В каком году крузенштерн совершил кругосветное путешествие: Первое русское кругосветное плавание Крузенштерна и Лисянского

Содержание

Международная литературно-историческая викторина «Мир Крузенштерна»

Международная литературно-историческая викторина «Мир Крузенштерна»

В 2020 году отмечается 250 лет со дня рождения адмирала Ивана Федоровича Крузенштерна. Потомок эстляндского рода Крузенштернов, он в 1803-1806 гг. возглавил первую русскую кругосветную экспедицию. Кругосветное плавание на шлюпе «Надежда» стало важной вехой в развитии отечественного флота и увековечило его имя на географических картах.

Всемирный клуб петербуржцев и Администрация города Таллина (Эстония) при поддержке ПАО «Газпром» приглашают школьников двух стран от 11 до 17 лет стать участниками литературно-исторической викторины «Мир Крузенштерна». Викторина – составная часть международного проекта, посвященного юбилею великого мореплавателя.

Отвечайте на вопросы, связанные с именем Крузенштерна, пишите эссе и присылайте свои материалы до 31 июля 2020 г. (включительно) на адрес — [email protected]!

В состав жюри войдут члены Всемирного клуба петербуржцев, представители профильных вузов, Русского географического общества, Российского военно-исторического общества, Российского исторического общества и Морского музея Эстонии.

Желаем вам интересного путешествия в мир Крузенштерна!

Подробная информация и вопросы викторины


Вопросы международной литературно-исторической викторины «Мир Крузенштерна»

1. Каковы три главные заслуги И. Ф. Крузенштерна?

2. Где родился будущий адмирал? На территории какого государства находится сейчас место рождения И. Ф. Крузенштерна, и к каким государствам относилось оно в прошлом?

3. Кто был основателем рода Крузенштернов. Чем он знаменит?

4. Как называлось и где находилось высшее учебное заведение, в котором учился И. Ф. Крузенштерн? Когда и кем оно было основано? Какие названия носило с момента основания по наше время? В каких городах оно находилось?

5. С каким званием И.Ф. Крузенштерн был выпущен из своего учебного заведения? По какой причине досрочно?

6. Во время какой битвы И. Ф. Крузенштерну пришлось сражаться против своего родственника?

7. С каким великим американцем лично познакомился И. Ф. Крузенштерн, проходя стажировку на британском флоте?

8. В каком городе у И. Ф. Крузенштерна возник проект кругосветного плавания и почему?

9. Какая коммерческая структура участвовала в подготовке и финансировании экспедиции Крузенштерна и почему?

10. Где были построены шлюпы для экспедиции? Какие названия они носили?

11. На борту «Надежды», кроме моряков и ученых, находилось посольство. В какую страну оно направлялось, кто его возглавлял и какими были итоги?

12. Экспедицию И. Ф. Крузенштерна сопровождал священник. Как его звали? С какой целью он был послан с экспедицией? Какой из его трудов известен не только богословам, но и географам и этнографам?

13. Из участников плавания на шлюпе «Надежда» трое не вернулось в Петербург. Какова судьба этих людей?

14. Два офицера «Надежды» вели дневники, содержащие важные подробности о плавании. Каковы были их имена, звания и должности?

15. На острове Нукагива моряки сделали очень неприятное открытие. Какое?

16. Моряки в Океании сделали себе татуировки. Какую татуировку сделал себе И. Ф. Крузенштерн?

17.  В Кантоне пути «Надежды» под командованием И. Ф. Крузенштерна и «Невы» под командованием Лисянского, разошлись. Почему?

18. Два участника плавания впоследствии сами возглавили кругосветные экспедиции и покрыли свои имена славой. Назовите эти имена.

19.  Смерть родственника и друга И. Ф. Крузенштерна, немецкого писателя Августа Коцебу в 1819 году потрясла всю Европу. При каких обстоятельствах он погиб?

20.  Канцлер Российской империи, сын великого полководца, основатель крупнейшей библиотеки России, друг и покровитель И. Ф. Крузенштерна… Осталось назвать имя.

21.  В 1815 году И. Ф. Крузенштерн был отправлен в бессрочный отпуск со службы. С какой целью?

22. Как называется сейчас то, что во времена И. Ф. Крузенштерна называлось Южным морем? Какое название предложил И. Ф. Крузенштерн и почему?

23.  И. Ф. Крузенштерн как мореплаватель, географ и картограф допустил всего одну большую географическую ошибку. Расскажите о ней.

24.  Две экспедиции, организованные И. Ф. Крузенштерном, выходили в Северный Ледовитый океан через Берингов пролив. Что они искали? Увенчались ли эти поиски успехом?

25.  Почему И. Ф. Крузенштерн считается основоположником высшего военно-морского образования в России?

26.  И. Ф. Крузенштерн был членом многих иностранных географических обществ. Когда было создано Русское императорское географическое общество? Какое отношение имеет к нему И. Ф. Крузенштерн?

27. В каком звании и с какими наградами И. Ф. Крузенштерн ушел в отставку?

28.  Где И. Ф. Крузенштерн умер? Рядом с каким другим морским офицером он похоронен?

29.  Автором идеи какой экспедиции, результатом которой явилось великое, “Колумбову равное”, географическое открытие, был И. Ф. Крузенштерн?

30.  Назовите топонимику, связанную с биографией И. Ф. Крузенштерна.

Самые невероятные кругосветные путешествия

Первое русское кругосветное путешествие совершил Иван Фёдорович Крузенштерн

Первое кругосветное путешествие Фернана Магелана

В это сложно поверить, но впервые земной шар обогнули еще 500 лет назад. Первое кругосветное плавание совершила испанская морская экспедиция под руководством Фернана Магеллана в 1519- 1522 годах. В путь отправлялось пять судов, но вернуться смог только один корабль – «Виктория».

За время экспедиции было открыто все побережье Южной Америки к югу от Ла-Платы, пролив, названный именем Магелана, Патагонская Кордильера, Магелан первым обогнул Америку с юга, пересек Тихий океан, обнаружив острова Гуам и Рот. Это первое в истории кругосветное плавание доказало правильность гипотезы о шарообразности Земли и единого мирового океана, омывающего сушу.

Имя Фернана Магелана носят две ближайшие к Земле галактики — Магеллановы облака. А также пингвины, которые европейцы впервые увидели на своем пути, исследуя Атлантический океан.

Сам Магелан был убит в одном из сражений во время кругосветного путешествия.

Первое кругосветное плавание совершила испанская морская экспедиция под руководством Фернана Магеллана

Первая русская кругосветка Ивана Крузенштерна

Идея отправиться в морское плавание у Крузенштерна возникла из-за заинтересованности в меховой торговлей с Китаем, которая шла сухим маршрутом. По воде было выгоднее – считал мореплаватель. Также были соображения установить прямые отношения метрополии с русскими владениями в Америке. Но предложенный в 1799 году проект Крузенштерна власти отклонили. И только три года спустя добро на него дал Александ I, и велел снарядить для этого первую русскую кругосветную экспедицию.

Экспедиция, длившаяся с 1803 по 1806 год, состояла из двух кораблей — «Надежда» и «Нева». Командовал экспедицией адмирал Иван Федорович Крузенштерн, помощником был капитан-лейтенант Лисянский. Корабли пошли через Атлантический океан, обогнули мыс Горн, особое внимание уделили Камчатке, Курильским островам и Сахалину.

Сам Крузенштерн потом много писал об этом путешествии. Самое большое впечатление на него произвели быт и нравы дикарей. Кстати, Иван Федорович очень любил животных, поэтому в путешествиях его сопровождал спаниель, любимец всей команды. Доброй приметой у матросов было непременно перед каждым отплытием потрепать спаниеля за длинные висячие уши.

Идея отправиться в морское плавание у Крузенштерна возникла из-за заинтересованности в меховой торговлей с Китаем, которая шла сухим маршрутом

Кругосветное путешествие Беллинсгаузена и Лазарева – открытие Антарктиды

В 1819 —1821 года в кругосветную экспедицию отправились Фаддей Беллинсгаузен и Михаил Лазарев. Экспедиция проходила в сложнейших условиях в южнополярных морей на шлюпах «Восток» и «Мирный». И именно она подтвердила факт существования Антарктиды, которая формально была открыта ими в январе 1820 года. Поход экспедиции Беллинсгаузена по справедливости считается одним из самых важных и трудных, когда-либо совершенных. Знаменитый Кук в 70-х годах XVIII века, первый достигший южнополярных морей и встретив сплошной лёд, объявил, что пройти дальше на юг невозможно. Беллинсгаузен доказал, что это не так.

Экспедиция Фаддея Беллинсгаузена и Михаила Лазарева проходила в сложнейших условиях в южнополярных морей на шлюпах «Восток» и «Мирный»

Кругосветка Чарльза Дарвина

Не многие знают, но именно благодаря своему кругосветному путешествию в 1831—1836 годах, Дарвин основал эволюционное учение, поставив биологию на достаточно прочную научную основу.

В кругосветку на корабле «Бигль» под командованием капитана Роберта Фицроя Дарвин отправился, когда ему было всего 23 года. Команда должна была сделать детальную съемку восточных и западных берегов Южной Америки и прилегающих островов и на основе полученных данных составить точные морские карты.

«Бигль» отправился в плавание 27 декабря 1831 года. За пять лет экспедиции корабль с великим ученым на борту побывал у берегов Бразилии, Уругвая, Огненной Земли, Ла-Пата, Патагонии, Фолклендских островов, Санта-Круса, Чили, Перу, Галапагосских островов, прошел Австралию и Океанию, Индийский океан и Африку. Все это время молодой Чарльз Дарвин неутомимо вел научную работу. Ее плоды действительно были огромны. Дарвин собрал большой материал по геологии и зоологии, который лег в основу ряда капитальных исследований, в том числе и в его знаменитый труд «Происхождение видов», вышедший в 1859 году.

Благодаря своему кругосветному путешествию в 1831—1836 годах, Дарвин основал эволюционное учение

Первая одиночная кругосветка на яхте

Канадского моряка Джошуа Слокама, пожалуй, можно назвать самым бесстрашным кругосветным путешественником. Потому что в плавание он отправился абсолютно один на своей парусной яхте «Сперй». Из Бостона на своем судне Джошуа двинулся в путь 24 апреля 1895 года. А 27 июня 1898 вернулся обратно, в Ньюпорт (Род-Айленд), обогнув земной шар. В одиночку он прошел на своей яхте 74 тысячи километров.

Джошуа Слокама в плавание он отправился абсолютно один на своей парусной яхте «Сперй»

Подводные кругосветные плавания Эдварда Бича и Сорокина

Первое в мире подводное кругосветное плавание в начале 1960 года совершила американская подлодка «Тритон» под командованием капитана Эдварда Бича. Оно проходило по маршруту первого кругосветного плавания Магеллана. Оставаясь в подводном положении с момента выхода из базы, «Тритон» направился к мысу Горн, обогнул оконечность Южной Америки и пересёк Тихий океан. Миновав Филиппины и Индонезию, лодка пересекла Индийский океан, обогнула мыс Доброй Надежды и 10 апреля, спустя 60 дней вернулась в начальную точку путешествия. За все это время «Тритон» всплыл всего один раз, чтобы передать заболевшего матроса на крейсер «Мэкон».

А спустя шесть лет – в 1966 году — отряд советских атомных подводных лодок под командованием контр-адмирала А. И. Сорокина совершил первое кругосветное плавание без всплытия в надводное положение.

Первое в мире подводное кругосветное плавание в начале 1960 года совершила американская подлодка «Тритон» под командованием капитана Эдварда Бича

Кто такой Крузенштерн человек и пароход – Школа № 147 Челябинска

Целых 70 секунд в культовом советском мультфильме «Зима в Простоквашино» уделено этому человеку. И вот уже вся страна начала хаотично вспоминать, а действительно, кто такой Крузенштерн?

19 ноября 1770 года родился Иван Федорович Крузенштерн – российский мореплаватель, адмирал, который (вместе с Юрием Лисянским) на кораблях «Надежда» и «Нева» совершил первую русскую кругосветную экспедицию.

В своих записках об этом путешествии (Санкт-Петербург, 1809—1813) Крузенштерн рассказывает много любопытного о виденном им в плавании, особенно о быте и нравах дикарей; для своего времени великолепный атлас изобилует картами, планами и рисунками. Лисянский правил вторым кораблём экспедиции и шёл иногда отдельно от первого; в его книге о том же путешествии (Санкт-Петербург, 1812) есть подробное описание берегов Ситки и Кодиака.

“Человек и пароход”

Имя Крузенштерна упоминается в мультфильме «Зима в Простоквашино». Кот Матроскин не знает его, но говорит, что его именем назывался пароход, на котором плавала бабушка Кота.

На самом деле, в мультфильме над Иваном Федоровичем не подшутили, а напротив, отнеслись с уважением. “Человек и пароход” — уважительное обозначение специалиста, преуспевшего в своей деятельности, с соответствующей репутацией, и, как правило, известного лишь в узких кругах.

Впервые эта фраза появилась в названии стихотворения Владимира Маяковского, посвящённого убитому в 1926 году на территории дикой Латвии советскому дипсотруднику Теодору Нетте. Последний героически погиб, защищаясь от налётчиков, и в честь него советское руководство назвало целых три разных судна, но первым из них стал пароход.

Потом это выражение использовалось в повести Эдуарда Успенского «Зима в Простоквашино» в ходе разговора кота Матроскина, почтальона Печкина и пса Шарика.

— Он о красоте думает! А о нас кто подумает? Антон Павлович Чехов? Да? Или Федор Иванович Шаляпин?

Почтальон Печкин спрашивает: — Разрешите поинтересоваться. Кто это такой Антон Павлович Чехов будет?

— Не знаю, — отвечает Матроскин. — Только так пароход назывался, на котором мой дедушка плавал.

— А кто такой Федор Иванович Шаляпин?

— Тоже не знаю. Так другой пароход звали.

— Наверное, один был шахтер прославленный, а второй молотобоец! — решил Печкин. — Или они оба были почтальоны знаменитые.

— Я думаю, они были очень хорошие люди, — сказал Шарик, — раз их именем пароходы назвали.

Правда, в одноимённом мультфильме имя Чехова было заменено на Крузенштерна, а дедушка — на бабушку. Там же под Новый год папа дяди Фёдора, неожиданно постучавшись и войдя в дом в маске Деда Мороза, сказал: «Угадайте, кто я?» . Почтальон Печкин, находясь под впечатлением вышеупомянутого разговора, предположил: «Адмирал Иван Фёдорович Крузенштерн. Человек и пароход!».

Четырехмачтовый барк «Крузенштерн» был построен в Бремене в 1926 году. В то время он назывался Падуя (Padua). В 1946 году это парусное судно перешло в распоряжение СССР в счет возмещения вреда от фашистской Германии. Его сразу переименовали в «Крузенштерн», и уже именно на нем, видимо, плавала бабушка кота Матроскина. Причем, если судить по маршрутам, в Чили, Южную Америку и Австралию, также в Таллин, по Балтийскому и Черному морям.

С 1995 года по сегодняшний день барк Крузенштерн совершил два кругосветных путешествия (1995-1996, 2005-2006) и одну трансатлантическую экспедицию (2009-2010).
В 2013 году «Крузенштерн» принял участие в праздновании 310-летия Балтийского флота в Санкт-Петербурге.

источник

«Надежда» для Камчатки

Для защиты от цинги, главной опасности для здоровья моряков той эпохи в долгих плаваниях вдали от берегов и свежей пищи, на корабли погрузили большие запасы клюквенного сока, настоя еловой хвои и квашенной капусты. До появления привычных нам консервов в жестяных банках оставалось ещё много десятилетий, и особое внимание уделили заготовкам припасов, способных не портиться долгое время. Петербургский мастер Акинф Обломков умудрился так хорошо приготовить солонину в шестипудовых бочках из дуба, что по воспоминаниям Фаддея Беллинсгаузена, будущего первооткрывателя Антарктиды, в 1803 году плывшего мичманом на корабле Крузенштерна, это мясо даже после тропической жары «в продолжение трёх лет, быв в различных климатах, не портилось».

Капитанов из дворянского сословия и рядовых матросов в ту эпоху разделяла целая пропасть. Однако, и Крузенштерн, и Лисянский, спустя годы начиная мемуары, перечислят не только офицеров, но и поимённо всех своих матросов. Вот их имена: Григорий Чугаев, Павел Семёнов, Тарас Гледианов, Кирилл Щёкин, Евсевий Паутов, Иван Вершинин, Петр Яковлев, Иван Яковлев, Никита Жегалин, Артемий Карпов, Михаил Звягин, Василий Задорин, Карп Петров, Иван Курганов, Евдоким Михайлов, Михаил Иванов, Алексей Федотов, Егор Черных, Иван Елизаров, Федосей Леонтиев, Егор Мартынов, Василий Фокин, Филипп Биченков, Феодор Филиппов, Матвей Пигулин, Перфилий Иванов, Куприан Семёнов, Филипп Харитонов, Даниил Филиппов, Николай Степанов, Нефёд Истреков, Мартимиян Мартимиянов, Алексей Красильников, Григорий Конобеев, Спиридон Ларионов, Еммануил Голкеев, Розен Баязетов, Сергей Иванов, Дмитрий Иванов, Клим Григорьев, Иван Логинов, Ефим Степанов, Егор Григориев, Иван Щитов, Степан Матвеев, Иван Андреев, Пётр Русаков, Осип Аверьянов, Семён Зеленин, Пётр Калинин, Василий Маклышев, Иван Попов, Фадей Никитин, Пётр Борисов, Ульян Михайлов, Иван Гаврилов, Андрей Худяков, Михайло Шестаков, Александр Потяркин, Василий Иванов, Пётр Сергеев, Федот Филатьев, Бик Мурза Юсупов, Емельян Кривошеин, Андрей Володимиров, Иван Андреев, Илья Иванов, Василий Степанов, Митрофан Зеленин, Егор Саландин, Дмитрий Забыров, Ларион Афанасьев, Родион Епифанов, Потап Квашнин, Иван Васильев, Иван Алексеев, Фёдор Егоров, Моисей Колпаков, Терентий Неклюдов, Степан Вакурин, Павел Помылев, Амир Мансуров и аж два Ивана Михайлова.

Самыми младшими по возрасту в экспедиции Крузенштерна были ученики кадетского корпуса, братья Мориц и Отто Коцебу, юноши 14 и 15 лет. Согласно их позднейшим воспоминаниям, они были уверены, что не вернутся из этого страшно далёкого путешествия, хотя на корабль их устроил родной отец, лично упросивший о том царя Александра I. В итоге «юнги» не только благополучно вернутся из экспедиции, но, пройдя суровую морскую школу у Крузенштерна, сделают успешную военную карьеру — Мориц станет генералом русской армии, а Отто будет одним из немногих капитанов парусной эпохи, кто сумеет совершить целых три кругосветных путешествия!

Любимый с детства мультик… — ТурКлуб «КП», Клуб Приключений

Любимый с детства мультик «Простоквашино»! Как же он перекликается с путешествиями? И о каком его персонаже (хоть его там и не видно) можно рассказать увлекательную историю? Садитесь поудобнее, налейте любимый напиток… Мы начинаем!

Недавно мы рассказывали о герое наших лет, потрясающем человеке Фёдоре Филипповиче Конюхове. Он первый, кто совершил кругосветное путешествие в одиночку на яхте без остановок и первый, кто совершил кругосветку на воздушном шаре. Всего он обогнул земной шар 5 раз и не собирается останавливаться. Но кто же совершил кругосветное путешествие первым в России? Пусть не одиночное, это была целая экспедиция из двух кораблей. Но кто же его придумал и возглавил?

Отвечает почтальон Печкин: «Иван Фёдорович Крузенштерн! Человек и пароход!». Но тогда, в 1799 году, подавая в Адмиралтейство проект кругосветного плавания, Крузенштерн пароходом пока не был. Проект отклонили, Ивана Федоровича отправили в командировку в Англию. Чтобы глупостями и пустыми прожектами не беспокоил.
Но всё изменилось, когда в 1802 году. Александр I вспомнил о проекте. Кругосветное путешествие Крузенштерна и Лисянского было предпринято в 1803–1806 годах. Корабли назывались «Надежда» и «Нева». Командовали кораблями Иван Крузенштерн и капитан-лейтенант Юрий Лисянский соответственно.

Нельзя сказать, что экспедиция прошла гладко. Первая ее часть была омрачена эксцентричным поведением графа Федора Толстого, которого даже пришлось высадить на Камчатке. А ещё конфликтом между Крузенштерном и послом Николаем Рязановым, который официально был главой экспедиции. Рязанову и Крузенштерну приходилось делить одну каюту. Отношения обострились настолько, что единственным способом для общения стали записки (тут снова невольно вспоминается «Простоквашино». Помните ссору Шарика с Матроскиным? Успенский явно читал биографию Крузенштерна 😂). Одной из причин недовольства Ивана Федоровича было то, что свита посла стесняла команду на небольшом корабле.

После возвращения Иван Фёдорович написал несколько научных трудов. В том числе «Атлас южного моря» и описания к нему. В последние годы жизни был почётным членом Императорской Академии наук. Вместе с другими великими исследователями стал учредителем Русского географического общества.

Открытия, сделанные Крузенштерном, имеют большое значение не только для нашей страны, но и для всего мира.
В честь И. Ф. Крузенштерна названы:

⛵Остров Крузенштерна
⛵Пролив Крузенштерна
⛵Риф Крузенштерна
⛵Крузенштерн (лунный кратер)

И ПАРОХОД!😄 А точнее, ледокол.
#vpoxod #путешествия #кругосветка #великиелюди

Одна «НАДЕЖДА» на двоих | Публикации

Минувшим летом исполнилось 200 лет с момента начала первого русского кругосветного плавания. История этой экспедиции изобилует «белыми пятнами», неоднозначными событиями и интригующими происшествиями. Поэтому каждая новая находка документов, имеющих к ней отношение, вызывает огромный интерес как у специалистов, так и у любителей отечественной истории. Во время этого исторического плавания разгорелся серьезный конфликт между капитан-лейтенантом Иваном Федоровичем Крузенштерном, командовавшим отрядом кораблей экспедиции — «Надеждой» и «Невой», и камергером Николаем Петровичем Резановым, следовавшим с посольской миссией в Японию. В 2003-м, юбилейном году, в архивах были обнаружены важные материалы, проливающие свет на некоторые обстоятельства плавания. Среди них особого внимания заслуживает путевой дневник старшего офицера судна «Надежда» лейтенанта Макара Ивановича Ратманова.

Предыстория

Чтобы приблизиться к пониманию того, что происходило на борту «Надежды», нужно обратиться к истории замысла и подготовки первой русской кругосветной экспедиции. В 1799 году Крузенштерн направил в военно-морское министерство предложение об организации кругосветного плавания. Необходимость такого предприятия назрела давно. Американские владения России остро нуждались в регулярном и быстром снабжении продуктами, которые до сих пор доставлялись посуху по ужасным дорогам через всю Сибирь в Охотск, где их перегружали на суда и только после этого переправляли в Новый Свет.

Столь же непростым был путь американских меховых товаров на рынки Китая. Все это отнимало колоссальное количество времени и средств. По замыслу Крузенштерна, кругосветная экспедиция должна была доказать возможность и целесообразность подобных плаваний для России. А главное, позволяла вплотную заняться изучением Мирового океана и встать в один ряд с такими морскими державами, как Великобритания, Испания и Франция.

Проект Крузенштерна долгое время оставался без ответа и оказался востребованным лишь тогда, когда со схожим предложением к императору обратилась влиятельная и богатая Российско-американская компания (РАК).

Объективности ради надо сказать, что авторство проекта первой русской кругосветной экспедиции не принадлежит ни Крузенштерну, ни РАК, ни уж тем более Резанову — одному из членов Правления РАК. Это продукт коллективного творчества, в разработке которого принимало участие очень много людей. В том числе не последнюю роль сыграли идеи министра коммерции графа Н.П. Румянцева, исследовательская же программа и некоторые инструкции готовились российской Академией наук.

Летом 1802 года высочайшее одобрение проекта организации экспедиции было наконец получено и подготовка к походу началась. В августе состоялось назначение Крузенштерна начальником кругосветного плавания. Интересно, что поначалу он от него отказался — обстоятельства его личной жизни изменились, он женился «и ожидал скоро именоваться отцом». Позднее Крузенштерн вспоминал, что назначение он принял лишь после разговора с морским министром адмиралом Н.С. Мордвиновым, «объявившем мне, что если я не соглашусь быть сам исполнителем по своему начертанию, то оно будет вовсе оставлено».

Сегодня то значение, которое придавалось согласию возглавить экспедицию морского офицера, носившего всего лишь звание капитан-лейтенанта, может показаться преувеличенным. На самом же деле на тот момент Крузенштерн, а также капитан-лейтенант Юрий Федорович Лисянский являлись лучшими капитанами русского флота. Судами такого класса, как «Надежда» и «Нева», Россия почти не располагала, и каждый капитан, способный командовать подобным кораблем, был на виду, вращался в высшем свете, словом, являлся человеком известным и авторитетным. Крузенштерну же благоволил сам Александр I.

Две главы одного проекта

Снаряжалась экспедиция на средства РАК, личный состав Крузенштерн набирал по своему усмотрению и только среди добровольцев. Командование вторым судном он поручил Лисянскому, а своим помощником назначил лейтенанта Макара Ивановича Ратманова — опытного, хорошо образованного офицера, отличившегося в войнах со шведами и французами. Для покупки экспедиционных кораблей в Англию был откомандирован Лисянский.

В феврале следующего, 1803 года возникла идея направить с экспедицией посольство в Японию — для установления торговых и дипломатических отношений. Эту миссию и должен был возглавить Резанов, который одновременно становился руководителем экспедиции наравне с Крузенштерном.

С этого момента и началась та непростая коллизия, которая впоследствии привела к раздорам и попыткам Резанова утвердить свое единоначалие.

В период подготовки к плаванию и Крузенштерн, и Резанов получали многочисленные инструкции от военно-морского ведомства, министерства коммерции, Правления РАК, большая часть которых была одобрена императором. Практически во всех этих документах Крузенштерн и Резанов фигурируют как первые лица экспедиции, равные друг другу, хотя их взаимоотношения были прописаны столь нечетко, что могли трактоваться весьма вольно. Об этой двойственности и Резанов, и Крузенштерн знали, но она их не смущала — первый считался коммерческим и хозяйственным главой экспедиции, второй должен был ведать морской частью, включая и научные исследования. Беда в том, что инструкции, выданные Резанову, вступали в прямое противоречие с морским уставом, который действовал на идущих под Андреевским флагом кораблях, укомплектованных военными моряками. Согласно его положениям, принятым еще Петром I и актуальным до сего дня, вся власть на корабле принадлежит капитану. Он определяет внутренний режим жизни, распоряжается судном по своему усмотрению, а все, находящиеся на борту, будь то гражданские или военные лица, вне зависимости от их должности, ранга, звания и положения, находятся в его полном подчинении. Поэтому для экипажей «Надежды» и «Невы» кроме Крузенштерна не могло быть никакого другого начальника.

Недоразумения начались уже во время размещения огромной свиты Резанова на «Надежде». Ратманов, занимавшийся этим хлопотным делом, отметил в своем дневнике: «… прибыли к нам Двора Его Императорского Величества Действительный Камергер и кавалер Резанов, который назначен чрезвычайным послом и уполномоченным министром в Империю Тензин-Кубоскаго величества, в Японию и с довольным числом свиты, и весьма корабль стеснили; о чем известясь Его Императорское Величество через графа Строганова и мыслящий как отец о своих подданных, прислал немедленно коммерц-министра графа Румянцева и товарища (заместителя. — Прим. авт.) министра морских сил Чичагова, которые, найдя излишества, донесли Государю и резолюция последовала излишних отослать по своим командам…»

Но и это было еще не все. Незадолго до выхода в море Резанов получил царский рескрипт, первый пункт которого извещал камергера, что «сии оба судна с офицерами и служителями, в службе компании находящимися, поручаются начальству вашему». Правда, в дальнейшем тексте этого документа говорилось, что все решения Резанов обязан принимать совместно с Крузенштерном, но именно к этому рескрипту будет впоследствии апеллировать Резанов, пытаясь утвердить свое верховенство в экспедиции. Крузенштерн о царском указе не знал, его содержание не было доведено до экипажей кораблей, и, следовательно, по выходе в море в силу он не вступил. Более того, никто из высшего руководства Резанова как главного начальника экспедиции офицерам не представил, наконец, сам Резанов, прибыв на судно, о своих полномочиях не объявил.

Итак, 26 июля 1803 года «Надежда» и «Нева» вышли из Кронштадта, а офицеры и матросы пребывали в полной уверенности, что их единственным начальником является Крузенштерн. И лишь один человек думал иначе — в кармане его камзола лежал документ, дающий ему, как считал он, неограниченные права на руководство экспедицией.

Первое столкновение

Начало экспедиции не предвещало никаких осложнений. Все решения принимались по взаимному согласию Крузенштерна и Резанова. Впрочем, у наблюдательного Ратманова еще во время стоянки в Копенгагене сложилось не слишком лестное мнение о Резанове, и он был явно не в восторге от предстоящего совместного плавания с этим человеком: «Посол жил на берегу… и мало сделал чести, ибо я несколько раз напоминал ему о его звании и снял бы знаки отличия их гоняясь за непотребными женщинами в садах и на улице. Тут я мог заметить, что мало будет делать чести его превосходительство, и чем более были вместе, тем более находили в нем и в свите подлости».

Тем временем плавание продолжалось. Все насущные вопросы экспедиционной жизни по-прежнему обсуждались двумя руководителями сообща. Но едва корабли покинули пределы Европы, между ними возникли серьезные противоречия. Сегодня трудно судить о том, что могло произойти во время стоянки судов на Тенерифе, одном из Канарских островов, или сразу же после их выхода в море, но тот факт, что Резанов заявил о своих правах на верховенство, повергнув Крузенштерна в изумление и негодование, сомнений не вызывает. Об этом свидетельствует письмо, направленное Крузенштерном в Правление РАК. Из этого послания видно, что претензии Резанова явились для Крузенштерна полной неожиданностью — он никогда не согласился бы находиться в подчинении у камергера и не понимал, на чем основаны его притязания. В нем Крузенштерн объявил, что по прибытии на Камчатку готов «здать команду мою, кому угодно вам будет приказать». Поскольку Резанов ничем не подкрепил свое заявление — царский рескрипт так и остался неоглашенным, то Крузенштерн не собирался выполнять его распоряжения и, требуя объяснений от Правления РАК, писал, что «ежели бы угодно было Главному Правлению лишить меня команды всей Експедиции, то… быв подчинен Резанову, полезным быть не могу, бесполезным быть не хочу». Что же касается других участников экспедиции, то в их записях никаких упоминаний о разгоравшемся конфликте на тот момент не было.

Камергерские привилегии

27 октября оба корабля покинули Канарские острова, а спустя месяц пересекли экватор. Пока разногласия в ее руководстве не предавались гласности, жизнь на обоих судах шла своим чередом, видимость благополучия сохранялась. Ратманов даже отметил приязненные отношения посланника и Крузенштерна на празднике Нептуна, но, видимо, не питая иллюзий насчет Резанова, живописал камергера во всей красе: «За обедом пили здоровье Императора и Императриц порознь и палили из пушек; пили здоровье патриотов, и всех россиян, и… — довольно надрызгались, так что господин посол валялся по шканцам, задирая руки и ноги до небес, крича безпрестанно: Крузенштерну ура!!! Потом превосходительство начал уверять, что много у него присутствия духа и что он хоть и не англичанин, но также от радости хочет броситься за борт, держась за грот-ванты; я, хоть и показывал ему в пространство, где пошире и ванты и выбленки, надеясь при том, что не бросится, ибо он не говорит правду, а его окружающие уговаривали, и надворный советник Фоссе и Американской компании 1-й прикащик, уговаривали со слезами и целовали руки, а как тут же в это время починивался большой парус, то с великим присутствием духа грандиссимо амбасадер, счел его за мягкую постель и разлегшись на оном, уснул. Я, быв на вахте, приказал отнести его в каюту, где он проспал до другого дня и безсовестно всех заверял, что он не был пьян и что он сам дошел в каюту».

21 декабря, оставив позади Атлантику, «Надежда» и «Нева» швартовались в гавани острова Святой Екатерины, отделенного от Американского континента проливом. Роскошь тропической природы, великолепие бразильских ландшафтов, необычность облика местных жителей, богатство флоры и фауны произвели на участников экспедиции огромное впечатление. Ратманов в своем дневнике высказался следующим образом: «…места наилучшие Земного Шара, климатом, видом, богатством и во всем изобилие; жаль что не нашим рукам оное принадлежит…».

Ученые, сопровождавшие экспедицию, совершали экскурсии вглубь острова и на материк, пополняли гербарии, коллекции насекомых, рыб, животных. Крузенштерн, так же как и во время плавания, руководил многими научными работами, сам нередко принимая непосредственное участие в гидрографических и иных исследованиях. Морские офицеры занимались астрономическими определениями, съемкой местности, промеряли глубину воды, пеленговали и на основе всех этих данных составляли морскую карту.

Однако не все проводили время в трудах. Ратманов по поводу жизни Резанова в Бразилии замечает: «А у нашего посла украли на берегу 49 талеров и золотую табакерку — ничего странного слышать, что сие попалось в те руки, которые доставали послу и белых и черных непотребных женщин — в бытность посла на берегу мало делал России чести, ибо которым было отказано от португальцев общества, а его превосходительство ежудневно делал ему визиты, для того чтобы утолить свое сладострастие».

Начальник без подчиненных

К этому моменту конфликт между Крузенштерном и Резановым принял открытую форму, и на обоих кораблях сложилась крайне тяжелая, нервозная обстановка. Резанов требовал от офицеров подчинения, пытался отдавать приказы Лисянскому, не согласовывая их с Крузенштерном. Однако все его распоряжения игнорировались — иного и невозможно было ожидать от морских офицеров. Тем не менее Резанов, ни разу до того не бывавший в море, не оставлял попыток руководить экспедицией. Он решил, что слишком поздно пускаться в плавание вокруг мыса Горн, а, следовательно, нужно идти на восток, мимо африканского побережья, в Японию, похоронив планы кругосветной экспедиции. Возможно, это стало последней каплей для Крузенштерна и офицеров флота — Резанову прямо заявили, что его не признают главой экспедиции и его приказы выполнять не будут.

То, как вели себя в этом конфликте офицеры, поддержавшие Крузенштерна, и лица, сопровождавшие Резанова, доподлинно установить трудно. Резанов в своих дневниках утверждает, что на протяжении почти всего плавания подвергался постоянным унижениям и оскорблениям со стороны экипажа «Надежды». Однако доверять сообщениям Резанова безоговорочно нельзя. Сличение разных источников показывает, что камергер в своих записях порой не придерживался истины, а иной раз не гнушался и откровенной ложью. Очевидно, что и личные его качества никак не способствовали росту его авторитета в глазах офицеров. Даже ученые, формально находившиеся в подчинении Резанова, были не слишком расположены к нему, а со всеми нуждами обращались к Крузенштерну.

Через некоторое время, судя по записям Ратманова, между Крузенштерном и Резановым произошел окончательный разрыв — живя на одном корабле, они общались лишь путем переписки. Часть этих писем Ратманов воспроизводит в своем дневнике. Об атмосфере же, царившей на борту «Надежды», дает представление одно из писем Крузенштерна Резанову, написанное в декабре 1803 года: «Письмо Ваше, которое я получил сего утра, привело меня в большое изумление. Оно в себе содержит, что не признавая Вас начальником Експедиции, Вы не можете ожидать от меня никакого повиновения; окроме сего слух носится, что ваше пр-во вознамерились писать к Государю, что Вы не в состоянии будете выполнять Его повелений от моих поступков, почему я щитаю долгом уведомить Вас письменно о том, что Вы словесно уже много раз от меня слышали, то есть: что я признаю в Вас особу уполномоченную от Его Императорского Величества, как для посольства так и для разных распоряжений в восточных краях России; касательно же до морской части, которая состоит в командовании судами с их офицерами и экипажем, такоже пути, ведущего к благополучному исполнению прожектированнаго мною вояжа, как по словам самого Императора, так и по инструкциям мне данным по Высочайшему соизволению от Главного правления Американской компании, я должен щесть себя командиром… Я не требую ничего, как с чем отправился из России, то есть быть командиром экспедиции по морской части…»

4 февраля «Надежда» и «Нева» покинули берега Бразилии. И Крузенштерн, и Резанов отослали в столицу письма, сообщив о сложившейся ситуации. Экспедиция, раздираемая внутренними противоречиями, продолжила путь, направляясь к мысу Горн. Приближалась развязка конфликта.

Громкий скандал в Тихом океане

3 марта корабли вышли в воды Тихого океана. Пасмурная погода, сопровождаемая мелким моросящим дождем, ухудшала видимость. Вскоре в густом тумане, спустившемся на море, суда потеряли друг друга из виду. «Нева», как было условлено ранее, пошла к острову Пасхи, а «Надежда» направилась к группе Маркизских островов.

К началу мая «Надежда» добралась до острова Нукагива. Через несколько дней к ней присоединилась и «Нева». Это были первые острова, которые посетила экспедиция за пределами цивилизованного мира — настоящий рай для натуралистов, собравших интереснейшие материалы о природе и местных племенах. Описывая жителей Нукагивы, Ратманов отмечает: «…мы в первый раз увидели голых, рослых статных мужчин и с большим искусством расписанных наподобие лат древних рыцарей. …Оне удивлялись, что мы пугами (ружьями) их не убиваем, как прежде бывшие по нескольку истребляли».

На кораблях экспедиции, несколько месяцев находящихся в плавании, по прибытии к Маркизским островам стала ощущаться нехватка продовольствия. Поэтому Крузенштерн, рассчитывая пополнить запасы продуктов на Нукагиве, запретил самовольную торговлю с островитянами. Он издал письменный приказ, воспрещающий выменивать какие-либо предметы у местных жителей, пока экспедиция не будет снабжена свежим продовольствием. Резанов проигнорировал приказ капитана, а Крузенштерн, не церемонясь, решительно воспрепятствовал самочинному торгу. Этот инцидент и явился поводом к последовавшему столкновению, ставшему кульминацией конфликта. Непосредственные участники этих событий — Резанов и Ратманов — приводят довольно подробное описание произошедшего.

Вот версия Резанова. «Чувствуя такие наглости, увидя на другой день на шканцах Крузенштерна, что было мая 2-го числа, сказал я ему: «Не стыдно ли вам так ребячиться и утешаться тем, что не давать мне способов к исполнению на меня возложенного». Вдруг закричал он на меня: «Как вы смели мне сказать, что я ребячусь». — «Так сударь мой, сказал я, весьма смею, как начальник ваш». — «Вы начальник! Может ли это быть? Знаете ли что я поступлю с вами, как не ожидаете?» — «…Матросы вас не послушают, я сказываю вам, что ежели коснетесь только меня, то чинов лишены будете. Вы забыли законы и уважение, которым вы и одному чину моему уже обязаны». Потом удалился я в свою каюту. Немного спустя, вбежал ко мне капитан, как бешеный, крича: «Как вы смели сказать, что я ребячусь, знаете ли, что есть шканцы? Увидите, что я с вами сделаю»… Потом капитан ездил на «Неву» и вскоре возвратился, крича: «вот я его проучу». Спустя несколько времени, приехал с «Невы» капитан-лейтенант Лисянский (командир «Невы») и мичман Берг (Берх), созвали экипаж, объявили что я самозванец и многия делали мне оскорбления, которыя, наконец, при изнуренных уже силах моих повергли меня без чувств. Вдруг положено было вытащить меня на шканцы к суду… послали лейтенанта Ромберга, который пришед ко мне, сказал: «Извольте идти на шканцы, офицеры обоих кораблей вас ожидают». Лежа, почти без сил, отвечал я, что не могу идти по приказанию его. «Ага! Сказал Ромберг, как браниться, так вы здоровы, а как к разделке, так больны».

Я сказал ему, чтобы он прекратил грубости, которые ему чести не делают и что он отвечать за них будет. Потом прибежал капитан. «Извольте идти и нести ваши инструкции, кричал он, оба корабля в неизвестности о начальстве и я не знаю, что делать». Я отвечал, «что довольно уже и так вашего ругательства, я указов государевых нести вам не обязан, они более до вас нежели до офицеров касаются, и я прошу оставить меня в покое», но слыша крик и шум: «Что трусить? Мы уже его!» решился я выдти с высочайшими повелениями. Увидя в шляпе Крузенштерна, приказал ему снять ее, хотя из почтения к императору и прочтя им высочайшее мне поручение начальства, услышал хохот и вопросы, кто подписал? Я отвечал: «Государь ваш Александр». — «Да кто писал?» «Не знаю», сказал я . — «То-то не знаю, кричал Лисянский, мы хотим знать кто писал, а подписать-то знаем, что он все подпишет». Наконец все, кроме лейтенанта Головачева, подходили ко мне со словами, что я бы с вами не пошел и заключили тем: «ступайте, ступайте с вашими указами, нет у нас начальника, кроме Крузенштерна».

А вот видение этих же событий, зафиксированное в дневнике Ратманова. «Здесь господин амбасадор обнаружил вовсю свой характер и открыл черную свою душу — он назвал капитана ребенком за то, что капитан приказал от прикащика Американской компании отобрать топоры, которые он начал диким продавать за безделушки, отчего совершенная остановка сделалась в покупке свиней. Но сам сказавши все сии грубости, упомянул, что он все, а капитан ничего; с которым мы отправились из России и которой шеф экспедиции; мы слыша от посла, что он всем начальствует, требовали, чтобы объявил имянное повеление, но он не хотел, я думаю, что он сие выдумывает, и более потому, что должен бы объявить вступая на корабль, что он начальствует, а не спустя 10 месяцев; зделал мои предложения, чтобы с ним поступить, как с нарушителем общественного спокойствия; которой своими выдумками разделяет согласие, выдавая себя начальником, когда не имеет чем доказать. Когда он по третьей прозбе вышел на шканцы в туфлях без чулок, лучше сказать совершенной неряхой и в таком то образе прочитал именное Его Императорского Величества повеление, которым он начальствует. — Итак в тех островах, куда отправлялись еще ребяческие свои желания, наконец достигнув их, и к сожалению нашел нестоющее новое начальство. Но инструкция подписана «Александр», и мы с благоговением повянуемся.

Посол, еще подходя к Бразилии, прошел ко мне в каюту… и, за секрет показал свою инструкцию; и я, увидев государев рескрипт — ужаснулся что в таком небрежении, и что его давно уже не объявил, но он в ответ сказал, что еще будет время, с которого времени я осмелился иметь подозрение; и по сему то подозреватель я настаивал всех более объявить вслух, и если бы не объявил может быть поступлено бы было как с самозванцем».

В процитированных документах есть два важных момента, на которые стоит обратить внимание. Во-первых, Резанов начинает публично выяснять отношения с Крузенштерном на шканцах — месте, особо почитаемом на корабле. Любые пререкания с капитаном корабля на шканцах, а уж тем более оскорбления или намек на неповиновение команды, считаются тяжелейшим проступком. Для Крузенштерна, боевого морского офицера, прилюдные оскорбления на шканцах были просто невыносимы. Поэтому он не смог удержать себя в руках и последовал такой взрыв. Во-вторых, Резанов еще у берегов Бразилии в частной беседе показал Ратманову царский рескрипт, поставив того в крайне двусмысленное положение — указ не был оглашен официально и не вступил в силу, хотя, узнав о его существовании, Ратманов не мог с ним не считаться. Именно поэтому он упорнее других настаивал на объявлении указа, подозревая, что Резанов демонстрировал ему фальшивку.

Более того, Ратманов не остался равнодушным к откровениям Резанова и постарался через военно-морское начальство изменить решение императора, направив из Бразилии следующее письмо товарищу министра военно-морских сил П.В. Чичагову: «Ваше Превосходительство Милостивый Государь Павел Васильевич, распри, происходящие чрез господина действительного камергера Резанова, которому желательно получить начальство над экспедициею, порученной капитан лейтенанту Крузенштерну, понудило меня утрудить В. П. (ваше превосходительство. — Прим. авт.) письмом сим: ежели сверх моего чаяния, предписано будет приказать первому командование, — уверен будучи, что последний под начальством господина Резанова остаться не согласится, и из того места отправится в Россию. А как я предпринял вояж сей по дружбе с капитан лейтенантом Крузенштерном, которую издавна к нему имею, то сим покорнейше прошу В.П. и меня, как старшего морского офицера, от начальства господина Резанова избавить, и вместе с капитан лейтенантом Крузенштерном возвратить в Россию, ибо поступки его с капитаном для всех благородных душ весьма не нравятся.

А посему к несчастию оставшись командиром уже непременно и со мною тоже воспоследует, причем моя непорочная пятнадцатилетняя в лейтенантском чине служба от такого человека может пострадать. А при том характер его от времени до времени открывается и обнаруживает его душу. Не стыдится уже он заранее делать угрозы, что выучит и покажет свою власть в Японии и в Камчатке!..»

После скандала, произошедшего у Маркизских островов, Резанов, по его словам, тяжело заболел и не покидал своей каюты до прибытия в Петропавловск. Между тем в дневниках «узника», к которому якобы даже не допускали врача, мы найдем весьма пространное описание Гавайских островов, посещенных кораблями экспедиции в июне 1804 года. Отсюда «Нева» отправилась к берегам Аляски, а «Надежда» взяла курс на Камчатку.

Худой мир после доброй ссоры

По прибытии в Петропавловск Резанов вызвал к себе камчатского коменданта Павла Ивановича Кошелева и потребовал суда над Крузенштерном. Подобного рода дела, конечно, не были прерогативой камчатского коменданта, который тем не менее должен был как-то реагировать на требования Резанова. Однако генерал-майор Кошелев не стушевался перед высоким царским сановником и столь разумно, и спокойно провел расследование всех обстоятельств дела, что сумел примирить конфликтующие стороны.

В 1877 году историк, капитан первого ранга А. Сгибнев, используя записи Резанова, вкратце изложил его версию этого примирения: «Как не старался Крузенштерн оправдать свои поступки, но когда дело дошло до очных ставок и намерения Кошелева отрешить его от командования судном, он сознался в своей виновности и просил Кошелева принять на себя посредничество в примирении с Рязановым. Кошелев, будучи и сам поставлен этим делом в неприятное положение, с готовностью принял на себя роль примирителя, и успел в этом. Рязанов согласился забыть все прошлое, но с тем непременным условием, чтобы Крузенштерн и все остальные офицеры, оскорбившие посланника, извинились перед ним в присутствии Кошелева. Крузенштерн согласился и на это предложение. 8 августа 1804 года командир корабля «Надежда» и все офицеры явились в квартиру Резанова в полной форме и извинились в своих проступках».

Любопытно, что ни в дневниках и письмах участников экспедиции, ни в письмах Кошелева, ни в записках служащих РАК, сопровождавших Резанова, о покаянии Крузенштерна нет ни слова. Зато существует письмо Крузенштерна Президенту Академии наук Н.Н. Новосильцеву, в котором рассказывается о его злоключениях на Камчатке: «Его превосходительство господин Резанов, в присутствии областного коменданта и более 10-ти офицеров, называл меня бунтовщиком, разбойником, казнь определил мне на ешафоте, другим угрожал вечною ссылкою в Камчатку. Признаюсь, я боялся. Как бы Государь не был справедлив, но, будучи от него в 13000-х верстах, — всего от г. Резанова ожидать мог, ежели бы и областной командир взял сторону его. Но нет, сие не есть правило честного Кошелева, он не брал ни которую. Единым лишь своим присутствием, благоразумием, справедливостью — доставил мне свободное дыхание, и я уже был уверен, что не ввергнусь в самовластие г. Резанова. После вышеупомянутых ругательств, которые повторить даже больно, отдавал я ему шпагу. Г. Резанов не принял ее. Я просил чтоб сковать меня в железы и как он говорит, «яко криминальнаго преступника» отослать для суда в С.-Петербург. Я письменно представлял ему, что уже такого рода люди, как назвал он меня, — государевым кораблем командовать не могут. Он ничего сего слышать не хотел, говорил, что едет в С.-Петербург для присылки из Сената судей, а я чтоб тлел на Камчатке; но когда и областной комендант представил ему, что мое требование справедливо, и что я (не) должен быть сменен тогда переменилась сцена. Он пожелал со мною мириться и идти в Японию.

Сначала с презрением отвергнул я предложение его; но, сообразив обстоятельства, согласился… Экспедиция сия есть первое предприятие сего рода Россиян; должна-ли бы она рушиться от несогласия двух частных (лиц)?.. Пусть виноват кто бы такой из нас не был, но вина обратилась бы на лицо всей России. И так, имев сии побудительные причины, и имея свидетелем ко всему произошедшему его превосходительства Павла Ивановича (Кошелева), хотя против чувств моих, согласился помириться; но с тем, чтоб он при всех просил у меня прощения, чтоб в оправдание мое испросил у Государя прощение, что обнес меня невинно. — Я должен был требовать сего, ибо обида сия касалась не до одного меня, а пала на лицо всех офицеров и к безчестию флага, под которым имеем честь служить. Резанов был на все согласен, даже просил меня написать все, что только мне угодно: он все подпишет. Конечно, он знал сердце мое, он знал, что я не возьму того письменно, в чем он клялся в присутствии многих своей честью. На сих условиях я помирился…»

Как ни странно, пребывание на Камчатке довольно скупо отражено в дневнике Ратманова. Не уделил он внимания и «следствию», возбужденному по требованию Резанова. А ведь в списке «бунтовщиков» и притеснителей Резанова Ратманов числился одним из первых и, казалось бы, должен был волноваться за свое будущее.

Думается, что Ратманов, да и другие офицеры попросту сочли события, происходившие на Камчатке, неважными, а потуги Резанова учинить над моряками суд — ничтожными. Они знали, что за ними стоит мощная, влиятельная организация, с высокопоставленными лицами при дворе, которым симпатизирует император Александр, и что в обиду их не дадут.

Россия в XIX веке была достаточно военизированной страной, и любой офицер казался гораздо ближе императору, чем гражданский человек, пусть даже и камергер. Офицерство являлось основной опорой государя. Поэтому представить себе суд над Крузенштерном — офицером, который впервые совершил такое плавание, было невозможно. У Резанова же, видимо, хватило благоразумия не продолжать конфликт, выйти из которого победителем у него не было никаких шансов. Конфликт казался исчерпанным, стороны примирились.

Утомленные восходящим Солнцем

Простояв шесть недель в Петропавловской гавани, «Надежда» покинула Камчатку и направилась в Японию. 15 сентября участники экспедиции праздновали день коронации императора Александра I. По этому случаю Резанов выступил с речью и раздал всем членам экипажа медали, на которых с одной стороны было изображение императора, а на другой надпись: «Залог блаженства всех и каждого — Закон». В дневнике Ратманова приведена копия той торжественной речи. Воспроизводить ее целиком нет необходимости, несколько начальных строк дают определенное представление о ее авторе: «Россияне! Обошед вселенную видим мы себя наконец в водах Японских! Любовь к отечеству, искусство, мужество, презрение опасностей суть черты изображающие российских мореходов; суть добродетели всем россиянам в общем свойственные. Вам опытные путеводцы принадлежит и теперь благодарность соотчичей! Вы стежали уже ту славу, которой и самый завистливый свет никогда лишить вас не в силах. Вам достойные сотрудники мои, предлежит совершение другого достохвального подвига и открытие новых источников богатства. А Вы! Неустрашимые чада морских ополчений, восхищайтесь успехами ревностного вашего содействия. Соединим сердца и души наши ко исполнению воли монарха, пославшего нас, монарха столь праведно нами обожаемого, что мы давно уже их съединили…»

Вблизи Японских островов путешественники испытали жесточайший шторм, при котором ртуть в барометре вообще была не видна. 8 октября 1804 года «Надежда» встала на якорь в гавани Нагасаки, и там русские моряки узнали, что во время испытанного ими шторма было землетрясение, то есть скорее всего «Надежда» попала в зону цунами. В порту на борт сразу прибыли японские вельможи и голландский посланник.

Японцы потребовали сдать все оружие, находящееся на корабле, лишь Резанову оставили шпагу. Русским морякам не только не разрешили сходить на берег, но даже запретили плавать по заливу. В начале XIX века Япония оставалась совершенно закрытым государством, не идущим ни на какие контакты с внешним миром. Все попытки европейских стран установить отношения с Японией были тщетны. Лишь голландцам удалось как-то закрепиться в этой стране и наладить весьма незначительную торговлю.

В 1793 году русская экспедиция под началом Адама Лаксмана смогла договориться с японским правительством о некоторых уступках — одному русскому кораблю дозволялось зайти в гавань города Нагасаки. Этот успех Лаксмана и предстояло развить миссии Резанова. Восточная торговля всегда привлекала Россию, а морское министерство было весьма заинтересовано в возможности захода русских кораблей в японские порты. Однако миссия Резанова потерпела фиаско — полгода посольство жило на клочке японского берега, огороженном глухим забором, после чего японцы отказались от каких бы то ни было переговоров, не приняли подарков русского императора и передали Резанову грамоту, в которой российским судам запрещалось даже приближаться к берегам Японии.

В одном из своих писем Ратманов так охарактеризовал «дипломатические усилия» российского посланника: «…фарсы господина действительного камергера Резанова то наделали, что мы потеряли те права, которые были в 793м году Лаксманом получены».

18 апреля «Надежда» оставила Нагасаки и пошла Японским морем, где путешественники, не приставая к берегам, описывали по пути острова, заливы и мысы. О дальнейших действиях экспедиции Ратманов пишет: « …дошед до мыса Терпения острова Сахалина далее следовать не позволили большие льды, а как посол хотел скоро отправиться в С.Петербург, для чего и пришли в Гавань Св. Петра и Павла 23 мая, где нашли казенный транспорт и Американской компании судно — Господин действительный Камергер Резанов, получа здесь депеши, переменил намерение, что для нас не новое, и к тому уже мы зделали большую привычку — а 13 июня на компанейском судне отправился на Кодьяк, с нами распрощавшись вовсе. Не думаю, чтобы о сей разлуке кто-либо из нас надел траур. Мы ходили окончать… опись и сюда возвратились 17-го августа, куда прибыл и казенный транспорт из Охотска, чрез которой получены депеши, и к удовлетворению нашему, капитан наш Крузенштерн Всемилостивейше пожалован Орденом Св. Анны 2-ой степени…»

9 октября «Надежда» отбыла с Камчатки — ей предстояло пересечь Индийский океан и, обогнув Африку, вернуться в Россию. Обратное плавание было относительно благополучным и бесконфликтным, хотя его в немалой степени омрачило неожиданное самоубийство в районе острова Св. Елены второго лейтенанта судна Петра Головачева. В качестве непосредственной причины этой трагедии Ратманов называет информацию об объявлении войны России с наполеоновской Францией — Головачев, являвшийся поклонником французской культуры и Наполеона, не представлял себе возможности оставаться офицером боевого корабля, перед которым была поставлена задача топить французские суда. Такова трактовка Ратманова, которую он сам не счел нужным каким-либо образом доказывать. На решении Головачева свести счеты с жизнью, возможно, сказалась его особая позиция в конфликте Крузенштерна с Резановым. Головачев был практически единственным офицером «Надежды», поддерживавшим камергера. Нельзя также сбрасывать со счетов громадную усталость всех членов экспедиции, которая, кстати, проявилась в последних дневниковых записях самого Ратманова, сделанных им при подходе к Кронштадту, они выглядят бессвязными и свидетельствуют о его крайнем нервном истощении. 19 августа 1806 года «Надежда» бросила якорь в Кронштадтском порту. Двумя неделями раньше из похода вернулась «Нева». Первое русское кругосветное плавание, длившееся 3 года, благополучно завершилось. Оба судна посетил император, а 27 августа он принял в своей резиденции на Каменном острове И.Ф. Крузенштерна, уже награжденного к тому времени орденом Святого Владимира III степени.

Основываясь на материалах Ратманова, можно с уверенностью сказать, что экспедиция достигла успеха именно благодаря действиям Крузенштерна, который как капитан отвечал за выполнение задания и безопасность людей. И то, и другое было бы под угрозой, если бы вся полнота власти перешла в руки Резанова, человека, просто не способного возглавить морскую экспедицию.

Крузенштерн Иван Федорович (1770—1846)
Один из крупнейших русских мореплавателей, адмирал, член-учредитель Русского географического общества. Его деятельность с момента поступления в Морской кадетский корпус и до самой кончины была связана с морем. Главным делом жизни И.Ф. Крузенштерна стала первая русская кругосветная экспедиция, научные результаты которой заложили основы новой отрасли знаний — океанографии. Возглавив в 1827 году Морской кадетский корпус, Крузенштерн вывел его в ряд лучших учебных заведений страны, из этих стен вышла целая плеяда русских моряков и исследователей. По свидетельству современников, это был необыкновенно приветливый, справедливый и обаятельный человек, о гуманности и вежливости которого ходили анекдоты.

Резанов Николай Петрович (1764—1807)
Действительный статский советник, камергер, член Правления Российско-американской компании. Искусный царедворец, пользовавшийся расположением весьма влиятельных лиц государства, он сделал блестящую карьеру благодаря женитьбе на дочери Г.И. Шелихова и высокому покровительству Г.Р. Державина. Получил широкую известность, совершив плавание на кораблях первой русской кругосветной экспедиции и вояж в Русскую Америку и Калифорнию. Изворотливость Резанова, умение интриговать и заводить нужные знакомства составили ему крайне противоречивую репутацию.

Ратманов Макар Иванович (1772—1833)
Видный российский морской офицер, вице-адмирал. Более 40 лет безупречной и доблестной службы в военном флоте принесли Ратманову заслуженную славу и авторитет опытнейшего мореплавателя и военачальника. Считая, что нужно дать дорогу молодым, он уступил Ф.Ф. Беллинсгаузену должность главы экспедиции, которой суждено было открыть Антарктиду. Из воспоминаний современников Ратманова возникает образ храброго, предприимчивого в сражениях и скромного, молчаливого и даже замкнутого в общении человека, не склонного рассказывать о тех значимых событиях, в которых он принимал самое деятельное участие.

Алексей Постников, профессор, академик РАЕН, Дмитрий Иванов

К о м м е н т а р и й

Лидия Сергеевна Блэк , профессор, историк и этнограф, один из крупнейших специалистов по истории русскоамериканских связей XVIII—XIX веков.
Л.С. Блэк уже много лет живет на Аляске. За вклад в изучение истории Русской Америки Президент России наградил ее орденом Дружбы.

В отечественной историографии за Резановым утвердилась репутация серьезного государственного деятеля, едва ли не подвижника, положившего немало сил ради расширения государства и развития Российско-американской компании. Однако если подходить к анализу документов объективно, то окажется, что все это миф. Много лет занимаясь историей Русской Америки, исследуя реальную деятельность Резанова в Новом Свете, просматривая многочисленные материалы, связанные с его личностью, в том числе и документы, имеющие отношение к первому кругосветному плаванию, я пришла к выводу, что это был крайне неоднозначный, нечистый на руку, очень тщеславный человек. Полагаю, что и дневники Ратманова служат подтверждением этой характеристики.

Резанов никогда не был ни учредителем, ни директором РАК, он являлся одним из членов правления компании, получив эту должность как зять Г.И. Шелихова. В славянском отделе Нью-Йоркской публичной библиотеки хранится письмо Резанова одному из своих друзей, из которого видно, что еще во время правления Екатерины II Резанов был послан в качестве ревизора в Иркутск для проверки компании Шелихова. В этом письме Резанов похваляется своей удачливостью — он обставил все дела так, что обзавелся молодой женой и акциями компании, которую должен был проверять. После смерти Шелихова Резанов стал крупнейшим акционером его компании, которая затем была преобразована в РАК. И по большому счету в кругосветной экспедиции он был назначенцем компании. Титул камергера ему был присвоен лишь накануне выхода кораблей в море, дабы поднять статус японского посольства. Ратманов описывает размещение на «Надежде» колоссальной свиты Резанова. Надо сказать, что Крузенштерн был крайне недоволен тем, что из-за ее многочисленности пришлось снять с корабля нужных для дела людей. В частности, экспедиция лишилась профессионального художника, и все дошедшие до нас зарисовки — это в основном любительские работы натуралистов, участвовавших в плавании.

О степени порядочности Резанова можно судить уже хотя бы по тому, что доверенные ему перед отправкой экспедиции казенные деньги, предназначенные для православной миссии в Русской Америке, бесследно исчезли. Судебное дело по возмещению растраченных средств длилось до 1820-х годов. Кроме того, на «Неве» находился посланный Синодом с инспекци-ей на Кадьяк и Камчатку иеромонах Гедеон. Жалованье, предназначавшееся Гедеону, было также доверено Резанову. Так вот, из этих денег Гедеон не получил ни копейки.

По моему мнению, вклад Резанова в достижения экспедиции ограничивается провалом единственного серьезного порученного ему дела — японского посольства. И тут я совершенно согласна с оценками Ратманова — именно Резанов своей неуклюжей дипломатией разрушил ту основу, которая была заложена экспедицией Лаксмана. Резанов даже не пытался понять японцев. Он сразу занял позу большого вельможи, которому эти ничтожные люди не так кланяются и не так целуют ручку. Результат его деятельности известен. Этого ему, однако, показалось мало, и, прибыв в Америку, Резанов снарядил ставшие впоследствии знаменитыми корабли «Юнона» и «Авось» и приказал их капитанам, состоящим на службе РАК — Хвостову и Давыдову, — совершать набеги на японские поселения. Это не домыслы — существует письменный секретный приказ Резанова. Экипажи этих кораблей действительно принимали участие в грабежах и убийствах. Резанов не имел никакого права отдавать подобные распоряжения, но Хвостов и Давыдов были очень молоды, а перед ними красовался царский сановник, который произносил пламенные речи о том, какую пользу они принесут России. Когда же за свои пиратские набеги офицеры угодили под суд, Резанов остался в стороне. Расхлебывать заваренную им кашу пришлось другим — достаточно вспомнить только пленение В.М. Головнина, которого японцы приняли за Резанова и который почти 2 года просидел в железной клетке.

Знаменитый вояж Резанова в Новый Свет не имеет прямого отношения к истории экспедиции, но дает полное представление о том, с каким человеком пришлось иметь дело Крузенштерну. Резанов оставил правителю Русской Америки А.А. Баранову такие указания по усовершенствованию края, которые даже при наличии самой современной техники на Аляске выполнить было невозможно. Его письма из Калифорнии Н.П. Румянцеву полны «маниловских» проектов — Резанов обещал присоединить к американским владениям России едва ли не всю Мексику, что было совершенным абсурдом. Румянцев, кстати, очень скоро понял, что Резанов — абсолютно никчемный человек, и перестал его поддерживать.

Что же касается великой любви между русским камергером и дочерью испанского коменданта Кончиттой, о которой столько сказано и написано, для Резанова она являлась лишь «следствием энтузиазма и новой жертвой Отечеству». «Энтузиаст» Резанов в одном из писем рассказывал также, что содержит в Новоархангельске 12-летнюю тлинкитскую девочку.

В своих письмах с Кадьяка к государю он беззастенчиво приписывал себе чужие заслуги — открытие на острове школы и развитие огородничества. Все это было сделано задолго до Резанова трудами миссионеров Русской Православной церкви. Поэтому я не вижу ничего удивительного в том, что Резанов, как это ясно из дневников Ратманова, оказался вне экспедиции и что между ним и практически всем экипажем «Надежды» установились неприязненные отношения. Не жаловали его и ученые — Г.И. Лангсдорф, натуралист, участвовавший в экспедиции, после долгих колебаний отправился вместе с Резановым в Америку. Но и он рассорился с камергером, вернулся в Петербург и, написав книгу об экспедиции, посвятил ее Крузенштерну.

Леонид Михайлович Свердлов , член ученого совета Московского центра Русского географического общества, член бюро отделения исторической географии и истории географических открытий. Л.М. Свердлов — один из лучших знатоков истории первой русской кругосветной экспедиции. Его работы в этой области получили высокую оценку Русского географического общества.

В истории первой русской кругосветной экспедиции существует ряд вопросов, на которые мы до сих пор не можем получить ответа. И едва ли не главным из них является вопрос о назначении Резанова. Почему Александр I подписал рескрипт, дающий Резанову право возглавить экспедицию? Ведь император был весьма неглупым человеком, он не подписывал документы не глядя и прекрасно понимал, что Резанов не может быть начальником морской экспедиции, не мог не понимать он и того, чем грозит подобное двуначалие всему предприятию. Любопытно, что в этом же рескрипте Крузенштерн упоминается еще пять раз, и везде как равное с Резановым лицо. Полномочия же Резанова Александр I так никогда больше и не подтвердил. Думаю, что решение государя было не случайным. Перед началом экспедиции практически все высокие покровители Резанова — Державин, Зубов, Пален — были удалены от двора и отрешены от занимаемых государственных постов. Полагаю, что Александр просто выслал Резанова под таким благовидным предлогом. Этому имеется косвенное подтверждение — известен рескрипт Александра о награждении Резанова бриллиантовой табакеркой и зачислении его сына в пажи, однако в пажеский корпус он принят не был, так как дважды не явился на представление императору — бабушка (мать Резанова) не сочла нужным воспользоваться царской милостью и внука в корпус не отдала, что являлось неуважением к государю.

Дневник Ратманова еще раз подтверждает, что по прибытии на «Надежду» Резанов официально о своих полномочиях не сообщил, а сделал это под сильнейшим нажимом лишь 10 месяцев спустя. Впоследствии Резанов утверждал, что все-таки сразу заявил о своем верховенстве в экспедиции, но утверждения эти все время будут звучать по-разному. Так, в одном из писем императору он писал, что, придя на корабль, Крузенштерну он представился, потом, обращаясь к Кошелеву, заявил, что передал Крузенштерну свои бумаги. А потом еще в одном послании государю относительно своей инструкции писал: «…не было мне нужды читать ее торжественно, ибо весь свет о ней известен был и я, сохраняя чиноначалие, хотел показать им не кичливость, а истинный предмет моего подвига».

Итак, официально Резанов не представился, да и не мог этого сделать. В противном случае, никто из офицеров под начальством Резанова в плавание не пошел и экспедиция не состоялась бы.

Именно поэтому он и не проронил о своей инструкции ни слова, пока корабли не покинули Европу — то есть до тех пор, пока у Крузенштерна была реальная возможность прервать экспедицию и запросить подтверждение из Петербурга. Резанов, как это видно из дневника Ратманова, знакомил офицеров с царской инструкцией в приватных беседах. Почему? Дело в том, что еще во время плавания к Бразилии у Резанова появился «блестящий» план — оставить «Надежду» в Русской Америке, в распоряжении РАК и правителя колонии А.А. Баранова. Но «Надежда» была взята Александром I «на казну», и на осуществление этого коммерческого проекта требовалось личное согласие государя. С соответствующей просьбой Резанов обратился из Бразилии в Правление РАК, обосновывая выгоды своего плана и предлагая по прибытии на Камчатку списать на берег всех офицеров «Надежды», оставив на борту лишь двоих — для плавания в Америку. Его не смущало ни то, что таким образом ставится крест на кругосветной экспедиции, ни то, что морякам он уготовил бесславное возвращение домой посуху, ни то, что матросы, добровольно отправившиеся вслед по зову Крузенштерна в плавание, обещавшее им вольную и денежное вознаграждение, попадали в кабалу к РАК. При этом Резанову был совершенно необходим моряк, способный управлять кораблем после смещения Крузенштерна и других офицеров «Надежды». И Резанов начал поиски подходящей кандидатуры, рассказывая в частных разговорах с моряками о своих инструкциях и демонстрируя царский рескрипт. Первым он успел подобным образом переговорить с Ратмановым, предложив в обмен на лояльность выгодный контракт с РАК, но получил отказ.

Таким образом, в качестве «преемника» Крузенштерна возникала фигура лейтенанта Головачева — единственного офицера, симпатизировавшего Резанову. Однако, чтобы план камергера удался, требовалось дискредитировать офицеров «Надежды», особенно тех, кто был старше Головачева по должности — Крузенштерна, Ратманова, Ромберга, поскольку преемственность должности в те времена соблюдалась строго, а Головачев на «Надежде» был только вторым лейтенантом. Во многом именно этим и объясняется столь острый конфликт Крузенштерна и Резанова, зачастую прямо провоцируемый камергером, пытавшимся получить «компромат» на офицеров флота. Увы, надо признать, что и поведение моряков не всегда было достойным — они нередко поддавались на провокации Резанова, и хамство и оскорбления в его адрес замалчивать не стоит.

Во всей этой истории также весьма туманными остаются взаимоотношения Резанова и Головачева и причины самоубийства последнего. Ясно, что Головачев был необходим камергеру, но вот чем Головачева привлек Резанов? Изучая документы, убеждаешься, что Головачев проникся к Резанову каким-то необъяснимым почтением, уважением, рассматривал его как духовного наставника. Возможно, отец Головачева и его дядя, помещики Олонецкой губернии, были хорошо знакомы с покровителем Резанова Г.Р. Державиным, который в 1794 году занимал пост генерал-губернатора Олонецкого края. Не исключено также, что Головачев был на грани разорения, и Резанов, предложив ему деньги и контракт с РАК, стал для него последней надеждой, о которой он сообщил родным, а когда планы Резанова рухнули, то для Головачева пути домой уже не было, где у него остались брат и две сестры. Но все это пока только догадки. После смерти Головачева остались его письма, но найти их в архивах не удалось. Имелось письмо и на имя Александра I, вне всякого сомнения, оно было передано государю, но поиски и этого документа оказались тщетны. В любом случае версия самоубийства Головачева, выдвинутая Ратмановым, мне кажется несостоятельной — Головачев уже участвовал в войне с Францией в составе эскадры Ушакова, и вряд ли известие о новой войне могло взволновать его столь сильно.

Не согласен я и с оценками Ратманова деятельности Резанова в Японии. Эта страна проводила жесткую политику самоизоляции, и вряд ли кому-то на месте Резанова удалось бы достичь успеха. Все же остальные действия в отношении Японии, в которых принимали участие корабли «Юнона» и «Авось», целиком на совести Резанова — данные ему инструкции прямо запрещали применять насилие к японцам. И то, что по его милости Хвостов и Давыдов угодили под суд, а он остался ни при чем, характеризует Резанова самым негативным образом. В отношении действий Резанова многое и вправду объясняется характерным для него поразительным тщеславием. Например, сохранился весьма красноречивый документ — рапорт Крузенштерна Резанову по прибытии в Нагасаки:

«Его превосходительству, господину генерал-майору, двора его императорского величества действительному камергеру, чрезвычайному министру в Японию, полномочному послу и разных орденов кавалеру Николаю Петровичу Резанову.
Рапорт.

Сего числа с вверенным мне кораблем на Нангасакский рейд пришли и стали на якорь благополучно, о чем вашему превосходительству честь имею донести.
Крузенштерн».

То есть длинное перечисление званий Резанова, а потом — одна строчка, не содержащая никакой информации, — то, что камергер мог увидеть, выйдя на палубу. И такие рапорты Резанов хотел получать каждый день. Что же до споров о том, кто руководил первой русской кругосветной экспедицией, то в рескрипте от 10 августа 1806 года, подписанном Александром I, о награждении Крузенштерна орденом Святого Владимира сказано: «Совершив с вожделенным успехом путешествие кругом света, вы тем самым оправдали справедливое о вас мнение, в каком с воли нашей было вам вверено главное руководство сей экспедиции».

Полагаю, на этом можно поставить точку.

Как снимать с мачты парусного судна, рассказывает Леонид Кругловачестве высокой съемочной точки.

или Как фотографировать с высокой мачты на парусном судне

Леонид Круглов

В 2008 году мне удалось подписать у Президента РФ Дмитрия Медведева письмо, что кругосветное путешествие в память о первой кругосветке Крузенштерна и Лисянского следует проводить на определенном паруснике, а именно, барке «Седов». Кругосветное путешествие, завершающее проект «По следам великих русских путешественников», заняло больше года (2012-2013). Для парусника оно стало первым в его жизни.

Четырехмачтовый барк «Седов» является самым крупным парусником в мире традиционной постройки и второй по величине после 5-мачтового Royal Clipper. Построен в Киле, Германия, в 1921 году. Сначала ему дали название «Magdalene Vinnen II», потом изменили на «Kommodore Johnsen». В 1945 году, в соответствии с решением Потсдамской конференции, судно было передано Советскому Союзу, и его переименовали в честь русского исследователя Георгия Седова.

«Седов» является учебным судном. Экипаж состоит из основной команды (около 50 человек) и курсантского состава (около 120). Для молодых ребят подобное путешествие – событие, которое они запомнят всю жизнь. Они станут капитанами или офицерами, но путешествие под парусами останется в памяти навсегда.

«Вид на палубу 118-метрового барка с высоты антенно-рея. Высота 22-этажного дома!», Тихий океан, 2013

Мы поднялись сюда вместе с одним из матросов (это он в кадре), которому нужно было поменять сигнальную лампу. В одиночку сюда не разрешают подниматься никому.

Наряду с курсантами я поднимался на мачты, а потом, освоившись, стал фотографировать с высоких точек. Не стоит полагать, что мало кто из фотографов сможет повторить мой опыт. На «Седов» может попасть любой желающий. Конечно, в качестве туриста. И вдруг этот фотограф не испугается и поднимается на мачту с камерой! Поэтому я считаю необходимым поделиться своим опытом.

Всего на «Седове» четыре мачты: фок-мачта, 1-ая грот, 2-ая грот и бизань. Фок — самая интересная. Я поднимался на все, кроме бизань-мачты. Самая лучшая для фотосъемки это фок-мачта, расположенная первой на палубе. Полная высота от киля до клотика составляет 63,5 м. Фактически это высота 22-этажного дома.

У многих ребят, впервые совершающих подъем на мачту, происходит огромный выплеск адреналина. А у кого-то страх… На мачте есть две промежуточные площадки с романтическим названием – марсовая площадка. Первая марсовая площадка находится примерно на высоте 3-этажного дома. Залезть на нее может практически любой человек в нормальной физической форме. Здесь можно сделать передышку. А вот чтобы попасть на вторую марсовую площадку, уже нужно совершить небольшой подвиг.

Дело в том, что примерно на высоте 40 м веревочная лестница сужается, а затем заканчивается. Необходимо перешагнуть на соседнюю лестницу, подвешенную на расстоянии полутора метров, для чего нужно сделать шаг над бездной на высоте 10-этажного дома. Одну руку отпустить, а второй схватиться за соседнюю лестницу. Очень непростой шаг.

«Первые восхождения на мачту во время пересечения Атлантического океана», 2012

Сначала тренировка идет на первой марсовой площадке. Лестница сделана таким образом, что получается горка: по одной стороне залезаешь, по другой спускаешься. Курсантов гоняют по этой горке в течение суток-двух-трех. Даже первый подъем вызывает бурю эмоций или… панику. Кто-то просто прилипает: цепляется за ванты, и его невозможно оторвать. Мой первый подъем на мачту был примерно таким же. Дико страшно и одновременно дико интересно.

Хорошо, ты преодолел себя и залез на первую марсовую площадку. Оттуда видно вторую. А еще я видел, как ребята на ней снимали фотографии на мобильные телефоны. И я понимаю: хочу быть там, чтобы сделать фотографии уже профессиональной аппаратурой. А решиться очень трудно, тем более что, когда ты лезешь вверх, пути назад уже нет. Когда объявляется парусный аврал, все бегут наверх, и ты не можешь повиснуть на вантах и всем перекрыть дорогу. Таким образом, ты должен дойти до верха, до второй марсовой площадки. И на эту 10-этажную высоту должен забежать, цепляясь руками и ногами за веревки.

Вторая марсовая площадка еще не все. За ней идут последние 15 м, и нужно подняться на т.н. антенно-рею, самое последнее перекрестие на мачте, где закреплены радио- и телевизионные антенны. Как раз оттуда я сделал один из самых удачных кадров.

Чтобы подняться на мачту для проведения фотосъемки, сначала нужно подойти к дежурному на мостике и поставить его в известность. Куда ты отправляешься, сколько времени планируешь там пробыть. Кстати, можно и не получить разрешение. Если проявишь самодеятельность и заберешься на мачту без разрешения, то могут и с судна снять.

«Шторм во время обхода мыса Горн. Съемка с бушприта», 2012

Любой человек, оказавшийся в морском путешествии, подвержен морской болезни. Она, как насморк, требует времени, чтобы переболеть. А вот на мачте к палубной амплитуде добавляется вторая, мачтовая. Голова кружится, тошнит, руки судорожно сжимают любые части, сердце бешено бьется, а в голове звучит одна мысль — «А ведь ты же собирался фотографировать!». 

Первые кадры, которые я сделал с мачты, были хаотичными. Я выхватывал из-за пазухи фотоаппарат, щелкал и убирал обратно. Чтобы освоиться, мне потребовалось несколько месяцев (!), пришлось более сотни раз (!) подняться и спуститься. И только с таким опытом я смог находиться на мачте в течение нескольких часов, и даже в шторм.

Обычно я брал две камеры. Одной снимал, другая лежала за пазухой. На ноги надевал альпинистские кроссовки с прорезиненной подошвой. На руки — перчатки с обрезанными пальцами. Нельзя забывать, что канаты бывают со стальной проволокой. Также следует помнить, что на мачтах наверху есть места, где приходится буквально протискиваться в щели между канатами, поэтому все лишнее с тебя сорвет. На поясе — страховка. Я цеплялся «обезьяним хвостом» и освобождал обе руки. Так я менял карты памяти и аккумуляторы. Объективы не менял. Смысла в этом не вижу. Две камеры вполне достаточно. Конечно, можно поменять, но брызги обязательно попадут на матрицу в этом случае. А так технически это, конечно, возможно.

Связь с палубой поддерживал с помощью рации. Было несколько случаев, когда я забывал рацию, и тогда капитан в рупор сообщал мне, что пора возвращаться.

«Возвращение». С.-Петербург, 2013

Кругосветное путешествие барка «Седов» завершилось спустя 13 месяцев. Он вернулся в С.-Петербург, к набережной Лейтенанта Шмидта. Этот кадр невозможно повторить, поскольку из-за строительства вантового моста через Неву высотой 52 м (главное искусственное сооружение Западного скоростного диаметра), под ним (мостом) не могут проходить парусники «Седов» и «Крузенштерн».

Если набраться опыта и смелости, то можно выйти на мачту и встать на парус, когда он надут. Да, если он в таком состоянии, то на нем можно стоять! Однако в этом случае нужно, чтобы рядом находился матрос. На всякий случай.

Несколько раз я поднимался наверх в ночное время суток. Особо интересных кадров не сделал. Ночью освещается только палуба.

Там, где расположена антенно-рея, нет возможности пристегнуться — просто не к чему, да и сама антенно-рея толщиной всего с… палец. Фактически это два стальных прута. Фотографировать оттуда — задача не для слабонервных. Очень страшно, стремно, возникает ощущение колоссального риска. Жизнь проматывается перед глазами, как кинопленка. Одновременно испытываешь невероятную эйфорию. После такой съемки спускаешься на палубу, как на землю.

Как я поступил? Примотал себя страховкой к антенно-рее. Так и фотографировал. Именно с этой точки я сделал один из самых удачных кадров. В одном кадре умещается весь парусник длиной в 118 метров, и такое ощущение, что под тобой маленькая лодочка.

Тихий океан – огромное пространство воды, казалось бы, бесконечное, но когда пересекаешь его на паруснике, убеждаешься, что он не такой уж и большой. Как будто рядом, ты видишь корабль, идущий на расстоянии 10-12 километров. А когда он удаляется на большее расстояние, начинает исчезать прямо у тебя на глазах за кромкой горизонта. Видно, как планета закругляется на расстоянии всего 14 километров.

Alpha-советы

1. Использовать широкоугольный фикс-объектив

2. Брать две камеры

3. Брать запасные аккумуляторы

4. Надевать перчатки

5. Предварительно много тренироваться подниматься на мачту

«Шторм в Тихом океане. На подходе к Филиппинам», 2013

DSLR-A900, SAL-24F20Z; 1/250 с, f/10, ISO 320, f=24 мм

«Шторм во время обхода мыса Горн. Съемка с бушприта», 2012

DSLR-A900, SAL-24F20Z; 1/800 с, f/9, ISO 125, f=35 мм

«На борту парусника «Седов» в День открытых дверей. За день до выхода в кругосветное путешествие». С.-Петербург, 2012

DSLR-A850, SEL-35F14Z; 1/100 с, f/1.4, ISO 1600, f=24 мм

«Вторая грот-мачта. Работы во время перехода через Тихий океан в районе экватора», 2012

DSLR-A900, SAL-24F20Z; 1/500 с, f/5.6, ISO 125, f=24 мм

«Паруса легендарного барка «Седов» равны по площади футбольному полю». Тихий океан, 2012

DSLR-A900, SAL-24F20Z; 1/500 с, f/5.6, ISO 125, f=24 мм

«Вид на палубу 118-метрового барка с высоты антенно-рея. Высота 22-этажного дома!». Тихий Океан, 2013
Мы поднялись сюда вместе с одним из матросов (это он в кадре), которому нужно было поменять сигнальную лампу. В одиночку сюда не разрешают подниматься никому.

DSLR-A900, SAL-24F20Z; 1/250 с, f/8, ISO 125, f=24 мм

«Среднее между работой канатоходца и эквилибриста в цирке. На подходе к Филиппинам». Тихий океан, 2012

DSLR-A900, SAL-24F20Z; 1/500 с, f/5.6, ISO 125, f=24 мм

«Возвращение». С.-Петербург, 2013
Кругосветное путешествие барка «Седов» завершилось спустя 13 месяцев. Он вернулся в С.-Петербург, к набережной Лейтенанта Шмидта. Этот кадр невозможно повторить, поскольку из-за строительства вантового моста через Неву высотой 52 м (главное искусственное сооружение Западного скоростного диаметра), под ним (мостом) не могут проходить парусники «Седов» и «Крузенштерн».

DSLR-A900, SAL16F28; 1/500 с, f/8, ISO 400, f=16 мм

«Первые восхождения на мачту во время пересечения Атлантического океана», 2012

DSLR-A900, SEL-35F14Z; 1/250 с, f/8, ISO 100, f=35 мм

«Барк «Седов». Съемка с бушприта», 2014

DSLR-A900, SAL-24F20Z; 1/320 с, f/4.5, ISO 400, f=24 мм

«Фок-мачта. Первые шаги по освоению 1-ой и 2-ой марсовых площадок. Переход через Атлантику», 2012

DSLR-A900, SEL-35F14Z; 1/250 с, f/8, ISO 100, f=35 мм

похожие статьи

Барк «Крузенштерн» История

Подтвердить однажды свою победу иногда очень сложно.

Незадолго до 2005 года, года празднования 60 -й годовщины Победы в Великой Отечественной войне, начали планировать мероприятия на государственном и общественном уровне, демонстрируя национальную идею.

Учитывая, насколько хорошо общество отреагировало на последнее кругосветное плавание «Крузенштерна», имевшее место 10 лет назад, было решено отправиться в новое плавание.Кроме того, в 2006 году исполнилось 200 лет со дня окончания первого кругосветного плавания России под руководством Крузенштерна и Лисянского. Поэтому было решено посвятить новое путешествие этим двум знаменательным датам в истории России.

Подготовка к кампании заняла очень короткий промежуток времени, не более 3 месяцев. Возможно, второе кругосветное плавание уступало по масштабу и глубине научных исследований первому, но важно было использовать накопленный опыт и в целом это плавание должно было подтвердить не случайный, а стабильный уровень гражданской навигации.Немаловажную роль сыграло то, что рейсы были поставлены на уровень реальных достижений экипажами гражданских учебных судов.

Принято решение не нарушать привычный график нового кругосветного плавания: начало навигации было запланировано на весну, что позволило «Крузенштерну» принять участие в летних регатах, а затем спуститься в южное полушарие, чтобы пройти через грозный мыс Горн. в разгар лета. Смена курсантов планировалась снова во Владивостоке, а возвращение в Санкт-Петербург.Санкт-Петербург в августе 2006 года.

Стоит отметить, что перед этим рейсом осуществилась одна из самых больших мечтаний штурманов «Крузенштерна»: Светлый судостроительный завод построил небольшую стеклянную будку для штурвала перед штурманской рубкой. До сих пор, накануне празднования 80 -й годовщины создания барка вахты на рулевом колесе осуществлялись в любых погодных условиях — жара, холод, шторм или ураган — на продуваемом всем ветром и открытом пространстве — кадеты, опытный моряк и помощник по вахте. руководство, были вынуждены нести свою службу в течение четырех часов, сменяясь каждый час.Одно дело отстаивать подлинность классического винджаммера и совсем другое — удерживать штурвал судна во время огромного урагана под напором океанских волн, рискуя быть смытым с доски, как это случилось. в «Падуе» и других П-лайнерах.

По сути, это была промежуточная версия. Позже была построена новая лоцманская рубка с самым современным электронным навигационным оборудованием. Теперь это над штурманской рубкой на шлюпочной палубе. Но тогда, перед вторым кругосветным плаванием, реконструкция Коломенского была сложной задачей — и она того стоила!

За это нововведение «Крузенштерн» часто и в наши дни критикуют: что сделано зря — что, например, «Седов» вахтенный в первозданном виде.На нашу команду всегда отвечали достойно: «когда Седов приблизится к« Крузенштерну »по напряженности, выносливости и смелости, тогда мы начнем сравнивать». И на самом деле корабль оставался конструктивной возможностью для навигации с сегодняшним декоративным рулем, тренировочные часы на Дэвис Драйв проводятся регулярно, а к оригинальным конструкциям и оборудованию относятся бережно. Но трудно оставаться в стороне от прогресса 21 и века, чтобы дать новым поколениям курсантов представление о новых тенденциях в судостроительной отрасли и о том, над каким оборудованием они будут работать, потому что скорее всего, это не будет парусный флот.

Из рыбного порта Калининграда «Крузенштерн» вышел в море в Санкт-Петербург 17 июня 2005 г. для получения добрых пожеланий и указаний от морской общественности Санкт-Петербурга (с 21-24 июня). Геннадий Коломенский снова оказался на борту в должности капитана-инструктора. В списке экипажа, помимо постоянного экипажа и курсантов, теперь было несколько операторов и журналистов, благодаря которым у нас теперь есть оригинальные кадры первого кругосветного плавания 21 st . век.

«Крузенштерн» успешно участвовал в «Парусных гонках 2005» в Северном море и в бремерхафенском фестивале «Парус 2005», но, конечно же, офицеры, а также экипаж и курсанты с нетерпением ждали предстоящего эпического кругосветного плавания. Теперь захватывает дух перечислить все эти порты навигационного маршрута: Торбей (Великобритания) — Сантандер (Испания) — Лиссабон (Португалия) — Санта-Крус-де-Тенерифе (Испания) — Монтевидео (Уругвай) — Ушуайя (Аргентина) — мыс Горн — Вальпараисо (Чили) — Кальяо (Перу) — Акапулько — (Мексика) — Гонолулу (США) — Владивосток!

Мыс Горн — фетиш винджаммеров — был успешно пройден при прекрасной погоде 11 декабря 2005 г., без каких-либо сюрпризов, как и экспедиция Ивана Крузенштерна почти 200 лет назад. За шестимесячное путешествие во Владивосток, где «Крузенштерн». »Прибыл 28 марта 2006 г., и в Атлантическом, и в Тихом океанах был шторм и различные невзгоды.Ни «ревущие сороковые», ни «страшные пятидесятые», ни «буйная широта шестидесятых» не проявили симпатии к паруснику. Переход Мирового океана — это не прогулка по тихой заводи, особенно в кругосветном плавании!

Настало время смены курсантов во Владивостоке. Это был первый этап кругосветного плавания, и впереди был долгий путь: Гонконг, Сингапур, Маврикий, Кейптаун, до конечной остановки на Канарских островах! 26 июля 2006 года «Крузенштерн» вошел в Бремерхафен как порт приписки.Остался последний шаг. А с 7 по 10 августа Санкт-Петербург салютовал победителю морских глубин! Корабль вернулся в Калининград 14 августа после долгих 14 месяцев!

За бортом осталось 45 774 морских мили и 21 иностранный порт со 121 днем ​​стоянки. Весь рейс длился 425 суток.

После большого плавания экипаж ушел в отпуск, и барку потребовался значительный ремонт: на Светлом судостроительном заводе достроили рубку, обновили электрогидравлику рулевого устройства и навигационное оборудование, установили дистанционное управление судном на судне. Командный мостик, камбуз и пекарня были модернизированы, медпомощь и музей кораблей получили вид, который теперь видят посетители.

КРУЗЕНШТЕРН: РОССИЙСКИЙ КОРАБЛЬ 2-Й ПОСЛЕДНИЙ В МИРЕ

Парусные корабли не намного больше, чем «Крузенштерн», четырехмачтовый барк, родом из России. Фактически, «Крузенштерн» длиной 376 футов является вторым по величине парусным судном в мире.

Единственный, более крупный, — это еще один русский четырехмачтовый барк, Седов длиной 386 футов. И этого не происходит, что делает «Крузенштерн» самым большим парусным судном в OpSail 2000.

Он был построен в 1926 году в Везермюнде, Германия, для грузового флота Flying P Line.Его первоначальное название было Падуя. Если вы посетите нью-йоркский морской порт-музей на Саут-стрит, то увидите его родственный корабль — «Пекин».

Падуя перевозила нитраты из Южной Америки и зерно из Австралии до 1939 года. Ее роль во Второй мировой войне была бесславной, это была баржа для мусора. В 1959 году он был приобретен тогда еще Советским Союзом. Переименованное в честь известного адмирала и океанографа ВМФ Ивана Крузенштерна, оно служило океанографическим судном до 1959 года.

После капитального ремонта в 1974 году он стал первым советским судном, принявшим участие в гонках Cutty Sark Tall Ship Races.Он выиграл трофей в своем классе.

Корабль «Крузенштерн», ныне находящийся под российским флагом, базируется в Санкт-Петербурге. Вне круизов доброй воли это тренировочное судно для Совета по рыболовству России, на борту которого находится около 200 курсантов в дополнение к его постоянному экипажу из 70 человек.

В дополнение к его четырем мачтам, которые несут 34 паруса общей площадью 36 500 квадратных футов. полотна «Крузенштерн» можно отличить по белой горизонтальной полосе, проходящей вдоль его темного корпуса.

Крузенштерн

Тип: Кора четырехмачтовый, сталь

Страна: Россия

Порт приписки: г. Санкт-Петербург.Санкт-Петербург

Выполнено: 1926

Длина: 376 футов

Тоннаж: 3545 тонн

Количество парусов: 34

Высота мачты: 174 футов 10 дюймов

* Второе по величине парусное судно

* Построено для работы на мысе Горн в Чили, но после Первой мировой войны перешла к России.

Выставка к 200-летию открытия Антарктиды

Российская национальная библиотека рада объявить о выставке «Кругосветные путешествия России и географические открытия », которая проходит в Главном здании (ул. Садовая)., 18) с 17 ноября.

Выставка посвящена 200-летию открытия Антарктиды и 250-летию знаменитого русского мореплавателя Крузенштерна. Посетители узнают о первом кругосветном плавании русских, которое состоялось с 1803 по 1806 год под командованием Адама Иоганна фон Крузенштерна и Юрия Лисянского.

Среди экспонатов выставки — знаменитый Атлас кругосветного путешествия капитана Крузенштерна (Санкт-Петербург, 1813 г.) с гравюрами, сделанными по рисункам врача, морского биолога и экспедиционного художника Вильгельма Готлиба Тилезиуса.Обращает на себя внимание «Карта мира Меркатора» или Общая карта плавания капитана Крузенштерна, показывающая кругосветный маршрут корабля «Надежда» (Санкт-Петербург, 1823 г.). Это карта первого русского кругосветного плавания, совершенного на кораблях Надежда и Нева под командованием Крузенштерна и Лисянского. Карта была составлена ​​членом экипажа Таддеусом Беллинсгаузеном в 1810 году и впервые опубликована в 1813 году. Обновленное и дополненное издание карты было выпущено в 1823 году.

Ряд экспонатов посвящен кругосветной экспедиции под руководством Фаддеуса Беллинсгаузена и Михаила Лазарева, открывшей континент Антарктида в 1820 году. Особый интерес представляет публикация «Двукратное исследование Южного Ледовитого океана и кругосветное плавание. .. »(СПб., 1831) Беллинсгаузена. Книга была напечатана тиражом в 600 экземпляров.

На выставке также представлены копии редких документов из Российского государственного военно-морского архива и книги из фондов Центральной военно-морской библиотеки, а также частной библиотеки Крузенштерна, которая вместе с ним путешествовала по миру.

Экспозиция организована Российской национальной библиотекой совместно с Центральной военно-морской библиотекой и Российским государственным военно-морским архивом.

российских барков «Крузенштерн» досрочно завершат трансатлантический рейс в начале июня — общество и культура

КАЛИНИНГРАД, 29 апреля. / ТАСС /. Российский барк «Крузенштерн», совершающий трансатлантический рейс в рамках кругосветной экспедиции парусных судов, организованной Федеральным агентством по рыболовству России, покинул Новороссийск и направился в порт приписки Калининград, сообщает в среду пресс-центр экспедиции. .

Барк «Крузенштерн» намерен досрочно завершить трансатлантическое плавание на фоне пандемии коронавируса, сообщили в пресс-центре.

«Учитывая, что большая часть торжеств, посвященных 75-летию Победы в Великой Отечественной войне [1941-1945 гг. Против нацистской Германии] отменена, а также в целях сохранения здоровья экипажа и курсантов, Руководство экспедиции приняло решение, что учебный барк «Крузенштерн» должен отправиться в порт приписки Калининград », — говорится в сообщении.

Ожидается, что барк прибудет в порт приписки в начале июня.

Ранее сообщалось, что барк принимает участие в кругосветной экспедиции «Паруса мира-2020», посвященной 200-летию открытия Антарктиды российскими исследователями и 75-летию победы Советского Союза над Нацистская Германия в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.

Как ранее сообщал медиацентр экспедиции, 22 апреля в порт Новороссийск прибыл барк «Крузенштерн» с курсантами учебных заведений Федерального агентства по рыболовству России.Во время стоянки барк пополнял запасы топлива, пресной воды и продуктов питания, необходимых для продолжения рейса, при строжайшем соблюдении мер безопасности для предотвращения распространения коронавирусной инфекции на его борту.

По графику плавания барк должен был завершить экспедицию в Калининграде в начале сентября.

С момента старта экспедиции, стартовавшей на Крузенштерн из порта Калининграда 8 декабря 2019 года, барк преодолел более 19000 морских миль и посетил порты Санта-Крус-де-Тенерифе, Рио-де-Жанейро, Монтевидео, Ушуайя. и Буэнос-Айрес, на борту которого находится около 10 000 иностранных гостей.Заходы в порты Касабланка (Марокко) и Хайфа (Израиль) отменены из-за коронавируса. По той же причине экипаж и курсанты барка не высадились в испанском Лас-Пальмасе и в Новороссийске в России.

Кругосветная экспедиция и барк Крузенштерн

Три российских учебных парусных корабля: «Паллада», «Крузенштерн» и «Седов» принимают участие в кругосветном плавании, организованном Федеральным агентством по рыболовству России.

«Паллада» вышла в рейс 1 ноября из порта Владивосток, а «Седов» и «Крузенштерн» вышли из Калининграда 8 декабря.

Барк «Седов» и фрегат «Паллада» совершают кругосветное плавание, а винджаммер «Крузенштерн» выполняет трансатлантическую экспедицию. В рамках первого этапа экспедиции винджаммеры провели 20-21 февраля 200-мильную памятную парусную гонку в честь 200-летия открытия шестого континента первой российской антарктической экспедицией под руководством Фаддея Беллинсгаузена и Михаила Лазарева. .

Согласно данным, размещенным на сайте Балтийской государственной академии рыбного флота, которая является оператором парусных судов «Седов» и «Крузенштерн», барк «Седов» и фрегат «Паллада» в минувшее воскресенье встретились у входа в Малаккский пролив в Тихом океане. .Оба парусника вместе продолжают кругосветное путешествие, идя по одному маршруту через Сингапур во Владивосток.

Четырехмачтовый барк «Крузенштерн» был построен на немецкой верфи недалеко от Бремерхафена в 1926 году и получил итальянское название Падуя (в честь итальянского города). Windjammer вошел в десятку крупнейших парусных судов мира. Она была передана Советскому Союзу в 1946 году во время Второй мировой войны и переименована в честь русского адмирала и исследователя XIX века Ивана Крузенштерна.Барк был переоборудован в учебное судно с современным двигателем.

За свою 94-летнюю историю барк совершил два кругосветных плавания, а также трансатлантическую экспедицию и выиграл множество международных парусных гонок. Это последний в мире классический барк, изначально построенный для плавания исключительно под парусами без каких-либо дополнительных двигателей и генераторов. За годы работы на его борту более 17 000 курсантов прошли морскую подготовку и приобрели первые морские профессиональные навыки.

Адмирал Иван Крузенштерн, Российский Императорский Флот

Профессиональная морская логистика

Размещено в Maritime Musings (Деннис Брайант) на 26 февраля 2010 г.

Открытие ВМФ России для операций в открытом море

Хотя он родился в немецкой семье (имя при рождении: Адам Иоганн Риттер фон Крузенштерн), живущей на территории современной Эстонии, он более известен под своим русским именем Иван Федорович Крузенштерн.Он вступил в российский императорский флот в 1787 году. Он прослужил в Королевском флоте шесть лет (1793-1799), прежде чем вернуться в Россию. В 1803 году царь Александр I поручил ему совершить первое кругосветное плавание кораблей русского флота. Целью путешествия было наладить торговлю с Китаем и Японией, облегчить торговлю в Южной Америке и исследовать Калифорнию на предмет возможной колонии. Два корабля вышли из Кронштадта (острова к западу от Санкт-Петербурга) в Балтийское море в августе 1803 года.Обогнув мыс Горн, они заходили в порты на западном побережье Южной Америки и наносили на карту участки побережья Калифорнии. Дополнительные звонки были сделаны в российские владения на Аляске, а также в Китае и Японии. Различные острова в центральной части Тихого океана также были нанесены на карту до того, как корабли вернулись через мыс Доброй Надежды в Кронштадт в августе 1806 года. Его подробный отчет о путешествии был переведен на немецкий, английский, французский, голландский, датский, шведский и итальянский языки. , и привел к его почетному членству в Российской академии наук.Большинство в морском сообществе сегодня знают его имя по российскому учебно-парусному судну «Крузенштерн» или по ледоколу «Иван Крузенштерн». Парусное учебное судно совершило кругосветное плавание в 2005-06 гг. В ознаменование 200-летия плавания «Адмирала». Некоторые вспоминают, что мыс Крузенштерн расположен на северной стороне пролива Коцебу на Аляске. Однако немногие отмечают, что российская база торговли мехом в Форт-Росс (первоначально Форт-Русь) была создана в северной Калифорнии всего через несколько лет после того, как он нанес на карту этот район.Адмирал Крузенштерн был в значительной степени ответственен за то, что военно-морской флот России открылся для морских операций.

Теги: Анхелес Лос Сиэтл Такома Джеральдин Knatz NYK

Лисянский, Юрий Федорович | Представляя Аляску

Лисянский, Юрий Федорович (1773-1837)

Юрий Лисянский, наиболее известный своим участием в первом кругосветном плавании России, был военно-морским офицером и исследователем.Он родился в Нежине (ныне Украина) и получил образование в Санкт-Петербурге. Свое первое морское сражение он увидел в возрасте 15 лет, когда он служил военно-морским кадетом на российском военном корабле во время шведской войны. В 1793 году его отправили служить в британский флот. В течение следующих четырех лет он участвовал в ряде британских военно-морских кампаний, отправляясь в Северную Америку, Африку и Индию. В 1802 году ему было поручено приобрести два корабля для первого кругосветного плавания России из Санкт-Петербурга на Аляску. Эта экспедиция, разработанная с целью открыть прямую линию снабжения между российской столицей и американскими колониями и исследовать новые пути торговли, также преследовала многие научные цели, включая создание визуальных записей путешествия.

Согласно русским архивным источникам, в экспедиции работали два официальных художника — Степан Курляндцев и Василий Причетников. Оба были выдающимися выпускниками Российской Академии художеств. Однако незадолго до отъезда экспедиции Причетников получил другое назначение. Курляндцев выехал из Петербурга на «Надежде» капитана И. Ф. Крузенштерна. По пути на Камчатку между Крузенштерном и назначенным руководителем экспедиции Н. П. Резановым возник конфликт, в результате которого произошел мятеж.В ходе правительственного расследования в Петропавловске из экспедиции был удален ряд членов экипажа, в том числе Курляндцев. Затем роль художника экспедиции была передана Вильгельму Готлибу Тилезиусу фон Тиленау, естествоиспытателю и врачу на борту корабля Крузенштерна. Помимо степени доктора медицины со специализацией в кожных и венерических заболеваниях, Тилезиус был художником по специальности. Его зарисовки и акварели воплощены в гравюры, иллюстрирующие Атлас к путешествию вокруг света капитана Крузенштерна, изданный в Санкт-Петербурге.Санкт-Петербург в 1813 году. Поскольку Крузенштерн не плавал в Северной Америке, ни одно из этих изображений не относится к Аляске.

Ни архивные, ни опубликованные записи не содержат никакой информации о присутствии художника на борту корабля Лисянского «Нева», который заходил в Петропавловскую гавань на острове Кадьяк, а затем проследовал в Ситку, где он сыграл ключевую роль в восстановлении российского присутствия. на юго-востоке Аляски. Изображения, сопровождающие кругосветное путешествие Лисянского на корабле «Нева», были основаны на его эскизах и рисунках, некоторые из которых вошли в судовые журналы.Лисянский собрал впечатляющую коллекцию аляскинских материалов, включая карты и этнографические коллекции из Кадьяка и Ситки, и вернулся в российскую столицу в июле 1806 года.

После плавания Лисянский командовал кораблями в Балтийском море. Он ушел с действительной службы в 1809 году и занялся подготовкой к публикации своих заметок о путешествии. Адмиралтейство трижды отклоняло его рукопись из-за множества ошибок в русском языке. Наконец, в 1812 году он самостоятельно опубликовал и текстовый отчет, и атлас, а затем перевел свое кругосветное путешествие на английский язык.Книга была издана в Лондоне в 1814 году. Лисянский умер в 1837 году и был похоронен в Александро-Невской лавре в Санкт-Петербурге.

Источники и литература:

Крузенштерн, А.Дж. Путешествие вокруг света, в 1803, 1804, 1805 и 1806 годах. Лондон 1813.

Лисянски Ю.Ф. го ранга и кавалера Юрия Лисянского на корабле Неве.Санкт-Петербург, 1812.

Лисянский, Урей. Кругосветное путешествие в 1803, 1804, 1805 и 1806 годах. Лондон: Отпечатано для Дж. Бута, 1814.

Российский государственный исторический архив, документ 468-1-2-3920, О назначении жалования художникам Причетникову и Курляндцеву на время участия в Кругосветной экспедиции Резанова и обращения жалования в пенсию после возвращения из экспедиции, 1803.

Тилезиус, В.Г. Атлас к путешествию вокруг света капитала Крузенштерна. [Атлас кругосветных путешествий капитана Крузенштерна]. Санкт-Петербург, 1813.

Крупнейшие в мире парусники отправляются в кругосветное путешествие — WeirdNews

Последнее обновление 10 декабря, 2019 19:30

Планируется, что экипаж сменится дважды за семимесячное путешествие.

РОССИЯ (Рейтер). Крупнейшие в мире традиционные парусные суда отправились в кругосветное путешествие из российского порта Калининграда.

Во время плавания к российским четырехмачтовым баркам «Крузенштерн» и «Седов» позже присоединится фрегат «Паллада».

Вместе они отмечают 200-летие открытия Антарктиды российскими моряками и 75-летие Победы в Великой Отечественной войне.

Ожидается, что рейс пройдет более чем в 40 портов в Северной и Южной Америке, Африке, Европе и Океании, общая протяженность маршрута составит около 100 тысяч морских миль.

Парусники несколько месяцев готовились на верфи в Калининградской области к столь длительному плаванию.

Планируется, что экипаж сменится дважды за семимесячное путешествие.

Все кадеты прошли специальный отбор: состав экипажа, который преуспел как в теории, так и в практической готовности к любым трудностям, которые могут возникнуть на борту.

«Нет трудностей для девушки, которая любит море и хочет стать профессионалом в своем деле», — сказала Reuters курсант Дарья Ульянова, мечтающая стать капитаном.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *