщины в другой, нет, но сидят они в разных залах ресторана. Невеста и жених тусят с женщинами, правда, жених время от времени ходит и к мужчинам. Однако в последнее время все чаще стали проводиться смешанные свадьбы, где празднуют все гости вместе. Бахрам и Хамиде, у которых мы останавливались в Казвине, рассказывали, что познакомились на каком-то семейном мероприятии, на кое оба были приглашены, так как являются друг другу какими-то дальними родственниками. И он, когда ее там увидел (это было впервые), попросил своего более близкого родственника их познакомить. Потом они встречались пять лет и поженились.
Но вообще, в Иране очень много уделяется тому, чтобы между незнакомыми мужчинами и женщинами где-нибудь в публичных местах не произошло, скажем так, недоразумений, и чтобы женщины там всегда чувствовали себя спокойно и ненапряжно. Например, в том же Тегеране есть такая штука, как Женское такси. То есть, за рулем в таких такси всегда исключительно женщины, и пассажиры у них – тоже женщины или семейные пары, но никоем образом, не мужчины. В принципе, в этом что-то есть. Ведь даже у нас далеко не все девушки готовы разъезжать на такси в одиночестве с водителями-мужчинами. Бояцо!
Что же касается общественного транспорта, то там тоже всё путем. В городских автобусах женщины, как правило, занимают сиденья сзади, а мужчины ездят спереди, а в метро, вообще, есть специальные вагоны для женщин. Даже на станциях там висят таблички «Только женщины» в тех местах, где эти женские вагоны останавливаются.
41.

42.

Но, в принципе, если тетенька едет с мужчиной, то она не обязательно должна топать на посадку в такой вот свой вагон. Нам, к примеру, часто попадались вагоны, разделенные посередке специальной прозрачной перегородкой, где с одной стороны ехали мужчина, а с другой – женщины. Мало того, мы видели, как иногда женщины благополучно ездили в мужских вагонах, в то время, как мужчины в женских — только, как исключения: за все разы я там встретила лишь мальчика лет двенадцати, какого-то странного не в себе деда и дядьку, торговавшего скатертями. Кстати, торговля в метро в Тегеране процветает. Носят по вагонам все, что угодно. Одна тетка даже бюстгалтеры носила. А скатерти у дядьки просто на ура расходились!
Как вы уже, наверное, сами догадались, я в женских вагонах в тегеранском метро тоже ездила. И знаете, больше всего меня поразило отнюдь не их наличие, как таковое (в конце концов, в том же Каире они тоже есть и не только там), а то, как ведут себя в них женщины. Как я уже писала выше, уровень интеллекта иранцев далеко не низкий, то есть, они – люди в массе своей культурные, воспитанные и интересные. Но женские вагоны – исключение из всех правил. Курятник!!! Вот вам пример. Час-пик, народа, как сельдей в бочке, едем. Подъезжаем к станции, двери открываются. И что вы думаете! Несмотря на то, что добрая половина вагона собралась выходить, тетки с платформы ломятся в вагон первыми. В итоге в дверях давка! Причем, это не исключительный случай, сие я наблюдала все время в час-пик, на каждой станции. Еще одна фишка – при подъезде к станции ни одна не спрашивает друг у дружки: «Выходите?», ни одна не пропускает друг дружку вперед. Но зато, только поезд останавливается, все начинают лезть по головам! Удивительное дело!
43.

А вот, что касается междугородних автобусов, то там все еще более закручено. Разделения на женскую и мужскую зону в салоне нет. Но, разумеется, если мужчина и женщина не родственники, то сидеть рядом они не имеют права. И нам всегда было очень забавно наблюдать, как водитель перетасовывает всех пассажиров, чтобы усадить теток с тетками, а дядек с дядьками. Иногда ему приходилось поднять вообще чуть ли не весь автобус, чтобы всех правильно рассадить. Кстати, точно такие же заморочки у иранцев при фотографировании. Фотографироваться они любят. Мало того, они часто просили сфотографироваться с нами. Рекорд был побит в Масуле, там, по просьбе встречных иранцев, мы сфотались с ними раз пять или семь всего за несколько часов.
44.

45.

При этом мужчины спрашивали разрешения на сие исключительно у Антона, а женщины исключительно у меня. Но не суть. Прикол в том, как все вставали. Мы обычно стояли в центре, а иранцы становились вокруг: тетки четко с моей стороны, а мужики — со стороны Антона. И не дай бог, если кто-то что-то перепутает. Ооооо! Иногда, если мы вставали, на их взгляд, как-то неправильно, нас переставляли. А если среди желающих сфотаться были только мужчины или только женщины, то тогда они фотографировались только с одним из нас: опять же, выбирая сугубо по половому признаку. С нами произошла парочка забавных случаев, когда Антон просил местных мужчин сфотографироваться со мной. Первым был полицейский в парадной форме в Исфахане, а вторым – художник, гончар, который продавал потрясающей красоты посуду в Масуле. Оба сначала впали в замешательство, потом медленно согласились (фотографироваться же любят), а затем встали на меня ну, на очень почтительное расстояние и только тогда отважились. :))
46.

47.

Кстати, да, фотографироваться любят все. Но если речь не идет о том, чтобы сделать кадр с нами, то девушки часто стесняются и не дают их фотать. Мужчины же наоборот просят сами.
Продавец билетов в тегеранском метро.
48.

Продавец хот-догов там же.
49.

Проводник в поезде из Андмешка в Доруд.
50.

Куритель кальяна в Изе.
51.

А детишки бывают, вообще, в восторге – так как они не знают, как это будет по-английски, они подбегают и требуют «чик-чик»! 🙂
52.

53.

Вообще же, иранцы очень общительные. Конечно, такого, как в том же Египте или Эфиопии, когда каждый встречный считает своим долгом прокричать иностранцу: «Hello! Howareyou?», — там нет. Но, если есть возможность, то иранцы обязательно подойдут, чтобы перекинуться парой слов, а при необходимости никогда не откажут в помощи.
Самый забавный случай произошел с нами в национальном музее Ирана в Тегеране. Туда одновременно с нами пришли школьницы из какой-то гимназии, все в серых платьицах, белых платочках, смешливые, хихикающие – ну, вы поняли, самим тоже было когда-то 13-15 лет. В общем, было их около сотни, не меньше. Они долго ходили с нами по залам, поглядывая на нас и похихикивали, некоторые здоровались, но дальше этого дело не шло, видимо, учительницы им внушили, что в музее надо вести себя тихо.
54.

Кстати, вот этот экспонат — найденный в залежах соли древний человек их заинтересовал больше всего.
55.

56.

Но, как только мы вышли на улицу, ооооо! Они окружили нас толпой, загалдели, забросали вопросами, что-то кричали наперебой. В итоге даже вмешалась учительница и строгим голосом велела угомониться. :))
57.

Ну, и еще несколько характерных случаев, говорящих о нравах иранцев:
В Ширазе решили спонтанно найти мавзолей персидского поэта Саади, встретили первого попавшегося пожилог

annataliya.livejournal.com

Настоящая повседневная жизнь Ирана

Французский фотограф Паскаль Монтань поехал в Иран, чтобы снимать повседневную жизнь этой страны, все еще остающейся для европейцев загадкой. Итогом его путешествия стала коллекция снимков об обычной жизни обычных иранцев, которая для большинства жителей европейских стран выглядит как восточная сказка — то ли увлекательная, то ли страшноватая.

Источник:

Студентка готовится к занятиям. 60% иранских студентов — девушки.

Источник:

Мечеть Назир-аль-Молк в Ширазе.

Источник:

После исламской революции 1979 года в Иране женщина не имеет права ходить без покрывала, полностью покрывающего голову.

Источник:

Моти — владелица одной из самых известных в Иране страниц в инстаграме.

Источник:

Иранские девушки делают селфи.

Источник:

Обычный день дома: дочка прыгает через скакалку, пока мама читает.

Источник:

Мавзолей Имам-заде Салеха в северной части Тегерана.

Источник:

Девочка ждет, когда ей дадут сладости.

Источник:

Современность в Иране.

Источник:

Кафе в Тегеране в стиле 1970-х.

Источник:

Жители Ирана — активные пользователи смартфонов. Для них интернет и социальные сети — уникальная территория свободы.

Источник:

Дочь молится в мечети рядом с отцом.

Источник:

Задние базарные ряды на базаре в Исфахане. Мужчина чистит ковер.

Источник:

Девушка идет по улице в городе Кашан.

Источник:

Метро в Тегеране. За специальной ширмой — отделение для женщин. В мужское им хода нет — как и наоборот.

Источник:

Все девушки любят цветы…

Источник:

Для молодых людей, растущих в ультраконсервативном обществе, театр — прежде всего, возможность выразить себя.

Источник:

В уединенной комнатке в здании бывшего посольства США в Тегеране сидят три манекена, изображая секретную встречу агентов ЦРУ.

Источник:

Тяжелый выбор: девушки выбирают себе украшения. Шопинг — одно из немногих развлечений для женщин в Иране.

Источник:

Молящиеся в мечети Имам-заде Салеха.

fishki.net

Люди в Иране. Какие они ?

— Зачем вы туда едете? Там все сплошь игиловцы и шахиды, неверных ненавидят, вы там будете в опасности и вообще лезете в пасть к дракону, — снова апеллирую к фразам-предупреждениям, которые я массово слышал от знакомых и читал в комментариях перед поездкой в Иран.
Как же все обстоит на самом деле? Что за люди живут в Иране, действительно ли нам, не мусульманам, опасно среди них находиться и велик риск для безопасности и жизни?

Итак, все это полная ерунда, происходящая от неосведомленности. Оно и понятно, ну откуда человек может сложить свое мнение о той или иной стране или его населении, не бывая в ней? Только из СМИ. А что у нас в СМИ? Ближний Восток весь пропитан вооруженными конфликтами — Сирия, Палестина, ИГИЛ, Ирак… Ирак, господа, не Иран. Судя по всему, многие путают, где ИГИЛ — в Иране или Ираке.
Ну и считают раз в соседних странах воюют, значит опасно. Не опаснее, чем в Крыму, где я живу. Кстати, от Крыма до Донбасса даже ближе, чем от Исфахана и Шираза, где мы были в Иране, до Сирии. Так что не делайте выводы, не зная как и что на самом деле)

Но вернемся к людям в Иране… Признаюсь честно, я был очень удивлен с первого же дня в этой стране. Удивлен приятно — люди произвели на меня сильное положительное впечатление. Иранцы очень открытые, доброжелательные, приятные в общении. Иностранцы здесь сразу бросаются в глаза и многие тут же с улыбкой подходят к тебе и спрашивают «Ве а ю фром?». Или просто начинают гадать: «Алеман? Италиан? Холланд? Франс?». А когда ты им ответишь «Фром Руссия», расплываются в улыбке «Велкам ту Техран (Эсфахан, Йезд, Шираз)». Честно, у нас я реже слышу от местных в адрес приезжих фразу «Добро пожаловать в Москву»(или Севастополь).

А эта их склонность схватить тебя за руку и начать куда-то тащить, что-то лопоча на фарси? Если такое происходит, то можно быть уверенным, что тебе сейчас покажут что-то интересное. Именно таким образом я увидел, как пекут местные лепешки к завтраку, делают чеканку на восточной посуде, расписывают ткани натуральными красками, делают картины из металла…

В общем, хорошие люди в Иране, вопреки устоявшемся противоположному мнению.


2. В одном из недавних постов в комментариях отметили, что не увидели на лицах людей на фото улыбок. Конечно, далеко не все люди улыбаются, многие из них чем-то заняты, чем-то озабочены, о чем-то своем думают и не улыбаются на камеру. Но улыбок на улицах хватает.

3. Сказать, что мы привлекали внимание иранцев — ничего не сказать. На нас обращали внимание везде, где бы мы ни были, люди подходили, интересовались откуда мы, спрашивали как дела, нравится ли в Иране и все время просили сфотографироваться с кем-то из нас.

4. Дело в том, что иранцы очень любят всяческие кольца и перстни, многие их носят на пальцах и часто не в одном экземпляре, так что их интерес вполне объясним.
Каждый второй считал своим долгом предложить Пете обменяться кольцами или просто … подарить что-нибудь просящему .

5. Еще об отсутствии улыбок)

6. На улицах можно увидеть очень много чудаковатых на наш взгляд людей. Но, думаю, в этой среде никакой чудаковатости нет. Просто они такие, немного отличаются от нас.

7. Женщины в Иране по закону шариата обязаны носить хиджаб, поэтому с непокрытой головой можно увидеть разве что девочек до 7 лет. Все дети старшего возраста должны одеваться согласно исламским требованиям

8. Иногда люди здесь одеваются довольно забавно. Вот уж с модой тут большие проблемы)

9. У мужчин с дресс-кодом все проще. Хотя шорты запрещены, а короткий рукав не приветствуется. Справедливости ради, скажу, что иногда футболки с коротким рукавом мы все-таки видели (у водителя автобуса из Тегерана в Исфахан и у нескольких торговцев в Ширазе)

10. Молодежь старается больше следовать моде. У парня справа очень проамериканская расцветка футболке, что довольно необычно и даже странно для Ирана. Америка для них один из врагов и у Ирана с США до сих пор разорваны дипломатические отношения.

11. Иран — небогатая страна и здесь очень много простого люда, который вкалывает, как Папа Карло. Но даже при иногда кажущейся внешней угрюмости, они открыты для общения. Этот грузчик на исфаханском рынке ни слова не понимает по-английски, а я ни слова не понимаю на фарси. Но, тем не менее, по жестам он понял, что я прошу разрешения его сфотографировать и одобрительно кивнул головой…
И фото получилось хорошим.

12. А вот дети не очень коммуникабельны. По крайней мере, по сравнению с детьми многих других регионов. Обычно они сами сбегаются, просят сфотографироваться, рассматривают фото, с удовольствием делают селфи. Но вот эти ребятишки оказались более ежистыми…

13. А взрослые на просьбы сфотографировать их реагируют сугубо положительно

14. Кто еще не любит фотокамеру — это имамы и старцы в чалмах.
Вот их взгляды мы были не очень по душе…

15. И снова дети. Школьницы начальных классов. Эти, в отличие от мальчишек с мячом, оказались очень любопытны

16. Они с одной стороны старались спрятать лица, но тут же выглядывали друг из-за друга, кокетничая и произнося несмелое «хааай!»

17. Михаил Кожухов в Иране?)

18. Эти ребята, увидев на с Ловыгиным, принялись активно жестикулировать, чтобы мы  сфотографировали их в кабине пикапа

19. Старик в арафатке позирует для Ловыгина. Портрет у Петра получился потрясающий

20. Кстати, в Иране люди очень любят шапки-ушанки. Уже не знаю почему, да еще и при температуре больше 10 градусов тепла

21. На улицах вообще очень много стариков… Средняя продолжительность жизни здесь около 75 лет

22. И снова люди просят нас сфотографировать их.

23.

24.

25. Маленький уборщик мостовой около супермаркета.

26. И снова ловыгинские кольца привлекают внимание местных жителей.

27. В ширазской чайной владелец и вовсе принялся фотографировать его пальцы с перстнями

28. В общем, не только мы фотографировали иранцев, но и иранцы нас

29. Ну а на блошином рынке в Ширазе мы и вовсе встретили Ловыгина в старости. Такой же раздолбай, как и Петр, тоже по два кольца на пальце, только с камнями….

30.

 

 

Источник

zagopod.com

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о