Китаец рассматривает маленькую бумажку: Кореец с маленькой бумажкой — мем из сериала «Сообщество»

Содержание

Кореец с маленькой бумажкой — мем из сериала «Сообщество»

Сеньор Чанг (Кореец, Маленький список сеньора Чанга, Senior Chang Paper, Крошечный кусочек бумаги) – мем, изображающий корейца с крошечным листом бумаги. Применяется для высмеивания чего-то маленького.

Происхождение

Кадр взят из американского сериала «Сообщество» (Community). Сериал показывает жизнь студентов, учащихся в общественном колледже «Гриндейл» в Колорадо. Здесь учатся в основном школьные неудачники, разведённые домохозяйки и даже пожилые люди. Преподаватели в этом заведении тоже с причудами, один из них – преподаватель испанского – сеньор Чанг (актёр Кен Жонг, известный также по роли мистера Чу в “Мальчишнике”).

Момент, где Чанг, прищурившись, смотрит на маленькую бумажку, позаимствован из 5-ой серии 1 сезона “Сообщества”. В этом эпизоде он нашел шпаргалку и потребовал признаться в течение суток, кому она принадлежит.

 

Сеньор Чанг с бумажкой стал популярным еще в 2011-м году на таких ресурсах как Tumblr, Memes.

com, Imgur и т.д. В скором времени он стал известен и на русскоязычных сайтах.

Значение

Мем «Сеньор Чанг» с маленькой бумажкой очень популярен в социальных сетях, особенно во «Вконтакте». Тут поток фантазии просто безграничен, обычно на этом изображении пишут различные фразы, связанные с маленьким списком или тому подобное. К примеру, есть надписи такого типа: «Мой список дел на лето», «Список девушек которым я нравлюсь», «Список самого важного из речи политика» и т.д. В общем, мем применяется в основном для высмеивания чего-то маленького или сравнения чего-то с этой крохотной бумажкой.

Факты

Существует еще один мем с этим персонажем, под названием «Ha, gayyyy!», тоже из сериала «Сообщество». Эту фразу выкрикнул сеньор Чанг в первой серии 2-го сезона, после того, как один из учителей рассказывает, что самое главное оружие – уважение. Но этот мем больше прижился за рубежом, он был сделан в различных вариациях: фотожабы, видео-коллажи, гифки и проч.

Галерея

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Китаец щурится на маленькую бумажку мем. История англоязычных и китайских мемов. «Покупаю соевый соус»

Сеньор Чанг (Кореец, Маленький список сеньора Чанга, Senior Chang Paper, Крошечный кусочек бумаги) — мем, изображающий корейца с крошечным листом бумаги. Применяется для высмеивания чего-то маленького.

Происхождение

Кадр взят из американского сериала «Сообщество» (Community). Сериал показывает жизнь студентов, учащихся в общественном колледже «Гриндейл» в Колорадо. Здесь учатся в основном школьные неудачники, разведённые домохозяйки и даже пожилые люди. Преподаватели в этом заведении тоже с причудами, один из них – преподаватель испанского – сеньор Чанг (актёр Кен Жонг, известный также по роли мистера Чу в «Мальчишнике»).

Момент, где Чанг, прищурившись, смотрит на маленькую бумажку, позаимствован из 5-ой серии 1 сезона «Сообщества». В этом эпизоде он нашел шпаргалку и потребовал признаться в течение суток, кому она принадлежит.

Сеньор Чанг с бумажкой стал популярным еще в 2011-м году на таких ресурсах как Tumblr, Memes. com, Imgur и т.д. В скором времени он стал известен и на русскоязычных сайтах.

Значение

Мем «Сеньор Чанг» с маленькой бумажкой очень популярен в социальных сетях, особенно во «Вконтакте». Тут поток фантазии просто безграничен, обычно на этом изображении пишут различные фразы, связанные с маленьким списком или тому подобное. К примеру, есть надписи такого типа: «Мой список дел на лето», «Список девушек которым я нравлюсь», «Список самого важного из речи политика» и т.д. В общем, мем применяется в основном для высмеивания чего-то маленького или сравнения чего-то с этой крохотной бумажкой.

Факты

Существует еще один мем с этим персонажем, под названием , тоже из сериала «Сообщество». Эту фразу выкрикнул сеньор Чанг в первой серии 2-го сезона, после того, как один из учителей рассказывает, что самое главное оружие – уважение. Но этот мем больше прижился за рубежом, он был сделан в различных вариациях: фотожабы, видео-коллажи, гифки и проч.

Питер «PPD» Дагер в англоязычном сообществе известен не только как гениальный капитан и чемпион мира по , но и очень вспыльчивый малый.

В рейтинговой игре его очень просто вывести из себя: Питер начинает злиться, ругаться и отпускать шуточки в сторону товарищей по команде и врагов. В конце концов к нему приклеилось прозвище Salt King (by salty — в игровом сообществе выйти из себя после поражения), которое с удовольствием поддерживает на стримах и в социальных сетях. Его визитной карточкой стали едкие комментарии в сторону других игроков и знаменитые нарезки Salty Adventure, которые собрали почти полмиллиона просмотров. Как только Питер появляется на экранах, в чат Twitch отправляется порция солонок. Так невольно смайлик PJSalt стал личным знаком PPD.

Don»t question mark me lol

Вопросительный знак — идеальный способ коммуникации во время матча. Вас пытались убить втроём, но потерпели неудачу? Отправляй в чат «?». Удалось добить собственную вышку под обстрелом врага? Принцип действий тот же. Это неплохо раздражает соперника и добавляет игре особый саркастический привкус.

Этот небольшой паберский мем вышел на новый уровень во время The International 6. В матче EG против TNC Pro Team американцы были вынуждены поставить паузу, но не сообщили о причине. Джимми «DeMoN» Хо, пытаясь узнать, что случилось, отправил в общий чат вопросительный знак. Реакция PPD была быстрой и вошла в историю мемов — «Don»t question mark me lol». Сейчас, когда Valve к 1 апреля поменяли символ деная с восклицательного на вопросительный знак, этот мем стал ещё популярнее.



LMFAO wHo cAREAS HAHA Xd

Артур «Arteezy» Бабаев — настоящая кладезь мемов, которые полюбились не только в англоязычном сообществе. Один из самых забавных экземпляров распространился благодаря одному из блогов Джеки «EternalEnvy» Мао. В нём игрок сетовал на множество турниров с десятками незначительных матчей и в качестве примеров привёл встречу Evil Geniuses и compLexity. Тогда «злые гении», серьёзно набравшие турнирные обороты, проиграли серию со счетом 0:2. Джеки поинтересовался, в чём же дело. На что Артур ответил: «LMFAO wHo cAREAS HAHA Xd». Теперь, стоит фаворитам проиграть незначительную встречу, это не только вызывает мысли о 322, но и об этой фразе.

И действительно, ведь им всё равно!


Scientists baffled

EternalEnvy для англоязычного сообщества — одна из самых желаемых жертв для мемов. Самый распространённый из них посвящён «учёным, которые сбиты с толку способностью одного человека облажаться в любой ситуации». Этот мем зародился далеко от киберспорптивного сообщества, но зато отлично лёг на истории про Джеки Мао, способного проиграть любую игру и провалиться в самом важном матче. У этой картинки уже есть сотни вариантов, но практически все моменты с провалами EternalEnvy начинаются с фразы Scientists baffled.


Win TI before u talk

«Выиграй TI, перед тем как говорить», — серьёзный довод в дота-спорах. Мем родился в августе 2013 года благодаря Джонатану «Loda» Бергу, который так отреагировал на одно из заявления Arteezy. Правда, шведский игрок предложил юному канадцу выиграть LAN-турнир. The International в этой фразе появился после TI4. В одном из подкастов о турнире Питер Дагер сказал, что разочарован выступлением Alliance. На эту фразу в чате отреагировал Хенрик «AdmiralBulldog» Анберг. Через год PPD выполнил просьбу шведского хардлайнера и стал разбрасываться этой цитатах в пабах и чатах.


FIRED

Мем, который по праву заслужил звание одного из лучших в прошлом году. Самое яркое воспоминание о шанхайском мэйджоре, это не только технические проблемы, но и увольнение Джеймса «2GD» Хардинга. После сотен веток на форуме Reddit и тысяч комментариев, Гейб Ньюэлл написал знаменитый пост о том, что у компании «были проблемы с Джеймсом» и вообще «Джеймс — задница». Теперь, стоит кому-то провиниться в эфире, ему напоминают о возможной судьбе коротким словом FIRED. Никто не хочет оказаться на месте Джеймса.


Dark Seer Vacuum

Сложно найти в героя, которому достаётся больше «любви» от IceFrog, чем Dark Seer. Больше всего разработчики любят изменять время восстановления способности Vacuum. Начиная с патча 6.75 кулдаун увеличивали на пару секунд в пяти версиях подряд.

В патче 6.82 IceFrog тоже заменил абсурдность ситуации и добавил в патч строчку «Время восстановления изменено с 28.0 до 28 секунд». Впрочем, и после этого способность в покое не оставили, а в англоязычном сообществе ходит шутка, что если в патче не тронут Vacuum, то это ненастоящий патч. А ещё по этому признаку можно узнать, жив ли IceFrog.


Perfect Flower

Иногда мемы рождают не сами игроки своими действиям и высказываниями, а пользователи форума Reddit. «Perfect Flower» в отношении Йохана «n0tail» Сундштайна — как раз тот случай. В январе 2015 года один из пользователей опубликовал забавный пост: «Ты цветок. А ещё ты река и радуга. Ты проявление всего совершенства, и я хочу, чтобы ты знал это. Не хочется, чтобы это прозвучало по-гейски, но ты, чёрт подери, идеален, n0tail». Короткий пост превратился в копипасту для чатов, повод для создания сотен картинок и признанием факта, что n0tail действительно прекрасен!


Bulba Assassin

Сколько вы знаете игроков, которые могут разрушить команду? А украсть ваш MMR? А тех, кто сочетает в себе обе способности? Для англоязычного сообщества ответ очевиден — это Сэм «Bulba» Сосэйл. После триумфа Team Liquid, куда бы ни попадал этот американских игрок, состав ждал провал в самый ответственный момент. За последний год он играл в Evil Geniuses, Secret и Team Liquid, но ни в одной из команд не добился серьёзных результатов. А параллельно с этим ещё и мешал американским игрокам поднимать заслуженный MMR, старательно выигрывая игры против них и проигрывая вместе с ними.


Агент 3154

Мем об агенте 3154 возник на стыке англоязычного и китайского сообществ. На турнире Epicenter Team Secret, в которой играл EternalEnvy, встречалась с Newbee. Во второй карте капитан китайской команды Kaka случайно написал в чат — 3154, время, когда заканчивается действие Аэгиса. На 31-й минуте Team Secret попробовали штурмовать базу Newbee всей командой и потеряли четверых игроков, отдав большую часть преимущества. Так и появился мем, что 3154 — это знак для Джеки, что на 31-й минуте пять человек должны зайти на хайграунд, а четверо из них умрут. Теперь-то все знают, что EternalEnvy — китайский агент в западном мире.

Мем стал поводом для съёмки видео, а сам игрок с удовольствием использует его, приветствуя восточную публику: «Агент 3154 вернулся домой!»


Vote Gaming

Китайские мемы сложнее, чем западные, но зато имеют обширные и интересные предыстории. Один из самых распространённых — это Vote Gaming в отношении команды Vici Gaming. В коллективе очень любили менять игроков, плохо показавших себя на турнирах. Когда Tutu внезапно заменили на Sylar, капитан команды Бай «rOtk» Фан объяснил свое решение просто — так проголосовала команда. Такие же шуточки пошли после ухода Доминика «Black» Райтмайера. Говорят, что если с первого раза слабое звено выделить не удалось, игроки голосуют второй раз. И так с любой проблемой.


Dinasty

На Западе принято превращать в мемы отдельные картинки и ситуации, а вот в Китае жертвой народного творчества стала буквально вся верхушка профессиональной сцены. Все топовые игроки для сообщества — это императорская династия во главе с Сю «Burning» Чжилеем. При нём находятся 4 принца (Fy, Sylar, Lin и Cty), а его «фавориткой» стал rOtk. И стоит кому-то засветиться на профессиональной сцене, как ему быстро находится место в императорском дворце, а каждое событие на региональных и международных турнирах становится частью легенды. Жаль, что записи пока существуют только на китайском языке.


Royal Guard

Последним в династию был посвящён Оу «OP» Пен, молодой мидер команды Invictus Gaming. Ему пока не нашлось место в императорской семье, зато доверена роль королевской гвардии. Всё потому что OP долго не мог войти в форму и играл достаточно посредственно. В итоге он сделал своей целью совершить самоубийство с Bloodstone, чтобы пополнить запас здоровья Burning во время важной драки. Так он не один раз спас жизнь своему «императору» и заслужил уважение сообщества.

DK Win TI4

Один из немногих мемов в китайском и англоязычном сообществе, который построен на одной картинке. Team DK перед The International 4 была одной из сильнейших команд мира. Им прочили лёгкую победу на чемпионате мира, но звёздный состав добрался только до 4 места. Однако в сердцах восторженных фанатов DK дошли до финала, где встретились в сумасшедшем финале с Evil Geniuses. Решающие карты, герои с 12 слотами, размены тронами нашли отражение в большом комиксе о самом крутом финале, который остался только в мечтах.

Эта история вполне могла бы быть сюжетом антиутопического фильма. Шанхайский бродяга, вероятно, даже в самых дерзких мечтах не представлял, что однажды он окажется в центре внимания всей китайской блогосферы, а первые красавицы-ванхуны будут готовы выйти за него замуж. Как знание китайской классики может сделать из тебя селебрити и на что готовы пойти видеоблогеры ради просмотров — в переводе статьи Sixth Tone The Invasion of the Livestreamers: How a Man Became a Meme.

Китайский интернет – это фонтан неожиданных шуток и игры слов. Мемы уходящего года как нельзя лучше иллюстрируют настроения китайских пользователей, особенности и соль (盐粒儿) их юмора. Забытые произведения обретают новую жизнь, а модные персонажи – вирусную популярность. Магазета подготовила свой список мемов 2018 года в китайском интернете.

Фраза «Я думаю, это не годится» обычно употребляется нарочито спокойным и серьёзным тоном судьи выступления, спора, видео или любого другого контента в сети или в реальной жизни. Как правило, этим начинается наигранный диалог, который моментально подхватывают другие участники разговора, продолжая его другими общеизвестными фразами-мемами. Делается это не для того, чтобы действительно высказать мнение, а чаще для того, чтобы разрядить обстановку, немного вывести из себя собеседника или просто по фану.

Вы наверняка слышали о «чинглише» (Chinglish) — варианте английского языка, созданного под влиянием китайского, полного грамматических и прочих ошибок, но который можно довольно часто встретить на вывесках в публичных местах. Но не все знают, что есть английские слова, которые стали частью современного китайского лексикона, при этом практически потеряв свой исходных смысл. Мы решили собрать несколько распространенных англицизмов, которые в Китае означают не то, что вы думаете.

Еще в 19-м веке немецкий филолог Вильгельм Гумбольдт указал на взаимную связь языка и духа народа, которая остается актуальной для изучающих иностранные языки и в наше время. Познавая иную культуру, мы углубляем знания языка, а изучая язык — тоньше понимаем мировосприятие его носителей. В проекте «5 минут по-китайски» Магазета расскажет о происхождении актуальных слов и выражений, которые помогут вам взглянуть на этот мир с китайской колокольни.

Словосочетание используется для описания людей, ставших сенсациями в шоу-бизнесе, или самих сенсационных событий. Здесь акцент ставится на то, что при публикации первичной информации о сенсации, как правило, не хватает достаточно доказательств того или иного события, и тогда пользователи в процессе обсуждения (и подняв волну публичного интереса к событию) находят нужные доказательства. Таким образом говорят «нужен молот – будет молот», в смысле «нужны доказательства — будут».

Как представить 2017 год в России без «эшкере»? Интернет-мемы незаметно входят в нашу повседневную речь, мгновение — и уже трудно обходиться без них. Новые события требуют новых слов и выражений, в том числе и в Китае. Мы подготовили подборку из 15 интернет-мемов, без которых понимать китайцев в 2017 году было бы труднее.

У их блогов больше подписчиков, чем у президентов некоторых стран в Твиттере. Их влияние сопоставимо со звездами шоу-бизнеса. Они – новая категория знаменитостей. По-китайски их называют ванхун (网红), и все чаще можно услышать выражение «ванхун экономика». Магазета составила список самых влиятельных интернет-селебрити 2017 года.

Этой зимой только ленивый не загрузил приложение китайского разработчика Meitu и не поэкспериментировал с мимишными образами себя и других. Особенно пользовался популярностью Дональд Трамп. И хотя многие российские СМИ писали об опасности использования приложения, которая запрашивает разрешения для получения чрезмерной информации, это не остановило сотни тысяч пользователей. Однако это далеко не единственное подобное приложение, пользующееся популярностью у китайцев. Что еще стоит установить на свой смартфон?

Магазета продолжает подводить итоги 2016 года под «китайским углом». В мы составили список самых удивительных новостей, а сегодня посмотрим на самые вирусные ушедшего года. Магазета выбрала 10 популярных мемов, без знания которых вам будет трудно понять китайских пользователей интернета.

«Cиний худой гриб» (蓝瘦,香菇)

Этот мем получил распространение в интернете в октябре уходящего года, когда молодой человек из провинции Гуанси выложил в сеть видео, записанное после того, как его бросила девушка. Однако его слова «невыносимо, что хочется плакать» (难受,想哭 — nánshòu, xiǎngkū) из-за плохого путунхуа прозвучали как «синий худой гриб» (蓝瘦,香菇 — lánshòu xiānggū). После чего «грибная» истерия охватила китайский интернет, вдохновив пользователей на многочисленные фотожабы и комиксы.

Лежать по-геюски (葛优躺)

В июле 2016 года в соцсетях стали делиться кадрами из фильма 1993 года «Я люблю свою семью», где сейчас известный актер Гэ Ю (葛优) играет небольшую роль бездельника, который постоянно ходит на «обеды» в чужую семью. На популярных в сети кадрах он полулежит на диване, всем видом выражая свое нежелание хоть что-то делать.

Маленькая цель (小目标)

В этот раз мемо-творцом оказался самый богатый человек в КНР — Вань Цзяньли, основатель крупнейшей в стране девелоперской корпорации Dalian Wanda Group. В телевизионном интервью в августе он дал простой совет, как разбогатеть: «Начинать нужно с маленькой достижимой цели. Например, я сначала поставил цель заработать 100 млн юаней». Да и правда, зачем мелочиться?

«Малышу на душе плохо, но малыш ничего не говорит» (宝宝心里苦,但宝宝不说)

Этот мем плотно вошел в разговорную речь: теперь молодые люди в Китае, говоря о себе, все чаще используют не местоимение «я», а заменяют его словом «малыш» (宝宝). Например, «малыш проголодался» (饿死了宝宝) и т. п.

Старый шофер (老司机)

Еще один мем помог найти новое звучание пропахшей нафталином юньнаньской песни «Старый шофер, отвези меня» (老司机带带我). Теперь же под «старым шофером» имеют в виду постоянных пользователей форумов и сайтов, которые знают все входы и выходы (особенно в онлайн-играх), хорошо ориентируются в правилах и т. п. Используется также для ироничного обозначения «всезнаек».

«Лодку дружбы легко перевернуть» (友谊的小船,说翻就翻)

Именно так называлась популярная в сети серия вэб-комиксов. Ее главная идея — дружба может так же легко закончиться, как лодка перевернуться, достаточно поступить в разные университеты или начать одному из друзей встречаться с девушкой.

Набор приемов (套路)

Еще одна песня на новый лад. Изначально 套路 использовалось для обозначения последовательности упражнений в боевых искусствах, но в 2016 году оно приобрело более широкое звучание — теперь им обозначают способ, уже давно придуманный и опробованный, или ситуацию с известным исходом.

Поедающая арбуз толпа (吃瓜群众)

«Есть арбуз» вроде нашего «запастись поп-корном». Выражение используется для обозначения пассивных участников чатов или форумов, которые, не вникая в суть дискуссии, просто наблюдают за активным конфликтом или перепиской других пользователей. Часто используется и в подобных ситуациях, происходящих оффлайн.

«Я тоже пьян» (我也是醉了)

Еще одно популярное выражение. Впервые оно было использовано в романе гонконгского писателя Цзинь Юна «Беззаботный странник» (笑傲江湖). Для интернет-пользователей в этом году оно стало незаменимым в случаях, когда бессмысленно приводить какие-либо доводы и переубеждать собеседника.

Острые глаза (辣眼睛)

Аналог на русском языке — «хочется развидеть». Используется, когда человек становится невольным свидетелем настолько неприятной ситуации, что «глаза начинают гореть словно в них насыпали перца» (眼睛都辣出血了). Например, если кто-то выложил в соцсети неудачные или неуместные фотографии, то в комментарии кто-нибудь пожалуется на жжение в глазах.

«Я становлюсь квадратным»

На самом деле означает «я в панике». Происхождение простое — «квадрат» и «паника» в китайском созвучны.

绳命

«Жисть»

Мем берет начало из интервью с буддистом, который с сильным хэбэйским акцентом, отвечая на вопрос, сказал «Жизнь, она так прекрасна!». Но многим послышалось «Жисть, анна таки пили красна». Чем-то напоминает наше «жиза».

我和小伙伴都惊呆了

«Я и мои маленькие товарищи остолбенели»

Фраза из северокорейского школьного учебника, которая описывает реакцию школьника на слова дедушки Кима. Выражение стало вирусным в 2013 году и означает крайнюю степень удивления или шока.

手贱

«Курсор чешется»

То чувство, когда очень хочешь перейти по ссылке. Даже если подозреваешь, что делать этого не стоит.

打酱油

«Покупаю соевый соус»

Аналог фразы на русском — «я тут мимо проходил». Просто соус покупаю, никого не трогаю, не обращайте внимания.

图样图森破

«Too young, too sim ple»

Фраза приписываемая бывшему председателю КНР Цзян Цзэмину, который прокомментировал «наивность» гонконгских журналистов по-английски с жутким китайским акцентом: «Too young, too simple» (Слишком молоды, слишком наивны). Лет ми спик фром май харт, как говорится.

无图无真相

«Без фотки не поверю! »

不能我一个人瞎

«Не могу ослепнуть в одиночку!»

十动然拒

«Я растрогана, но все равно нет!»

Выражение стало популярным после любовной истории одной китаянки. В оригинале фраза звучала «Я была очень тронута, но потом отказала ему». Сейчас применяется в смысле «мне это понравилось, но всё равно нет».

Как оказалось, во многом наши интернет-культуры схожи. А если захочешь изучить современных китайцев ещё лучше, можешь снова заглянуть в словарь — помимо мемов там собраны все самые популярные ругательства. Да-да, там можно найти, как обозвать и куда послать по-китайски взбесившего тебя человека с разной степенью грубости. Только, чур, мы этого тебе не говорили.

Выгорание, поставленное на поток. Как в Китае работает система «Третий глаз», и почему программисты из-за нее умирают

домохозяйки держат плакаты, надеясь, что их муж вернется домой.

Если бы все так называемые домохозяйки мира пошли бы работать, думаю человечество уже давно бы жило при коммунизме и покоряло бы как минимум нашу галактику.

Все беды на земле от тех, кто не работает и живет не по труду. Если бы все работали и не было тех, кто живет за счет других — труд бы уже был избыточен. Лучшую систему контроля, которую можно было бы придумать человечество — это систему, чтобы никто не мог получать (покупать) благ больше, чем заработал. Человеку нет смысла в целом зарабатывать больше, чем он может истратить. В целом по миру сейчас производительность труда женщин к примеру в 3-20 раз ниже чем у мужчин (если женщина вообще работает а не содержанка), причем женский труд часто нетрудоемкий, а траты в семье на женщин на 50-500% выше чем на мужчину.

2. Требование не отвлекаться на посторонние (личные) моменты — вообще считаю адекватным и обоснованным. Знаю много «работников/ц» которые целыми днями только что и делают, что решают свои вопросы на работе (заказ билетов, интернет — шоппинг, выбор мебели для тёщи, поиск рецептов, распечатка ДЗ или реферата для ребенка, поиск мастерской или салона… просто ля ля ля, бла бла бла и пр. пр.), и это порой большую часть рабочего времени, и более того — за счет и средствами компании (интернет, компьютеры, принтеры, сканеры, телефония). Знаю случаи жаловались на нехватку пропускной способности канала в один офис, начали проверять, а там 5-7 смартфонов постоянно фильмы в HD гоняют целый день.

Я вообще не знаю, зачем допускать саму возможность этого и потом стараться контролировать. Заблокировать любой доступ к непрофильным ресурсам.

Я вообще не понимаю, зачем оценивать работника почасовое, особенно программиста к примеру. Оценивать многие профессии можно по объему проделанной работы. Да пусть хоть целый день ютубятся если им так хочется (оплатив интернет компании и аренду помещения под свои нужды). Сколько сделал объем работы, столько и оплатить. Это решило бы большинство проблем, и лучший показатель производительности труда.

Туалеты вообще сделать платными, как и воду и кухню и кофе и чай. Хочешь потусоваться в туалете — оплати и тусуйся. Вообще проблемы не виду, китайцы просто тупят и заморачиваются. Что проще, отключить интернет для личных нужд и оплачивать по объему проделанной работы. Мне кажется сама система слежки как устроена у них в целом для другого, а не для повышения производительности труда, ну и плюс создать кому то доп рабочие места каким то менеджерам по персоналу, которые нашли себе прикольный способ халявного трудоустройства и аргументировали что вот нужна такая система, такая программа, давайте закупать, давайте финансировать отдел слежки.

Программисты вообще идеально для удаленной работы, не надо аренды офиса, техники, ЖКХ приборщиц.

Проблема высосана из пальца

Август | 2014 | МТЮЗ / Московский Театр Юного Зрителя

Орловский вестник 22.11.2011

В минувшую среду в академическом театре им. Тургенева блеснул ярчайший осколок не состоявшегося в этом году фестиваля «Русская классика». На орловской сцене прошел спектакль «Скрипка Ротшильда» по одноименному рассказу А. Чехова, обладатель «Золотой маски», покоривший мир, заставивший стоя аплодировать публику в США. Постановщик – выдающийся режиссер Московского ТЮЗа Кама Гинкас. В главной роли – наш знаменитый земляк, народный артист России Валерий Баринов. После спектакля Валерий Александрович встретился с журналистами, театральной общественностью и рассказал о своем восприятии родины, мобильности Америки и тоске по публичному одиночеству.

– Валерий Александрович, вы давно живете в Москве, играли не в одном столичном театре. Тем не менее, вы не так редко приезжаете на родину, выступаете на здешней сцене. В чем, на ваш взгляд, разница столичного театра и театра провинциального? Существует ли она вообще?

– Я играл с актерами труппы Орловского театра им. Тургенева два спектакля. И встретился с очень сильными артистами. Так что, если говорить о разнице, заключается она, наверное, только в зарплатах. Те люди, с которыми я работал, достойны играть на любой сцене. Я бы с радостью этот опыт продолжил. Правда, у меня беда со временем. Как говорится, я удачно старею. Это, конечно, актерское счастье. Но из-за постоянной занятости в театре и кино времени катастрофически не хватает.

– А если сравнить публику, к примеру, российскую и американскую? Вы ведь полтора месяца играли в США «Скрипку Ротшильда».

– Америка очень мобильная страна. Приведу один показательный пример. Как раз когда мы были в Нью-Хейвене (в этом городке находится знаменитый Йельский университет и театр, где состоялась премьера «Скрипки». – Прим. ред.), я как-то встретил на улице пожилую пару. Они со свойственной жителям этой страны свободой подошли, обняли меня, сказали, что были на спектакле. На мой вопрос, откуда они, женщина ответила: из Аризоны. Они, оказывается, прочли в «Нью-Йорк таймс» рецензию и специально прилетели на спектакль! А лететь нужно было шесть часов.

– За Камой Гинкасом давно закрепилась слава одной из сложнейших персон современного театра. Расскажите, каково работать с ним?

– Кама Гинкас – уникальный режиссер и удивительный человек. Мы знакомы очень давно, еще по Ленинграду, но до этого спектакля не работали вместе ни разу. Вдруг однажды он подошел ко мне и попросил о разговоре. Я тогда был артистом Малого театра, играл еще и в театре Пушкина, «Театре Луны», театре «Школа современной пьесы» – словом, очень много. Когда встретились, Кама спросил, помню ли я рассказ Чехова «Скрипка Ротшильда». Я посидел с минуту: это тот, что про гробовщика? Он ответил: да. Знаешь, говорит, я этот рассказ прочел в 12 лет и с тех пор болен им, более трагического произведения не знаю. И он предложил мне главную роль гробовщика Якова, на которую, кстати, пробовались гениальные актеры – Михаил Ульянов и Алексей Петренко.

В чем особенность работы с Гинкасом? Он сразу предупреждал, что кричит, бросается молотками, топорами и т.д. Говорят, подобное, и правда, было… Но во время работы над нашим спектаклем – ни разу. Вообще, для меня хороший режиссер – тот, кто может поставить мне невыполнимую задачу. Я начинаю копаться в себе, доставать из себя все, что могу, и в результате рождается что-то. Кама – такой режиссер. Я иногда спрашиваю у него: а почему так, а не вот так? А он отвечает: я не знаю, почему, но именно так чувствую. И оказывается прав. Может быть, в этом и есть его талант… За полгода работы я не дал ему ни одного совета. Я просто выходил и начинал играть. Было ощущение, как будто иду по очень тонкой проволоке. Полгода такого мучительного счастья.

– Наверняка вам пришлось пройти испытание славой. Тяжело?

– Я бы, скорее, говорил об узнаваемости. Я к этому отнесся довольно спокойно, потому что стал известным уже в солидном возрасте. Довелось пройти все стадии узнаваемости: и период, когда принимают за кого-то другого, и период, когда говорят: во, артист пошел. А какой артист, непонятно. Был период, когда называли именами персонажей, которых играл. Помню, когда прошел сериал «Петербургские тайны», в железнодорожной кассе мне выписали билет на имя Хлебонасущенского (персонаж сериала. – Прим. ред.), до сих пор его храню. Прошло много времени, пока люди деликатно стали спрашивать: простите, вы ведь Баринов? Я честно отвечаю: да, не прячусь, не отказываюсь фотографироваться или давать автографы. Потому что ведь как бывает: идет человек по улице, увидел артиста – и улыбнулся, посчитал, что ему повезло, и я счастлив, что подарил ему это мгновение радости.

Для молодых же известность, конечно, серьезное испытание. Я обычно говорю молодым актерам, к которым, благодаря, например, роли в популярном сериале, рано приходит слава: ребята, самое страшное испытание – испытание «медными трубами», тем более что ни огонь, ни воду вы еще не прошли. Берегитесь!

– А на себе вы совсем никаких негативных последствий узнаваемости не ощутили?

– Есть одно. Единственное, что мне мешает: я лишен публичного одиночества. А это такая ценная вещь для человека творческого… Ты должен впитывать жизнь! А получается так, что выходишь на улицу – и уже как будто себе не принадлежишь. Невозможно рассматривать толпу, потому что толпа рассматривает тебя. Ты купил газету – и все приглядываются, какую. Что-то сказал потихоньку кому-то из своих друзей, а вокруг все засмеялись – значит, прислушивались. Можно играть в знаменитость, делать вид, что тебе все равно, но как ни крути, пристальное внимание не может быть безразлично. В результате перестаешь быть естественным, постоянно приходится испытывать некоторое напряжение.

– Валерий Александрович, как вы ощущаете родину?

– У меня странное понимание родины, я об этом не раз говорил и писал. Когда была жива мама, я довольно часто приезжал в Орел. И когда меня спрашивали, куда ты едешь, говорил: еду домой. Так было долго, до 2001 года – мама умерла. Теперь я приезжаю реже. Но когда у меня спрашивают: куда ты едешь, отвечаю: еду на родину. И это ощущение дома, который был, все время присутствует. Оно удивительно меня подпитывает.

– Если бы у вас была возможность вернуться в прошлое, в Орел, что бы вы сказали себе самому?

– Все, что я бы сказал этому бандиту с Монастырки: учи языки. К великому сожалению, в нашем детстве не очень хорошо их преподавали, а сами мы… Сейчас из-за этого срывается много работы в кино.

– Вы сыграли огромное количество сильных ролей. Наверняка они оставили след в вашей жизни…

– Естественно. Я прожил уже почти 66 лет, более 40 лет играю на сцене. Но если бы меня сейчас спросили, какой я, сказал бы: не знаю. Не знаю, добрый я или злой, жадный или щедрый. Может быть, это действительно из-за профессии. Когда работаешь много, у тебя, к сожалению, не остается времени просто остановиться и оглянуться.

Китаец щурится на бумажку. Кореец с маленькой бумажкой

Сеньор Чанг (Кореец, Маленький список сеньора Чанга, Senior Chang Paper, Крошечный кусочек бумаги) — мем, изображающий корейца с крошечным листом бумаги. Применяется для высмеивания чего-то маленького.

Происхождение

Кадр взят из американского сериала «Сообщество» (Community). Сериал показывает жизнь студентов, учащихся в общественном колледже «Гриндейл» в Колорадо. Здесь учатся в основном школьные неудачники, разведённые домохозяйки и даже пожилые люди. Преподаватели в этом заведении тоже с причудами, один из них – преподаватель испанского – сеньор Чанг (актёр Кен Жонг, известный также по роли мистера Чу в «Мальчишнике»).

Момент, где Чанг, прищурившись, смотрит на маленькую бумажку, позаимствован из 5-ой серии 1 сезона «Сообщества». В этом эпизоде он нашел шпаргалку и потребовал признаться в течение суток, кому она принадлежит.

Сеньор Чанг с бумажкой стал популярным еще в 2011-м году на таких ресурсах как Tumblr, Memes.com, Imgur и т.д. В скором времени он стал известен и на русскоязычных сайтах.

Значение

Мем «Сеньор Чанг» с маленькой бумажкой очень популярен в социальных сетях, особенно во «Вконтакте». Тут поток фантазии просто безграничен, обычно на этом изображении пишут различные фразы, связанные с маленьким списком или тому подобное. К примеру, есть надписи такого типа: «Мой список дел на лето», «Список девушек которым я нравлюсь», «Список самого важного из речи политика» и т.д. В общем, мем применяется в основном для высмеивания чего-то маленького или сравнения чего-то с этой крохотной бумажкой.

Факты

Существует еще один мем с этим персонажем, под названием , тоже из сериала «Сообщество». Эту фразу выкрикнул сеньор Чанг в первой серии 2-го сезона, после того, как один из учителей рассказывает, что самое главное оружие – уважение. Но этот мем больше прижился за рубежом, он был сделан в различных вариациях: фотожабы, видео-коллажи, гифки и проч.

Премия Просветитель

Zimin Foundation

«Китай кусочками» — книга профессионального китаеведа Юрия Иляхтина, попавшая в премии научно-популярной литературы «Просветитель» 2017 года. Она знакомит читателей с Китаем начала третьего тысячелетия — а также с китайской кухней, медициной, историей и культурой, с китайскими обычаями и особенностями ведения бизнеса. Предлагаем вашему вниманию фрагмент из этой книги, посвященный трудностям изучения китайского языка.


Может ли иностранец выучить китайский язык?

Некий иностранец попытался это сделать. И, помучавшись, обозвал словосочетание «учу китайский» научным словом — оксюморон. Ну, это когда соединяются два несоединимых в принципе слова, имеющие противоположный смысл: «живой труп», «горячий лед». То есть, с точки зрения того пессимиста-иностранца, китайский выучить нельзя!

Выучить-то он выучит, но кто его поймет?! — воскликнул Сеня с выстраданной горечью. Старина Сун кивнул. — Мне друг рассказывал. Он учился на первом курсе. С утра до вечера иероглифы. Чем больше их выучиваешь, говорит, тем больше остается учить. Как в страшном сне. Срубаешь одну голову, вырастают две. Он завидовал соседям по курсу, с другими языками. Он только еще учился черточки выводить, потел взаперти в лингафонном кабинете в наушниках, повторял «ма», «ма», «ма», «ма» на разные лады, а ребята из группы с каким-то там малайским языком уже писали левой ногой сочинения «Как я провел лето». И вот он говорит, как-то в курилке спросил пятикурсника, а они тогда для младших почти небожители были (вроде как говорят по-китайски, с преподавателями шутят, некоторые даже на стажировке в мифическом Сингапуре были), в общем, спросил, когда же мол, легче-то будет. А то такая тоска!.. Этот старший посмотрел с пониманием сквозь дым, затушил чинарик в банке из-под лунцзинского чая и ответил: «Понимаешь, опытные люди говорят, что трудно первые пятнадцать лет…» — «А потом?» — «А потом еще труднее…»

Любопытно, что некоторые авторитетные ученые языковеды такого же мнения: выучить китайский невозможно. Слишком он сложен, разнообразен и необъятен. Можно овладеть базовыми знаниями, но добиться совершенного владения китайским под силу лишь чрезвычайно талантливым людям, способным к изучению языков и восприятию совершенно особой культуры.

Маленький пример огромных трудностей. Известно ли вам, что в Китае у каждого родственника есть свое название? Не имя-фамилия, а обозначение. В русском языке таких слов, определяющих родственные отношения, немного. Дядя, тетя, свекровь, теща, деверь, невестка, зять…

В китайском же языке свое название имеет каждый, даже самый отдаленный родственник. Степень родства формулируется детально. Китаец дотошно уточнит, с какой стороны, например, твой дядя, с мужской или женской, старший он брат или младший и так далее. Десятки, сотни специальных слов. Желающим узнать больше советую обратиться к трудам российского китаеведа М. В. Крюкова, известного своими глубокими этнографическими исследованиями.

Это только один из тихих бережков, укромных заливчиков океана под названием китайский язык. Мимо них благополучно проплывает подавляющая масса изучающих Китай и китайский. А сколько еще таких заливчиков! Взять хотя бы количество иероглифов, которые нужно знать! А диалекты, отличающиеся друг от друга не чуть-чуть, а просто на все сто? А четыре тона, сводящие с ума любого начинающего, затем продвинутого, а потом и вполне заматеревшего китаиста…

Китайская грамматика не отличается особой сложностью, она весьма произвольная. Но в этом-то и заключается трудность! Если в английском, к примеру, приложив усилия, можно освоить правила построения предложения и затем следовать им, с легкостью распознавая, где здесь подлежащее и где сказуемое, то в китайском иногда трудно понять, что где. Как будто кто-то высыпал на стол кубики, и они улеглись хаотическим узором — понимай как хочешь. Сам ищи, где голова, где хвост. Как-то я посетовал знакомому китайцу на то, что трудно разбирать старинные надписи, допустим, на храмовых воротах. Он сказал: «Я читаю сначала слева направо, если не получается — читаю справа налево!»

Тут еще в чем петрушка, — сказал Сеня. — Вернее, ловушка. Когда только начинаешь учить китайский, все идет как надо. Твои китайские друзья радуются, ты с ними разговариваешь, вроде все понимаешь. Но как только ты переходишь на более высокий уровень, долго живешь в Китае, говоришь все лучше и свободнее, тут-то ловушка и захлопывается. Китайский собеседник, думая, что теперь ты все выучил и все понимаешь, перестает говорить с тобой как с малым ребенком, начинает шпарить по-настоящему, по-китайски, со всеми идиоматическими выражениями, цитатами… Опа! Попался: ты опять ничего не понимаешь!!! Снова придется толкать камень в гору, а он все вниз и вниз катится…

Разве ты хорошо говоришь по-китайски? — спросил Отшельник Сун. — Разве ты перешел на высокий уровень?

Я не про себя, — ответил Сеня. — Люди рассказывали.

Можете ли вы лично выучить китайский язык

Ага, напряглись?! Не бойтесь! Тех, кто не может, сравнительно немного. Это те несчастные, кому медведь наступил на ухо и лишил сладостной возможности общаться с людьми, которые составляют четвертую часть населения Земли.

Без слуха, хоть какого-никакого, по-китайски не заговоришь. Помним, с каким сожалением (ну, не все, конечно, некоторые и с облегчением) переводились на другие факультеты МГУ наши соученики- китаисты после первого курса, когда выяснялось, что они не понимают, что им говорят, и не могут сами говорить. Хотя иероглифы (слова) выучили и могут читать и писать. Но не говорят. Почему?

Китайский относится к тональным языкам. Одно и то же сочетание звуков, произнесенное разным тоном, имеет разное значение. В китайском четыре тона. Хрестоматийный пример из учебника — про морфему «ма». (Прекрасный повод поблагодарить наших первых преподавателей, творческий женский коллектив Т. П. Задоенко и Хуан Шу-ин, авторов первого учебника китайского языка для студентов-первокурсников ИСАА при МГУ.)

Итак, пример. «Ма» первым, ровным тоном означает, конечно же, «мама», «ма» вторым, восходящим тоном, означает, понятное дело, коноплю (или лён, это кому как), «ма» третьим, нисходяще-восходящим(!) тоном обозначает лошадь, а «ма» четвертым, нисходящим, падающим тоном означает, естественно, ругаться (и даже матерно).

Забавно, особенно для начинающих, что в разном сочетании эти тоны меняются. Только выучился одним тоном выговаривать что-то, глядь, этот же иероглиф в паре с другим произносится уже другим тоном. До того забавно, хоть плачь! Кстати, китаисты не одиноки в своих бедах. Во вьетнамском вообще шесть тонов…

Четыре лучших способа выучить китайский

Способ номер 1. Самый лучший способ, конечно, это родиться китайцем или китаянкой. Способ проверенный и сбоев фактически не дает. Сколько раз я сам, собственной персоной, отчаянно завидовал произношению и разговорной беглости какой-нибудь юной трех-пятилетней особы!..

Способ номер 2. Если по какой-то нелепой причине овладеть языком первым способом у вас не получилось, то надо попросить родителей немедленно после вашего рождения доставить вас в Китай. Способ великолепный. Как-то вечером я шел по пекинской улице и услышал сзади детский голосок. Девочка бойко лепетала о чем-то своем, а потом спросила, тоже по-китайски: «А этот дядя русский?» Я обернулся и увидел девочку лет четырех, курносую, белокурую и… хотел написать еще — «голубоглазую», но это было бы чересчур… Она шла, держась за руку своей китайской няни. Картина привычная, в общем. Район Ябаолу в Пекине считается «русским». Встречаются и дети с китайскими нянями. Но чтобы так хорошо говорила по-китайски! Я потолковал с няней, она объяснила, что работает не первый год, целыми днями общается с девочкой. Отсюда и результат.

Способ номер 3. Он подходит для тех, а) кого угораздило родиться не в Китае, б) кому в младенчестве не удалось уговорить родителей переехать в Китай.

Этот способ один из самых популярных, но с обременением. А именно: нужно жениться или выйти замуж в Китае. Уточняю, и это важно, не забудьте — на китаянке или за китайца! Ну, в крайнем случае, и только именно что в крайнем: выберите тех, кто овладел языком, прибегнув к способу номер 2, если, конечно, они не забыли китайский ко времени вашей встречи, что случается удивительно легко и часто, поскольку не требует усилий.

Третий способ дает поразительные результаты. Вы говорите по-китайски днем и ночью, когда хотите, но и самое главное — когда не хотите, а надо. Постоянно в форме, постоянно начеку и в тонусе. Закавыка состоит только в степени вашей готовности учить китайский, невзирая ни на что. То есть вам нужно подумать, стоит ли ради изучения языка вступать в супружество. Нет ли способа менее обременительного?

Способ номер 4. Самый тривиальный, но тем не менее надежный: начать учить язык на родине, а затем продолжить обучение в Китае. Или сразу поступить на учебу в Китае. Если же здесь, в процессе жизни, вы обзаведетесь милым другом или подружкой, то по эффективности способ номер четыре может даже превзойти способ номер 3.

Зачем двум китайцам бумажка?

Обычная сценка: где-то на улице, или в магазине, или еще где-то (сами можете придумать — где), один китаец пишет на бумажке, салфетке, айфоне или еще на чем (тоже сами можете придумать) и дает читать другому китайцу. Тот читает, кивает, а может, отрицательно мотает головой или пишет ответ.

В чем дело? Что за спешные письменные договоренности? Дело в том, что зачастую только таким образом китайцы могут понять друг друга. И вопрос китайца с юга, допустим: «Как пройти в библиотеку?» — китаец с севера не поймет.

Вот поэтому у них все телевизионные программы и фильмы с титрами, — сказал Сеня. Вместе с Мудрецом Суном они смотрели очередную серию любимого «Путешествия на Запад», нового сериала о походе за священными книгами в Индию буддийского монаха и его помощников; особенно нравилось им смотреть, как Царь обезьян ловко расправляется с пытающимися соблазнить невинного служителя культа злыми ведьмами — как правило, привлекательными и легко одетыми молодыми женщинами, старательно делающими злые лица. — Без титров никто ведь не поймет. Кстати, так можно и китайский учить, смотри себе кино, слушай и читай титры, никаких учебников не надо!

То-то я гляжу, ты по ночам не спишь, фильмы смотришь, — сказал Мудрец Сун. — Но какие-то странные, наверное. Прогресса нет. Слов новых не добавляется. А если добавляются, то при детях их лучше не говорить.

Так это… Все в процессе, — ответил Сеня. — Скоро скачок произойдет.

Произойти-то может и произойдет, только в какую сторону? — спросил Отшельник. — Может, не стоит туда скакать?

Китаец китайца поймет только в одном случае: если один может спросить, а другой ответить на путунхуа / putonghua — образцовом китайском, который начали вводить в обиход в 1956 году и на котором вещают государственные и местные теле-радиоканалы, преподают в школе. Его еще называют по западной кальке «мандарин» (mandarin).

Хоть он и является образцовым и обязательным для изучения в школе, для многих китайцев, особенно пожилых и среднего возраста, да и для подавляющего большинства сельской молодежи, общение на нем — сплошное мучение. Ведь это все равно что выучить еще один язык, в корне отличающийся от родного. К примеру, в южной китайской провинции Гуандун на общепринятом языке умеет говорить только одна пятая населения! Для сравнения, там примерно такое же соотношение знающих и не знающих английский. Почти все разговаривают лишь на гуандунском (кантонском), на нем же изъясняются в Гонконге и Макао. В нем, кстати, 6 тонов.

Во всем Китае на путунхуа общается немногим более половины населения. Остальные пользуются диалектами, которых насчитывается более 80-ти. Как же звучат иероглифы, точнее, одинаковые по значению слова на разных наречиях?

Для наглядности приведу уникальную, нигде ранее в открытой печати не публиковавшуюся, секретную до ошеломительной степени сравнительную таблицу чисел от 1 (единицы) до 10 (десяти) на общепринятом языке и на шанхайском диалекте (цифры вообще-то пишутся иероглифами):

Цифра (арабская) Путунхуа Шанхайский диалект
1 — И / Yi — Е / Ye
2 — Эр / Er — Лян / Liang
3 — Сань /San — Сай / Sai
4 — Сы / Si — Сы / Si
5 — У / Wu — Энь / En
6 — Лю / Liu — Ло / Luo
7 — Ци / Qi — Це / Qie
8 — Ба / Ba — Ба / Ba
9 — Цзю / Jiu — Цзю / Jiu
10 — Ши / Shi — Сэ / Se

Как видят уважаемые коллеги, не совпадает произношение более половины цифр. И это цифры! Что уж говорить о других словах.

Как-то раз я участвовал в пирушке выпускников Лоянского института иностранных языков (Лоян — одна из древних столиц Поднебесной). Они встретились в Пекине через двадцать лет. И знаете, над чем они подтрунивали больше всего: над своим путунхуа — общим китайским. Со смехом вспоминали, как он им трудно давался и как юный Чжан из города-порта Нинбо хотел рассказать о своих чувствах прелестной Ван из провинции Хэбэй, но потерпел фиаско и вынужден был сказать простые английские слова «I love you».

Автор подозревает, правда, что Ван всего-навсего хотел попижонить, и кроме того, по мнению авторитетных специалистов, филологов и любоведов, психологов и других ученых людей, имена которых вам, возможно, известны, на чужом языке как-то легче объясняться в любви, но тем не менее… В столице время от времени проводятся состязания по знанию общего наречия, победить в них очень нелегко даже пекинцам, чаще всего участники ошибаются в произношении. Как говорится, не тот тон берут…

Перешел гору — и ничего не понимаю!

Вы уже знаете, что в Китае много национальностей и языков. Но насколько разных — даже представить себе не можете!

Я вырос в провинции Хунань. Кроме острой еды, она славится неприступными горами, вся пересечена длинными и высокими хребтами, — говорит Оуэн, производитель мебели на экспорт, философ по жизни, с прекрасным английским, который, кроме всего прочего, увлекся каббалой и даже стал первоиздателем книг о ней в Китае. — Там, у нас, перейдешь гору и в деревне за ней уже ничего не можешь понять: люди говорят на незнакомом языке. Почему? Они веками не покидают своей деревни, не общаются с внешним миром, ни с кем не смешиваются. За другой горой, за другим хребтом — новые люди со своим языком. Пере шел гору — и ничего не понимаю! Когда я ехал в Пекин на учебу, поезд еле тащился, останавливался подолгу на каждой станции. Меня поразило, что на всех этих станциях люди говорили по-своему!

Сколько иероглифов в китайском языке?

Всего в китайском языке их 87 тысяч. Уже испугались? А зря. Это если считать все древние слова, включая вышедшие из употребления, или узкоспециальные термины, вроде названий химических элементов, или географические названия, разные профессиональные словечки. Все их никто не знает, и нужды в этом нет.

Всего-то! Всего-то…Скажешь тоже. Это целых! Четыре! Тысячи! — возмутился Сеня, который в стараниях овладеть китайским, накатывавших приступами, затупил орлиное зрение, нажил легкий геморрой и основательно поколебал несокрушимую некогда веру в свои способности. — Это вам не кот начхал, четыре тысячи! За это время французский можно выучить или английский с суахили заодно.

Рядовой выпускник китайского вуза распознает 5 тысяч иероглифов. Знаете, что здесь самое трудное? Иероглиф нельзя прочитать. Это не слово, воспроизвести буква за буквой его невозможно. Это картинка. Ее можно только запомнить.

Вы получили письмо от жены из Китая…

Представьте такое: вы получили одно письмо от супруги из Китая, и тут же вам приносят письмо от супруги, например, из Англии. Содержание писем одинаковое. Допустим, ваша супруга просит привезти ей что-нибудь. (Две супруги получается? Неважно, всякое бывает. Где вы сами при этом находитесь? Тоже всякое бывает…) Словом, супруги просят привезти нечто, незнакомое вам.

При этом супруга из Букингемского дворца пишет: «Дорогой, привези мне китайский чай…» Вы понимаете все слова в письме, кроме слова «чай». Вы смотрите на эти три английские буковки и что вы делаете? Вы звоните тут же супруге и говорите: «Дорогая, что значит слово tea»? И, гордясь своим знанием правил, усвоенных в начальных классах средней школы, элегантно покачивая ножкой, покуривая сигарку, выговариваете это слово этак врастяжечку, с элегантным оксфордским прононсом, «ти-и-и…».

Но тут бац — практически в ту же минуту вам приносят конверт от китайской супруги, из китайского дворца Гугун, также возжелавшей китайского же чаю. По строчке иероглифов вы добираетесь до знака «чай», упираетесь в него взором, думаете и начинаете звонить супруге. Вместо того, чтобы легко и непринужденно произнести ЭТО, вы принимаетесь описывать, обливаясь от напряжения холодным потом и призывая на помощь весь многолетний опыт профессионального китаеведа:

Дорогая, это вот, что ты просишь привезти, пишется… э-э-э, дай господь памяти, наверху, значит, трава, это ключ, внизу, сразу под ним, э-э-э, ну простой такой иероглиф, связанный с этим, как его… внизу еще дерево, а между ними…э-э-э, вроде восьмерки, только это не восьмерка, а вроде крыша, крылышки такие, или нет, это «жу», входить… ну, господи, как же это? Да где же словарь, в конце концов!..

Почувствовали разницу? Мы уже не говорим о разнице в длине разговора и величине телефонных счетов… Единственный способ выучить иероглифы, как ты ни крутись, как ни изворачивайся — просто их запомнить. Что совсем не просто. Недаром говорится, что китаисту требуется чугунная задница.

Для чего китайцам иероглифы

Думаете, сами китайцы от такого обилия иероглифов не страдают? Как бы не так. Им тоже жалко своих детишек, которые тратят львиную долю времени в начальной школе, чтобы победить полчища простых и сложных знаков. Они могли бы использовать это время для изучения других предметов. А взять проблему ввода иероглифов для компьютерных программ. В отличие от букв, иероглиф занимает в компьютерном языке не один, а два бита, и попробуй реши эту задачку при переводе или состыковании программ, хотя мудрые китайцы и не с такими задачами справляются.

Почему же, спросите вы, они до сих пор при всей своей практичности не отказались от «китайской грамоты», не перешли на более легкую и рациональную систему письма? В том-то и дело, что пытались.

И в наше время, и в прежние десятилетия реформаторы языка в Китае не раз хотели заменить иероглифы, на, допустим, латинские буквы и алфавит. Безуспешно! По одной причине: иероглифы объединяют Китай, все его многочисленные народы и народности. Убери знаки-картинки, и начнется великий хаос.

Почему, например, провалилась попытка перейти на фонетический алфавит пинь-инь / pinyin на латинице, созданный группой китайских ученых в 20-е годы прошлого века? Во-первых, слишком много в китайском языке омонимов, а вернее — омофонов, одинаково звучащих слов-слогов. Китайский состоит из коротких слогов, составляющих блоки. В зависимости от значения омофоны пишутся разными иероглифами. В передаче на латинице, по алфавиту пинь-инь, нельзя разобрать, что означает то или иное слово, легко запутаться. Знак индивидуален, а омофон — нет. Во-вторых, иероглифы произносятся неодинаково в разных частях страны. То есть говорят все по-разному, хотя имеют в виду одно и то же.

Другое дело — знак! Он понятен и южанину из провинции Гуандун, и уроженцу северного Хэйлунцзяна, и беседующему с Буддой тибетскому монаху. И, в принципе, даже иностранному студентусу, хвастающемуся, что учит китайский и почти его выучил.

Почти выучил — это, в принципе, судьба китаиста.

Подробнее читайте:
Иляхтин, Юрий. Китай кусочками. Издание второе, исправленное и дополненное. — СПб.: Петербургское Востоковедение, 2016. — 688 с., илл.

Ева смотрела на очкарика с отчаянием.

Минуточку, я хочу вам сказать, что я не прибыла сюда, надеясь на легкий заработок! Меня принудительно привезли, я знаю название судна, на котором мы плыли! Я офицер полиции, понимаете, мне нужен государственный чиновник!

Человек напротив Евы снял очки, внимательно посмотрел ей в лицо, улыбнулся и сказал, что не понимает по-русски.

Пригласите кого-нибудь, кто понимает, это очень важно!

Ее оставили одну, заперев дверь. Ева испугалась. Она долго думала, оказавшись в таком наряде у мусорных контейнеров недалеко от большого рынка, как ей себя вести. Добраться своим ходом до посольства, не имея ни копейки денег и документов!.. Но и ее идея с полицейским участком, похоже, тоже не очень удачная.

Хамиду позвонили в полдень и спросили, не терял ли он девочку, красивую, одетую, как «уличная», русскую, которая сейчас в полицейском участке требует, чтобы ее отвели в посольство.

Я поеду с тобой, — сказал Федя.

К адвокату Дэвиду Капе пришел невзрачный турок, отдал небольшой клочок бумаги, получив взамен деньги. Он не сказал ни слова, поклонился и цыкнул дырявым зубом, презрительно оглядывая китайца. Китаец смотрел бесстрастно, от гнилого запаха изо рта турка у него чуть шевелились широкие ноздри. Китайцу вообще показалось, что пахнет от турка тюрьмой, тут слуга подумал, что все тюрьмы пахнут одинаково, и китайские, и стамбульские, — он вообще был немного философ.

Еву посадили в общую камеру. Две старые проститутки, разглядев ее внимательно и ругаясь матом по-русски, подошли поближе. Одна из них обслюнявила палец и успела мазнуть Еву по щеке, прежде чем Ева завернула ей руку за спину, схватив другой рукой за волосы. Она удачно подставила проститутку подруге, та как раз размахивалась ногой. Удар пришелся в живот. Ева развернула взвывшую от удара женщину лицом к камере и толкнула на подругу. На несколько секунд наступила тишина. Потом все загалдели, двигаясь по камере, Ева забилась в угол. Она сразу определила странную направленность этого передвижения: вокруг нее образовывался полукруг, закрывая собой дверь и глазок в этой двери. Ева пожалела себя, свою только начавшую затягиваться рану в боку, скинула, сидя, туфли. Но тут дверь в камеру открылась. Вошли охранник и представительный большой человек в костюме с галстуком.

Вы Ева Курганова? — спросил он, усмотрев сжавшуюся в углу фигурку.

Расступились и тихо разошлись по камере задержанные. Ева сглотнула выступившие мгновенно слезы радости, встала, взяла туфли в руки и почти подбежала к своему спасителю.

Вы из посольства? Вы мне поможете? — Она надевала туфли на ходу.

Приехавший за ней остановился и долгим странным взглядом посмотрел в лицо. Потом быстро пробежал глазами вниз и опять — в лицо. За ними закрыли дверь камеры, длинный темный коридор, а там, впереди, — свет яркого теплого дня. Еве стало неудобно от этих глаз, но она подумала, что он сравнивает с тем, что мог увидеть на фотографии, ведь ее ищут! Разослали фотографии… Интерпол… Ева пошла помедленней, потом и вовсе остановилась.

Откуда вы знаете, как меня зовут? Я ведь никому не говорила свое имя и не писала это на бумажке?! Куда мы идем?

На свободу, — сказал прятавший глаза Федя.

В шикарном лимузине у полицейского участка их ждал толстый усатый турок, радостно улыбающийся.

Рядом стояла еще одна машина, из нее медленно выползал длинный худой человек, опираясь на трость. Федя посмотрел на адвоката с ухмылкой, его так и подмывало показать противному адвокату кое-какую интернациональную неприличность, он уже было поднял руку, но не перехватил ее резко у локтя, а просто показал два пальца. Указательный и большой, чтобы адвокат понял, что он не упивается победой, то есть викторией, а просто напоминает, что ему нужны были два человека. Два!

Через полчаса приятной поездки — Ева с жадностью разглядывала улицы и дома чужого города — они подъехали к шикарному особняку с колоннами. Ворота, охрана.

А ничего себе посольство! — успела удивиться Ева, прежде чем ей предложили ванну, массаж и хороший обед.

Казимир решил посмотреть на самый дорогой публичный дом и увидел подъехавшего на огромном автомобиле Федю. Было бы глупо просто прогуливаться рядом или пытаться проникнуть во дворец. Поэтому Казимир потолкался в узких и грязных улочках, пока не нашел лавку подержанных вещей.

Пытаясь извлечь из своего плохого английского хоть немного пользы, он помогал себе руками, мимикой, вдыхая пыльный запах уснувших в полумраке предметов, пока хозяин лавки не понял, что именно ему надо.

Казимир почувствовал восторг ребенка, разглядывая старый бинокль. Хозяин возился с микроскопом, устанавливая его на подставку около большой стеклянной колбы с заспиртованными лягушками.

Казимир расплатился, повесил бинокль на шею и вышел в каменный коридор улицы. Он шел, задрав голову и разглядывая вьющиеся растения на крошечном балкончике вверху. С ним столкнулся унылый сгорбленный старик. Отлетевший в сторону Казимир уцепился руками в бинокль, спасая его. Он ударился плечом о стену и поэтому не упал.

Прошу пана, — пробормотал старик, не оглядываясь.

Казимир начал было отряхивать пиджак, но застыл и вгляделся в уходящего горбуна.

Зика! — закричал он неуверенно, а потом громко и радостно, когда горбун словно споткнулся и застыл на месте. — Зигизмунд, это же ты!

А, это ты, — сказал Зика бесцветно, когда Казимир подошел, радостный, поближе. — Все еще молодой и такой же дурень, как и был!

Казимир обнял сутулые плечи.

генетических документов, содержащих данные об этнических меньшинствах Китая, вызывают пожар | Наука

Мужчина-уйгур сидит в чайной в китайской провинции Синьцзян, где ведется интенсивное наблюдение со стороны правительства.

Кевин Фрайер / Getty Images

Деннис Нормайл

Когда Ив Моро, биоинформатик из KU Leuven в Бельгии, заметил статью 2017 года в Human Genetics , в которой описывался «мужской генетический ландшафт Китая» на основе набора из почти 38000 последовательностей Y-STR, он увидел красный флаг. Y-STR означает полиморфизм коротких тандемных повторов Y-хромосомы, фрагменты повторяющейся ДНК, часто используемые в судебно-медицинских исследованиях. Некоторые образцы поступили от уйгуров и других меньшинств в Китае, и Моро скептически относился к тому, что они дали осознанное согласие на использование своих генетических данных или понимали, что Китай может использовать их для профилирования своего народа.В июне 2020 года он попросил редакцию журнала отозвать «незащищенную» статью.

Издатель Springer Nature начал расследование, которое все еще продолжается. Поэтому в прошлом месяце Моро усилил давление: он написал всей редакционной коллегии журнала, чтобы пожаловаться на отсутствие прогресса. Для Моро эта статья — лишь одно из многих исследований, в первую очередь в области судебной генетики, которые заслуживают тщательного изучения из-за проблем с согласием в Китае и возможности злоупотребления данными. Он говорит, что за последние пару лет опубликовал около 28 статей в шести журналах.

И его кампания набирает обороты. Восемь из 25 членов редакционной коллегии Molecular Genetics & Genomic Medicine , опубликованного Wiley, недавно подали в отставку в знак протеста против отсутствия прогресса в расследовании ряда статей, отмеченных Моро, как сообщал на прошлой неделе The Intercept . Бывший главный редактор Human Genetics , генетик Роберт Нуссбаум, добавил свой голос к голосу Моро, пожаловавшись редакторам на то, что расследование газеты 2017 года «кажется, продолжается уже давно.Исполнительный редактор Springer Nature по медицине и наукам о жизни Андреа Пиллманн говорит, что он изучает около 50 других статей, к 29 из которых уже приложена заметка редактора, вызывающая озабоченность. Компания ввела проверки, «чтобы помочь нам выявлять потенциально опасные заявки в будущем», — говорит Пиллманн. Тем временем университетская больница Шарите в Берлине подверглась критике за размещение генетической базы данных, использованной в нескольких исследуемых документах.

Правозащитники приветствуют усилия Моро.«Журналам, занимающимся этикой исследований, важно учитывать насилие со стороны государства, которое широко распространено в уйгурском и тибетском регионах», — говорит Даррен Байлер, социокультурный антрополог, изучающий уйгурские проблемы в Университете Саймона Фрейзера в Ванкувере.

Моро давно обеспокоен угрозами конфиденциальности, создаваемыми использованием генетических данных. По его словам, криминалистическое использование баз данных ДНК превратилось из узконаправленного инструмента правоохранительных органов в угрозу личной жизни.По его словам, в настоящее время наиболее отчетливо видна возможность злоупотреблений в Синьцзян-Уйгурском автономном районе Китая. С конца 2017 года появляется все больше свидетельств того, что Китай систематически притесняет уйгуров и другие мусульманские меньшинства в Синьцзяне. Некоторые называют эту тактику — в том числе массовое интернирование, принудительный труд, подавление религии и попытки снизить рождаемость — преступлениями против человечности. Китай утверждает, что страна просто «борется с жестоким терроризмом и сепаратизмом», как заявил в феврале Совету ООН по правам человека министр иностранных дел Ван И.

В рамках усилий по надзору в Синьцзяне власти собрали биометрические данные, включая сканирование лица и отпечатки пальцев, которые используются для проверки личности на вездесущих контрольно-пропускных пунктах в регионе, а также данные ДНК. Моро говорит, что ДНК-профилирование напрямую не делает возможным массовое интернирование или принудительный труд. Воздействие скорее носит психологический характер, усиливая у граждан чувство постоянного наблюдения. Байлер добавляет, что профилирование ДНК «может быть использовано для обеспечения соблюдения политики« нулевых незаконных рождений »путем отслеживания материнства и отцовства» и для поиска совпадений при извлечении органов у заключенных, «о чем есть некоторые ограниченные доказательства.”

Когда власти усилили контроль над Синьцзяном, китайские исследователи активизировали исследования культуры и генетики региона, говорит Хуанг Футао, ученый из Хиросимского университета. По словам Хуанга, некоторые из этих исследований поддерживаются Государственным управлением науки, технологий и промышленности национальной обороны и посвящены темам, связанным с поддержанием социальной безопасности и стабильности. Результаты часто публиковались в международных журналах.

Тем не менее, «очень трудно судить о действительности информированного согласия в Китае, — говорит специалист по биоэтике Цзин-Бао Ни из Университета Отаго, Данидин: — Явное и особенно неявное давление [с целью дать согласие] часто существует в различных формах. .”

Усилия Моро уже привели к опровержению двух статей китайских авторов в Международном журнале правовой медицины компании Springer Nature . Одно из них, исследование STR-гаплотипов уйгурских, казахских и хуэйских мужчин, опубликованное в Интернете в марте 2019 года, было обнаружено, как «проведено без одобрения институционального комитета по этике [авторов]», согласно майскому уведомлению об отзыве. Обзор, проведенный редакторами, показал, что вторая, оценка генетических маркеров в четырех различных китайских популяциях, опубликованная в апреле 2019 года, была одобрена с этической точки зрения для участия китайских ханьцев, но не для участников из Тибета, Уйгура и Хуэй.Он был отозван в ноябре 2020 года.

Статья Human Genetics особенно проблематична из-за огромного объема данных и участия в исследовании соавторов из китайских правоохранительных организаций, говорит Моро. В документе, написанном в соавторстве с китайскими и немецкими исследователями, говорится, что исследование «соответствует этическим принципам Хельсинкской декларации 2000 года», которые охватывают исследования на людях. Но автор-корреспондент Майкл Нотнагель из Кельнского центра геномики теперь признает, что некоторые данные могли быть собраны способами, «не отвечающими соответствующим этическим стандартам.Нотнагель говорит, что авторы работают с редакторами и Springer Nature, чтобы решить эту проблему; он не ответил на электронное письмо с запросом дополнительных сведений.

Данные, используемые в статье, взяты из справочной базы данных гаплотипов Y-хромосомы (YHRD), основанной в Charité, которая включает данные по Y-хромосоме от более чем 300 000 человек, загруженные участниками со всего мира и используемую исследователями и правоохранительными органами. . Моро говорит, что невозможно проверить соответствие данных стандартам информированного согласия, которые, по крайней мере, частично анонимны.

В письме, размещенном на своем веб-сайте 6 августа, Gen-ethical Network, берлинская организация, пропагандирующая этичное использование генетических технологий, призвала провести расследование утверждений о «неэтичном обращении YHRD с генетическими данными меньшинств». В письме, подписанном тремя другими группами, упоминались не только вопросы, поднятые Моро в отношении уйгуров, но и аналогичные проблемы, связанные с генетическими исследованиями рома в Европе. Менеджеры YHRD не ответили на письмо от Science с просьбой прокомментировать ситуацию.

Моро обеспокоен не только осознанным согласием. По его словам, любое исследование, позволяющее проводить генетическое профилирование, «вредно в руках авторитарного режима». И он обеспокоен тем, что такие исследования плохо отражаются на этой области: «Общественное доверие к генетике человека зависит от способности нашего сообщества прозрачно соблюдать свои моральные обязанности».

Не видит мало шансов на перемены в Китае, где рост национализма часто затмевает этические проблемы. «Я сомневаюсь, что проблема информированного согласия и конфиденциальности будет решена в ближайшем будущем в Китае», — говорит Не.По словам Моро, это возлагает большую ответственность на международные журналы.

«Бумажные фабрики» Китая проводят фальшивые научные исследования с угрожающей скоростью

В мае Чэнги Чжан, магистрант престижной медицинской школы Китая, опубликовал свою первую статью в китайском научном журнале. Затем начались звонки и сообщения WeChat. Внезапно его завалили коммерческими предложениями от служб, предлагающих выпускать научные статьи от его имени по любому предмету, который он хотел.

В сообщениях было обещано, что по цене 62 000 юаней (9 000 долларов США) статьи могут быть написаны и опубликованы в международных медицинских журналах с низким рейтингом. Звонившие, с которыми он разговаривал, утверждали, что работают в рецензируемых изданиях, включая Китайский журнал общей медицины и Китайский журнал больничной аптеки.

Но Чжан, имя которого было изменено, чтобы защитить его от профессиональных последствий, считает, что продавцы действительно были частью более крупной и мрачной системы.«Это бумажные фабрики», — сказал он в электронном письме, имея в виду растущую отрасль, занимающуюся производством и продажей мусорной науки.

Высококонкурентный медицинский сектор Китая и стремление страны стать мировым лидером в области научных исследований создают растущий спрос на такие услуги. Несомненно, они оказались популярными среди врачей и ученых, испытывающих трудности, и стремящихся получить финансовое вознаграждение и продвинуться по карьерной лестнице. Более того, эксперты полагают, что отрасль имеет серьезные последствия для доверия ко всем научным исследованиям, проводимым в стране.

В 2018 году Китай обогнал США как самых плодовитых научных исследователей в мире, публикуя в среднем 305 000 статей в год. Но, несмотря на впечатляющую статистику, существует множество опасений, что все большее число из них являются поддельными.
«Совершенно шедевр искусства!» прочитайте октябрьский пост в Twitter Тигра, ученого-биомедицина из Китая, который сейчас живет в США и проводит большую часть своего времени анонимно, отслеживая поддельные документы. Фотография, которую они опубликовали, была взята из китайского исследования, опубликованного в международном рецензируемом журнале, в котором изучали превращение фиброза печени в рак.На первый взгляд, это выглядит как обычное изображение клеточных образований, но при ближайшем рассмотрении становится ясно: каждая клетка на картинке идентична и была дублирована, скопирована и вставлена ​​в цифровом виде.

Tiger регулярно публикует фальшивые статьи в Twitter и на китайской платформе микроблогов Weibo. Они подвергались троллингу и кампаниям ненависти, а также мольбам работающих врачей прекратить разоблачать фальшивые документы.

Tiger является частью неформальной команды международных добровольцев, анонимно борющихся с научным мошенничеством.За последний год они и их коллеги обнаружили сотни фиктивных исследований. Члены группы считают, что китайские бумажные фабрики могут производить на тысячи больше каждый год.

Поток фальшивой науки, исходящий из страны, отчасти вызван давней системой, в которой китайские учреждения предлагают щедрые вознаграждения врачам и ученым за опубликованные исследования.

Подпишитесь на рассылку новостей Coda

Авторитаристы замутят разговор.Уточняем это с помощью журналистики.

«Если вы публикуетесь в авторитетном журнале, вы можете буквально получить в награду квартиру или машину», — пояснил Тайгер.

Согласно отчету MIT Technology Review, китайские университеты наградили авторов в среднем 44 000 долларов в 2016 году за исследования, опубликованные в известных научных журналах Science и Nature. Между тем, к работе, представленной в небольших изданиях, применяется скользящая шкала финансовых стимулов.

«На всем пути у них одинаковые системы вознаграждений», — объяснил Тигр. «Это действительно плохой механизм, действительно способствующий мошенничеству».

Элизабет Бик — единственный член команды, желающий назвать свое настоящее имя — микробиолог из Нидерландов, базирующаяся в Калифорнии. Она начала отслеживать феномен бумажных фабрик в начале 2020 года.

Вместе с Тайгером, старшим научным сотрудником по имени Морти, и математическим психологом по имени Смут Клайд, Бик провел много неоплачиваемых часов в поисках аномалий в китайских исследованиях.В начале этого года группа обнаружила одну бумажную фабрику, которая, по их мнению, провела более 500 фальшивых исследований по изучению функции генов человека и рака. Все они использовали похожие шаблонные названия, графики и изображения, но предположительно были написаны врачами и учеными со всего Китая. В июле Бик обнаружил еще один тайник из 121 бумаги, который, по их мнению, принадлежал другой бумажной фабрике. Назвали их газетами «стоковая фотография», так как все они поделились хотя бы одним изображением друг с другом.

Члены команды нашли небольшие группы документов, которые все имеют свои собственные наборы общих черт. Бик также беспокоится о том, что в обращении есть еще много фальшивых исследований, которые даже она не может обнаружить.

Они «кажутся законными индивидуально», — сказала она. «Только когда вы сравниваете огромное количество этих статей, вы начинаете видеть, что все они очень похожи друг на друга».

«Я думаю, что другие либо намного лучше, либо они намного меньше и их труднее обнаружить.”

По словам Смута Клайда, бумажные фабрики дестабилизируют научный мир и усиливают недоверие к законным исследованиям.

«Вероятно, это подкрепляет повествование о том, что« О, вся наука — мусор, поэтому мы должны полностью отказаться от науки », — сказал он во время телеконференции Zoom. Но, по его словам, «лучше найти и удалить мусорную науку, чем делать вид, что ее не существует».

Растущее количество фальшивых исследований, исходящих из Китая, также повлияло на карьеру Тигра на исследовательском факультете престижного университета.С. университет.

За исключением ведущих китайских учреждений, Тайгер сказал: «Я отказываюсь рассматривать рукописи из Китая. Потому что я чувствую, что никому из них не могу доверять ».

В некоторых статьях заявлены многообещающие результаты в важных областях. Команда обеспокоена тем, что фальсифицированные, «сексуальные» результаты бумажных фабрик могут превзойти менее захватывающие, но подлинные исследования.

«Судя по фальшивым документам, рак уже лечили», — сказал Тайгер, добавив, что идея, что они могут дать ложную надежду пациентам, «невыносима.”

Продажа призрачных научных статей не ограничивается фабриками. Говоря на условиях анонимности, один врач из США вспомнил трудную встречу со студентом, когда он преподавал во время его докторской диссертации в Китае.

«Она попросила меня составить для нее документ и предложила мне свою дебетовую карту», ​​- сказал он. «Я был очень шокирован. Я не знал, что так может получиться ».

Он также описал, как бумажная фабрика отказалась от проведения фальшивых исследований для клиентов.

«Кто-то хотел заплатить мне 30 000 юаней (4555 долларов) за написание статьи», — сказал он. «Это напрасная трата ресурсов, вредная для репутации и катастрофа для людей, выполняющих настоящую работу».

В феврале правительство Китая издало приказ, запрещающий учреждениям вознаграждать людей за опубликованные исследования. Тигр скептически относится к тому, что решение будет иметь большое влияние.

«У людей всегда есть способ сыграть в систему», — сказали они.

Чжан также считает, что, если условия работы младших врачей в Китае не улучшатся, спрос на эти услуги сохранится.Столкнувшись с низкими зарплатами, низкими выплатами и отсутствием социального статуса, он признает, что велик соблазн прибегнуть к «академическим проступкам» для получения столь необходимого продвижения по службе.

После публикации о бумажных фабриках в Weibo, Тайгер получил сообщение, подтверждающее эти опасения.

«Как один из этих врачей, я прошу вас оставить нас в покое как можно скорее», — говорилось в нем. «Бесчисленное количество молодых врачей, в том числе и младше меня, смотрят свысока на подделку документов.Но система в Китае такая же, с ней действительно нельзя бороться. Без документов вы не получите повышения. Без повышения вряд ли можно прокормить семью. Я хочу найти время для научных исследований, но это невозможно ».

Корпус мира разрывает отношения с Китаем

Глава завершается объяснением основной причины гомосексуализма и других социальных проблем:

Самая важная причина — это капиталистическая система Америки.В этом капиталистическом обществе, хотя наука и техника находятся на очень высоком уровне, некоторые люди страдают духовной пустотой. Таким образом они начинают искать вещи любопытные и захватывающие.

Частично, чтобы держать студентов как можно дальше от «Обзора Британии и Америки», мы с Адамом использовали все, что могли найти, в качестве учебных материалов. Мы приносили в класс семейные фотографии и делали копии статей из американских журналов. Когда мы получили наши открепительные удостоверения на президентских выборах 1996 года, мы с Адамом прочитали лекцию о системе U.С. Политическая система в раздел старшеклассников. В конце мы вынули бюллетени, позволили студентам проверить их и проголосовали.

Студенты притихли, когда я протянул им свой бюллетень. Мы были в маленькой неотапливаемой комнате, набитой более чем сорока простыми деревянными столами. Один за другим студенты изучали листы бумаги. К тому времени, когда я достал бюллетень и проголосовал за Билла Клинтона, в комнате было так тихо, и они наблюдали с такой интенсивностью, что мое сердце колотилось.Вскоре после этого сотрудник Корпуса мира в Чэнду сообщил, что звонили сотрудники колледжа и были недовольны тем, что сделали мы с Адамом. Но колледж на этом и остановился — такое общение часто было косвенным.

Люди, которые находились дальше всего, казалось, наиболее склонны воспринимать угрозу. Студенты были в восторге, а наши китайские коллеги были любопытны, но насторожены. Администрация колледжей была более осторожной, но даже они гордились тем, что в кампусе присутствуют иностранцы. Противники программы, как правило, были на провинциальном или национальном уровне Китая.

Реакция американцев была противоположной. Недавно я разговаривал с Уильямом Шпайделем, китаистом, который был первым директором Корпуса мира в Китае, и он вспомнил отношение официальных лиц Госдепартамента. «Они были вне себя от радости», — сказал он. «Идея о том, что Корпус мира укрепился в цитируемом коммунистическом Китае, была действительно важна».

Speidel поручил лингвисту разработать курс китайского языка, и в отдаленных местах трудолюбивый волонтер мог свободно владеть языком всего за два года, что соответствует сроку службы в Корпусе мира.Многие добровольцы изучали педагогику в бакалавриате и часто возвращались, чтобы преподавать в американских классах. Но были и другие, чьи жизненные пути радикально изменились. Они стали дипломатами, государственными служащими, бизнесменами или учеными, специализирующимися на Китае. Сегодня двадцать семь бывших китайских добровольцев, включая Адама, работают в Государственном департаменте, а есть другие в таких организациях, как U.S.A.I.D.

Журналисты и писатели тоже были обычным делом. Майкл Мейер, волонтер China 2 из Миннесоты, написал три книги о стране.В моей когорте трое из нас стали китайскими корреспондентами и авторами. В общей сложности бывшие добровольцы опубликовали по крайней мере одиннадцать научно-популярных книг о Китае.

Иногда я задавался вопросом, как выглядела ситуация для аналитиков коммунистической разведки. В 1999 году я переехал в Пекин, когда готовился опубликовать свою первую книгу о моем опыте в Фулин, и был период, когда я почувствовал, что за мной наблюдают с особым вниманием. В моем районе происходили странные встречи, и пара бывших студентов в районе Фулин сообщили, что их запугали агенты безопасности, которые появились из-за их связи со мной.В Пекине на нескольких мероприятиях, спонсируемых правительством, представители министерства иностранных дел разыскивали меня с острыми вопросами: зачем вы изучали английскую литературу, если собирались поехать в Китай? Почему вы учили в таком неразвитом месте?

Их явно беспокоило то, что обучение было прикрытием для разведывательной работы, и, похоже, их сбивал с толку Корпус мира. Организация не привлекала много людей из элитных семей, и она платила волонтерам около ста двадцати долларов в месяц.Китайские сотрудники Шпайделя были назначены к нему правительством, поэтому не было сомнений в том, что некоторые линии информации попадали прямо в службу безопасности вместе с вероятными прослушиваниями телефонных разговоров. Но никто из штаба Корпуса мира никогда не говорил мне, чему я должен или не должен учить, а сотрудники посетили Фулин только дважды за два года. В лучшем случае Корпус мира был выражением уверенности Америки: если вы отправите мотивированных молодых людей в отдаленные места и оставите их одних, то, скорее всего, произойдут хорошие вещи.

Недавно я вспомнил ту эпоху с кем-то из Фулинга, имеющим хорошие связи в Коммунистической партии. Он признался, что добровольцы Фулин должны были быть отправлены в Ваньсянь, другой город Янцзы, название которого в конечном итоге было изменено на Ваньчжоу. Но официальные лица были обеспокоены тем, что город находится слишком близко к строительной площадке плотины «Три ущелья», где американцы могут узнать секретную информацию. Итак, они вытолкнули нас на сто тридцать миль вверх по течению. Конечно, я все равно написал о плотине.А после того, как Корпус мира наконец вошел в Ваньчжоу, организация отправила туда добровольца China 7 по имени Джейк Хукер. Несмотря на отсутствие китайского фона, Хукер выучил язык на замечательном уровне и доказал, что неважно, кого отправили вниз по реке. В 2008 году в качестве репортера Times Хукер получил Пулитцеровскую премию за разоблачение того, как сельские китайские фабрики экспортируют токсичные ингредиенты для использования в фармацевтической продукции.

В 1998 году, когда я был волонтером в последний год, я не заметил двух национальных событий, которые впоследствии оказались значительными.Одной из них была система ограничений Интернета, которая стала известна на английском языке как Великий файрволл. Другой — речь, произнесенная президентом Цзян Цзэминем в Пекинском университете 4 мая 1998 года. Слова Цзяна вряд ли были динамичными («будущее родины бесконечно великолепно»), но, более чем двадцать лет спустя, если вы скажете «Проект 985», многие образованные китайцы узнают упоминание года и месяца речи Цзяна. Президент призвал к развитию университетов мирового класса, и это усилие присоединилось к Проекту 211 — китайский фетиш к ориентированной на миссию нумерологии превосходит даже фетиш Корпуса мира.Эти программы предусматривали расширение и совершенствование университетов, и они отражали стратегию, которую американцам было трудно понять: идею о том, что образование и ограничения могут происходить в тандеме.

В последующий период общий рост страны был настолько интенсивным, что когорты Корпуса мира могли быть представлены микроисториями. В год, когда появился Китай 8, страна вступила во Всемирную торговую организацию. К Китаю 12 строительство плотины Трех ущелий было завершено. China 14 была Олимпиадой в Пекине.Между China 1 и China 16 группа G.D.P. увеличился более чем в десять раз. Когда я преподавал в Фулинге, в колледже было около двух тысяч студентов; к China 10 их было двадцать тысяч, в новом кампусе.

В классе даже небольшие истории показывают, как система работает на самом низком уровне. Один из моих учеников, бедный мальчик, выросший на ферме, где его семья выращивала картофель, кукурузу и табак, взял английское имя Мо. Отец Мо имел третьеклассное образование, а его мать никогда не ходила в школу, а в деревню. школьный учитель вдохновил Мо, который стал единственным мальчиком из своего класса, который поступил в колледж.В Фулинге он вступил в коммунистическую партию и каждое лето возвращался домой, чтобы привозить на рынок 60-фунтовые мешки табака. Когда некоторые из одноклассников Мо стали называть себя английскими фамилиями, он попросил совета у нас с Адамом, и именно так он стал Мо Мани. (Другой микроисторией China 3 была серия выдающихся смертей, произошедших в течение шести месяцев и которые, по крайней мере, на мой взгляд, навсегда связаны между собой: Тупак Шакур, Дэн Сяопин и Бигги Смоллс.)

После окончания учебы, Мо Мани согласился работать учителем в своем родном сельском городке.Среди учеников был его младший брат. Это была общественная версия обучения по принципу «бутстреп»: кто-то сбегает из деревни, чтобы поступить в колледж, затем возвращается и останавливает остальных. В течение трех лет Мо обучал своего брата и более сорока одноклассников, а его брат тоже поступил в колледж Фулин. Он вошел, когда прибыл China 8. Из четырех детей в семье Мо Мани трое закончили колледж, и теперь все они принадлежат к среднему классу.

Когда это происходит в масштабе более миллиарда населения, эффекты ошеломляют.Мо в настоящее время преподает в школе в Чунцине, и недавно я спросил его, какой процент его выпускников прошлого года поступил в университет. «Каждый из них», — сказал он. Что касается национальной статистики, то число поступающих в колледж — семь процентов в год Мо, — сейчас составляет 48 процентов.

Китайские группы Корпуса мира начали расширяться за счет Китая 4, который также стал первой когортой, в которую вошли добровольцы афроамериканского происхождения. В тот год женщин было значительно больше, чем мужчин, и это стало общей закономерностью.В 2014 году Корпус мира начал разрешать кандидатам указывать, в какой стране или регионе они хотят работать, и Китай стал желанной задачей. Юнг-Мей Халоски, волонтер China 4, который позже работал в сфере набора и трудоустройства в Корпусе мира, сказал мне, что Китай рассматривается как главный приоритет. «Меня всегда говорили, что люди, обладающие наибольшими навыками, должны поехать в Китай», — сказала она.

В поисках источника коронавируса, W.H.O. Пусть Китай возьмет на себя ответственность

«The W.H.O. придает первостепенное значение доступу в страну », — сказал Джан Лука Бурчи, бывший юрисконсульт агентства.«Но если вы сделаете это до победного конца, вы потеряете мягкую силу».

Вопрос о происхождении вируса остается важной загадкой, которая, если будет решена, может помочь предотвратить новую пандемию и помочь ученым в создании вакцин и лекарств. Когда в конце 2002 года в Китае начала распространяться первая вспышка атипичной пневмонии, официальные лица месяцами скрывали эпидемию. Но когда они наконец признали это, они вскоре разрешили международным командам исследовать источник животного происхождения.

На этот раз поиск источника был окутан тайной.

Внутренние документы и интервью с более чем 50 представителями общественного здравоохранения, учеными и дипломатами позволяют взглянуть изнутри на то, как обессиленная Всемирная организация здравоохранения, стремящаяся получить доступ и сотрудничество с Китаем, изо всех сил пыталась достичь того и другого. Его внимательный подход дал г-ну Трампу и его союзникам возможность выдвинуть предположения и необоснованные теории заговора, а также отвести вину за собственные ошибки.

Перспектива аполитичного расследования происхождения вируса сокращается.Китай добился уступок от организации здравоохранения, которые помогли стране отложить важные исследования и избавили ее правительство от потенциально затруднительной проверки его ранних мер реагирования на вспышку.

«К сожалению, это политическое расследование», — сказал Ван Линфа, австралийский вирусолог из Сингапура, который помог идентифицировать летучих мышей как носителей первого коронавируса SARS. «Все, что они делают, — символично».

Организация заявила, что взяла на себя обязательство провести полномасштабное расследование независимо от политических отвлекающих факторов.

«Разногласия между странами и внутри стран создали благодатную почву для роста этого быстро распространяющегося вируса и его господства», — сказал генеральный директор W.H.O. Тедрос Адханом Гебрейесус в заявлении для The Times. Он сказал, что политические нападения подорвали реакцию мира. «Лидерство в таком кризисе, как этот, требует слушания, понимания, доверия и совместного движения вперед».

Сделано в Голливуде, цензура Пекина

PEN America признает, что расчет, с которым сталкиваются глобальные кинематографисты и киностудии, приносящие прибыль, отличается от расчетов, с которыми сталкиваются отдельные авторы книг.Более того, деловые отношения, инвестиционные связи и структуры собственности, которые укрепили китайское влияние в Голливуде, диктуют, что многие кинематографисты подходят к этому вопросу с определенным кругом интересов. Поскольку этот отчет пытается объяснить, Пекин структурировал свою модель цензуры, заставляя голливудские студии сотрудничать с его ограничениями, оставляя пряник из крупных кассовых сборов вместе с палкой нормативного наказания за отказ от сотрудничества. Хотя у студий есть место для переговоров с регулирующими органами Пекина, такое пространство ограничено.

И все же Голливуд все еще может принять некоторые принципиальные стратегии и практики для управления своим взаимодействием с китайским правительством.

Во-первых, лица, принимающие решения в Голливуде, должны разработать набор методов реагирования на запросы правительства об изменении и цензуре контента — методы, которые подтверждают и защищают свободу творчества в максимально возможной степени. Во-вторых, Голливуд как сообщество должно разработать более широкие практики, чтобы противодействовать более общему и менее явному давлению, которое может оказать цензура правительства, видам давления, которые поощряют самоцензуру и сужают пространство для честного и бесстрашного рассказывания историй.

Оба набора практик должны основываться на прозрачности, более открытом и честном общении и ясном понимании природы проблемы.

Чтобы поощрить Голливуд к разработке этих стратегий, ПЕН Америка рекомендует следующие шаги:

1. Реагирование на явные и ожидаемые запросы и требования о цензуре со стороны Пекина или его доверенных лиц

Голливудские студии должны, прежде всего, твердо придерживаться того, чтобы цензурированная китайская версия фильма не стала версией фильма по умолчанию, предлагаемой мировой аудитории.Кинематографисты не могут сводить свою работу к наименьшему общему знаменателю, состоящему только из контента, который считается приемлемым одним из самых строгих режимов в мире. Таким образом, PEN America рекомендует, чтобы все голливудские студии дали обещание, что, если они будут соблюдать ожидаемую или фактическую цензуру из Пекина, либо в ответ на прямой запрос регулирующих органов, либо в рамках упреждающей попытки самоцензуры, они будут делать это только для Версия фильма сделана доступной на территории материкового Китая, а не для глобального проката.

Мы ценим, что таким образом голливудские студии сделают свое соблюдение китайской цензуры еще более заметным, поскольку зрители смогут сравнить китайский релиз с мировым релизом и выявить различия. Но секрет того, что Голливуд подвергает себя цензуре, чтобы угодить Пекину, уже раскрыт. Если кинематографисты не желают противостоять фактической цензуре одного правительства над мировым выпуском фильма, то Голливуд действительно откажется от своего шанса провести черту на песке в защиту свободы слова и против того, чтобы позволить правительству Китая использовать свою цензуру. над аудиторией по всему миру.

Во-вторых, и в связи с этим, мы считаем, что у голливудских кинематографистов еще есть возможность продемонстрировать свою приверженность свободе выражения мнения, открыто и прозрачно признав, когда и как содержание фильма было изменено в ответ на запрос цензуры.

Вопрос о влиянии китайского правительства в Голливуде будет оставаться недооцененным и недооцененным до тех пор, пока руководители Голливуда будут обсуждать его только за закрытыми дверями. Тем не менее, хотя этот результат может показаться идеальным для некоторых руководителей Голливуда, практика в других отраслях демонстрирует ценность прозрачности как блага сама по себе, так и как средства защиты от плохой прессы.Соответственно, PEN America рекомендует голливудским студиям публично обмениваться информацией обо всех запросах на цензуру, получаемых государственными регулирующими органами в отношении их фильмов . Такая информация будет иметь большое значение для того, чтобы сделать видимым этот полу-видимый феномен, осветить контуры цензуры в Пекине и дать профессионалам кино и неспециалистам лучшее понимание того, где на самом деле лежат красные линии, — тем самым уменьшая неопределенность, которая делает возможной самоцензуру.

Опять же, мы знаем, что голливудские студии не решаются раскрывать давление, которому они подвергаются.Однако, если достаточно значительная группа студий совместно привержена такой прозрачности, это может значительно уменьшить эту озабоченность. Совершенно очевидно, что если все члены Большой пятерки совместно примут участие в такой программе раскрытия информации, это немедленно установит стандарт для Голливуда в целом; кроме того, это помешало бы Пекину натравливать студии друг на друга, показывая пример первой студии, сделавшей такой шаг.

Такое раскрытие информации может принять форму годового отчета — в некотором роде аналогичного раскрытиям, которые технологические платформы делают в отношении правительственных запросов на удаление и их ответов.Вдобавок или наоборот, это может происходить в форме раскрытия информации в титрах самих фильмов, подобно раскрытию финальных титров «ни одно животное не пострадали», которое продемонстрировало приверженность Голливуда борьбе с жестоким обращением с животными в большинстве фильмов с участием актеров-животных.

Если бы голливудские студии были готовы взять на себя такое единое публичное обязательство, это стало бы мощной демонстрацией того, что руководители Голливуда заинтересованы в решении проблемы государственной цензуры вдумчивым и добросовестным образом.. . вместо того, чтобы просто надеяться, что проблема останется невидимой для обычного кинозрителя со всего мира.

Studios также могут быть побуждены к действиям (опять же, в отличие от технологических компаний), чтобы упредить раскрытие информации по требованию правительства. Ранее в этом году член палаты представителей Майк Галлахер (R-Висконсин) предложил шаблон для потенциального федерального законодательства по этому вопросу, поддерживая идею о том, что правительство США должно требовать от голливудских студий раскрытия информации о том, был ли фильм изменен «в соответствии с требованиями правительства». Коммунистическая партия Китая.”

Такое раскрытие раскрыло бы только один аспект цензуры в Пекине, поскольку он, по-видимому, не распространялся бы на акты упреждающей самоцензуры со стороны голливудских студий, которые консультируются с экспертами и советниками для принятия решений по содержанию еще до того, как цензоры Пекина официально приедут в тюрьму. Таблица.

Тем не менее, у этой идеи есть свои достоинства. Такое «цензурированное» раскрытие информации может повлиять, например, на решения компаний официально вести переговоры с Центральным бюро пропаганды о том, разрешать ли цензорам доступ к производству фильмов и следует ли настойчиво добиваться статуса совместного производства своих фильмов.Это также могло бы дать возможность голливудским рассказчикам выступить против самоцензуры в процессе кинопроизводства, позволив им указать на эти разоблачения как на реальную демонстрацию решимости Голливуда противостоять редакционному вмешательству со стороны иностранных правительств.

Однако PEN America считает, что любое такое требование о раскрытии информации, будь то налагаемое самими компаниями или нормативными актами, должно быть направлено на раскрытие изменений, внесенных по требованию любого правительства , а не только Китая.Такое глобальное требование о раскрытии информации было бы не только более полезным и всеобъемлющим, но и более эффективным для обеспечения того, чтобы такое требование о раскрытии использовалось для поощрения свободы выражения мнения, а не в качестве политического инструмента.

Это предложение сопряжено с определенными рисками, так как оно может подтолкнуть голливудские студии к удвоению упреждающей самоцензуры, чтобы избежать потенциальных запросов из Пекина, о которых ему затем потребуется раскрыть. Тем не менее, PEN America поддерживает концепцию раскрытия информации как превентивный шаг к раскрытию проблемы.Цензура процветает в мрачных условиях, и прозрачность — необходимый первый шаг к любой реакции отрасли на нее.

Следует отметить, что предложение Галлахера

— не единственное законодательное предложение по вопросу китайской цензуры Голливуда. В конце апреля этого года сенатор Тед Круз (штат Техас) объявил о своем намерении предложить «Закон о прекращении цензуры, восстановлении целостности, защите радиостанций» или Закон о SCRIPT. Закон SCRIPT запрещает Министерству обороны США сотрудничать с любой киностудией, которая редактирует или изменяет их фильмы для показа в Китае, и требует от студий, стремящихся к такому сотрудничеству, заключать письменное соглашение с правительством о не соблюдении правительственной цензуры Китая для фильм.

В настоящее время попытка законопроекта нацелить на студии, изменяющие контент даже «в ожидании» правительственного запроса, слишком широка и простирается слишком далеко в сферу творческого выбора профессионалов кинопроизводства, не согласуясь с Первой поправкой и приравнивая искренние усилия обратиться к глобальной аудитории с политической цензурой. Кроме того, закон ставит чиновников Министерства обороны в положение, по сути, оценивать политический месседж американских фильмов.В результате Закон в его нынешней форме нанесет гораздо больше вреда свободе слова в Голливуде, чем пользы.

Тем не менее, по этому вопросу может быть место для продуманного законодательства, направленного на то, чтобы сместить баланс для студий, взвешивающих обязательства и выгоды сотрудничества с цензурными мандатами Пекина — хотя, чтобы соответствовать Первой поправке, такой закон потребует должны быть сформулированы для узкого применения к формальному сотрудничеству студии с официальными запросами из Пекина, которые в таком случае не смогут решить более широкую проблему упреждающей самоцензуры.Кроме того, как и в случае с предложением Галлахера, PEN America рекомендует, чтобы любое будущее законодательное предложение было направлено на защиту от государственной цензуры в целом, не ограничиваясь только Пекином.

Коммунистическая партия Китая по-прежнему хочет поддерживать отношения с Голливудом, который остается самой мощной силой для глобального повествования — силой, которой Пекин завидует. Пекин нуждается в Голливуде как для того, чтобы делиться талантами и опытом с его собственной киноиндустрией, так и для того, чтобы разрыв отношений между двумя сторонами не привел к созданию Голливудом фильмов, критикующих партию.

Мы считаем, что эти две рекомендации, публичное обязательство о том, что китайская цензура не повлияет на контент фильма, предлагаемый мировой аудитории , наряду с общеотраслевым обязательством публично раскрывать информацию о запросах государственной цензуры из Пекина, а также все других правительств, было бы мощным шагом к укреплению приверженности Голливуда свободе выражения мнений в условиях растущей динамики цензуры и пропагандистского влияния правительства.

Мы специально призываем «Большую пятерку», , как крупнейшие студии Голливуда и стойких приверженцев отрасли, возглавить выполнение таких рекомендаций . Соответственно, MPA, как ключевая торговая группа Голливуда, представляющая в основном крупные студии, играет важную роль, поскольку это единственный орган, имеющий институциональную поддержку и влияние, чтобы координировать деятельность «Большой пятерки» по этому вопросу. Таким образом, PEN America напрямую призывает MPA принять меры для выполнения наших вышеупомянутых рекомендаций.

Признавая важную роль, которую MPA может сыграть в решении этой проблемы, мы также рекомендуем MPA продемонстрировать признание проблем, которые пекинская система цензуры и рыночного контроля над своей киноиндустрией создает для свободы выражения мнений и творчества, посредством , выпустивший публичный документ с изложением позиции по данному вопросу. Такой позиционный документ следует составлять только после обширных консультаций не только с членами MPA и другими голливудскими профессионалами, но и с экспертами в области прав человека и свободы выражения мнений, китайскими кинематографистами и представителями общин этнических меньшинств Китая.Что касается последних категорий, MPA также должно общаться с диссидентами или изгнанными членами этих сообществ, чтобы лучше убедиться, что в позиционном документе указаны истинные издержки китайской цензуры.

В том же ключе мы призываем MPA к выпустить годовой отчет о взаимодействии отрасли с Китаем , включая содержательный анализ соответствующих проблем свободы выражения мнения. Этот годовой отчет должен включать информацию, которая позволяет голливудским профессионалам ясное представление о китайской цензуре фильмов, в том числе качественные и количественные данные, которые проливают свет на масштабы такой цензуры.

Наконец, мы призываем MPA начать диалог по этому вопросу с другими торговыми группами киноиндустрии по всему миру. . Голос мировой киноиндустрии должен быть единым в осуждении системной цензуры и неправомерного государственного влияния в кино, и сейчас настало время, когда такой единый голос остро необходим. Такое заявление, которое могло бы быть направлено на противодействие неправомерному влиянию правительства в более широком смысле, без необходимости сосредотачиваться на Пекине, стало бы мощным заявлением о свободе творчества во всем мире.

2. Разработка стратегий противодействия и противодействия самоцензуре и пропагандистскому давлению со стороны государственных структур

Существует острая необходимость в честном публичном обсуждении цензурных ограничений Пекина. Здесь профессиональные учреждения и форумы киноиндустрии также могут сыграть свою роль: PEN America рекомендует, чтобы все такие учреждения — такие как Гильдия писателей Америки, Гильдия режиссеров Америки, Американский кинорынок и другие — продвигать свои усилия по привлечению внимания общественности к этому явлению и созданию возможностей для инсайдеров Голливуда честно и прозрачно обсуждать этот вопрос. Это последнее усилие может потребовать создания частных форумов или форумов малых групп, списков рассылки, межстудийных рабочих групп или других пространств для обмена информацией и создания передового опыта.

PEN America также призывает такие учреждения взять на себя обязательства по информированию своих членов об этой проблеме и этических и профессиональных дилеммах, которые она ставит. Такое образование может лучше подготовить голливудских профессионалов к тому, чтобы противостоять давлению цензуры, лучше вести переговоры против требований цензуры или, по крайней мере, знать, что у них есть.По тем же причинам PEN America рекомендует киношколам обучать своих студентов по этому вопросу.

Для проблемы, которая, как известно, является непрозрачной и часто невидимой для публики, идущей в театр, роль западных журналистов в разоблачении отдельных примеров голливудской цензуры и самоцензуры была жизненно важной. Торговые журналисты и журналисты в мире развлечений особенно хорошо подходят для того, чтобы нести этот факел, и им следует настаивать на более агрессивном освещении этого вопроса.Частично они могут сделать это, создавая и публикуя открытые запросы информации о случаях такой цензуры — запросы, которые дают возможность голливудским информаторам оставаться анонимными или идентифицировать себя только в соответствии с их уровнем комфорта.

Наконец, мы призываем Голливуд как сообщество взять на себя обязательство по включению и продвижению основных трехмерных азиатских и азиатско-американских персонажей . В мире кино уже существует очевидная потребность в таком расширенном представлении.Кроме того, что более узко для целей данного отчета, нехватка таких трехмерных азиатских персонажей в Голливуде лишь дает Пекину дополнительное пространство для настаивания на стереотипах и некритическом изображении китайских иероглифов.

Во-вторых, мы призываем голливудское сообщество участвовать в актах солидарности с китайскими кинематографистами, которые подверглись цензуре или которые решили сопротивляться цензуре — часто ценой больших личных затрат. Киносообщество должно, во-первых, высказаться от имени китайских кинематографистов, голоса которых подавляются.Кроме того, создателям фильмов следует искать дополнительные возможности рассказывать истории, которые Пекин, возможно, не хотел бы рассказывать. Такие возможности могут включать работу с небольшими или независимыми фильмами, которые не боятся критиковать КПК, или работу с китайскими кинематографистами за пределами страны, у которых есть больше места для рассказов без цензуры.

Общая цель — конечный требуемый результат — это формирование более единого ответа Голливуда на резкое давление со стороны китайского правительства.Для этого необходимо как общественное внимание, так и частное обсуждение этого вопроса.

Голливуд обладает более чем столетним опытом работы в качестве одного из мировых центров повествования. По этой причине для лиц, принимающих решения, существует моральный долг отстаивать свободу выражения мнений и противостоять постепенному посягательству со стороны любого правительства, которое пытается диктовать, что (или как) эти истории можно и нельзя рассказывать. Авторитет, моральное положение и влияние киноиндустрии зависят от откровенного учета последствий растущего китайского рынка наряду с решимостью Пекина диктовать условия мирового кинопроизводства по вопросам, которые он считает вызывающими озабоченность.Индустрия должна отдернуть занавес, признать стоящие перед ней дилеммы и честно считаться с этим давлением таким образом, чтобы позволить политикам, сторонникам свободы слова и кинозрителям приходить к осознанным суждениям.

Такое действие нужно сейчас. Тенденции движутся в одном направлении: кассовые сборы Китая растут, а потребность в голливудских фильмах уменьшается. Но это только иллюстрирует, что сейчас, прямо сейчас, для Голливуда пора открыто и откровенно поговорить о том, как сохранить свою творческую независимость перед лицом государственной цензуры и пропагандистского влияния.Если голливудские студии не выступят против этого влияния единым голосом сегодня, в будущем станет только труднее.

играет фафи в Йоханнесбурге | Американское этнологическое общество

Однажды в воскресенье я сидел и смотрел в парке большое традиционное танцевальное соревнование зулусов. Сотни мужчин в костюмах пересказывали известные сказки своим телом, ритмом и формами. Одна из женщин, с которыми я регулярно играл в фафи, схватила меня за руку и указала на толпу. Затем она прошептала мне на ухо: «Многие люди: номер 26.«Все может стать символом, который можно интерпретировать с помощью числовой схемы.

Игроки уделяют большое внимание своей способности интерпретировать свои собственные сны и переживания, а также шаблонам выигрышных чисел, которые они старательно отслеживают в блокнотах или на клочках бумаги. Игроки будут записывать выигрышные числа в свои блокноты на срок до четырех лет, прежде чем они заявят, что понимают закономерности повторения выигрышных номеров. Этот интерпретирующий акцент перекликается с тем, как девелоперские компании исследуют ветхие здания городского Йоханнесбурга в поисках свойств и моделей, которые они могут преобразовать в прибыль — часть плана Йоханнесбурга 2040, направленного на превращение Йоханнесбурга в город «мирового класса». .Спекулятивные методы восходят к истории процветающего города Йоханнесбурга, в течение которого образцы золота, подлежащего добыче, были расшифрованы с помощью множества методов. Таким образом, фафи становится еще одним примером того, как южноафриканцы стремятся продвинуться вперед с помощью спекулятивных средств.

Хотя ставки отдельных игроков редко превышают или достигают 100 рандов, в большинстве сумок есть ставки нескольких разных игроков. Некоторые игроки будут делать ставки с несколькими сумками. Один из постоянных игроков разыгрывает 13 сумок в каждой игре.Он забирает их у разных друзей по всему городу. Несмотря на небольшие суммы, размещенные в каждой отдельной ставке, деньги, идущие на игры fafi, не являются незначительными. По оценкам Национальной лотерейной комиссии Южной Африки, в 2014 году фафи принесла прибыль в размере 190 миллионов рандов (более 13,7 миллиона долларов) только в районе Лимпопо — и все это полностью не облагалось налогами.

Игроки, у которых есть свои сумки, будут принимать ставки для других игроков и интерпретировать свои сны, отмечая все ставки в сетке на маленьких листочках бумаги, которые раздает fafi man.Если один из этих игроков выиграет, владелец сумки получит часть выигрыша. Среди игроков с мешками есть ощущение, что это их работа, и иногда они меняют ставки, которые принимают у других, — распределяя их между 36 возможными числами, — чтобы увеличить свои шансы на выигрыш. Fafi — это явная схема зарабатывания денег, более успешная для тех, кто управляет банками fafi, чем для любого из игроков. Однако Фафи также указывает на то, как мечты и интерпретации будущего стали ценными в современном Йоханнесбурге.
Однажды днем, после проигрыша — 12: мертвая женщина — мы с Мбали, подругой, которая работает в соседнем ресторане, сидели и смотрели, как двое мужчин-фафи перебирают сумки и распределяют выигрыш. Мбали отметил, как мужчины аккуратно складывали каждую бумагу с написанными на ней ставками. «Они отнесут каждую из них обратно, где бы ни находился главный банк, и подсчитают, сколько играла каждая сумка», — сказала она. Игроки утверждают, что фафи следят за числами, на которые делают ставки игроки. Считается, что они отслеживают сны или переживания в мире с помощью чисел fafi и выбирают число, которое никто не проигрывает, из своих больших наборов данных.Таким образом, цель игры в фафи — опередить расчеты фафи, чтобы предсказать его следующий ход. Но все это домыслы. Никто из игроков точно не знает, как выбирается номер. Это напряжение, лежащее в основе их интерпретирующей логики: игроки предполагают, что фафи-мужчина также отслеживает и интерпретирует их паттерны. Чтобы опередить фафи-мэна, нужно опередить будущее, прежде чем оно развернется.

В интервью с одним пожилым человеком я спросил, играл ли он когда-нибудь в фафи.Он помолчал на секунду, затем усмехнулся и сказал: «Нет, нет, меня не интересуют фафи или умчина». Но затем его лицо и манеры стали теплее, когда он сказал: «Но моя свекровь, она играла, и она все время побеждала. Все время!» Затем он рассказал мне, что его свекровь приедет навестить его и его жену в Западном Рэнде, и когда она это сделала, она попросила присоединиться к играм фафи в этом районе. Вскоре она выиграла так много, что мужчина-фафи попросил ее увидеться, но все советовали ей не ехать.«Если он увидит тебя, ты больше не сможешь его поймать», — сказали ей они. Мужчина очень хвалил свою свекровь: «Она всегда ловила фафи-мужчину. Я действительно уважал ее, свою свекровь, потому что она бы победила ».

Фафи, с одной стороны, является примером успешного преступного предприятия, эксплуатирующего беднейшие и наиболее уязвимые группы населения в Южной Африке. Это указывает на неспособность нынешнего правительства, как национального, так и местного, защищать и поддерживать граждан.Но с другой стороны, внимательно изучая обязательства игроков, схемы интерпретации и эмоциональные реакции на «продвижение вперед», fafi освещает набор практик и воздействий на будущее. Фафи показывает глубокое желание понять будущее в настоящем. Азартная игра не обязательно является желанием будущего — накопленные выигрыши никогда не меняют жизнь, — это желание уменьшить неопределенность и опередить грядущее.

Социальная и политическая мысль в китайской философии (Стэнфордская энциклопедия философии)

1.Размах «политического»

Согласно общепринятому мнению, власть правителя основана на индивидуальная моральная харизма (или добродетель; de ). Известный Теория «Небесного повеления ( тяньминь )» имеет свои корни в том, как люди Чжоу узаконили свое завоевание Шан. Отрывки из Книги истории говорят нам, что Небеса ( тянь : божество народа Чжоу) были перенесены его «мандат» от Шан к лидерам Чжоу, как результат разврата и неправильного правления царей Шан.Чжоу руководство заявило, что знает об этом, используя гадание на кости оракула: они переняли Шанскую практику гадания, но нашли новое применение оправдания политической власти, и, следовательно, смещение Благосклонность Небес (отчасти за счет исключения разницы между Шанское главное божество и их собственное). Один аспект этой трансформации превращал Небеса в моральную фигуру, в бога, выносившего суждения на основе воспринимаемой добродетели лидера (Allan 1984). Как мы будем см. ниже, ко времени эпохи Воюющих царств и основополагающих тексты конфуцианской философии, были трансформации: Небеса больше не фигура, а ближе к абстрактный смысл нормативного порядка Вселенной и его намерения больше не доступны через гадание.Тем не менее, самый современный ученые считают, что для большинства классических мыслителей этический идеал продолжает служить окончательным оправданием политического власть.

Однако следует признать, что в конфуцианском тексты к процессуальным вопросам и к норме «порядка», на хотя бы частично отдельно от добродетели правителей. Некоторые переводчики утверждали, что это означает, что конфуцианцы признали разновидности «политических» норм, и что такие политические заботы были для конфуцианцев важнее, чем достижение индивидуальные, разреженные этические состояния.Например, в его обсуждении при каких обстоятельствах Мэнций считает восстание оправданным, Джастин Тивальд подчеркивает, что Менсиус «очень много весомость по существу процессуального требования о том, чтобы правитель был правильно обозначил для задачи »(Tiwald 2008: 274). Более конкретно, Лубна Эль Амин подробно рассуждает в своем Классическая конфуцианская политическая мысль о важности отдельная сфера политики. Она говорит, что в то время как «царство политика не полностью отделена от области этики, … политический порядок, а не моральное назидание — это конец »; и более того, что «политический порядок — это самоцель, а не средство к добродетели »(El Amine 2015: 15).

Все переводчики согласны с тем, что существует, по крайней мере, узкий вид политическая легитимность в игре такого типа, который говорит тому, кто законным наследником престола должен быть. Согласно Mencius , в первые дни, политическая власть передавалась через мудрую, партикулярную оценку из тех, кто был наиболее квалифицирован, чтобы править, вместе с одобрением Небеса через действия людей. Вот как трон перешел от Яо к Шуну, а от Шуня к Ю.Эта практика быстро развалился, и на его (предполагаемом) месте возникла механизмы наследственной монархии (MC 5A: 5 и 5A: 6). Это гениальное объяснение сдвига, которое также помогает чтобы объяснить, почему Конфуция никогда не использовали, чтобы править так, как Шун был. Мо Цзонгсан убедительно доказывал, что переход от мудрое суждение о том, кто лучше всего подходит для правления, наследственной монархии, является переход от целостной формы этического авторитета к тому, что является просто эффективная технология управления властью вместо подлинный политический авторитет (Mou 1991: 132).Другими словами, Mou соглашается с Эль Амином о существовании относительно обособленного царства политики, хотя писали как современные конфуцианские философ — Моу сожалеет о том, насколько эта поверхностная форма политика отключена от оправдания глубже, чем «Порядок» и выступает за переосмысление конфуцианского политика (на которой см. Раздел 5).

Хотя аргумент Моу о том, что конфуцианская политическая мысль слишком узко, конечно, спорно, все согласны с тем, что по крайней мере некоторые классические мыслители сосредотачиваются на эффективных технологиях для управление властью и поддержание порядка, за исключением этических проблем.Действительно, один из лучших аргументов в пользу того, что Конфуцианцы действительно отказывались разделять этическое и политическое просто так многие критики конфуцианцев истолковали их таким образом. Что бы мы ни решили о ранних конфуцианцах, это совершенно очевидно, что тысячелетие спустя большинство неоконфуцианцев приняли этику и политика должны быть взаимообусловленными, как мы увидим в Раздел 4.

2. Классическая эпоха

Прежде чем мы начнем, будет полезно немного исторического контекста.Люди Чжоу завоевывают Шан примерно в 1046 г. до н.э., и в течение следующие несколько сотен лет центральные равнины того, что сейчас Китай управлялся либо напрямую царем Чжоу, либо элитой. семьи, лояльные Чжоу, в своего рода феодальной системе. К весне и Осенняя эра (771 г. до н.э. — 476 г. до н.э.), власть феодалов затмил мир царя Чжоу, но все еще царил грубый мир с разными феодалами, действующими как «гегемоны ( ba ) ». Затем эта система выходит из строя, и доимперский период вступает в завершающую стадию, эпоху Воюющих царств. (часто датируется 475 г. до н.э. – 221 г. до н.э.), получивший свое название от непрекращающаяся война между царствами, которая установила себя как независимые державы после фактического упадка Династия Чжоу.В этот период не только войны были обычным явлением; это также по мере того, как колесничные армии элиты способ для гораздо более крупных армий, базирующихся на призывниках. Это изменение, в свою очередь, было связанных с растущими способностями государств поднимать, организовывать и кормить такие большие армии. И более крупные популяции, и более сложные За этими событиями стоят правительственные структуры. Все эти взаимосвязанные события, наконец, оба стимулировали и были сформированы социальная и политическая философия эпохи.Тексты, которые мы изучите здесь все даты, относящиеся к эпохе Сражающихся царств, периоду плюралистическая дискуссия, которая устанавливает ключевые термины и решаемые вопросы китайскими мыслителями на протяжении многих веков после этого. Три генерала, провокационными обработками этой эпохи являются El Amine 2015, Bai 2012 и «Сосны 2012» и «Сяо 1979» — классическая интерпретация этого предмета.

2,1

Guanzi : пряник и кнут

Самые ранние главы Guanzi , которые были составлены в состояние Ци и датируется серединой 4 -го века до нашей эры, среди первых теоретических работ по управлению.В известном отрывок из «Пастыря людей», мы находим, что «Успех в правительстве заключается в том, чтобы следовать сердцам люди». Успех — это не то, что заставляет людей счастливы — мы узнаем из других источников, что успех для правителя — это сильное государство, которое длится веками, но следуя желание людей оказывается необходимым условием для успех. Таким образом:

Когда зернохранилища будут полны, люди узнают приличия и На модерации; когда их одежда и еда будут подходящими, они будут знать различие между честью и стыдом.

Аналогично

Если правитель может обеспечить людям их существование и обеспечить их с безопасностью они будут готовы терпеть опасности и бедствия в течение его. (ГЗ гл. 1, стр. 54 и 52)

Это не означает, что людям должна быть предоставлена ​​свобода управления. Если они сыты и работают над задачами, которые им подходят, они скорее всего согласуется с приличием и модерацией, но автор добавляет что правители должны «расчистить дорогу на верную смерть», под этим он подразумевает «суровые наказания» для тех, кто заблудшие (GZ гл.1, стр. 55). В другой главе текста возможно, того же автора, мы находим:

Те, кто пасут людей, хотят, чтобы их можно было контролировать. С они хотят, чтобы ими можно было управлять, они должны уделять серьезное внимание стандартам ( fa ). (ГЗ гл. 3, с. 98)

Затем эти «стандарты» перечисляются, чтобы включать в себя соблюдение чины и парадную одежду, давая жалованья и награды заслуживают, предоставляют должности и применяют наказания. В Guanzi , таким образом, представляет нам версии двух техник управления, которое будет проходить через тексты Воюющих Государства: воспитание людей и установление им стандартов.

2.2

Mozi : Богословское или утилитарное обоснование?

Примерно современником Guanzi является Mozi , одна глава которой начинается:

В древности, когда люди только рождались, и до того, как любые наказания или правительство, на их языках каждый имел свой понятие правоты ( yi ). Один мужчина имел одно представление, двое мужчин имели два…. Таким образом, те, кто придерживается хороших доктрин, будут хранить их в секрете и отказываются их учить.(МЗ гл. 11, с. 91, перевод существенно изменен автором)

Это, конечно, привело к хаосу и страданиям, причиной которых были отсутствие «лидера для управления». Следовательно, правитель был выбран, объявлен «Сыном Неба» и предоставлен штат министров, чтобы помочь ему. Затем правитель установил единую идея правоты, к которой все прислушаются. В тексте описывается всеобъемлющая иерархия, в соответствии с которой каждый человек будет прислушиваться мнение его или ее начальника о том, что было «хорошим ( шань ) », что в конечном итоге привело к правителю, который основывать свое суждение на Небесах.

«Небеса» ( тянь ) — сложный термин. Это когда-то явно относится к религиозной организации, но в конечном итоге становится понимается в более натуралистических терминах. Что это означает в этой главе является предметом научных разногласий. По большей части Warring Государственные философы управления не апеллируют к сверхъестественному стандарты, чтобы оправдать свои претензии. Даже в Mozi , если один принимает во внимание доказательства из других глав, интерпретирующий спор по поводу « тиан » может быть спорным.Эти другие в главах говорится, что так же, как плотники могут использовать компас для определения что круглое, поэтому понимание «воли Небеса »побуждают достоверно судить о том, что правильно. Поразительный Особенность компаса в том, что для его использования не требуется специальных знаний. он: это общественный, объективный стандарт для кругов. Если «будет Небес »должно быть аналогично, тогда должна быть публика, объективный эталон права. Таинственное знание воли божество не похоже на хороший кандидат для такой публики, объективный стандарт.Однако текст предлагает альтернативу: он регулярно говорит о максимальной «пользе ( ли )» народ как эталон. Аккуратный способ решить все эти проблемы заканчивается, таким образом, заключается в том, чтобы сделать вывод, что «воля Небес» — это метафорическая ссылка на стандарт «выгода». Таким образом, надлежащее моистское правление в конечном итоге было бы вопросом утилитарное суждение.

2.3

Аналитики ( Lunyu ) и Mencius

Якобы сборник изречений Конфуция и его учеников, если не все из Аналитиков были составлены после Смерть Конфуция и ее различные главы выражают учения людей, которые идентифицировали себя с Наследие Конфуция.Самые ранние главы текста (середина 5 -го г. до середины 4-го -го века до н. э .; гл. 3–9) вполне может быть самым ранним письменным философским размышлением в Китае, но не проявляют особого интереса к управлению. В одном из самых драматические сдвиги в тексте, управление занимает центральное место среди множества главы (12, 13, 2), которые могут датироваться последней четвертью 4 -е гг. гг. До н.э. (Brooks & Brooks 1998). Теория этот сегмент Analects имеет много общего с Гуаньцзы .На вопрос о правительстве «Конфуций» — это заставили сказать: «Хватит еды; достаточно оружия; люди, имеющие упование на правителя »(ЛИ 12: 7, стр. 91). Из них «уверенность ( xin ) »является наиболее важным. «Уверенность» здесь означает, что человек отождествляет себя со своим правителем, потому что он явно ищет того, что хорошо для человека (см. также LY 13: 29–30).

Динамика людей, идентифицирующих себя и моделирующих себя Правитель пронизывает понимание управления в тексте. Спросил должен ли правитель убивать тех, кто не идет по пути ( dao ), Конфуций отвечает:

Вы здесь, чтобы править; какая польза от убийства? Если вы желаете хорошо, народ будет хорошим.Достоинство джентльмена — это ветер; добродетель маленьких людей — трава. Ветер на трава обязательно его согнет. (ЛИ 12:19, стр. 94; см. Также ЛИ 2: 1)

В отличие от акцента на «наказаниях» как на одном из видов «Стандарт ( fa )» в Guanzi , Analects здесь сводит к минимуму важность убийства. Эта точка усиливается, пожалуй, самым известным высказыванием в тексте о управление:

Ведите их с правительством и регулируйте их с помощью наказаний и люди будут уклоняться от них без чувства стыда.Веди их с добродетелью и регулировать их ритуалом, и они приобретут чувство стыд — и более того, они будут аккуратны. (ЛЮ 2: 3, с. 110)

В тексте всего несколько мест, в которых подчеркивается продолжение потребность в наказаниях в хорошем обществе, и все они приходят довольно поздно в тексте: 13: 3 — очевидная интерполяция, и, как и аналогичный 20: 2, вероятно, датируется серединой III века до нашей эры.

Различными способами Mencius подбирает там, где Аналитики 12, 13 и 2 остановлены.Одно из нововведений Mencius — дать название предпочтительному режиму управление: «гуманное правительство ( ренчжэн )». Этот означает, что нужно править, любя людей, как родитель любит его дети: обеспечивать их, обучать их, давать им роль модель. В тексте подчеркивается, что, хотя эта политика выгодна всем вовлечены, нужно преследовать его из гуманных интересов, а не из холодный расчет. Из-за способности правителя преобразовывать другие через его пример, если он действует на основе «выгоды ( li ) », его подданные тоже сделают то же самое, и каждый с его или ее узкой точки зрения.Результатом будет хаос и страдание, а не порядок, гармония и взаимная выгода, все которые возникнут в результате подлинно гуманного управления (MC 1A: 1).

Mencius подчеркивает гуманное управление, а также различие между правильностью ( yi ) и простой заботой о выгода, отвергая утилитарный расчет без оглядки на правота. Он также выступает против принудительной власти, признавая, что даже косвенное моделирование и эмуляция ролей:

Вы никогда не сможете завоевать верность людей, пытаясь доминировать над ними с добротой; но если вы воспользуетесь добротой для их воспитания, тогда вы будете завоевать верность всего мира.(MC 4B: 16; см. Также 7A: 14)

Из других мест в тексте мы можем сказать, что Мэнций (или его последователи) знали и не одобряли мохистов; этот отрывок критикует моистскую практику прямого навязывания стандарта добро через иерархию. Mencius содержит множество иерархические идеи (см. особенно MC 3A: 4), но в значительной степени способность людей делать добро, если они предусмотрены, и не иначе (см. MC 1A7, 3A3).

И Mozi , и Guanzi подчеркивают необходимость объективные стандарты ( fa ), как и многие последующие тексты.В в этом контексте Аналитики 12, 13 и 2 и Менций выделяются тем, что не воспринимают fa всерьез. Даже когда мы сталкиваемся метафора инструмента в Mencius (MC 4A: 1), она применяется к идея «гуманного правительства», а не конкретное, институционализированные стандарты. Это не значит, что Аналитики и Мэн-цзы были лишены какого-либо понятия «Стандарт». Их стандарт, однако, решительно частный, а не объективный и общий: модель, установленная этический правитель.Более поздний Analects (например, 13: 3, поздний интерполяция) и Xunzi (см. ниже) распознают роль принуждение, но авторитет в более ранних «конфуцианских» текстах не является принудительным. Люди охотно следуют за ними сначала потому, что хорошие правитель заботится о них, и все больше потому, что они полюбили его как отца: они превращаются из индивидов в членов единая, общегосударственная семья.

2,4

Дао Де Цзин : Природа и бездействие ( Wuwei )

«Guodian» версия Dao De Jing , обнаружен в гробнице в 1993 г., начало:

Отрежьте знания, откажитесь от аргументов, и люди выиграют во сто крат.Откажитесь от ума, откажитесь от «пользы» и не будет больше ни воров, ни бандитов. Откажитесь от активности и бросьте целеустремленность, и народ снова будет сыновней…. Экспонат без украшений и принять простое. Мало думал о себе и мало желаний. (Хенрикс 2000: 28; ср. Гл. 19 полученной версии [DDJ])

В некоторых отношениях позиция здесь отражала позицию Mencius : явное обсуждение «выгоды» отвергнуты, хотя косвенная цель принести пользу людям одобрено; аргументация — относится ли к судебному разбирательству или логический спор — отвергается; простая жизнь с «немногими желания »(ср.MC 7B: 35). По крайней мере первые два пункта, мусульманство кажется конкретной целью (как и в Mencius ).

Однако, несмотря на эти резонансы, есть и важные отличия. между Dao De Jing и Mencius . Самое важное различия в их соответствующих положительных оценках того, что правители должны делать. В Mencius правителям предписано следуйте по пути древних королей и установите гуманное правительство. Dao De Jing гораздо более сдержан в артикуляции любых специфический человеческий стандарт; действительно, в полученном варианте текста, строка с надписью «Прекратите деятельность и оставьте целеустремленность »в версии Guodian обновлен до «Откажитесь от человечности и оставьте «Правильность», распространяясь таким образом на последователей Конфуций лечение первоначально предназначалось только для мохистов.

Лучшие сообщества, что касается Дао Де Цзин , те, которые формируются и процветают естественно, без особых указаний со стороны выше.В последующих главах будет добавлено, что сообщество лучше, если оно маленькое и изолированы (DDJ, глава 80), а также дает теоретическое обоснование успех таких сообществ, как например:

Почитают путь и почитают добродетель не потому, что так велено. любым авторитетом, но потому, что с ними так поступают. (DDJ, глава 51)

Правители добиваются успеха, позволяя природе идти своим чередом: «не действующий ( wuwei ) ». По иронии судьбы, некоторые из Дао Де Учения Jing воспринимаются как прямолинейные. политические советы некоторых более поздних мыслителей.Модель Han Feizi (о чем см. ниже), например, перекликается с Dao De Jing призывает правителей избегать явных стандартов или желаний, но это делается для того, чтобы убедиться, что министры не могут потворствовать правителю, а не из более глубоких возражение против стандартов как таковых.

2,5

Чжуанцзы : Отказ от управления

В отличие от Dao De Jing , с которым его часто называют товарищи «даосские» тексты, трудно читать Zhuangzi как касается управления или направлено на правителей.Это не означает, что текст защищает анархизм; как и все тексты от Воюющих Государств, кажется само собой разумеющимся, что государства будут есть правители. Однако в большей степени, чем любой другой текст, он не интересуется проблемами, с которыми сталкиваются правители, и даже кажется не склонным предоставить правителям какие-либо особые полномочия. Это, безусловно, противоречит те мыслители, которые считают, что люди должны идентифицировать себя с их состояния. Один глянец для отношения текста к Фактически, проблемы управления могут быть следующими: избегать обязательств, принимать то, что приходит.

В основе текста лежит радикальный лингвистический и эпистемологический аргумент против принятия какой-либо одной точки зрения в конечном итоге вечно правильный. «Ясность ( мин )» появляется, когда каждый понимает перспективный характер всех утверждений и отрицаний. Достигнув такой ясности, нет смысла ставить себя на линии для любого набора оценок, например, «наше государство должно триумф »или даже« людям лучше процветать, чем растения ». В контексте суровых реалий Войны Штаты, эти доктрины вполне могли понравиться многим.

2,6

Книга лорда Шанга : Приказ о выгодах

Книга Господа Шан ( Шанцзюнь шу ) основана на двух темы, с которыми мы уже сталкивались. Во-первых, он утверждает, что «Самая большая польза для людей — это порядок ( жи ) »(СУП гл. 7). Это означает неявное признание того, что «Выгода ( li )» — стандарт, по которому теории управления, но при этом особое внимание уделяется коллективный характер «выгоды».В раздираемом войной мире мы Говорят, что только тогда, когда государство будет сильным, его жители могут процветать. Те, кто действует в собственных интересах, а не во имя «Выгода государства», следовательно, подлежат наказанию (SJS гл. 14). Текст не дружит с теми, кто любит спорить и подталкивать собственные планы; он предпочитает людей, преданных сельскому хозяйству, которые «Простой ( о.е. ) и легко управляемый» (SJS гл. 3). Мы можем здесь, вкратце, один результат нечеткости, окружающей идея «приносить пользу людям» заключается в том, что если более ясным критерии можно правдоподобно рассматривать как необходимые условия для получения выгоды люди, они в центре внимания.Ярким примером является «порядок». Естественно предположить, что расстройство несовместимо с благосостоянием народа, поэтому правители могли сконцентрируйтесь на порядке и позвольте благу следовать за ним. Особенно в сочетании с идеей, что люди склонны эгоистичны и не понимают, что для них действительно хорошо, сосредоточение внимания на порядке может быстро привести к тирании.

Еще одна идея, которую мы уже видели, заключается в том, что управление требует объективных стандарты. Это центральная тема Книги Господа Шанга .Он неоднократно подчеркивает важность публичных, беспристрастных стандартов. ( fa ) о применении наказания и вознаграждения. « Fa » часто переводят как «закон», но его использование здесь и в других местах явно шире, чем просто уголовное право. Разумеется, одним из стандартов является уголовный закон. ( xian ), но стандарты принимают множество других форм. Дело в том, что награды и наказания регулярно привязаны к стандартам, поэтому Понятно, что это нормативные ожидания, а не просто идеалы.В с другой стороны, « fa » — это больше, чем идеал: они институционализированы. Этот аспект, несомненно, объясняет часть апелляция о переводе « fa » как «закон», поскольку мы часто думаем о законах как о нормах, подпадающих под действие каких-то принуждение, в отличие от этических идеалов.

Наконец, текст также настаивает на том, чтобы не было споров о том, что стандарты не о том, когда они были выполнены: только правитель устанавливает стандарт, основанный на его оценке потребностей возраста.Он не должны ни подражать старине, ни соответствовать современным стандартам. Что такое важно то, что в его стандартах четко определены роли ( фен ) ожидается от людей, а также награды и штрафы, которые обеспечат соблюдение этих ролей. В тексте добавлено, что умный правитель непременно исполнит свою роль под страхом «Нарушение стандартов».

2.7 Шен Бухай: Бюрократическое «бездействие»

Шен стал канцлером штата Хань в 354 г. до н.э. и умер в 337 г. До н.э.В ранних библиографиях есть текст с его именем, но все это остатки — цитаты из других произведений; оригинал был потерянный. Таким образом, датировать этот материал сложно.

Похоже, что центральная идея Шена заключалась в том, что правительству следует основываться не на феодальных принципах, а на бюрократической системе. Крил отмечает, что Шен предпочитал «систему управления средствами профессиональных функционеров, чьи функции более или менее определенно прописано »(SBH, стр. 55). Линейки не должны найти хороших мужчин и возложите на них ответственность, но вместо этого найдите правильного человека для каждой роли в системе.Роль правителя в такой теории такова: просто: определите необходимые функции и выберите мужчин для их выполнения, затем «ничего не делать ( wuwei )». Ничего не делать означает буквально воздерживаться от действий, но правитель больше ничего не делает чем обеспечить бесперебойную работу системы. Шен сравнивает правителя с масштаб:

… Который просто устанавливает равновесие, ничего не делая; но сам факт того, что он остается в равновесии, вызывает легкость и тяжесть открыть себя.(SBH стр. 352)

В отличие от Dao De Jing , который, кажется, доверяет природе больше, чем человек, Шен Бухай доверяет искусственным учреждениям больше, чем полномочия лиц по принятию решений.

2,8

Сюньцзы : Преобразование людей

Глава 19 Xunzi описывает одно из Воюющих Государств. самые известные истории происхождения эпохи.

Из чего возник ритуал ( ли )? Я говорю: люди рождаются с желаниями.Когда у них есть желания, но они не получают объектов своего желания, они не могут не искать средства удовлетворения. Если их поискам нет меры или предела, они не могут не бороться друг с другом. Если они будут бороться друг с другом, наступит хаос, а если будет хаос, они станут бедными. Прежние короли ненавидели такой хаос, поэтому они установили ритуалы и справедливость, чтобы установить различия между людьми, взрастить их желания и удовлетворить их поиски.(XZ гл. 19, с. 201, с небольшими изменениями автора)

Ритуал ( li — иероглиф, отличный от «Выгода») была важна во многих главах Анализирует , но играет здесь еще более важную роль. Пока люди (в отличие от животных) способны замечать и обращать внимание на различий ( fen ), они не будут делать этого естественным образом. Их желания должны формироваться посредством постоянного ритуального обучения, чтобы чтобы общество было гармоничным, а люди процветали.Текст прямо связывает ритуал с идеей «стандартного ( fa ) »:« Отказаться от ритуала — значит остаться без стандартов », и« человек без стандартов погибнет и без направляющих »(XZ гл. 2, с. 14, с изменениями). В отличие от четких правил, когда Наказания и награды заслужены Книгой Господа Shang , то есть Xunzi требует стандартов благодаря обучению ритуалу опытным учителем — непосредственный учитель, от своего правителя и от мудреца короли, которые изначально установили правильный набор ритуалов.Оба тексты стремятся использовать особенности психологии людей, чтобы установить порядок во имя блага людей. В центральная разница, которая восходит к Analects 2: 3, является что Книга Господа Шанга напрямую зависит от желание выгоды и ненависть к злу, в то время как Xunzi полагается на способности людей заботиться о «различиях» в чтобы преобразовать их. Однажды преобразившись, ритуальные приличия и стыд, вместо того, чтобы напрямую беспокоиться о пользе, будет направлять их.

Хотя Сюньцзы придает большое значение роли стандартов, он также известный аргумент: «Есть люди, которые создают порядок; нет стандартов, создающих порядок »(XZ гл. 12, с.117, с небольшими изменениями). Основная тема в Сюньцзы пишет, что четкие стандарты обязательно расплывчатые, так что их правильная реализация не определена. Он также считает, что правильное внедрение стандартов требует большого дело мастерства и техники. Кроме того, он отмечает, что стандарты иногда кажется, что они конфликтуют друг с другом, и это требует мудрости и опыт, чтобы знать, как уравновесить такие конкурирующие соображения.Наконец, не существует фиксированного способа систематизировать правила. Изменения в обстоятельства требуют, чтобы приоритет правил иногда требовал должны быть пересмотрены, и это тоже требует здравого смысла. Для всех этих Причины, Сюньцзы считает хороших людей порядком, а не стандартами самих себя.

2,9

Хан Фейзи : Прагматическое обоснование практической политики

Как и несколько более ранних текстов, Han Feizi дает значительные упор на объективные критерии управления.Правители сравнивать «Имена ( мин )» — то есть явные утверждения должностных обязанностей — с результатами и наградами или налагать наказания на основании того, как эти двое соответствуют друг другу. Мы также читаем что: «По-настоящему просвещенный правитель использует стандарты ( fa ), чтобы подбирать для него мужчин; он не выбирает их сам »(HFZ гл. 6, с. 24). Пока правитель не выбирает министров по своему усмотрению. суждение или прихоть, он все равно должен установить стандарты в первую очередь место; он не может просто полагаться на традицию или прецедент:

Мудрец не пытается практиковать методы древности или соблюдать фиксированный стандарт, но исследует дела эпохи и принимает то, что меры предосторожности необходимы.(HFZ гл. 49, стр. 96-7)

Это контрастирует с нитями в нескольких более ранних текстах, которые защищали в соответствии с прошлыми традициями. В некоторых из этих текстов записанные или воображаемые практики более раннего возраста, как полагают, гносеологическое значение: свидетельство прозрений мудрецов. Другие, более скептически относящиеся к натуралистическим оправданиям, предполагают, что соблюдение традиции — наш единственный способ согласовать единый набор стандартов, и без такого согласия вырисовывается беспорядок.

Однако более распространенным, чем желание соответствовать старым практикам, является представление о том, что времена меняются, и хороший правитель должен быть готов к переменам с ними. Для новой эпохи нужны новые стандарты. Это даже подтверждены некоторыми текстами, которые обосновывают окончательное обоснование естественный порядок: основные закономерности природы не могут измениться, но их конкретные приложения могут, поскольку человеческое общество растет и изменения. Однако другие оправдания изменений более прагматичны, и Han Feizi , пожалуй, самый явный.Здесь мы читаем что правителям предписано измерять выгоды от принятия новые стандарты против убытков, которые возникают; «… если один находит, что прибыль превысит убытки, с ними идет вперед »(HFZ гл. 47).

Han Feizi также дает нам более четкое представление, чем когда-либо текст о том, почему правило через стандарт было предпочтительнее, чем правило мудрецов и добродетельный. Глава 40 знакомит читателей со следующей диалектикой. Мы начинаем с идеи, приписываемой Шен Дао, что добродетель и мудрость не нужны для хорошего управления; все зависит от «Политическая покупка ( ши )» и «статус ( вэй ) ».На это критик отвечает, что «талант ( cai ) »тоже необходимо: дать власть недостойным и в результате будет хаос. Напрашивается вывод: когда правители настолько хороши или плохи, что ничто не могло их изменить, мы назовем это shi — по своей природе и отложите это в сторону. Но такие мужчины редкость. В Автор интересуется среднестатистической линейкой, для которой ши — это ключевой. Итак, в конце концов, мы вернулись к позиции Шэнь Дао как только разумный для подавляющего большинства правителей — и для всех правители, для которых советы автора сделают хоть какие-то разница.

Еще одна тема текста — конфликт между людьми и общественные, государственные интересы. Нам показано, что даже для добродетельных семейная лояльность обычно превосходит лояльность государства, и, таким образом:

Поскольку интересы высших и низших столь же несопоставимы, как и все это безнадежно для правителя хвалить действия частное лицо и в то же время стараются застраховать благословение на государственные алтари земли и зерна. (HFZ гл. 49, с. 107)

Автор анализирует это как конфликт между «частными» ( si ) »и« общественный ( гонг ) » перспективы и утверждает, что эти два понятия несовместимы.

Правитель, в частности, должен учитывать различие между гонг и си . Например,

… Со своей стороны правитель никогда не должен проявлять эгоизм ( si ) использовать его мудрых министров или способных людей, чтобы люди никогда не соблазнялись выйти за рамки своих сообществ и завязать дружеские отношения. (HFZ, гл.6, с. 25)

Ясное предположение состоит в том, что правителя можно обвинить в сговоре людей. против него. В другой главе мы читаем, что

Не прислушиваться к своим верным министрам, когда вы виноваты, настаивая на свой собственный путь, который со временем разрушит ваше добро репутация и сделать вас посмешищем для других.(HFZ гл.10, с. 49)

Хотя, безусловно, есть некоторые разделы текста, которые рисуют отношения между правителями и министрами как конфликтные — поскольку последние склонны обращать внимание только на свои личные проблемы, на за счет общего благосостояния государства — это глава, по крайней мере, призывает к более конструктивным отношениям между их.

3. Ранняя имперская эра

В 221 г. до н.э. король государства Цинь побеждает своего последнего соперника и объявляет себя Первым Императором, открывая династию Цинь. и имперская эпоха Китая.Успех Первого Императора был частично основанный на его приверженности социальным и политическим идеям, родственным те, что в Книге Господа Шанга , и он пытается расширить социально-политическая стандартизация и беспрецедентный контроль в новая империя. Династия Цинь недолго пережила своего основателя, но за ней следует четырехвековая династия Хань, в которой многие из ключевые характеристики имперского китайского государства и общества — это прежде всего учредил. После распада Хан в 220 г. н.э .; за этот период и через последующие Суи и Династии Тан, интеллектуалы меньше уделяют внимания социальным и политическим вопросам. философии, чем вопросы духовного совершенствования и абстрактные метафизика: в частности, это эпоха, когда китайский буддизм достигает совершеннолетия.Хотя, безусловно, существует социально-политическое мышление. (см., например, Chiu-Duke 2000) имеет смысл сосредоточиться на этот раздел о династии Хань.

В области социальной и политической философии мыслители династии Хань сделать три основных вклада. Прежде всего, они стремятся к лучшему понять и систематизировать их наследие классической эпохи. Частично они делают это путем редактирования и создания стандартных редакций более ранние тексты; многие из этих ныне классических текстов принимают свою нынешнюю форму руками ученых династии Хань.Еще один важный аспект этого работа заключается в установлении категорий, с помощью которых можно понять авторы классической эпохи и дискуссии. Различия между «школами» ( jia ) », например, конфуцианский, мохистский, стандарты ( fajia , часто переводится как «Законник»), и Даосы ( даодэцзя ) возникли благодаря усилиям ханьских ученых разделить подход ранних мыслителей к управлению, в частности (Csikszentmihalyi 2006: xvii; Smith 2003). Второй важный вклад во времена династии Хань находится на пересечении мысль и практика: правители и советники реализуют различные институтов, направленных на реализацию общественно-политических целей, основанных на синтез классического мышления.То есть, несмотря на усилия чтобы различать различные классические школы мысли, много думал Хань и практика была в высшей степени синтетической, направленной на гармонизацию идей всех школ. Это означало построение государства, основанного на законах и другие «стандарты», а также ритуалы и этические персонажи правителей. Ханьские императоры учреждают центральные образовательные институтов и инициировать практику привлечения талантливых ученых в правительство через экспертизу (хотя и в гораздо меньшем масштабе чем в более позднюю неоконфуцианскую эпоху).

Третий вклад ханьских мыслителей — их индивидуальность. философствовать о том, как должно быть государство и общество организованы и вписываются в большой космос; мы кратко рассмотрим три примера. Цзя И (200–168 гг. До н. Э.) Был государственным деятелем и мыслителем. эклектическое философствование которого было символом его эпохи. Он лучший известен, однако, своим «конфуцианским» — этическим и политические сочинения. Например, он тщательно формулирует способы что наследный принц должен быть образован, скрупулезно жить бок о бок правильные люди, чтобы обрести правильную «вторую натуру», так же, как человек овладевает родным языком.По мере взросления принца, он должен быть открыт реальностям мира и своему собственному подверженность ошибкам: Цзя предписывает, что «деревянные доски возводятся на какие люди могут порицать его действия. Он подчиняется барабану протест »(HCT, стр. 12–13). Цзя развивает подразумеваемое видение социально-политического порядка в другом эссе, утверждая, что в то время как простые люди должны быть наказаны, когда они нарушают стандарты, такие как законы, высокопоставленные должностные лица несут ответственность перед ритуал и этика, а не публичное право. Эти последние методы позволяют воспитание чувства стыда, внутреннего морального компаса, который в свою очередь, позволит чиновникам учиться у общественности возражение — что явно законно — и мудро выносить решения в судах (HCT, стр.36–7).

Еще одна особенность общественно-политической мысли ханьцев — акцент на «Бездействие ( wuwei )». Этот термин наиболее известен из Dao De Jing , хотя термин и, в более широком смысле, общий идеал нецелевого, спонтанного действия широко распространен в Мысль о Воюющих государствах (Slingerland 2003). В Хань мы видим, что он адаптирован ко многим разные подходы к управлению. Утопическое видение, лежащее в сердце Дао Де Цзин (по крайней мере, в одном общем прочтении) все еще присутствует, но чаще встречается синтез ритуальных или юридических стандарты с идеей бездействия.Например, один чиновник рекомендует то, что он считает подходом раннего мудреца королей, а именно: «Создавая законы и указы, они следили за тем, чтобы [эти законы и указы] соответствовали человеческим нравам, и только тогда ввести их в действие »(HCT, стр. 60). Этим способом, люди следуют законам естественно, не нуждаясь в явном вмешательстве часть государства. Тексты, в которых акцент делается на явных широко распространены стандарты и идеи, такие как бездействие; на самом деле включены самые ранние дошедшие до нас комментарии к Дао Де Цзин как главы — вероятно, добавленные к тексту в Хань — Han Feizi , который, как мы видели выше, является воплощением управление на основе стандартов.

Наконец, многие мыслители Хань подчеркивают, каким образом человечество активность вписывается и даже формируется космологическими процессами и узоры. Вот пример такого натуралистического обоснования политический заказ:

Каждая из пяти фаз движется в зависимости от своего места в последовательность…. Это причина того, что дерево правит жизнью, а металл правит. смерть, огонь управляет жаром, а вода управляет холодом. У людей нет выбор, кроме как следовать их последовательности, и у официальных лиц нет другого выбора, кроме идти по своим способностям.(HCT, стр.178)

В таком контексте астрономические и другие предзнаменования приобретают существенное значение. политические роли, хотя у Хань также были известные скептики, такие как Ван Чонг (27–100 гг. Н. Э.), Отрицавший их важность. В общем, мы можно сказать, что Хань завещал Китаю нормативное видение подчеркивая социально-политическую гармонию, даже включая гармонию с космос, в котором есть место для различных объективных стандартов наряду с важные роли играли добродетельные правители и министры.

4.Неоконфуцианская эпоха

Неоконфуцианская эпоха начинается с ранней династии Сун, которая сама по себе основана в 960 году нашей эры. Сочетание социальных и политических изменений создать благодатную почву для новых социально-политических теорий. Ключ маркер социального статуса в династии Тан (618–907 гг.) родословной, и общество было организовано вокруг чего-то близко к спонсируемой государством аристократии. В поисках собственной легитимности, лидеры новой династии Сун остановились на партнерстве с преобразованный элитный класс, теперь основанный больше на образовании и требованиях заслуги, чем в родословной.Вместо официальных семей элита становится «сообщество образованных»; Песенное общество — это гораздо больше грамотнее и опубликовано, чем его предшественник Тан, а ученые обычно называют новую элиту «литераторами» (Бол. 2008: 31–9). На этой плодородной почве мысль о том, что литераторы должны размышлять о Пути и стремиться влиять на свое общество пустили корни и выросла.

В середине двадцатого века ряд ученых утверждал, что двое: тесно связанные тезисы об отношении неоконфуцианцев к имперская власть.Первым был Тезис самодержавия, согласно которому Имперская власть начала расти в династии Сун, в конечном итоге достигнув деспотические уровни в более поздних династиях. Второй — поворот внутрь себя. Тезис о том, что неоконфуцианцы в значительной степени отреклись от участие в политических делах, особенно после потери северных Китай (Лю, 1988). Однако в последние десятилетия новые исследования показали, что вполне убедительно, что министерская власть и власть грамотных остаются важно на протяжении всей Песни, и что неоконфуцианцы остаются политически вовлечен (Bol 2008: 119; Levey 1991: 545f).Природа Однако политическая активность меняется. Вместо того, чтобы видеть Неоконфуцианцы просто защищают поворот внутрь себя, это больше точны, чтобы видеть их как часто предпочитающих местных, децентрализованных подход к управлению. Среди прочего, они приходят посмотреть на негосударственные пространства как чрезвычайно важные для успешных изменений на более широких уровнях штат. Это не означает, что неоконфуцианцы отказываются от попыток обучать, направлять и служить императору и сильным императорам в самом начале династиям Мин и Цин удается снова сосредоточить внимание на сами на время.Однако в целом акцент Неоконфуцианские теории управления прекрасно отражены в современной слоган «думай глобально, действуй локально».

Согласно неоконфуцианцам, институты управления действуют на одновременно два уровня: социально-политический и личный. На социально-политическом уровне они озабочены практическими аспектами. поддержания порядка в большом государстве, заполненном несовершенными людьми. На на личном уровне они озабочены моральными персонаж.Кто-то может подумать, что операции на этих двух уровнях работать с разными целями, потому что создание хороших институтов и политика требует, чтобы мы принимали во внимание человеческие недостатки, и тем не менее, полная приверженность делу улучшения своего характера требует, чтобы мы поднимаемся над этими недостатками. Неоконфуцианцы с этим не согласны. Для них, преемственность социально-политического с личным получила свою каноническое выражение в отрывке из классического Большого Обучение :

Желая осветить яркую добродетель всего мира, древние сначала приводили в порядок свои состояния.Тем, кто хотел поставить их государства, чтобы сначала регулировать свои семьи. Тем, кто хотел чтобы регулировать свои семьи, сначала культивировали самих себя. Те, кто хотели развить себя, прежде всего исправили свое сердце. Те, кто хотел исправить свое сердце, сначала сделали свой намерения искренние. Тем, кто хотел сделать свои намерения искренними впервые достиг понимания. Достижение понимания заключается в расследование вещей. ( Высшее образование 4)

Мы могли бы понять непрерывность, описанную в этом отрывке, как набор шагов, связанных во времени: сначала исследуйте вещи, затем достичь понимания, затем сделать свои намерения искренними, и так на, в конечном итоге приведя свое состояние в порядок.Но на самом деле Неоконфуцианцы склонны рассматривать эти шаги как составляющие друг друга: исследования вещей просто достигают понимания, семьи регулируется самим актом личного совершенствования, и Порядочные семьи — это часть того, что значит для государства быть в порядке. Неявная связь между личным совершенствованием и общественно-политический порядок отражен в часто используемом лозунге «Внутренний мудрец — внешний царь»: этика и управление — это два стороны одной медали. Другими словами, социально-политический порядок предполагает этическое преобразование людей в государстве, а также их лидеры; на языке текста это должно «осветить яркая добродетель всего на свете ».

Практически без исключений неоконфуцианцы принимали наследственные монархия как форма правления. Это не значит, что все Однако монархи автоматически пользовались полной легитимностью. Уже в вторая половина династии Тан, конфуцианские и буддийские ученые начал утверждать, что правильное моральное или духовное учение передается генеалогическим способом (Wilson 1995). Хан Ю (768–824) известное утверждение, что эта передача Конфуцианский «Путь» был потерян на многие века; Северный Родоначальники песен неоконфуцианства утверждали, что это было только в их поколение, что Путь был восстановлен.Другими словами, законный наследование от одного монарха к другому не гарантирует, что индивидуальный правители — или даже их династия в целом — следовали Способ. Чжу Си (1130–1200) дает эту идею наиболее влиятельной формулировка, когда он говорит, что «преемственность Пути ( daotong ) »приходит к тем, кто способен понять глубокие истины, заложенные в классику ранними мудрецами. Согласно с Согласно этой точке зрения, самые ранние мудрецы и постигли Путь, и правили, но правители времени потеряли эту связь с нравственным путем.Некоторым отличным учителям нравится Конфуций и Менсий понимали Путь и пытались направить свои общества в правильном направлении, даже если они не были правителями, но в конце концов последовательность Пути была потеряна, пока восстановлен, говорит Чжу Си, братьями Ченг (Cheng Hao [1032–1085] и Ченг И [1033–1107]).

Идея о том, что преемственность Пути может отделиться от более поверхностное правопреемство монархии имеет ряд важных последствия, особенно в сочетании с точки зрения управления действует на двух уровнях (поддержание общественного порядка и достижение нравственного трансформация).Заимствуя термин из классической древности, Неоконфуцианцы утверждают, что правитель, который успешно поддерживает порядок но тот, кто не достигает более широких преобразований, просто «Гегемон», а не настоящий «король». это Конечно, лучше быть гегемоном, чем жестоким тираном, но даже Успешному гегемону еще нужно стремиться к чему-то большему. В привратниками этих великих достижений являются те ученые, достигшие преемственности Пути. Согласно с Таким образом, монархи должны признать, что лидеры литераторов должны быть их учителями или даже соправителями, или следует обуздать центральную власть монарха, чтобы морально воспитанные литераторы могут влиять на местные дела.Над Литераторы неоконфуцианского периода имели разную степень успеха в утверждая авторитет, проистекающий из преемственности Пути.

4.1 Фракции и политическая независимость

Уильям де Бари, один из самых влиятельных западных ученых Неоконфуцианство заявило о важной «проблеме с Конфуцианство »заключается в том, что он предъявлял огромные моральные требования к Конфуцианская высшая личность ( юнцзи ) без предоставления политическая власть для их выполнения. Высший человек берет на себя ответственность за воспитание гуманных монархов и создание социальных и политические институты, которые работают на благо общества, но Конфуцианцы также привержены системе, которая дает превосходным людям очень мало рычагов для выполнения этих титанических задач.Они лишают себя этого рычага по-разному, некоторые из них очевидное (конфуцианство включает сильные и в значительной степени неконтролируемые монархическое правительство) и некоторые из них тонкие. Один из способов подрыв собственной власти конфуцианцев путем отказа потворствовать определенные округа или фракции, стоящие на правой стороне и общественное благо, а не с союзниками или друзьями по расчету. Их слабость, утверждает де Бари, —

.

в своем недомогании или неспособности создать какую-либо основу для власти их собственный.… [E] кроме редких, кратковременных случаев, они сталкивались с государство и тот, кто контролировал его при императорском дворе, поскольку отдельные ученые, не поддерживаемые организованной партией или активными избирательный округ. (де Бари 1991: 49)

В самом деле, нет никаких сомнений в том, что роль конфуцианского министра сложный и часто неприятный. В этом разделе освещается один из ключевых Габаритные размеры.

Начнем с контекста. С поздних классических времен до в ранней песне термин «фракция» ( pengdang ) был неизменно уничижительно, ссылаясь на ассоциации «мелких люди », которые стремились использовать свою роль в правительстве для дальнейшего свои корыстные цели.Есть определенная степень поддержки этого понимание «фракции» и в более ранних текстах, но это для наших целей важно, что некоторые отрывки из ранних текстов, такие как Analects Конфуция также предполагают, что высшие люди ( junzi ) могут образовывать ассоциации, если они не действуют в партизанские пути (Levine 2008: 25–6 и 34–5; LY 12:24). Ключевой вопрос, который возникает в разгар политическая и интеллектуальная борьба Северной песни — это является ли горизонтальная принадлежность к равным каким-либо образом уместно, или единственная ось лояльности — вертикальная, от людей вверх к правителю (и далее, к Пути или к космический узор тяньли ]).

Мы можем выделить три разные позиции по этому вопросу. Большинство распространено давнее мнение, что фракции и фракционность — это эксклюзивные владения эгоцентричных; высшие люди, напротив, индивидуально лояльны. Радикальной альтернативой этому было утверждение, с особой силой сделанный Оуян Сю (1007–1072), этот подлинный фракции, которые он понимает как длительные ассоциации организованы коллективно для достижения общего блага — только сформированы высшими людьми. Принадлежность мелких людей только временно, для личной выгоды (Levine 2008: 47–56; Ouyang’s эссе переведено в de Bary and Bloom 1999).Важно отметить, что Оуян добавляет, что действительно превосходные люди объединятся вокруг общего Пути ( Тонгдао ), поэтому спор при дворе правителя неизбежно рассматривается как признак эгоизма. Наконец, третий позиция согласна с первой в использовании «фракции» в качестве термин для эгоистичных ассоциаций, которые игнорируют общее благо, но соглашаются со второй точки зрения, что высшие люди могут и должны сотрудничать друг с другом для их взаимного назидания: «Когда выше люди развивают себя и регулируют свое сердце, свой Путь это сотрудничество с другими »(Levine 2008: 58).Так, согласно этой третьей позиции, в то время как высшие люди не должны участвовать во фракционных спорах в суде, они должны работать вместе, чтобы совершенствоваться и стремиться к общему благу.

Что же тогда следует делать с фракциями на практике и с министерские разногласия в целом? Опять же, есть три основных позиции. Те, кто считает, что высшие люди должны быть индивидуально лояльные склонны утверждать, что правитель должен попытаться уничтожить все фракции. Один сильный аргумент в пользу этой точки зрения утверждает, что даже если есть фракция высших людей, их будет меньше фракции эгоистов; фракционность сама по себе деструктивна, поэтому следует быть искорененным (Levine 2008: 46–7).Радикал Оуян Сю точка зрения утверждает, что истинную фракцию высших людей можно определить как таковые, и их единый голос — который, в конце концов, объединен вокруг стремление к общему благу — к нему нужно прислушиваться. Ложные фракции мелкие люди должны быть подавлены. Третий взгляд, наконец, признает, что фракционность кажется неизбежной, и призывает к сильной и мудрый правитель, способный поощрять вертикальную верность и судить среди конкурирующих министерских аргументов. Опираясь на правителя в таким образом, эта третья точка зрения может последовательно поддерживать высшие люди не должны сами образовывать министерские фракции, даже хотя они должны сотрудничать, чтобы поощрять взаимные этические разработка.

В его дни радикальные взгляды Оуян Сю не смогли победить, но со временем идея, что существует одна настоящая фракция, становится широко распространено в неоконфуцианстве. Чжу Си поощряет его современников поддержать формирование такой «фракции высшие люди », чтобы присоединиться к нему сами, и даже увидеть, что сам император становится частью этой фракции. Для Чжу это это фракция высших людей — тех, кто понял «Преемственность Пути» — кто имеет окончательную легитимность в обществе, поэтому даже император должен образован, так что он может стремиться присоединиться к этой группе.Чжу также ясно, что крайне важно поддерживать этическую чистоту тех, кто фракция; «Если есть злые и злые, тогда вы должны изгнать их полностью »(WJ, т. 21, стр. 1244). Подобные взгляды можно найти среди лидеров Дунлинь — самая известная фракция неоконфуцианства. Этот Движение поздней династии Мин многогранно, включая широкие этические движение возрождения, национальная конфуцианская «моральная стипендия »и фракция министров в Пекине; целый движение берет свое название от своей институциональной базы в частной финансировал Академию Дунлинь на юге Китая (Dardess 2002).Донглин фракция делает все возможное, чтобы продвигать свое дело, движимое убежденность членов в том, что их борьба за добро и настроенный против зла и эгоцентричный. Партизаны Дунлинь способствуют созданию токсичной политической атмосферы, в которой каждая сторона демонизирует своих противников. Решающий момент в борьбе наступает, когда фигура Донглина выпускает публичный документ, в котором прямо обвиняется ведущая дворцовая фигура вопиющей безнравственности. В современном ученом Словом, этот документ написан на «языке моральных терроризм »: бескомпромиссный язык,« нагретый до максимально возможная степень эмоционального накала »(Дардесс 2002: 71).Вскоре после этого происходит резкий откат, в котором ключ Фигуры Донглиня арестованы, замучены и убиты, академия разрушены, и движение сокрушено.

Размышляя над неоконфуцианскими идеями фракции, можно сделать следующие три наблюдения: в целях. Во-первых, возвращаясь к концепции де Бари о «Беда с конфуцианством», с которой мы начали эту раздела, неоконфуцианские принципы затрудняют надлежащее Конфуцианские министры, чтобы создать собственную опору власти, частично потому что они не должны иметь особых обязательств или лояльности группам.Во-вторых, даже если основная ось лояльности вертикальна (к император, общественное благо и более абстрактные понятия, такие как Путь), горизонтальная солидарность очень хорошо сочетается с ключевыми аспектами неоконфуцианской взгляды на самосовершенствование, такие как часть сообщества играет в развитии этического «обязательства». В этом свет, и учитывая излишества, к которым «один истинный фракция »может привести к выводу, что Третий вид описанных выше фракций наиболее привлекателен. Наконец, недавние ученые расходятся во мнениях о значении неоконфуцианской взгляды фракции.Считается, что

если бы конфуцианская шляхта могла передать свое местное влияние провинциальном и национальном уровнях через узаконенные фракционные организациям, таким как академия Дунлинь, интересно предположить, какие политические силы были бы выпущены в Конфуцианская политическая культура;

он предлагает параллель с «тенденцией против абсолютистской монархии и к парламентскому правлению на Западе » (Эльман 1989: 389).Напротив, другой ученый утверждает, что

Дело Донглиня не было предвестником какого-то возможного будущего парламентская демократия. Конфуцианская мысль Дунлинь была монархической и авторитарный по своей сути. (Дардесс 2002: 7)

4.2 Институциональные теории управления и теории управления, ориентированные на характер

В основном, правительственная структура Китая в Неоконфуцианская эпоха состоит из четырех частей: (1) император, императорская семья, и служители внутреннего двора, такие как евнухи; (2) внешний двор министры, бюрократия и семьи грамотных, которые их укомплектовывают; (3) простые люди; и (4) институты, которые помогают формировать способы взаимодействия (1) — (3).Один из великих дебатов Неоконфуцианская эпоха говорит об относительной важности или приоритете учреждения. Эта дискуссия принимает множество обличий, но, в сущности, ощущение, что существует противоречие между двумя способами понимания структура, которая поддерживает хорошо организованное общество. Один видит институты и их составные части (традиции, правила и правила и т. д.) как более фундаментальные. Другой видит людей, которые направляют и принадлежат учреждениям, и особенно характер таких людей (понимается как сочетание талантов и этических диспозиции), как более фундаментальные.Где философ стоит на этом проблема может помочь объяснить, как они согласны с другими критическими проблемами в вопросы управления. Те, кто склонны рассматривать учреждения как нечто большее, фундаментальные, более склонны рассматривать правовую и регулятивную реформу как основной способ решения масштабных проблем. Те, кто видит характер людей как более фундаментальный, часто думают, что решение такие проблемы заключаются в нравственном культивировании и преобразовании (в частности, самого императора). К в определенной степени первые считают, что институты должны быть спроектированы учитывать человеческие недостатки и недостатки, чтобы государство не требует, чтобы большое количество людей были добродетельными, чтобы создают общественный порядок, в то время как последние склонны беспокоиться о том, что институты разработанный для несовершенных людей, будет, по крайней мере, на определенных уровнях, препятствовать самосовершенствованию, которое делает правительство действительно преобразующий.Для удобства воспользуемся термин «ориентированный на характер» и «Институционалист» для обозначения этих двух позиций.

Согласно одному несколько упрощенному историческому описанию, большинство неоконфуцианцев отстаивать политико-ориентированную теорию, придерживаясь этических норм культивирование людей, а не институциональная реформа является наиболее правдоподобные средства восстановления общественного порядка. Это якобы то, что вызвали описанный выше «поворот вовнутрь», побуждение людей отказаться от интереса к государственному управлению и вместо этого сосредоточьтесь на собственном нравственном самосовершенствовании.Эта версия история не совсем вводит в заблуждение. Неоконфуцианцы Юга Сонг часто винит в падении Северной песни ее провал. эксперименты по институциональной реформе, особенно институциональный мыслитель и государственный деятель Ван Анши (1021–1086). А самые известные философы-неоконфуцианцы, как правило, заявления, более согласующиеся с теорией, ориентированной на характер, включая братьев Ченг, Чжу Си и Ван Янмина.

Но правда немного сложнее, и еще философски интересно.От династии Сун до конца Цин, неоконфуцианцы насчитали в своих рядах много мыслителей интересуется «искусством управления государством ( цзинши )». К концу Династия Мин, а затем и «управление государством» стали описывать практически любой метод или приемы, которые можно использовать на практике операции государства, истолкованные настолько широко, что включают математика и история. Но в более узком смысле, распространенном среди более ранних неоконфуцианцев, это относится к философской позиции, направленной на решение социальных проблем через институциональная реформа, а не драматические трансформации характера.Ученые иногда описывают этих мыслителей как принадлежащих к «искусству государства». Школа », в которую входят такие философы Сун, как Чэнь Лян (1143–1194) и Е Ши (1150–1223), а также Мин Неоконфуцианец Ван Тинсян (1474–1544) (Niu 1998; Tillman 1982; Ong 2006). Он также включает настроенных на реформы неоконфуцианцев, которые пережил падение Мин и подъем Цин династии, такие как Гу Яньву (1613–1682) и Хуан Цзунси (1610–1695). Даже для более ориентированных на характер конфуцианцев это означало сказать, что характер людей более фундаментален, чем институты были открыты для обсуждения.

Чтобы разобраться в нюансах возникшей дискуссии, полезно начать вспоминая классического конфуцианского философа Сюньцзы, известного как защитник взгляда, ориентированного на персонажа; как отмечалось выше, он считает, что «Есть люди, которые создают порядок; нет стандартов создавая порядок в себе ». Обсуждение утверждения Сюньцзы дает Возможности неоконфуцианцев разработать новые способы объяснения того, как характер людей может быть выше институтов. Одно важное разработка сделана Ху Хун (1106–1161).По мнению Ху, люди входят в пояснительный порядок управления на двух уровнях: во-первых, именно они соблюдают правила и нормы. В на этом уровне анализ Ху во многом соответствует анализу Сюньцзы, подчеркивая необходимую расплывчатость закона и необходимость умелого магистраты, систематически разбирающиеся в индивидуальных законах. Но во-вторых, именно люди устанавливают правила всякий раз, когда правила не соответствуют обстоятельствам. То есть люди управляют не как руководители, но и как создатели:

Сюньцзы сказал: «Есть люди, которые создают порядок; нет стандарты, создающие порядок ».Я смиренно утверждаю, что мы иллюстрируем это путем проведения аналогии между желанием навести порядок после период хаоса и попытки пересечь реку или озеро [на лодке]. В правила подобны лодке и людям [т.е. правитель и его чиновники] подобны рулевому. Если лодка повреждена и руль сломан, то даже если [рулевой], казалось бы, божественный техника, тем не менее, все понимают, что лодка не может через. Поэтому всякий раз, когда наступает период большого беспорядка, необходимо реформировать правила.Никогда еще не было случая, чтобы один смог успешно навести порядок без изменения правил. (HHJ, стр. 23–24)

Короче говоря, Ху считает, что успешное управление заслуживает уважения. просто правильно направляя учреждение, но также создавая и изменение самих правил, на которых основано управление. Кредит идет не только рулевой, но и корабельным мастерам.

Хотя человеческое усмотрение может позволить людям талантливым и хорошим персонажа, чтобы обновить правила или применить их по-разному в разных контекстах, они также позволяют людям без таланта и хорошего характера злоупотреблять ими.В этих случаях полезно установить ограничения на злоупотребления авторитет и лидерство, требуя от лидеров соблюдения правил. Наиболее убедительным аргументом в пользу этой точки зрения является Хуан. Цзунси, живший в конце Мин и начале Цин. В замечательном эссе под названием «О стандартах ( Yuanfa )», Хуан утверждает, что мы должны различать законные и нелегитимные стандарты, где выделяются нелегитимные тем фактом, что они создаются или изменяются в первую очередь для обслуживания интересы правителей.Хуанг говорит, что легитимность правил цель, для которой они созданы, а не просто традиция или долг уважать предков, создавших их. Когда правила разработан с учетом интересов людей, которыми они, как правило, свободными и открытыми, поскольку их цель — не просто контролировать человеческие поведение, но и культивировать добродетели. Люди с большей вероятностью развивают добродетельные черты характера, если они ведут себя аккуратно охотно, а не под угрозой, и они с большей вероятностью будут действовать добровольно, если они воспитываются в режиме правил, защищающих свои интересы.По иронии судьбы, это правила самообслуживания. властям, требующим все большей и большей строгости. Потому что они в значительной степени полагаются на принуждение и работают против благополучия обычных люди, политики должны создать один уровень правил, который управлять человеческим поведением, затем второй уровень правил, устанавливающих учреждения, чтобы обеспечить соблюдение первого, затем третий уровень правил, чтобы обеспечить соблюдение этих правил во втором и так далее. В результате получается режим с значительно меньшая гибкость и пространство для человеческого усмотрения, чем сторонники принципа Xunzian предвидят (YF p.317).

4.3 Последние мысли

По мнению большинства неоконфуцианцев, почитание императора означало как ритуальное уважение к роли императора и повиновение законная власть императора, но не бездумная верность правитель независимо от того, что он может сделать или сказать. Абсолютная лояльность обязана ни один человек, кроме Пути, который неоконфуцианцы также обсуждают в термины «Космический Узор ( тяньли )» — то есть, абсолютная гармония всех вещей. Неоконфуцианцы жили публично культура, в которой ожидалось, по крайней мере в принципе, что министры демонстрируют свою лояльность, смело указывая на недостатки и возражают своим правителям.И многие неоконфуцианцы, в том числе Чжу Си спокойно или неохотно признал, что бывают случаи, когда не следует подчиняться императору, по-видимому, после всех попыток отговорить заблудшего правителя было исчерпано (Schirokauer 1978: 141–43). Кое-что из этого мы уже видели в инциденте с Донглином, обсуждалось выше; есть множество других случаев, когда служители, индивидуально или в группе стараются укорять или исправлять заблудшего правитель. Часто эти споры вращались вокруг ритуальных вопросов, поскольку стабильность человеческих отношений, выраженная через ритуал, была центральное место в общей гармонии общества и космоса.На протяжении многие политические деятели неоконфуцианской эпохи также считают необходимым обосновывать свои предложения ссылкой на классические тексты, которые один современный ученый поэтому утверждал, что служить частично «Конституционная» роль (Песня 2015). Несмотря на различные способы, которыми литераторы могут частично ограничить выбор правители, однако мало кто сомневается в том, что власть правителей остается первостепенным. И при этом глубоко укоренившееся убеждение, что гармония полагается на благополучие людей, несомненно, несет ответственность за крестьянство живет лучше, чем могло бы быть иначе, в конец неоконфуцианской социально-политической мысли дает им только одно политический выход: бунт (Angle 2009: гл.10).

5. Современная эпоха

Последние годы правления династии Цин, распавшейся в 1911 году, были отмечен расцветом политической мысли под двойными стимулами внутренние вызовы и встречи с внешнеполитическими философии. Русская революция 1917 г. подлила масла в огонь пожар, в то время как зарождающаяся Китайская Республика боролась с как внутренние, так и внешние угрозы. Природа и источники политическая власть снова стала предметом дискуссий.Многие сейчас это приняли само собой разумеющимся, что целью была своего рода «демократия» в который народ был (по крайней мере, в принципе) суверенным. Но кто считаться «людьми», как их вести или представлены, и как коллективные и индивидуальные цели должны были быть сбалансированы все были разыграны. На более широком уровне были дебаты между теми, кто чувствовал, что ответ лежит в том или ином «Изм» — то есть всеобъемлющая идеология, подобная Марксизм — и те, кто предпочитал работать более прагматично, через институциональное строительство, по одной «проблеме» за раз.Несколько десятилетия спустя, после основания Народной Республики, аналогичные проблемы были решены на контрасте между «Красный» (идеологически и морально чистый) и «Эксперт» (обладающий технической экспертизой). В различных Таким образом, эти дебаты двадцатого века резонировали с классическими и неоконфуцианскими спорами между институциональной и личностно-ориентированной теориями управления. Были морально продвинутые люди — ключ к идеальному обществу? Или должен быть объективным стандарты успеха в сочетании с объективными институтами политическая основа общества? В случаях конфликта, в котором приоритет?

Однозначно на эти вопросы никто не дал однозначного ответа. группировок, составляющих политическую пейзаж, от «новых конфуцианцев» до националистов либералам марксистам.Однако подход «измов» победил. на протяжении большей части века, и Томас Мецгер показал, что Китайские политические мыслители всех лагерей склонялись к тому, что он называет «Гносеологический оптимизм», то есть уверенность в том, что одна универсально применимая моральная и политическая истина познаваема, и такой большой авторитет должен быть наделен одаренными людьми, способными постичь эту истину (Metzger 2005). Другой способ выразить это можно сказать, что во многих Китайская политическая мысль двадцатого века, которая к радикальным решениям и привел к неудовлетворенности продолжающимся диссонанс или постепенный прогресс.Даже китайские либералы во многих случаи, предполагали гармоничные общества, в которых отдельные самореализация идет рука об руку с осознанием большего коллективность, которую они часто называли «большим я» ( dawo ) ».

Некоторые философы двадцатого века были более осведомлены, чем другие проблемы с утопизмом. Мо Цзунсан (1909–1995), лидер нового конфуцианского движения, не только знал об этом, но и также предложили особенно творческий выход из повторяющегося напряжения между личной добродетелью (или моралью) и общественными стандартами (или политика).По мнению Моу, связь между моралью а политика «диалектична». Вместо того, чтобы увидеть политическая добродетель лидера как прямое продолжение его или ее личной, моральной добродетели, Моу утверждает, что должна быть косвенная отношения между ними. Политика и политическая добродетель должны развиваться морали, но, тем не менее, имеют независимое, объективное существование. Это означает, что права человека, например, должны иметь основу в морали, но измеряются стандартами, отличными от моральные стандарты.Верно и обратное: полная моральная добродетель требует то, что частично «ограничивает себя» ( ziwo kanxian ) », а именно объективную структуру (Mou 1991: 59). Объективные структуры (например, законы) в корне отличаются от субъективно ощущаемая, усвоенная мораль, после которой мы все должны индивидуально стремимся. Конкретный вывод из этого состоит в том, что нет независимо от уровня моральных достижений,

поскольку добродетель проявляется в политике, нельзя отменять соответствующие ограничения (т. е. высшие принципы политический мир), и на самом деле должен посвящать свой августейший характер к реализации этих ограничений.(Mou 1991: 128)

Короче говоря, мудрецы не могут нарушать закон или конституцию. Таким образом, политика независима от морали.

Философы по-разному оценивали слова Моу. аргумент, но он может служить примером продолжающегося творчества можно найти в современном китайском политическом мышлении (Angle 2012). Динамичное общество Китая представляет собой тигель, в котором появляются новые идеи. и в ближайшие годы могут быть созданы и испытаны новые политические формы.К будьте уверены, действительно новые и интеллектуально сложные идеи не составляют большую часть современного китайского политического дискурса, но тем не менее они присутствуют во всем политическом спектре. Это еще неизвестно, будут ли устойчивые политические ценности и институты возникнут как альтернатива моделям, с которыми западные политические теоретики знакомы, так же как мы еще не можем предвидеть, какую роль Марксистские, конфуцианские, либеральные и другие традиции будут играть в будущем Китайское политическое мышление.Заботы о гармонии и добродетели вряд ли исчезнет, ​​но (как показывает пример Мо) этого нет средства ограничивают будущие интересы любых политических институтов и теории появляются в Китае.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *