Тьма накрыла ненавистный прокуратором город: Тьма, пришедшая со… (Цитата из книги «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова)

Содержание

Этот город, этот прокуратор, этот роман

Как-то в классе, кажется, 10-ом, на уроке литературы одна из одноклассниц буквально выпучила на меня глаза:

— Как?! Ты не читала «Мастера и Маргариту»?
— Нет.
— Ты? И не читала?!

Чтоб не пасть в глазах одноклассников еще ниже, пришлось прочитать.

После первого прочтения книга мне очень понравилась. Не скажу детально — просто в общем.

Спустя какое-то время перечитала снова. И роман мне категорически не понравился. Настолько не понравился, что возникло даже недоумение — что же меня так обаяло в первый раз?..

Снова прошло какое-то время, и опять книга оказалась у меня в руках. В третий раз роман перечитывался с каким-то настороженным любопытством — мол, что на этот-то раз будет?

На тот раз абсолютно пришлась не ко двору пилатовская часть. Она казалась нудной, неинтересной и даже… лишней. Этот балкон, этот зной, эта головная боль, эти разговоры, этот город…

Зато современная часть пошла на ура. Было загадочно, волнующе, захватывающе. Было необычно.

Это уже становилось занимательно, ей-Богу — одна и та же книга, и такие разные восприятия. Означает ли это, что я резко или постепенно умнела?..

В четвертый раз я взялась за роман с то, что называется, чистым восприятием. Так, словно и не читала его прежде, словно никогда не знала этих героев. И в четвертую мою встречу с творением Булгакова «просела» современная часть — она показалась куда слабей пилатовской.

Зато как же мощно зазвучала именно та, пилатовская.

И вспыхнул кровавый подбой белого плаща, и обожгло ершалаимское солнце, и плавились в его мареве золотые идолы, и забивала нос сухая пыль с его улиц, и головная боль прокуратора ощутилась почти физически. Пилатовская часть буквально заворожила своими звуками, запахами, цветом, вкусом…

И загрохотала сапогами Марка Крысобоя фраза: «Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город». Я видела однажды, какая тьма может прийти со стороны Средиземного моря. .. Тьма в буквальном смысле слова: средь бела дня, когда только-только светило яркое солнце. Тьма поднимается из моря стеной, сжирая линию горизонта, и накатывает густой непроглядной каменной серостью: ровной, сплошной, равнодушной… И кажется, что сметет она все на своем пути, уничтожив людей и города, как только что поглотила она границу между землей и небом.

На мгновение даже становится страшно…

«Ненавидимый прокуратором город». Уже тогда это прозвучало как бессильное откровение, вызвавшее бесконечное сочувствие. И не знала я еще тогда, что придет момент, и горечь этого откровения и бессилия я смогу испытать на собственной шкуре.

Работа. Место нового, внезапного назначения. Я честно старалась найти в нем, в этом месте, хоть какие-то плюсы, найти что-то, за что это место можно было бы полюбить. За полгода вынужденного пребывания там, я так и не смогла этого сделать. Я даже не смогла найти там хотя бы что-то такое, ради чего с этим местом можно было бы просто примириться. От скуки, от однообразия, от повторности сводило скулы, и держаться помогало только осознание того, что скоро можно будет отсюда уехать. Уехать и больше никогда, ни за что сюда не возвращаться.

И вот именно тогда стала постижима вся глубина пилатовского отчаяния, вся степень его кипящего неприятия и отторжения… «Не-на-ви-ди-мый про-ку-ра-то-ром город». Чеканная, с металлическим привкусом ненависть — глухая, глубинная, навязаная. Господи, как же хорошо я стала его понимать!.. О, как хорошо! И как же хорошо я до сих пор его понимаю. Ведь по иронии и там, и там море было Средиземным…

Однако складываться вместе, соединяться гармонично, становиться единым целым роман по-прежнему не желал. Книга в очередной раз была поставлена на полку и на какое-то время намерено забыта.

А в пятый раз наконец-то пришла гармония, и все сплелось между собой в тугой клубок абсолютной, непостижимой гениальности. Многогранной, ироничной, серьезной, философской.

С тех пор я перечитываю «Мастера и Маргариту», наверно, раз в год-полтора, это точно. Любимой главой по-прежнему является вторая глава первой части, а сокровенней всего неизменно звучит «Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город».

Однажды бывший коллега, латыш, увидев у меня книгу, спросил, что я читаю. Услышав название, он уважительно качнул головой и поднял вверх большой палец. «Удивительная книга! — сказал он. — Читал ее несколько раз. И каждый раз нахожу в ней что-то новое».

Что еще?.. Еще, пожалуй, только тот случай, в Греции. Уже с другим коллегой мы гуляли по монастырю Серафима Саровского. Сопровождавший нас монах показывал и рассказывал, мы же, знакомясь, прикидывали потенциальную привлекательность монастыря в качестве туристического объекта.

Хоть убейте, я не помню, о чем конкретно рассказывал монах, когда в его речи прозвучало название — Иерусалим. Только он вдруг указал на меня и произнес:

— Можете у нее спросить, она знает, она была в Иерусалиме.

Мне не потребовался перевод — несмотря на то, что монах говорил по-гречески, а мой греческий — весьма примитивен. Я поняла, что он сказал.

Коллега почему-то удивленно обернулся на меня:

— Ты действительно была в Иерусалиме?
— Нет. Я никогда не была в Иерусалиме.

Когда коллега перевел мой ответ монаху, тот не поверил:

— Правда? Странно…
— Значит, тебе обязательно надо побывать в Иерусалиме, — задумчиво произнес коллега. — Он не зря это сказал.

Признаюсь — я до сих пор не побывала в Иерусалиме. Хотя и очень хочу. Но каждый раз, когда беру в руки «Мастера и Маргариту» или встречаю где-либо упоминание этого романа, мне вспоминаются слова того монаха.

И, подобно тому, как полная луна тревожила Ивана Бездомного, меня смутно тревожит, что я никак не доберусь до Ершалаима. Тревожит словно невыполненное обещание из общей чаши добровольно взятых обязательств.

Понятно, что Иерусалим давно уже изменился и вряд ли напоминает тот, с булгаковских страниц. Наивно полагать, что на его улицах встретяться кому-либо герои, оживленные росчерком талантливого пера.

Но кто знает… Может быть, когда я все же окажусь в ненавидимом прокуратором городе, воображение поможет расслышать в шуме людского водоворота шаркающую кавалерийскую походку жестокого пятого прокуратора Иудеи, всадника Понтия Пилата.

Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город…: molnija — LiveJournal

Не знаю автора. Боюсь, всем известная история, но я прочла только сегодня.
Она прекрасна. Во всяком случае, думаю, известным лицам, гулявшим по Патриарших, она бы пришлась по вкусу.

Профессор в университете задал своим студентам такой вопрос:
— Всё, что существует, создано Богом?
Один студент смело ответил:
— Да, создано Богом.
— Бог создал всё? — спросил профессор.
— Да, сэр — ответил студент.
Профессор спросил:
— Если Бог создал всё, значит Бог создал зло, раз оно существует. И согласно тому принципу, что наши дела определяют нас самих, значит Бог есть зло.
Студент притих, услышав такой ответ. Профессор был очень доволен собой. Он похвалился студентам, что он ещё раз доказал, что вера в Бога это миф.
Ещё один студент поднял руку и сказал:
— Могу я задать вам вопрос, профессор?
— Конечно, — ответил профессор.

Студент поднялся и спросил:
— Профессор, холод существует?
— Что за вопрос? Конечно, существует. Тебе никогда не было холодно?
Студенты засмеялись над вопросом молодого человека. Молодой человек ответил:
— На самом деле, сэр, холода не существует. В соответствии с законами физики, то, что мы считаем холодом, в действительности является отсутствием тепла. Человек или предмет можно изучить на предмет того, имеет ли он или передаёт энергию. Абсолютный ноль (-460 градусов по Фаренгейту) есть полное отсутствие тепла. Вся материя становится инертной и неспособной реагировать при этой температуре. Холода не существует. Мы создали это слово для описания того, что мы чувствуем при отсутствии тепла.
Студент продолжил:
— Профессор, темнота существует?
— Конечно, существует.

— Вы опять неправы, сэр. Темноты также не существует. Темнота в действительности есть отсутствие света. Мы можем изучить свет, но не темноту. Мы можем использовать призму Ньютона чтобы разложить белый свет на множество цветов и изучить различные длины волн каждого цвета. Вы не можете измерить темноту. Простой луч света может ворваться в мир темноты и осветить его. Как вы можете узнать, насколько тёмным является какое-либо пространство? Вы измеряете, какое количество света представлено. Не так ли? Темнота это понятие, которое человек использует, чтобы описать, что происходит при отсутствии света.
В конце концов, молодой человек спросил профессора:
— Сэр, зло существует?
На этот раз неуверенно, профессор ответил:
— Конечно, как я уже сказал. Мы видим его каждый день. Жестокость между людьми, множество преступлений и насилия по всему миру. Эти примеры являются не чем иным как проявлением зла.
На это студент ответил:
— Зла не существует, сэр, или, по крайней мере, его не существует для него самого. Зло — это просто отсутствие Бога. Оно похоже на темноту и холод — слово, созданное человеком чтобы описать отсутствие Бога. Бог не создавал зла. Зло это не вера или любовь, которые существуют как свет и тепло. Зло это результат отсутствия в сердце человека Божественной любви. Это вроде холода, который наступает, когда нет тепла, или вроде темноты, которая наступает, когда нет света.

Имя студента было — Альберт Эйнштейн.

«Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город»

Пишет Vera Goncharova
5 hrs ·

Абсурдная и омерзительная история в Таганском суде сегодня. Заседание, назначенное на 10.15, не начинается. В 15.00 судья говорит, что …в другой раз, не сегодня. Человек, привлекаемый к ответственности и честно явившийся защищать свои права, провёл 5 часов в коридоре суда и удивлён. По совету защитника составил ходатайство об отложении на другую дату. И права свои реализовал процессуальные, и явку зафиксировал.

Но в суде ходатайство не принимают. Не положено! Председатель запретил!

Обескураженный и разочарованный столкновением с правосудием молодой человек снова обращается к защитнику: что делать? Защитник знает ст. 45 Конституции, КоАП и идёт с ним в экспедицию. После неудачной попытки объяснить сотруднику экспедиции необходимость регистрации заявленного ходатайства, фиксирует отказ на камеру мобильного телефона.

Сотрудник экспедиции вызывает приставов. Молодцы в бронежилетах предлагают прекратить съёмку. Защитник съемку прекращает и покидает здание суда. Приставам мало. Они требуют в лучших традициях «пройдемте» и силой запихивают защитника в служебное помещение. Адвоката к нему не пропускают и требуют показать соглашение. Затем пытаются обмануть, сообщая, что задержанный отказался от адвоката. При этом стоят вчетвером перед рамкой на входе, чтобы ни одна пядь адвокатская не просочилась.

Через некоторое время все-таки разум возвращается и адвоката пропускают. Но начинается составление протокола. Об административном правонарушении. При том, что нет закона, запрещающего вести запись нарушения прав человека в здании суда. Нет такого и в правилах посещения суда. Ыыыыы.

Через 2,5 часа по настоятельной просьбе задержанного, все это время ограниченного в свободе, составляется протокол задержания. Хорошо зафиксирована теперь явка привлекаемого лица, того самого молодого человека, который впервые оказался в суде. И неорганизованность судьи. Но все остальное… Ещё мы обогатились рассказами приставов об «этих митингующих», которым («я сам слышал») «по 15 тысяч дают за выход». «Я посчитал тут, это ж сколько денег потрачено только за один день». Начальник начал было говорить о том, что суд в интересах государства действует, но, видимо, его кто-то ущипнул вовремя, подсказав, что у защитников диктофон работает, и он остановился.

Мракобесие. Тьма расползается.

#моястрашнаястрана

Тьма / Dark — «»Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город»»

Как-то прошел мимо меня этот сериал. Но отзывы на нашем сайте очень уж меня заинтересовали.

И я решила глянуть)

***

Тихий немецкий городок (уже интересно)…Рядом с какой-то таинственной пещерой пропадает ребенок. И что же будет дальше? Триллер…ммм…да. Мистика…ага… Фантастика? Оооо, да)))

***

В сериале три сезона. Один плавно и почти незаметно переходит в другой, что не может не радовать.

Потрясающее музыкальное сопровождение, которое не меняется все три сезона.

*Goodbye — Apparat, Soap&Skin

Мрачные осенние пейзажи. Гнетущая обстановка. Секреты, которые хранились годами…Тьма, которая накрывает всех и вся…

Красивые, молодые и … талантливые герои:)

Хорошо подобраны актеры на всех уровнях (что за уровни поймете, когда начнете смотреть).

Героев много, придется немного поднапрячь память и внимательность чтобы не терять нить сюжета.

Говорят, что можно путать азиатских актеров. Не только))) Приходилось пару раз пересматривать)) Я даже имена некоторых не смогла запомнить…

Лихо закрученный сюжет. Кто хороший, кто плохой, кто есть кто, где мы, когда мы, зачем мы. Сейчас вроде бы все понятно, но через пять минут стрелка поворачивается в другую сторону) Стандартный сюжет Кинга из «Оно» после фразы «А ты еще не понял» превращается в нечто непонятное) Какие-то двери, петли, машины, Апокалипсис…Смотреть очень интересно.

Хотя я так и не поняла зачем нужен был этот агрегат и был ли смысл его использования. Все-таки не очень подробно разобрали (или я пропустила).

Финал….

Именно такой он и должен быть Дополнительный плюсик в копилку сериала.

***

В общем-то и все, ребята

Смотрите

Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город.

Исчезли висячие мосты, соединяющие храм со страшной Антониевой башней, опустилась с неба бездна и залила крылатых богов… / Блог им. WerderDart / Великие Луки / myvl.ru
Перечитываемый мною роман, натолкнул на мысль поделиться с Вами впечатлениями о…

Наше с Лунтиком знакомство с Иерусалимом началось с вершины Масличной (Елеонской) горы – сейчас это панорамная площадка, откуда открывается такой вот вид на город
(видео (уррраа! я научилась йэго вставлять!!!), сразу говорю, не Спилберг снимал, так что, не придирацо)
Далее проследовали в Гефсиманский сад (конечно же, через лавку, в которой гид и продавцы старательно пытались развести на бабки убедить, что все сувениры, иконы, свечи, кресты и даже косметика Мертвого моря продаются только здесь и более нигде-нигде), в христианстве — место последней молитвы Иисуса, у Булгакова – место убийства Иуды из Кариафа:
Здесь же, на руинах византийского храма построена (в начале 20 века) католическая церковь Всех Наций. Церковь 12 купольная, по количеству стран, принимавших участие в строительстве (на сводах изображены флаги этих государств). Главной святыней здесь является камень, на котором (по преданию) и была совершена последняя земная молитва Христа. А еще обратите внимание: выше и правее под золотыми куполами на склоне Масличной горы — русская церковь Марии Магдалены:
К сожалению, от посещения церкви Двенадцати Наций остался таки осадок: были в нашей тургруппе три полудикие замечательные туристки, хоть и в длинных, но весьма нагих в прозрачных платьях. Так вот, когда одна из этих «паломниц» в порыве веры распласталась на камне последней молитвы, все ее телеса повыпали из глубочайшего декольте, цвет и фасон нижнего белья предстали перед взором других туристов во всей красе. Было весьма стыдно за нее. Тем более, что и при дальнейших посещениях храмов и святынь, они предпочитали укрывать платком голову, в ущерб сокрытию своего декольте и голой жопы. И крайне возмущались, если служители делали им замечания. Ну, да не о них речь.)
Суетливый гид, собрав всех в кучу (при таком столпотворении –растерять половину своих туристов весьма возможно), повела в усыпальницу Божьей Матери (церковь Успения Пресвятой Богородицы). Гробница расположена в скале и храм находится под землей (ничего не напоминает?):
И кругом паломники, паломники…
Далее наш путь пролегал мимо Мусорных ворот (Сузские ворота, через которые Иешуа вошел в Ершалаим, не сфотографировали, так как не успевали крутить головой):

И, да-да, и такое можно увидеть, замусоренных мест тоже хватает:
Мимо церкви золотого петушка, места троекратного отречения Петра (фото из автобуса, потому – не очень), на вершину горы Сион, к могиле царя Давида и Горнице тайной вечери.
Сионские ворота (ворота буквой «г», посему выезд весьма проблематичен) со следами артобстрелов:
Царь Давид:
Кстати, переходя от одного святого места к другому, заходя то в церковь, то в Храм, Собор, усыпальницу, несложно запутаться в принадлежности конкретного места к той или иной конфессии. За прошедшие века земля, места и строения в Иерусалиме перепродавались, захватывались, дарились. В ход шли связи, интриги, подкупы. В итоге – колоритная смесь религий, церквей, храмов, мечетей; мест, являющихся святыми для католиков, иудеев, православных и мусульман. Конфессии не просто соседствуют, местами они переплетаются, сливаются, объединяются. И весьма сложно бывает понять и запомнить – кому принадлежит в настоящее время то или иное место паломничества.

На обеде, организованном в одном из сети отелей сельхозкомунны (кибуца) (наша гид рассказывала, что одно время жила в кибуце, что ей очень импонирует их принцип общего имущества и равенства в труде и потреблении. Однако жить там не осталась, так как не устроило то, что работать надо, не там где хочешь, а там где скажут. Скажут на скотник — иди на скотник, а ей такое не подходит), мы встретили, хоть и не Булгаковского, но все же, рыцаря печального образа:
После обеда, сытые и довольные туристы отправились в старый город. Путь пролегал мимо Геенны огненной (да-да, вот этот милый зеленый парк и есть место приношения в жертву человеческих младенцев):
Старый город:
Старый город – это не только история и место паломничества туристов всех национальностей, вероисповеданий, стран и континентов. Там вполне себе комфортно и полноценно живут люди. Когда мы шли по Старому городу навстречу то и дело попадались толпы школьниц в клетчатых сарафанах, торопящиеся из школы домой. Это двор колледжа для девочек в Старом городе:
Вообще, география старого города для страдающих пространственным кретинизмом весьма запутана: узенькие улочки, перетекающие из одной в другую, сквозные проходы, резкие свороты/повороты. Думаю, что, отстань я от группы, вряд ли сейчас писала бы постЕГи).
Забавно, но в том, что Израиль – страна не очень большая (по территории примерно, как Псковская область) мы убедились на собственном опыте, так как некоторые наши «однотургруппники» из поездки в Иерусалим постоянно попадались нам при посещении прочих достопримечательной в последующие дни (кого-то встретили на Мертвом море, кто-то плескался в соседнем бассейне на источниках Хамей-Йоав).
А вот и Храм Гроба Господня. Расположен на предполагаемом месте Голгофы (месте погребения головы Адама). Этот Храм мы все можем наблюдать во время Пасхальных трансляций, именно здесь снисходит Благодатный огонь
и находится Пуп Земли:
Собственно Голгофа:
Естественно, в обязательную программу обзорной экскурсии по Иерусалиму входит и посещение Стены плача (здесь еще и мусульманские мечети – и золотой купол слева и черный купол справа, и мост, похожий на Булгаковский висячий мост):

На десерт(кому не надоело) — стырнеченная крутилка Храм Гроба Господня
P. S. Понятно, что здесь далеко не все, что мы увидели, но в целом, думаю, представление о весьма суматошном (хочу за один день увидеть все-все-все-все) посещении нами Иерусалима сложится)))
P.P.S. Претензии по заваленному горизонту к Лунтику. Фото ее 😛

«Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город»

Разбившийся в Сирии транспортный самолет Ан-26 Минобороны РФ заходил на посадку в приборных метеоусловиях. Согласно авиационной метеосводке, в 12:00 по Гринвичу (15:00 по московскому времени) на аэродроме Хмеймим, где базируется российская группировка в Сирии, наблюдалась
видимость 5 километров и мгла. В таких условиях летчики не могли издалека увидеть полосу и должны были ориентироваться на показания навигационных приборов на финальном этапе полета.

Сейчас к Хмеймиму подходит гроза. Видимость ухудшилась до 4000 метров, пришли кучево-дождевые облака, в которых чаще всего появляются грозы, появились порывы ветра до 12 м/с.

По данным Минобороны РФ, самолет врезался в землю в 500 метрах от торца полосы. Все находившиеся на борту 32 человека погибли. Одной из первых версий произошедшего была названа техническая неисправность.

Мгла (в авиационной метеорологии) – сплошное помутнение атмосферы, обусловленное наличием в воздухе сухих очень мелких взвешенных частиц пыли, дыма, гари, пыльцы растений и т.д., не видимых невооруженным глазом. Горизонтальная дальность видимости на уровне 2 м составляет от 1 до 9 км. Иногда видимость может снижаться до нескольких сотен и даже до нескольких десятков метров.

(……..)

Москва. 6 марта. INTERFAX.RU — Самолет Ан-26, потерпевший катастрофу в Сирии, совершал перелет с аэродрома под Алеппо, полет проходил в простых метеоусловиях, сообщили «Интерфаксу» во вторник источник в авиационных кругах.

«Это был внутренний перелет», — сказал один из источников.

«Полет выполнялся в простых метеоусловиях. На протяжении всего маршрута была малооблачная погода», — сказал другой источник.

(……..)

Путин получил доклад Шойгу о крушении в Сирии российского самолета Ан-26: Президент выразил соболезнования родным погибших, а также всему личному составу минобороны в связи с потерей товарищей. pic.twitter.com/p3Jni4o6TC

— Дмитрий Смирнов (@dimsmirnov175) 6 марта 2018 г.

Заходили они на посадку легли на глиссаду,  а тут мгла…..

Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город

Песни китайского милитаризма

Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город Sep. 10th, 2015 @ 11:13 am
Вид сбоку: (слева — до; справа — сейчас)

Вид сверху:

Вот так это выглядит в реале, и даже весь гений Булгакова не был способен передать all this shit and stuff. Третий день подряд уже. Британские ученые говорят, что старожилы не видели ничего подобного с 1940 года.

_

Current Mood: awake

Current Music: Princess Irulan Introduction — Dune (1984)

From:sohryu_l
Date:September 10th, 2015 08:17 am (UTC)
(Link)
Точно, Арахис, Дюна, планета солёных орешков.

Совершенно не удивлюсь, если в Негеве видели Шаи-Хулуда.

From:amagnum
Date:September 10th, 2015 08:23 am (UTC)
(Link)
Меланж на улицах хоть лопатой греби!
Интересно россосми уже упомянули об этом в контексте помощи природы экспедиционному корпусу в Сирии?
From:amagnum
Date:September 10th, 2015 08:24 am (UTC)
(Link)
Тут без бутылочки не разберешься — помощь ли это или наоборот. Быть может, климатическое оружие НАТО?
Утверждается, что в про-Асадовских фейсбуках сейчас именно так и пишут: что это работа HAARP и т.п. 🙂
Всё с точностью до наоборот 🙂 Буря парализовала действия авиации лоялов, чем не преминули воспользоваться ребелы и халифатовцы: «Джейш аль-Фатх» взяла штурмом авиабазу Абу ад-Духур, а силы Халифата развивают наступление на аэропорт города Дейр эз-Зор.
Самум-паша явно благоволит ребелам.
From:amagnum
Date:September 11th, 2015 10:58 am (UTC)
(Link)
«Утром в газете, вечером в куплете». Я только что видел это в кино.
From:amagnum
Date:September 13th, 2015 11:47 am (UTC)
(Link)
From:bravchik
Date:September 10th, 2015 09:00 am (UTC)
(Link)
Я такое видал когда под Москвой торфянники горели. Там, правда не пыль была, а дым. Неизвестно что хуже.
From:amagnum
Date:September 10th, 2015 01:22 pm (UTC)
(Link)
Полагаю, пожар хуже.
From:borianm
Date:September 10th, 2015 01:16 pm (UTC)
(Link)
Да… я б там сдох….
From:amagnum
Date:September 10th, 2015 01:25 pm (UTC)
(Link)
That is no country for old men.
From:igorilla
Date:September 11th, 2015 04:51 pm (UTC)
(Link)
Да ничего страшного
From:amagnum
Date:September 11th, 2015 05:51 pm (UTC)
(Link)
В середине 90-х аналогичная фигня случилась, я как раз на службе был. Всю ночь колотило от озноба. Утром в контору захожу — повсюду толстый слой песка. Везде — на полу, на столе, на бумагах, на аппаратуре. А база-то не в какой-то пустыне, а на берегу моря!!!

Тут коллеги и начальство подтянулись. Командир только посмотрел на мою несчастную рожу — и тут же приказал валить домой и отсыпаться заново.

From:igorilla
Date:September 13th, 2015 07:05 am (UTC)
(Link)
Хорошо, что толстый слой песка, а не толстый слой шоколада
Top of Page Powered by LiveJournal.com

Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла…

новое сообщение icnflickr-free-ic3d pan white
  • Проводить исследования
    • Последние фото
    • В тренде
    • События
    • Общество
    • Flickr Галереи
    • Карта мира
    • Поиск камеры
    • Блог Flickr
  • Печать
    • Принты и настенное искусство
    • Фотокниги
  • Получить Pro
    • Авторизоваться
    • Зарегистрироваться
    • Авторизоваться
    • Проводить исследования
    • В тренде
    • События
    • Общество
    • Flickr Галереи
    • Блог Flickr
    • Принты и настенное искусство
    • Фотокниги
    • Получить Pro
    О Вакансии Блог Разработчики Методические рекомендации Помощь Справочный форум Конфиденциальность Условия Печенье английский ← → Вернуться к фотопотоку Иван Бесседин Автор: Иван Бесседин

    Иван Бесседин

    Сделанный

    1,554 взгляды

    3 любимые

    0 Комментарии

    Снято 6 июня 2014 г.

    Все права защищены
    • Около
    • Вакансий
    • Блог
    • Разработчиков
    • Руководящие принципы
    • Конфиденциальность
    • Условия
    • Справка
    • Сообщить о нарушении
    • Справочный форум
    • английский
    • SmugMug + Flickr.
    • Конфиденциальность
    • Условия
    • Файлы cookie
    SmugMug + Flickr. Объединяя людей через фотографию.
    • Около
    • Вакансий
    • Блог
    • Разработчиков
    • Руководящие принципы
    • Сообщить о нарушении
    • Конфиденциальность
    • Условия
    • Справочный форум
    • английский
    • Конфиденциальность
    • Условия
    • Файлы cookie
    • Справка
    SmugMug + Flickr.Объединяя людей через фотографию.

    Михаил Булгаков: Мастер и Маргарита, перевод Финна Сиверта Нильсена


    НИКОГДА НЕ ГОВОРИТЕ С незнакомцами


    Однажды душным жарким весенним вечером на Патриарших прудах в Москве появились двое джентльменов. На первом был серый летний костюм, он был невысокого роста, упитанный, лысый и аккуратно держал в руке свою респектабельную шляпу-федору.На его чисто выбритом лице он нашел место для пары огромных черных очков в роговой оправе. У второго — мускулистого молодого человека — были рыжие волосы и клетчатая кепка, сдвинутая со лба, на нем была ковбойская рубашка, мятые белые брюки и черные туфли.

    Первым был не кто иной, как Михаил Александрович Берлиоз, председатель правления одного из крупнейших московских литературных объединений — сокращенно МАССОЛИТ — и редактор обширного литературного журнала. Его юным другом был поэт Иван Николаевич Понырев, известный под псевдонимом Бездомный — «Бездомный».

    Достигнув тенистого места под молодыми листьями группы лип, оба писателя направились прямо к яркой маленькой будке с надписью: «Пиво и безалкогольные напитки».

    Но здесь нельзя не отметить первую странность этого страшного майского вечера. Не было видно ни одной живой души — ни у самой будки, ни на обсаженной деревьями аллее по Малой Бронной улице. Целый день солнце опалило город, пока наконец он не ушел, чтобы дуться где-то в сухой дымке за Садовым кольцом.Можно было подумать, что людям захочется подышать свежим воздухом, но никто не приходил гулять в тени под липами или сидеть на скамейках. Парк был пуст.

    — Я возьму нарзан, — сказал Берлиоз.

    — У нас закончился Нарзан, — ответила женщина в будке, которую как-то обидела его просьба.

    — Как насчет пива? — хрипло осведомился поэт.

    — Сегодня вечером привозят пиво, — ответила женщина.

    — Так что у тебя? — спросил Берлиоз.

    — Абрикосовый сок. Но это тепло, — сказала женщина.

    — Давай, давай! …

    Абрикосовый сок выделял густую желтоватую пену и создавал в воздухе запах парикмахерской. Два любителя литературы проглотили жидкость, тут же икнули, заплатили продавщице и ушли, чтобы сесть на скамейку лицом к пруду, спиной к Бронной.

    И вот случилось второе странное событие, касающееся только Берлиоза.Его икота прекратилась, его сердце внезапно подпрыгнуло, на мгновение выпало вне досягаемости, а затем вернулось с пульсирующей в нем тупой иглой. Берлиоза парализовал страх. Бояться было нечего, но все, чего он хотел, — это встать и броситься прочь от Патриарших прудов так быстро, как могли его нести ноги. Берлиоз мучительно огляделся, но не понимал, что с ним происходит. Его лицо побледнело. Он вытер лоб платком и подумал про себя: «Что происходит? Такого никогда не было… мое сердце играет со мной шутки . .. Я слишком много работал. Может, надо дать черту все это и успеть на первый поезд до Кисловодска … »

    В этот момент пылающий воздух сгустился перед ним, и из него вылез прозрачное существо с удивительной внешностью. Крошечная голова в жокейской фуражке, короткошерстная, клетчатая воздушная куртка … Человек был около семи футов ростом, узкогрудый, неестественно худой и, поверьте мне, выглядел совершенно бессовестным мошенником.

    Жизнь оставила Берлиоза совершенно неподготовленным к необычным событиям подобного рода. Он побледнел еще больше, широко открыл глаза и услышал отчаянную болтовню своего разума: «Это ненастоящее! …»

    Но, увы, это было именно то, что было, и высокий прозрачный человек продолжал мягко покачиваться перед ним не только в одну, но и в другую сторону, даже не имея обычной приличия, чтобы держаться на ногах. земля.

    Берлиоз к этому времени достиг такого пика ужаса, что закрыл глаза.Когда он снова открыл их, все было кончено, мираж испарился, человека в шашечках не было, и в тот же момент он почувствовал, как тупая игла выскользнула из его сердца.

    — Дьявол! — воскликнул редактор, — вы знаете, Иван, у меня сейчас чуть не случился инфаркт от этой жары! У меня даже была какая-то галлюцинация, — он попытался улыбнуться, но глаза его все еще были полны тревоги, а руки дрожали.

    Но успокоившись, обмахиваясь платком, он довольно храбро продолжил: «Ну, как я сказал» — и продолжил речь, прерванную абрикосовым напитком.

    Позже выяснилось, что он говорил об Иисусе Христе. Дело в том, что редактор заказал поэту длинное антирелигиозное стихотворение для следующего выпуска его журнала. Иван Николаевич закончил стихотворение вовремя, но, к сожалению, редактору оно не понравилось. Бездомный изобразил своего главного героя — Иисуса — в самых мрачных тонах, тем не менее, редактор настаивал на том, что стихотворение придется переделывать с нуля. Теперь редактор читал своего рода лекцию об Иисусе, чтобы объяснить основную ошибку поэта. Трудно сказать, что именно сбило Ивана Николаевича с неверного пути — явная живучесть его описательного таланта или его полное незнание предмета, который он предлагал описать, — но каким-то образом его Иисус ожил, хотя его личность, это правда, вряд ли был привлекательным. Теперь Берлиоз пытался продемонстрировать, что важно было не то, каким человеком был Иисус, хорошим, плохим или безразличным, а то, что Иисус как личность вообще никогда не существовал в этом мире и что все рассказы о это была чистая фантазия — не что иное, как миф.

    Мы должны напомнить читателю, что редактор был начитанным человеком и хорошо знал древних историков, о которых он говорил с воодушевлением и непринужденностью, — например, знаменитого Филона Александрийского или блестяще образованного Иосифа Флавия, ни одного из них. который когда-либо писал хоть слово о существовании Иисуса. С убедительной эрудицией Михаил Александрович сообщил поэту, среди прочего, что отрывок в книге 15, главе 44 знаменитых «Летописей» Тацита, повествующий о казни Иисуса, на самом деле не что иное, как последнее. день подделки.

    Поэт, не ведавший всего, что ему рассказывал Михаил Андреевич, устремил свои настороженные зеленые глаза на редактора и внимательно слушал, лишь изредка икнув, а затем шепотом ругался абрикосовый сок.

    — Так обстоит дело во всех восточных религиях, — сказал Берлиоз, — есть девственная мать, которая рождает Бога — это совершенно нормально. Христиане не могли придумать ничего лучше, поэтому они представляли своего Иисуса, которого на самом деле никогда не было.Видите ли, это то, что вам нужно донести до читателя …

    По мере того, как его светлый тенор распространялся по парку, а Михаил Александрович все глубже проникал в пустыню, в которую могут войти только самые образованные люди, не рискуя своей шеей, поэт узнавал все больше интересных и полезных фактов о египетском Осирисе — боге. благословения и сын Неба и Земли, Фаммуз — бог финикийцев, Мардук, и даже менее известный ужасный бог Вицлипутсли, который когда-то высоко ценился мексиканскими ацтеками.

    Как раз тогда, когда Михаил Александрович рассказывал поэту, как ацтеки склеивали фигурки из теста с изображением бога Вицлипутсли, в парке появился первый человек.

    Впоследствии, когда, откровенно говоря, было слишком поздно, различные учреждения сравнили свои отчеты с описанием этого человека. Различия между ними не могут не удивлять. Так, первая утверждает, что мужчина был невысокого роста, имел золотые зубы и хромал на правую ногу. Согласно второму, он был гигантом с платиновыми пломбами и хромал на левую ногу.Третий лаконично подтверждает, что у мужчины вообще не было отличительных черт.

    Следует признать, что каждый из этих отчетов ничего не стоит.

    Во-первых, субъект не хромал ни на одну ногу, не был ни гигантским, ни низким, а просто высоким. Что касается его зубов, то они были золотыми с левой стороны, платиновыми с правой. Он был одет в дорогой серый костюм и туфли иностранного производства в тон, серую кепку, озорно надвинутую на ухо, и держал в руке трость с головой черного пуделя.Судя по его внешности, ему могло быть чуть больше сорока. Рот слегка искривлен. Чистое бритье. Волосы темные. Правый глаз черный, левый почему-то зеленый. Черные брови, одна выше другой. Короче — иностранец.

    Миновав скамейку с редактором и поэтом, иностранец наклонился к ним, остановился и резко сел на соседнюю скамейку, в двух шагах от них.

    «Немец», — подумал Берлиоз.

    «Англичанин, — подумал Бездомный, — ему, должно быть, жарко в этих перчатках».

    Иностранец медленно обвел взглядом площадь, образованную высокими зданиями, окружающими пруд. Было очевидно, что он впервые увидел это место, и это его очаровало.

    Его глаза остановились на уровне окон верхнего этажа, из которых разбитое солнце отражалось в них в последний раз перед тем, как навсегда уйти от Михаила Александровича. Затем он посмотрел дальше вниз, где стекла уже темнели с наступлением вечера.Что-то вызвало отстраненную улыбку. Он зажмурился, скрестил руки на головке трости и уперся в них подбородком.

    — Видишь ли, Иван, — сказал Берлиоз, — ты сделал отличную сатиру, скажем так, на рождение Иисуса, Сына Божьего, но дело в том, что до Иисуса был целый список Сынов Божьих. как фригийский Аттис, никто из которых никогда не родился и не жил, и с Иисусом это та же история, поэтому вы просто не должны продолжать описывать его рождение, трех царей и так далее.Вместо этого вы должны описать абсурдные слухи о его рождении … В противном случае ваша история создаст впечатление, что он действительно родился! …

    Бездомный попытался остановить мучившую его икоту, задержав дыхание, но в результате икота стала еще громче и болезненнее. На этом Берлиоз прервал свою речь, потому что иностранец вдруг встал и подошел к двум авторам.

    Они посмотрели на него с удивлением.

    — Извините, пожалуйста, — сказал мужчина с иностранным акцентом, но вполне понятно, — что я, не будучи знакомым, позволяю себе… но тема вашего ученого разговора была настолько интригующей, что …

    Он вежливо снял кепку, и друзьям ничего не оставалось, как встать со своих мест и поприветствовать его.

    «Нет, наверное, француз …» — подумал Берлиоз.

    «Польский? ..» — подумал Бездомный.

    Надо добавить, что первые слова иностранца произвели на поэта совсем неприятное впечатление, а Берлиозу он скорее понравился, или не совсем понравился … ну, как бы это сказать… нашел его интересным или что-то в этом роде.

    — Вы позволите мне сесть с вами? — вежливо спросил иностранец, и как-то машинально спутники разошлись; иностранец быстро сел между ними и сразу вступил в их разговор.

    — Вы были, если не ошибаюсь, просто сказали, что Иисуса никогда не было? — спросил иностранец, сосредоточив свой левый, зеленый глаз на Берлиозе.

    — Совершенно верно, — приятно ответил Берлиоз, — я как раз и говорил.

    — Ой, как интересно! — воскликнул иностранец.

    «Какого дьявола он хочет?» — подумал Бездомный и нахмурил брови.

    — А со своим собеседником вы согласились? — осведомился незнакомец, повернувшись направо к Бездомному.

    — До упора! — подтвердил поэт, любивший вычурные обороты речи.

    — Удивительный! — воскликнул их незваный партнер, украдкой оглядываясь по сторонам и почему-то понизив голос: — Простите за вторжение, но правильно ли я предполагаю, что вы, помимо всего прочего, не верите в Бога? — Он широко раскрыл глаза от страха и добавил: — Обещаю никому не рассказывать.

    — Совершенно верно, мы не верим в Бога, — ответил Берлиоз, слабо улыбаясь страху туриста, — но об этом можно говорить совершенно открыто.

    Иностранец откинулся на скамейке и спросил голосом, настолько полным любопытства, что чуть не пискнул:

    — Вы атеисты ?!

    — Да, мы атеисты, — с улыбкой ответил Берлиоз, а Бездомный сердито подумал про себя: «Теперь мы застряли с иностранным гусем!»

    — Ах, как прекрасно! — воскликнул необыкновенный иностранец и покачал головой, переводя взгляд с одного автора на другого.

    — В нашей стране атеизм никого не удивляет, — дипломатично объяснил Берлиоз, — подавляющее большинство населения давно сознательно перестало верить сказкам о Боге.

    При этом иностранец проделал настоящий трюк: он поднялся на ноги, схватил изумленного редактора за руку и провозгласил:

    — Разрешите выразить сердечную благодарность!

    — За что вы его благодарите? — осведомился Бездомный, глаза его удивленно подергивались.

    — За очень важную информацию, которая для меня, как путешественника, имеет наибольшую ценность, — объяснил эксцентричный иностранец, неоднозначно махнув пальцем.

    Честно говоря, эта важная информация произвела на иностранца глубокое впечатление, потому что он снова со страхом оглядел дома, как будто ожидал, что атеист выскочит из каждого окна.

    «Нет, он не англичанин . ..» — подумал Берлиоз, и Бездомный подумал: «Где он научился так говорить по-русски — вот интересный вопрос!» — и снова нахмурил брови.

    — Но позвольте мне спросить, — возобновил их иностранный гость после беспокойной паузы, — а как же доказательства существования Бога, которых, знаете ли, не меньше пяти.

    — Мне жаль! — с сожалением ответил Берлиоз, — все доказательства ничего не стоят, и человечество давно выбросило их на помойку. Ведь вы согласны, не так ли, что в рациональном мире не может быть достоверных доказательств существования Бога.

    — Браво! — воскликнул иностранец, — браво! Вы полностью поддерживаете взгляды беспокойного старого Эммануила по этому поводу.Но вот любопытный факт: отшлифуя все пять доказательств, он продолжил, как бы насмехаясь над своими собственными усилиями, построить свое собственное доказательство в качестве шестого.

    — Доказательство Канта, — снисходительно улыбаясь, возразил ученый редактор, — тоже вряд ли убедительно. Шиллер был совершенно прав в том, что размышления Канта не могут удовлетворить никого, кроме раба, и Штраус просто посмеялся над его доказательством.

    Говоря это, Берлиоз все думал про себя: «Все это мило и модно, но кто он вообще такой? И почему он так хорошо говорит по-русски?»

    — Кто-то должен послать этого Канта на Соловк охладиться несколько лет за такое доказательство! — неожиданно выпалил Иван Николаевич.

    — Иван! — прошептал Берлиоз, краснея.

    Но иностранца не только поразило предложение послать Канта на Соловк, он был полон энтузиазма.

    — Да, да, — крикнул он, и его левый зеленый глаз блеснул на Берлиоза, — это ему место! Вот что я сказал ему тогда за завтраком: «Профессор, делайте, как хотите, но то, что вы придумали, — беспорядок! Это может быть умно, но это чертовски сложно. Люди будут смеяться над ты».

    Берлиоз широко открыл глаза. «За завтраком … Канту? … Что он лепечет?» — он думал.

    — Но, — продолжал иностранец, не смущенный удивлением Берлиоза и обратив внимание на поэта, — отправить его на Соловк сейчас совершенно невозможно, так как прошло уже более ста лет с тех пор, как его перевели в пункты гораздо дальше Соловка. , и забрать его оттуда, уверяю вас, не может быть и речи.

    — Какая досада! — ответил провокационный поэт.

    — Да не правда ли! — согласился незнакомец, сверкнув глазами, и продолжил: — Но меня беспокоит другой вопрос: если нет Бога, мы должны спросить себя, кто руководит жизнью человечества и всем порядком существования на земле.

    — Человек сам руководит этим, — поспешно огрызнулся Бездомный на этот, надо признать, довольно расплывчатый вопрос.

    — Простите, — мягко ответил незнакомец, — но для того, чтобы руководить, нужно так или иначе иметь точный план на более или менее приличный промежуток времени.Скажите, пожалуйста, как человек вообще может управлять чем-либо, если он не только не может составить план на совершенно незначительный период, скажем, в тысячу лет, но и не может даже уследить за тем, что будет с ним завтра? Хорошо, — обратился незнакомец к Берлиозу, — допустим, ты, например, начинаешь режиссировать, организуешь себя и других, в общем, чувствуешь это, а потом вдруг … хе … хе … легкий случай саркомы … — иностранец сладко улыбнулся, как будто идея легкой саркомы заставила его подумать о чем-то приятном, — действительно, о саркоме, — он повторял резонирующие слоги с закрытыми глазами, как кошка , — твое руководство окончено! Единственная судьба, которая вас сейчас интересует, — это ваша собственная.Ваша семья начинает вам лгать; чувствуя, что что-то не так, ты тащишься сначала к ученым докторам, потом к шарлатанам, а в конце концов, может быть, даже к старым женам. Вы все время прекрасно знаете, что первое так же бессмысленно, как второе или третье. История заканчивается трагически: недавно вы думали, что что-то режиссируете, а теперь вдруг лежите неподвижно в деревянной шкатулке, а окружающая публика быстро понимает, что из этого ничего толкового нет. лежащий там человек поджигает его в духовке.Но случаются и похуже: кто-то решает ехать в Кисловодск, — иностранец еле подмигнул Берлиозу, — это не проблема, можно сказать, но и это ему не по силам, потому что вдруг, без видимой причины, троллейбус заносит и сбивает его! Только не говорите мне, что он сам руководил этим? Разве не было бы разумнее подозревать, что им руководил кто-то другой? — странно засмеялся незнакомец.

    Берлиоз внимательно следил за неприятной историей о саркоме и тележке, и тревожные мысли начали его тревожить.«Он не иностранец! Он не иностранец! — сказал он себе, — он очень необычный персонаж … но кто он вообще такой?

    — Вы хотите сигарету, понятно? — вдруг заметил незнакомец Бездомному, — какую марку вы предпочитаете?

    — Вы имеете в виду, что у вас их несколько? — мрачно спросил поэт. Он выбежал.

    — Какой ты предпочитаешь? — повторил незнакомец.

    — Ну что ж, Наша Марка, — сердито выпалил Бездомный.

    Незнакомец вытащил из кармана портсигар и протянул Бездомному:

    — Наша Марка.

    Редактора и поэта удивило не столько наличие в футляре «Нашей марки», сколько сам портсигар. Он был очень громоздким, сделан из чистого золота, и когда вы открываете крышку, он вспыхивал бело-голубым огнем треугольника из бриллиантов.

    Два господина литератора отнеслись к этому по-разному. Берлиоз: «Нет, он не иностранец, Бездомный:« Черт возьми, а?

    Поэт и владелец портсигара засветились, а Берлиоз, который не был курильщиком, отказался.

    «Придется ему так ответить, — подумал про себя Берлиоз, — правда, человек смертен, этого никто не отрицает. Однако факт в том, что …

    Но прежде чем он успел произнести эти слова, незнакомец продолжил:

    — Да, человек смертен, но это уже половина зла. Беда в том, что человек иногда внезапно становится смертным, вот и вся сложность! По сути, он никогда не может сказать, что с ним будет сегодня вечером.

    «Какой идиотский способ выразить это… подумал Берлиоз и возразил:

    — Конечно, это преувеличение. Я более или менее точно знаю, что будет сегодня вечером. Если, конечно, на Бронную мне на голову упадет кирпич …

    — О кирпичах не может быть и речи, — резко оборвал его незнакомец, — ни один кирпич ни на голову не упадет. Уверяю вас, ни при каких обстоятельствах это не представляет угрозы. Ты умрешь другой смертью.

    — А может быть, знаете какой? — с самой естественной иронией осведомился Берлиоз, явно втянутый в какой-то абсурдный разговор, — а можете мне сказать?

    — Конечно, — ответил незнакомец.Он мерил Берлиоза взглядом, как будто шил ему костюм, и пробормотал сквозь зубы что-то вроде: «Раз, два … Меркурий во втором доме … зашла луна … шесть — несчастье. … вечер — семь … — потом он громко и радостно провозгласил: — Тебе голову отрубят!

    Бездомный уставился на незнакомца, который явно развлекался, безумно озлобленный и сердитый, а Берлиоз с кривой ухмылкой спросил:

    — Кем именно? Враги? Иностранные агрессоры?

    — Нет, — ответил его спутник, — русской комсомолкой.

    — Гм … — пробормотал Берлиоз, чужая шутка его разозлила, — извини, но это кажется крайне маловероятным.

    — Мне тоже жаль, — ответил иностранец, — но так оно и есть. Ах да, хотел спросить, чем вы занимаетесь сегодня вечером, если не секрет?

    — Почему это должно быть секретом? Через некоторое время поеду домой к себе на Садовую, потом, в десять часов вечера, в МАССОЛИТе собрание, которое я буду председательствовать.

    — Об этом совершенно не может быть и речи, — твердо возразил иностранец.

    — Могу я спросить, почему?

    — Потому что, — ответил иностранец, глядя сквозь полузакрытые глаза на небо, на фоне которого молча вырисовывались силуэты черных птиц, предвкушающих вечернюю прохладу, — потому что Аннушка уже купила подсолнечное масло, а не только заплатила за него, она уже вылила. Так что встречи не будет.

    При этом, как и следовало ожидать, под липами воцарилась тишина.

    — Извините, — сказал Берлиоз после паузы, взглянув на бессмысленно болтающего иностранца, — а зачем подсолнечное масло… а кто такая аннушка?

    — Я вам скажу, почему подсолнечное масло, — вдруг сказал Бездомный, явно решившийся объявить войну их неизвестному товарищу, — вы случайно, сэр, не сидели в психушке?

    — Иван! … — тихо воскликнул Михаил Александрович.

    Но иностранец нисколько не обиделся и весело засмеялся.

    — Да, конечно, много раз! — воскликнул он, смеясь, но не сводя немигающих глаз с поэта, — я бывал в самых странных местах! Просто жаль, что я не нашел времени спросить профессора, что такое шизофрения.Так что спросите вы его сами, Иван Николаевич!

    — Откуда ты знаешь мое имя?

    — Но Иван Николаевич, разве вас все не знают? — иностранец достал из кармана вчерашнюю «Литературную газету», и тут же на первой полосе Иван Николаевич увидел свой портрет со своими стихами под ним. Поэт, еще вчера восхищенный этим доказательством своей славы и популярности, теперь не обрадовался ни капли.

    — Прошу прощения, — сказал он, его лицо потемнело, — не могли бы вы нас на минутку извинить? Хочу сказать своему другу несколько слов.

    — Ну конечно! — воскликнул иностранец, — здесь, под липами, очень приятно, и, если подумать, я никуда не тороплюсь.

    — Слушай, Миша, — прошептал поэт, оттолкнувший Берлиоза в сторону, — он не иностранный турист, а шпион. Это русский эмигрант, который вернулся к нам домой. Требуйте документы, а то он ускользнет …

    — Ты так думаешь? — нервно спросил Берлиоз и подумал про себя: «Держу пари, он прав!

    — Поверьте, — прошептал поэт ему на ухо, — он просто ведет себя глупо, чтобы обмануть нас, чтобы мы ответили на его вопросы.Заметьте, как хорошо у него русский, — сказал поэт, искоса поглядывая на незнакомца, чтобы тот не убежал, — пойдем, задержим его, а то он ускользнет …

    Поэт потащил Берлиоза за руку обратно к скамейке.

    Незнакомец, уже не сидевший на скамейке, стоял рядом с ней, держа в руках какой-то буклет в темно-сером переплете, толстый конверт из хорошей бумаги и визитку.

    — Простите, но в пылу нашего разговора я совершенно забыл представиться.Вот моя карточка, мой паспорт и мое приглашение приехать в Москву на консультации, — торжественно сказал незнакомец, пристально глядя на двух меценатов.

    Они были очень ошеломлены. «Черт, он все слышал … — подумал Берлиоз, вежливым жестом дав понять, что просматривать документы нет необходимости. Пока иностранец протягивал их редактору, поэт успел прочесть слово «профессор, напечатанное на карточке иностранными буквами» и первую букву фамилии — «В.

    — Очень приятно с вами познакомиться, — растерянно пробормотал редактор, иностранец вернул бумаги в карман.

    После восстановления нормальных отношений все трое вернулись на свои места на скамейке запасных.

    — Так вас пригласили сюда в качестве консультанта, профессор? — спросил Берлиоз.

    — Да, как консультант.

    — Ты немец? — осведомился Бездомный.

    — Я? … — переспросил профессор, внезапно задумавшись. — Да, наверное, я немец… — он сказал.

    — Вы отлично говорите по-русски, — заметил Бездомный.

    — Ах да, действительно, я скорее полиглот и знаю очень много языков, — ответил профессор.

    — А по какой специальности? — осведомился Берлиоз.

    — Я специализируюсь на черной магии.

    «Будь я проклят! .. — отозвался эхом в голове у Михаила Александровича.

    — И … вас пригласили сюда по специальности? — пробормотал он.

    — Вот почему они пригласили меня, — повторил профессор и объяснил: — Здесь, в государственной библиотеке, они обнаружили подлинные рукописи X века некроманта Герберта из Орильяка. Теперь они хотят, чтобы я их расшифровал. Я единственный специалист в мире.

    — А! Вы историк? — с большим облегчением и уважением спросил Берлиоз.

    — Я историк, — подтвердил ученый и продолжил без всяких рифм и поводов: — Сегодня вечером на Патриарших прудах будет интересная история!

    И редактор, и поэт снова опешили, но профессор поманил их к себе, и когда они наклонились ближе, он прошептал:

    — Помните, что Иисус действительно существовал.

    — Видите ли, профессор, — с натянутой улыбкой ответил Берлиоз, — при всем уважении к вашим великим знаниям, мы позволяем себе в данном случае придерживаться иной точки зрения.

    — Точки зрения ничего не меняют! — ответил странный профессор, — он просто существовал, вот и все.

    — Но ведь надо требовать каких-то доказательств … — начал Берлиоз.

    — Доказательства тоже ничего не меняют, — ответил профессор, который заговорил тихо и при этом почему-то пропал его акцент: — Все очень просто: в белом плаще…


    ПОНТИУС ПИЛАТ


    В белом плаще с кроваво-красной подкладкой, шаркающей походкой кавалериста, рано утром четырнадцатого дня весеннего месяца нисан в крытую колоннаду между двумя крыльями дворца Ирода Великого вошел Прокуратор Иудеи Понтий Пилат.

    Больше всего на свете прокуратор ненавидел запах розового масла, и теперь все признаки предвещали, что это будет плохой день, поскольку этот запах преследовал прокуратора с раннего утра.Прокуратору показалось, что запах роз веет от кипарисов и пальм в саду, что запах кожи и стражи смешан с этим проклятым розовым ручьем. Дворец, от крыльев до тыла, где находилась первая когорта Двенадцатого Легиона Молниеносной Стрельбы, прибывшая в Ершалаим с Прокуратором, был залит туманом до колоннады через самую верхнюю террасу сада и до самой верхней террасы сада. Горький дым, возвещающий о том, что столетние повара начали готовить полдник, добавлялся тому же маслянистому розовому запаху.О, боги мои, боги мои, за что вы меня наказываете?

    «Да, сомнений быть не может! Это она, снова она, непобедимая, страшная болезнь гемикрания, когда только половина головы находится в агонии. Нет средств против этого, нет спасения. Я должен стараться не двигать головой.

    На мозаичном полу у фонтана было приготовлено кресло, и прокуратор, ни на кого не глядя, сел на него и протянул руку в сторону.

    Секретарь почтительно вложил в эту руку лист пергамента.Не в силах сдержать гримасу боли, прокуратор взглянул на написанное, вернул пергамент секретарю и с трудом произнес:

    — Обвиняемый из Галилеи? Дело было отправлено Тетрарху?

    — Да, прокурор, — ответила секретарша.

    — А также?

    — Он отказался вынести приговор по этому делу и отправил вам смертный приговор синедриона для подтверждения, — пояснил секретарь.

    Щека прокурора дернулась, и он тихо сказал:

    — Ввести обвиняемого.

    В этот момент два легионера прошли с садовой террасы через колоннаду на балкон, ведя мужчину лет двадцати семи к креслу прокурора. Мужчина был одет в старую и рваную тунику. На голову ему была намотана белая повязка, перевязанная ремешком через лоб, руки связаны за спиной. Под левым глазом был большой синяк, а в углу рта — царапина засохшей крови. Пришедший с тревогой и любопытством взглянул на прокуратора.

    Последний на мгновение помолчал, затем очень тихо спросил по-арамейски:

    — Значит, это вы подстрекали людей разрушить Храм Ершалаима?

    Прокуратор сидел неподвижно, как статуя, его губы еле шевелились, когда он произносил слова. Прокуратор был подобен камню, потому что боялся потревожить свою пылающую адски болезненную голову.

    Мужчина со связанными руками слегка наклонился вперед и заговорил:

    — Мой добрый человек! Поверьте мне…

    Но прокурор, по-прежнему не двигаясь и не повышая голоса ни на ступеньку, тут же оборвал его:

    — Вы называете меня хорошим человеком? Ты неправ. Все в Ершалаиме шепчут, что я ужасное чудовище, и они абсолютно правы, — и он так же монотонно добавил: — Мне центурион Крысобой.

    Всем показалось, что балкон потемнел, когда перед прокуратором предстал центурион, командующий особым веком, Марк, известный как Крысобой — Крысобой.

    Крысобой был на голову выше самого высокого солдата легиона, а его плечи были такими широкими, что он полностью заслонял солнце, все еще низко в небе.

    Прокуратор обратился к сотнику по-латыни:

    — Преступник называет меня «хорошим человеком». Выведите его на минутку и объясните, как ему обращаться ко мне. Не калечите его.

    И все глаза, кроме неподвижного прокурора, сопровождали Марка Крысобоя, который показал рукой на арестанта, показывая, что тот должен следовать за ним.

    Куда бы он ни шел, люди следили за Крысобой глазами из-за его большого роста, но также, когда они впервые увидели его, потому что он был изуродован: его нос однажды был раздавлен ударом немецкой булавы.

    Затем послышался топот тяжелых сапог Марка по мозаике, связанный мужчина бесшумно вышел с ним, в колоннаде царила полная тишина, и было слышно воркование голубей на садовой террасе у балкона и пение воды в фонтане. это замысловато приятная песня.

    Прокуратору хотелось только встать, положить свой храм под падающую воду и остаться там замерзшим. Но он знал, что это ему тоже не поможет.

    Выведя узника из колоннады в сад, Крысобой взял хлыст из рук легионера, стоявшего у подножия бронзовой статуи, и, осторожно отбросив его назад, уронил пленнику на плечи. Движение центуриона было небрежным и легким, но связанный человек рухнул прямо на землю, как будто его ноги были отрезаны под ним, он ахнул, румянец исчез с его лица, а глаза потемнели.Только левой рукой Марк поднял упавшего человека, как пустой мешок, обратно в воздух, поставил его на ноги и заговорил гнусавым голосом, плохо произнося арамейские слова:

    — Считайте римского прокуратора гегемоном. Никаких других слов. Стой прямо. Вы меня поняли или ударить вас?

    Заключенный закачивался, но он справился с собой, цвет его вернулся, он затаил дыхание и хрипло ответил:

    — Я понял тебя. Не бей меня.

    Через мгновение он снова предстал перед прокурором.

    Прозвучал слабый больной голос:

    — Имя?

    — Мой? — оперативно ответил заключенный, всем своим существом выразив готовность ответить разумно и ясно, и не вызывать дальнейшего гнева.

    Прокурор тихо сказал:

    — Я знаю. Не делайте себя глупее, чем вы есть на самом деле. Ваш.

    — Иешуа, — поспешно ответил осужденный.

    — А есть другое имя, под которым вас зовут?

    — Ха-Ноцри.

    — Где вы родились?

    — В городе Гамала, — ответил осужденный, движением головы показывая, что где-то далеко, справа, на севере, лежит город Гамала.

    — Ты кто по родне?

    — Точно не знаю, — охотно ответил заключенный, — родителей не помню. Мне сказали, что мой отец был сирийцем…

    — Где твое постоянное место жительства?

    — Постоянного жилья у меня нет, — смущенно ответил осужденный, — я езжу из города в город.

    — Короче, одним словом — бродяга, — сказал прокурор и спросил: — У тебя есть семья?

    — Нет, никто. Я один на свете.

    — Ты умеешь читать и писать?

    — Да.

    — Вы знаете какой-либо другой язык, кроме арамейского?

    — Да.Греческий.

    Одна припухшая бровь приподнялась, затуманенный болью взгляд сосредоточился на заключенном. Другой глаз оставался закрытым.

    Пилат сказал по-гречески:

    — То есть вы планировали разрушить здание Храма и подгоняли к этому людей?

    При этом осужденный снова оживился, страх улетучился из его глаз, и он заговорил по-гречески:

    — Я, моя душа … — глаза осужденного вспыхнули ужасом, он почти оговорился, — Я, игемон, никогда в жизни не планировал разрушить Храмовое здание и никогда не пытался убедить кого-либо совершить такой бессмысленный поступок.

    Выражение удивления появилось на лице секретаря, который склонился над низким столом, чтобы записать показания. Он поднял голову, но тут же снова склонился над пергаментом.

    — Перед праздниками в этом городе собираются самые разные люди. — Среди них есть маги, астрологи, гадалки и убийцы, — монотонно сказал прокуратор, — а еще встречаются лжецы. Вы, например, лжец. Здесь четко написано: подстрекают к разрушению Храма.Так говорят свидетели.

    — Эти хорошие люди, — сказал осужденный, поспешно добавив: — игемон, — продолжил: — совсем не имеют образования и совершенно неправильно поняли то, что я сказал. Я даже забеспокоился, что эта неразбериха может продолжаться очень долго. А все потому, что он неправильно пишет мои слова.

    Наступила тишина. Теперь оба больных глаза упирались в осужденного.

    — Я говорю тебе еще раз, и в последний раз: перестань вести себя как сумасшедший, бандит, — тихо монотонно сказал Пилат, — о тебе мало написано, но написано достаточно, чтобы тебя повесить.

    — Нет-нет, игемон, — сказал пленник, все его тело напрягалось в желании убедить, — он следует за мной и следует за мной, человеком с пергаментом из козьей шкуры, постоянно пишет. Но однажды, когда я посмотрел на этот пергамент, я ужаснулся. По правде говоря, там ничего не написано из того, что я сказал. Я умолял его: ради бога, сожги свой пергамент! Но он вырвал его у меня из рук и убежал.

    — Кто он? — с отвращением спросил Пилат и коснулся рукой своего виска.

    — Леви Мэтью, — охотно объяснил осужденный, — он был сборщиком налогов, и я впервые встретил его по дороге в Виффаг, прямо там, где он изгибается за угол фигового сада, и поговорил с ним. Сначала он был враждебно настроен и даже обидел меня, то есть подумал, что обидел меня, назвав собачкой, — тут осужденный улыбнулся, — лично я не вижу зла в этом животном, поэтому меня это слово не оскорбляет. ..

    Секретарь перестал писать и бросил удивленный взгляд не на арестанта, а на прокурора.

    — … однако, когда он послушал меня, он смягчился, — продолжал Иешуа, — наконец он бросил свои деньги в дорогу и заявил, что будет сопровождать меня в моих путешествиях …

    Пилат иронично усмехнулся в щеку, обнажив желтые зубы, и повернулся всем телом к ​​секретарше, чтобы сказать:

    — О, город Ершалаим! Нет конца тому, что можно услышать в этом месте. Вы слышали, сборщик налогов бросил деньги на дорогу!

    Секретарь, не зная, как на это отреагировать, почувствовал себя обязанным ответить Пилату ухмылкой.

    — Он сказал, что отныне деньги стали ему ненавистны, — объяснил Иешуа странное поведение Леви Матфея и добавил: — И с тех пор он мой товарищ.

    По-прежнему гримасничая, прокуратор взглянул на арестанта, затем на солнце, которое неумолимо поднималось над конными статуями ипподрома далеко внизу справа, и внезапно на волне тошнотворной боли он вообразил, что самое простое преследовать этого странного преступника с балкона двумя простыми словами: «Повесьте его.Отослать стражу, покинуть колоннаду во внутренние пределы дворца, приказать затемнить комнату, опуститься на кровать, потребовать холодной воды, жалобным голосом позвать собаку и пожаловаться ей на гемикрания. И вдруг мысль об яде соблазнительно промелькнула в больной голове прокуратора.

    Он смотрел на арестанта затуманенными глазами и какое-то время молчал, мучительно пытаясь вспомнить, почему этот каторжанин стоит перед ним на безжалостном утреннем солнце Ершалаима, его лицо изуродовано синяками, и какие еще, совершенно ненужные вопросы он будет задавать. еще надо его спросить.

    — Леви Мэтью? — хрипло спросил больной и закрыл глаза.

    — Да, Леви Мэтью, — издалека донесся до него высокий, мучивший его голос.

    — Так что вы сказали о Храме толпе на базаре?

    Ответный голос словно пронзил Пилату висок, боль была невыносима, и голос сказал:

    — Я говорил, игемон, о том, что Храм старой веры падет, и на его месте воздвигнется новый Храм истины.Я так выразился, чтобы люди меня лучше понимали.

    — Зачем, бродяга, ты взволновал людей на базаре рассказами непонятной правды? Что правда?

    При этом прокуратор подумал: «О, боги! Я задаю ему вопросы, не имеющие отношения к суду … Мой разум мне больше не служит …» И снова он увидел перед собой чашу с темной жидкостью. «Яд, принеси мне яд!»

    И снова он услышал голос:

    — Правда в том, что, во-первых, у вас болит голова, причем так сильно, что вы слабо думаете о смерти.Вам не только не под силу говорить со мной, на меня трудно даже смотреть. Итак, теперь я ваш невольный мучитель, и это меня огорчает. Вы вообще ни о чем не можете думать и можете только мечтать, что ваша собака придет к вам, как кажется, единственное существо, к которому вы привязаны. Но скоро ваши страдания пройдут, ваша голова восстановится.

    Секретарь широко раскрытыми глазами смотрела на осужденного и перестала писать на середине слова.

    Пилат поднял страждущие глаза на осужденного и увидел, что солнце уже стояло довольно высоко над ипподромом, что луч пробился в колоннаду и полз к изношенным сандалиям Иешуа и что он пытается уйти с пути солнце.

    Прокуратор поднялся со стула, схватился за голову руками, и на его пожелтевшем, гладко выбритом лице появилось выражение ужаса. Но он тут же подавил это своей волей и снова опустился на стул.

    Осужденный тем временем продолжал свою речь, но секретарь прекратил запись; высовывая шею, как гусь, он старался не пропустить ни единого слова.

    — Понимаете, все кончено, — сказал узник, дружелюбно взглянув на Пилата, — и я очень рад это видеть.Советую тебе, игемон, на время покинуть дворец и прогуляться где-нибудь поблизости, может быть, в садах Масличной горы. Будет гроза, — осужденный повернулся и зажмурился на солнце, — потом, ближе к вечеру. Прогулка пойдет вам на пользу, и я буду очень рад сопровождать вас. Мне в голову пришли некоторые новые мысли, которые, я подозреваю, могут вас заинтересовать, и я был бы рад поделиться ими с вами, тем более что вы, кажется, человек значительного интеллекта.

    Секретарь смертельно побледнел и уронил свиток на пол.

    — Беда в том, — продолжал невозмутимый связанный человек, — что вы слишком замкнуты и окончательно утратили веру в людей. В конце концов, согласитесь, что не стоит вкладывать всю свою привязанность в собаку. Вы ведете жалкую жизнь, игемон, — и оратор позволил себе улыбнуться.

    К этому моменту у секретаря была только одна мысль, верит он своим ушам или нет.Он должен им поверить. Он пытался представить себе, в какой именно причудливой форме выразится гнев вспыльчивого прокуратора на неслыханную дерзость этого узника. Но секретарь не мог себе этого представить, хотя хорошо знал прокурора.

    Затем послышался сухой, надломленный голос прокурора, говорящего по-латыни:

    — Развяжи ему руки.

    Один из легионеров стражи ударил копьем, передал его другому, подошел и снял веревку с осужденного.Секретарь взял свой свиток, решив, что пока ничего не будет записывать и ничему не удивляться.

    — Сознайся, — мягко сказал Пилат по-гречески, — ты великий врач.

    — Нет, прокурор, я не врач, — ответил осужденный, радостно потирая сморщенное и опухшее пурпурное запястье.

    Резко нахмурившись, Пилат смотрел на осужденного проницательными глазами, глазами, которые уже не были мутными, в них снова загорелись знакомые искры.

    — Я вас не спрашивал, — сказал Пилат, — может быть, вы тоже знаете латынь?

    — Да, — ответил осужденный.

    Пожелтевшие щеки Пилата снова приобрели цвет, и он спросил по-латыни:

    — Как вы узнали, что я хочу позвонить своей собаке?

    — Это очень просто, — ответил осужденный по-латыни, — вы двигали рукой по воздуху, — осужденный повторил жест Пилата, — как будто вы хотели погладить, а ваши губы …

    — Да, — сказал Пилат.

    Они замолчали, тогда Пилат спросил по-гречески:

    — Итак, вы врач?

    — Нет-нет, — оживленно ответил осужденный, — поверьте, я не врач.

    — Очень хорошо. Если вы хотите сохранить это в секрете, сделайте это. Это не имеет прямого отношения к рассматриваемому вопросу. Таким образом, вы утверждаете, что не требовали, чтобы Храм был снесен … или подожжен, или разрушен каким-либо другим способом?

    — Повторяю, игемон, я не призывал к подобным действиям.Я похож на полоумного?

    — О нет, вы не похожи на полоумного, — мягко ответил прокуратор с какой-то жуткой улыбкой, — а теперь поклянетесь, что этого не делали.

    — Чем ты хочешь, чтобы я клялся? — спросил развязанный мужчина, значительно оживившись.

    — Ну что ж, своей жизнью, — ответил прокурор, — пора им поклясться, потому что он висит на тонкой нитке, поверьте!

    — Может быть, вы думаете, что это вы повесили, игемон? — спросил осужденный, — если да, то вы серьезно ошибаетесь.

    Пилат вздрогнул и сквозь зубы ответил:

    — Я могу отрезать эту нить.

    — В этом вы тоже ошибаетесь, — возразил осужденный, весело улыбаясь и прикрывая глаза рукой от солнца, — ведь вы согласитесь, что только он может перерезать нить, которая ее повесила?

    — Ну-ну, — улыбаясь, сказал Пилат, — теперь я уже не удивляюсь, что все праздные отсталые Ершалаимские пошли за вами по пятам. Не знаю, кто тебе язык повесил, но он хорошо висит.Кстати, скажите мне: правда ли, что вы прибыли в Ершалаим через Сузские ворота, верхом на осле и в сопровождении толпы сволочей, которые выкрикивали вам привет, как будто вы какой-то пророк? — прокуратор указал на пергаментный свиток.

    Осужденный с удивлением взглянул на прокурора.

    — У меня даже осла нет, игемон, — сказал он. — Это правда, что я пришел в Ершалаим через Сузские ворота, но пешком, в сопровождении только Левия Матфея, и мне никто ничего не кричал, так как в Ершалаиме меня тогда никто не знал.

    — А разве вы не знаете этих людей, — продолжал Пилат, не сводя глаз с осужденного, — одного Дисма, другого геста и третьего, Бар-раввана!

    — Этих хороших людей я не знаю, — ответил осужденный.

    — Это что правда?

    — Это правда.

    — А теперь скажите, почему вы постоянно употребляете слова «хорошие люди»? Как это, вы так ко всех относитесь?

    — Все, — ответил осужденный, — злых людей на свете нет.

    — Я об этом раньше не слышал, — усмехаясь, сказал Пилат, — но, может быть, я плохо знаю жизнь! Вам не нужно записывать следующее, — он обратился к секретарю, которая уже остановила запись, и продолжил осужденному: — Вы читали это в одной из греческих книг?

    — Нет, я сам придумал.

    — А вы этому учите?

    — Да.

    — Ну, возьмем, к примеру, центуриона Марка по кличке Крысобой, — он хороший?

    — Да, — ответил осужденный, — это правда, что он несчастный человек.С тех пор, как добрые люди изуродовали его, он стал жестоким и бессердечным. Интересно, кто нанес ему эту травму?

    — Я с радостью вам это скажу, — ответил Пилат, — раз уж я был свидетелем этого. Добрые люди бросились на него, как собаки на медведя. Немцы вцепились ему в шею, руки, ноги. Пехотный манипул был окружен, и если бы кавалерийский тур не прорвался с фланга, а им командовал я, — вам бы, философ, не довелось разговаривать с Крысобой.Это было во время битвы при Идиставизо в Долине Девственниц.

    — Если бы я только мог с ним поговорить, — сразу задумался осужденный, — уверен, он бы сильно изменился.

    — Я полагаю, — ответил Пилат, — что легат легиона будет менее чем обрадован, если вы подумаете о разговоре с кем-нибудь из его офицеров или солдат. Однако, к счастью для всех нас, этого никогда не произойдет, и я буду первым, кто убедится, что этого не произойдет.

    В этот момент ласточка стремительно влетела в колоннаду, сделала круг под золотым потолком, устремилась вниз, ее острое крыло почти задело лицо бронзовой статуи в нише, и спряталась за капитель колонны.Возможно, он думал, что сможет построить там гнездо.

    Во время полета в сознании прокуратора сложилась формула, теперь уже легкая и ясная. Дело в том, что гегемон пересмотрел дело против бродячего философа Иешуа по имени Ха-Ноцри и не нашел оснований для обвинения. В частности, он не нашел ни малейшей связи между действиями Иешуа и беспорядками, которые недавно произошли в Ершалаиме. Бродячий философ, похоже, психически болен.В результате смертная казнь, которую Малый синедрион вынес Иешуа, не подтверждена прокурором. Но ввиду того, что безумные, утопические слова Га-Ноцри могут вызвать смятение в Ершалаиме, прокуратор удаляет Иешуа из Ершалаима и помещает его в тюрьму в Стратонской Кесарии на Средиземном море, то есть как раз там, где находится резиденция прокуратора. .

    Оставалось только продиктовать это секретарю.

    Крылья ласточки порхали у головы игемона, птица метнулась к бассейну фонтана и вылетела на свободу.Прокурор поднял глаза на осужденного и увидел, что рядом с ним вспыхнул столб пыли.

    — Это все на нем? — спросил у секретаря прокурор.

    — К сожалению, нет, — неожиданно ответил секретарь и протянул Пилату еще один лист пергамента.

    — Что еще там? — спросил Пилат и нахмурился.

    Когда он прочитал то, что ему вручили, его лицо изменилось еще больше. Возможно, это была темная кровь, текущая к его шее и лицу, или это могло быть что-то еще, но когда его кожа потеряла желтый оттенок, она стала серовато-коричневой, и его взгляд, казалось, упал внутрь.

    Опять же, кажется вероятным, что кровь была виновата в том, что она бросилась к его вискам и ударила по ним, но что-то случилось с видением Прокуратора. Ему показалось, что голова осужденного куда-то уплыла, а ее место заняла другая. На этой лысой голове была установлена ​​золотая корона с несколькими шипами; на лбу был круглый нарыв, въедающийся в кожу и смазанный мазью; беззубый рот запал, нижняя губа капризно опущена.Пилату казалось, что розовые колонны балкона, а внизу, за садом, далекие крыши Ершалаима все исчезли, и что все вокруг него поглотила пышная зелень капринских садов. Что-то еще более странное произошло с его слухом — словно издалека звучали трубы, приглушенные и угрожающие, и он очень отчетливо слышал гнусавый голос, высокомерно растягивающий слова: «Закон о lese majesty …»

    В голове проносились мысли, короткие, разрозненные и необычные: «Заблудились!», Затем: «Мы заблудились!»… »И среди них был совершенно безумный, о каком-то неизбежном — но для кого ?! — бессмертии, и действительно, почему-то это бессмертие вызвало в нем нестерпимую тоску.

    Пилат выпрямился, прогнал видение из головы, снова устремил взгляд на балкон и посмотрел в глаза осужденному.

    — Послушай, Га-Ноцри, — сказал прокуратор, довольно странно взглянув на Иешуа: лицо прокуратора было угрожающим, но глаза его были полны смятения, — ты когда-нибудь говорил что-нибудь о великом Цезаре? Отвечать! Ты сказал?… Или ты … не … сказал? — Пилат вытянул слово «не» чуть больше, чем допустимо на суде, как будто своим взглядом он послал Иешуа мысль, которую хотел, чтобы он заметил.

    — Правду говорить легко и приятно, — заметил осужденный.

    — Мне не нужно знать, — яростно ответил Пилат себе под нос, — приятно вам или нет говорить правду. Но тебе придется это сказать. Но пока говоришь, взвешивай каждое слово, если не хочешь не просто неизбежной, а мучительной смерти.

    Никто не знает, что случилось с прокуратором Иудеи, но он позволил себе поднять руку, как будто защищаясь от солнца, и под прикрытием этой руки он послал осужденному странно многозначительный взгляд.

    — Итак, — сказал он, — ответьте, знаете ли вы некоего Иуда из Кериота и что именно вы ему сказали, если что-нибудь, о Цезаре?

    — Вот как это было, — охотно начал свой рассказ осужденный, — позавчера вечером перед Храмом я познакомился с молодым человеком, который называл себя Иудом Кериотским.Он пригласил меня домой к себе в Нижний город и оказал мне гостеприимство …

    — Хороший человек? — спросил Пилат, и в глазах его вспыхнул дьявольский огонь.

    — Очень хороший человек и хочет учиться, — подтвердил осужденный, — он очень интересовался моими мыслями и очень любезно меня принял …

    — Он зажег свечи … — сказал Пилат осужденным тоном, но сквозь зубы, глаза его мерцали.

    — Да, — продолжил Иешуа, немного удивленный познаниями прокурора, — он попросил меня высказать свое мнение о полномочиях правительства.Его очень интересовал этот вопрос.

    — А что ты сказал? — спросил Пилат, — или ответишь, что забыл, что сказал? — но в голосе Пилата уже прозвучала безысходность.

    — Я сказал, между прочим, — рассказывал осужденный, — что всякая власть предполагает насилие над людьми и что наступит время, когда не будет ни власти кесаря, ни какой-либо иной власти. Человек перейдет в царство истины и справедливости, где совсем не будет нужды в силе.

    — А потом!

    — А тогда ничего не было, — сказал осужденный, — потом прибежали люди, связали меня и увели в СИЗО.

    Секретарь, стараясь не пропустить ни единого слова, записала эти заявления на пергаменте.

    — Никогда в мире не было, нет и никогда не будет силы, которая была бы больше и прекраснее в глазах народа, чем сила Императора Тиберия! — раздался вокруг него сломленный и болезненный голос Пилата.

    Прокурор почему-то с ненавистью взглянул на секретаря и охранника.

    — И не тебе, сумасшедший преступник, судить! — Тогда Пилат закричал: — Уведите стражу с балкона! — И, обращаясь к секретарю, добавил: — Оставьте меня наедине с преступником, это государственное дело.

    Стражник поднял свои копья и, под ритмичный удар металлических сандалий, вышел с балкона в сад, а вслед за ним последовал за секретаршей.

    Некоторое время тишину на балконе нарушал только пение воды в фонтане. Пилат видел, как над водостоком образовалась тарелка с водой, как обломились ее края, как они рухнули ручьями.

    Осужденный первым заговорил:

    — Я вижу, что из-за того, что я сказал этому молодому человеку из Кериот, произошло какое-то несчастье. Я чувствую, игемон, что с ним случится что-то ужасное, и мне его очень жаль.

    — Я думаю, — ответил прокуратор со странной улыбкой, — что есть на свете еще один человек, которого тебе следовало бы пожалеть больше, чем Иуда Кериотского, и который пострадает гораздо хуже, чем Иуд! Итак, Марк Крысобой, холодный, убежденный палач, люди, которые, как я вижу, — прокуратор указал на изуродованное лицо Иешуа, — избили вас за ваши проповеди, бандиты Дисмас и Гестас, которые со своими приспешниками убили четырех солдат , и наконец, грязный предатель Джуд — все они хорошие люди?

    — Да, — ответил осужденный.

    — А царство истины наступит?

    — Придет, игемон, — твердо ответил Иешуа.

    — Этого никогда не будет! — воскликнул вдруг Пилат таким странным голосом, что Иешуа отступил. Много лет назад именно так Пилат в Долине Девственников воззвал к своим рыцарям: «Срубите их! Срубите их! Гигант Крысобой упал! А потом он повысил голос, прерываемый бесчисленными командами, и выкрикнул слова, чтобы их можно было услышать в саду: — Преступник! Преступник! Преступник!

    Потом, понизив голос, спросил:

    — Иешуа Га-Ноцри, вы верите в каких-то богов?

    — Бог один, — ответил Иешуа, — я верю в него.

    — Тогда молись ему! Горячо молитесь! Подумайте об этом, — тут голос Пилата сузился, — это вам не поможет. У тебя нет жены? — спросил Пилат со странной тоской, не понимая, что с ним происходит.

    — Нет я одна.

    — Ненавистный город, — вдруг по неизвестной причине пробормотал прокуратор, сгорбившись, будто замерзая, и потер руки, как будто мыл их, — если бы ты был зарезан до встречи с Иудой Кериотской, Говорю вам, так было бы лучше.

    — Но отпустите меня, игемон, — неожиданно сказал осужденный беспокойным голосом, — я вижу, они хотят меня убить.

    Судорога исказила лицо Пилата, он положил воспаленные белки своих глаз с красными прожилками на Иешуа и сказал:

    — Как ты думаешь, несчастный, что римский прокурор когда-нибудь отпустит человека, сказавшего то, что ты сказал? О мои боги, мои боги! Или ты думаешь, что я готов занять твое место? Я не разделяю твоих идей! И послушайте меня: если вы с этой минуты скажете кому-нибудь хоть одно слово, берегитесь меня! Я вам еще раз говорю: будьте осторожны.

    — Игемон …

    — Тишина! — закричал Пилат, и его яростный взор проследил за ласточкой, которая снова пролетела над балконом, — ко мне! — проревел Пилат.

    И когда секретарь и стража вернулись на свои места, Пилат объявил, что он подтверждает смертный приговор, вынесенный собранием Малого синедриона преступнику Иешуа Га-Ноцри, и секретарь записал то, что сказал Пилат.

    Через мгновение перед прокурором предстал Марк Крысобой.Прокурор приказал ему доставить преступника к начальнику секретной службы, при этом прокурор распорядился, чтобы Иешуа Га-Ноцри содержался отдельно от других заключенных, а также, что это было запрещено под страхом сурового наказания для секретной службы. подразделения, чтобы вступить в любой разговор с Иешуа или ответить на любые его вопросы.

    По знаку Марка охранник окружил Иешуа и вывел его с балкона.

    Затем перед прокуратором предстал элегантный светобородый мужчина, с сияющими львиными головами на груди, с орлиными перьями на гребне шлема, с золотыми блестками на рукояти меча, в обуви с тройной подошвой, зашнурованной на шлема колени, через левое плечо перекинут пурпурный плащ.Это был легат, командовавший легионом. Прокурор спросил его, где сейчас размещена когорта себастовцев. Легат сообщил ему, что себастийцы сформировали кордон, окружающий площадь перед ипподромом, где приговоры преступникам будут оглашены перед народом.

    Тогда прокуратор приказал легату отделить два столетия от римской когорты. Один из них, под командованием Крысобоя, сопровождал преступников, повозки с орудиями правосудия и палачей во время их перехода к Лысой горе, а по их прибытии присоединялся к верхнему кордону.Другой немедленно направится к Лысой Горе и немедленно приступит к установлению кордона. С этой же целью, то есть для защиты Горы, прокуратор также просил легата прислать вспомогательный кавалерийский полк — сирийский ала.

    Когда легат покинул балкон, прокуратор приказал секретарю пригласить во дворец председателя синедриона, двух его членов и начальника Храмовой стражи в Ершалаиме, но добавил, что хочет, чтобы все было устроено так, чтобы он перед этим встретившись со всеми этими людьми, можно было поговорить с президентом в первую очередь и в одиночку.

    Приказы прокурора были выполнены быстро и точно, и солнце, которое в эти дни палило Ершалаим небывалой яростью, даже не приблизилось к своей высшей точке, когда прокуратор на самой верхней террасе сада рядом с двумя белыми мраморные львы, охраняющие лестницу, встретились с человеком, исполнявшим обязанности президента синедриона, верховным жрецом евреев Иосифом Каифой.

    В саду было тихо. Но когда он ступил из-под колоннады на самую верхнюю залитую солнцем террасу сада с ладонями на чудовищных слоновьих ногах, ту террасу, с которой открывался вид на прокуратора на весь ненавистный город Ершалаим, с его висячими мостами, его укреплений и — прежде всего — этого неуместного блока мрамора с золотой драконьей чешуей, заменяющей крышу, Храма Ершалаима, — острый слух прокурора заметил далеко внизу, где каменная стена отделяла нижние террасы дворцового сада от городская площадь — приглушенный гул, над которым через нерегулярные промежутки времени поднимались слабые жалобные стоны или крики.

    Уже, отметил прокурор, на площади собралась огромная толпа жителей Ершалаима, обеспокоенных последними беспорядками, толпа с нетерпением ждала оглашения приговора, а среди народа неугомонные продавцы воды разносили свой товар.

    Прокуратор начал с того, что из безжалостной жары пригласил первосвященника на балкон, но Кайфа вежливо отказался и объяснил, что в связи с большим праздником завтра он не может.Пилат накинул капюшон на свою едва лысеющую голову и начал разговор. Разговор был на греческом.

    Пилат сказал, что он рассмотрел дело Иешуа Га-Ноцри и подтвердил смертный приговор.

    Итак, было три бандита, которые были приговорены к смертной казни и будут казнены сегодня: Дисмас, Гестас, Бар-Раббан и, кроме того, этот Иешуа Га-Ноцри. Первые двое, которые пытались поднять народ на восстание против Цезаря, который был схвачен во время ожесточенных столкновений с римскими властями, находились в ведении прокуратора, и о них не могло быть и речи.Но другие, Бар-Раббан и Га-Ноцри, были задержаны местными властями и осуждены синедрионом. Согласно закону и обычаю, один из этих двух преступников будет освобожден сегодня в честь приближающегося великого праздника Пасхи.

    И поэтому прокуратор умолял узнать, кого из двух преступников синедрион намеревается освободить: Бар-раввана или Га-Ноцри? Каифа склонил голову, давая понять, что понял вопрос, и ответил:

    — Синедрион просит вас освободить Бар-Раббана.

    Прокуратор точно знал, что ответит первосвященник, но его задача заключалась в том, чтобы показать, что ответ его удивил.

    Пилат сделал это с большой хитростью. Брови его высокомерного лица приподнялись, прокуратор с удивлением посмотрел прямо в глаза первосвященнику.

    — Должен признать, что ваш ответ меня удивляет, — мягко сказал прокурор, — я боюсь, что может быть какое-то недоразумение.

    Пилат объяснил сам. Римские власти, как хорошо известно первосвященнику, не желают посягать на прерогативы местных духовных властей, но в данном случае мы явно имеем дело с ошибкой.И римские власти, конечно же, озабочены исправлением этой ошибки.

    На самом деле преступления Бар-Раббана и Га-Ноцри имеют несравнимую тяжесть. В то время как второй — явно безумный человек, осужденный за произнесение абсурдных слов, которые взбудоражили жителей Ершалаима и некоторых других мест, первый обременен гораздо более тяжелой репутацией. Он не только осмелился прямо призывать к восстанию, но и убил охранника, когда его пытались арестовать.Бар-Раббан намного опаснее Га-Ноцри.

    На основании этих соображений прокуратор призывает первосвященника пересмотреть свое решение и освободить из двух осужденных, менее вредных, и это, вне всякого сомнения, Иешуа. Это не?

    Каифа посмотрела прямо в глаза Пилату и тихим, но твердым голосом сказала, что синедрион полностью ознакомился с этим делом и еще раз подтвердил, что он освободит Бар-раввана.

    — Так? Даже после моего заступничества? Ходатайство того, кто говорит с властью Рима? Первосвященник, повторите это в третий раз.

    — В третий раз также подтверждаем, что освободим Бар-Раббана, — тихо сказала Каифа.

    На этом, конечно, был конец, и больше не о чем было говорить: Га-Ноцри ушел навсегда, и не было никого, кто мог бы облегчить ужасающие, злые боли прокуратора; от них нет лекарства, кроме смерти. Но теперь Пилата поразила не эта мысль. Та же непонятная боль, которая впервые охватила его на балконе, проникла во все его существо.Он немедленно стал искать объяснение, но объяснение, к которому он пришел, показалось ему странным: прокуратор смутно представил, что есть что-то, что он не закончил говорить осужденному, или, возможно, что-то, что он не расслышал.

    Пилат прогнал эту мысль, и в мгновение ока она исчезла, как и появилась. Он рассеялся, но мучительная боль осталась необъяснимой, поскольку ее, конечно же, нельзя было объяснить другой короткой мыслью, вспыхнувшей, как молния, и сразу же исчезнувшей: «Бессмертие… пришло бессмертие … Чье бессмертие пришло? Прокуратор этого не понимал, но идея загадочного бессмертия заставляла его замерзать на солнышке.

    — Хорошо, — сказал Пилат, — да будет так.

    Теперь он огляделся, позволил своему взгляду блуждать по миру, который он мог видеть, и был поражен произошедшей переменой. Исчез куст, увешанный розами, исчезли кипарисы, окаймляющие верхнюю террасу, и гранатовое дерево, и белая статуя в зелени, и сама зелень.Вместо этого вокруг него хлынула какая-то пурпурная волна, в которой водоросли колыхались и куда-то уносились, а вместе с ними плыл и сам Пилат. И теперь он был унесен, задушен и обожжен самой ужасающей яростью, яростью бессильных.

    — Воздух, — сказал Пилат, — дай мне воздуха!

    Холодной влажной рукой он сорвал пряжку с воротника плаща, и та упала на песок.

    — Сегодня душно, рядом гроза, — ответил Каифа, не сводя глаз с покрасневшего лица прокуратора и предвидя всю боль, которая еще впереди.«О, как ужасен месяц нисан в этом году!»

    — Нет, — сказал Пилат, — это не душная погода, ты душишь меня, Каифа, — и, опустив глаза, Пилат улыбнулся и добавил: — Будь осторожен, первосвященник.

    Темные глаза первосвященника сверкнули, и лицо его, не менее искусно, чем лицо прокуратора перед ним, выразило изумление.

    — Что я слышу, прокурор? — гордо и ровно ответила Каифа, — вы угрожаете мне после того, как вы сами подтвердили вынесенный приговор? Как это может быть? Мы привыкли, что римский прокуратор выбирает слова, прежде чем говорить.Ты уверен, что нас никто не слышал, игемон?

    Пилат мертвыми глазами взглянул на первосвященника и, стиснув зубы, скривил губы в улыбке.

    — Мой дорогой первосвященник! Кто мог нас сейчас подслушать? Ты думаешь, я похож на того молодого лунатика, которого сегодня казнят? Я маленький мальчик, Кайфа? Я знаю, что говорю и где говорю. Сад окружен, дворец окружен, даже мышь не сможет проникнуть через малейшую щель! Ведь не только мышь не может войти, но и он, как его зовут… из города Кериот. О да, ты его знаешь, первосвященник? Да … если тот же самый человек когда-нибудь покажется здесь, он будет жить, чтобы горько сожалеть об этом, вы, конечно, верите мне, когда я так говорю? Знай же, первосвященник, что отныне у тебя не будет мира! Ни ты, ни твой народ, — и Пилат указал вдаль, направо, высоко, там, где пылал Храм, — это я тебе говорю — Понтий Пилат, рыцарь Золотого Копья!

    — Я знаю я знаю! — бесстрашно ответил Чернобородый Кайфа, и его глаза вспыхнули.Он поднял руку к небу и продолжил: — Народ Иудеи знает, что вы ненавидите их жестокой ненавистью и что вы заставите их много страдать, но вы не уничтожите их полностью! Бог их спасет! Он услышит нас, всемогущий Цезарь услышит, он защитит нас от Пилата, разрушителя!

    — Не так! — воскликнул Пилат, и с каждым словом он чувствовал себя все более и более непринужденно: уже не нужно было играть в игры, не нужно было выбирать слова. — Ты слишком часто жаловался на меня Цезарю, Каифа, теперь мое время пришло! Мое сообщение уже ускоряется, не к наместнику в Антиохии и не в Рим, а прямо на Капри, к самому Императору, мое сообщение о том, что вы скрываете от смерти самопровозглашенных мятежников.Тогда я не дам тебе пить воду из пруда Соломона, Ершалаим, как я когда-то намеревался! Не вода, нет! Вспомните, как я был вынужден из-за вас снять щиты с гербом Императора со стен, двинуть свои войска, я был вынужден, как видите, сам прийти и посмотреть, что здесь происходит! Запомните мои слова, первосвященник. Ни одной одинокой когорты в Ершалаиме вы не увидите, о нет! Когда к городским стенам подойдет весь легион Fulminatus и въезжает арабская кавалерия, вы услышите горькие вздохи и плач! Тогда вы вспомните, что спасли Бар-раввана, и пожалеете, что послали на смерть философа с его мирными учениями!

    Лицо первосвященника покрылось пятнами, глаза горели.Как и прокуратор, он улыбнулся, стиснув зубы, и ответил:

    — Вы сами, прокурор, верите своим словам? Нет, ты не! Не мир, не мир он принес Ершалаиму, этому искусителю народа, и ты, всадник, прекрасно это понимаешь. Вы хотели освободить его, чтобы он возбуждал людей, насмехался над верой и вел людей под римскими мечами! Но я, первосвященник Иудеи, пока я жив, не позволю осмеивать веру, я буду защищать людей! Слышишь, Пилат? — И тут Кайфа грозно поднял руку: — Слушай, прокуратура!

    Каифа замолчал, и прокуратору снова показалось, что он слышит шум океана, разбивающегося о стены сада Ирода Великого.Звук поднялся снизу к ногам, затем к лицу прокуратора. А позади себя, за флигелями дворца, он услышал резкий сигнал рогов, хруст сотен футов, лязг стали, — прокуратор понял, что римская пехота, подчиняясь его команде, уже идет, мчась. тот же парад смерти, который пугает мятежников и разбойников.

    — Слышишь, прокурор? — тихо повторил первосвященник, — уж точно не скажешь мне, что все это, — тут первосвященник поднял обе руки и темный капюшон упал с головы Кайфы, — это дело рук жалкого разбойника Бар-раввана?

    Прокуратор вытер холодный влажный лоб тыльной стороной ладони, взглянул на землю, затем, полузакрытыми глазами, на небо, увидел, что ярко светящаяся сфера теперь стоит почти прямо над его головой, а тень Кайфы осталась прежней. обвились вокруг львиного хвоста и тихо и равнодушно сказали:

    — Уже почти полдень.Мы отвлеклись на наш разговор, но надо продолжать.

    Извинившись перед первосвященником самым изысканным языком, он пригласил его подождать на скамейке в тени магнолии, пока он созвал остальных, которые были необходимы для этого заключительного краткого совета, и отдал последний приказ о казни.

    Каифа вежливо поклонился, приложив руку к сердцу, и остался в саду, а Пилат вернулся на балкон. Там он приказал ожидающему секретарю пригласить в сад легата легиона, трибуна когорты, а также двух членов синедриона и начальника стражи Храма, которые ждали его вызова на следующей, нижней террасе храма. сад, в круглой беседке с фонтаном.Добавив, что он сам вскоре появится снова, Пилат отправился во внутренние помещения дворца.

    Пока секретарь собирал совет, прокуратор в затененной от солнца комнате за темными занавесками встретился с неким мужчиной в капюшоне, наполовину закрывавшем лицо, хотя солнечные лучи вряд ли могли его побеспокоить. номер. Встреча была короткой. Прокуратор сказал человеку несколько тихих слов, после чего он ушел, а Пилат прошел через колоннаду в сад.

    Там в присутствии всех, кого он хотел видеть, прокурор торжественно и сухо заявил, что он подтверждает смертный приговор Иешуа Га-Ноцри, и официально осведомился у членов синедриона, кого из преступников им угодно оставить в живых. . Получив ответ — Бар-Раббан, прокурор сказал:

    — Хорошо, — и приказал секретарю немедленно записать это в протокол, его рука сжала застежку, которую секретарь подняла с песка, и он торжественно сказал: — Пора!

    При этом все присутствующие спустились по широкой мраморной лестнице, обнесенной розами, источающими дурманящий аромат, спускались все дальше и дальше, вниз к стенам дворца, к воротам, выходящим на большую, гладко вымощенную площадь, в конце из них можно увидеть колонны и статуи стадиона «Ершалаим».

    Как только группа, выйдя из сада на площадь, поднялась на широкую каменную площадку, возвышавшуюся над площадью, Пилат, оглядываясь из-под опущенных бровей, оценил обстановку. Пространство, которое он только что пересекло, то есть пространство от стен дворца до помоста, было пусто, но перед ним Пилат вовсе не видел площади — ее поглотила толпа. Если бы тройной ряд севастийских солдат слева от Пилата и солдат вспомогательной итурейской когорты справа от него не удержал бы его, он потек бы прямо к самой платформе и покрыл очищенное пространство.

    Итак, Пилат поднялся на помост, машинально сжимая бесполезную застежку и прищурившись. Прокуратор прищурился не потому, что солнце обожгло ему глаза, о нет! По какой-то причине он не хотел видеть группу осужденных, которых теперь, как он хорошо знал, вели на платформу вслед за ним.

    Как только белый плащ с кроваво-красной подкладкой появился на вершине каменного утеса на краю человеческого моря, незрячий Пилат почувствовал волну звука, прижимающуюся к его ушам: «Ха-а-а… «Началось тихо, зародившись где-то вдалеке у ипподрома, затем поднялось до громадных высот и через несколько секунд начало отступать.« Они меня заметили », — подумал прокурор. Волны не было. спустился до самой нижней точки, прежде чем он неожиданно начал снова набухать и, казалось, поднялся до еще больших высот, чем раньше, и со второй волны, как пена, поднимающаяся с буруна в море, поднялись свистки и периодические женские крики, различимые через рев.«Теперь их вывели на помост … — подумал Пилат, — и крики раздавили женщины, которые были раздавлены, когда толпа хлынула вперед».

    Он подождал некоторое время, зная, что никакая сила на земле не может заставить толпу замолчать, пока она не выпустит все, что было сковано внутри, и умолкнет сама по себе.

    Когда наступил этот момент, прокуратор поднял правую руку, и из толпы раздался последний шум.

    Тогда Пилат наполнил грудь горячим воздухом, который смог вдохнуть, и закричал, его сорванный голос разнесся над тысячами голов:

    — Во имя императора Цезаря!

    При этом его уши поразила череда резких, резких, как железо, криков — в когортах, высоко подняв свои копья и знамена, солдаты устрашающе кричали:

    — Слава Цезарю!

    Пилат запрокинул голову и бросил ее прямо на солнце.Сквозь его веки вспыхнул зеленый огонь, воспламеняющий мозг, и над толпой вылетели хриплые арамейские слова:

    — Четверо преступников, арестованных в Ершалаиме за убийство, подстрекательство к беспорядкам и издевательство над законами и верой, приговорены к позорной смерти — через повешение на столбах! Казнь будет произведена немедленно на Лысой Горе! Имена преступников: Дисмас, Гестас, Бар-Раббан и Га-Ноцри. Они стоят перед вами!

    Пилат махнул правой рукой, не видя преступников, но зная, что они были там, на назначенном им месте.

    Толпа ответила долгим гулом, словно от удивления или облегчения. Когда оно стихло, Пилат продолжил:

    — Но только трое будут казнены, так как один из них, в соответствии с законом и обычаем и в честь праздника Пасхи, был выбран Малым синедрионом и утвержден римскими властями, и будет по милости Император Цезарь, вернись к его презренной жизни!

    Пилат выкрикнул эти слова и заметил, как рев сменился великой тишиной.Ни вздоха, ни шороха теперь не доходило до его ушей, был даже момент, когда Пилату казалось, что все вокруг него просто исчезло. Город, который он ненавидел, был мертв, и только он стоял один, обожженный перпендикулярными лучами, его лицо было обращено к небу. Пилат на мгновение замолчал, потом снова закричал:

    — Имя того, кто теперь будет освобожден, …

    Он снова сделал паузу, удерживая имя, чтобы убедиться, что он все сказал, поскольку он знал, что мертвый город воскреснет после того, как будет произнесено имя счастливца, и никто не сможет услышать больше слов.

    «Все? — беззвучно прошептал себе Пилат, — все. Имя!»

    И, покатив букву «р» над безмолвным городом, он воскликнул:

    — Бар-равбан!

    Здесь ему показалось, что солнце с грохотом взорвалось над ним, проливая огонь ему в уши. Огонь бушевал ревом, криками, вздохами, смехом и свистом.

    Пилат повернулся и зашагал через платформу обратно к лестнице, не глядя ни на что, кроме разноцветных квадратов на полу под его ногами, чтобы не споткнуться.Он знал, что позади него, как град, на платформу сыпались бронзовые монеты и финики, и в воющей толпе люди толкались друг в друга, забирались друг другу на плечи, чтобы своими глазами увидеть чудо — как человек, который был в объятиях смерти вырвался из этих объятий! Как легионеры сняли с него путы, нечаянно причинив ужасную боль его рукам, вывихнутым во время допроса, как он, вздрагивая и стоная, по-прежнему улыбался бессмысленной безумной ухмылкой.

    Он знал, что охранник уже ведет троих мужчин со связанными руками к боковой лестнице, по которой они будут выведены на дорогу, ведущую на восток, за город, к Лысой горе. Только когда он сошел с помоста, позади него, Пилат открыл глаза, зная, что он вне опасности — он больше не мог видеть осужденных.

    Теперь к вздохам уже замолкнувшей толпы добавились возгласы герольдов, повторяющих, одни на арамейском, другие на греческом, все, что прокуратор кричал с трибуны.Кроме того, его уши улавливали стук приближающихся лошадиных копыт и звук трубы, издающей какой-то короткий и радостный сигнал. На эти звуки ответили пронзительные свистки мальчиков на крышах домов, выстроившихся вдоль улиц, ведущих от базара к площади ипподрома, и крики «Уступите!».

    Солдат, одиноко стоявший на пустом пространстве площади со знаменем в руке, сделал им тревожный знак, и прокуратор, легат легиона, секретарь и стража остановились.

    Кавалерийская ала на удлиняющейся рыси вылетела на площадь, чтобы пересечь ее с одной стороны и избежать скопления людей, и проехала по проходу под каменной стеной, покрытой виноградными лозами, по кратчайшей дороге к Лысой Горе.

    Летящей рысью командир ала, маленький, как мальчик, темный, как мулат, — сириец, приблизился к Пилату и совершенным шагом что-то вскрикнул и вытащил из ножен свой меч. Его вспыльчивый черный конь, залитый потом, шарахнулся и встал на дыбы.Вернув меч в ножны, командир ударил коня хлыстом по шее, сбил его и поскакал в проход, пустившись галопом. Втроем всадники светились за ним в облаке пыли, концы их света, покачиваясь бамбуковыми копьями, близко к прокуратору проходили мимо лица, которые казались необычно темными под белыми тюрбанами, весело обнажая свои блестящие зубы.

    Поднимая пыль в небо, ала ворвалась в проход, и, наконец, мимо Пилата проехал воин с рогом на спине, пылающий на солнце.

    Прикрывшись рукой и недовольно скривив лицо, Пилат двинулся к воротам дворцового сада, а за ним последовали легат, секретарь и стража.

    Было около десяти часов утра.

    СЕДЬМОЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО


    Криптография в романе Булгакова Мастер и Маргарита в JSTOR

    Abstract

    Внутренняя тема романа «Мэтр и Маргарита» — это лачет, равный количеству раз, когда он принимается, и Feffusion de sang qui l’accompagne.Булгаков сравнивает ici le peché de lâcheté de Ponce Pilate en face de la foule réclamant la распятие на кресте Христа avec l’incapacité des gens de sa propre époque en proie à la terreur (Moscou durant les années 1930) с ужасным «Non» à cette terreur et à ce manque d’humanité. Эта тема является презентацией для лектора с помощью криптографических стратегий, подавление против ценителей советов единственного соискателя страниц, созданных на основе римской политики в журнале «Москва». Une compareison du texte censuré et de la version originale permet une interprétation specific claire.

    Информация журнала

    Канадские славянские газеты / Revue canadienne des slavistes (CSP) были созданы в 1956 году. В 1967 году они стали выходить два раза в год, а в 1968 году стали выходить ежеквартально. Журнал является официальным изданием Канадской ассоциации славистов (CAS). CSP — это рецензируемый многопрофильный журнал, публикующий оригинальные исследования на английском и французском языках по Центральной и Восточной Европе. Он привлекает читателей со всего мира и ученых из различных дисциплин: язык и лингвистика, литература, история, политология, социология, экономика, антропология, география, фольклор и искусство.Журнал особенно силен в славянском языкознании; Русская литература и история; Украинская литература и история; Польская и балканская история и культура. Статьи хорошо сбалансированы между темами модерна, раннего модерна и средневековья. Специальные тематические выпуски (или разделы) выходят регулярно и проходят сложную рецензию журнала.

    Информация об издателе

    Основываясь на двухвековом опыте, Taylor & Francis за последние два десятилетия быстро выросла и стала ведущим международным академическим издателем.Группа издает более 800 журналов и более 1800 новых книг каждый год, охватывающих широкий спектр предметных областей и включая журнальные издания Routledge, Carfax, Spon Press, Psychology Press, Martin Dunitz и Taylor & Francis. Тейлор и Фрэнсис полностью привержены делу. на публикацию и распространение научной информации высочайшего качества, и сегодня это остается первоочередной задачей.

    Маг и чернокнижник Герберт Орильяк


    Латинская надпись под средневековой миниатюрой гласит: «Молитесь и трудитесь»



    Наверное, все вы читали М.Роман Булгакова «Мастер и Маргарита» и вспомните судьбоносную встречу Берлиоза и Бездомного с «иностранным профессором» на Патриарших прудах. И, возможно, обратили внимание на то, как Воланд объясняет свое появление в Москве.

    — А по какой специальности? — спросил Берлиоз.
    — Я специалист по черной магии … Здесь, в государственной библиотеке, были обнаружены подлинные рукописи колдуна Герберта Аврилака, X век. Итак, требуется, чтобы я их разобрал. Я единственный специалист в мире.
    — А! Вы историк? — с облегчением и уважением спросил Берлиоз.


    Встреча у Патриарха, иллюстрация А. Набокова


    Где вдруг у Ленина появились рукописи какого-то средневекового мага? И почему очень образованный и эрудированный Берлиоз, уже принявший «профессора» за сумасшедшего, услышав имя Герберта Аврилака, сразу успокоился и поверил в чужую версию?

    Надо сказать, что в этом романе Булгакова немало отсылок к другим произведениям или к реальным историческим событиям — то, что сейчас часто называют «пасхальными яйцами».Например, мне очень нравится скрытая цитата из произведения Михаила Пселла о «тьме, исходящей от моря».

    М. Булгаков:

    «Тьма, пришедшая из Средиземного моря, накрыла ненавистный прокуратором город».


    М. Пселл:

    «Облако, внезапно поднявшееся из моря, покрыло царский город тьмой».


    (Византийский историк использует эту фразу в рассказе об ужасном шторме, уничтожившем русско-варяжский флот Владимира Новгородского, сына Ярослава Мудрого, и Ингвара Путешественника, двоюродного брата жены Ярослава Ингигерда).

    Таинственный колдун Герберт Аврилак, умерший за 15 лет до рождения Михаила Пселла, конечно же, не зря появился в романе Булгакова.

    Знакомьтесь, герой



    Герберт — настоящее имя этого человека, который родился во французском городе Орийак (ранее имя произносилось как Авралак) около 946 года, так что здесь все правильно. Поскольку долгое время он жил и работал в Реймсе, сначала в качестве ученика (учителя) школы монастыря св.Ремигиус, а затем фактически выполнял обязанности архиепископа, хотя он не был признан таковым Ватиканом, его иногда еще называют Реймсом. Но теперь он гораздо более известен как Папа Сильвестр II (139-й по счету).

    Сильвестр II, портрет XVI-XVII веков.


    Этот понтифик был современником Владимира Святославича, польского короля Болеслава Храброго (на дочери которого был женат «проклятый» Святополк) и венгерского короля Стефана I (этот папа благословил его на престол).Он также дал разрешение на организацию первой польской архиепископской епархии. А еще это означает, что он успел заняться магией и колдовством, хотя это увлечение кажется очень странным для человека, ставшего высшим иерархом католической церкви.

    Однако папский престол тоже занимали не такие персонажи. Сильвестр II, даже в кошмаре, вероятно, не мог и мечтать о «подвигах» Иоанна XII, который на пирах (больше похожих на оргии) неоднократно поднимал чаши за здоровье дьявола и языческих богов.И современники не называли его аптекарем сатаны, как Александра VI (Борджиа). Нет, Герберт Аврилак был очень мирным, умным и тихим колдуном, вполне порядочным и относительно безобидным Папой. Он не убивал своих предшественников, как Сергий III, не раскапывал их трупы и не судил посмертно, как Стефан VI. И даже таким респектабельным бизнесом с давними традициями, как продажа церковных должностей, он не стеснялся заниматься. И такое сладкое развлечение многих пап и кардиналов, как конкубинат (в римском праве — сожительство без брака), тоже не жалели.Ну, разве что заинтриговал для собственного удовольствия. Выступая в качестве ученого секретаря епископа Адальберона Реймского во время съезда духовных и светских сеньоров Франции, он участвовал в избрании королем герцога Иль-де-Франса Гюго Капета — так была династия Капетингов. Основанный, который правил с 987 по 1328 год.

    Обижаясь на Папу Иоанна XV, который отказался утвердить его как архиепископа Реймса, он говорил о Ватикане таким образом, что его письма тогда с удовольствием цитировали протестанты — в 1567 году и 1600.Но кто из политиков такого масштаба (как современных, так и прошлых лет) не был беспринципным и интригующим?

    Итак, Сильвестр II был довольно активным Папой и многое успел за 4 года своего понтификата. Но вот беда, он оказался очень увлеченным магией и колдовством. Настолько, что они вспоминают об этом только сейчас. Попробуем разобраться, откуда у маститого понтифика вдруг появилась такая сомнительная репутация и были ли у современников основания обвинять его в занятиях магией, сожительстве с суккубом и связях с самим дьяволом.

    Начало духовной карьеры


    Герберт родился в 946 году в бедной и знатной семье. В Европе 963-го века для таких людей, как он, единственным шансом хоть как-то продвинуться, была карьера священника, и поэтому в 967 году юноша поступил в бенедиктинский монастырь Сент-Геральд. Здесь он сразу обратил на себя внимание своими способностями и склонностями к точным наукам. И тогда Герберту впервые повезло. Настоятель этого монастыря, оказавшийся человеком неравнодушным и прогрессивным, в XNUMX рекомендовал молодого человека секретарем графа Барселоны Боррелла II, случайно оказавшегося в тех местах.Так Герберт попал в Испанию.

    Однако такой страны, как Испания, тогда еще не существовало. Почти весь Пиренейский полуостров был оккупирован Кордовским халифатом, только на севере были небольшие христианские королевства, а до Реконкисты было еще далеко.


    Могущественный Кордовский халифат оказал большое влияние на соседние христианские государства, в том числе в области образования и культуры. В библиотеках арабских городов сохранились произведения античных авторов, многие из которых будут заново открыты европейцами только в эпоху Возрождения.Считается, что в библиотеке Кордовы хранится до полумиллиона книг, в то время как в лучших европейских библиотеках — всего тысячу.

    В любом случае, Герберту очень повезло. Но именно к этому периоду первая «легенда колдуна» относится к его связи с суккубом по имени Меридиана, от которого он получил «нечеловеческие» знания, а затем — богатство и власть.


    Суккуб. Деревянная скульптура XNUMX века, Кембридж


    В названии этого суккуба отчетливо слышен геометрический термин — действительно, кто-то слышал звон, но не понимал, откуда он.Кстати, некоторые неграмотные собеседники Герберта тоже считали октаэдр и ромб именами демонов.

    Людям в целом часто трудно поверить, что человек может добиться успеха без благородного происхождения, богатства или влиятельных покровителей: легче объяснить достижения других людей колдовством или даже сделкой с дьяволом.

    Но Герберт не сожительствовал с прекрасной Меридианой, а учился в Каталонии — в Вик. А потом ему удалось побывать в Кордове.Возможно, он также посетил Севилью и Толедо. И это исследование с маврами послужило причиной появления второй легенды — что Герберт украл книгу заклинаний из дворца самого халифа аль-Хаккама II: он нашел в ней формулу, делающую человека невидимым, прочтите ее с нужными интонациями — и, как говорится, был.

    Существует еще одна версия этой легенды, согласно которой дочь его учителя-мага, которая была влюблена в него, помогла Герберту украсть книгу.

    Роковой визит в Рим


    В 969 году Герберт оказался в Риме у барселонского графа Боррелла. Здесь он встретил Папу Иоанна XIII. Ученый молодой человек произвел на Папу такое хорошее впечатление, что он рекомендовал его как воспитателя своего сына самому императору Оттону I.

    Лукас Кранах Старший. Отто I Великий, портрет в Хрониках саксов и тюрингов


    На этом посту Герберт находился три года, после чего в 972 году он отправился в Реймс, где преподавал в монастырской школе, построил гидравлический орган и воевал. на место архиепископа.

    Будущий император Отто II очень любил учителя, что неудивительно, ведь Герберт был сторонником утверждения приоритета императорской власти над духовной. Придя к власти в 973 году, Отто II вспомнил об учителе, назначив настоятелем монастыря в Баббио. Но Герберту там было скучно, и он решил вернуться в Реймс. Затем он поддержал бывшего ученика в войне против его соотечественника — французского короля Лотара (в 978 г.).

    Отто II, кстати, возглавил жюри судей во время знаменитых диспутов «о классификации наук» в Равенне, в которых его бывший учитель сходился с немецким диалектиком Отрихом.Этот спор длился сутки и закончился жеребьевкой из-за полного истощения членов жюри, которые своим волевым решением прекратили этот спор и буквально выползли из зала.


    Отто II с олицетворением подданных земель. Миниатюра, около 985 года Шантильи, музей Кенде


    Отто II умер в 983 году в возрасте 28 лет, предположительно от малярии. Наследнику престола, сыну византийской принцессы Феофано, тогда было всего три года и звали его тоже Отто (только Третий: я уже устал писать это имя — у людей нет фантазии).Этот император, которого придворные льстецы прозвали чудом света, также имел прекрасные отношения с Гербертом.

    Римляне, галлы (Лотарингия), немцы и славяне (поляки, принявшие христианство) приносят дары императору Оттону III, миниатюра, Bayerische Staatsbibliothek, Мюнхен


    В Реймсе, как мы помним, нашему герою не удалось стать архиепископом, но благодаря усилиям Отто III он был назначен архиепископом Равенны. Достичь этого было несложно: папа Григорий V был двоюродным братом императора.

    Год спустя этот понтифик умер, и Герберт был избран новым главой католической церкви. Он стал первым французом, занявшим трон Святого Петра.


    Статуя Папы Сильвестра II во французской префектуре Орильяк



    Портрет Папы Сильвестра II на французской марке


    Интересно, что имя, выбранное Гербертом при вступлении на престол: Сильвестр. Он взял его в честь папы, который был советником Константина Великого.Подсказка была достаточно прозрачной, и желающие ее прекрасно понимали.

    Meister der Reichenauer Schule. Император Отто III и папа Сильвестр II, Мюнхен, Bayerische Staatsbibliothek



    Папа Сильвестр II


    В будущем Отто III и Сильвестр II выступили союзниками. В 1001 году им пришлось вместе бежать из восставшего Рима. Между тем дни обоих уже поджимали. Молодой император умер в 1002 году (ему тогда было 22 года) во время кампании против Рима, папа Сильвестр II ненадолго пережил его, умер в 1003 году.Но он все же вернулся в Вечный город и был похоронен в Латеранском соборе (Св. Иоанна Латеранского).

    Собор Святого Иоанна Латеранского


    Надпись на его надгробии гласит: «Здесь покоятся останки Сильвестра, который воскреснет при звуке пришествия Господа».

    Папа Сильвестр II кенотаф


    Позже появилась легенда, что периодически из этой гробницы доносился шум, предупреждающий о скорой смерти Папы.

    Маг и чернокнижник


    Итак, бедный и безродный Герберт из Орильяка был знаком с тремя императорами Священной Римской Империи, при поддержке последнего из них он стал архиепископом, а затем был избран папой — и, согласно некоторые, все это произошло не без помощи Дьявола.А успехи в науке (изрядно преувеличенные и окрашенные слухами) усилили подозрения. Пока это были только слухи, циркулирующие среди неграмотных и суеверных простолюдинов. Но вскоре об этом заговорили даже иерархи католической церкви. И это неудивительно, ведь папа Сильвестр II, как мы помним, был против продажи церковных должностей и даже считал имперскую власть выше духовной, а потому имел множество противников и недоброжелателей в высших церковных кругах.

    Кардинал Беннон был первым, кто официально обвинил сделку с сатаной в уже умершем (в 1003 году) Папе Сильвестре II. Это обвинение пало на благодатную почву, и в дальнейшем рассказы о чудесах, совершенных колдуном на папском престоле, только множились и приобретали самые причудливые формы.


    Сильвестр II и дьявол


    Враги Сильвестра II даже распространяли слухи о том, что его предком был Симон Волхв — тот самый, который хотел купить у апостолов Филиппа, Иоанна и Петра «власть над Святым Духом» и способность творить чудеса от его имени.А погибший в Риме, упав с башни, во время состязания с апостолами Петром и Павлом — потому что Петр отнял власть у демонов, удерживавших волшебника (Нерон выступил в роли арбитра в этой магической дуэли, по приказу позже были казнены апостолы).

    Святые Петр и Павел перед Нероном во время спора с Симоном Волхвом, мозаика. Палатинская капелла, Палермо, Сицилия


    От имени этого персонажа Нового Завета «Деяния апостолов», а также апокрифических «Деяния Петра» и «Синтагма» происходит термин «симония», но Папа Сильвестр, а также мы помним, был принципиальным противником торговли церковными канцеляриями и чудотворными реликвиями.

    Также было сказано, что черный пес, который всюду сопровождал Герберта, был самим дьяволом, с которым он заключил соглашение. Эта легенда, несомненно, повлияла на более поздние легенды о Фаусте и Мефистофеле Гете, явившемся Фаусту в облике черного пуделя.

    Однако существует версия легенды, в которой Герберт не заключил договор с дьяволом, а выиграл у него папскую тиару на костях. В данном случае он уже играет роль персонажа, который пристыдил врага человеческого рода и заставил его служить себе.Официальная церковь, конечно, даже не поощряла такие связи с дьяволом, но в народе такая победа над нечистым духом воспринималась однозначно положительно. Напомним многочисленные легенды о том, как сатане удалось обмануть строителей соборов (например, Кельн) и мостов (Rakotzbrücke в Саксонии или связанных с именем Суворова «Дьявол» в Швейцарии).


    Мост Ракоцбрюке, парк Кромлау, Саксония


    Кстати, наш герой был не единственным римским понтификом, у которого был свой демон: у папы Бонифация VIII тоже был дьявол на службе.Мы знаем об этом из слов французского короля Филиппа Прекрасного, который сделал официальное заявление на собрании в Лувре в 1303 году.

    Но какие чудеса сотворил колдун Герберт Орийак, ставший папой?

    Начнем с простого: все были просто поражены его способностью производить математические вычисления в «уме» — сделать это с помощью широко распространенных тогда римских цифр просто невозможно. Однако Герберт использовал арабские цифры (на самом деле сами арабы позаимствовали их у индейцев, поэтому правильнее было бы называть их индейцами).Герберт не скрывал новый для Европы метод числа, умножения и деления с помощью арабских цифр: он обучал его, работая в школе монастыря святого Ремигиуса в Реймсе, а затем пытался популяризировать его во всех странах мира. возможный способ. Но сколько у него тогда было учеников? Прошло много времени, прежде чем новый метод расчета стал общепринятым и привычным. Европа окончательно отказалась от римских цифр только в эпоху Возрождения.

    Еще одной магической специальностью Герберта было консультирование по территориальным спорам: в этом отношении очень ценной была способность вычислять площади геометрических фигур.

    Беспрецедентный гидравлический орган, построенный Гербертом в Реймсе, также вызвал большое удивление у его современников. Ему также приписывают создание первых в мире механических башенных часов, которые он якобы подарил Магдебургу. Эти часы, казалось, «отмечали все движения света и время восхода и захода звезд». Однако серьезные исследователи не слишком верят в эти часы: Герберт должен был опередить свое время при их создании. Только в 1335 веке появились башенные часы без циферблата, которые звуком колокола возвещали начало нового часа.А первые достоверно известные механические башенные часы со стрелками были созданы только в XNUMX — в Милане. И историки совершенно не верят в легенду о том, что в XNUMX веке голландец Бомелиус привез с собой в Москву часы работы Герберта Орийякского.

    Елисей Бомелия часы


    Элисей Бомелиус был сыном голландского священника, но родился в Вестфалии (1530 г.). Ухаживая за больным сыном из знатной английской семьи, Берти, он позже оказался в Англии вместе с ней. Учился на врача в Кембриджском университете, но не окончил его.Позже он был арестован за оказание медицинской помощи без диплома и лицензии, а также по обвинению в занятиях черной магией. Однако к тому времени Бомелиус уже имел связи в высшем обществе, и ему удалось освободиться. А потом оказалось российское посольство в Лондоне, и его глава Андрей Лапин, которому было поручено найти хорошего врача для Ивана Грозного, не смог пройти мимо столь ценной рамки — парень посмотрел. Бомелиус тоже не смог остаться в Лондоне, поэтому они довольно быстро согласились.В Москве большое влияние приобрел Елисей Бомелий (как его здесь стали называть). Голландец сумел дополнить исследования короля астрологией, и вместе они часто наблюдали за звездным небом по ночам. Ходили слухи, что у царского лекаря и астролога была еще одна специальность: якобы по приказу Ивана Грозного он делал яды, которые убивали человека не сразу, а через определенное время: жидкости и порошки для добавления в питье или еду. и свечи с отравленным фитилем. Поэтому в Москве Бомелий получил прозвища «лютый колдун» и «злой еретик».Однако следует отметить, что у Ивана Грозного не было причин скрывать свой гнев и позор, а тайные убийства врагов были для него не типичны. Напротив, в своих резнях и казнях он стремился к публичности и театральности, иногда граничащей с богохульством. Поэтому вряд ли он нуждался в услугах квалифицированного отравителя. Он ценил голландца именно как врача и гадателя. Даже враги не отрицали целебных талантов Бомелиуса, а в некоторых дошедших до нашего времени рассказах голландец изображен пусть и «грязным», но почти чудотворцем.И даже в опере Римского-Корсакова «Царская невеста» есть эпизод, в котором возмущаются при виде двух молодых людей, выходящих из дома Бомелии:

    «К немцу за лекарствами ходили? .. Он мерзкий человек! В конце концов, он неверный! .. Прежде, чем вы начнете с ним общаться, крестик необходимо снять. Ведь он колдун! «


    Что касается влияния на царя, то некоторые исследователи считают, что именно по совету Бомелиуса Иван IV временно передал престол крещеному Чингизиду Симеону Бекбулатовичу — во избежание бед и несчастий, которые звезды обещали Великому. Князь Московский в том году.

    Но Бомелиус забыл важное правило любого провидца: его предсказания должны нравиться клиентам. И особенно осторожно предсказывать тех, у кого есть возможность «заплатить за услуги» пророка не только серебром или золотом, но и петлей и темницей: если мы предсказываем им какие-то беды, то будь обязательно сразу дать рецепт избавления (как в случае «отречения от престола» в пользу Симеона Бекублатовича). Бомелиус, как говорится, в 1579 г., взявшись предсказать царскую судьбу с помощью хрустального шара, увлекся и выложил чистую (как позже выяснилось), но очень страшную правду: он сообщил монарху о скорой смерти второй жены наследника при родах, гибели трех сыновей и подавлении династии.

    Иван поблагодарил Бомелия, ударив тяжелой чашей по голове, от которой он был без сознания несколько дней. Придя в сознание, провидец решил, что слишком много времени провел в Москве, и на английском, не прощаясь с гостеприимным королем, отправился в Псков. Однако Иван Грозный не любил иностранных обычаев, и людей, покинувших Москву без его разрешения, он считал ворами и предателями. Он послал погоню за Бомелиусом, который перехватил беглеца.В столице, которую он опрометчиво оставил, Бомелиус был зажарен заживо на вертеле, успев перед смертью проклясть царя. Об этом проклятии вспомнили, когда Иван IV внезапно скончался, не успев даже принять монашеский постриг, по обычаю.

    Но вернемся к часам Елисея Бомелого: они утверждают, что они каким-то образом потом попали в руки Ивана Кулибина (он оказался восьмым владельцем этих часов) и сгорели вместе с его домом в 1814 году. сказать об этой истории? Первые индивидуальные часы, как известно, были созданы в XNUMX веке, и поэтому Бомелиус действительно мог привнести с собой такое любопытство.Однако эти часы явно не имели ничего общего с Гербертом Орильяком. Но эта легенда доказывает широкую популярность этого чернокнижника в России.

    Продолжение истории Герберта из Орильяка


    Другими магическими деяниями Герберта были реконструкция абака (прототип счетов) и астролябии, которую он также улучшил согласно рисункам, найденным в арабских книгах.

    Abacus



    Astrolabe, XNUMX век


    Астролябия, кстати, стала использоваться европейскими моряками только столетие спустя (правда, второй раз про нее не забыли, и это хорошо).Также наш герой первым в христианской Европе построил Sphaera armillaris — армиллярную небесную сферу, на которой обозначены небесный экватор, тропики, эклиптика и полюса.

    Антонио Сантуччи. Армиллярная сфера, 1588–1593. Музей Галилея, Флоренция


    Считается, что именно Герберт, ставший папой, спровоцировал в Италии моду на астрологию, которая быстро распространилась по Европе. Но его личные попытки предсказать будущее оказались более чем безуспешными.

    Фиаско было тем громче и обильнее, что он решил предсказать конец света. И назвал его точную дату: 1 января 1000 года. Но в то время он был не схоластом или аббатом, а папой, к словам которого прислушивался весь католический мир. Началась паника, охватившая всю Европу: одни, бросив работу и позаботившись о своих семьях, постились и молились, другие, наоборот, решили наконец прогуляться. И дела многих семей пришли в упадок. Когда конец света не наступил, авторитет Сильвестра II был сильно подорван.Многие считают это одной из основных причин вышеупомянутого восстания в Риме, из-за которого император Оттон III и папа Сильвестр II были вынуждены бежать в Равенну в 1001 году.

    Смерть этого папы, конечно же, тоже рассказал мистическую историю. Сильвестр II якобы сделал автомат в виде медной головы (терафима), способный давать однозначные ответы на поставленные вопросы. Возможно, это был своего рода прототип игрового автомата, который давал ответы «да» — «нет» в случайном порядке (кивая или качая головой).


    Папа Сильвестр II и его механический компьютер


    По другой версии, терафимы были подарены ему членами тайного общества, основанного индийским царем Ашокой, под названием «Девять неизвестных». В первую версию, на мой взгляд, поверить проще. Этот пулемет якобы отговорил Сильвестра от запланированного паломничества в Иерусалим. А когда Сильвестр умер вскоре после службы в римском храме Святой Марии Иерусалимской, жители города, вспомнив о его отказе отправиться в Святую Землю, сразу стали говорить, что по договоренности с дьяволом, нечистому пришлось забрать душу Папы, когда он ступил на землю Иерусалима.По той же легенде, Сильвестр II завещал разрубить свое тело на части и закопать в разных местах, чтобы дьявол не нашел его. Однако, как мы помним, этот папа был похоронен в Латеранском соборе.

    Самое обидное, что даже в наше время эти глупые средневековые слухи и сплетни влияют на восприятие образа этого красивого и неординарного человека. А в британском сериале «Открытие ведьм» (2018) Герберт из Орильяка неожиданно оказывается даже не чернокнижником, а вампиром.


    Тревор Ив в «Открытии ведьм»


    Ну, а что касается визита Воланда в Москву, если он все же нашел время познакомиться с рукописями Герберта Орильяка, скорее всего, он нашел в них не магические формулы, а произведения по геометрии или астрономии. Примерно так:
    И, наверное, булгаковский дьявол очень огорчился своим открытием.

    موزش زبان انگلیسی با فصل فصل 25

    ГЛАВА 25

    Как прокуратор пытался спасти Иуду из Кириафа

    Тьма, пришедшая из Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город.Исчезли висячие мосты, соединяющие храм с грозной башней Антония, пропасть спустилась с неба и затопила крылатых богов над ипподромом, Хасмонейским дворцом с бойницами, базарами, караван-сараями, переулками, бассейнами … Ершалаим — великий город — исчез, как будто его никогда не существовало в мире. Все пожирала тьма, пугавшая все живое в Ершалаиме и вокруг. Странное облако унесло с моря к концу дня, четырнадцатого дня весеннего месяца нисан.

    Она уже вздымалась брюхом над Лысым Черепом, где палачи поспешно закололи приговоренных, она пролетела над храмом Ершалаим, ползла дымными ручьями вниз с храмового холма и затопила Нижний Город. Он лился через окна и загонял людей с кривых улиц в дома. Он не спешил отдавать влагу и излучал только свет. Каждый раз, когда черный дымный варево разрывался в огне, большая часть храма с его блестящей чешуйчатой ​​крышей вылетала из кромешной тьмы.Но огонь мгновенно гаснет, и храм погружается в темную бездну. Снова и снова он вырастал из него и падал, и каждый раз его крушение сопровождалось громом катастрофы.

    Другие трепетные отблески вызвали из бездны дворец Ирода Великого, стоящий напротив храма на западном холме, и его ужасные безглазые золотые статуи взлетели в черное небо, протягивая к нему руки. Но снова небесный огонь скрывался, и тяжелые раскаты грома загоняли золотых идолов во тьму.

    Неожиданно разразился ливень, а затем шторм превратился в ураган. В том самом месте, где около полудня беседовали прокуратор и первосвященник, у мраморной скамейки в саду при звуке выстрела треснул кипарис. Вместе с водянистыми брызгами и градом на балкон под колоннами унесло оборванные розы, листья магнолии, мелкие веточки и песок. Ураган обрушился на сад.

    Тогда под колоннами находился только один человек, и этот человек был прокурором.

    Теперь он не сидел в кресле, а лежал на кушетке у небольшого низкого столика, накрытого едой и кувшинами с вином. Другая кушетка, пустая, стояла по другую сторону стола. У ног прокурора расстилалась не вымытая красная лужа, словно крови, с осколками разбитого кувшина. Слуга, накрывавший стол для прокуратора перед бурей, почему-то растерялся под его взглядом, испугался, что чем-то ему не угодил, а прокуратор, рассердившись на него, разбил кувшин о мозаичный пол, сказав: : «Почему ты не смотришь мне в лицо, когда служишь мне? Вы что-то украли? »

    Черное лицо африканца посерело, в глазах проступил смертельный страх, он дрожал и чуть не разбил второй кувшин, но гнев прокуратора улетел так же быстро, как и прилетел.Африканец бросился убирать осколки и вытирать лужу, но прокуратор махнул рукой, и раб убежал. Лужа осталась.

    Так вот, во время урагана африканец прятался возле ниши, в которой стояла статуя белой обнаженной женщины с опущенной головой, боявшейся появиться перед глазами прокуратора в неподходящее время, и в то же время опасавшейся упустить момент, когда за ним может позвонить прокурор.

    Лежа на кушетке в сумерках грозы, прокуратор сам наливал вино в чашу, пил его длинными глотками, изредка прикасался к хлебу, крошил его, глотал мелкие кусочки, время от времени высасывал устрицу, жевал лимон , и снова выпил.

    Если бы не рев воды, если бы не удары грома, которые, казалось, угрожали разложить крышу дворца, если бы не грохот града на ступенях балкона, можно было слышать, что прокуратор что-то бормотал, разговаривал сам с собой. И если бы неустойчивое мерцание небесного огня превратилось в постоянный свет, наблюдатель мог бы увидеть, что лицо прокуратора с глазами, воспаленными недавней бессонницей и вином, выражало нетерпение, что прокуратор смотрел не только на две белые розы утонули в красной луже, но постоянно поворачивали лицо в сторону сада, встречая водянистые брызги и песок, которых он ждал кого-то, с нетерпением ждал.

    Прошло время, и водяная пелена перед глазами прокурора стала тоньше. Каким бы яростным он ни был, ураган ослабевал. Ветки больше не трескались и не падали. Гром и вспышки стали реже. Это было уже не фиолетовое покрывало, отделанное белым, а обычное серое арьергардное облако, плывущее над Ершалаимом. Шторм уносился к Мертвому морю.

    Теперь можно было слышать отдельно шум дождя и шум воды, бегущей по сточным канавам, а также прямо вниз по ступеням той лестницы, по которой прокурор шел днем, чтобы огласить приговор на площади.И вот наконец заглушенный фонтан дал о себе знать. Становилось светлее. В серой пелене показались голубые окна, бегущие на восток.

    Вот издалека, прорываясь сквозь шум уже совсем ослабленных дождей, до ушей прокурора донесся слабый звук труб и стук нескольких сотен копыт. Услышав это, прокуратор вздрогнул, и лицо его оживилось. Аля возвращался с Лысой горы. Судя по звуку, он проходил через ту же площадь, где оглашался приговор.

    Наконец прокурор услышал долгожданные шаги и шлепок по лестнице, ведущей на верхнюю террасу сада, прямо перед балконом. Прокуратор вытянул шею, и глаза его сверкнули радостью.

    Между двумя мраморными львами появилась сначала голова с капюшоном, затем полностью промокший человек с плащом, прилипшим к его телу. Это был тот самый человек, который перешептывался с прокуратором в затемненной комнате дворца перед вынесением приговора и который во время казни сидел на трехногой табуретке, играя веточкой.

    Не обращая внимания на лужи, человек в капюшоне пересек садовую террасу, ступил на мозаичный пол балкона и, подняв руку, сказал высоким приятным голосом: «Здоровья и радости прокуратору!». посетитель говорил на латыни.

    «Боги!» — воскликнул Пилат. На тебе нет ни единого сухого шва! Какой ураган! А? Прошу вас немедленно войти внутрь. Сделай мне одолжение и переоденься ». Посетитель откинул капюшон, обнажив полностью мокрую голову с прилипшими ко лбу волосами, и, проявив вежливую улыбку на своем чисто выбритом лице, стал отказываться переодеваться, настаивая на том, что небольшой дождь не повредит ему.

    «Я не слышу об этом», — ответил Пилат и хлопнул в ладоши. С этими словами он подозвал слуг, которые прятались от него, и сказал им позаботиться о посетителе, а затем немедленно подать горячее блюдо.

    Посетителю прокурора требовалось совсем немного времени, чтобы высушить волосы, сменить одежду и обувь и вообще привести себя в порядок, и вскоре он появился на балконе в сухих сандалиях, в сухом малиновом военном плаще и с зачесанными волосами. .

    Именно тогда солнце вернулось в Ершалаим и, перед тем как уйти в Средиземное море, послало прощальные лучи в ненавистный прокуратором город и позолотило ступени балкона.Фонтан полностью ожил и запел изо всех сил, голуби вышли на песок, ворковали, прыгали по сломанным веткам, клюли что-то в мокром песке. Красную лужу вытерли, осколки удалили, мясо на столе запарилось.

    «Жду приказов прокурора», — сказал посетитель, подходя к столу.

    «Но вы ничего не услышите, пока не сядете и не выпьете вина», — вежливо ответил Пилат и указал на другую кушетку.

    Гость полулежал, слуга налил ему в чашу густого красного вина.Другой слуга, осторожно перегнувшись через плечо Пилата, наполнил прокураторскую чашу. После этого он жестом приказал слугам удалиться.

    Пока гость пил и ел, Пилат, прихлебывая вино, суженными глазами поглядывал на своего гостя. Человек, пришедший к Пилату, был средних лет, с очень приятным, округлым и аккуратным лицом и мясистым ртом. Его волосы были неопределенного цвета. Теперь, когда он высох, стало светлее. Установить национальность мужчины будет сложно.Главным определяющим фактором его лица, возможно, было его добродушное выражение, которое, однако, не соответствовало его глазам, или, скорее, не его глазам, а тому, как посетитель смотрел на своего собеседника. Обычно он держал свои маленькие глазки под опущенными, несколько странными, как будто слегка опухшими веками. Затем щелки этих глаз засияли с незлобивым лукавством. Надо полагать, что гость прокурора имел склонность к юмору. Но порой, выгоняя этот блестящий юмор целиком из щелей, нынешний гость прокуратора широко открывал веки и смотрел на собеседника внезапно и в упор, как бы с целью быстро разглядеть какое-нибудь незаметное пятно на носу собеседника.Это длилось всего мгновение, после чего веки снова опускались, щели сужались, и они снова начинали светиться добродушием и лукавым умом.

    Посетитель не отказался от второй чашки вина, с явным удовольствием проглотил несколько устриц, попробовал тушеные овощи, съел кусок мяса. Наевшись досыта, он похвалил вино: «Отличный урожай, прокуратор, но не Фалерно?» 1

    «Цекуба, двадцати тридцати лет, — вежливо ответил прокуратор.

    Гость приложил руку к сердцу, отказался есть, объявил, что наелся. Тогда Пилат наполнил свою чашу, и гость сделал то же самое. Оба обедающих налили вина из чашек на блюдо с мясом, и прокуратор, подняв чашу, громко сказал: «За нас, за тебя, Цезарь, отец римлян, лучший и роднейший из людей! … ’

    После этого они допили вино, и африканцы убрали еду со стола, оставив фрукты и кувшины. Опять прокуратор жестом приказал слугам удалиться и остался наедине со своим гостем под колоннадой.

    «Итак, — начал Пилат тихим голосом, — что вы можете сказать мне о настроении этого города?»

    Он нечаянно обратил свой взор туда, где внизу колоннады и плоские крыши, за террасами сада. , сохли, позолоченные последними лучами.

    «Полагаю, прокурор, — ответил гость, — что настроение Ершалаима сейчас удовлетворительное.»

    «Значит, можно гарантировать отсутствие угрозы дальнейших беспорядков?»

    «Только одно можно сказать. Гарантированная в этом мире, — ответил гость, нежно взглянув на прокуратора, — власть великого Цезаря.«

    « Да дадут ему боги долгую жизнь! »- тут же подхватил Пилат, -« и всеобщий мир! »Он сделал паузу, а затем продолжил:« Так вы верите, что войска теперь можно отвести? »« Я считаю, что когорта «Легион Молний может уйти», — ответил гость и добавил: «Было бы хорошо, если бы он прошел через город на прощание». «Очень хорошая мысль, — одобрил прокуратор, — я его отпущу послезавтра, и сам пойду и — клянусь тебе праздником двенадцати богов, 3 ларами4, клянусь — я бы много отдал, чтобы иметь возможность сделать это сегодня! »« Прокуратору не нравится Ершалаим? » — добродушно спросил гость.

    «Боже мой, — с улыбкой воскликнул прокуратор, — нет на земле более безнадежного места». Я даже не говорю о природных условиях — каждый раз, когда мне нужно приехать сюда, я заболею — но это только полбеды! … Но эти застолья! … Маги, колдуны, волшебники, эти стаи паломников! … Фанатики, фанатики! … Просто возьмите этого мессию5, которого они внезапно стали ожидать в этом году! Каждый момент думаешь, что вот-вот станешь свидетелем самого неприятного кровопролития … Постоянная переброска войск, чтение доносов и клевет, причем половина из них написана против тебя! Согласитесь, это скучно.Ах, если бы не царская служба! — Да уж, тут ужины, — согласился гость.

    «Я всем сердцем желаю, чтобы они поскорее закончились», — энергично добавил Пилат. «У меня наконец появится возможность вернуться в Кесарию. Поверьте, это безумное сооружение Ирода, — прокуратор махнул рукой вдоль колоннады, давая понять, что он говорит о дворце, — окончательно сводит меня с ума! Я не могу проводить в нем ночи. Чужой архитектуры мир никогда не знал! … Что ж, но вернемся к делу.Во-первых, этот проклятый Бар-равбан — вы не беспокоитесь о нем? И тут гость бросил свой особенный взгляд в щеку прокуратора. Но тот, брезгливо нахмурившись, уставился вдаль скучающими глазами, созерцая часть города, которая лежала у его ног и уходила в сумерки. Глаза гостя тоже потускнели, веки опустились.

    «Можно предположить, что Бар теперь стал безобидным, как ягненок», — начал говорить гость, и на его круглом лице появились морщинки.«Ему было бы неловко бунтовать сейчас». «Слишком знаменито?» — с ухмылкой спросил Пилат.

    «Прокурор, как всегда, тонко разобрался в проблеме».

    «Но в любом случае, — озабоченно заметил прокурор, подняв тонкий длинный палец с черным камнем кольца, — должно быть. … ‘

    ‘ Ой, прокурор может быть уверен, что пока я нахожусь в Иудее, Бар ни шагу не сделает, чтобы кто-нибудь не пошел ему по пятам. ‘

    ‘ Теперь я спокоен — как и всегда, кстати. , когда ты здесь.«

    Слишком любезен прокурор!»

    «А теперь прошу рассказать мне о расстреле», — сказал прокурор.

    «Что именно интересует прокурора?»

    «Были ли попытки со стороны толпы проявить бунтарство? Это, конечно, главное ».

    « Нет », — ответил гость.

    «Очень хорошо. Вы лично установили, что смерть имела место? »

    В этом может быть уверен прокурор.«

    «А скажите мне… выпили ли их перед тем, как повесить на столбы?» 6

    «Да.Но он, — тут гость закрыл глаза, — отказался пить ».

    « Кто именно? »- спросил Пилат.

    «Прости меня, игемон!» — воскликнул гость. «Разве я его не назвал? Га-Ноцри! »

    « Безумец! »- сказал Пилат, почему-то поморщившись. Под левым глазом подергивалась легкая нервозность. «Умереть от солнечных ожогов! Зачем отказываться от того, что предлагает закон! На каких условиях он отказался? — Он сказал, — ответил гость, снова закрывая глаза, — что он благодарен и не винит за то, что лишил себя жизни.

    «На кого?» — глухо спросил Пилат.

    Что он не сказал, игемон… «

    « Пытался ли он что-нибудь проповедовать в присутствии солдат? »

    « Нет, игемон, на этот раз он не был болтливым. Единственное, что он сказал, это то, что среди человеческих пороков он считал трусость одним из первых. «7

    Это было сказано по поводу чего?» — гость услышал внезапно надломленный голос.

    Это было невозможно понять. Он вообще вел себя странно — впрочем, как всегда.«

    « Что это за странность? »«

    »Он все пытался вглядываться в глаза тому или иному из окружающих и продолжал улыбаться какой-то потерянной улыбкой.«

    «Больше ничего?» — спросил хриплый. голос.

    «Больше ничего».

    Прокуратор стукнулся о чашу, наливая себе вина. Осушив его до самого дна, он заговорил:

    «Дело в следующем: хотя мы не смогли — по крайней мере пока — обнаружить его поклонников или последователей, тем не менее невозможно гарантировать, что нет ни одного.Гость внимательно слушал, склонив голову.

    «Итак, чтобы избежать каких-либо сюрпризов, — продолжал прокуратор, — прошу вас немедленно и без шума убрать тела всех трех казненных с лица земли и похоронить их в тайне. и тишина, чтобы о них не было слышно ни слова, ни шепота ».« Понятно, игемон », — ответил гость, и он встал, сказав:« Ввиду сложности и ответственности дела позвольте мне немедленно уйти. .«Нет, сядьте еще раз, — сказал Пилат, жестом останавливая гостя, — есть еще два вопроса. Во-первых, ваши огромные заслуги в этой труднейшей работе на посту начальника секретной службы при прокуратуре Иудеи дают мне приятную возможность доложить о них в Рим ». Тут лицо гостя порозовело, он встал и поклонился прокуратору. , говоря:

    «Я просто выполняю свой долг на императорской службе».

    «Но я хотел спросить вас, — продолжил гегемон, — если вам предложат перевод в другое место с повышением — отклоните его и оставайся здесь.Я бы ни за что не хотел с тобой расставаться. Пусть они награждают вас каким-нибудь другим способом. — Я счастлив служить под вашим командованием, игемон ».

    « Это меня очень радует. Итак, второй вопрос. Речь идет об этом… как его зовут… Иуда Кириафский ».

    Тут гость послал прокуратору свой взгляд и тотчас, по обыкновению, погасил его.

    «Говорят, — продолжал прокуратор, понизив голос, — что он якобы получил деньги за то, что так радушно принял этого сумасшедшего?»

    «Попадут», — тихо поправил Пилата начальник секретной службы.

    «И это большая сумма?»

    «Этого никто не может сказать, игемон».

    «Даже ты?» — сказал гегемон, восхищаясь своим изумлением.

    «Увы, даже не я», — спокойно ответил гость. «Но он получит деньги сегодня вечером, я знаю. Его нужно вызвать сегодня вечером во дворец Кайфы. — Ах, этот жадный старик Кириафа! — с улыбкой заметил прокуратор. «Он старик, не так ли?»

    «Прокурор никогда не ошибается, но на этот раз ошибается, — вежливо ответил гость, — человек из Кириафа — молодой человек.

    «Вы не говорите! Вы можете описать мне его характер? Фанатик? »

    « О нет, прокурор ».

    « Итак. А что-нибудь еще? »

    « Очень красивый ».

    « Что еще? Может, у него есть страсть? »

    « Трудно иметь такие точные знания обо всех в этом огромном городе, прокуратор… »

    « Ах, нет, нет, Афраний! Не преуменьшайте свои достоинства ».

    « У него одна страсть, прокурор ». Гость сделал небольшую паузу. «Страсть к деньгам.«

    « А чем он занимается? »

    Афраний поднял глаза, подумал и ответил:

    « Он работает в разменной лавке одного из своих родственников ». Итак, так … »Тут прокуратор замолчал, огляделся, чтобы убедиться, что на балконе никого нет, а затем тихо сказал:« Дело в том, что я только что получил информацию, что его собираются убить сегодня вечером ». На этот раз гость не только взглянул на прокурора, но даже задержал его на мгновение и после этого ответил:

    «Вы слишком лестно отозвались обо мне, прокурор.На мой взгляд, я не заслуживаю вашего отчета. Этой информации у меня нет ».

    « Вы заслуживаете высшей награды », — ответил прокурор. «Но такая информация есть».

    «Могу ли я осмелиться спросить, кто ее предоставил?»

    «Разрешите мне пока не говорить, тем более что это случайность, неясность и неопределенность. Но мой долг — все предвидеть. Это моя работа, и больше всего я должен доверять своему предчувствованию, потому что оно еще не обмануло меня. Сообщается, что один из тайных друзей Га-Ноцри, возмущенный чудовищным предательством этого меновщика, вместе со своими сообщниками замышляет убить его сегодня вечером и навязать деньги, уплаченные за предательство, первосвященнику с запиской: « Я возвращаю проклятые деньги.Глава секретной службы больше не бросал своих неожиданных взглядов на игемона, но продолжал слушать его, сузив глаза, в то время как Пилат продолжал: «Представьте себе, будет ли первосвященнику приятно принять такой подарок в ночь застолья? »

    « Не только неприятно, — ответил гость, улыбаясь, — но я верю, прокурор, что это вызовет очень большой скандал ». такое же мнение и я. И поэтому прошу вас заняться этим делом, то есть принять все меры для защиты Иуды из Кириафа.«Приказ гегемона будет выполнен, — сказал Афраниус, — но я должен успокоить гегемона: заговор злодеев очень трудно осуществить. Только подумайте, — гость оглянулся через плечо, пока говорил и продолжал, — выследить человека, убить его, а кроме того, узнать, сколько он получил, и суметь вернуть деньги Кайфе, и все такое. что за одну ночь? Сегодня вечером? «И тем не менее он будет убит сегодня вечером», — упрямо повторил Пилат. «У меня есть предчувствие, говорю вам! Ни разу он меня не обманул.Тут лицо прокурора пробежало судорогой, и он быстро потер руки.

    «Понятно», — послушно ответил гость, встал, выпрямился и вдруг строго спросил: «Значит, они убьют его, игемон?»

    «Да, — ответил Пилат, — и вся надежда на вашу работоспособность.

    Гость поправил тяжелый пояс под плащом и сказал:

    «Приветствую тебя и желаю здоровья и радости!»

    «Ах да, — тихо воскликнул Пилат, — я совсем забыл. ! Я тебе кое-что должен! …

    Гость был поражен.

    «Право, прокурор, вы мне ничего не должны».

    «Ну конечно! Когда я въезжал в Ершалаим, помните, толпа нищих… Хотела бросить им денег, но у меня их не было, и я взял их у вас. «О, прокуратор, это мелочь!»

    «О мелочах тоже надо помнить», — тут Пилат повернулся, поднял накидку, лежавшую на стуле позади него, вынул из-под нее кожаную сумку и протянул гостю. Мужчина поклонился, принимая его, и сунул сумку под плащ.

    «Я ожидаю отчета о погребении, — сказал Пилат, — а также о том, что касается Иуды Кириафского, в ту же ночь, слышишь, Афраний, этой ночью. Конвой получит приказ разбудить меня, как только вы появитесь. Я буду ждать тебя ». « Приветствую вас », — сказал глава секретной службы и, повернувшись, покинул балкон. Слышно было хруст мокрого песка под ногами, затем топот ботинок по мрамору между львами, потом отрубили ноги, потом тело и, наконец, исчез капюшон.Только здесь прокуратор заметил, что солнце село и наступили сумерки.

    Endurance Word Библейский комментарий От Матфея Глава 27

    A. Смерть Иуды.

    1. (1-2) Иисуса передают Пилату.

    Когда настало утро, все первосвященники и старейшины народа составили заговор против Иисуса, чтобы предать Его смерти. И когда они связали Его, они увели Его и предали Понтию Пилату, правителю.

    а. Все первосвященники и старейшины народа составили заговор против Иисуса, чтобы предать Его смерти : Это было официальное собрание синедриона после неформальной (и незаконной) ночной сессии, также описанной в Луки 22: 66-71.Как показывает Люк, это испытание , утреннее испытание было по существу таким же, как и предыдущее неформальное обследование.

    я. «Но поскольку противодействие жизни человека до 9:14:14 ночи 9:40:40 противоречит всем законам, они, кажется, разошлись на несколько часов, а затем, на рассвете, снова собрались вместе, делая вид, что ведут дела. согласно формам закона ». (Кларк)

    г. Они увели Его и предали Понтию Пилату : Синедрион передал Иисуса Понтию Пилату , римлянину, назначенному правителем Иудеи, потому что у них не было власти предать Его смерти.

    я. «На самом деле Пилат был назначен префектом или прокурором Тиберием Цезарем в 26 году нашей эры. Префекты управляли небольшими неспокойными районами; а в судебных делах они обладали властью, подобной полномочиям гораздо более могущественных проконсулов ​​и имперских легатов; короче говоря, в них была сила жизни и смерти ». (Карсон)

    ii. «Обычной резиденцией прокураторов была Кесария на берегу моря, но у них был обычай находиться в Иерусалиме во время Пасхи с отрядом солдат, чтобы следить за общественным спокойствием.”(Брюс)

    iii. Филон, древний еврейский ученый из Александрии, описал Пилата: «Его развращение, его дерзкие поступки, его грабежи, его привычка оскорблять людей, его жестокость, его постоянные убийства людей, не подвергавшихся судебному преследованию и не осужденных, и его нескончаемое беспричинное и беспричинное убийство. ужасная бесчеловечность ». (Барклай)

    iv. У иудейских лидеров были основания ожидать благоприятного результата, когда они обратились к Пилату. Светская история показывает нам, что он был жестоким, безжалостным человеком, почти совершенно нечувствительным к моральным чувствам других.Конечно, думали они, Пилат убьет этого Иисуса.

    v. Пилат не будет интересоваться обвинением в богохульстве против Иисуса, считая это религиозным вопросом, не имеющим отношения к Риму. Итак, все первосвященники и старейшины по существу привели Иисуса к Пилату с тремя ложными обвинениями: что Иисус был революционером; что Он подстрекал людей не платить налоги; и что Он утверждал, что он царь против Цезаря (Луки 23: 2).

    2.(3-10) Несчастный конец Иуды.

    Тогда Иуда, Его предатель, увидев, что Он был осужден, раскаялся и вернул тридцать сребреников первосвященникам и старейшинам, сказав: «Я согрешил, предав кровь невинного». И они сказали: «Что для нас это ? Вы видите к нему ! ”Тогда он, бросив сребренники в храме, вышел, пошел и повесился. Но первосвященники взяли серебряные монеты и сказали: «Незаконно класть их в сокровищницу, потому что они цена крови.И они посоветовались вместе и купили у них поле горшечника, чтобы похоронить на нем чужеземцев. Поэтому то поле и по сей день называется полем крови. Тогда исполнилось сказанное пророком Иеремией, который сказал: «И взяли они тридцать сиклей серебра, стоимость Того, Кто оценил, Которого оценили сыны Израилевы, и отдали их за поле горшечника, как ГОСПОДЬ направил меня ».

    а. раскаялся и принес обратно тридцать сребреников : Иуда исполнился раскаяния , а не покаяния.Хотя он точно знал, что он сделал ( Я согрешил, предав невинную кровь ), Иуда больше сожалел о результате своего греха, чем о самом грехе. Есть огромная разница в том, чтобы сожалеть о грехах и сожалеть о грехах.

    я. Бросив деньги в храм naos , собственно внутреннее святилище, куда разрешалось ходить только священникам», согласно Франции), Иуда хотел вовлечь священников в свое преступление.Это был его способ сказать: «Ты тоже виноват в этом».

    ii. «Действия отчаявшегося человека, решившего получить деньги и, возможно, надеющегося, что это может быть своего рода искуплением за его грех». (Брюс)

    iii. Все это произошло , видя, что Он был осужден . «Возможно, Иуда ожидал, что Иисус чудесным образом избавится от своих похитителей; и когда он увидел, что он осужден , угрызения совести охватили его, и он вернул своим товарищам-преступникам награду за свой позор.”(Сперджен)

    iv. Кровь невинного : «Иуда был с нашим Господом публично и наедине; и если бы он мог найти изъян в характере Христа, сейчас самое время упомянуть об этом; но даже предатель в своей предсмертной речи заявил, что Иисус «невиновен» »(Сперджен)

    г. Незаконно положить их в сокровищницу, потому что они цена крови : Лицемерие первосвященников было явным. Они не хотели осквернять себя ценой крови , хотя это была цена, которую они сами заплатили.

    я. Религиозные лидеры плохо обращались со своим слугой Иудой. «Из искусителей никогда не бывает хороших утешителей. Те, кто являются орудиями дьявола, чтобы повелевать, соблазнять или склонять людей ко греху, не принесут им облегчения, когда они будут обеспокоены тем, что они сделали ». (Пул)

    ii. «Бог, Второзаконие 23:18, запретил приносить цену блудницы или собаки в храм; они истолковали это как всякую нечистую наживу ». (Пул)

    iii. «Казначейство , возможно, источник, из которого деньги были выплачены Иуде, будет естественным местом для хранения денег, оставшихся в храме, но его использование в качестве кровавых денег сделало его нечистым.Могильник (само по себе нечистое место) подойдет для этого ». (Франция)

    г. Пошел и повесился : В своем безрассудном раскаянии и отчаянии Иуда покончил жизнь самоубийством. Поскольку сын погибели (Иоанна 17:12), мы уверены, что он пошел на вечное наказание.

    я. Некоторые считают, что рассказ Матфея о смерти Иуды противоречит Деяниям 1: 18-19, в которых говорится, что Иуда упал головой в поле, разорвался посередине, и все его внутренности вырвались наружу.Большинство примиряют это, предполагая, что Иуда повесился, а затем его тело было брошено на землю, разорвавшись.

    ii. «Если бы Иуда повесился, ни один еврей не захотел бы осквернить себя во время праздника опресноков, похоронив труп; и горячее солнце могло вызвать быстрое разложение, пока тело не упало на землю и не лопнуло ». (Карсон)

    г. Тогда сбылось то, что было сказано пророком Иеремией : Было много вопросов по поводу цитаты, приписываемой Иеремии , потому что она находится в Захарии 11: 12-13.Матфей говорит, что слово было произнесено пророком Иеремией , хотя мы находим его записанным в Захарии.

    я. Некоторые думают, что это может быть ошибка переписчика. Возможно, Матфей написал Захарии , но один из первых переписчиков по ошибке поместил Иеремии , и эта редкая ошибка повторилась в последующих копиях.

    ii. Некоторые думают, что Иеремия произнес это пророчество и Захария записал его — слово произнесено Иеремией , но записано Захарией как .

    iii. Некоторые думают, что Матфей ссылается на свитков из Иеремии , который включал книгу Захарии.

    Б. Иисус перед Пилатом.

    1. (11-14) Иисус произвел на Пилата большое впечатление.

    Теперь Иисус стоял перед правителем. И правитель спросил Его, говоря: «Ты царь Иудейский?» Тогда Иисус сказал ему: «Это как ты говоришь». И пока Его обвиняли первосвященники и старейшины, Он ничего не ответил.Тогда Пилат сказал Ему: «Разве ты не слышишь, сколько всего они свидетельствуют против Тебя?» Но Он не ответил ему ни слова, так что правитель очень удивился.

    а. Теперь Иисус предстал перед правителем. : История показывает нам, что Понтий Пилат был жестоким и безжалостным человеком, недобрым по отношению к евреям и презирающим почти все, кроме грубой силы. Здесь он кажется неестественным в том, как он относился к Иисусу. Иисус, кажется, глубоко на него повлиял.

    я. Матфей сокращает полный отчет, говоря нам только о втором явлении Иисуса перед Пилатом в году.Первое появление перед Пилатом описано в Луки 23: 1-6. Надеясь избежать осуждения Иисуса, Пилат послал Его к Ироду, правителю Галилеи (Луки 23: 6-12). Иисус отказался сказать что-либо Ироду, поэтому Он вернулся к Пилату, как здесь описано в Матфея.

    г. Вы король евреев? Когда они привели Его к Пилату, иудейские вожди обвинили Иисуса в том, что он возвел Себя в качестве царя вопреки Цезарю (Луки 23: 2). Они хотели представить Иисуса опасным революционером против Римской империи.Поэтому Пилат задал Иисусу этот простой вопрос.

    я. «Вопрос раскрывает форму, в которой синедрионы представили свои обвинения». (Брюс)

    ii. Конечно, нам остается только гадать, о чем подумал Пилат, когда впервые увидел Иисуса, когда увидел перед собой этого избитого и окровавленного Человека. Иисус не выглядел особенно величественным или царственным, когда Он стоял перед Пилатом, поэтому римский правитель , вероятно, был саркастичен или ироничен, когда спросил, «Ты царь иудейский?»

    iii.«Очевидно, Пилата не напугало обвинение, предъявленное Иисусу. Почему? Очевидно, с первого взгляда он увидел, что человек перед ним вряд ли был претендентом на королевскую власть в каком-либо смысле, о котором ему нужно беспокоиться … [Вы] в подчеркнутой позиции в стихе 11 предполагает это = Вы, , Царь евреи!» (Брюс)

    г. Это, как вы говорите. : Никакой величественной защиты, никакого мгновенного чуда для спасения Его собственной жизни. Вместо этого Иисус дал Пилату тот же простой ответ, который Он дал первосвященнику (Матфея 26:64).Это поразило Пилата; он спросил: « Разве ты не слышишь, сколько всего они свидетельствуют против Тебя? «Пилат не мог поверить в то, что такой сильный, достойный человек — такой же избитый и окровавленный, — как Он был, — умолкнет при этих обвинениях. Губернатор сильно удивился .

    я. Есть время защищать свое дело или себя, но такие времена редки. Когда мы встаем на защиту самих себя, нам обычно лучше промолчать и довериться Богу, который защитит нас.

    ii.Сперджен объяснил, почему Пилат сильно восхищался : «Он видел в плененных евреях неистовую отвагу фанатизма; но во Христе не было фанатизма. Он также видел во многих заключенных подлость, которая сделает или скажет что угодно, чтобы спастись от смерти; но он ничего этого не видел в нашем Господе. Он увидел в нем необычную мягкость и смирение в сочетании с величественным достоинством. Он видел, как покорность сочетается с невинностью ». (Сперджен)

    2. (15-18) Пилат надеется освободить Иисуса.

    Так вот, на пиру правитель имел обыкновение отпускать народу одного узника, которого они хотели.И в то время у них был пресловутый узник по имени Варавва. Поэтому, когда они собрались, Пилат сказал им: «Кого вы хотите, чтобы я отпустил вам? Варавва, или Иисус, называемый Христом? » Ибо он знал, что они выдали Его из-за зависти.

    а. На празднике правитель имел обыкновение отпускать народу одного узника, которого они желали : Судя, что в Иисусе было что-то иное — и невинное — Пилат надеялся, что обычай освобождения узника поможет решить проблему.

    г. Печально известный узник по имени Варавва : Марка 15: 7 рассказывает нам, что сделало Варавву печально известным . Он был одним из нескольких повстанцев , которые совершили убийств во время восстания . Сегодня мы бы считали такого человека, как Варавва, чем-то вроде революционного террориста.

    г. Ибо он знал, что Его выдали из зависти. : Пилат видел насквозь манипулятивные слова религиозных лидеров. Он знал, что их мотивом была зависть, , а не какая-либо другая забота.

    я. Из зависти : «Следует помнить, что злоба так же часто происходит от зависти , как и от гнева ». (Кларк)

    3. (19-20) Пилат находился под влиянием как своей жены, так и религиозных лидеров.

    Когда он сидел на судилище, его жена послала к нему, говоря: «Не имей ничего общего с этим праведником, потому что я сегодня много пострадал во сне из-за Него». Но первосвященники и старейшины убедили народ попросить Варавву и погубить Иисуса.

    а. Пока он сидел на судилище : Когда Пилат судил Иисуса, он не оправдал обвиняемого. У Пилата были все необходимые доказательства, чтобы поступить правильно — освободить Иисуса.

    · Он видел силу и достоинство Иисуса, и он знал, что это не было преступлением или революцией.

    · Он знал, что не справедливое обвинение привело Иисуса к его суду — это была всего лишь зависть религиозных лидеров.

    · Он увидел, что Иисус был человеком, настолько мирным со Своим Богом, что Ему не нужно было отвечать ни на одно обвинение.

    · Он уже объявил Иисуса невиновным ( Я не нахожу вины в этом Человеке , Луки 23: 4).

    г. Его жена послала к нему со словами : В дополнение ко всему у Пилата был еще уникальный и замечательный посланник — мечта его жены. Мы можем только догадываться, что она видела в этом сне . Возможно, она видела Иисуса, невинного человека, увенчанного терновым венцом и распятого.Может быть, она видела Его грядущего во славе с облаками небесными. Может быть, она видела Его у Великого Белого Престола суда, и она и ее муж смотрели на Иисуса.

    я. Мы знаем, что видение Иисуса во сне заставило ее страдать ( Я много пострадал сегодня во сне из-за Него ). «Как бы то ни было, во сне она пережила повторяющиеся болезненные эмоции, и проснулась пораженная и пораженная». (Сперджен)

    ii. Это было замечательное событие. Проснулась она поздно утром, обеспокоенная сном.Она спросила, где ее муж, и ее служители сказали ей, что его рано вызвали по делам в качестве губернатора — религиозные лидеры Иерусалима послали заключенного на суд. Сразу же она попросила посыльного пойти к ее мужу и сообщить новости о ее сне.

    iii. «Большинство снов мы совершенно забываем; о некоторых мы упоминаем как о замечательных, и только время от времени одно поражает нас, так что мы запоминаем его на долгие годы. Вряд ли кому-либо из вас приснился сон, который заставил бы вас послать сообщение магистрату на скамейке запасных.”(Сперджен)

    iv. Из-за всего этого ее послание к Пилату было очень актуальным. Она осмелилась послать его и умоляла его просто не иметь ничего общего с этим человеком Иисусом. «Отпусти его. Отпустите Его. Не наказывай Его даже немного ». Это было влияние, предупреждение, которое он трагически проигнорировал. Все это было милосердным посланием Бога к Пилату; милосердное послание, которое он отверг.

    г. Но первосвященники и старейшины убедили народ попросить Варавву и уничтожить Иисуса. : Религиозные лидеры знали лучший способ повлиять на Пилата.Ни через собственное осуждение Иисуса, ни через его жену, ни через самих религиозных лидеров напрямую. Лучшим способом подтолкнуть Пилата в определенном направлении был голос народа .

    я. Вот человек, который знает, что нужно делать, и знает это многими убедительными способами. И все же он будет делать неправильных вещей, ужасных вещей, подчиняясь толпе .

    ii. «Но, похоже, они сделали это по наущению первосвященников.Здесь мы видим, насколько опасны нечестивые священники в Церкви Христовой; когда пасторы коррумпированы, они способны побудить свою паству предпочитать Варавву Иисусу , мир Богу и чувственных удовольствий спасению своих душ ». (Кларк)

    4. (21-23) Толпа требует освобождения Вараввы и распятия Иисуса.

    Правитель сказал им в ответ: «Кого из двух вы хотите, чтобы я отпустил вам?» Они сказали: «Варавва!» Пилат сказал им: «Что же мне делать с Иисусом, называемым Христом?» Они все сказали Ему: «Да будет распят!» Тогда правитель сказал: «Что за зло Он сделал?» Но они еще больше закричали, говоря: «Да будет распят!»

    а. «Кого из двух вы хотите, чтобы я вам отпустил?» Они сказали: «Варавва!» Голос толпы не всегда голос Бога. Толпа не ответила на просьбу Пилата о доказательствах или доказательствах, когда он спросил: « Какое зло Он сделал? «Они только продолжали кричать о смерти Иисуса. Они призывали к большему, чем Его смерть — они призывали к казни через мучения через распятие (« Да будет распят! »).

    я. «Призыв « Да будет распят » примечателен в устах еврейской толпы, поскольку распятие было римским наказанием, ненавистным большинству евреев.”(Франция)

    ii. Все сказали ему : «В толпе не было никого, тихо сочувствовавшего Спасителю; они все сказали: «Да будет он распят». (Сперджен)

    iii. Когда толпа выбрала Варавву вместо Иисуса, это отразило падшую природу всего человечества. Имя «Варавва» очень похоже на сын отца . Они выбрали ложного, жестокого сына отца вместо истинного Сына Отца. Это прообраз будущего объятия последнего Вараввы — того, кого в народе называют Антихристом.

    iv. «Я снова обвиняю человечество в крайнем безумии; потому что, распяв Христа, он распял своего лучшего друга. Иисус Христос был не только другом человека, чтобы взять на себя человеческую природу, но он был другом грешников, так что он пришел в мир, чтобы искать и спасти то, что было потеряно ». (Сперджен)

    v. Люди сегодня все еще отвергают Иисуса и выбирают другого. Их Варавва может быть похотью, это может быть опьянение, это может быть эгоизм и жизненные удобства.«Этот безумный выбор делается каждый день, в то время как люди предпочитают похоти своей плоти жизни своей души». (Трапп)

    г. Они сказали: «Варавва!» Если кто и знал, что означает смерть Иисуса вместо него, так это Варавва . Он был террористом и убийцей, но был освобожден, когда Иисус был распят. Крест, на котором висел Иисус, вероятно, изначально предназначался для Вараввы.

    я. Мы можем представить Варавву в темной тюремной камере с маленьким окном, ожидающего распятия.Через окно он слышал, как толпа собралась перед Пилатом, недалеко от крепости Антония, где он находился в заточении. Возможно, он не слышал, как Пилат спрашивает: « Кого из двух вы хотите, чтобы я отпустил вам? »Но он наверняка слышал, как толпа кричала в ответ:« Варавва ». Он, вероятно, не мог слышать, как в один голос Пилат спрашивал: « Что же мне делать с Иисусом, называемым Христом? »Но он определенно слышал рев толпы в ответ:« Да будет распят .Если все, что Варавва слышал из своей камеры, было его именем, которое выкрикивала толпа, то « Да будет распят », когда солдаты пришли к нему в камеру, он определенно подумал, что ему пора умереть мучительной смертью. Но когда солдаты сказали: «Варавва, ты виновен, но ты будешь освобожден, потому что Иисус умрет на твоем месте», Варавва знал значение креста лучше других. Интересно, принял ли он это когда-нибудь близко к сердцу.

    5. (24-25) Пилат пытается избежать ответственности за судьбу Иисуса.

    Когда Пилат увидел, что он вообще не может победить, а , что нарастает смута, он взял воды и омыл свои руки перед народом, говоря: «Я невиновен. крови этого справедливого человека. Вы видите к нему ». И весь народ ответил и сказал: «Его кровь будет на нас и на наших детях».

    а. Когда Пилат увидел, что он вообще не может победить. : Это было нехарактерно для Пилата, склоняться таким образом перед религиозными лидерами и толпой. У него мог бы быть , выбранный иначе.

    г. Он взял воды и умыл руки перед народом. : Пилат умыл руки, говоря: «Это не в моей власти. Лично я не желаю этому Иисусу зла, но такие вещи случаются ». Тем не менее, власть и ответственность за то, что делать с Иисусом, лежали на нем. .Сказать «Я не нахожу в Нем вины» было недостаточно. Поиск разумного решения для освобождения узника на Пасху не был решением. Мыть руки было бессмысленно. Следовательно, он не мог избежать ответственности и навсегда связан с преступлением посылки Иисуса на крест, отраженным в истории в символах веры ( распят при Понтии Пилате ).

    я. «О, смелость Пилата совершить убийство перед Богом и отвергнуть его. Во многих мужчинах есть странное смешение трусости и храбрости; они боятся человека, но не боятся вечного Бога, который может погубить тело и душу в аду.”(Сперджен)

    г. Я невиновен в крови этого справедливого Человека : В попытке Пилата самооправдания скрывается заявление о невиновности Иисуса. Когда он назвал Иисуса « этот справедливый человек », он признал, что Иисус был невиновным человеком, а не Пилатом. Тот факт, что Пилат сказал « я невиновен », не означает, что он был невиновен .

    я. Как ни странно, в более поздние периоды христианского антисемитизма некоторые христиане пытались реабилитировать Пилата, желая свалить всю вину на евреев.Некоторые даже говорили, что Пилат и его жена стали христианами, и «по сей день коптская церковь причисляет Пилата и его жену к святым». (Барклай)

    г. Его кровь на нас и на наших детях : Они действительно не понимали, чего они просили. Они не понимали славы очищающей крови Иисуса и как чудесно было бы иметь Его кровь… на нас и на наших детях . Они также не понимали масштабов преступления, связанного с призывом к казни безгрешного Сына Божьего, и судом, который постигнет их детей примерно сорок лет спустя в результате разрушения Иерусалима.

    я. Это один из отрывков, ошибочно используемых в оправдание нечестивыми и заблуждающимися христианами, которые преследовали или допускали преследования евреев. Они не понимали, что даже если это действительно повергло этих людей и их потомков под проклятие, никогда не было долгом церкви навлечь это проклятие на евреев. Воистину, как Бог обещал Аврааму, Я благословлю тех, кто благословляет тебя, и я прокляну того, кто проклинает тебя (Бытие 12: 3).Те христиане, которые были достаточно злыми и глупыми, чтобы проклинать евреев, действительно были прокляты Богом тем или иным образом.

    C. Страдания Иисуса Христа.

    1. (26) Бичевание: обычная прелюдия к распятию.

    Тогда он отпустил им Варавву; и когда он бичевал Иисуса, он отдал Его на распятие.

    а. Когда он бичевал Иисуса : Удары были нанесены плетью с множеством кожаных прядей, на концах каждой из которых были острые куски кости или металла.Он превратил спину в сырое мясо, и преступник нередко умирал от бичевания даже до распятия.

    я. «Бичевание было законным предварительным условием для каждой римской казни, и только женщины и римские сенаторы или солдаты (за исключением случаев дезертирства) были освобождены». (Д-р Уильям Эдвардс в статье «О физической смерти Иисуса Христа» из журнала Американской медицинской ассоциации , 21 марта 1986 г.)

    ii. Целью бичевания было ослабить жертву до состояния, близкого к коллапсу и смерти.«Поскольку римские солдаты неоднократно наносили удары по спине жертвы с полной силой, железные шары вызывали глубокие ушибы, а кожаные ремни и кости барана врезались в кожу и подкожные ткани. Затем, по мере продолжения порки, рваные раны разрывали нижележащие скелетные мышцы и образовывали дрожащие ленты кровоточащей плоти. Боль и кровопотеря обычно создают почву для шока кровообращения. Степень кровопотери вполне могла определить, как долго жертва переживет крест.”(Эдвардс)

    iii. «Сильная бичевание с сильной болью и заметной кровопотерей, скорее всего, оставило Иисуса в предшоковом состоянии. Более того, гематидроз сделал его кожу особенно нежной. Физическое и моральное насилие со стороны евреев и римлян, а также недостаток пищи, воды и сна также способствовали его в целом ослабленному состоянию. Следовательно, даже до фактического распятия физическое состояние Иисуса было по крайней мере серьезным и, возможно, критическим ». (Эдвардс)

    г. Когда он бичевал Иисуса : Обычно удары бичевания уменьшались, когда преступник признавался в своих преступлениях. Иисус хранил молчание, так как ему нечего было признавать в преступлениях, поэтому удары продолжались с полной силой.

    2. (27-31) Иисуса бьют и издеваются.

    Тогда воины правителя взяли Иисуса в преториум и собрали вокруг Него весь гарнизон. И они раздели Его и надели на Него алую одежду. Когда они скрутили терновый венец, они возложили это на Его голову и трость в Его правую руку.И они преклонили колени перед Ним и издевались над Ним, говоря: «Приветствую, Царь Иудейский!» Тогда они плюнули на Него, взяли трость и ударили Его по голове. И когда они насмехались над Ним, они сняли с Него одежду, одели Его свою одежду и увели Его на распятие.

    а. Собрал весь гарнизон вокруг Него. : Им нужна была только регулярная группа из четырех солдат — кватернион — для выполнения казни.И все же они собрали вокруг Него весь гарнизон . Это было не для того, чтобы помешать Его побегу. Это было не для того, чтобы помешать враждебной толпе спасти Его. Это не должно было удерживать учеников подальше.

    я. «Остерегайтесь грешить в толпе. Молодой человек, откажитесь от мысли, что вы можете грешить в толпе. Остерегайтесь представления о том, что, поскольку многие поступают так, любой из них в меньшей степени виноват в этом ». (Сперджен)

    ii. « Солдаты губернатора были вспомогательными, а не римскими легионерами и набирались из нееврейских жителей окрестных территорий ( e.грамм. финикийцев, сирийцев, возможно, самаритян) ». (Франция)

    iii. Гарнизон : «Отряд называется спейра ; в полных спейрах и было шестьсот человек. Вряд ли их было столько, сколько в Иерусалиме. Эти воины были телохранителями Пилата, которые сопровождали его из Кесарии, где находился его постоянный штаб ». (Барклай)

    iv. Praetorium : «Названо так от претора , главного магистрата среди римлян, в обязанности которого входило отправление правосудия в отсутствие консула .Это место можно назвать по-английски суд или общий зал «. (Кларк)

    г. Издевались над Ним, говоря: «Приветствую, Царь Иудейский!» Все в этом было направлено на то, чтобы унизить Иисуса. Иудейские правители уже высмеивали Иисуса как Мессию (Матфея 26: 67-68). Теперь римские власти высмеивали его как короля.

    · Они раздели Его. : Когда заключенного распинали, их часто пригвоздили к кресту нагими, просто чтобы увеличить их унижение.Иисус еще не был распят, но Его унижение началось, и Его публично лишили .

    · Наденьте на Него алое одеяние : Цари и правители часто носили алый , потому что красители для изготовления тканей такого цвета были дорогими. Алая мантия была задумана как жестокая ирония.

    · Они скрутили терновый венец : Короли носят короны, но не короны пыток. Специфические кусты терновника этого региона имеют длинные, твердые, острые шипы.Это была корона, которая рассекала, пронзила и окровавила голову короля, который ее носил.

    · Тростник в Его правой руке : Цари держат скипетры, но славные, богато украшенные скипетры, символизирующие их силу. Издеваясь над Иисусом, они дали Ему скипетр — но тонкую, слабую трость .

    · Они преклонили колени перед Ним. : Короли почитаются, поэтому они принесли насмешливое поклонение этому Царю.

    · «Славься, царь евреев!» Царей встречают царскими титулами, поэтому они назло издевались над Иисусом этим титулом.Это должно было унизить Иисуса, но также и евреев — говоря: «Это лучший Царь, которого они могут родить».

    я. Мы могли бы сказать, что, в отличие от этого, Иисус говорит царям и правителям этого века, что их короны фальшивые, а их скипетры — тростники.

    ii. Мы также можем решить сделать противоположное тому, что они сделали с Иисусом. «О, если бы мы были наполовину столь же изобретательны, чтобы создать честь для нашего Короля, как эти солдаты планировали его бесчестье! Давайте воздадим Христу настоящее почтение, которое эти люди якобы возносили Ему.”(Сперджен)

    г. Тогда они плюнули на Него, взяли трость и ударили Его по голове : Теперь они перешли от насмешек к жестокости. Они схватили иронический скипетр, сняли ложное царское одеяние и начали метать плевок и кулаки в голову Иисуса.

    я. «Они плевали на него и использовали посох, символ его царской власти, чтобы бить его по голове« снова и снова »(ср. Несовершенное время глагола)». (Карсон)

    ii. Даже руки, забивавшие гвозди в Его руки до креста, делали только то, что им было велено делать.Тем не менее, они плевали Ему в лицо только для удовольствия. «Но, мои братья плохи, как человек, я думаю, что он никогда не был таким плохим — или, скорее, его плохие качества никогда не проявлялись в полной мере — как когда собрали всю свою злобу, его гордость, его похоть, его отчаянное неповиновение, его отвратительную злость в один глоток он плюнул в лицо Самому Сыну Божьему ». (Сперджен)

    iii. Даже в этом Иисус стоял на месте грешников. Мятежный человек хочет быть королем, но он жалкий король.Даже в этом случае Иисус претерпел издевательскую власть, на которую способен человек, предоставленный самому себе.

    iv. Сегодня мы можем смеяться над Иисусом по тому, как мы живем. «Вы издевались над ним, притворно поклоняясь ему, и таким образом облачили его в пурпурную одежду. Ибо эта пурпурная одежда означала, что они сделали его номинальным королем, королем, который на самом деле был не королем, а просто зрелищем. Ваша воскресная религия, забытая на этой неделе, была тростниковым скипетром, бессильным знаменем, всего лишь притворством. Вы насмехались и оскорбляли его даже в своих гимнах и молитвах, потому что ваша религия — это притворство, в котором нет сердца; вы принесли ему обожание, которое не было обожанием, исповедь, которая не была исповедью, и молитву, которая не была молитвой.Разве это не так? » (Сперджен)

    v. Сперджен задался вопросом, как Матфей услышал об этом терновом венце и сопутствующих насмешках. Он задается вопросом, не был ли это один из солдат, который позже обратился и уверовал в Иисуса. «Оскверненное, но терпеливое лицо нашего Господа проповедовало такую ​​проповедь, что по крайней мере тот, кто смотрел на нее, почувствовал ее таинственную силу, почувствовал, что такое терпение было более чем человеческим, и принял увенчанного терновником Спасителя как своего Господа и своего Царя»

    г. И увел Его на распятие : Поход к месту распятия был полезной рекламой для Рима. Он предупреждал потенциальных нарушителей спокойствия, что это их судьба, если они бросят вызов Риму. Обычно процессию возглавлял центурион верхом на лошади, а глашатай кричал о преступлении осужденных.

    я. «Преступника привели к месту распятия по максимально длинному маршруту, чтобы как можно больше людей могли увидеть его и принять предупреждение от мрачного взгляда». (Барклай)

    ii.Когда Иисуса уводили на распятие, Он, как и большинство жертв распятия, был вынужден нести дрова, за которые Он будет держаться. Вес всего креста обычно составлял 300 фунтов. Жертва несла только перекладину, которая весила от 75 до 125 фунтов. Когда жертва несла перекладину, его обычно раздевали догола, а руки часто привязывали к дереву.

    iii. Вертикальные перекладины креста обычно постоянно закреплялись на видном месте за пределами городских стен, рядом с главной дорогой.Вполне вероятно, что во многих случаях Иисус проходил мимо того самого прямо, за которого хотел держаться.

    iv. Когда Иисус сказал: . Если кто-то желает пойти за Мною, пусть он отвергнет себя, возьмет свой крест и последует за Мною (Матфея 16:24), это именно та сцена, которую Он имел в виду. Все знали, что такое крест — неумолимое орудие смерти и только смерть. Крест не был связан с религиозными церемониями; дело не в традициях и духовных чувствах. Крест был способом казни людей.Но за эти двадцать веков после смерти Иисуса мы очистили и ритуализовали крест. Как бы мы получили это, если бы Иисус сказал: «Иди каждый день в камеру смертников и следуй за Мною»? Взять свой крест — это не путешествие; это была поездка в один конец. Обратных билетов не было; это никогда не было поездкой туда и обратно.

    3. (32-34) По дороге на Голгофу
    (на латыни Calvary ).

    Теперь, когда они вышли, они нашли человека из Кирены, по имени Симон. Его заставили нести Его крест.И когда они пришли на место, называемое Голгофа, то есть Место черепа, они дали Ему напиться кислого вина, смешанного с желчью. Но когда Он попробовал его, Он не стал пить.

    а. Житель Кирены, Симон по имени : Этот человек, вероятно, был гостем в Иерусалиме, как верный иудей, чтобы праздновать Пасху. Посещая Иерусалим, он находился далеко от Кирены в Северной Африке (примерно 800 миль / 1300 километров).

    г. Его они заставили нести Его крест : Симон мало знал об этом Иисусе, если вообще знал, и не имел никакого желания быть связанным с этим Человеком, который был приговорен к смерти как преступник. Тем не менее римляне правили, и Симону не было предоставлено выбора. Его заставили нести крест Его . Возможно, его выбрали потому, что он был очевидным иностранцем и более заметным в толпе.

    я. Удивительно, но у нас есть основания полагать, что Симон понял, что на самом деле означает — взять свой крест и последовать за Иисусом.Есть некоторые свидетельства того, что его сыновья стали лидерами среди первых христиан (Марка 15:21 и Римлянам 16:13).

    ii. «Как легко было бы нести крест, если бы он знал Иисуса так, как узнал Его впоследствии!» (Мейер)

    г. Место под названием Голгофа, то есть Место черепа : Было определенное место за пределами городских стен Иерусалима, но все же очень близко, где люди были распяты. На этом месте Черепа Иисус умер за наши грехи, и наше спасение было осуществлено.

    я. Голгофа — на латыни «Голгофа» (Луки 23:33) означает « место черепа ». Он был назван так потому, что это было установленное место распятия преступников. Как место жестокой, унизительной смерти, он находился за пределами городских стен, но, вероятно, на хорошо проложенной дороге. Возможно также, что сам холм имел вид черепа, как в случае с местом в Иерусалиме, известным как Голгофа Гордона.

    г. Они дали Ему пить кислое вино, смешанное с желчью.Но когда Он попробовал это, Он не стал пить : Было принято давать тем, кто должен был быть распят, обезболивающее и ошеломляющее питье, чтобы уменьшить их осознание ожидающей их агонии. Но Иисус отказался от любых обезболивающих. Он решил встретить духовный и физический ужас с пробужденными чувствами.

    я. «Вино будет кислым вином или posca , используемым римскими солдатами. В Евангелии от Марка Иисус отказывается от напитка, очевидно, не пробуя его, желая страдать с ясным умом.”(Брюс)

    4. (35а) Иисус распят.

    Потом распяли Его,

    а. Они распяли : Нам еще предстоит увидеть точное, полное изображение распятия в современных средствах массовой информации. Если бы это было когда-либо сделано, оно было бы ограничено взрослой аудиторией из-за его ужасающего ужаса и жестокости.

    я. Библия избавляет нас от кровавых описаний физической агонии Иисуса, просто заявляя: «, тогда они распяли Его ». Это потому, что все во времена Матфея были хорошо знакомы с ужасом распятия, но особенно потому, что более значительный аспект страданий Иисуса был духовным, а не физическим.

    ii.«Он возник в Персии; и его происхождение происходило из того факта, что земля считалась священной для бога Ормузда, и преступник был поднят с нее, чтобы он не мог осквернить землю, которая была собственностью бога «. (Барклай)

    iii. В 1986 году доктор Уильям Эдвардс написал замечательную статью в престижном журнале Американской медицинской ассоциации под названием «О физической смерти Иисуса Христа». Ниже приведены некоторые наблюдения доктора Эдвардса и его сотрудников.Цитаты относятся к статье, а большая часть остального текста перефразирована из статьи.

    iv. «Хотя римляне не изобрели распятие, они усовершенствовали его как форму пыток и смертной казни, предназначенную для медленной смерти с максимальной болью и страданиями».

    v. Спина жертвы сначала была разорвана бичеванием, затем снова открылась, поскольку застывшая, свернувшаяся кровь отошла вместе с одеждой, которую сняли с места распятия.Когда его бросали на землю, чтобы прибить руки к перекладине, раны снова открывались, углублялись и загрязнялись грязью. Когда он был прикреплен к вертикальному кресту, каждый вдох приводил к тому, что болезненные раны на спине царапались о грубую древесину вертикальной балки и еще больше усугублялись

    vi. Вбив гвоздь в запястье, повредил большой срединный нерв. Этот раздраженный нерв вызывал огненную боль в обеих руках и часто приводил к когтеобразной хватке в руках жертвы.

    vii. Помимо сильной боли, распятие препятствовало нормальному дыханию. Вес тела, тянущий вниз на руки и плечи, имел тенденцию блокировать дыхательные мышцы в состоянии вдоха, тем самым затрудняя выдох. Отсутствие адекватного дыхания привело к сильным мышечным спазмам, которые еще больше затруднили дыхание. Чтобы хорошо дышать, нужно было упираться в стопы и сгибать локти, тяня за плечи. Прикладывание веса тела к ступням вызывает еще большую боль, а сгибание локтей скручивает руки, висящие на ногтях.Поднятие тела для вдоха также болезненно царапало спину о грубый деревянный столб. Каждая попытка получить нормальное дыхание была мучительной, утомительной и приводила к более быстрой смерти.

    viii. «Нередко насекомые загорались или зарывались в открытые раны или глаза, уши и нос умирающей и беспомощной жертвы, а хищные птицы рвались в этих местах. Более того, было принято оставлять труп на кресте, чтобы его съели хищные животные ».

    ix. Смерть от распятия могла произойти от многих источников: острый шок от кровопотери; быть слишком истощенным, чтобы больше дышать; обезвоживание; сердечный приступ, вызванный стрессом; или застойная сердечная недостаточность, приводящая к разрыву сердца.Если жертва умирала недостаточно быстро, ноги ломались, и вскоре жертва не могла дышать.

    х. Римский гражданин не мог быть распят иначе, как по прямому приказу Цезаря; он был зарезервирован для самых ужасных преступников и низших классов. Неудивительно, что римский государственный деятель Цицерон сказал о распятии: «Связать римского гражданина — преступление; бичевать его — зло; казнить его — это почти убийство: что мне сказать о его распятии? Поступок настолько отвратительный, что невозможно найти какое-либо слово, которое можно было бы адекватно выразить.Римский историк Тацит назвал распятие «пыткой, подходящей только для рабов» — подходящей только для них, потому что они считались недочеловеками.

    xi. Насколько плохо было распятие? Наше английское слово мучительный происходит от римского слова «вне креста». «Подумайте, каким ужасным должен быть грех в глазах Бога, когда он требует такой жертвы!» (Комментатор Адам Кларк)

    г. Тогда они распяли Его : Важно помнить, что Иисус не пострадал как жертва обстоятельств.Он все контролировал. Иисус сказал о Своей жизни в Иоанна 10:18, , никто не берет ее у Меня, но Я откладываю ее от Себя . Ужасно быть принужденным к такой пытке, но свободно выбирать ее из любви — замечательно. Можем ли мы когда-нибудь по праву сомневаться в любви Бога к нам снова? Разве Он не пошел на самые крайние меры, чтобы продемонстрировать эту любовь?

    5. (35b-37) Римские солдаты у распятия Иисуса.

    И разделил одежды Его, бросая жребий, чтобы сбылось реченное через пророка:

    «Они разделили Мои одежды между собою,
    И о Моих одеждах бросили жребий.”

    Сидя, они там наблюдали за Ним. И они подняли над Его головой обвинение, написанное против Него: ЭТО ИИСУС, Царь Иудейский.

    а. Разделил Его одежды, бросив жребий : Иисус потерял даже Свою одежду на кресте. Его пригвоздили к кресту как нагого униженного человека.

    я. Иисус полностью спустился по лестнице, чтобы совершить наше спасение. Он отпустил абсолютно все — даже Его одежду — и стал для нас полностью бедным, чтобы мы могли стать полностью богатыми в Нем.

    г. Чтобы это могло исполниться : Но даже во всем этом грехе, боли, агонии и несправедливости Бог направил все к Своему желанному исполнению. Может показаться, что Иисус не имеет контроля над этими событиями . Тем не менее, невидимая рука Бога руководила всем, так что конкретные пророчества особенно исполнялись.

    г. Сидя, они наблюдали за Ним : Это было, чтобы помешать кому-нибудь спасти Иисуса с креста. «Известно, что мужчины жили после того, как их сняли с креста.”(Карсон)

    г. ЭТО ИИСУС Царь Иудейский : В Иоанна 19:21 мы читаем, что религиозные лидеры среди евреев возражали против этого титула. Они посчитали, что это ложный , потому что они не верили, что Иисус был Царем иудейским . Они также считали, что это унижающих достоинство , потому что оно показало способность Рима унижать и мучить даже «, король евреев ». Однако Пилат не стал изменять этого, и когда его попросили снять надпись, он ответил: . Что я написал, то я написал (Иоанна 19:22).

    я. «Письменное обвинение (или titulus ) обычно несли перед преступником, направлявшимся к казни, или вешали ему на шею, а затем прикрепляли к кресту, тем самым усиливая сдерживающий эффект наказания». (Франция)

    ii. « Над его головой , возможно, указывает на то, что крест Иисуса имел традиционную Т-образную форму, а не часто используемую Т-образную форму». (Франция)

    6. (38-44) Иисус высмеивается на кресте.

    Тогда два разбойника были распяты с Ним, один справа, а другой слева.И те, кто проходил мимо, хулили Его, качая головами и говоря: «Разрушивший храм и построивший его за три дня , спаси Себя! Если Ты Сын Божий, сойди с креста ». Подобным образом и первосвященники, насмехаясь над книжниками и старейшинами, говорили: «Он спас других; Себя Он не может спасти. Если Он Царь Израиля, пусть Он сейчас сойдет с креста, и мы поверим Ему. Он верил в Бога; пусть избавит Его сейчас, если Он хочет Его; ибо Он сказал: «Я Сын Божий.«Даже разбойники, которые были распяты с Ним, ругали Его тем же самым.

    а. Тогда два разбойника были распяты с Ним, один справа, а другой слева. : При распятии Иисус стоял прямо в центре грешного человечества. Насмехаясь над преступниками, Его народ полностью отвергает Иисуса. Даже преступники отвергли Его.

    я. «Евреи поместили его между этими двумя, возможно, чтобы намекнуть, что он был наихудшим преступником из трех .”(Кларк)

    ii. Один из этих разбойников раскаялся и доверился Иисусу, а один нет (Луки 23: 39-43).

    г. И те, кто проходил мимо, хулили Его, качая головами. : Среди Его ошеломляющего проявления любви Иисус не был удостоен чести. Вместо этого Его хулиганили и Его враги насмехались, говоря: «Спаси себя. Если Ты Сын Божий, сойди с креста ».

    я. «Ничто так не мучает человека, когда он страдает, как издевательство.Когда Иисус Христос больше всего нуждался в словах сострадания и добрых взглядах, проходящие мимо унизили Его, качая головами ». (Сперджен)

    ii. Примечательно, что они высмеивали Иисуса за то, кем Он был на самом деле и есть.

    · Они высмеивали Его как Спасителя.

    · Они насмехались над Ним как над Царем.

    · Они насмехались над Ним как над верующим, который уповал на Бога.

    · Они высмеивали Его как Сына Божьего.

    iii. Они действовали так, как если бы Иисус сделал то, что они сказали, они поверили Ему .Однако именно потому, что Он не спас Себя, Он может спасти других. На кресте Иисуса держала любовь, а не гвозди! Иисус сделал больше, чем сошедший с креста; Он воскрес из мертвых, но даже тогда они не поверили.

    iv. Иисус также показал нам, как мы должны относиться к насмешкам и насмешкам в этом мире, то есть вообще не относиться к нему. «Презрение! Будем презирать презрение. Мир смеется над нами? Давайте посмеемся над смехом мира и скажем ему: «Ты презираешь нас? Это не вполовину так, как мы тебя презираем.Наши отцы презирали твой меч, о мир, твои темницы, твои стойки, твои виселицы, твои колья, и ты думаешь, что мы будем трепетать от твоих насмешек и насмешек? »(Сперджен)

    г. Даже разбойники, которые были распяты с Ним, ругали Его тем же самым. : В крестном испытании Иисуса было много минусов, но это, несомненно, одно из самых низких. Даже среди трех распятых людей Иисус был поставлен в «низшее» положение.

    я. Это был пик любви Бога к человеку: претерпеть это ради нашего спасения.Но это также была вершина ненависти человека к Богу; Бог сошел на землю, и это то, что человек сделал с Ним.

    ii. Иисусу пришлось терпеть это одному, за воротами. Он был отрезан от общества; и то, и другое, чтобы мы могли присоединиться к Его сообществу, а также чтобы наш опыт изоляции мог быть искуплен и превращен в возможности общения с Ним.

    D. Смерть Иисуса.

    1. (45) Необычная тьма на земле.

    От шестого часа до девятого была тьма по всей земле.

    а. Теперь с шестого часа до девятого. : Согласно римскому исчислению времени, это было примерно с 12 часов дня до 3 часов дня. Эта необычная темнота длилась около трех часов, намного дольше, чем любое естественное затмение.

    я. Это было не все время, когда Иисус был на кресте, но более поздняя часть того времени. Согласно Марка 15:25 и 15:34, мы можем предположить, что Иисус висел на кресте около 6 часов (примерно между 9:00 утра и 3:00 дня).

    ii. Первые три часа крестных испытаний Иисуса проходили при обычном дневном свете, так что все могли видеть, что на самом деле это Иисус на кресте, а не подмена или самозванец.

    iii. Эта темнота была особенно примечательной, потому что она происходила во время полнолуния — в это время всегда отмечалась Пасха — а во время полнолуния невозможно, чтобы произошло естественное солнечное затмение в году.

    г. Была тьма по всей земле : удивительная тьма по всей земле показала агонию самого творения в страданиях Создателя.

    я. «Тьма — это символ гнева Божьего, постигшего тех, кто убил Его единородного Сына. Бог был разгневан, и его хмурый взгляд скрыл дневной свет … Этот символ также говорит нам, что претерпел наш Господь Иисус Христос. Тьма за его пределами была фигурой тьмы, которая была внутри него. В Гефсимании густая тьма пала на дух нашего Господа ». (Сперджен)

    ii. Существовали современные свидетельства этой необычной темноты. «Ориген ( Contra Celsus , II, 33) и Евсевий ( Chron.) процитировал слова Флегона (римского историка), в которых он упомянул необычайное солнечное затмение, а также землетрясение примерно во время распятия ». (Гелденхейс в своем комментарии к Луке)

    iii. Римский историк Флегонт писал: «На четвертом году 202-й Олимпиады произошло необычайное солнечное затмение: в шестом часу день превратился в темную ночь, так что стали видны звезды на небе; и произошло землетрясение ». (Цитируется по Кларку)

    2.(46-49) Иисус в агонии взывает к Отцу.

    И около девятого часа Иисус закричал громким голосом, говоря: «Или, Или, лама сабахтани?» то есть: «Боже мой, Боже мой, почему Ты оставил Меня?» Некоторые из тех, кто стоял там, когда они услышали , что, сказали: «Этот Человек зовет Илию!» Тотчас один из них побежал и взял губку, наполнил ее кислым вином, наложил ее на тростник и предложил Ему пить.Остальные сказали: «Оставьте Его; посмотрим, придет ли Илия спасти Его ».

    а. Боже мой, Бог Мой : Цитируя Псалом 22, Иисус провозгласил Свое исполнение этого пророчества как в его агонии, так и в его ликовании. Псалом продолжает говорить: Ты ответил Мне. Я объявлю Твое имя братьям Моим; посреди собрания восхваляю Тебя (Псалом 22: 21б-22).

    я. «Вероятно, что Иисус говорил на иврите. То, что зрители могут не понять того, что Он сказал, не является аргументом против этого, поскольку это высказывание не предназначалось для ушей людей.”(Брюс)

    ii. « Cried ( anaboao , используется только здесь, в Новом Завете) — сильный глагол, указывающий на сильные эмоции или обращение к Богу». (Франция)

    iii. «Примечательно, что это единственный раз в синоптических Евангелиях, когда Иисус обращался к Богу, не называя его« Отцом »». (Франция)

    г. Почему ты оставил Меня? Иисус испытал огромную боль и страдания (как физические, так и эмоциональные) в течение Своей жизни. Тем не менее, Он никогда не знал разлуки со своим Отцом.В этот момент Он испытал то, чего еще никогда не испытывал. В значительном смысле Иисус справедливо чувствовал, что был оставлен Отцом в этот момент .

    я. «Его единственный стон касается его Бога. Это не «Почему Петр оставил меня? Почему Иуда предал меня? »Это были резкие печали, но это самое резкое. Этот удар порезал его до мозга костей ». (Сперджен)

    ii. В этот момент произошла священная сделка. Бог-Отец считал Бога-Сына грешником.Как позже напишет апостол Павел, Бог сделал того, кто не знал греха, грехом для нас, чтобы мы могли стать праведностью Бога в Нем . (2 Коринфянам 5:21)

    iii. Тем не менее, Иисус не только пережил отказ от общения с Отцом, но и фактическое излияние гнева Отца на Него как замену грешному человечеству.

    iv. Каким бы ужасным это ни было, это привело к исполнению доброго и любящего Божьего плана искупления. Поэтому Исайя мог сказать: Но Господу было угодно ударить Его (Исайя 53:10).

    v. В то же время мы не можем сказать, что разделение между Отцом и Сыном на кресте было полным. Павел ясно показал это во 2 Коринфянам 5:19: Бог был во Христе, примиряя мир с Собой на кресте.

    vi. «Я даже осмеливаюсь сказать, что, если бы любовь Бога к Его Сыну могла возрасти, он бы радовался ему больше, когда он стоял как страдающий Представитель своего избранного народа, чем когда-либо он радовался ему прежде. .”(Сперджен)

    г. Почему ты оставил Меня? агония этого крика значительна. Человека редко огорчает разлука с Богом или осознание того, что он является достойным объектом гнева Божьего, но это была настоящая агония Иисуса на кресте. В какой-то момент перед тем, как Он умер, прежде чем завеса была разорвана надвое, прежде, чем Он воскликнул: , завершено, , произошла удивительная духовная трансформация. Бог Отец возложил на Бога Сына всю вину и гнев, которых заслуживают наши грехи, и Он полностью понес их в Себе, полностью удовлетворив гнев Божий за нас.

    я. Какими бы ужасными ни были физические страдания Иисуса, это духовное страдание — акт осуждения за грех вместо нас — было тем, чего Иисус действительно боялся из-за креста. Это была чаша , — чаша праведного гнева Бога, — которую Он трепетал при питье (Луки 22: 39-46, Псалом 75: 8, Исайя 51:17, Иеремия 25:15). На кресте Иисус стал как бы врагом Бога, которого осудили и заставили испить чашу ярости Отца. Он сделал это, чтобы нам не пришлось пить эту чашу.

    ii. Исайя 53: 3-5 мощно об этом говорит: Он презирается и отвергается людьми, Человек скорбей и знаком с горем. И мы как бы скрыли от Него лица наши; Его презирали, и мы не уважали Его. Несомненно, Он вынес наши печали и наши печали; тем не менее, мы почитали Его пораженным, пораженным Богом и пораженным. Но Он был ранен за наши преступления, Он был ранен за наши беззакония; Наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились .

    iii. «Его Отец теперь иссушил тот священный поток мирного общения и любовного общения, который до сих пор протекал на протяжении всей его земной жизни… Мы теряем, но теряем капли, когда теряем наш радостный опыт небесного общения; и все же потеря убивает: но для Господа нашего Иисуса Христа море высохло — я имею в виду его море общения с безграничным Богом ». (Сперджен)

    iv. Мы можем представить ответ на вопрос Иисуса: почему? «Потому что, Сын Мой, Ты решил встать на место виновных грешников.Вы, никогда не знавшие греха, принесли бесконечную жертву, чтобы стать грехом и принять Мой справедливый гнев на грех и грешников. Ты делаешь это из-за Твоей великой любви и из-за Моей великой любви ». Тогда Отец мог бы дать Сыну проблеск Его награды — множество людей в праведных одеждах на золотых улицах Небес, «все они воспевают хвалу своему Искупителю, все они воспевают имя Иеговы и Агнца; и это было частью ответа на его вопрос ». (Сперджен)

    v.Знание об этой агонии Сына Божьего на кресте должно повлиять на то, как мы видим грех: «О господа, если бы у меня был дорогой брат, который был убит, что бы вы подумали обо мне, если бы я ценил нож, который был покраснен его кровью. кровь? — Если я подружился с убийцей и ежедневно общался с убийцей, кто вонзил кинжал в сердце моего брата? Наверняка я тоже соучастник преступления! Грех убил Христа; ты будешь его другом? Грех пронзил сердце воплощенного Бога; ты можешь любить это? » (Сперджен)

    г. Этот человек взывает к Илии : К сожалению, Иисуса неправильно понимали и высмеивали до самого конца. Эти наблюдатели подумали, что все это было интересным испытанием, чтобы увидеть, действительно ли будет Elijah .

    я. Когда Иисус висел на кресте, Его слушатели неправильно поняли Его, приняв часть за целое. Он сказал: « Эли, Эли, лама сабахтани? »Они не только неправильно поняли то, что слышали (Иисус сказал:« Элой », а не« Илия »), но они также услышали только одно слово из того, что Он сказал.Это не годится для истинного последователя Иисуса; мы слышим не только одно слово от Иисуса, но и каждое слово, исходящее из уст Божьих.

    ii. Одним из первых вещей, которые мы знаем об Иисусе, было то, что Его неправильно поняли. Когда Иосиф и Мария оставили Его в Иерусалиме, они не понимали, что Он должен был заниматься делами Своего Отца. Теперь, в конце Его земного служения, Его также неправильно понимают на кресте.

    iii. Иисус знал, что значит неправильно понять Его мотивов .Он исцелял людей, а другие говорили, что Он сделал это от дьявола. Он обращался к грешникам, и люди называли Его пьяной свиньей. Последователи Иисуса также иногда неправильно понимают свои мотивов, .

    iv. Иисус знал, что значит неправильно понимать Его слов и слов. Он сказал: «Разрушьте этот храм, и через три дня Я снова его воздвигну», без сомнения указывая на Свое собственное тело, когда Он это сказал. Тем не менее, люди настаивали на том, чтобы Он говорил буквально о храме в Иерусалиме. В другой раз Он знал, что Лазарь мертв, и сказал другим, что Лазарь спит.Они неправильно поняли Иисуса и подумали, что Он имел в виду, что Лазарь получает столь необходимый отдых. Последователи Иисуса иногда неправильно понимают свои слов и слов.

    v. Иисус знал, что значит, что Его молчание неправильно понято. Когда Он впервые явился Пилату, Пилат отправил Его к Ироду. Когда Ирод спросил Иисуса, Он не сказал ни слова. Ирод неправильно понял молчание Иисуса и увидел в нем слабость и бессилие. Ирод был слеп к силе и достоинству в молчании Иисуса.Последователи Иисуса также иногда неправильно понимают свое молчание .

    3. (50) Смерть Иисуса.

    И Иисус снова воззвал громким голосом и испустил Свой дух.

    а. Иисус снова закричал громким голосом : Большинство жертв распятия проводили свои последние часы перед смертью в полном изнеможении или в бессознательном состоянии. Иисус не был таким; хотя он был чрезвычайно истерзан и ослаблен, он был в сознании и мог говорить вплоть до самой смерти.

    я. «Отцы нашли в этом громком крике доказательство того, что Иисус умер добровольно, а не от физического истощения. Некоторые современные комментаторы, напротив, рассматривают крик как высказывание умирающего от разрыва сердца ». (Брюс)

    ii. В Иоанна 19:30 говорится, что Иисус сказал: « Кончилось », что является одним словом на древнегреческом — tetelestai , что означает «оплачено полностью». Это был крик победителя, потому что Иисус полностью заплатил наш грех и совершил вечную цель креста.

    г. И предал Свой дух : Никто не отнял у Него жизнь Иисуса. Иисус, в отличие от любого другого человека, исполнил Свой дух . Смерть не имела праведной власти над безгрешным Сыном Божьим. Он стоял на месте грешников, но Сам никогда не был и не стал грешником. Следовательно, Он не мог умереть, если Он не предал Свой дух .

    я. Как сказал Иисус, Я полагаю Свою жизнь, чтобы взять ее снова. Никто не берет это у Меня, но Я откладываю это от Себя.У меня есть сила, чтобы положить его, и у меня есть сила, чтобы взять его снова . (Иоанна 10: 17-18)

    ii. «Каждый человек с момента грехопадения не только приговорен к смертной казни, но и заслужил ее; поскольку все лишились своей жизни из-за греха. Иисус Христос родился непорочным и никогда не грешил, не утратил своей жизни, и поэтому может считаться естественным и бессмертным ». (Кларк)

    iii. «Он отдал свою жизнь, потому что Он хотел этого, когда Он хотел и как Он этого хотел.»(Августин)

    4. (51-56) Непосредственные результаты смерти Иисуса.

    И вот, завеса в храме разорвалась надвое, сверху донизу; и земля содрогнулась, и камни раскололись, и могилы открылись; и многие тела уснувших святых были воскрешены; и, выйдя из могил после Его воскресения, они вошли в святой город и явились многим. Поэтому, когда сотник и его спутники, охранявшие Иисуса, увидели землетрясение и случившееся, они очень испугались, говоря: «Воистину это был Сын Божий!» И многие женщины, которые следовали за Иисусом из Галилеи, служа Ему, смотрели издалека, среди них были Мария Магдалина, Мария, мать Иакова и Иосии, и мать сыновей Зеведея.

    а. Завеса в храме разорвалась на две части : Завеса отделяла святое место от наисвятейшего места в храме. Это была яркая демонстрация разделения между Богом и человеком. Примечательно, что завеса была разорвана с сверху донизу , и это сделал Бог.

    я. «Будто потрясенный кощунственным убийством своего Господа, храм разорвал ее одежды, как человек, охваченный ужасом перед каким-то чудовищным преступлением». (Сперджен)

    ii.В Деяниях 6: 7 говорится, что в дни ранней церкви очень много священников были послушны вере . Возможно, эта порванная завеса продемонстрировала им величие работы Иисуса. Также, вероятно, , как разорванная вуаль стала общеизвестной.

    iii. «Это не небольшая трещина, через которую мы можем видеть немного; но он разорван сверху донизу. Есть вход для величайших грешников. Если бы в нем была прорезана небольшая дыра, более мелкие преступники могли бы прокрасться; но какое это проявление великой милости, что завеса разорвана посередине и разодрана сверху донизу, так что главный грешник может найти просторный проход! » (Сперджен)

    г. Земля содрогнулась, и скалы раскололись. : Сама природа была потрясена смертью Сына Божьего.

    я. «Человеческие сердца не откликнулись на мучительные крики умирающего Искупителя, но камни откликнулись: камни раскололись. Он не умер из-за камней; однако камни были нежнее сердец людей, за которых он пролил свою кровь ». (Сперджен)

    ii. Вероятно, должен быть перерыв между концом Матфея 27:51 и началом Матфея 27:52. Мы не должны предполагать, что землетрясение, которое произошло и раскололо скалы во время распятия, также открыло могилы некоторых из умерших праведников; Который ждал в этих открытых могилах три дня, пока не выйдет из могил после Своего воскресения .Лучше понять, что Матфей хотел, чтобы мы увидели, что землетрясение произошло в день распятия Иисуса. Затем, в тот день, когда Он был явлен воскресшим, излучающая сила новой жизни была настолько велика, что воскресила некоторых из умерших праведников.

    г. Выход из могил после Его воскресения : Это один из самых странных отрывков в Евангелии от Матфея. Мы не знаем об этом событии из каких-либо других источников, и Мэтью нам не очень много рассказывает. Итак, мы действительно не знаем, о чем все это было, но, очевидно, эти воскрешенные святые снова умерли, потому что они были воскрешены из мертвых в том смысле, в котором был Лазарь — не для жизни воскресения, а для того, чтобы снова умереть.

    я. Они были воскрешены: «Не для того, чтобы снова разговаривать, как прежде, с людьми, но чтобы сопровождать Христа, воскресившего их, на небо; и быть столькими зрительными демонстрациями оживляющей силы Христа ». (Трапп)

    ii. «Эти первые чудеса, сотворенные в связи со смертью Христа, были типичными духовными чудесами, которые будут продолжаться до тех пор, пока Он не придет снова: сердца раскалываются, могилы греха открываются, те, кто умер в преступлениях и грехах, и погребены в гробницы похоти и зла оживают, и выходят из мертвых, и идут в святой город , Новый Иерусалим.”(Сперджен)

    г. Воистину, это был Сын Божий! Сцена распятия Иисуса была настолько поразительной, что даже закаленный римский центурион признался, что это был Сын Божий . Этот человек наблюдал за распятием, возможно, сотен других мужчин, но он знал, что в Иисусе есть что-то совершенно уникальное.

    я. Это был Сын Божий : Неправильно только его глагольное время; Иисус — это Сын Божий .Римский центурион, казалось, считал, что Он больше не Сын Божий.

    ii. «Есть такие, которые думают, что эти воины, палачи нашего Спасителя, действительно обратились благодаря чудесам, которые они видели, согласно тому, о чем молился за них Христос, Луки 23:34». (Трапп)

    e. И многие женщины, которые следовали за Иисусом из Галилеи, служа Ему, смотрели издалека : Иисус не только повлиял на грубых и ожесточенных мужчин, таких как римский центурион, но также повлиял на женщин, даже на женщин, таких как Мария Магдалина (ранее одержимая бесами женщина, которая последовала за Иисусом из Галилеи, согласно Луки 8: 2).

    я. Многие женщины : «К их вечной чести, эти женщины продемонстрировали больше храбрости и нежной привязанности к своему Господу и Учителю, чем ученики, которые обещали умереть с ним , а не оставить его». (Кларк)

    ii. Подумайте, кто был у креста.

    · Мужчины и женщины.

    · Евреи и язычники.

    · Богатый и бедный.

    · Высокий класс, а не класс.

    · Религиозный и нерелигиозный.

    · Виновны и невиновны.

    · Ненавистники Иисуса и любители Иисуса.

    · Угнетатели и угнетенные.

    · Плакалы и насмешники.

    · Образованные и необразованные.

    · Тронутые и равнодушные.

    · Разные расы, разные национальности, разные языки, разные классы.

    iii. «Эта смешанная толпа, несомненно, была пророчеством. Этот Крест привлекал людей всех мастей и условий их жизни ». (Морган)

    Э.Похороны Иисуса.

    1. (57-61) Иосиф из Аримифеи кладет Иисуса в его гробницу.

    Теперь, когда наступил вечер, пришел богатый человек из Аримафеи по имени Иосиф, который сам также стал учеником Иисуса. Этот человек пошел к Пилату и попросил тело Иисуса. Тогда Пилат повелел отдать ему тело. Взяв тело, Иосиф обернул его чистой льняной тканью и положил в свою новую гробницу, высеченную в скале; и он привалил большой камень к двери гробницы и вышел.И Мария Магдалина была там, а другая Мария сидела напротив гроба.

    а. Этот человек пошел к Пилату и попросил тело Иисуса. : Обычно тела распятых преступников оставляли на крестах, чтобы они гнили или были съедены дикими животными. Но евреи не хотели, чтобы такой ужас демонстрировался во время пасхального сезона, а римляне, как известно, передавали трупы казненных людей друзьям или родственникам для надлежащего захоронения.

    г. Он завернул его в чистую льняную ткань. : Иосиф следовал похоронным обычаям того дня — насколько мог, учитывая, что у них было очень мало времени, потому что год приближался к субботе (Луки 23:54).

    г. Положил в свою новую гробницу : Он пришел в мир из чрева девы; Он снова вышел из девственной гробницы. В этой гробнице никогда не было тела, поэтому, когда тело вышло наружу, а гробница была пуста, не было никакой путаницы относительно того, какое тело появилось.

    я. «Это была новая гробница, в которой ранее не были заложены останки, и поэтому, если бы он вышел из нее, не было бы никаких подозрений, что возникла другая гробница, и нельзя было бы представить, что он воскрес, прикоснувшись к костям какого-то старого пророка, как он сделал, который был положен в могилу Елисея.”(Сперджен)

    г. Он привалил большой камень к двери гробницы. : Это был обычный способ запечатать дорогую гробницу. У такого богатого человека, как Иосиф Ариметейский, вероятно, была гробница, высеченная в твердой скале; эта гробница находилась в саду недалеко от места распятия (Иоанна 19:41). Гробница обычно имела небольшой вход и, возможно, одно или несколько отсеков, куда выкладывали тела после некоторой мумификации с помощью специй, мазей и льняных полос. Обычно евреи оставляли эти тела в покое на несколько лет, пока они не разложились до костей, а затем кости помещали в небольшой каменный ящик, известный как оссуарий.Оссуарий остался в гробнице вместе с останками других членов семьи.

    я. Дверь в гробницу обычно была сделана из тяжелого камня круглой формы, проходила в канавке и опускалась в канал, поэтому ее нельзя было сдвинуть, кроме нескольких сильных мужчин. Это было сделано для того, чтобы останки никто не потревожил.

    ii. Он выкатил большой камень : «Обычный способ запереть дверь гробницы; Евреи называли камень голал, , ролик.”(Брюс)

    iii. В Иоанна 19:41 конкретно говорится, что гробница Иосифа Ариметейского, в которую был положен Иисус, находилась недалеко от места распятия Иисуса (и каждое из двух предложенных мест для смерти и воскресения Иисуса подтверждает это). Иосифу, вероятно, не понравилось, что ценность его семейной гробницы уменьшилась из-за того, что римляне решили распять людей поблизости, но это напоминает нам, что в плане Бога крест и сила воскресения всегда неразрывно и тесно связаны.

    iv. Такие гробницы стоили очень дорого. Сдаться Иосифу из Аримафеи было настоящей жертвой — но Иисус использовал это только в течение нескольких дней!

    2. (62-66) Гробница опечатана и охраняется.

    На следующий день, последовавший за Днем подготовки, первосвященники и фарисеи собрались к Пилату и сказали: «Господин, мы помним, когда Он был еще жив, как тот обманщик сказал:« Через три дня я воскресну. «Итак прикажи охранять гроб до третьего дня, чтобы ученики Его, придя ночью, не украли Его, , и не сказали народу:« Он воскрес из мертвых ».«Значит, последний обман будет хуже первого». Пилат сказал им: «У вас есть стража; иди своей дорогой, сделай и настолько надежным, насколько это возможно ». Они пошли и укрепили гробницу, запечатав камень и поставив стражу.

    а. Сэр : Они удостоили Пилата почетного и уважительного титула. Но накануне эти же религиозные лидеры отвергли Царя царей. Они насмехались и презирали Его, открывая позор для Иисуса, но они уважали Пилата.

    я. На следующий день : «Это должно означать, что первосвященники и фарисеи действительно обратились к Пилату в субботу со своей просьбой. Если они так поступили, становится ясно, насколько радикально они нарушили закон о субботе ». (Барклай)

    г. Мы помним… как тот обманщик сказал: «Через три дня я воскресну». : По иронии судьбы, враги Иисуса помнили Его обещание воскресения лучше, чем его собственные ученики.

    г. Пока Он был еще жив : В этом враги Иисуса признают, что Иисус мертв.Они не поверили «Теории обморока», гипотезе, которая отрицает воскресение, говоря, что Иисус на самом деле никогда не умирал, а просто «упал в обморок» на кресте, а затем каким-то чудесным образом воскрес в гробнице.

    я. Юмористическое письмо редактору христианского журнала дает точную оценку «Теории обморока»:

    Дорогой Евтих! На Пасху наш проповедник сказал, что Иисус просто потерял сознание на кресте и что ученики вылечили Его. Как вы думаете? С уважением, Bewildered

    Дорогой сбитый с толку! Ударьте своего проповедника девятихвостым котом 39 тяжелыми ударами, пригвоздите его к кресту; повесить на солнце на 6 часов; пронзите копьем его сердце; забальзамировать его; поместите его в безвоздушную гробницу на 36 часов и посмотрите, что произойдет.С уважением, Евтих

    г. Чтобы Его ученики не пришли ночью и не украли Его : Они не могли бояться учеников . Они знали, что напуганы и прячутся. Они знали, что ушли с места распятия. Их источники в разведке и информаторы сообщили им, что ученики были в ужасе. Вместо этого они боялись силы Иисуса.

    я. В конце концов, посмотрите на их слова: И скажите народу: «Он воскрес из мертвых. Если это должно было случиться, почему бы просто не сказать ученикам: «Так где же Иисус? Произведите якобы живое тело воскресшего Господа! » Они знали, что для учеников ничего не получится украсть тело Иисуса, потому что они не могли представить мертвое тело и притвориться, что оно живое. Это ничего не докажет. Чего они действительно боялись, так это силы воскресения Иисуса .

    ii. Печально, что религиозные лидеры боялись силы воскресения Иисуса, но, по крайней мере, они верили, что это правда.В субботу утром первосвященники и фарисеи проповедовали о воскресении лучше, чем ученики.

    iii. «Джастин говорит, что такие истории еще активно распространялись в середине второго века ( диалогов, 108). Сам по себе факт такой пропаганды указывает на то, что нельзя отрицать пустоту гробницы; был задан вопрос, как он оказался пустым ». (Франция)

    e. Прикажите обезопасить гробницу… у вас есть охрана… сделайте ее настолько надежной, насколько вы знаете. : Это показывает, что и иудейские лидеры, и римляне хорошо осознавали необходимость охранять гробницу и забрали все необходимые меры по его обеспечению.Эти меры безопасности просто еще больше свидетельствовали о чуде воскресения. Если бы могила Иисуса не охранялась, можно было бы предположить, что неизвестный человек или люди украли тело, и это было бы трудно опровергнуть. Тем не менее, поскольку гробница так хорошо охранялась, мы можем быть уверенными в , что Его тело не было украдено.

    я. У вас есть стража Пилат обещал поставить римскую стражу. «Маловероятно, чтобы евреям вообще понадобилось разрешение Пилата для развертывания собственной полиции; кроме того, слово guard (только в Новом Завете) является транслитерацией латинского слова custodia .Поэтому более вероятно, что использовались войска Пилата; еврейские лидеры стремятся к максимальной безопасности ». (Франция)

    ii. «Тщеславные мужики! Как будто та же сила, которая необходима для воскрешения и оживления мертвых, не может также удалить камень и пробить установленные ими часы. Но своей чрезмерной заботой и усердием, вместо того, чтобы предотвратить воскресение Христа, как они намеревались, они подтвердили истину и веру в него всему миру ». (Пул)

    ф. Запечатывание камня и установка стражи : Здесь описаны меры, принятые для защиты гробницы Иисуса.

    я. Гробница была защищена камнем , который был материальным препятствием . Эти камни были большими и помещались в наклонном канале. Это было настоящим препятствием. Конечно, камень нельзя было откатить изнутри. Ученики, если у вас их достаточно, могли бы откатить камень — но не тихо. Кроме того, им пришлось бы работать вместе с , чтобы откатить его, а это маловероятно.

    ii. Гробница была защищена печатью , которая была препятствием для человеческого авторитета . Печать представляла собой веревку, перекрывающую ширину камня, закрывающего вход в гробницу. По обе стороны от дверного проема были капли воска, закрепляющие веревку на камне. Вы не могли сдвинуть камень, не сломав печать. Было важно, чтобы охранники были свидетелями запечатывания, потому что они несли ответственность за то, что запечатывали. Эти римские стражники внимательно следили за тем, как камень был запечатан, потому что они знали, что их карьера и, возможно, их жизнь была на кону.Римская печать имела законную силу. Это было больше, чем желтая лента, забаррикадировавшая современное место преступления; сломать римскую печать значило бросить вызов римской власти. Этот камень был сохранен властью Римской империи.

    iii. Гробница охранялась охранником , что было препятствием для человеческих сил и человек. Типичная римская гвардия состояла из четырех солдат. Двое смотрели, пока остальные отдыхали. У этого охранника могло быть больше. Солдаты будут полностью экипированы — меч, щит, копье, кинжал, доспехи.Также следует помнить, что это были римских солдат, человек. Их не волновали Иисус, еврейские законы и ритуалы. Их призвали охранять могилу преступника. Для них единственной священной вещью в этой гробнице была римская печать, потому что, если бы она была сломана, их карьера была бы разрушена, и они могли быть казнены сами. Солдаты, достаточно хладнокровные, чтобы играть из-за одежды умирающего, были не из тех, кого обманывают дрожащие ученики, и они не будут подвергать опасности свою шею, спя на своем посту.

    iv. Ни одно из препятствий не имело значения. Все они падают перед Ним!

    · Материальные препятствия не стоят перед воскресшим Иисусом.

    · Человеческая власть не стоит перед воскресшим Иисусом.

    · Человеческая сила не устоит перед воскресшим Иисусом.

    © 2018 Дэвид Гузик — Распространение без разрешения запрещено, кроме личного использования

    обвиняемых остаются в неведении относительно улик, пока не стало слишком поздно

    В сентябре 2013 года на тротуаре возле ночного клуба Бронкса, где Аарон Седрес работал вышибалой, вспыхнула драка.Это была запутанная схватка, в которой участвовало около дюжины человек, и у одного человека была сломана челюсть и нанесены глубокие порезы в голову и спину.

    Месяц спустя г-ну Седресу — тогда еще 25-летнему отцу без судимости — было предъявлено обвинение в групповом нападении, которое влекло за собой 25-летнее тюремное заключение. Камеры были вывешены за пределами клуба, и прокурор сказал, что записи выглядели плохо для г-на Седреса, напомнил его адвокат.

    Г-ну Седресу предложили сделку о признании вины: пять лет за решеткой. Он настаивал на том, что нанес один удар, чтобы помочь развести двух мужчин, и убеждал своего адвоката получить отснятый материал.

    Но г-н Седрес выступил против укоренившейся юридической практики. Нью-Йорк — один из 10 штатов, где прокуратура может подождать непосредственно перед судом, чтобы передать имена и заявления свидетелей, а также другие ключевые доказательства, известные как открытие, которые подтверждают уголовные обвинения. Это стратегическое преимущество, которое критики называют несправедливым и ненужным.

    Предполагается, что некоторые открытия — например, видеозаписи — будут возвращены по запросу, но адвокаты защиты жалуются, что запросы часто отклоняются, задерживаются или игнорируются.Они говорят, что ограничительные правила раскрытия информации ставят таких людей, как г-н Седрес, перед дилеммой с высокими ставками: признать себя виновным, не увидев всех доказательств, или рискнуть судом, который может закончиться тюремным заключением, намного более длительным, чем то, что они могли получить по признанию вины.

    Большинство принимают сделку. По данным Государственного управления служб уголовного правосудия, более 98 процентов арестов за тяжкие преступления, в результате которых выносятся обвинительные приговоры, происходят на основании признания вины, а не в ходе судебного разбирательства, что немного больше, чем национальные данные.

    На протяжении десятилетий закон, требующий от прокуроров передавать доказательства ранее, наталкивался на жесткое сопротивление окружных прокуроров Нью-Йорка, которые представляют мощный контраргумент: безопасность свидетелей.Более десятка таких законопроектов провалились за последнюю четверть века.

    Сейчас в политике появляются признаки изменения, и прилагаются новые усилия, чтобы подтолкнуть Законодательный орган к пересмотру правил открытия штата, следуя примеру традиционно более консервативных штатов, таких как Северная Каролина и Техас.

    В этом году Коллегия адвокатов штата Нью-Йорк впервые поддерживает новый законопроект Ассамблеи, требующий от прокуроров автоматически передавать полицейские отчеты, имена и заявления свидетелей, а также показания большого жюри в начале дела.Их усилия поддерживаются Обществом правовой помощи и Проектом «Невиновность», некоммерческой организацией, которая помогает реабилитировать людей, которые были ошибочно осуждены, хотя ей предстоит трудный путь. В Сенате нет соответствующего законопроекта, и губернатор Эндрю М. Куомо не принял эту идею.

    В то же время судебная система штата рассматривает возможность предоставления судьям нового инструмента для обеспечения того, чтобы прокуроры передавали информацию, потенциально оправдывающую обвинения.

    Недостаток, с которым сталкиваются обвиняемые в Нью-Йорке, начал привлекать все больше внимания, сказал Карлтон Беркли, детектив нью-йоркской полиции на пенсии.Он возглавляет Discovery for Justice, группу из Бронкса, основанную в 2013 году, чтобы противостоять правилам открытия, которые некоторые критики высмеивают как «закон Нью-Йорка о слепых».

    «Когда я был полицейским, я всегда считал, что система уголовного правосудия находится на должном уровне», — сказал г-н Беркли, который критиковал некоторые методы ведомства и у которого есть четыре брата, которые отсидели в тюрьме. «Мне стыдно сейчас это говорить».

    Усилия в Нью-Йорке отражают национальную тенденцию к более открытым законам о открытиях. Огайо расширил свои законы в 2010 году.Нью-Джерси и Юта теперь требуют, чтобы открытие было предоставлено до признания вины. Американская ассоциация адвокатов, стандарты которой часто служат образцом для законов штатов, впервые за более чем 20 лет созвала рабочую группу для обновления своих стандартов раскрытия преступлений.

    Даже в Нью-Йорке некоторые прокуроры уже выходят за рамки требований закона. Офис окружного прокурора Бруклина уже давно предоставляет открытое и раннее обнаружение в большинстве случаев. Исполняющий обязанности окружного прокурора Эрик Гонсалес сказал, что его офис иногда требовал приказов о защите, чтобы защитить уязвимых свидетелей или, что реже, переселить их.

    «Мы смогли найти правильный баланс в том, как обеспечить безопасность наших свидетелей, а также сделать процесс максимально прозрачным и открытым», — сказал г-н Гонсалес.

    Законодатели штата, столкнувшись с сопротивлением прокуратуры, неохотно следят за этой тенденцией.

    Прокуроры описывают пугающие столкновения между обвиняемыми и свидетелями и предупреждают о насилии в культуре «запрета доносительства», усиленной социальными сетями. Прокуроры заявляют, что нынешний закон помогает защитить свидетелей, позволяя им не раскрывать информацию о свидетелях на неопределенный срок, поскольку лишь немногие дела передаются в суд.

    Джек Райан, старший помощник окружного прокурора в окружной прокуратуре Квинса, вспомнил недавний случай, когда свидетель был сфотографирован по пути в здание суда.

    «Еще до того, как свидетель дал показания, это видео было загружено на Facebook, в котором этот парень идентифицирован как стукач», — сказал г-н Райан. «Есть законные опасения».

    «Наш парень собирался в тюрьму»

    Г-н Седрес и его адвокат Кристин Бруан сказали, что сначала он отказался от сделки о признании вины, но по прошествии нескольких месяцев он начал ее рассматривать. .Незавершенные обвинения в совершении уголовного преступления означали, что он потерял работу, затем квартиру и машину. Его девушка переехала в дом своей матери с маленькой дочерью пары, а г-н Седрес остался без крова.

    Мисс Бруан задумалась, точно ли мистер Седрес помнил это хаотическое событие, или же его единственного удара было достаточно, чтобы признать его виновным по закону. Прокуроры по этому делу передали полицейские отчеты, в которых говорилось, что потерпевший и его девушка нашли г-на Седреса в Facebook, опознали его как руководителя нападения и были готовы дать показания.Но они так и не передали видео наблюдения.

    «Без этого видео наш парень отправился бы в тюрьму», — сказала г-жа Бруан, штатный поверенный Общества юридической помощи.

    Г-жа Бруан подала ходатайство об открытии дела вскоре после ареста г-на Седреса. По закону у обвинения было 15 дней, чтобы передать материалы или объяснить, почему они не сделали этого. Прошло пятнадцать дней без ответа, затем 30, сказала г-жа Бруан.

    Судьи имеют несколько доступных санкций для прокуроров, которые не выполняют запросы о раскрытии информации.

    Судья, который председательствовал на более поздней стадии рассмотрения дела г-на Седреса, Трой К. Уэббер, сказал, что судья мог приказать исключить видео из дела. Но это неправильно наказало бы защиту, сказала она в интервью.

    «Надо надеяться, что люди передадут видео», — сказал судья Уэббер, который сейчас заседает в апелляционном суде штата.

    Спустя более двух месяцев после первоначального запроса г-жи Бруан прокурор написал, что видео «ничего не показывает / повреждено», как следует из электронного письма.Мисс Бруан оттолкнулась, и после еще пяти месяцев споров видео появились в ее почтовом ящике.

    Они показали почти в точности то, что обещал г-н Седрес: во время беспредела он нанес два удара, чтобы освободить сына владельца клуба от медвежьих объятий. Отдельная драка вылилась на улицу, где толпа людей избила мужчину, который в конечном итоге был серьезно ранен. После полутора лет и 22 явок в суд обвинение было снято.

    Патрис О’Шонесси, пресс-секретарь окружной прокуратуры Бронкса, отказалась комментировать это дело.

    После того, как г-н Седрес потерял работу, его несколько раз арестовывали за мелкие правонарушения, такие как прыжок через турникет метро. Сейчас он живет со своей матерью и зарабатывает деньги водителем, но, по его словам, его стабильность была хрупкой.

    «Я получаю обратно мелочи, но я не должен был терять их с самого начала», — сказал г-н Седрес.

    Двусмысленность и непоследовательность

    Прокуроры должны передавать доказательства в пользу обвиняемого — так называемые материалы Брейди после знаменательного решения Верховного суда 1963 года — независимо от других правил раскрытия информации.Но Верховный суд никогда не устанавливал крайних сроков, и суды низшей инстанции разделились по вопросу о том, должны ли материалы Брэди быть переданы до признания вины.

    Что представляют собой такие доказательства, остается на усмотрение прокуратуры, и линия не всегда ясна.

    Ожидается, что судебная система Нью-Йорка вскоре одобрит изменение правил: судьи издадут постановление по уголовным делам, напоминающее прокурорам об их обязанностях Брейди. Приказ не изменит то, что прокуроры должны передать, но впервые позволит судьям выражать неуважение к прокурорам, которые умышленно нарушили это обязательство.

    Но крайний срок в приказе — 30 дней до суда — намного позже того, как состоялись большинство переговоров о признании вины.

    Давление со стороны умолять может быть огромным, особенно потому, что со временем предложения, как правило, растут. Г-н Седрес смог внести залог с помощью ссуды от своих родителей, но по данным Независимого бюджетного управления, более 35 000 человек в Нью-Йорке ежегодно попадают в тюрьму из-за того, что не могут внести залог. Два исследования Университета Пенсильвании показывают, что люди, содержащиеся в тюрьме, с большей вероятностью признают себя виновными, не потому, что они с большей вероятностью будут виновны, а потому, что часто это самый надежный способ быстрее вернуться домой.

    Кимберли Овертон, прокурор, который руководит учебными программами для Конференции окружных прокуроров Северной Каролины, сказала, что закон штата 2004 года, требующий от прокуроров автоматически передавать большую часть своих файлов по делу, помог прояснить любую потенциальную двусмысленность в отношении Брэди. материал. «Сейчас прокуратура не может принимать решения», — сказала она.

    Двусмысленность усугубляется тем, что политика обнаружения различается не только в зависимости от штата, но и от прокурора.

    В то время как Бруклин придерживается более открытой политики, офис окружного прокурора Квинса будет обсуждать просьбы только до предъявления обвинения большим жюри, когда закон вообще не требует раскрытия информации — а иногда и до того, как появится время для тщательного изучения имеющихся доказательств.

    «Мы раскрываем то, что нам нужно раскрыть», — сказал г-н Райан.

    Более десятка адвокатов и судей, практикующих в Манхэттене, заявили, что тамошняя окружная прокуратура строго соблюдает ограничительный закон штата. По их словам, даже имя обвинителя обычно не разглашается до начала судебного процесса.

    Окружной прокурор Манхэттена Сайрус Р. Вэнс-младший оспорил данную характеристику. «Мы предоставляем больше, чем уже позволяет закон», — сказал г-н Вэнс. «Если он есть в досье, мы говорим нашим помощникам передать его, за исключением ситуаций, связанных с безопасностью свидетелей.

    В конце мая офис г-на Вэнса объявил о новой политике раскрытия информации при предъявлении обвинений в некоторых делах о тяжких преступлениях, когда главным свидетелем является сотрудник полиции.

    Г-н Райан и г-н Вэнс признали, что адвокаты, у которых были хорошие отношения с прокурорами, были склонны к более раннему раскрытию информации, чем другие.

    «Когда серьезные юристы понимают, что имеют дело с серьезными юристами с другой стороны, это обычно приводит к уровню доверия, который ускоряет раскрытие информации», — сказал г-н.- сказал Вэнс.

    Более быстрое открытие, утверждают сторонники изменений, может привести к более справедливым результатам. Так случилось с Уинстоном Джонсом.

    В ноябре мистер Джонс был арестован и обвинен во взломе бруклинского винного погреба и краже Red Bulls, сигарет и наличных денег. В 35 лет мистер Джонс был арестован в связи с десятками мелких преступлений, но на этот раз ему было предъявлено обвинение в краже со взломом, совершении тяжкого преступления.

    Прокуратура предложила ему признание: от полутора до трех лет тюрьмы, если он примет предложение на месте, сказал его адвокат Скотт Хечингер из Brooklyn Defender Services.

    Мистер Джонс помнил ту ночь из-за алкоголя, но он не считал преступление серьезным. Он отказался, и был отправлен на остров Рикерс.

    Благодаря политике Бруклина в отношении раскрытия информации, через три месяца после ареста г-н Джонс смог прочитать показания большого жюри сотрудника, который узнал его по видеозаписям наблюдения. Он увидел себя на пленке, роющегося в холодильниках и невнятно произносящего слова.

    После того, как мистер Джонс настоял на том, что ничего не сделал, он начал говорить о том, что всю жизнь злоупотреблял алкоголем.Г-н Хечингер вернул это за стол переговоров, а в июне г-н Джонс признал себя виновным в попытке кражи со взломом в обмен на стационарное лечение от наркозависимости и алкоголизма. Если он поступит хорошо, он избежит тюрьмы, а дело будет закрыто и закрыто.

    Оппозиция прокурора

    Джеймс Йейтс, который в 1979 году помогал в разработке действующего закона о открытиях штата Нью-Йорк в качестве молодого сотрудника Ассамблеи и проработал более 18 лет в качестве судьи штата, сказал, что, по его мнению, закон был принят «Злоупотребляли, исказили и перевернули», чтобы скрыть информацию.

    Но он сказал, что скептически относится к тому, что новый законопроект, находящийся на рассмотрении Законодательного собрания, преодолеет сопротивление со стороны прокуратуры.

    Если закон изменится, «мы увидим огромный рост преступности, потому что никто не будет сотрудничать», — сказал Скотт Макнамара, окружной прокурор округа Онейда и избранный президент ассоциации окружных прокуроров штата, которая выступил против изменений в правилах открытия Нью-Йорка.

    В качестве одного из многих примеров г-н Макнамара привел дело Дэвида МакКитена в 2013 году, которому предъявили обвинение в хранении наркотиков в Буффало, когда он получил показания большого жюри свидетелей путем открытия.Вскоре, по словам очевидцев, им и их семьям стали поступать угрозы. Один отказался отвечать на вопросы на стенде. Г-н МакКитен был признан виновным в фальсификации свидетелей и запугивании.

    В отчете Коллегии адвокатов штата Нью-Йорк делается вывод, что в штатах с более открытыми системами не было более серьезных проблем с запугиванием свидетелей, чем в Нью-Йорке. В Бруклине, сказал г-н Гонсалес, угрозы свидетелям происходят потому, что обвиняемые уже знают, кто они.

    Помимо соображений безопасности, некоторые прокуроры высмеивают мнение о том, что обвиняемым нужно раньше взглянуть на улики, чтобы узнать, виновны ли они.

    «То, что обвиняемый может не знать, так это убедительность версии обвинения и, следовательно, вероятность того, что он сможет« опровергнуть »обвинения, несмотря на свою вину», — написали три прокурора, которые не согласились с отчетом государственной коллегии адвокатов.

    Адвокаты защиты отвечают, что им необходимо раскрытие информации, чтобы знать, оправдывают ли факты дела обвинения или есть свидетели, которые могли бы предоставить альтернативную точку зрения. В Нью-Йорке прокуратура вообще не обязана называть имена свидетелей, если свидетели не должны давать показания.

    Исайя Спрай усвоил этот урок в декабре 2012 года, когда он был сбит с толку, обнаружив, что ему предъявлено обвинение в попытке владения заряженным огнестрельным оружием, тяжком преступлении, за которое можно было заключить до семи лет тюрьмы. По его словам, он праздновал свое 27-летие со своей девушкой, когда пара начала драться в вестибюле своего многоквартирного дома на Манхэттене.

    Согласно судебным документам, когда прибыла полиция, он бил руками и ногами. Капитан полиции позже сказал, что г.Спрай пытался вытащить из кобуры офицерский пистолет.

    Прокуратура предложила ему дело о признании вины в виде двух лет тюрьмы, сказал его адвокат Роберт Бикель из Общества юридической помощи. Мистер Спрай отказался. Он провел пять месяцев в тюрьме, прежде чем, наконец, согласился признать себя виновным в совершении уголовного преступления в обмен на условный срок.

    «Я знал, что я невиновен, но я не знал, что они имеют против меня», — сказал он.

    Как только г-н Спрай начал свою просьбу, судья вызвал адвокатов к скамье подсудимых и посоветовал защите явиться в суд.Бикель вспомнил. Судья увидел то, чего не видела защита: показания большого жюри.

    Когда прокуратура в конце концов передала показания, г-н Спрай узнал, что офицер не помнит, как он хватался за пистолет.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *