Кто лучше китайцы или японцы: Почему японцы и китайцы ненавидят друг друга — Блоги — Эхо Москвы, 13.10.2017

Содержание

Почему японцы и китайцы ненавидят друг друга — Блоги — Эхо Москвы, 13.10.2017

Оригинал

В мире есть немало народов, которые снисходительно или даже с презрением относятся к своим соседям.

Русские и украинцы (с недавнего времени), англичане и французы, немцы и французы, американцы и канадцы, аргентинцы и бразильцы — таких пар найдётся достаточно. У скандинавов и прибалтов внутри своих сообществ тоже тёрки насчёт того, кто древнее, кто истинный викинг, а кто просто сельское быдло. Не будем упоминать те нации, которые находятся друг с другом в условиях постоянной войны, тут совсем другой случай.

Например, русский человек с детства растёт в атмосфере анекдотов и стереотипов о соседних народах. С малых лет он твёрдо знает, что белорусы едят картошку, а украинцы — сало, что финны тормоза, что азербайджанцы торгуют арбузами, что евреи жадные и скупые, а хуже татарина разве что незваный гость. Поэтому у россиян таких «дуэлей» довольно много.

Но это всё цветочки! Далеко на Востоке развернулось по-настоящему захватывающее противостояние! Сейчас я расскажу вам о том, как любят друг друга китайцы с японцами.

Да никак! Нельзя даже сказать, что они друг друга просто недолюбливают, как вышеупомянутые пары европейцев. Тут весь спектр негативных чувств и эмоций, от фейспалмов и мемов в интернетике до открытой ненависти.

Каждый из этих народов ставит свою страну в центр Вселенной. Две страны и два народа не перестают друг друга п………ь по любому поводу.

Например, японцы говорят, что есть только одна великая культура, а именно японская. Они верят, что китайцы — это обычные варвары, а корейцы — это китайцы, которые хотят быть похожими на японцев.

Нелюбовь китайцев и японцев друг к другу сильно различается. Японцы главным образом испытывают холодное презрение. Почему? Потому что китайцы ВСЁ П….Т! Всё, что японцы придумывают и создают, через несколько лет оказывается на китайских рынках. Они даже поезда у японцев скопировали.

В бытовом плане не лучше. С точки зрения японца, китайцы вечно орут, ведут себя как дикари, толпятся и всё вокруг себя разносят.

А насчёт того, что в их глазах китайцы — не более чем варвары, было очень показательно, когда в Японии выпустили специально для китайских туристов брошюру, которая в том числе учила не срать на тротуар. Японцы даже могут презрительно сказать китайцам «Здесь вам не Китай!», имея в виду, что они не срут на тротуарах (тоже мне достижение). У нас так, наверное, к особо ретивым гастарбайтерам относятся.

Брошюра, выпущенная агентством по туризму Хоккайдо, учит китайского пацанёнка на ссать на ободок унитаза и смывать использованную туалетную бумагу, а не выбрасывать её куда попало. «У нас в Японии высокотехнологичная бумага, которая СМЫВАЕТСЯ». Читаем между строк: «Мы понимаем, что лопухи вам привычнее, но всё же».

1. «Вы достали везде орать».
2. «И рыгать».

Отсюда и отношение японцев к китайцам — как у солидного господина к мелкому вороватому цыганёнку, снисходительно-презрительное.

Разве китайцы сделали бы такое по отношению к японцам? Их восприятие японцев довольно сильно отличается. С одной стороны, китайцы про японцев говорят, что те м….и, что они оккупировали страну, убивали и насиловали женщин… Но вообще, сейчас страна нормальная: развитая экономика, технологии. Короче, есть чему у японцев поучиться, и в целом они молодцы.

Не знаю, насколько корректно сравнение, но можно сказать, что это примерно так же, как русские относятся к немцам. Мол, раньше мы били фрицев-фашистов, но сейчас смотрим на Германию и понимаем, что немцы крутые. Ну если не считать некоторых упоротых патриотов.

С другой стороны, отношение китайцев к японцам напоминает отношение русских к украинцам. Всяким белым варварам (типа англичан) Китай может простить всё что угодно, включая Опиумные войны. А вот сраным япо..ам, этим вторичным п…….м, которые всё скопировали (культура) и возгордились при этом, простить нельзя ничего!

Потому что японцы и прочие азиаты уже вроде как поняли, откуда исходит свет, но при этом почему-то ломаются. А с белых варваров и спрос меньше: они даже не понимают, где центр Вселенной. Очень по-русски: другим мы ещё можем всё простить, но хохлам не простим даже мелочей.

Есть крутая легенда о том, как появилась Япония. Давным-давно сын Неба, император Поднебесной, узнал, что где-то за океаном растёт трава бессмертия. Растёт она на диких островах. Он собрал 200 юношей и 200 дев и решил отправить их на дикие острова. «Экспедиция» привезла бы ему травки, а он в свою очередь стал бы бессмертным. И вот 200 юношей и 200 дев облачились в белые одежды, сели на красивые корабли и отчалили на восток.

Естественно, они приплыли в Японию и сказали: на х.. этот Китай, сваливаем в нормальную страну! Так появилась Япония. Эта легенда говорит нам о том, что всё пошло из Великого и Прекрасного Китая.

И всю японскую культуру китайцы считают вторичной. Что в Японии архитектура и искусство китайские — так и особых мозгов не надо, чтобы это заметить. Иероглифы? Ну-ну. Стихи? Картины?

Что у них там своего, кроме извращений?! Что дали миру японцы? Вендинговый аппарат с грязными трусами? Кстати, говорят, это фейк. Я хотел этот аппарат сфотографировать, несколько раз искал, но всё тщетно.

Кстати об иероглифах! Аэропорт в Пекине называется «Столичный»… Казалось бы, в чём тут может быть прикол? Прикол в том, что и японцы, и корейцы используют письмо Великого и Прекрасного. Когда они приезжают в токийский аэропорт Нарита, им по громкой связи говорят: «Началась регистрация на рейс в Столицу» (уверен, звучит это ужасно обидно!).

Что ещё говорят китайцы? «Представляем, сколько надо бить детей, чтобы они всем улыбались и кланялись без конца!» Разве нормальный человек будет себя так вести? Японцы настолько достали всех своей показной вежливостью, что их ненавидят не только китайцы, но ещё и корейцы и все остальные.

Но самое главное, что японцы всех поучают, как себя вести!

Я как-то пришел в кафе с тремя крупными мужиками и японским сопровождающим. Мы все заказали кофе, но так как мужики были больших размеров, я сел за соседний стол, хотя мы продолжали вместе разговаривать. Так вот, японскому сопровождающему было не западло сделать мне замечание: «Илья, у нас в Японии так не принято — садиться за соседний стол, ведь этот стол может понадобиться кому-то ещё!»

При этом в Японии главный принцип — не причинить неудобств окружающим. А вот в Китае главный принцип — это сделать себе хорошо. В этом плане страна очень похожа на братскую Россию: у нас вообще всем плевать на остальных.

Между Китаем и Японией огромная разница. Вот мне один человек, который раньше работал в Великом и Прекрасном, а потом переехал в Японию, рассказывал: «Когда прилетаешь в Шанхай, тебя обязательно кто-нибудь подтолкнёт слегка, таксисты подойдут, предложат свои услуги, кто-нибудь порекомендует проститутку — ты всем нужен, с тобой хотят общаться, это живое общество! А в Токио? Тебе будут только бездушно кланяться… Никто не толкается, таксисты на стойке, проститутки только в специально отведённых местах, куда уборщица приходит в 9:00 и в 19:00 по расписанию. Разве это жизнь?! Это общество мертво!»

Но японцы знают, как отомстить китайцам за весь их стёб. Они прилетают тра..ть китаянок! Как-то раз делегация из 400 мужчин из Японии в возрасте от 16 до 37 лет прилетела в Чжухай и оттра..ла сразу 500 китаянок! Остроты ситуации добавило то обстоятельство, что это произошло в годовщину японской оккупации северо-восточного Китая.

А про острова помните? Это же почти как Курилы! Есть такие острова, японцы называют их Сенкаку, китайцы — Дяоюйдао. Обе страны на них претендуют, но поскольку они необитаемые, довольно долго о них просто не помнили. До тех пор, пока 11 сентября (какая дата!) 2012 года правительство Японии не «национализировало» три острова, подписав с частным владельцем контракт о покупке этих островов за $26 млн. Китайцы не смогли просто так смолчать и стали избивать сограждан, ездящих на японских машинах, и громить открытые китайцами японские рестораны!

Тогда многим китайцам, которые владеют японскими тачками, пришлось клеить наклейки: «Машина у меня японская, а сердце китайское!»

Несут плакат «Япония произошла от Китая!» Не шутка.

Ещё у нас в Китае шутят, что у японцев маленькие члены, а в Китае знают в этом толк 😉

«Чем отличается японцы, китайцы и корейцы?» – Яндекс.Кью

В каком смысле — отличаются? Если Вы имеете в виду внешние отличия, то в рамках большой монголоидной расы северные и центральные китайцы, а также корейцы относятся к восточноазиатской, или тихоокеанской, малой расе, южные китайцы относятся к южноазиатской малой переходной расе, а японцы — к японской малой переходной расе (обе малые расы сочетают в себе преобладающие характеристики монголоидной большой расы и ослабленные характеристики австралоидной большой расы). Например, нынешний глава Госсовета КНР Си Цзиньпин — типичный представитель расового типа южных китайцев, тогда как его предшественник Ху Цзиньтао имеет внешность, характерную для уроженцев центральных и северных провинций Китая. Сами китайцы очень хорошо отличают по внешности южан от северян.

Если же Вы имеете в виду  культурные отличия, то японцы гораздо сильнее отличаются и от китайцев, и от корейцев, чем китайцы и корейцы — друг от друга. Вкратце наиболее значимые отличия следующие:

  1. Типология языков — японский и корейский языки — аглютинативные (словообразование происходит посредством присоединения аффиксов к корням слов; каждый аффикс несёт свое значение), китайский язык — изолирующий; корейский язык не имеет тонов, в японском имеется музыкальное ударение, в литературном китайском (путунхуа) — четыре смыслоразличительных тона (в диалектах — до семи тонов). И в японском, и в корейском языках имеется очень много лексических заимствований из китайского языка, а старая корейская система письменности (ханча), как и японская кандзи — это логографические (иероглифические) системы письменности на основе китайской иероглифики.

  2. Материально-бытовая культура в общем сходна у китайцев и корейцев, но довольно сильно отличается у японцев (например, для японцев характерны такие чуждые китайцам и корейцам особенности культуры, как дома на низких сваях с раздвижными сёдзи, с крышами из рисовой соломы, со стенами из циновок или из промасленной рисовой бумаги; в отличие от китайских и корейских домов, в которых использовалась система отопления кан, у японцев не было никакого отопления в традиционных домах, кроме жаровни-хибати; для японцев также характерна такая деталь одежды, как набедренная повязка; сильны отличия и в традиционной кухне японцев).

  3. Религия — синкретизм характерен для всех трёх народов, но у каждого имеются свои особенности, а именно: для китайцев обычным является следование т.н. китайскому комплексу верований ( это конфуцианство + буддизм махаяны + даосизм), причем каждая религия имеет свою «зону ответственности» — например, нормы конфуцианства регулируют отношения в государстве/обществе/семье, даосизм отвечает за поддержание здоровья и долголетия, а буддизм ведает вопросами достижения лучшего перерождения, постижения смысла бытия, просветления и т.д.. Для корейцев характерно сочетание буддизма с конфуцианством и с традиционными шаманскими практиками, а с XIX века — с христианством (в основном это протестантизм — пресвитерианство, методизм, в меньшей степени — католицизм). Что касается японцев, то конфуцианство как самостоятельная религиозно-философская система в Японии не прижился, но многие его положения заимствовал синтоизм — самобытная религия японцев, которая освящает императорскую форму правления в Японии. Синтоизм в Японии всегда был тесно переплетен с различными школами буддизма махаяны, который также сильно повлиял на развитие синтоизма и его эволюцию в развитую религиозную систему классового общества.

Как видим, три вышеуказанных этноса довольно сильно отличаются друг от друга по многим параметрам, несмотря на тесное взаимодействие и интенсивный культурный обмен, имевшие место в процессе их исторического развития.

Всеволод Овчинников: Япония и Китай

На вопрос: что привело меня в журналистику, я отвечаю — знание китайского языка, истории, философии и культуры этой страны.

Руководство «Правды» проявило интерес к Всеволоду Овчинникову, выпускнику Военного института иностранных языков 1951 года, именно потому, что газете тогда требовался страновед, хорошо подготовленный для работы в Китае. Ну а элементарными журналистскими навыками можно было овладеть и в редакции.

Должен сказать, что на первом этапе своей карьеры я был поистине баловнем судьбы. Ведь любая тема, связанная с только что родившейся КНР, в 1950-х годах считалась приоритетной. Среди зарубежных собкоров «Правды» я был не только самым молодым, но и чаще всех публиковался.

Не языковой барьер,

а языковой мост

Да и атмосфера, в которой я начал свою работу в Пекине, была на редкость благоприятной. Крылатая фраза «Русский с китайцем — братья навек» была тогда не только строкой из песни. Дружба соседних народов не сводилась к речам государственных деятелей и газетным передовицам. Она реально вошла в тысячи человеческих судеб.

О китайских студентах, которые просиживали выходные дни в читальных залах наших вузов, до сих пор ходят легенды. Да и наши специалисты возвращались с новостроек первой китайской пятилетки неизмеримо выросшими в профессиональном отношении. Ведь к ним постоянно обращались с вопросами, выходившими за рамки их прямых обязанностей, что побуждало углублять свои знания.

К тому же китайцы всячески поощряли своих наставников к новаторству, беря ответственность и риск на себя. Инженер Константин Силин, например, не только обеспечил успешное строительство первого в истории моста через Янцзы, но и впервые в мире использовал там принципиально новый, бескессонный метод возведения мостовых опор, который долго не решались применить в СССР.

Мне выпало счастье быть в гуще этих окрашенных романтикой событий. А возможность беседовать со мной один на один, без переводчика, придавала контактам с местными руководителями доверительный характер, побуждала их относиться ко мне не как к иностранцу, а «как к своему».

Если большинству моих западных коллег в Пекине мешал языковой барьер, мне, наоборот, помогал языковой мост. Достаточно было процитировать какого-нибудь древнего поэта или прочесть иероглифическую надпись, чтобы разом вызвать к себе симпатию собеседника. Знание китайской грамоты, а тем более китайской старины — лучший ключ к сердцу жителя Поднебесной.

Словом, поначалу судьба меня изрядно избаловала. Зато, вернувшись на родину после размолвки между Мао Цзэдуном и Хрущевым, я оказался словно у разбитого корыта. Поскольку китайская тематика утратила былую привлекательность, решил переквалифицироваться в япониста. Используя свой авторитет востоковеда, убедил начальство, будто китайский язык отличается от японского не больше, чем белорусский от русского. Иероглифы, мол, те же самые, и наши восточные соседи без труда понимают друг друга.

Мне наняли преподавателя, но быстро овладеть вторым восточным языком было нереально. Через два года после возвращения из Китая я был направлен в Японию.

Не близнецы,

а скорее антиподы

Первый год работы в Токио был самым трудным в моей жизни. С семи до девяти утра я ежедневно занимался языком с японским преподавателем. Потом переводчик рассказывал мне о содержании газет, вместе со мной смотрел телевизионные выпуски новостей. Иероглифы помогали ориентироваться и в газетных заголовках, отбирать для перевода наиболее нужное.

Примерно через год пришло чувство удовлетворения, которое испытывает журналист, когда он может со знанием дела прокомментировать любое событие, происходящее в его стране. Куда труднее оказалось получить признание соотечественников. Наших дипломатов, чекистов, журналистов свербил вопрос: «Да что этот Овчинников может понимать в Японии? Он же китаист…»

Сломать отношение ко мне как к чужаку-дилетанту было самым сложным. Но спустя пару лет моим мнением уже интересовались все. Китайский язык — это латынь Восточной Азии. Так что знания древнекитайской философии и литературы позволяли мне блеснуть перед японцами там, где наши японисты мне явно уступали.

Я нашел свой собственный подход к освещению Страны восходящего солнца. Задался целью найти скрытые пружины послевоенного экономического чуда в особенностях японского менталитета, человеческих отношений в этой мало понятной для иностранцев стране. Это подвело меня к мысли написать своего рода путеводитель по японской душе, каковым и стала книга «Ветка сакуры».

Две большие разницы

Пытаясь описать японский национальный характер, я сравнивал его с китайским. И тут пришлось чаще противопоставлять, чем сопоставлять. Потратив пять лет на изучение страны и языка, а потом проработав семь лет в Поднебесной, я, признаться, ошибочно полагал, что китайцы и японцы — некие близнецы-братья (и по цвету кожи, и по разрезу глаз, наконец, по общей иероглифической письменности). Но жизнь заставила убедиться, что наши дальневосточные соседи являют собой, как говорят одесситы, «две большие разницы».

Несколько утрируя, скажу, что китайцы — это немцы Азии. В своем поведении они руководствуются логикой и рассудком. Японцы же в этом смысле — русские Азии. Они, как и мы, живут не умом, а сердцем. У них превалируют эмоция и интуиция. Коренится же этот контраст в отношении к природе, то есть к естественному, и к тому, что создано человеческими руками, — к искусственному.

На взгляд китайцев, человек как творец — властелин, а материал — его раб. Японский же мастер не навязывает материалу свою волю, а помогает раскрыть его первородную суть. Наглядный пример — национальная кухня. В Китае это некая алхимия, умение творить неведомое из невиданного. В Японии же это искусство создавать натюрморты на тарелке. В отличие от геометрически расчерченного Пекина, хаотичный Токио вырос «как растет лес». Японские градостроители, подобно местным садовникам, лишь подправляли то, что появилось само собой.

Но главный материал — человек. По мнению китайцев, личность можно и нужно лепить заново. Конфуцианство требует от человека постоянного совершенствования. Об этом напоминают флюгеры в виде карпов, вьющиеся над домами, где есть мальчики. Плыть против течения, стремиться вперед и выше — вот суть мужского характера, воплощенная в этой поэтической метафоре. Японцы же считают для себя примером сплавщика на плоту. Главное — найти стремнину реки и плыть по течению, лишь при необходимости отталкиваясь от берегов.

Кстати

Можно сказать, что китайцам религию заменяет этика (нормы взаимоотношений между людьми), японцам же — эстетика (культ природы, любование весенней сакурой, багрянцем осенних кленов, другие формы совместного обучения красоте). Однако обоим народам присуща склонность к самоконтролю и предписанному поведению.

Как у китайцев, так и у японцев идет постоянный поиск консенсуса, согласия на основе взаимных уступок. Те и другие ставят общие интересы выше личной выгоды. Их религиозная терпимость распространяется и на мирскую жизнь. Обоим народам присуще представление об истине как о горной вершине, к которой ведет множество путей, и каждый вправе выбрать любой из них. Как знать, может быть, именно это когда-нибудь станет благоприятной предпосылкой для создания подлинно многопартийной системы как в Стране восходящего солнца, так и в Поднебесной.

военные шахматы с многовековой историей — EADaily, 16 марта 2018 — Новости политики, Новости Азии

По «температуре» политической обстановки Дальнему Востоку, конечно, далеко до Ближнего. Дальний Восток, по крайней мере формально, пока нельзя назвать горячей точкой, но потенциал для того чтобы ей стать, у него имеется. Одной из наиболее острых проблем являются территориальные споры дальневосточных государств и, в частности, притязания Китая на острова в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях.

В тени Южного моря

Бурные события в Южно-Китайском море (ЮКМ) в последние годы закрыли не менее сложную и взрывоопасную горячую точку по соседству — Восточно-Китайское море (ВКМ). В этом регионе сталкиваются, в основном, интересы двух, а не шести стран — Китая и Японии, но от этого территориальные споры не становятся менее острыми.

Противоречия между Пекином и Токио уходят в глубину веков. Им уже более 800 лет, если считать с неудачных вторжений в Японию в XIII веке (1274 и 1281) внука Чингисхана Хубилая, завоевавшего к тому времени Китай. Если говорить о более поздних событиях, то, конечно, следует вспомнить об японо-китайской войне (1937−1945), фактически начавшейся шестью годами ранее с вторжения японцев в Манчжурию и принесшей китайскому народу громадные жертвы и страдания.

Японцы и китайцы, мягко говоря, не очень любят друг друга. Причем, чувство взаимной неприязни с годами, похоже, усиливается. Так, согласно опросу ВВС World Service Poll, лишь 3% жителей Страны восходящего солнца положительно относятся к китайцам. У 73% отношение к жителям Поднебесной негативное. Китайцы относятся к японцам не лучше: 5% положительно и 90% отрицательно. Кстати, японцы недолюбливают жителей Поднебесной сильнее всех остальных народов на планете.

Опрос Pew Research Center (2014) показал, что 85% жителей Страны восходящего солнца беспокоит перспектива военного конфликта, к которому могут привести территориальные споры китайцев с соседями.

В прошлом году почти две трети китайцев (62,4%) считали отношения между КНР и Японией плохими. В Японии подобных пессимистов 44,9%. Кстати, эта статистика все же свидетельствует о росте позитивных настроений. В 2016 году отношения между двумя странами считали плохими 78,2% и 71,9% китайцев и японцев соответственно.

Любопытно отношение жителей соседних стран к динамике взаимных отношений. 29,7% и 23,6% китайцев и японцев считают, что они еще больше ухудшатся. Улучшение отношений прогнозируют лишь 28,7% жителей Поднебесной и 13,1% граждан Страны восходящего солнца.

Неприязнь сохраняется и в культуре. Американский журналист Говард Френч внимательно изучил программы на китайском телевидении и пришел к выводу, что на нем переизбыток военных фильмов, в подавляющем большинстве показывающих японцев злодеями. Только в 2012 году в КНР были сняты более 200 антияпонских картин. 70% китайских художественных фильмов посвящены войне с Японией.

Давние противоречия и очень хорошая память осложняет решение проблем мирным путем. Подтверждением этому вполне могут служить последние события вокруг самого взрывоопасного вопроса в отношениях между Китаем и Японией — островов Сенкаку. В Поднебесной этот маленький архипелаг из восьми необитаемых островов в Восточно-Китайском море (ВКМ) площадью 7 км², расположенный в 170 км к северо-востоку от Тайваня, называют Дяоюйдао. Острова уже почти полвека принадлежат Японии, но на них претендуют и оба Китая.

В самом конце 2017 года на встрече с Генсеком Либерально-демократической партии Японии Тошихиро Никаем в Пекине государственный советник КНР Ян Цзечи пообещал подготовить взаимные визиты лидеров Китая и Японии. Прошлый год в отношениях между двумя крупнейшими азиатскими державами закончился на высокой ноте. Однако предпраздничное настроение продлилось недолго. Уже в середине января фрегат ВМС НОА Китая приблизился к островам Сенкаку. Китайский военный корабль далеко не первый раз проплыл в непосредственной близости от спорных островов, но в территориальные воды (20 км от берега) он не заходил. Возможно, этот демарш китайской стороны в Токио и стерпели бы, но вслед за фрегатом в водах Сенкаку была замечена подводная лодка. Жаркие споры об ее принадлежности прервало Минобороны Японии. Японские военные подтвердили, что это китайская атомная субмарина проекта 093 «Шань», вооруженная торпедами и крылатыми ракетами. Министр обороны Японии Ицунори Онодэра назвал появление субмарины «новой попыткой Китая в одностороннем порядке изменить статус кво островов, которая серьезно нагнетает напряженность в регионе». Ответ Пекина был стандартным: действия подлодки не нарушили ни одного закона международного морского права. Тем не менее, все разговоры о скорой встрече председателя КНР Си Цзиньпина и премьер-министра Японии Синдзо Абэ, естественно, пришлось отложить до лучших времен…

Лысые и расческа

В Пекине утверждают, что острова Сенкаку с древних времен принадлежат Поднебесной. Сейчас, однако, они находятся под контролем Японии. В 1972 году США, оккупировавшие архипелаг после окончания Второй мировой войны, передали их своему союзнику Токио.

Немногочисленные японские рыбаки ловили на Сенкаку полосатых тунцов и собирали перья альбатросов. Около сорока лет, до 1940 года, на островах работал рыбоперерабатывающий завод, на котором трудились свыше 200 человек. После его закрытия острова стали необитаемыми. Почти восемь десятилетий их изредка посещали лишь ученые.

Сенкаку мало кого интересовали до 1969 года, когда недалеко от них были найдены крупные месторождения нефти и газа. Сейчас они могут спровоцировать войну между Японией и Китаем. Ситуация схожа с конфликтом между Аргентиной и Британией из-за Фолклендских островов, которую Хорхе Борхес охарактеризовал как «драку между двумя лысыми из-за расчески».

Существование территориального спора признает только Китай. Японцы делают вид, что никакого спора нет, потому что острова принадлежат им. Сенкаку не раз ставили КНР и Японию на грань войны. Последний раз обстановка очень сильно накалилась 11 сентября 2012 года, когда правительство Японии выкупило острова Ёцудзима, Кита-Кодзима и Минами-Кодзима у их владельцев — семейства Курихара за 2,05 млрд иен. Через два года японцы построили на них маяк и пристань.

Инициатором этой провокационной покупки стал токийский губернатор Синтаро Исихара, известный крайне правыми политическими правами. Премьер-министру Йёсихико Ноде пришлось купить острова, чтобы Исихара не мог спровоцировать военный конфликт между Токио и Пекином. 3 мая, через считанные дни после апрельского заявления губернатора, в районе Сенкаку появились патрульные суда китайского управления рыболовства.

В ответ на протесты Токио китайские власти утверждали, что это рутинные миссии и что Китай имеет на них полное право. Дальше — больше. Пекин пообещал принять меры по защите островов Сенкаку, ссылаясь на Закон о защите морских островов. 14 сентября 2012 года китайские корабли вошли в территориальные воды архипелага.

Через несколько дней в спорных водах появилась целая флотилия кораблей и катеров береговой охраны КНР. Поблизости также были замечены два фрегата НОА Китая. Минобороны КНР пояснило, что военные патрули будут своевременно реагировать на ЧП. Речь, очевидно, шла о случаях, подобных тому, что произошел в 2010 году. Тогда китайский траулер, ловивший рыбу в территориальных водах Кубашимы протаранил два катера береговой охраны Японии, бросившихся за ним в погоню. К слову, в Токио утверждают, что часть китайских рыбаков на самом деле является переодетыми военнослужащими.

Токио отозвал на пару дней для консультаций своего посла из Пекина. Китай осенью 2012 года демонстративно отказался отмечать 40-летие установления дипломатических отношений с Японией. Во многих китайских городах прошли демонстрации протеста, участники которых нередко прибегали к насилию. Они осаждали посольство Японии и консульства, громили японские магазины и офисы японских компаний. Страховые платежи от погромов оценивались в десятки миллиардов иен.

Отношения после покупки японским правительством островов Сенкаку настолько ухудшились, что китайские представители отказались участвовать в заседаниях МВФ, проходивших в конце 2012 года в Японии.

К счастью, до конца 2012 года никаких серьезных ЧП в районе Сенкаку не произошло. В начале ноября 2014 года, казалось, достигнут компромисс: Ян Цзечи и советник премьер-министра Японии по национальной безопасности Шотаро Ячи подписали соглашение об ослаблении напряженности в ВКМ. Вскоре после этого Абэ и Си встретились в кулуарах саммита АТЭС в Пекине и подчеркнули необходимость ослабления напряженности в двусторонних отношениях. В первую очередь, речь шла, конечно об островах Сенкаку.

Надежды на достижение компромисса продлились две недели. 25 ноября три корабля береговой охраны Китая вошли в территориальные воды островов и покинули их через два часа. Естественно, в Токио были разочарованы таким развитием событий. 2014 год закончился проходом двух военных кораблей НОА Китая вблизи Сенкаку.

Ракетно-корабельные шахматы

Подобные происшествия уже давно стали нормой. Демонстративное появление атомной субмарины КНР в районе островов Сенкаку, как считают в Токио, свидетельствует о намерении китайского руководства повысить градус напряженности вокруг спорного архипелага.

Конфликт из-за Сенкаку напоминает шахматную партию, в которой противники делают ходы по очереди. Очевидно, что японцы теперь усилят системы обнаружения субмарин в ВКМ. Конечно, существует вероятность принятия Токио и ответных аналогичных мер, т. е. отправки в регион подлодок, что, естественно, приведет к дальнейшей эскалации напряжения.

Вскоре после инцидента с субмариной появилось сообщение о том, что японцы ускорили строительство военной базы на острове Исигаки, расположенном в 110 км от Сенкаку. Эта база должна стать передовым форпостом Сил самообороны Японии (ССО) в возможной войне с Китаем. На Исигаки сейчас заканчивается установка батарей для ракет и радаров. Базу будут обслуживать 600 военнослужащих. Предполагается установка, по информации лондонского Independent, американских ракет MIM-104 Patriots и противокорабельных ракет SSM-1s.

Строительство военной базы на Исигаки происходит в момент «милитаризации» Японии. Синдзо Абэ резко активизировал усилия по пересмотру пацифистской конституции Японии, принятой после Второй мировой войны и запрещающей Токио решать международные конфликты с помощью силы. Японии запрещено даже иметь собственную армию. Это требование конституции японское правительство легко обошло, назвав армию «силами самообороны».

Несмотря на пацифистскую конституцию силы ССО сегодня считаются одной из наиболее технически оснащенных и подготовленных армий планеты. Подготовке японской армии большое внимание уделяют и в Вашингтоне. В Америке Японию считают важным фактором сдерживания Китая в Тихоокеанском регионе и ключевым элементом американской стратегии в этом регионе планеты, сейчас ставшем для Пентагона главным. Министр обороны США Джеймс Маттис во время прошлогоднего визита в Токио подчеркнул, что Вашингтон полностью поддерживает Японию в споре из-за Сенкаку и намерен защищать ее в случае нападения Китая. США, напомним, под предлогом обеспечения свободной навигации патрулируют Китайские моря.

В январе в Японии был принят бюджет на 2018 финансовый год, который начинается 1 апреля. Военная часть бюджета стала рекордной. ССО получат на 1,3% больше средств, чем в прошлом году — $ 45,8 млрд.

Прикладная история

Удовлетворить аппетиты Пекина трудно. В Южно-Китайском море он, к примеру, претендует почти на все 3,5 млн км². Пекин претендует, пока, правда, только на уровне историков, и на архипелаг Рюкю с Окинавой. Напомним, на Окинаве, крупнейшем острове архипелага, располагается база США с 27 тыс. военнослужащих.

Требование о возврате Окинавы, которой Токио владеет более ста лет, выдвинули несколько лет назад известные китайские историки Чзан Хайпэн и Ли Гоцян. Эти притязания можно было бы списать на обычную национал-патриотическую пропаганду, если бы не место работы историков. Чзан и Ли работают в Китайской академии социальных наук. Не случайно требование было опубликовано в официальном рупоре КПК «Жэньминь жибао».

Много места авторы статьи уделили запутанной истории архипелага Рюкю. Долгие годы он действительно принадлежал Китаю. Рюкю стал японской префектурой лишь в конце XIX века. Пекин уступил острова по Симоносекскому мирному договору 1895 года, завершившему войну между Китаем и Японией. После Второй мировой войны острова были заняты американцами. Вашингтон формально вернул Окинаву японцам так же, как Сенкаку, в 1972 году.

Кстати, в Китае обширными познаниями в истории обладают не только ученые. К спору о Рюкю подключился и двухзвездный генерал Лю Юань. Он напомнил, что королевство Рюкю, существовавшее в средние века и включавшее в себя Окинаву, платило Китаю дань с 1372 года. Окинава важна для Китая еще и потому, что обладание ей дает им больше шансов в споре из-за Сенкаку. Дело в том, что Токио сейчас владеет этими островами частично благодаря обладанию архипелагом Рюкю.

На разных фронтах

Еще одним театром борьбы между Китаем и Японией является Южно-Китайское море, через которое проходит большая часть японских грузов и в первую очередь танкеры с нефтью. Естественно, Токио придает большое значение вопросам свободы судоходства в этом регионе и укрепляет связи с Ассоциацией государств Юго-Восточной Азии (ASEAN). Причем, не только в экономической, но и в военной сфере. К примеру, Япония и Филиппины провели в 2015 году в ЮКМ первые совместные морские учения. Манила купила у Японии 10 скоростных патрульных катеров. Токио много помогает в военной сфере и Вьетнаму.

Пекин всерьез заинтересовался ASEAN после финансового кризиса в Азии 1997 года. В 2010 г. Китай и ASEAN подписали соглашение о зоне свободной торговли (ACFTA). Последние 8 лет КНР является крупнейшим торговым партнером ASEAN. Блок, со своей стороны, третий торговый партнер КНР последние 6 лет. Объем торговли вырос за четверть века почти в 60 раз: с $ 7,9 млрд в 1991 году до $ 452,2 млрд в 2016 году. Наиболее активно Пекин торгует с Вьетнамом и Малайзией, на долю которых приходится почти 40% от всей торговли.

Япония является для ASEAN третьим торговым партнером после Китая и США. ASEAN является для Японии вторым торговым партнером после КНР. Однако в последние два десятилетия наблюдается тенденция постепенного снижения объемов торговли между Японией и ASEAN. Так, в 2015 году он составил $ 238 млрд. Причем, одной из главных причин снижения специалисты считают стремительный рост торговли между ASEAN и Китаем.

В отношении прямых иностранных инвестиций (FDI) в страны ASEAN Поднебесная пока отстает от Японии: в 2016 году $ 9,799 млрд и $ 11,536 млрд соответственно. Правда, следует иметь в виду, что в статистике не участвуют FDI Гонконга. В ряде стран: Камбоджа, Лаос, Мьянма китайские инвестиции уже превзошли японские.

В воздухе тесно так же, как на воде

О том, как легко может вспыхнуть конфликт из-за островов Сенкаку, можно судить по событиям четырехлетней давности. В ноябре 2013 года Китай сообщил о расширении Зоны идентификации ПВО в Восточно-Китайском море, в которую попали и острова Сенкаку. В Пекине объявили координаты новой зоны воздушной обороны и заявили, что китайские вооруженные силы будут предпринимать все необходимые меры оборонного характера против любого летательного аппарата, который пересечет границы зоны и откажется подчиняться приказам.

Через несколько дней воздушное пространство над Сенкаку уже патрулировали китайские истребители. Перед этим два японских истребителя F15 были подняты в воздух на перехват двух китайских самолетов-разведчиков. Отметились над островами и два американских бомбардировщика B-52.

Крайне опасный инцидент произошел в небе над ВКМ и в конце мая 2014 года, когда в регионе проходили совместные российско-китайские военно-морские учения. Тогда лишь чудом удалось избежать столкновения японских самолетов-разведчиков с китайскими истребителями. Пекин и Токио обменялись нотами протеста.

Подобная активность военных самолетов в спорном районе показывает, насколько высока вероятность даже не запланированного, а случайного военного конфликта между странами. Токио и Пекин регулярно проводят учения, в ходе которых отрабатывается захват и защита островов от условного противника. Естественно, в Пекине им считают японцев, а в Токио — китайцев.

Ситуацию осложняет договор о взаимном сотрудничестве и гарантиях безопасности между США и Японией, подписанный в 1960 году. По нему в случае нападения на Японию третьей страны США обязаны оказать союзнику военную помощь. Т. е. существует вполне реальная угроза крупномасштабного военного столкновения и между Пекином и Вашингтоном.

Многие политологи считают, что вероятность решения спорных вопросов между Китаем и Японией за столом переговоров ниже, чем вероятность возникновения военного конфликта. Возникает замкнутый круг. Каждое обострение территориальных споров вызывает резкое усиление националистических настроений. Националисты, которых в обеих странах хватает, вынуждают политиков занимать жесткую позицию, что еще больше осложняет поиск компромисса.

Сергей Мануков

Обычное поведение японца вызывает комплексы у китайца | Мир | ИноСМИ

В отношениях между Японией и Китаем, как всегда, без признаков перемен к лучшему. Недавно китайское правительство предложило провести встречу между главами стран Японии и Китая с условием «отложить проблему в долгий ящик», но только что стало известно, что японская сторона отклонила это предложение. 

Такая ситуация продолжается с переменным успехом вот уже почти год. При этом мне всегда казалось странной одна вещь. Почему экономическое взаимодействие и обмен между Китаем и Японией так интенсивны, но, несмотря на это, «хороший образ Японии» никак не передается Китаю? Сейчас с развитием интернета и увеличением объемов поступающей информации не только не произошло сокращения недопонимания, но и появилось недоверие. Неужели взаимопонимание не будет развиваться? – вот такой простой вопрос.

Может быть, проблема в средствах передачи информации? Или существует другая особенная причина, затрудняющая передачу «правильной информации» о японо-китайских отношениях между людьми?

Ведь мне приходилось общаться со многими китайцами, при этом мне совершенно не кажется, что их представление о Японии настолько ужасно. Возможно, сыграл фактор того, что в основном я встречаюсь с людьми, относительно положительно настроенными по отношению к Японии. Но разве не будет лучше распространить более правильную информацию и хорошие представление о «настоящей Японии» среди большинства китайцев, которые никогда не выезжали за пределы страны, посредством их соотечественников, настроенных более положительно?

Мое личное наблюдение в том, что те люди, которые непосредственно общались с японцами, как минимум не имеют такого плохого представления о Японии. Мне кажется, что ключевое влияние на хороший образ страны оказывает возможность взаимных прямых контактов между людьми.

Я попробовала опросить несколько своих знакомых китайцев, что они думают по поводу моей туманной идеи.

Самая трудная тема для разговора после возвращения домой о Японии

«Когда я обучался в Японии во время стажировки, то самым тяжелым для меня были семейные сборы во время празднования китайского нового года, когда я возвращался домой. Если вдруг речь заходила о новостях из Японии, то дяди и тети наперебой начинали злословить в адрес Японии. При этом все знали о том, что я там учусь. Однако совершенно не обращали на этот факт никакого внимания. Я просто молча зарывался в тарелку с едой и занимался ее поглощением, пока буря не проходила мимо…»

10 лет назад работник клиники традиционной китайской медицины в Шанхае Чэнь Вэйбинь (45 лет) возвратился на родину. Я периодически общаюсь с этим человеком примерно раз в год, но эти слова я слышала от него 7-8 лет назад. Недавно я встретилась с ним вновь и мы вернулись к тому разговору, на что он сказал мне: «По сей день ничего не изменилось. Мои родственники все так же ненавидят Японию».

«Ничего не попишешь. Ведь никто из них никогда не был в Японии, даже ни разу не говорил с японцем. В их голове один образ «японских чертей» (оскорбительное слово в адрес Японии). Что будет, если возразить? Никто не поверит ни одному моему слову. Одни слова бессмысленны. Если завести об этом речь, то будешь наоборот атакован со всех сторон. Поэтому я оставил всякие надежды на то, что они смогут понять Японию».

Сейчас его жизнь и работа практически никак не связаны с Японией. Возможно, опыт обучения в Японии пригодился ему, чтобы устроить свою жизнь, но с другой стороны его связь с Японией становится все слабее.

Я направила такой же вопрос в электронном письме своему знакомому по Пекину, бизнесмену Се Вэньбину (50 лет). Се в течение более 10 лет работал в японской компании, сейчас он вернулся в свой родной Пекин и работает на китайскую фирму.

«Как же мне знакомо тяжелое чувство г-на Ченя. Наверное, практически все китайские студенты, стажировавшиеся в Японии, включая меня, проходят через одинаковые мучения. Возьму свой пример. Я в одиночестве пытаюсь поправить образ Японии в Китае, объясняя, что на самом деле Япония другая. Однако мои родственники и друзья берут на вооружение какой-нибудь пример, увиденный по телевизору, и используют его как щит, нападая на Японию. В таких случаях спорить с ними становится бесполезно…»

Родственники приводят в качестве примера проблему наказаний и издевательств в японских школах. В Китае не углубляются в подробное разъяснение обстоятельств и причин, но когда обычный китаец слышит подобные новости, то он сразу же ассоциирует их с Китайско-японской войной. И хотя поколение его родственников уже не сталкивалось с войной, но тот «негативный образ Японии», который культивируется в антияпонских сериалах и учебниках истории, только подпитывается материалами о насилии и издевательствах, позволяя утверждать: «Вот она, Япония». «Да нет же, это только одно незначительное событие…», — сложно переубедить их таким возражением.

Когда поднялась проблема островов Сэнкаку, было то же самое. Мэр Токио Исихара выдвинул план о покупке островов в собственность префектуры Токио, а премьер-министр Нода позволил этой теме выйти наружу. Мои родственники в один голос обрушились на Се: «Получается, что премьер – это лидер государства, почему же он не подавил какого-то местного начальника Исихару? Значит, на самом деле они все заодно». В Китае система власти, когда центральному правительству подчиняются все регионы, в корне отличается от японской государственной системы. Се пояснил, что «в Японии местные органы управления отделены от центральной власти», но никто его не понял.

В качестве еще одной причины того, что «в Китае не распространяется положительный образ Японии», я услышала от своего бывшего преподавателя китайского в Токио Чжоу Синхуа (58 лет) то, что меня немного успокоило. Когда я позвонила ей по телефону, она честно призналась: «Я слежу за тем, чтобы не говорить от себя о том, как хороша Япония». Для того чтобы расспросить ее подробнее, я села на скоростной поезд из Шанхая и доехала до Ханчжоу, где живет Чжоу.

Удар со стороны родственников

Чжоу рассказала следующее.

«Когда я раньше ездила в Японию, то друзья просили меня привезти им разные вещи, вручая список покупок. Японские вещи были в почете, потому что они не ломались и у них было хорошее качество. Однако в последнее время у всех появилась возможность съездить в Японию самим. После этого мне стали задавать более подробные вопросы: «Сколько стоит поесть крабов на Хоккайдо?» или «В какой магазин лучше пойти на Гиндзе, чтобы приобрести такую-то брендовую сумочку?».

Чжоу по мере сил старалась все разузнать и отвечать на все вопросы, да и друзья теперь могли сами получить немало информации о Японии в интернете. Количество информации о Японии увеличилось  в несколько раз за последние годы, люди перестали задавать анахронические вопросы, стало казаться, что возросли понимание и интерес по отношению к Японии.

Но в один прекрасный момент Чжоу позволила себе сказать лишнее и получила неожиданный отпор со стороны друзей. А сказала она всего лишь следующее:

«Японцы не станут вас обманывать с пересылкой, поэтому все в порядке, можно не волноваться».

Чжоу просто хотела быть вежливой. В Китае фирмы-посредники могут обмануть вас на каждом шагу, поэтому нужно всегда быть очень внимательным, но в Японии такого нет. Она хотела объяснить, что в любой японской компании могут предоставить услуги высокого уровня, но поведение друзей вдруг резко изменилось.

«Ты что же, хочешь сказать, что китайцы непременно надурят с пересылкой, а японцы никогда!?»

Услышав такие слова от обычно вежливых друзей, Чжоу замерла от удивления. Она извинилась и сказала, что не имела ничего подобного в виду, но в ответ получила насмешку: «Тебя не обманывают только потому, что ты говоришь по-японски».

Такое случалось не только с теми друзьями. Когда Чжоу собиралась поехать в Японию на лечение, то другой знакомый сказал ей: «Хорошо тебе с видом на жительство. Ты можешь в любой момент поехать в Японию. А вот если я заболею такой же болезнью, меня никто кроме китайского шарлатана и не осмотрит». Услышав такие слова, она помрачнела.

«Об этих вещах я могу говорить только с Вами, но ни за что не стану со своими китайскими друзьями. Потому что никогда не знаешь, где поскользнешься. Как ни прискорбно, но пока в Китае ситуация такова, что если ты начнешь хвалить другую страну, то окружающие будут тебя ненавидеть. Мы стали сильной страной, но никак не можем забыть унижений прошлого и до сих пор страдаем неуверенностью в себе и комплексом неполноценности. В Китае до сих пор многие вещи нельзя купить, нельзя себе позволить ни за какие деньги…»

Вспоминается случай, когда мы общались с одним китайским знакомым из Шанхая в лобби отеля, он краем глаза заметил японца в высокоэффективной маске: «А ведь здесь такого не увидишь. Это символ отличия от китайцев. Он же приехал всего на пару дней, а ведет себя так демонстративно. Не помешало бы и ему влезть в нашу шкуру и подышать таким грязным воздухом 365 дней в году», — смеялся он и над собой.

Даже своим обычным поведением японцы провоцируют комплекс неполноценности

Но этот китаец, несмотря на свои слова, очень любит Японию, и прекрасно понимает, что маска на самом деле ничего не значит.

«Однако японцы могут с легкостью получить то спокойствие и чувство безопасности, которое мы, китайцы, не можем заполучить, как бы нам этого ни хотелось. Поэтому у китайцев может временами возникать чувство неполноценности и раздражение в отношении японцев, которые считают эти вещи само собой разумеющимися и даже не задумываются о благодарности (с точки зрения китайцев)». 

Мой друг высказал свои истинные чувства. «Наверное, рафинированные японцы никогда не поймут чувства нас, китайцев, которые выживают в суровых условиях», — я не знала, как себя вести, услышав такие слова.

Каким бы дорогим воздухоочистителем вы ни пользовались, в каком бы высококлассном доме вы ни жили, проблему атмосферного загрязнения не решить с помощью денег и усилий одного человека. Не так давно прокатились шокирующие новости о том, что стандарты безопасности для известного в Китае бренда минеральной воды были ниже, чем для воды из-под крана, а в разбогатевшей стране перестало хватать безопасных молочных смесей для младенцев, в результате чего люди решали эту проблему, направляясь за смесями в Гонконг. Даже заказав самые дорогие блюда в первоклассном ресторане, ни один китаец не может быть на 100% уверенным в безопасности использованных для приготовления продуктов.

Даже с кучей денег и кредиток в кошельке китаец должен всегда переживать и быть начеку, находиться в состоянии стресса, не будучи до конца уверенным даже в стабильности повседневной жизни. Поэтому когда их друзья, хорошо знающие Японию, оптимистично говорят о том, что «в Японии продукты не только дешевые, но и безопасные, в Японии можно пить воду из-под крана, и с желудком ничего не случится», то китайцы только раздражаются. Даже если не пытаться хвалить Японию, а просто упомянуть в разговоре, то такое откровение может закончиться для вас плачевно.

Знаете ли вы, что таких стран, в которые гражданин Китая может поехать без визы, практически нет? Каким бы вы ни были богатым, но если у вас китайское гражданство, то вам необходимо получать визу перед поездкой почти в любую страну, при том что степень доверия к вашему паспорту тоже довольно низкая. Однако с Японией все наоборот, и страны, для поездки в которые японцу нужна виза, например, Индия, можно пересчитать по пальцам. Один из моих друзей, ставший гражданином Японии, не подумав, сказал знакомому в Китае: «Японский паспорт предназначен для въездных-выездных штампов, поэтому он тоньше», — на что китаец изменился в лице от ненависти. (На самом деле японский паспорт содержит 44 страницы, а китайский 48, поэтому разницы практически нет. Однако в китайский паспорт вклеивается больше виз, поэтому он выглядит толще японского. Видимо, это и сказалось на ошибочном представлении моего знакомого).

Другими словами в Японии существуют такие вещи, которые китаец не сможет купить ни за какие деньги, что служит источником зависти и предубеждений.

Конечно же, это только одна сторона вопроса. Для китайцев большое значение имеет и история войн. Какой бы великой державой она не являлась до этого, но она почувствовала вкус унижения в результате захвата странами Европы, США и Японией после Опиумной войны. Население, которое всю жизнь боролось с голодом, даже разбогатев, до сих пор чувствует себя жертвой и испытывает комплекс неполноценности. Выкарабкавшись из такого прошлого и наконец добившись экономического роста, эта страна добралась до второго места в мире по объемам ВВП.

Обратная сторона «чувства нестабильности», не соответствующая статусу сильной державы

«Мы смогли этого добиться», — радость и чувство уверенности в себе омрачает обратная сторона жизни, в которой нет душевного спокойствия, о чем лучше всего известно самим китайцам. До сих пор остаются «воспоминания об унижении» и психологические травмы, которые еще не зажили. Поэтому не проходят такие чувства, как: «Наверное, Япония и Европа с Америкой до сих пор смотрят на нас сверху вниз. Почему это над нами насмехаются, несмотря на то, что мы крупная держава».

Китайские студенты, стажирующиеся в Японии, практически непременно услышат следующий вопрос от своих соотечественников из Китая: «Японцы, наверное, издеваются над китайцами, которые находятся в Японии?» «Такого нет. Японцы очень вежливые», — в прямой честный ответ никто не поверит.

Один из китайских студентов объяснил мне, как поворачивает разговор, услышав такой вопрос.

«Японское общество проявляет чрезмерную заботу. Даже по отношению ко мне, студенту, все окружающие проявляли исключительное внимание. Поэтому я чувствовал себя комфортно, даже находясь в Японии. Возможно, японцы на самом деле не любят китайцев, но внешне они ведут себя исключительно вежливо».

В Китае существует распределение статусов, по которому «тот, о ком заботятся, находится выше». Именно поэтому все его китайские друзья полностью удовлетворяются таким объяснением и выглядят довольными.

«Возможно, я опечалю японцев тем, что я веду подобные речи, поэтому хочу извиниться. Но это можно назвать ложью во благо, ведь я стараюсь улучшить представление о Японии в Китае. Я считаю, что для того чтобы сомневающийся китаец смог определиться в своем отношении к Японии необходим такой «обман во благо». Сейчас как раз идет такой процесс. Поймите меня правильно».

Вот что он мне рассказал. Довольно интересная точка зрения об «обмане во благо».

Люди, стоящие между Японией и Китаем, в большей или меньшей степени всегда страдают от таких разговоров, наверное, им действительно тяжело распространить хоть немного лучшее представление об обеих странах, периодически сталкиваясь с недопониманием.

Сама я во время разговоров с китайцами всегда учитываю в уме позицию собеседника, как и этот студент. Хотя думаю, что вряд ли возможно быть с ними полностью откровенной, не задев при этом их гордость.

Причина для уступок в том, что все мы взрослые люди

Например, один китаец спросил меня о ценах в Японии. Я объясняю, сколько в среднем стоит поесть японский рамен в Токио и сходить в питейное заведение. Добавляю вывод: «Япония, в отличие от Китая, не испытывает экономического роста вот уже несколько лет, поэтому цены тоже практически не поднялись по сравнению с десятилетней давностью. Ведь это кажется так дешево для Шанхая, где цены растут, как на дрожжах».

Когда я рассказываю о том, что в популярных ресторанах Токио нужно бронировать стол, я не говорю в лицо о том, что «если идти наугад, как это делают китайцы, то, конечно же, никуда не попадешь», а говорю так: «Японцы в силу своего характера очень за все переживают, поэтому они планируют на несколько дней вперед. Поэтому все хорошие места всегда забронированы, и вам тоже лучше сделать так же». Такие слова китайцы расценивают как справедливые.

«Почему это только японцы должны заботиться о чувствах китайцев, разве не нужно искать компромисс?» — возможно, скажут японцы. Мне кажется, что в этих отношениях «вечных соседей» не стоит делить на высших и низших, а для начала можно, смирив свои чувства, постучаться в дверь напротив со словами приветствия, и если не уступить, то построить добрососедские отношения не удастся никогда. Ведь тот, кто наберется смелости первым постучаться в дверь, тот и может считаться «взрослым».

Смысл в том, что увидеть в человеке настоящего соседа, попробовать встать на его позицию, сделать первый шаг, заговорив, – это основы этикета общения с людьми, они же должны применяться и в отношении жителей других стран. Мне кажется, что это кратчайший путь к самостоятельному улучшению образа страны.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Чем отличаются китайцы от японцев

Китай и Япония относятся к азиатским странам. Большую часть их населения составляют представители монголоидной расы. Для европейцев китайцы, японцы, корейцы, монголы и другие азиатские народы кажутся похожими внешне. На самом деле, каждая национальность имеет ряд характерных черт, обусловленных биологическими, социальными и культурными факторами. Чем же отличаются китайцы от японцев?

Китай – крупное континентальное государство с рекордным количеством жителей. Япония – небольшое, густонаселенное островное государство. По мнению многих этнологов, японцы являются переселенцами из Китая, давным-давно уплывшими из переполненных деревень на свободную территорию. Этим объясняется сходство культурных и языковых традиций. Как бы там ни было, современные японцы сильно отличаются от китайцев, и спутать их практически невозможно.

Наиболее явным внешним отличием китайцев считается узкий разрез глаз. У всех азиатов веки расположены достаточно низко, однако именно у китайцев это сильнее всего выражено. Кроме того, многие представители этого народа имеют одинарное веко. Японцы же, напротив, имеют круглые выпуклые глаза.

Сочетание светлой кожи, темных глаз и волос – отличительная черта всех азиатов. Но и здесь есть одна особенность. Наощупь волосы китайцев достаточно жесткие и непослушные. Японцы, наоборот, могут похвастаться пышной шелковистой шевелюрой. Сравнение оттенков кожи также может быть весьма показательным. Если японцы знамениты светящейся фарфоровой кожей, то китайцы – более смуглые, желтоватые. Причиной тому называются климатические различия государств.

С биологической точки зрения, кости японцев более тонкие и хрупкие. Научного объяснения этого факта нет, однако, именно ему представители страны Восходящего Солнца обязаны легкой грациозной походкой и изящной осанкой. Телодвижения китайцев всегда более жесткие и резкие. Кроме того, череп китайцев более сплющенный и широкий, с подчеркнутыми скулами.

Есть мнение, что среднестатистические японцы выше китайцев на 10 см. На острове практически не встретить людей с избыточным весом, в то время как Китай уже подвергся пагубному влиянию фаст-фуда. Здесь все чаще фиксируются случаи ожирения.

Культурные различия двух стран отразились и на внешнем виде жителей. Так, благодаря особенностям национального костюма, японки на протяжении многих лет искусственно искривляли свои ноги. Современные представительницы нации редко могут похвастаться ровными конечностями, в отличие от китаянок.

Японцы прилагают массу усилий для поддержания красоты и гигиены. Косметические средства их производства считаются лучшими в мире. Чистота тела – важный признак японца. В любом возрасте они заботятся о состоянии кожи, волос, ногтей и одежды. Китайцы не отличаются особым рвением в этой области. Даже в крупных городах можно встретить женщину с грязными волосами или без маникюра. В провинции таких жителей большинство.

Понятия о красоте в Японии и Китае также разнятся. Если жители Поднебесной тяготеют к неестественным цветам, то японцы выступают за натуральность. Это различие проявляется в выборе макияжа и одежды. Можно сказать, что японцы более стильные и элегантные, чем китайцы.

Очень просто отличить китайца от японца по поведению. Первые ведут себя очень шумно. Китайцы громко разговаривают, много жестикулируют, проявляют яркие эмоции даже с незнакомыми людьми. В Японии разговаривают тихо и вежливо, не перебивая.

Выводы:

  1. Китайцы отличаются более узким разрезом глаз.
  2. Кожа японцев светлее, а волосы мягче и пушистее.
  3. С биологической точки зрения, кости японцев более тонкие и хрупкие.
  4. Среднестатистические японцы выше китайцев на 10 см.
  5. В Китае много людей страдает ожирением, в Японии – нет.
  6. Японцы уделяют больше внимания чистоте и гигиене.
  7. Китайцы тяготеют к неестественным цветам, японцы выступают за натуральность.
  8. Китайцы более шумные и импульсивные, чем японцы.

Сравниваем японские и корейские автомобили — какие лучше?

Не секрет, что в век глобализации различия между машинами, произведенными в разных странах, постепенно сходят на нет. Но, все же, автомобили, выпускаемые в двух соседних азиатских странах (Японии и Корее), имеют свои характерные особенности. Так какую иномарку выбрать: японскую или корейскую?

Прославленные японцы

Несомненное преимущество японских авто заключается в том, что они раньше завоевали мировой автомобильный рынок. Таким производителям из Страны восходящего солнца, как Toyota, Mitsubishi, Honda и Mazda, уже никому ничего не нужно доказывать, поскольку всем давно известно, насколько технологичны, практичны и резвы эти автомашины.

Взять хотя бы двигатели, разрабатываемые в Японии. Это в большинстве своем высококачественные, надежные и неприхотливые агрегаты, ресурс которых достигает 500 тыс. км. Кроме того, инновационные моторы Mazda, например, которые при повышенной мощности характеризуются пониженным потреблением топлива.

Японская подвеска считается одной из лучших в мире, вообще. Адаптированная для российских условий подвеска (с увеличенным клиренсом) типа Макферсон обладает ресурсом 150 тыс. км.

А вот в плане трансмиссии, как считается, у японцев не все так хорошо. У экспертов и потребителей возникают подчас вопросы к роботизированным и автоматическим коробкам передач современных моделей Toyota.

Экстерьер японцев — агрессивный, целеустремленный, порой даже хищный. Кузов этих машин обычно заряжен на скорость, и отличается привлекательным внешним видом. Но что касается салона, в последние годы японские производители начали ощутимо экономить на материалах (включая шумоизоляцию, сиденья и пластик в салоне). С удобством и эргономикой в бюджетных моделях также бывают проблемы (яркий пример — новый Nissan Almera, не всем он пришелся по душе).

В целом, японские автомобили постепенно теряют лидерство на азиатском рынке, проигрывая уже очень многим корейским моделям в таком показателе как цена-качество.

Корейские вундеркинды

Главная особенность корейцев — в том, что они за каких-то 15 лет повторили успех, к которому Япония шла полвека. Последние достижения корейских автозаводов (Hyundai, KIA, Daewoo, а также SsangYong) свидетельствуют: машины, создаваемые в Корее, ничуть не хуже многих японских, и даже кое-где превосходят их!

Важно, что корейские автогиганты отнюдь не занимаются копированием, как их соседи китайцы, а представляют совершенно оригинальные разработки, многие из которых значительно превосходят то, что удается делать японцам.

И снова начнем с двигателей, у Hyundai и KIA они практически не уступают японским. Та же надежность, тот же ресурс — до 500 тыс. км и более. Похожие достижения — в плане мощности и экономичности моторов.

С приводом также все в порядке: они выносливые, надежные, ресурса хватает более чем на 100 тыс. км. А корейская трансмиссия выглядит, пожалуй, даже лучше японской. Практически на всех новых моделях есть 6-ступенчатые коробки, как механических, так и автоматах. При этом ресурс трансмиссий порой достигает 500 тыс. км.

Было время, когда слабым местом корейцев считали подвеску (будто ее хватало на 25 тыс. км). Но сегодня, по прошествии опыта эксплуатации корейских авто в России, можно с уверенностью сказать: Hyundai и KIA ходят ничуть не хуже той же Тойоты. По качеству подвески Hyundai Elantra опережает Toyota Corolla, а Solaris — и вовсе лучший в классе (в России).

Дизайн корейских машин вполне соответствует мировым трендам автомобилестроения. Корейцы выпускают оригинальные автомобили, которые красивы снаружи и внутри. Стоит отметить также достойное качество салонов. Кроме того, новые модели Киа и Хендай оснащаются по последнему слову техники: в наличии — USB, AUX, круиз-контроль, автоматическая парковка и т. п. Причем, цены, как и прежде, держатся в среднем диапазоне. И это — при 5-летней гарантии на машины.

Вывод

Вот и выходит, что японцы — признанные лидеры рынка, но, если нет нужды переплачивать за бренд, то вполне можно остановить выбор на корейской модели. Корейцы плотно конкурируют сегодня практически во всех сегментах автомобильного рынка, за исключением разве что премиального класса.


Враждебных соседей: Китай против Японии

Китай и Япония — соседние экономические и военные державы — относятся друг к другу с пренебрежением, питают в основном негативные стереотипы друг о друге, расходятся во мнениях по поводу наследия Японии Второй мировой войны и беспокоятся о будущих столкновениях.

Две страны Восточной Азии связывают многовековые отношения, перемежающиеся крупными конфликтами и раздорами. Совсем недавно Пекин и Токио спорили о суверенитете над группой необитаемых островов в Восточно-Китайском море, которые японцы называют Сэнкаку, а китайцы — Дяоюйдаоюй.

Сегодня только 11% японцев положительно относятся к Китаю, в то время как 14% китайцев говорят, что они положительно относятся к Японии. В обеих странах положительные взгляды на другую нацию снизились с 2006 года.

Китайско-японскую антипатию можно также рассматривать в региональном контексте. Под влиянием истории, экономических связей и текущих событий взгляды азиатской общественности друг на друга сильно различаются.

Австралия имеет прочные экономические связи как с Китаем, так и с Японией.На Китай приходится 34% экспорта Австралии, а Япония — второй по величине экспортный рынок Австралии, на который приходится 18% австралийского экспорта. Около восьми из десяти австралийцев (79%) высказывают положительное мнение о Японии. Но только 52% положительно относятся к Китаю.

индийцев также более позитивно относятся к Японии, чем к Китаю. Множество индийцев положительно относятся к Японии (44%), тогда как гораздо меньшая часть (22%) рассматривает Японию в негативном свете. Китай же получает больше отрицательных отзывов в Индии (36%), чем положительных (31%).Около трети индийской общественности не выражает никакого мнения о Китае или Японии.

Это основные результаты опроса Pew Research Center, проведенного среди 7618 респондентов в четырех странах: Китае, Японии, Австралии и Индии. Опрос проводился с 6 апреля по 29 мая 2016 года.

Стереотипы в значительной степени негативные

Стереотипы могут многое рассказать о предположениях, иногда предвзятых или предвзятых, которые влияют на то, как люди относятся к членам других групп.

В случае Китая и Японии общественность склонна в основном придерживаться негативных стереотипов друг о друге.Китайцы и японцы считают друг друга жестокими. Примерно восемь из десяти японцев называют китайцев высокомерными, в то время как семь из десяти китайцев рассматривают японцев в этом свете. Примечательно, что около трех четвертей японцев считают китайцев националистами. Но только около четырех из десяти китайцев связывают это слово с японцами. Ни одна из сторон не считает другую честной.

Между японцами существует разрыв во взглядах на китайцев. Пожилые японцы — в возрасте 50 лет и старше — чаще, чем японцы в возрасте от 18 до 34 лет, считают китайцев националистами.И японцы старшего возраста менее склонны, чем молодое поколение, полагать, что китайцы трудолюбивы или современны.

История остается невралгической проблемой в китайско-японских отношениях. Спустя семь десятилетий после окончания Второй мировой войны у обеих сторон резко разошлись представления о том, достаточно ли сожалеет Япония о своем поведении в военное время.

Примерно половина японцев говорят, что их страна достаточно извинилась за свои военные действия в 1930-х и 1940-х годах.А с 2006 года такие настроения выросли на 13 процентных пунктов. Китайцы смотрят на этот вопрос иначе. Только 10% китайцев считают, что Япония достаточно извинилась. А разница в настроениях японцев и китайцев за последнее десятилетие выросла с 37 до 43 пунктов.

Мало того, что восприятие общей истории стран различается, но и ожидания в отношении будущего китайско-японских отношений также в значительной степени негативны. Восемь из десяти японцев (80%) и примерно шесть из десяти китайцев (59%) обеспокоены тем, что территориальные споры между Китаем и его соседями могут привести к военному конфликту.

Партизанский раскол в Японии

Отношение японцев к Китаю отмечено партийными разногласиями. Сторонники консервативной Либерально-демократической партии страны (ЛДП) более критически относятся к Китаю, чем сторонники оппозиционной Демократической партии Японии (ДПЯ). 46% японцев, которые идентифицируют себя с правящей ЛДП, имеют очень неблагоприятное отношение к Китаю. Только 30% тех, кто поддерживает оппозиционную ДПЯ, разделяют такой резкий негатив.

Примечательно, что те, кто идентифицирует себя с ЛДП, также более критично относятся к Южной Корее, чем сторонники ДПЯ.

Сторонники ЛДП и ДПЯ также различаются по китайскому национализму: сторонники ДПЯ гораздо чаще, чем сторонники ЛДП, считают китайцев националистами (87% против 72% соответственно).

Кроме того, сторонники ЛДП (59%) с большей вероятностью, чем сторонники ДПЯ (47%) верят, что Япония достаточно извинилась за свои военные действия в 1930-х и 1940-х годах. Со своей стороны, сторонники ДПЯ с гораздо большей вероятностью скажут, что Япония принесла извинения , а не . И хотя 22% сторонников ЛДП говорят, что Токио не за что извиняться, с этим согласны только 12% сторонников ДПЯ.

Диспептические взгляды друг на друга

Только 11% японцев сегодня положительно относятся к Китаю. А за последнее десятилетие средний показатель предпочтения Китая среди японцев составлял всего 18%.

Враждебность японцев к Китаю несколько различается от поколения к поколению. Пожилые японцы — люди в возрасте 50 лет и старше — особенно неблагоприятны по отношению к Китаю (48% — очень неблагоприятно). Японцы в возрасте от 18 до 34 лет менее резко отрицательны (32% — очень отрицательно).

Со своей стороны, китайцы также мало уважают Японию.Сегодня только 14% высказывают благоприятное мнение о своем азиатском соседе, что соответствует среднему значению имеющихся данных за последнее десятилетие.

И японцы, и китайцы видят других своих основных азиатских соседей более позитивно, чем друг друга, хотя они по-прежнему часто смотрят и на других соседей в негативном свете.

Более половины (54%) японцев положительно относятся к Индии, по сравнению с 65% в 2006 году.

В отличие от , только 27% японцев положительно относятся к Южной Корее.Наследие колониальной оккупации Кореи Японией остается болезненным моментом в двусторонних отношениях. А недавно Сеул потребовал от Токио взять на себя большую ответственность за «женщин для утех», корейских женщин, которых заставляли работать секс-работниками во время Второй мировой войны. Это может объяснить, почему отношение Южной Кореи к Японии в 2016 году примерно вдвое меньше положительных настроений Японии (56%), выраженных в 2006 году.

Напротив, 55% китайцев положительно относятся к Южной Корее. Такие настроения несколько снизились по сравнению с 2006 годом (63%).

Китайцы гораздо менее позитивно настроены по отношению к Индии. Лишь 26% положительно относятся к своему южному соседу, с которым Китай уже более полувека ведет многочисленные территориальные споры. За последнее десятилетие мнение Китая об Индии снизилось с 33% в 2006 году.

Китайско-японские стереотипы

Китайцы и японцы в течение некоторого времени придерживались довольно сильных и часто отрицательных стереотипов друг о друге. А в некоторых случаях эти взгляды ухудшились за последнее десятилетие.

В 2006 году половина японцев считала китайцев агрессивными. В 2016 году примерно семь из десяти японцев видели китайцев в таком негативном свете. Кроме того, 74% японцев в возрасте 50 лет и старше считают китайцев агрессивными, в то время как 60% японцев в возрасте от 18 до 34 лет относятся к китайцам именно так.

Примерно восемь из десяти японцев ассоциируют высокомерие с китайцами. Только около двух третей заявили, что китайцы были высокомерными десять лет назад.

Более шести из десяти японцев (64%) считали, что китайцы трудолюбивы в 2006 году, но сейчас только около четырех из десяти (42%) считают их так.Опять же, более критически настроены японцы старшего возраста (хотя японцы старшего возраста чаще не высказывают своего мнения): только 35% японцев в возрасте 50 лет и старше связывают трудолюбие с китайцами, в то время как 60% молодых японцев видят китайцев в этот свет.

Практически без изменений среди японцев остается вера в то, что китайцы современны: 29% сказали это о китайцах 10 лет назад, и 25% придерживаются этого мнения сегодня.

Отношение японцев к китайцам немного изменилось в связи с восприятием китайцев как националистов.В 2006 году 82% считали китайцев националистами. Сегодня 76% считают их такими. Разрыв между поколениями разделяет это восприятие японцев: 80% японцев старшего возраста считают китайцев националистами, а 65% молодых японцев с этим согласны. А 87% ДПЯ и 72% сторонников ЛДП считают китайцев националистами.

Китайцы также разделяют негативные стереотипы о японцах. Семь из десяти и более китайцев связывают насилие (74%) и высокомерие (70%) с японцами. Первое мнение выросло на 9 процентных пунктов с 2006 года.

Лишь половина китайцев считают японцев современными, по сравнению с примерно двумя третями десять лет назад. А доля китайцев (34%), которые считают японцев трудолюбивыми, с 2006 г. сократилась почти вдвое (61%). Для сравнения, согласно опросу Pew Research Center в 2015 году, 94% американцев считали японцев трудолюбивыми.

В то же время китайцы стали менее критичными по отношению к японскому национализму. Примерно две трети китайцев считали японцев националистами в 2006 году; сегодня примерно четыре из десяти видят их такими.

Примечательно, что только 15% китайцев считают японцев честными, что не изменилось по сравнению с десятилетием назад. Японцы так же низко относятся к китайцам — 12% считают их честными — и это примерно половина числа тех, кто считал китайцев честными 10 лет назад. (В опросе 2015 года 71% американцев считали японцев честными.)

Стратегическое восприятие: оглядываясь назад, глядя вперед

Искупление Японии своей деятельности в Китае до и во время Второй мировой войны является постоянным источником трений в китайско-японских отношениях.Японцы считают, что выразили сожаление по поводу своего поведения, в то время как китайцы с этим не согласны.

Среди японцев 53% говорят, что они достаточно извинились за военные действия своей страны в 1930-х и 1940-х годах. Такое мнение выросло с 40% в 2006 году. За этот период доля населения, считающего, что Япония недостаточно извинилась, упала на 21 процентный пункт, с 44% до 23%. Примечательно, что каждый шестой японец (17%) считает, что извинений не требуется.

Китайцы совершенно иначе смотрят на раскаяние Токио в связи с войной. Примерно три четверти (77%) считают, что Япония не выразила должного сожаления, и такое отношение Китая в основном не изменилось с 2006 года. Только 10% считают, что Токио достаточно извинился.

Китайско-японские трения — это не только проблема исторического значения. В Восточной Азии такая напряженность по-прежнему вызывает беспокойство, поскольку Пекин и Токио затягивают споры о том, кто имеет суверенитет над островами Сэнкаку или Дяоюйдао в Восточно-Китайском море.

Восемь из десяти японцев очень (35%) или в некоторой степени (45%) обеспокоены тем, что территориальные споры между Китаем и соседними странами могут привести к военному конфликту. Только 19% не слишком обеспокоены или совсем не обеспокоены. Примечательно, что 42% людей в возрасте 50 лет и старше очень обеспокоены, но только 28% японцев в возрасте от 18 до 34 обеспокоены аналогичным образом.

Китайцы немного меньше волнуются. Примерно шесть из десяти очень обеспокоены (18%) или несколько обеспокоены (41%). Примечательно, что японцы сильно обеспокоены потенциальным конфликтом примерно в два раза больше, чем китайцы.И вдвое больше китайцев, чем японцев, не слишком обеспокоены или совсем не обеспокоены.

Конечно, территориальные споры между Китаем и соседними странами затрагивают больше стран, чем только Японию. По данным опроса Pew Research Center 2015 года, 91% филиппинцев и 83% вьетнамцев были обеспокоены тем, что такие споры, которые для этих стран также связаны с территориальными претензиями Китая в Южно-Китайском море, могут привести к военному конфликту. В Южной Корее 78% обеспокоены территориальными амбициями Китая.

Beyond polls: как китайцы и японцы относятся друг к другу?

Китай, Япония Иллюстрация: Xia Qing / GT

Примечание редактора:

1 января 2021 года японский режиссер Ре Такеучи, проживающий в Нанкине на востоке Китая, выпустил свой последний документальный фильм China’s Post-Pandemic Era . Он пытается объяснить, почему Китаю удалось взять под контроль COVID-19 и добиться быстрого восстановления экономики.

Он прямо заметил: «Я не отрицаю, что японцы будут спекулировать на фальшивке достижений Китая в области предотвращения эпидемий.Всегда есть люди, которые не понимают Китай или не верят в Китай ».

Некоторые опросы, проведенные в конце 2020 года, показали различное общественное мнение китайцев и японцев по отношению друг к другу. Как китайцы и японцы относятся друг к другу? такая большая разница между восприятием этих двух людей? Global Times взяла интервью у Рио Такеучи и Да Чжигана, китайского специалиста по изучению Северо-Восточной Азии, чтобы попытаться рассмотреть эти различия с точки зрения их собственных народов.

Рио Такеучи, японский директор

Опросы общественного мнения, проведенные в прошлом году, продемонстрировали резкие контрасты в том, как китайцы и японцы думают друг о друге. На самом деле такая разница в общественном мнении была всегда. На японцев больше влияют японские СМИ, особенно телепрограммы. Раньше я работал в японских СМИ и очень хорошо знаю, что аудитория контента, очерняющего Китай на японском телевидении, значительно выше, чем у других программ.

Стоит отметить, что аудитория таких программ — старшая возрастная группа. Данные показывают, что телепередачи с содержанием, очерняющим Китай, были самыми популярными среди зрителей мужского пола старше 50 лет. В молодости они пережили «экономику мыльного пузыря» 1990-х годов. Тогда это был золотой век Японии, и они думали, что Япония — лучшая, и Китай не может превзойти ее. Их самооценка пострадает, когда они увидят сообщения о том, что Китай лучше Японии в определенных аспектах.

На самом деле у молодых японцев не такое уж плохое впечатление о Китае. В частности, молодые люди в больших городах имеют разнообразный доступ к информации и очень интересуются Китаем. Например, японские старшеклассницы любят изучать макияж в китайском стиле с помощью коротких видео-приложений Китая, а старшеклассники любят видеоигры, разработанные китайскими игровыми компаниями. Они не сопротивляются китайской культуре, но принимают ее естественно.

Японцы в возрасте от 30 до 40 лет любят высокие технологии Китая.Например, китайские беспилотные технологии, которые я представил в моем документальном фильме, выпущенном 1 января под названием «Постпандемия Китая: победа вопреки всему», очень популярны среди японских мужчин в возрасте от 30 до 40 лет.

Трудно изменить мнение пожилых людей. Таким образом, создание большего количества проектов, ориентированных на группы молодежи и среднего возраста, — это мое направление на следующем этапе создания фильмов. Конечно, как японский режиссер, живущий в Китае, я буду продолжать знакомить китайцев с японской культурой и прилагать двусторонние усилия для гармоничного продвижения китайской и японской культур.

Разница в общественном мнении между Китаем и Японией не в том, насколько они нравятся или не нравятся друг другу, а в разнице в степени интереса к зарубежным странам. Если вы спросите среднего японца: «Что вы думаете о Китае?» Он или она, вероятно, ответят: «Понятия не имею. Мне не интересны другие страны». Но если нужен единственный ответ, ему или ей придется сказать: «Мне не нравится Китай».

Сообщений о зарубежных странах в Китае очень много.Молодые люди едут за границу учиться, обычные люди едут за границу в командировки и поездки, и они познают внешний мир разными способами. Думаю, это одна из причин, почему у китайцев сегодня не такое плохое впечатление о Японии. Когда я снимался для документального фильма, китайцы всегда активно отвечали на мои вопросы, говоря мне, что они никогда не забудут историю, но они также могут принять японскую анимацию и поехать в Японию.

В Японии совсем другая ситуация.Люди не интересуются международными делами и не любят уезжать за границу. Они верят всему, что рассказывают о Китае по телевидению. Информационные ресурсы и интересы людей в двух странах совершенно разные.

Не все так просто, нравятся они друг другу или не нравятся.

Да Чжиган, директор и научный сотрудник Института исследований Северо-Восточной Азии Академии социальных наук провинции Хэйлунцзян и главный эксперт Института стратегических исследований Северо-Восточной Азии

Отношение китайцев к Японии связано с политическими связями между ними страны.

Попытка Японии «национализировать» острова Дяоюйдао в 2012 году привела к ухудшению двусторонних отношений, несмотря на улучшение отношений с 2014 года. После этого президент Китая Си Цзиньпин, а затем премьер-министр Японии Синдзо Абэ встретились несколько раз в международном масштабе. Абэ посетил Китай в 2018 году. Оба они твердо поддерживают недавно подписанное Всеобъемлющее региональное экономическое партнерство. Они придали позитивную энергию китайско-японским отношениям.

На ранней стадии пандемии COVID-19 Китай и Япония предлагали друг другу помощь — от правительства до предприятий и населения.Япония надеялась, что китайский лидер может посетить Японию. В ноябре министр иностранных дел Китая Ван И посетил Японию, и стороны достигли широкого консенсуса по вопросам сотрудничества. Все это позитивные признаки китайско-японских отношений.

Понимание китайцами Японии основывается на ряде вопросов. Отношение Японии к войне, внесение поправок в учебники истории и отрицание Нанкинской резни оставили у китайского народа жестокий и безжалостный образ Японии.Неправильные шаги Японии по вопросу о островах Дяоюйдаоюй и Восточно-Китайском море также вызвали недовольство. Китайцы также считают, что Япония находится в покорном положении в своем союзе с США. В то время как китайцы критикуют необоснованное беспокойство японцев по поводу Китая, они восхищаются специализированной промышленностью Японии. Многие молодые люди из Китая являются большими поклонниками японской анимации.

Одним словом, восприятие Японии у китайцев комплексное и рациональное, и его нельзя охарактеризовать просто как «хорошее» или «плохое».»

На последней стадии пандемической ситуации в прошлом году Япония внимательно следила за США, критикуя Китай по ряду вопросов, касающихся острова Тайвань, Гонконга и Синьцзяна. Это как-то связано с пониманием Японией Китая и его собственный международный статус. С тех пор, как Китай обогнал Японию и стал второй по величине экономикой в ​​мире в 2010 году, разрыв в силе между Китаем и Японией увеличивался. Среди японцев было явное чувство утраты.

Япония раньше придерживалась мировоззрения «океаническая и промышленная Япония» и «земельный и сельскохозяйственный Китай». Когда такое мышление пошатнулось, беспокойство и страх по поводу подъема Китая начали расти. Япония смотрела на Китай с умом и как на экспортный пункт только для своей высокотехнологичной продукции. Между тем, Япония — единственная развитая страна в Азии, которая имеет либеральную рыночную экономику и систему ценностей, аналогичную западной. По мере того, как чувство утраты Японией из-за относительного экономического спада и превосходства своей государственной системы и системы ценностей становится все более запутанным, это представляет китайскому народу образ тревожной страны.Возможно, когда он постепенно адаптируется к развитию Китая, его чувство превосходства исчезнет. Но на это нужно много времени.

Несмотря на историческую вражду между Китаем и Японией или чувство утраты и превосходства Японии, Япония — крупная страна, расположенная в Восточной Азии — дружественные отношения между Китаем и Японией имеют значение для двух стран, региона и всего мира. Учитывая глубокие экономические и дипломатические отношения между двумя странами, а также отношения между Японией и западными странами, у китайско-японских отношений есть много возможностей для развития.Устойчивые отношения с Японией соответствуют долгосрочным интересам и дипломатическим принципам Китая.

Китай не усвоит высший ум из-за своего экономического развития и извлечет уроки из преимуществ Японии. Объективное понимание Японии и поддержание с ней благоприятных отношений также способствует развитию Китая.

Китайский, японский или корейский?

Какой восточноазиатский язык изучать? Китайский или японский или корейский? Что более полезно, ценно или легко? Эта статья поможет вам выбрать между тремя!

Зачем учить восточноазиатские языки?

Изучение нового языка стало важным аспектом карьеры и экономической жизни большинства людей, ориентированных на карьеру.

Глобализация лишила людей возможности полагаться только на свой родной язык. По этой причине выбор профессии в области языков сегодня выше, чем когда-либо.

Страны стали ближе, чем когда-либо, что привело к интеграции экономики Индии с внешним миром, особенно со странами происхождения из Восточной Азии.

При таком большом количестве вариантов выбор правильного иностранного языка для изучения становится как никогда важным. Три самых популярных восточноазиатских языка — это японский, китайский и корейский.

Страны Восточной Азии — одни из самых ярких, динамичных, разнообразных культур и интеллектуально богатых регионов мира. Осознавая азиатский век, растущее значение Восточной Азии в 21 веке открывает захватывающие возможности для карьерного роста.

Благодаря появлению Японии, Южной Кореи и Китайской Народной Республики в 1970-х, 1980-х и 1990-х годах экономические центры Восточной Азии с их гигантскими международными компаниями расширили свое присутствие в Индии и во всем мире.

Они воспользовались новой политикой правительства Индии в области экономической либерализации бизнеса. Это привлекло внимание к этим странам и необходимости изучать эти языки по сравнению с известными европейскими языками.

Китай, Япония и Южная Корея входят в пятерку стран с наибольшим количеством международных патентных заявок. Растущее значение Восточной Азии в 21 веке открывает перед студентами, ищущими успешную карьеру, во всех сферах деятельности захватывающие возможности и вызовы.

Он расширяет ваш потенциальный бизнес и возможности трудоустройства не только в китайских, корейских или японских фирмах. Но это также помогает на рынках работать с компаниями в Китае, Японии, Южной Корее, Сингапуре, Тайване и других странах Восточной или Юго-Восточной Азии.

Причина в отличном пакете оплаты и сравнительно меньшей конкуренции.

Языковые вакансии хорошо оплачиваются, потому что мало кто знает об этом. Обучение может помочь вам найти работу в различных секторах и отраслях.

Сегодня спрос на письменных и устных переводчиков постоянно растет во многих компаниях, работающих на международном уровне.

Потребность в изучении восточноазиатских языков не могла быть выше, чем сегодня. Это причина того, что несколько индийских университетов и учебных центров предлагают китайский, японский и корейский языки.

Китайский, японский или корейский: чему учить?

Если вы хотите изучать один из восточноазиатских языков, первые несколько вопросов, которые приходят нам в голову: «Что легче выучить: мандарин или мандарин?Японский против корейского? »

Мандаринский китайский, японский или корейский — это одно и то же, или в чем разница? Сложно ли выучить какой-либо из этих языков?

1. Популярность и где о ней говорят?

По понятным причинам в наши дни все больше молодых индийцев изучают китайский язык. Китайский — это группа языков, на которых говорят более 1,3 миллиарда носителей языка по всему миру.

Мандарин считается родным языком примерно для двух третей жителей Китая, и это самый распространенный язык на планете.

Не только в материковом Китае, но также широко распространен в Тайване, Индонезии, Таиланде, Малайзии, Сингапуре, Брунее, Филиппинах и Монголии.

Огромное население означает для вас новые возможности для бизнеса, поскольку вы, скорее всего, встретите одного китайца из каждых трех жителей Азии.

Многие страны мира заинтересованы в ведении бизнеса с Китаем и активно участвуют в изучении китайского языка, чтобы понимать и расширять возможности для бизнеса.

На японском языке говорят 127 миллионов человек, большинство из которых любят путешествовать и вкладывать деньги в индийский рынок.

Японский язык является самым популярным в Индии, за ним следует китайский. Изучение японского языка в Индии, безусловно, поможет улучшить ваши карьерные перспективы на мировом рынке труда.

С другой стороны, в Южной Корее 80 миллионов носителей корейского языка. Эта цифра превысит 100 миллионов, если к ней добавить 25 миллионов коренного населения Северной Кореи.Корейский язык является третьим выбором в Индии.

Изучение второго языка, например корейского, является интеллектуальным и личным достижением, которое обеспечит множество преимуществ для вашей профессиональной карьеры.

2. Экономическая мощь и значение на мировой арене

Китай — сверхдержава, когда дело касается экономики. Китайская экономика занимает второе место в мире по размеру ВВП после США. И это крупнейшая экономика на азиатском континенте и крупнейшая в мире по паритету покупательной способности (ППС).

Китайский рынок огромен. «Шелковый путь», «Один пояс» и «Один путь» — важные компоненты, которые определяют разветвленную сеть глобального экономического охвата Китая.

Торговля Китая с Индией выросла до 18,7 млрд долларов в 2017 году, и страна уже готова занять место США в качестве крупнейшей экономики мира в следующие несколько десятилетий. Стремление Китая к экспорту делает изучение языка одним из приоритетов для конкуренции в мировой экономике.

По экономическим показателям и численности населения Китай опережает японский и корейский языки в качестве предпочтительных языков для изучения.Будущее китайского языка полно возможностей для карьерного роста.

С другой стороны, Япония — еще один экономический центр в Азии и в мире. Это одна из самых быстрорастущих экономик и входит в пятерку крупнейших экономик мира. Большинство ведущих японских ТНК, особенно в автомобильном и электронном секторах, напрямую инвестируют в Индию.

Если вы свободно говорите на японском языке в Индии, это может не только помочь вам, если вы сделали успешную карьеру.Но это также может открыть для вас новые рабочие места.

Корейская экономика широко известна своим непреходящим вкладом в производство высококачественных потребительских товаров, которыми пользуются миллионы людей в Индии и во всем мире.

Даже ребенок нутром знает кое-что о Samsung, крупнейшей в мире мобильной компании. Posco Giant — речь идет о самых значительных прямых иностранных инвестициях в Индии, Hyundai — втором по величине производителе автомобилей в мире, и LG. Корейская экономика имеет сильное присутствие практически в каждом доме в Индии.

Ищете курсы? → (i) Уроки японского в Дели (ii) Изучение японского в Бангалоре (iii) Лучшие корейские институты (iv) Центры изучения корейского языка в Дели (v) Институты китайского языка в Дели (vi) Программы китайского языка в Бангалоре (vii) Изучение китайского языка в Мумбаи .

3. Карьера, связанная с корейским, китайским и японским

Все три языка предлагают вам возможность улучшить свои шансы на трудоустройство, потому что страны, в которых они происходят, являются технологическими гигантами.

Итак, если вы работаете в сфере высоких технологий, любой язык предлагает вам лучшее в технологиях. Переводчик как вариант карьеры — лучший выбор из-за ограниченного предложения и постоянно растущего спроса.

В Японии качество лучше, чем в Китае, и это одна из причин, по которой их так любят в Индии. В наши дни в Индии присутствует много KPO и BPO, и рабочие места могут включать написание электронной почты, разговорные навыки, обслуживание клиентов и многое другое.

Именно здесь корейский и японский языки открывают для индийцев прекрасные возможности трудоустройства.

Сотни хорошо известных корейских компаний представлены в Индии.

Эти фирмы работают почти во всех секторах, например, в информационных технологиях, бизнес-исследованиях, бытовой электронике, исследованиях и разработках, науках о жизни, средствах массовой информации, автомобилях, строительной отрасли, торговле, финансах, туризме, услугах и т. Д.

Сегодня торговые рекорды Индии и Южной Кореи значительно увеличились, и многие корейские компании работают на индийском рынке.

корейских компаний предпочитают свободно говорящих кандидатов, поскольку их головные офисы находятся в Корее, и им необходимо регулярно общаться с ними.В последние несколько лет возможности карьерного роста в корейском языке набирают обороты.

Китай — ваш лучший выбор, если вы ищете более существенный и активный экспортно-импортный рынок. При этом вам нужно выучить китайский, чтобы вы могли эффективно соревноваться.

Мандарин — это один из языков, который занимает доминирующее положение в мире. Постепенно он становится культурной точкой отсчета и объективности 21 века.

Кроме того, студенты могут выбрать китайский язык в надежде на надежную работу в таких областях, как банковское дело, торговля, финансы, дипломатическая работа, академические науки, средства массовой информации, туры и путешествия, управление контентом и многие другие.

Для ищущих работу китайский язык — это язык будущего, а значит, и возможности трудоустройства.

4. Гостиничное дело, путешествия и туризм

С таким большим населением в этих секторах правит Китай. Тысячи индийских предприятий получают значительную прибыль, открывая свой бизнес недалеко от мест назначения китайских туристов в Индии.

Более того, в Китай едет больше индийцев, чем в Японию и Корею. Изучение китайского сделает ваши путешествия менее стрессовыми и более приятными, если вы планируете отправиться в Восточную Азию.

Вы можете выступать в качестве гида-лингвиста, переводчика или переводчика для этих туристов и получать огромную прибыль от персонала службы поддержки клиентов для предприятий в сфере гостеприимства.

Вы можете использовать свои навыки для работы в отрасли, чтобы помогать иностранным путешественникам, общаться с ними и работать в широком спектре секторов путешествий, туризма и гостеприимства.

Тем не менее, японский и корейский языки также предлагают широкие рыночные возможности для людей, работающих в сфере гостеприимства и туризма.Если вы хотите поехать в Южную Корею или Японию для путешествия или жизни, вы должны этому научиться.

Вы сразу почувствуете огромную пользу в повседневной жизни, если заговорите на родном языке. Благодаря упрощенным визовым правилам в 2017 году эти две экзотические и очаровательные страны посетили более трехсот тысяч индийцев.

5. Культурная осведомленность и любовь к музыке и кино

И снова население Китая создает самые разные культуры по всей стране.Фестиваль китайского дракона, Великие китайские стены, китайские фильмы и многое другое — увлекательные культурные причины для изучения мандаринского языка.

Вряд ли найдется кто-нибудь, кто не любит фильмы о китайском карате и кунг-фу, особенно те, которые сняты на деревенскую сцену.

Китайская культура уникальна, красочна и многослойна, она развивалась за последние 5000 лет. Хорошее знание китайского языка позволит вам смотреть эти фильмы и сериалы без перевода.

Вам может понравиться — (i) фильмы для изучения корейского языка (ii) лучшие китайские фильмы (iii) изучение японского языка с помощью фильмов.

Если вы любите аниме и мангу, вам нужно выучить японский язык. Японская культура управляется принципом духовности, известным как синтоизм, который гласит, что у всего в природе есть ками (бог). В результате этого очень дорожат охраной окружающей среды и сменой времен года.

Способность говорить по-японски может открыть вам представление о ценностях, обычаях, религиозных верованиях, этике, манерах, традициях и эстетике. Ни одно обсуждение Японии не будет полным без упоминания ее уникальной и вкусной кухни.

Возможно, вы найдете новый способ заказать суши, якитори или темпуру. Есть храмы, которые стоит посетить, сумо, чтобы посмотреть, горы, на которые можно подняться. Список практически бесконечен!

Но если вы один из миллионов людей во всем мире, которым нравится корейский K-Pop, то у вас есть причины изучать корейский. Вы поймете лучше и получите удовольствие от каждой его части.

Корейские киберспортивные сцены, такие как League of Legends, а также корейские драмы, песни и фильмы, любимы людьми во всем мире.Знание языка сделает его изучение более увлекательным.

Что легче всего выучить?

Когда дело доходит до компьютеров, китайские, японские и корейские шрифты имеют общий фон, вместе известный как символы CJK. Иногда в состав аббревиатуры CJKV включается вьетнамский язык, поскольку вьетнамцы также исторически использовали китайские иероглифы.

Хотя они лингвистически не связаны, все четыре могут быть написаны как по горизонтали, так и по вертикали, и все четыре используют китайские иероглифы.

Символы CJKV часто включают ханзи на китайском языке, кандзи, кана на японском, hanja, хангыль на корейском языке и hán tự или chữ nôm на вьетнамском.

(мандаринский диалект)

Мандаринский китайский — это тональный язык. Произношение на китайском языке довольно сложно только потому, что есть четыре разных тона и один нейтральный тон.

Для разных значений один и тот же слог может произноситься разными звуками. Чтобы овладеть интонацией и ритмом языка, нужно много практиковаться в слушании.

Чтобы читать газету, нужно выучить ошеломляющие 3000 (из примерно 50 000 в китайском словаре).

В настоящее время в китайских СМИ используется меньше символов. Чтобы понять 90 процентов содержания публикаций, вам необходимо знать около 1000 из примерно 50 000 отдельных ханьцзы, состоящих из письменных китайцев.

Хотя в китайском языке есть только одна письменность, то есть hànzì , по крайней мере, две разные версии активно используются во всем мире; традиционный и упрощенный.

Упрощенная форма официально используется в Китайской Народной Республике, Сингапуре и Малайзии. С другой стороны, Китайская Республика, то есть Тайвань, Гонконг, Макао, зарубежные китайские общины, как правило, используют традиционные символы.

Вы можете выучить китайский язык и сдать официальный тест на знание китайского. Его также называют Hanyu Shuiping Kaoshi (汉语 水平 考试 (также известный как HSK).

Что ж, вам нужно будет только показать знание 2600 символов, чтобы сдать экзамен на высший уровень, т.е.е., HSK Level 6 (Advanced). С 2600 символами вы можете читать почти 98% повседневно письменного китайского мандаринского языка.

Грамматика и словарный запас китайского намного проще, чем произношение. Каждое слово имеет фиксированную и единую форму. Существительные и глаголы не имеют префиксов или суффиксов, показывающих время или лицо, число, род подлежащего или их падеж.

У мандаринского языка мало или совсем нет границ морфологии, и нет грамматических парадигм для запоминания.А теперь, разве это вас немного облегчит в изучении китайского языка? Надеюсь, что так! Попробуйте сдать экзамен HSK в Индии.

Японский

Японская письменность также является изысканным письмом, которое эволюционировало от своего первоначального китайского алфавита, чтобы стать чем-то по сути японским.

Имеет три системы алфавита. Hiragana (ひ ら が な) для японских слов, Katakana (カ タ カ ナ) для иностранных слов и Kanji (漢字) заимствовали классические китайские иероглифы.

На языке можно говорить, по крайней мере, на базовом уровне с помощью Rōmaji (романизированный японский). Он был разработан для описания японского звука латинским алфавитом для тех, кто не освоил три основных алфавита.

Существительные не имеют рода, артиклей и форм множественного числа: только два времени глагола, настоящее и прошедшее.

С пятью гласными звуками и последовательным фонетическим написанием этот язык относительно легко произносится.

2000 кандзи почти полностью покрывают японский язык, и можно сдать тест на знание японского языка, т.е.е., JLPT.

Вопреки тому, что говорит большинство людей, японский язык не такой уж сложный для изучения. Произношение в меру простое, и базовая грамматика тоже не слишком сложна.

Как и любой другой язык, нужно много практиковаться в аудировании, чтении и разговорной речи. Вы можете пройти уровень N3 JLPT за 2 года.

Корейский

Хангыль известен как одна из самых научных и логически разработанных систем письма в мире. Алфавитный хангыль (한글), грамматика, глаголы и произношение делают язык невероятно простым для освоения.

Если у вас есть правильные подходы к изучению языка, материалы и мотивация, можно освоить и сдать тест на знание корейского языка, то есть TOPIK.

Хотя более высокие уровни сложны, но вы можете взломать средний уровень 4 или продвинутый уровень 5 TOPIK за 2-3 года, а не за десятилетие, как многие думают.

Вы не изучаете язык путем запоминания. Когда процесс обучения менее напряженный, вы можете усвоить информацию и сохранить ее. Таким образом, изучение корейского языка с большей легкостью, чем вы думали, возможно.

Заключение

  • Китайский : Произношение — Трудно, Грамматика — Легко, Слушание — Трудно, Письмо — Умеренное, Чести — Легко
  • Корейский : Произношение — Трудно, Грамматика — Умеренно, Слушание — Трудно, Письмо — Легко, Почтительно — Легко

Так чего же вы ждете? Страны Восточной Азии и их сложная система письма могут многому научиться.

Возьмите уроки китайского, японского или корейского языка и откройте для себя увлекательный новый мир. Это добавит перья и крылья в резюме к наиболее амбициозным при планировании карьеры.

вех: 1830–1860 — Офис историка

8 июля 1853 года американский коммодор Мэтью Перри возглавил четыре корабля вошли в гавань Токийского залива, стремясь восстановить впервые за более чем 200 лет регулярную торговлю и дискурсы между Японией и западным миром.

Коммодор Мэтью Перри

Хотя ему часто приписывают открытие Японии для В западном мире Перри был не первым жителем Запада, посетившим острова. Португальские, испанские и голландские торговцы вели регулярную торговлю с Японией в 16-17 вв. Настойчивые попытки европейцев обратить Принятие японцами католицизма и их склонность к недобросовестным торговым практикам привел к изгнанию из Японии большинства иностранцев в 1639 году.В течение следующих двух столетий Япония ограничила торговый доступ голландским и китайским судам со специальными чартерами.

Было несколько причин, по которым Соединенные Штаты заинтересовались оживление контактов между Японией и Западом в середина 19 века. Во-первых, сочетание открытия китайских портов с регулярная торговля и аннексия Калифорнии, создание американского порта на Тихого океана, гарантировал постоянный поток морских перевозок между Северная Америка и Азия.Затем, когда американские трейдеры в Тихом океане заменили парусные корабли с пароходами, им нужно было обезопасить угольные станции, где они могли остановиться, чтобы взять с собой провизию и топливо, совершая долгую поездку из США в Китай. Сочетание выгодного географического позиция и слухи о том, что Япония обладает обширными месторождениями угля, повысили привлекательность установления торговых и дипломатических контактов с японцами.Кроме того, американская китобойная промышленность продвинулась в северную часть Тихого океана за счет середины 18 века, и искал безопасных гаваней, помощи в случае кораблекрушений, и надежные станции снабжения. В годы, предшествовавшие миссии Перри, многие американские моряки потерпели кораблекрушение и оказались на мели у японцев. берегов и рассказы о жестоком обращении с ними со стороны неприветливых японцев. распространилась по торговому сообществу и по Соединенным Штатам.

То же сочетание экономических соображений и веры в Явленную судьбу. это мотивировало экспансию США на североамериканский континент, а также Американские купцы и миссионеры отправляются в путешествие по Тихому океану. В это время, многие американцы считали, что они несут особую ответственность за модернизацию и цивилизовать китайцев и японцев. В случае Японии миссионеры считали, что Протестантское христианство будет принято там, где обычно был католицизм. отклоненный.Другие американцы утверждали, что, даже если японцы были невосприимчивы к Западные идеалы, заставляющие их взаимодействовать и торговать с миром, были необходимость, которая в конечном итоге принесет пользу обеим нациям.

Миссия коммодора Перри была не первой американской инициативой японцам. В 1830-х гг. дальневосточная эскадра ВМС США отправила несколько миссий из свою региональную базу в Гуанчжоу (кантон), Китай, но в каждом случае японцы не позволил им приземлиться, и у них не было полномочий со стороны U.С. Правительство, чтобы заставить проблему. В 1851 году президент Миллард Филлмор санкционировал официальную военно-морскую экспедицию в Японию для возвращения. потерпевших кораблекрушение японских моряков и просят, чтобы американцы, оказавшиеся в Японии, были вернулся в США. Он послал коммодора Джона Олика выполнить эти задач, но прежде, чем Алик уехал из Гуанчжоу в Японию, он был освобожден от должности и заменен коммодором Мэтью Перри.Пожизненный морской офицер, Перри отличился в американо-мексиканской войне и сыграл важную роль в содействие переводу ВМС США на паровую силу.

Перри первым отплыл к островам Рюкюс и Бонин на юго-запад и юго-восток. основных японских островов, претендующих на территорию Соединенных Штатов, и требуя, чтобы люди в обоих местах помогли ему. Затем он отплыл на север в Эдо. (Токийский залив) с письмом из У.С. Президент обратился к императору Японии. Направив письмо императору, Соединенные Штаты продемонстрировал отсутствие знаний о японском правительстве и обществе. В в то время японский император был не более чем подставным лицом, а истинный руководство Японией находилось в руках сёгуната Токугава.

Перри прибыл в японские воды с небольшой эскадрой U.S. Корабли ВМФ, потому что он и другие верили, что единственный способ убедить японцев принять западная торговля должна была продемонстрировать готовность использовать свою передовую огневую мощь. На В то же время Перри привез с собой различные подарки японскому императору, включая действующую модель паровоза, телескоп, телеграф и разнообразие вин и ликеров с Запада, предназначенных для того, чтобы произвести впечатление на Японцы превосходят западную культуру.Его миссия заключалась в том, чтобы завершить соглашение с правительством Японии о защите потерпевших кораблекрушение или оказались в затруднительном положении американцы и открыть один или несколько портов для снабжения и дозаправки. Продемонстрировав свою смелость и готовность применить силу, Перри подошел к запретные воды вокруг Токио убедили японские власти принять письмо.

Следующей весной Перри вернулся с еще большей эскадрильей, чтобы получить Ответ Японии.Японцы неохотно согласились на требования Перри, и оба стороны подписали Канагавский мирный договор 31 марта 1854 года. договор, Япония защитит выброшенных на мель моряков и откроет два порта для дозаправки и снабжения американских кораблей: Симода и Хакодате. Япония также предоставила Соединенным Штатам право назначать консулов ​​для проживания в этих портовые города, привилегия, которая ранее не предоставлялась иностранным государствам.Этот договор не был торговым договором и не гарантировал право торговать с Япония. Тем не менее, помимо обеспечения терпящих бедствие американских кораблей на японском вод, он содержал оговорку о режиме наибольшего благоприятствования, так что все будущие уступки, предоставленные Японией другим иностранным державам, также будут предоставлены Соединенные Штаты. В результате договор Перри предоставил возможность будущие контакты и торговля Америки с Японией.

Таунсенд Харрис

Первым консулом США, назначенным в японский порт, был Таунсенд Харрис. Как и многие ранние консулы в Азии, Харрис был торговцем из Нью-Йорка. с китайским импортом. Он прибыл в Симоду в 1856 году, но из-за отсутствия военно-морского флота эскадрильи, которая укрепила позиции Перри на переговорах, Харрис далеко продвинулся вперед. дольше, чтобы убедить японцев подписать более расширенный договор.В конечном счете, Японские официальные лица узнали о том, как британцы использовали военные действия, чтобы заставить открываясь в Китай, и решил, что лучше открывать двери охотно чем быть принужденным к этому. США и Япония подписали свой первый настоящий торговый договор, иногда называемый Договором Харриса, 1858 года. Вскоре державы последовали примеру США и подписали собственные договоры с Японией.Япония отправила свою первую миссию на Запад в 1860 году. когда японские делегаты отправились в Соединенные Штаты, чтобы обменять ратифицированные Договор Харриса.

Хотя Япония открыла свои порты только для современной торговли неохотно, как только он это сделал, он воспользовался новым доступом к современным технологические разработки. Открытие Японии для Запада позволил ему модернизировать свою армию и быстро подняться до позиции самая грозная азиатская держава в Тихом океане.В то же время процесс что Соединенные Штаты и западные державы вынудили Японию перейти на современный коммерческие сношения, наряду с другими внутренними факторами, ослабили позиции сёгуната Токугава до такой степени, что сёгун потерял власть. В Император получил формальный контроль над страной после реставрации Мэйдзи 1868 года. с долгосрочными эффектами для правления и модернизации Япония.

вех: 1899–1913 — Офис историка

В первые два десятилетия двадцатого века отношения между Соединенные Штаты и Япония были отмечены ростом напряженности и соответствующими попытки использовать дипломатию для уменьшения угрозы конфликта. Каждая сторона имела территории и интересов в Азии, что они были обеспокоены другим могуществом угрожать.Отношение США к японским иммигрантам и конкуренция за экономические и коммерческие возможности в Китае также усилили напряженность. В то же время территориальные претензии каждой страны в Тихом океане легли в основу несколько соглашений между двумя странами, поскольку каждое правительство стремилось защитить собственные стратегические и экономические интересы.

Премьер-министр Кацура Таро

На рубеже веков У.Казалось, что интересы С. и Японии совпадают. Обе страны поддержали идею «открытых дверей» для коммерческой экспансии в Китай. После русско-японской войны 1904–05 гг. Президент США Теодор Рузвельт выступил в качестве посредника на японском просьба, и обе стороны конфликта встретились на нейтральной территории в Портсмут, Нью-Гэмпшир. В том же году военный министр США Уильям Ховард Тафт встретился с премьер-министром Японии Кацурой Таро.Эти двое заключили секретное соглашение Тафта-Кацура, в котором США признали японское правил Кореей и потворствовал англо-японскому союзу 1902 года. время Япония признала контроль США над Филиппинами.

Однако в последующие годы напряженность в связи с действиями Японии в северо-восточный Китай и иммиграция в США. В 1905 году японцы начал устанавливать более формальный контроль над Южной Маньчжурией, заставляя Китай передать Японии права собственности на Южно-Маньчжурскую железную дорогу.Японский использовал это открытие, чтобы продвинуться дальше на северо-восток Китая, в результате чего Администрация Рузвельта обеспокоена тем, что это нарушает идеалы свободного предприимчивость и сохранение территориальной целостности Китая. Одновременно ведущие японские официальные лица выразили недовольство обращение с японскими иммигрантами в США. Американо-японский договор подписанный в 1894 г., гарантировал японцам право иммигрировать в США. Штаты и пользоваться в стране теми же правами, что и У.С. граждане. В 1906 г. однако Совет по образованию Сан-Франциско принял меры по отправке японских а китайских детей — в отдельные школы. Правительство Японии возмутилось этой политикой, утверждая, что она нарушила договор 1894 года. В серии заметок обменялись между концом 1907 и началом 1908, известные под общим названием Джентльменское соглашение, правительство США согласилось оказать давление на Сан-Франциско. власти отменить эту меру, и правительство Японии обещало ограничить иммиграцию рабочих в США.

Государственный секретарь Элиу Рут

Когда иммиграционная проблема была временно решена, две страны встретились, чтобы обеспечивают взаимные заверения в отношении своих территорий и интересов в Восточной Азии. В 1908 году государственный секретарь США Элиху Рут и японец Посол Такахира Когоро заключил соглашение, в котором Япония обещала уважаю У.С. территориальные владения в Тихом океане, его политика открытых дверей в Китай, и ограничение иммиграции в Соединенные Штаты, как указано в Джентльменское соглашение. Правительство Японии перенаправило трудовых эмигрантов в свои владения в Маньчжурии, утверждая, что они не были частью Китая. За со своей стороны, Соединенные Штаты признали контроль Японии над Тайванем и Пескадорес и особый интерес японцев к Маньчжурии.Повторяя каждую положение страны в регионе, Соглашение Рут-Такахира способствовало уменьшению угроза недопонимания или войны между двумя народами.

Эта серия соглашений еще не решила всех нерешенных вопросов. Обращение США с жителями Японии продолжало вызывать напряженность между ними наций. Например, Закон о чужой земле 1913 года запрещал японцам владеть или аренда земли на срок более трех лет и отрицательно повлияла на U.Южно-Японский отношения в годы, предшествовавшие Первой мировой войне, экономическая конкуренция в Китае, что, как опасались США, приведет к усилению контроля со стороны Японии, было еще одна проблема, которая усилила напряженность между двумя странами. В 1915 г. Японцы опубликовали «Двадцать одно требование» Китая, в котором просили Китай признать свои территориальные претензии, препятствовать получению другими державами новых уступок на его побережье и предпринять ряд действий, направленных на получение выгоды японцы экономно.Китай обратился за помощью к США, и Официальные лица США ответили заявлением, что не признают никаких соглашение, которое угрожало открытой двери. Хотя это соответствовало прошлому политики, это заявление было мало пользы для китайцев. Однако президент Вудро Вильсон не был готов занять более твердую позицию, учитывая его потребность в помощь в защите интересов США в Азии, урегулировании нарастающего конфликта в Европе и решение расовых проблем в Калифорнии.

Государственный секретарь Роберт Лансинг

Возможность конфликта между США и Японией, особенно из-за Китай снова привел правительства двух стран к переговорам. В Исии-Лансинге Соглашение 1917 г., госсекретарь Роберт Лансинг. признал, что Маньчжурия находится под контролем Японии, в то время как японские иностранные Министр Исии Кикудзиро согласился не налагать ограничения на У.S. коммерческий возможности в других регионах Китая. Обе державы также договорились не принимать Преимущество войны в Европе для получения дополнительных прав и привилегий. Хотя не имеющий обязательной силы, Лансинг считал соглашение важной мерой в продвижении взаимные интересы в Азии, но они оказались недолговечными. В конце концов, две нации согласился отменить Соглашение Исии-Лансинга после заключения Договора девяти держав, который они подписали в 1922 году на Вашингтонской конференции.

Япония и Соединенные Штаты снова столкнулись во время переговоров Лиги Наций в 1919. Соединенные Штаты отказались принять запрос Японии на положение о расовом равенстве или признание равенства наций. В кроме того, Версальский договор предоставил Японии контроль над ценными немецкими уступки в Шаньдуне, что вызвало возмущение в Китае. Это в сочетании с растущий страх перед воинствующей Японией способствовал поражению Лиги Завет в U.С. Сенат. Постоянные проблемы с размещением по-прежнему оставалось расовое равенство (особенно в отношении обращения с Японские иммигранты в США) и различия в способах решения экспансия в Азии. Несмотря на многочисленные усилия по достижению договоренностей по этим По пунктам, к началу 1920-х годов между Японией и США снова возникли разногласия.

Реакция Китая и Японии на Запад в XIX веке

В 19, -м, -м веке, после длительного периода изоляционизма, Китай, а затем Япония оказались под давлением Запада, чтобы они открылись для внешней торговли и отношений.Промышленная революция в Европе и США создала большой разрыв между ними и Западом, оставив две азиатские страны позади в технологическом и военном отношении. В тот период ни у одного из них не было сил противостоять западным странам, и в конце концов оба были вынуждены подписать неравноправные договоры, которые вынудили их открыть свои порты и города для иностранных купцов.

Однако способ, которым этот процесс происходил в каждой стране, и их реакция на него были очень разными, что привлекло интерес многих историков (Lockwood, 1956).Как могли две цивилизации, столь похожие друг на друга, по-разному реагировать на одно и то же историческое событие? Таким образом, в этом эссе будет доказано, что основные различия в реакции Японии и Китая на Запад в 19 веках заключались в том, что Япония уступила давлению Запада, открыв торговлю, в то время как Китай отказался, и что Япония успешно модернизировалась, в то время как Китай потерпел неудачу. к. Это также будет служить причинами разницы в первоначальной реакции: меньшее понимание Китаем Запада и исторические сроки западного вторжения; и как причины разницы в модернизации: привычка Японии к культурному заимствованию у других, рост ее реформистской элиты и плюралистической политической системы.

Во-первых, реакция Китая и Японии на усиливающееся давление Запада с целью открыть торговлю была очень разной. Обе страны долгое время сохраняли изоляционистские тенденции и ограничивали торговлю с Западом. Китай приветствовал внешнюю торговлю, но западные купцы не имели там привилегий и были ограничены Кантоном, где они могли иметь дело только с Кохонг, группой торговцев (Edwardes, 1973). Япония была еще строже, разрешая торговлю только с голландцами, у которых был доступ только к одному порту, Деджиме (Rosenberg, 1978).

Однако западные страны долго не соглашались с этой ситуацией, и к 1834 году Великобритания послала лорда Нэпьера, чтобы заставить китайцев разрешить более открытую торговлю. Китайское правительство отклонило его просьбы, и между двумя странами возникла неприязнь, и китайские толпы окружили торговый квартал в Кантоне (Edwardes, 1973). Напряженность временно снизилась, но ситуация усугубилась из-за незаконной торговли опиумом в Великобритании. В 1839 году новый императорский комиссар Линь Цзэ-сю прибыл в Кантон и конфисковал у англичан 20 000 ящиков опиума.Дальнейшие разногласия, особенно в отношении отказа британцев передать китайским властям моряка, обвиняемого в убийстве китайца, привели к вооруженному морскому столкновению в ноябре 1839 года. Это ознаменовало начало первой из Опиумных войн, в результате которой китайцы поражение и установление системы неравноправных договоров (Edwardes, 1973) (Martin, 1968) (Fairbank and Reischauer, 1989).

Япония, напротив, была гораздо более восприимчива к требованиям западных послов.В 1853 году Соединенные Штаты послали коммодора Перри с ультиматумом Японии открыть ее порты, и когда он вернулся в следующем году, японские власти согласились вести с ним переговоры (Storry, 1960) (Rosenberg, 1978). Это было совершенно иное отношение по сравнению с китайским, чьи «взгляды на некитайский мир не признавали заметной разницы между купцами и правительствами». Все были варварами »(Эдвардс, 1973, с. 298), и поэтому отказались признать угрозу, исходящую от британских официальных лиц.В конце концов, договоры с Западом, положившие конец длительному уединению Китая и Японии, были подписаны обеими странами: Канагавский договор с Японией (Hall, 1979) и Нанкинский договор с Китаем (Martin, 1968). Однако договор с Китаем был подписан после тяжелых военных потерь и на гораздо более неблагоприятных условиях, чем договор Японии, из-за ее отказа признать превосходящую силу Запада.

Важным фактором, обусловившим разницу в реакциях на давление Запада между Японией и Китаем, был исторический момент.Западные страны не заставляли Японию прекратить изоляционизм до 1850-х годов, более чем через десять лет после начала Первой опиумной войны в Китае. Это произошло потому, что они уже были задействованы в других частях Азии, которые создали «буфер» (Norman, цитируется в Moulder 1977, p.128), а также потому, что нехватка ресурсов и спрос на западные товары уменьшили привлекательность Японии для Запада ( Moulder, 1977). Несмотря на свою изоляцию, Японию постоянно информировали о том, что происходило за границей во время опиумной войны, и «голландцы неоднократно предупреждали их через Нагасаки, что им придется согласиться с иностранными требованиями» (Reischauer, 1978, p.119). Таким образом, Япония смогла воочию увидеть результаты игнорирования Китаем требований Запада, прежде чем настала ее очередь отвечать на них. У Китая, с другой стороны, не было доказательств военного превосходства Запада и не было предыдущих примеров, которыми можно было бы руководствоваться.

Другая причина заключалась в том, что Китай знал о Западе гораздо более ограниченно, чем Япония. Правители Китая не поощряли научное инакомыслие, предпочитая, чтобы люди ограничивались следованием ортодоксальным текстам. Эти тексты копировались снова и снова со времен династии Мин, и поэтому представляли устаревший взгляд на мир.И все же они были единственным доступным источником информации о Западе, потому что контакты с иностранцами были ограничены Кохонгом в Кантоне (Fairbank and Reischauer, 1989). Поэтому китайские официальные лица не могли понять великих изменений, которые произошли на Западе во время промышленной революции и что они столкнулись не с простыми «варварами», а с нациями с превосходящей военной мощью (Мартин, 1968). И в результате «экспансивный Запад застал Китай врасплох, и способы урегулирования международных отношений, которые достаточно хорошо работали в течение четырех столетий, внезапно стали бесполезными» (Fairbank and Reischauer, 1989, p.271).

Япония была гораздо больше заинтересована, чем Китай, в получении знаний как о Западе, так и от Запада. Хотя западные книги были запрещены с 17, и века из-за страха перед христианским влиянием, начиная с 1720 года эти законы постепенно смягчались, пока нидерландские исследования не приобрели все более респектабельный характер (отчасти благодаря работам Норо Генджо и Аоки Коньо), и к концу 18-го, -го, -го века «исследователи Запада были во всех частях Японии» (Кин, 1969, с.15). Хотя контакты Японии с Западом ограничивались Нидерландами, сёгунат, в отличие от правителей Цин, не только позволял, но и способствовал изучению Запада. Он создал Институт исследования варварских книг, который в 1811 году был отделением, отвечавшим за перевод западных текстов, а к 1857 году стал школой западных знаний и языков. Исследователям западных знаний было разрешено свободно высказывать свое мнение и обнародовать информацию (Reischauer, 1978). Поэтому неудивительно, что японские официальные лица смогли более четко оценить свое положение по отношению к западным державам, чем их китайские коллеги, и принять решение, основанное на фактах, а не на предрассудках.

Второе различие между ответами Китая и Японии на Запад состояло в том, что Япония успешно модернизировалась и стала индустриальной державой, в то время как Китай не смог этого сделать. После свержения сёгуната и начала реставрации Мэйдзи в 1868 году новые лидеры Японии осознали, что для того, чтобы сделать Японию мировой державой, им придется модернизироваться с помощью Запада. Таким образом, иностранные техники были доставлены в Японию, и все большее количество японцев было отправлено в западные страны, чтобы учиться у них.Феодализм был отменен, установлены новые системы налогообложения и чеканки монет, а западная инфраструктура и институты, такие как банки и железные дороги, были приняты (Storry, 1960).

Китай внедрил западные инновации и попытался модернизироваться, начиная с подавления восстания тайпинов в 1864 году. Однако это происходило в гораздо более ограниченных масштабах, чем в Японии; были введены железные дороги, новое оружие и другие западные инновации, но они затронули лишь небольшую часть населения и не сильно изменили жизнь Китая (Fairbank and Reischauer, 1989).Правители Китая не смогли понять, что достижения Запада явились результатом глубоких структурных изменений и что «для модернизации необходимо адаптировать или изменить традиционные институты и образ мышления» (Эдвардс, 1973, с. 306). Поэтому модернизация в Китае произошла только на очень поверхностном уровне (Edwardes, 1973). Япония, с другой стороны, зашла так далеко, что изменила свою политическую систему, применив конституцию, дающую законодательные полномочия имперскому сейму.

Первой причиной разницы в результатах попыток модернизации Китая и Японии было отсутствие у Китая культуры заимствования в отличие от Японии.Будучи самой большой и могущественной страной в своем регионе, Китай поверил, что он является центром цивилизации. Все некитайцы считались варварами и, следовательно, их культура была неполноценной (Hao and Wang, 1980). В Японии, напротив, «никогда не было пренебрежительного безразличия, которое часто характеризует отношение Китая к иностранцам. Японцы никогда не были слишком гордыми, чтобы учиться »(Сторри, 1960, с.104). Япония переняла большую часть культуры Китая и долгое время вынуждена была бороться с большей силой своего соседа, поэтому мультикультурализм и существование многих могущественных государств не были новой концепцией для японцев.Раньше они извлекали выгоду из заимствования инноваций других культур, и снова сделали это на Западе (Reischauer, 1978).

Вторая причина заключалась в том, что в Японии к власти пришла реформаторская элита, в то время как правители Китая были полны решимости сохранить традиционные институты. Разлагающийся сёгунат Токугава в Японии был свергнут в 1867 году в результате гражданской войны, которая привела к Реставрации Мэйдзи, возглавляемой элитой амбициозных молодых людей. Олигархия Мэйдзи, сформированная выдающимися людьми, такими как Ито и Мацуката, была привержена реформам по западному образцу на благо страны и работала в этом направлении с энергией и мужеством (Lockwood, 1956).Однако в Китае правящий класс был скорее противником, чем проводником прогресса, будучи преимущественно консервативным. В высших классах Китая были сторонники модернизации, но их усилиям препятствовало большинство, считавшее слишком много инноваций опасным. Правящий класс Китая был сосредоточен на «поддержании существующей структуры власти и использовании модернизации только для личных и политических целей внутри этой структуры» (Fairbank and Reischauer, 1989, p.336).

Наконец, плюралистическая структура правительства Японии была третьим фактором, определившим ее более успешную модернизацию.Была централизованная власть, но она уравновешивалась существованием клановой системы. Таким образом, власть была гораздо менее унифицированной, чем в Китае, где жесткая бюрократическая система подавляла капиталистическую инициативу и конкуренцию. Разделенный на правящий класс, класс помещиков-ученых-дворян и крестьян, в китайском обществе не было места для роста торгового класса и стимулирования индустриализации страны. Гибкие политические институты Японии, с другой стороны, допускали экономическую конкуренцию между различными группами, и у членов торгового класса был стимул стремиться к власти через богатство.Сами западные кланы возглавили волну инноваций, вызванную деловой конкуренцией (Fairbank and Reischauer, 1989) (Lockwood, 1956).

В заключение мы увидели, как, несмотря на сходство между этими двумя цивилизациями, Китай и Япония очень по-разному отреагировали на давление со стороны западных стран в 19, и веках; Япония уступила их требованиям расширения торговых отношений и успешно модернизировалась, в то время как Китай отказался сломать изоляционизм и остался погрязшим в прошлом, сдерживаемый своими устаревшими институтами.В этом эссе утверждается, что большее согласие Японии с требованиями Запада было вызвано тем, что эти требования возникли позже, чем в Китае, и тем, что Япония больше знала о Западе. Японская культура заимствования, динамичная элита и плюралистическая политическая система были названы факторами более эффективной модернизации и индустриализации Японии. Хотя считается, что Япония больше выиграла от контактов с Западом, чем Китай, недавний головокружительный экономический подъем последнего, опередивший Японию, ставит под сомнение эту точку зрения.Еще неизвестно, не слишком ли рано полностью оценивать влияние западного влияния на Восточную Азию с 19 -х годов века.

Ссылки

Крейг А. и Райшауэр Э. (1978) «Ответ Японии на Запад» в Япония: традиции и трансформация . Бостон: Хоутон Миффлин.

Эдвардс, М. (1973) «Китай и Япония», в Джонсоне, Д. (ред.) Мир империй. Лондон: Бенн, стр. 289-333.

Фэрбэнк, Дж.K. & Reischauer E.O. (1989) Китай: традиции и трансформации. Ред. Изд. Бостон: Компания Houghton Mifflin.

Холл, Дж. У. (1979) Япония от доисторических времен до наших дней. Токио: Компания Чарльза Э. Таттла.

Хао, Й. и Ван, Э. (1980) «Изменение взглядов Китая на отношения с Западом, 1840-95 гг.», В Твитчетте, Д. и Фэрбэнке, Дж. (Ред.) Кембриджская история Китая. об. 2. 1-е изд. Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

Кин, Д. (1969) Японское открытие Европы, 1720-1830 гг. Стэнфорд: Издательство Стэнфордского университета.

Локвуд, У. У. (1956) «Ответ Японии Западу: контраст с Китаем», World Politics, 9 (1), стр. 37-54, JSTOR [Online]. Доступно на: www.jstor.org (дата обращения: 27 ноября 2012 г.).

Мартин, К. (1968) Восстание боксеров. Нью-Йорк: Abelard-Schuman Limited.
Моулдер, Ф. В. (1977) Япония, Китай и современная мировая экономика. Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

Сторри, Р. (1961) История современной Японии. Ред. Изд. Лондон: Пингвин.


Написано: Джулия Валентини
Написано: University of Sussex
Написано для: Justin Rosenberg
Дата написания: декабрь 2012 г.

Дополнительная литература по электронным международным отношениям

Как Япония видит Китай | The Economist

T HE ПЕРВЫЙ достоверные записи официальной миссии из Японии в Китай относятся к 238 году нашей эры , когда Химико, японская королева, отправила делегацию в китайское королевство Вэй, предложив в качестве дани десять рабов и два — текстиль длиной в фут.К VII веку клан Ямато, правивший в то время большей частью Японии, регулярно отправлял послов с дани при дворах Суй и Тан. Япония приняла китайскую систему письма; Японские монахи и ученые впитали религии Китая.

Послушайте эту историю

Ваш браузер не поддерживает элемент

Больше аудио и подкастов на iOS или Android.

Япония на протяжении веков оставалась внимательным, хотя и настороженным, наблюдателем за своим более крупным соседом. В конце 1970-х и 1980-х годах, отчасти мотивируемая чувством вины за зверства во время войны, Япония помогла Китаю модернизироваться.Японские фирмы одними из первых вышли на растущий рынок. Японские лидеры также забили тревогу по поводу китайского экспансионизма, особенно после столкновения двух стран в период между 2010 и 2012 годами из-за необитаемых скал в Восточно-Китайском море, которое Япония называет островами Сэнкаку, а Китай — Дяоюйду. «Мы предупредили, что US : это не маленькая разрозненная проблема между Японией и Китаем, а признак растущей мощи в регионе», — говорит Сасэ Кеничиро, бывший посол Японии в Америке.

Такие взгляды остались без внимания в Америке и Европе, где лидеры были сосредоточены на преимуществах интеграции Китая в мировую экономику. Однако в последние годы китайская агрессия в Гонконге, репрессии в Синьцзяне и бряцание оружием вокруг Тайваня также сделали многие западные правительства более подозрительными. Вступая в эру конкуренции с Китаем, Япония заново ищет точку зрения. Некоторые видные американские и британские официальные лица начали говорить о привлечении Японии (и других стран региона, включая Южную Корею) к Five Eyes, англоязычной сети обмена разведданными, в надежде улучшить свое понимание Китая.«Пятнадцать лет назад, когда я разговаривал с [западными коллегами] о негативных аспектах Китая, меня рассматривали как правого, ненавидящего Китай японского ученого, — говорит Мацуда Ясухиро, специалист по Китаю из Токийского университета. «Теперь люди нас слушают».

Японские наблюдатели за Китаем теперь говорят о трех тревожных тенденциях. Первая — это самоуверенность китайцев. «Они искренне верят, что Запад находится в упадке», — говорит Канехара Нобукацу, бывший заместитель советника по национальной безопасности Японии. Японские ученые считают, что китайские лидеры не позируют, когда заявляют, что их политическая система превосходит грязную демократию Америки.Некоторые замечают тревожные параллели с самоуверенной позицией Японии в преддверии Второй мировой войны. «Мы всегда напоминаем им о наших прошлых ошибках перед войной», — говорит один бывший высокопоставленный японский дипломат. «Они говорят:« Вы шутите, мы совершенно разные ». Но в наших глазах сходство становится все больше».

Второе — это переход от коллективного к индивидуальному руководству под руководством Си Цзиньпина, президента Китая. Японские официальные лица обеспокоены тем, что в своей зависимости от решений одного человека Китай становится больше похож на Северную Корею.В самом деле, Си, с этой точки зрения, может быть даже более изолированным, чем получивший образование в Швейцарии Ким Чен Ын, диктатор Северной Кореи. «Си вообще не знает свободного мира — я уверен, что Ким знает наш мир лучше», — говорит Канехара.

И, наконец, состояние китайской экономики. Недавние репрессии г-на Си против крупных частных компаний на фоне стремления к «общему процветанию» заставили многих в Токио обеспокоиться будущим экономического роста Китая. «Китайцы приходят к нам и побуждают нас инвестировать больше, они говорят, что не упустите возможность», — говорит советник крупного японского банка.«Но когда китайцы говорят это, значит, у них проблемы». Поддержка Китаем зарубежных инфраструктурных проектов в рамках подписанной им инициативы «Один пояс, один путь» за последние годы резко упала — это признак того, что китайская экономика сталкивается с «серьезными проблемами» у себя дома, утверждает Маэда Тадаши, управляющий Японского банка международного сотрудничества, государственного банка. зарубежный орган по финансированию развития.

Замедление темпов роста в Китае будет иметь серьезные последствия для собственной экономики Японии: Китай поглощает 22% ее экспорта, больше, чем любая другая страна.Японские наблюдатели за Китаем опасаются, что это также может подтолкнуть Си Цзиньпина к отвлечению внимания от неустойчивой экономики, разжигая националистические страсти с помощью авантюризма вокруг Тайваня или островов Сэнкаку / Дяоюйдаоюй. Тем не менее, многие японские ученые по-прежнему более скептически относятся к неизбежности войны из-за Тайваня, чем американские ученые, говорит Аояма Руми из Университета Васэда в Токио. Японские эксперты полагают, что Си не станет угрожать своей власти, начав в ближайшее время рискованное полномасштабное вторжение на главный остров Тайваня.

Как и везде, военные и сотрудники службы безопасности, как правило, больше, чем политические аналитики, обеспокоены возможной готовностью Си Цзиньпина применить силу для захвата Тайваня.Но даже они, как правило, более двусмысленны, чем их американские коллеги. «Сроки могут значительно варьироваться, — говорит генерал Ёсида Ёсихидэ, начальник штаба сухопутных войск Японии. «Трудно сказать что-то определенное, например,« в течение шести лет », — как сказал один американский адмирал Конгрессу в 2021 г. вторжения китайской береговой охраны в воды Тайваня или захват отдаленных островов Тайваня.

Эти опасения способствовали изменению политики Японии в отношении Китая. До пандемии Япония и Китай переживали период относительного дружелюбия. Абэ Синдзо, премьер-министр Японии в то время, стремился стабилизировать отношения после столкновений Сэнкаку и Дяоюйдао и пригласил г-на Си с государственным визитом в апреле 2020 года. Covid-19 помешал этим планам. Кишида Фумио, новый премьер-министр Японии, попытался действовать осторожно, но тем не менее предпринял несколько первых ястребиных шагов. В его кабинет вошел новый министр по «экономической безопасности», который частично обвиняется в уменьшении зависимости от Китая в поставках важнейших товаров.Он также назначил Накатани Гена, бывшего министра обороны, известного как китайский ястреб, царем по правам человека, чтобы занять более жесткую позицию в отношении злоупотреблений со стороны Китая в Синьцзяне и Гонконге. Пакет мер стимулирования, принятый в ноябре, включал необычную сумму в 774 млрд иен (6,8 млрд долларов), предназначенную для дополнительных расходов на оборону для ускорения закупок новых ракет и самолетов.

В 2022 году Япония и Китай отметят 50-летие нормализации послевоенных отношений. Аппетита к торжествам мало.В 2021 году около 71% японцев заявили, что Китай представляет собой «угрозу», по сравнению с 63% в 2020 году. Аналогичным образом, 66% китайцев негативно относятся к Японии, по сравнению с 53%.

На этой неделе два военных договорились улучшить свои каналы связи — долгожданный шаг, но также свидетельствующий о том, насколько серьезной стала напряженность. Г-н Кишида возразил против визита г-на Си, но не стал официально отозвать приглашение. Он также решил, что Япония не будет отправлять министров на Олимпиаду в Пекине в феврале, а только горстку спортивных чиновников.Япония не будет называть этот шаг «дипломатическим бойкотом», как Америка и другие союзники. Но никто в Китае не перепутает уменьшенную делегацию с миссиями давних времен. Следующий этап долгой истории Японии и Китая, вероятно, будет бурным. ■

Эта статья появилась в азиатском разделе печатного издания под заголовком «Вид из Токио»

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.