В каком городе принял крещение князь владимир – Как было найдено место крещения князя Владимира / Православие.Ru

Где принимал крещение князь Владимир? Святые места Херсонеса

Вопрос о том, где принимал крещение князь Владимир, на сегодняшний день остается дискуссионным. На это счет существует как минимум три версии. Сторонники первой называют местом крещения Киев, второй – городок Василев, находящийся недалеко от первого, третьей – Херсонес. Также не существует однозначного мнения о том, в каком году произошло это событие. Сегодня предлагаем рассмотреть мнение ученого, сторонника одной из самых популярных версий относительно того, где крестился князь Владимир.

Почему не в Киеве?

Крещение в Днепре

С 1972 по 1984 гг. проходила Херсонесская экспедиция, организованная Академией наук СССР. Ее возглавлял археолог и историк Сергей Алексеевич Беляев. Именно он автор научного открытия, связанного с обнаружением купели, в которой и был крещен князь Владимир. По поводу мнения о том, что это великое событие прошло в Киеве, на берегу Днепра, ученый говорит следующее.

То, что случилось в Киеве в 988 году, в августе, было уже следствием принятия христианской веры Владимиром, которое состоялось немного раньше и в другом месте. По мнению Беляева, принял крещение князь Владимир в городе Херсонесе, и нигде больше произойти этого не могло. Об этом, в частности, свидетельствует «Повесть временных лет». В ней говорится о крещении в Корсуни – так Херсонес назывался у славян.

Уже в 4 веке, во время правления императора Константина Великого, этот византийский город являлся главным христианским центром всей Восточной Европы.

Почему не в другом месте?

Владимир в купели

По мнению Беляева, в другом месте этого произойти не могло по следующим причинам. В планах у князя была женитьба на Анне, византийской принцессе. До этого у него было две жены законных и около 300 наложниц. Сделать своей супругой византийскую принцессу было делом весьма почетным. Судите сами. В этом было отказано самому германскому императору Оттону. А князю Владимиру это удалось! И принцессу привезли из Константинополя к Владимиру в Херсонес.

На протяжении нескольких веков Византия привлекала в лоно христианской церкви варварские племена. Кроме этого, она стремилась к сохранению мира на собственных границах. Поэтому Владимир был вполне подходящей партией.

Но ни византийский император, ни патриарх не могли допустить того, чтобы женщина такого высокого ранга отправилась за пределы империи просто так. То есть не будучи венчанной законным христианским браком по всем церковным канонам. Отсюда следует, что вопрос о том, где принимать крещение князю Владимиру и где венчаться, мог решиться лишь однозначно – только на территории Византии, частью которой и являлся Херсонес.

Как Владимир принимал решение?

Памятник князю Владимиру

Ко времени женитьбы на принцессе Анне Владимир уже был готов к крещению. Согласно летописи, он еще в 986 году поставил вопрос о том, какую именно веру выбрать. Он принимал послов из Волжской Булгарии, предлагавших принять ислам, хазарских евреев, приглашавших в иудаизм, миссионеров из Ватикана. Но им всем было отказано. После них прибыл византиец, который поведал о христианской вере.

Чтобы узнать, каким образом осуществляются обряды и какие у каждой религии законы, князь направил послов на богослужение к немцам, грекам и мусульманам. В конечном счете он выбрал христианство.

Почему Херсонес, а не другое место в Византии?

Уже с 4 века Херсонес являлся важнейшим оплотом Византийской империи на всей территории Восточной Европы. Он был и центром политической, торговой власти, и крупнейшим средоточием жизни церковной.

Только здесь находился епископ, который распространял свою власть на племена, проживающие на соседних землях. А в те времена таинство Крещения могло совершаться исключительно самим епископом.

Как выглядела купель?

Крещение Владимира - картина Васнецова

Разбираясь в вопросе о том, где принимал крещение князь Владимир, интересно будет узнать, как это происходило. Предполагается, что первоначально купель, в которой осуществлялось таинство, была именно такой, какой ее изобразил художник Васнецов на картине во Владимирском соборе в Киеве.

В Херсонесе ее вырубили в скале, на данный момент ее глубина – 74 сантиметра. Когда в 80-х годах 19 века ее раскрыли, обнаружилось, что все углубление выложено мрамором. Находящийся на дне крест также был выложен мрамором. К сожалению, с течением времени все это великолепие растащили, и сегодня здесь находится голая скала, имеющая светло-коричневый цвет. Крест также не сохранился.

В то время крещальню восприняли как обыкновенный храм. В 90-е годы 19 века предположение о том, что вырубленная в скале мраморная купель — именно то место, где крестился князь Владимир, было высказано Александром Львовичем Бартье, выдающимся русским инженером. В советские годы экспедиция Беляева исследовала памятник во всей полноте. И с исторической, и с археологической, и с канонической, и с литургической точек зрения.

Сейчас считается доказанным, что именно на месте бывшего храма (крещальни), в найденной купели, и было осуществлено крещение Владимира в Херсонесе. После того как С. А. Беляев объехал с докладом на эту тему всю Европу, научное сообщество приняло эти доказательства.

Как появилась беседка?

Беседка на месте крещения

Раньше через крещальню, которая не была огорожена, проходила тропа на пляж, и люди заходили сюда. Как известно, в годы перестройка отношение к церкви у властей поменялось, началось возрождение храмов и церквей. У тогдашнего благочинного местного округа отца Георгия Полякова возникла идея об установлении здесь беседки, чтобы каким-то образом увековечить то место, где принимал крещение князь Владимир. Когда она была изготовлена, и ее нужно было устанавливать, поддержки у руководства музея не было найдено. Дело было в конце 90-х прошлого века.

Тогда отец Георгий нашел оригинальный выход. Специалисты, с которыми он договорился, доставили беседку к купели на вертолете. Она была опущена максимально точно, а затем прикреплена к скале самым надежным способом. Так и было отмечено место, где принимал крещение князь Владимир.

Где происходило венчание?

Предполагается, что после крещения в купели Владимир по дорожке пошел в храм апостола Петра. Нужно отметить, что его ступеньки сохранились по сей день. Там он стал участником литургии и был повенчан с Багрянородной Анной. Хотя крещальня и представляет собой отдельное здание, это все-таки часть ансамбля храма апостола Петра. Его раскопали в 1853 году, а построен он был при Константине Великом в 4 веке.

Собор Св. Владимира

Сегодня близ этого места построен собор Святого Владимира в Херсонесе. Автор его проекта – Давид Гримм, академик архитектуры. Стиль этого сооружения – неовизантийский. Строительство вели за счет пожертвований в продолжение 30 лет, с 1861 по 1892 год. Этот собор – второй по величине на Крымском полуострове, его высота – 26 метров.

Строил ли храм князь Владимир?

Крещение Руси

По сообщению С. А. Беляева, им была раскопана церковь, находившаяся недалеко от храма апостола Петра. Это рядом с участком оборонительной стены, в месте, где Владимир стоял с посадом. Данный объект представлял собой полуразрушенную византийскую церковь, воссозданную князем сразу же после крещения и до отъезда из Корсуни.

Восстановление было осуществлено великим князем в память о великом таинстве. Тем самым он впервые на Руси ввел обычай подобным образом ознаменовывать значительные события в истории государства и в человеческой жизни. В заключение стоит отметить, что 988-й – это год крещения князя Владимира, который считается официальной датой. Но кроме этого, как оказалось, имеется ряд иных версий. Впрочем, это тема совсем другой статьи…

fb.ru

Как князь Владимир Русь крестил

28 июля мы отмечаем памятную дату – День крещения Руси. Конечно, историки не могут с точностью установить день, когда произошло это событие, повернувшее ход истории нашей страны. Да и само оно было достаточно протяженным во времени. Но праздник решено было отмечать в день, в который православная церковь чтит память святого равноапостольного князя Владимира. Именно он в 988 году принял историческое решение о крещении Руси и крестился сам, с дружиной и боярами.

Князь Владимир был младшим сыном киевского князя Святослава и внуком великой княгини Ольги. Почему же выбор Владимира остановился на восточном христианстве?

Поначалу Владимир делал ставку на язычество

Как следует из летописных источников, в частности, из «Повести временных лет» древнерусского летописца Нестора, в 980 году Владимир Святославич попытался провести религиозную реформу язычества. Он установил единый пантеон языческих божеств. Во главе этой структуры стоял Перун. Также туда вошли Стрибог, Даждьбог, Семарг, Хорс и Мокошь.

«Владимир сперва пытался укрепить и консолидировать язычество. Но как человек, бесспорно, умнейший, он скоро понял, что сделать это невозможно. Язычество всегда приводило не к объединению народа, а лишь к еще большим распрям между разными группами. История показала, что те народы, которые остались языческими, быстро растворились в христианском или исламском мире. Или вообще исчезли – например, это произошло с балтийскими славянами. Владимир же быстро понял, что усилия по консолидации язычества не будут плодотворными, и совершил исторический выбор в пользу православия, объединения всего народа и политической самостоятельности», – рассказывает настоятель московского храма святого Феодора Студита у Никитских ворот, сооснователь сообщества «Русская миссия» Всеволод Чаплин. 

Rolling Stones

картина «Владимир-язычник» / Васнецов Виктор

Почему другие религии не понравились князю 

Летописи повествуют, что к Владимиру пришли представители самых сильных религий, дабы обратить его в свою веру. 

«Это были представители греческого и римского христианства, а также мусульмане из Волжской Булгарии (не путать со славянскими болгарами) и хазарские иудеи. И начался богословский спор. Каждый выступал, расписывая преимущества своей религии и критикуя все прочие. Самое пространное из приведенных в летописи – выступление так называемого Философа, который, судя по всему, опирается на кириллические источники – святые книги, уже переведенные на славянский язык», – говорит специалист по истории Древней Руси, профессор, доктор исторических наук Игорь Данилевский.

После этой беседы князь Владимир обращается к боярам за советом. Те говорят, что надо посмотреть на все это своими глазами. И вот в каждую из стран отправляется депутация для того, чтобы посмотреть, как совершаются богослужения и на то, как каждая из религий отражается в жизни.Rolling Stonesкартина «Великий князь Владимир избирает религию» / Эггинк Иван

Вернувшись, бояре рассказывают обо всем, что видели. Например, при выборе принимались во внимание, среди прочего, и пищевые запреты. Владимира не устроило то, что и мусульманам, и иудеям нельзя есть свинину, а мусульманам – еще и пить вино. Летопись приписывает ему знаменитую фразу: «Руси есть веселие пити, не можем без того быти».

«Тем не менее, многое в каждой из религий понравилось, – говорит историк. – Например, князю Владимиру вполне импонировало то, что мусульманам можно иметь несколько жен. Послы с восторгом рассказывали также о том, что такой красоты, как в Греции, они больше нигде не видели. То есть, на этом этапе все происходит во многом на эмоционально-оценочном уровне. С другой стороны, надо понимать, что связи Руси с Византией были постоянными и, скорее всего, христианская вера хорошо соответствовала некой принятой на Руси ментальности, совокупности культурных представлений и норм».

Во всем виновата женщина?

По словам Игоря Данилевского, есть и другая версия, как все это происходило. В 987 князь Владимир захватил греческий город Корсунь, который находился на юго-западном побережье Крыма (позже он получил название Херсонес). Владимир обещал вернуть город грекам, если их императоры отдадут за Владимира замуж их сестру, византийскую царевну Анну. Это, среди прочего, значительно повышало статус самого Владимира, который оказывался сразу вровень с византийскими императорами. Однако Анна отказалась выходить замуж за Владимира до тех пор, пока он будет язычником.

Далее в летописных источниках следует упоминание о слепоте, которая поражает Владимира в тот момент, когда Анна прибывает в сопровождении духовенства в Корсунь для встречи с Владимиром. Она предлагает ему немедленно креститься в надежде на исцеление. И слепота действительно спадает с его глаз, когда князь принимает христианство.

«Действительно, это очень красивый образ, когда душевная слепота оставляет Владимира: благодаря крещению он «прозрел», – говорит Игорь Данилевский. 

Крещение – это выбор независимости

Что же принес с собой исторический выбор князя Владимира?

Rolling Stonesкартина «Крещение князя Владимира на Корсуни» / Фёдор Бронников

«Крещение – это выбор пути. Вместе с православием князь Владимир выбрал для народа настоящую свободу, самостоятельность, и в этом состоит главный вектор развития Руси. Князь не случайно отверг западную линию христианства, поскольку очевидно было стремление подчинить Русь давлению Рима. Такое жесткое давление всегда было свойственно представителям так называемого католицизма. Восточная римская империя, которую сейчас именуют Византией, была тоже сильным государством, но все же она не претендовала на духовно-политическую власть над Русью. Поэтому выбор православия в действительности был политическим. Это было решение независимого властителя и свободного народа. Православие – не аполитичная религия, оно предполагает определенный общественный идеал. Выбор католицизма, ислама или иудаизма обрекал бы страну на внешнюю зависимость, погружение в идейную и духовную орбиту одного из сильных государств, будь то Арабский халифат, Хазарский каганат или папский Рим. Не случайно многие народы, которые сделали свой исторический выбор в пользу Рима или в пользу исламского мира, оказались в дальнейшей истории гораздо более зависимы, чем Русь», – говорит протоиерей Всеволод Чаплин.

«Это был выбор, который решительно отделил Россию от Запада, – говорит Игорь Данилевский. – Но вместе с христианством пришла книжная культура, и это величайшее достижение, которое включило Русь в культурное поле всех христианских стран и невероятно подвинуло страну на пути ее развития».

Православие изменило и внешние границы Руси. После принятия христианства Русь начинает восприниматься как центр богоспасаемой земли. И ее границы стали постепенно расширяться. 

Был ли Владимир первым

Rolling Stonesкартина «Крещение князя Владимира» / Васнецов Виктор

Летописи сохраняют и другие, более ранние версии крещения Руси. 

«Считается, что самым первым человеком, который объявил, что Русь примет крещение, но не крестил ее, был апостол Андрей. Он первым из апостолов приходит на территорию Руси и говорит, что на том месте, где он остановился, будет большой город и множество храмов. А остановился он там, где позже был построен Киев», – говорит Игорь Данилевский.

В одном летописном источнике есть упоминания о крещении Руси при патриархе Константинопольском Фотии. Это произошло после нападения русов на Константинополь в 860 году. Фотий направил миссионеров в Киев. Историк Данилевский предполагает, что это, скорее всего, касалось дружинников и отдельных русичей. По некоторым данным, в этот период были крещены киевские князья Аскольд и Дир c боярами. Поэтому эти события иногда называют фотиевым, или аскольдовым крещением Руси. 

«Историки расходятся в оценке роли князя киевского Аскольда, в оценке того факта, способствовал ли он распространению христианства. Но церковное предание утверждает, по крайней мере, о его личном крещении – есть даже сторонники его причисления к лику святых. Многие народы, племена, которые пытались осаждать Восточную римскую империю, поражались ее культуре, мудрости, духовности и сами часто принимали восточное христианство. Так что весьма вероятно, что после крещения Аскольда состоялось и крещение некоторого количества людей в его окружении. Известно, что до Владимира на Руси были христиане. Святая княгиня Ольга, внуком которой был Владимир, была христианкой, посещала в Киеве богослужения. Но православие принимали отдельные люди. Очевидно, что до Владимира и в первый период его княжения Киев оставался языческим», – рассказывает Всеволод Чаплин.

Огнем и мечом?

Rolling Stonesкартина «Крещение киевлян» / Клавдий Лебедев

После крещения Владимира массовые крещения происходят и в Киеве, и в Новгороде, и по всей русской земле. При этом есть источники, которые говорят, что князь новгородский Добрыня крестил Новгород огнем и мечом. 

«Это поздние источники, – говорит Игорь Данилевский. – Более ранние летописи говорят об этом намного более спокойно. А во многих этот процесс представлен как триумфальное шествие христианства, массовое принятие. Так, в одном летописном сюжете даже присутствует рассказ, как всенародно сбрасывают с пьедесталов в реку языческих богов. Это может свидетельствовать о том, что тот пантеон языческих богов, который ранее создает Владимир, является чем-то инородным, привнесенным сверху. И христианство воспринимается народом как избавление от этих чужеродных богов».

По мнению историка, часть этих богов имеют даже неславянские имена и чуждую суть. В частности, Даждьбог и Стрибог связаны с культом Солнца, а все этнографы отмечают, что солнечного культа на Руси не было. Хорос и Симмаргл – вообще божества с иранскими корнями, так что они вполне могли быть отвергнутыми в народе. Так что крещение, возможно, сместило тех языческих богов, которые были чужеродными, и против которых уже росло раздражение и протест.

«Большинство же так называемых славянских богов, таких как Лель, Лада, Каляд, Курент и другие – это в большинстве своем представители так называемой кабинетной мифологии, – говорит Игорь Данилевский. – То есть, мифологии, написанной в XIX и XX веке в кабинетах ученых. Проводились исследования этих источников. Их выдают, в частности, междометия, которые не употреблялись в то время, когда писались древние летописи, а также то, что в ранг богов возводятся некие домашние духи, которые упоминаются совсем отрывочно и про которых в древних источниках почти ничего нет».Rolling Stonesкартина «Крещение Руси» / Василий Перов

Скорее всего, в реальности язычество на Руси не было зрелым, не были выяснены отношения между языческими богами, не устоялись их функции. Поэтому эти функции легко были перенесены на христианство. Цельные представления христианства хорошо наложились на то, что было в народной традиции, и произошла христианизация язычества.

«Неоязычники обычно не могут ответить, какими источниками они пользуются, когда говорят о том, что Русь крестилась огнем и кровью. Но называют цифры: девять миллионов погибших. Однако археологические изыскания не подтверждают того, что на территории Руси были массовые истребления населения. По всему миру, там, где сотни и тысячи людей погибали насильственным путем, археологи находят явные подтверждения тому. Как же девять миллионов-то остались незамеченными? Раскопаны уже несколько древних капищ, и уж где и быть этим массовым захоронениям безвинно погибших насильственной смертью, как не там? Но их нет», – говорит историк церкви, священник Георгий Максимов.

Часто ссылаются на так называемую Акимовскую летопись. В ней описано, как воевода, присланный из Киева, силой принудил новгородских язычников креститься, рассказывает историк. «Даже если принять ее за достоверный источник, то именно она и является доказательством того, что такие случаи были исключением. Кроме этого инцидента, бывшего в Новгороде, в других местах христианство принималось мирно и полюбовно», – поясняет Максимов. 

«Кроме того, начиная со второй половины XX века, археологи начали находить берестяные грамоты. Их сейчас найдено очень много, около четырехсот, они писались в основном по бытовым поводам и явно не подлежали никакой цензуре. Самые ранние берестяные письма относятся ко временам крещения Руси. Ни в одном из таких писем не упоминаются славянские боги. Их просто не вспоминают, поскольку они не были нужны нашим предкам. О них никто не горевал! Все это показывает несостоятельность мифа о насильственном крещении Руси. Не надо считать наших предков безвольными слабаками! Миллионы людей нельзя принудить силой принять чужую веру», – говорит священник.

Наши предки добровольно приняли христианство и это определило в дальнейшем свободу Руси от всех внешних влияний, ее самостоятельный путь развития. Так что сегодня мы празднуем, по сути, День независимости, только древний, с историей, насчитывающей уже 1030 лет.

mir24.tv

Равноапостольный князь Владимир. Часть 2: Крещение Руси / Православие.Ru

Начало

Святой равноапостольный великий князь Владимир
Святой равноапостольный великий князь Владимир
Убийство варягов-исповедников Феодора и Иоанна произвело сильное впечатление на князя Владимира. Он стал чаще задумываться над вопросами религии и постепенно все более и более охладевал к язычеству. Где умножается грех, там, – по слову апостола, – преизобилует благодать (ср.: Рим 5: 20). Преимущества веры Христовой становились для него все очевиднее, тем более что в самом Киеве среди бояр, купцов, горожан, да и княжеских дружинников, начиная со времен Аскольда и Ольги, было достаточно много христиан.

Византия пыталась обратить руссов в христианство с того момента, как стала подвергаться их нападениям. Но первые, как правило варяжские, княжества в Причерноморье не отличались долговечностью, и достижения миссионеров-христиан превращались в ничто вместе с крушением самих княжеств.

Княгиня Ольга, приняв крещение, пыталась учредить в Киеве епископство, но потерпела неудачу. Варяжская дружина признавала авторитет предводителя-единоверца и отказывалась перейти в подчинение князя-христианина. Для князя-воина Святослава мнение дружины было законом, и он решительно отклонил все предложения матери о крещении.

Князю Владимиру пришлось преодолеть большие трудности, прежде чем Русь приняла христианство. Во второй половине 80-х годов X века он стал делать первые, пока еще очень осторожные шаги, ведущие к крещению.

Владимир многим был обязан язычникам. Он щедро отблагодарил их, но чувствовал себя очень стеснительно под контролем языческой верхушки и волхвов. Они препятствовали его созидательной деятельности. Своими военными победами, строительными успехами внутри страны, мудрой дипломатией по отношению к соседним государствам Владимир укрепил роль и значение княжеской власти и более не терпел соперничества. Уже со второй половины 80-х годов язычники потеряли в Киеве свою ведущую роль.

Но Владимир не сразу пошел на введение христианства. Летописное «Сказание об испытании или выборе вер» описывает, что сначала он встретился с посланцами из других земель и расспросил их о монотеистических религиях – мусульманстве, иудаизме, римском и византийском христианстве. Это было не случайно: монотеистические религии выросли из одного корня, к тому же Русь имела тесные связи и с христианскими странами – Германией, Византией Римом, и с мусульманскими – Волжской Болгарией, Хорезмом, а также контакты с еврейскими общинами в Хазарии и на территории Руси.

Отказав по разным причинам первым трем посольствам, Владимир благосклонно выслушал пространную речь православного греческого философа, который, кратко опровергнув учения мусульман, латинян и иудеев, сжато изложил ветхозаветную историю, пророчества об отвержении Богом иудеев и пришествии Спасителя и, наконец, перешел к новозаветным событиям. Большое впечатление на князя произвел рассказ о грядущем Втором пришествии, при этом ему была показана и «запона» – некое полотно – с изображением Страшного суда.

Потом, посовещавшись с боярами и представителями городов, Владимир направил посольства в окрестные страны. Возвратившись, послы рассказали о религиозных обычаях и обрядах этих стран. Они побывали и в мусульманской мечети у болгар, и у католиков-немцев, но самое большое впечатление на них произвела патриаршая служба в Царьграде. Пораженные красотой византийского богослужения, послы заявили Владимиру и всей его дружине: «Не знали – на небе или на земле мы: ибо нет на земле такого зрелища и красоты такой, и не знаем, как и рассказать об этом».

Затянувшийся «выбор вер» был обусловлен сопротивлением влиятельных сил в самом Киеве. Лично для себя Владимир уже принял решение. Он был достаточно знаком с христианством: мать, бабка, их приближенные, позднее его жены, из которых большинство были христианками, – все они так или иначе, исподволь или открыто, благотворно воздействовали на душу князя. Но вопрос о перемене религии не мог быть решен вопреки воле «мужей» из княжеской дружины. Помня о предательстве язычников-киевлян по отношению к Аскольду и брату Ярополку, о нежелании отца принять крещение, чтобы не рассориться с дружиной, Владимир прежде всего своему ближайшему окружению должен был показать политическую, практическую, да и просто утилитарную необходимость принять религию, завоевавшую уже весь цивилизованный мир, религию, которой, кстати, противостояли далеко не безобидные в смысле нравственности и небезупречные в смысле культуры и даже прогресса верования. Не случайно посланцы Владимира выступали с отчетом прилюдно. Был использован и авторитет княгини Ольги: «Если бы плох был закон греческий, то не приняла бы его бабка Владимира Ольга, а была она мудрейшей из всех людей».

В конечном счете, Владимир, поддержанный соратниками, решил обратиться в Православие. Тем более, что Русь и Византию связывали не только военные противостояния, но, прежде всего, давние торговые, политические и даже религиозные контакты.

***

Крещение Руси объясняется целым рядом исторических причин. Во-первых, интересы развивавшегося государства требовали отказа от многобожия с его племенными богами и введения монотеистической религии по принципу: единое государство, один великий князь, один всемогущий Бог. Во-вторых, этого требовали международные условия. Весь европейский мир принял христианство, и Русь более не могла оставаться языческой окраиной. В-третьих, христианство с его новыми нравственными нормами требовало гуманного отношения к человеку вообще, к женщине, матери и детям, в частности; оно укрепляло семью – основную ячейку общества. В-четвертых, приобщение к христианству давало сильный толчок в развитии культуры, письменности, духовной жизни страны. А есть еще в-пятых, в-шестых, в-седьмых… и развитие общественных отношений, и совершенствование души, и посмертное воздаяние… Но главное, к этому решению – принятию христианства – привело наших предков неизреченное милосердие Божие, Его желание спасти всех и каждого, «ибо это хорошо и угодно Спасителю нашему Богу, Который хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (1 Тим. 2: 3–4).

***

Сближению Руси и Византии сопутствовали драматические события. Византия потерпела ряд поражений в войне с Болгарией. Кроме того, империю сотрясали мятежи полководцев Варды Склира а затем и Варды Фоки, каждый из которых уже примеривал царскую корону. Наконец в 987 году Варда Фока провозгласил себя императором, и его власть признали провинции в Малой Азии. В то время Византия находилась во враждебных отношениях с Русью. Тем не менее, оказавшись в безвыходном положении, императоры – братья-соправители Василий II и Константин VIII – отправили в Киев послов с просьбой о помощи. Князь Владимир согласился послать войско в Византию, но в награду за военную помощь потребовал, чтобы императоры отдали ему в жены свою сестру царевну Анну, что было для византийцев неслыханной дерзостью. Принцессы крови, тем более порфирородные, никогда не выходили замуж за «варварских» государей, даже христиан. В свое время руки той же Анны домогался для своего сына император Священной Римской империи Оттон Великий, и ему было отказано. Но в данном случае под вопросом было само существование династии, и Константинополь вынужден был согласиться. Василий выдвинул непременным условием, чтобы князь Владимир принял христианство и крестил свою страну. После того, как вопрос о браке был улажен, русское войско в количестве 6000 воинов прибыло в Византию. Так в борьбе человеческих устремлений воля Божия определила вхождение Руси в благодатное лоно Вселенской Церкви.

Русское войско участвовало в битве у Абидоса 13 апреля 989 года, решившей судьбу династии. Узурпатор Варда Фока был убит, мятеж подавлен. Но войско, прибывшее из Киева, так и не вернулось домой. Служба в императорской армии сулила значительно большие выгоды, чем служба киевскому князю. Византийцы еще в договор с Олегом включили пункт о том, что киевский князь не вправе отзывать воинов из Византии, если они захотят остаться на службе у императора. Такая практика сохранялась до конца X века. Русский отряд, посланный Владимиром, оставался на службе в Византии еще больше десяти лет.

Но византийцы, обрадованные неожиданным избавлением от опасности, не торопились выполнять обещание. Император нарушил договор первым и не прислал на Русь сестру Анну, которую Владимир отправился ожидать у днепровских порогов.

Нарушение договора не было следствием только прихоти или произвола императора Василия II. У князя Владимира было несколько жен и десять сыновей от них, которые претендовали на киевский престол. Император не желал, чтобы его сестра пополнила гарем языческого князя. Он мог отпустить царевну в Киев только при одном непременном условии: все предыдущие браки князя Владимира должны быть расторгнуты, с тем, чтобы христианский брак был признан единственно законным. Однако славяно-варяжское семейное право оказалось несовместимым с христианским правом Византии. С канонической точки зрения сыновья Владимира, рожденные вне христианского брака, были незаконнорожденными и уж тем более не имели никаких прав на трон. Для Владимира такая точка зрения была неприемлема: старшие сыновья были опорой его власти. Переговоры о брачном контракте, по-видимому, зашли в тупик, после чего союз с империей был разорван.

Возмущенный греческим лукавством, князь Владимир в этот критический момент действовал решительно и быстро: большая русская рать двинулась в 988 году на центр византийских владений в Крыму – Корсунь (Херсонес). Осада прекрасно укрепленного города, хоть и не ожидавшего нападения со стороны союзного Киева, была очень трудной и продолжалась несколько месяцев. В конце концов Корсунь, благодаря предательству, пала. С крепостных стен в стан Владимира была пущена стрела с прикрепленной запиской, в которой говорилось, что для взятия города необходимо перекрыть водопровод, находившийся за крепостными стенами. Стрела была пущена от имени некоего священнослужителя Анастаса. Воины Владимира нашли трубопровод и перекрыли его. Вскоре изнемогающие от жажды осажденные сдались на милость победителя. Пал неприступный оплот византийского господства на Черном море, один из жизненно важных узлов экономических и торговых связей империи. Удар был настолько чувствителен, что эхо его отозвалось по всем византийским пределам.

Падение главного опорного пункта византийцев в Крыму сделало киевского князя хозяином полуострова. Хазария, сокрушенная еще Святославом, стояла на пороге гибели и не могла противостоять руссам, которые во время длительной осады Корсуни, нанесли ей очередное поражение, о чем свидетельствует «Память и похвала Владимиру» монаха Иакова. Взяв главный опорный пункт византийцев в Крыму, князь подчинил себе также бывшие владения «царя руссов» Олега в Таматархе и Керчи. Таким образом Владимир стал первым русским князем, который стал распоряжаться судьбами русского Тмутараканского княжества и посадил на престол в Тмутаракани одного из своих сыновей.

В завоеванной Корсуни Владимир и принял крещение. С одной стороны, этим он демонстрировал свою силу и независимость акта крещения от воли Византии. С другой стороны, принятием нового имени – Василий – он подчеркивал свои союзнические и даже патрональные отношения с понуждавшим его к крещению императором. Правда, при выборе имени учитывалось и его номинативное значение: Василий переводится с греческого как «царский». Вместе с князем крестилась и часть его дружины.

После этого Владимир направил братьям-императорам угрозу, что если Анна не прибудет в Корсунь, то он поведет свое войско на Константинополь.

Решающий довод снова был за князем. Его послы, воевода Олег и зять убитого корсунского стратига варяг Ждьберн, прибыли в Царьград за царевной. Восемь дней ушло на сборы Анны, которая отказывалась ехать на Русь, плакала и говорила: «Лучше мне умереть». Братья утешали и уговаривали ее, подчеркивая значительность предстоящего ей подвига: способствовать просвещению Русского государства светом Христовой истины и сделать руссов навечно друзьями Ромейской державы.

Вскоре принцесса, ее свита, священники с иконами и церковной утварью прибыли в Корсунь. Не теряя времени, будущий равноапостольный князь Владимир обвенчался с царевной Анной в кафедральном соборе того города, где, казалось, каждый камень помнил апостола Андрея Первозванного, прошедшего с евангельской проповедью через древнюю Тавриду на приднепровские горы. Церемония бракосочетания дала возможность широко оповестить мир о разрыве князя с язычеством. То, что не удалось Ольге в языческом Киеве, удалось Владимиру в христианской Корсуни. К титулам князя прибавился новый, еще более блестящий – цесарь. Надменным императорам пришлось уступить и в этом – поделиться с зятем царскими инсигниями. В некоторых греческих источниках Владимир с того времени именуется «могущественным василевсом». Впоследствии, в Киеве, он стал чеканить монеты по византийским образцам и изображался на них со знаками императорской власти: в царской одежде, на голове – императорская корона, в правой руке – скипетр с крестом.

Конечно, Византия не могла допустить того, чтобы руссы закрепились на Крымском полуострове, получив удобные гавани для нападений на империю. Сразу же после венчания Владимир согласился передать Корсунь Византии в качестве вена – выкупа – за невесту, и мир между империей и Русью был восстановлен.

Впрочем, воины Владимира получили богатую добычу. Они изъяли городскую казну, множество всякого скарба, поэтому в Киев русское войско явилось с несметными богатствами. Сам Владимир вывез из Корсуни две античные статуи и четырех медных коней, украшавших городской ипподром. В память о поражении язычника Владимира и рождении христианина Василия он поставил в Корсуни на насыпной горе церковь. Покидая город, он взял с собой помогшего ему при осаде иерея Анастаса и нескольких корсунских священнослужителей, а также иконы и церковную утварь, необходимые для устроения будущих киевских храмов. Взял он и мощи святителя Климента, папы Римского, обретенные в Тавриде за 120 лет до этого равноапостольными Кириллом и Мефодием, первоучителями словенскими.

Победоносный поход в Крым упрочил престиж киевского князя. Торжественное браковенчание, которое явилось для Владимира вторым христианским таинством, произвело глубокое впечатление на княжеское окружение. Согласие между дружиной и князем упрочилось. Сопротивление язычников было сломлено. Пока Владимир был молод, многие не скрывали пренебрежения к сыну рабыни-ключницы. Брак с греческой царевной смыл с Владимира клеймо «робичича» и вознес его на недосягаемую высоту над прочими державными властителями.

В обратный путь к Киеву новый цесарь с супругой и сопровождающими отправился через Крым, Тамань и Азовские земли, входившие в состав его обширных владений. Впереди царского поезда с частыми молебнами и несмолкающими священными песнопениями несли кресты, иконы, святые мощи. Казалось, сама Вселенская Церковь двинулась в просторы Русской земли, чтобы обновить ее в купели крещения, а будущая Святая Русь открывалась навстречу Христу и Его Церкви.

***

По прибытии в Киев, Владимир первым делом окрестил своих сыновей и освободил от обязанностей супругов своих языческих жен. Рогнеде, например, он отправил предложение выбрать себе в мужья любого из своих знатных приближенных. Но она ответила: «Княгиней я была, княгиней и останусь, и ничьей рабой не буду. А если ты сподобился святого крещения, то и я могу быть невестой Христовой» – и приняла монашеский постриг.

Затем князь приказал разгромить устроенное им некогда в Киеве капище. Кумиры были изрублены в щепки и сожжены. Однако руссы еще не до конца избавились от страха перед старыми богами и опасались прогневить Перуна. Его изваяние не было уничтожено. Идола привязали к конскому хвосту и потащили к Днепру. Процессию сопровождали 12 воинов, которые били кумира палками, чтобы изгнать из него бесов. Перуна проволокли до порогов, где и бросили во владениях печенегов. Таким образом главный языческий бог был отправлен в изгнание.

В Новгороде, куда были посланы Добрыня и епископ Иоаким Корсунянин, все повторилось. Изваяние Перуна было посечено и сброшено в Волхов.

После ниспровержения кумиров Владимир велел собрать всех жителей Киева на берег Днепра. Наступило незабываемое и единственное в своем роде утро крещения киевлян. Накануне князь Владимир велел объявить по городу: «Если кто не придет завтра на реку – богатый или бедный, нищий или раб – будет мне враг». Священное желание князя было исполнено беспрекословно: «в одно время вся земля наша восславила Христа со Отцом и Святым Духом». Там, при впадении речки Почайны в Днепр, над зашедшими в воду людьми – мужчинами, женщинами, детьми – греческие («царицины») и корсунские священники совершили обряд крещения.

Трудно переоценить глубину духовного переворота, совершившегося в русском народе, во всей его жизни, во всем мировоззрении. В чистых днепровских водах, как в «бане пакибытия», осуществилось таинственное преображение русской духовной стихии, совершилось духовное рождение народа, призванного Богом к невиданным еще в истории подвигам христианского служения человечеству. «Тогда начал мрак идольский от нас отходить, и заря Православия явилась, и солнце евангельское землю нашу осияло», – записывает летописец.

В память священного события, обновления Руси водою и Духом, установился в Русской Церкви обычай ежегодного крестного хода «на воду» 1 августа, соединившийся впоследствии с празднеством Происхождения Честных Древ Животворящего Креста Господня, общим с Греческой Церковью, и русским церковным празднеством Всемилостивому Спасу и Пресвятой Богородице (установленным святым Андреем Боголюбским в 1164 году). В этом соединении праздников нашло точное выражение русское богословское сознание, для которого неразрывны понятия «крещение» и «крест».

Всюду по Святой Руси, от древних городов до дальних погостов, повелел святой Владимир ниспровергнуть языческие требища, иссечь истуканов, а на их месте рубить по холмам церкви, освящать престолы для бескровной жертвы. Храмы Божии вырастали по лицу земли, на возвышенных местах, у излучин рек, на старинном пути «из варяг в греки», словно путеводные знаки, светочи народной святости. Прославляя храмоздательные труды равноапостольного Владимира, автор «Слова о законе и благодати», святитель Иларион, митрополит Киевский, восклицал: «Капища разрушаются, и церкви поставляются, идолы сокрушаются и иконы святых являются, бесы убегают, крест грады освящает». С первых веков христианства ведет начало обычай воздвигать храмы на развалинах языческих святилищ или на крови святых мучеников. Следуя этому правилу, князь Владимир построил храм в честь своего небесного покровителя – святого Василия Великого на холме, где ранее находился жертвенник Перуна, и заложил каменный храм Пресвятой Богородицы (Десятинный) на месте мученической кончины варягов Феодора и Иоанна.

Вскоре в Киев прибыл посвященный святым патриархом Николаем II Хризовергом на Русскую кафедру митрополит Михаил со свитой, клиром, многими мощами и другими святынями.

Царица Анна позаботилась о том, чтобы выписать знающих архитекторов и мастеров из Константинополя для постройки первого в русской истории каменного здания – собора Пресвятой Богородицы. Великолепный храм, призванный стать местом служения – кафедрой – митрополита Киевского и всея Руси, первопрестольным храмом Русской Церкви, строился пять лет. Он был богато украшен фресками, крестами, иконами и священными сосудами, привезенными из Корсуни. День освящения храма Пресвятой Богородицы – 12 мая (в некоторых рукописях 11 мая) был внесен в русские месяцесловы для ежегодного празднования. Событие это было соотнесено с существовавшим уже 11 мая праздником и связывало новый храм двойной преемственностью: под этим числом отмечено в святцах церковное «обновление Царьграда» – посвящение в 330 году равноапостольным императором Константином новой столицы Римской империи, Константинополя, Пресвятой Богородице; в тот же день при равноапостольной княгине Ольге в 960 году освящен в Киеве храм Софии Премудрости Божией. Таким образом равноапостольный князь Владимир, освящая кафедральный Богородичный собор, подобно Константину Великому посвящал стольный град земли Русской – Киев – Владычице Небесной.

Тогда же Владимиром была пожалована Церкви десятина от всех княжеских доходов, почему и храм, ставший центром общерусского сбора церковной десятины, нарекли Десятинным.

С Десятинной церковью и назначенным ее настоятелем Анастасом некоторые историки связывали начало русского летописания. При ней были составлены житие святой Ольги и сказание о варягах-мучениках Феодоре и Иоанне в их первоначальном виде, а также «Слово о том, как крестился Владимир, взяв Корсунь». Там же возникла позднее и ранняя, греческая, редакция жития страстотерпцев Бориса и Глеба.

Для утверждения веры в новопросвещенном народе нужны были ученые люди и школы для их подготовки. Поэтому князь Владимир вместе с митрополитом Михаилом посылали собирать у лучших людей детей и отдавать их в обучение книжное. Такое же училище устроил святитель Иоаким Корсунянин в Новгороде. Были подобные школы и в других городах. Все они способствовали развитию на Руси грамотности, книжного дела, культуры, расширению связей с Византией. При церковных и монастырских школах и библиотеках трудились греческие болгарские и первые русские художники-иконописцы, летописцы, переписчики и переводчики церковных сочинений.

Со временем Церковь стала высшим авторитетом по делам семейным и разбирала все семейные конфликты, призывая людей к человеколюбию, терпимости, уважению к родителям и детям, к личности женщины-матери. Она содействовала укреплению семьи. Влияла Церковь и на усиление единства Руси. Она выступала против междоусобиц. Церковные деятели не раз выполняли роль миротворцев в княжеских распрях.

Киевскую митрополичью кафедру при святом Владимире занимали последовательно святой Михаил († 15 июня 991), Феофилакт, переведенный в Киев с кафедры Севастии Армянской (991–997), Леонтий (997–1008), Иоанн I (1008–1037). Их трудами были открыты первые епархии Русской Церкви: Новгородская (первым ее предстоятелем был святитель Иоаким Корсунянин († 1030), составитель Иоакимовской летописи, Владимиро-Волынская, Черниговская, Переяславская, Белгородская и Ростовская. «Так по всем городам и селам воздвигались церкви и монастыри, и умножались священники, и вера православная цвела и сияла, как солнце».

Царевна Анна и ее окружение играли важную роль в церковном устройстве на Руси. Греческое духовенство, прибывшее с Анной из Константинополя и привезенное из Корсуни, столкнулось с трудной задачей. Им предстояло вести проповедь в этнически неоднородной, многоязычной стране. Миссионеры достигли цели, следуя несложным принципам. Они исходили из того, что религия должна быть единой для всей страны и всего народа и поэтому вели проповедь на славянском языке. Византия имела огромный опыт просветительской деятельности в Болгарии и других славянских странах. Болгары, в свою очередь, сыграли выдающуюся роль в приобщении Руси к духовным ценностям христианства. Русская письменность и книжность возникли на почве греко-болгарской христианской культуры.

Константинополь порой посылал на далекие глухие окраины не самых лучших и не самых образованных иерархов. В случае с Анной все было иначе. С ней были отправлены знающие и опытные люди, которым предстояло управлять Русью вместе с наследниками византийской царевны. Исследователи полагают, что русская митрополия была организована между 996 и 998 годом. Основанием для такой датировки послужил тот факт, что каменная Десятинная церковь была построена и освящена лишь в 996 году, а кроме того, в константинопольском перечне митрополий XI века Русская митрополия названа на одном из последних мест.

Итоги деятельности греческих миссионеров были впечатляющими. Со слов очевидцев, немецкий хронист Титмар Мерзенбургский в 1018 году описывал Киев как огромный город, имеющий несчетное количество жителей, восемь рынков и более 400 церквей. Значительно преувеличивая число киевских храмов, автор хроники верно передал общее впечатление всех, кто побывал в городе. В начале XI века Киев действительно имел вид крупного христианского центра с множеством деревянных домов и церквей.

***

Обращение в христианство в сильной степени повлияло и на самого князя Владимира. Ушли в прошлое его безнравственная жизнь и жестокость. Он стал более терпимым к людям, щедрым и милостивым к беднякам. Совсем отказался, было, от применения смертной казни даже к матерым разбойникам. Дошло до того, церковные иерархи вынуждены были напомнить ему о княжеских обязанностях судить и карать преступников.

Действенным оружием для защиты от степных язычников после крещения Руси часто становилась мирная христианская проповедь. В Никоновской летописи под 990 годом записано: «Того же лета пришли из болгар к Владимиру в Киев четыре князя и просветились Божественным крещением». В следующем году «пришел печенегский князь Кучуг, и принял греческую веру, и крестился во имя Отца и Сына и Святого Духа, и служил Владимиру чистым сердцем». Под влиянием святого князя Владимира крестились и некоторые видные иноземцы, например живший несколько лет в Киеве будущий норвежский конунг (король) Олаф Трюггвасон († 1000), а также знаменитый Торвальд Путешественник – основатель монастыря святого Иоанна Предтечи на Днепре под Полоцком, и другие. В далекой Исландии поэты-скальды назвали Бога «хранителем греков и русских».

Средством христианской проповеди были и знаменитые пиры святого Владимира. По воскресеньям и большим церковным праздникам после литургии выставлялись для киевлян обильные праздничные столы, звонили колокола, славословили хоры, «калики перехожие» пели былины и духовные стихи. Например, 12 мая 996 года по случаю освящения Десятинной церкви князь устроил большой пир, «щедро раздавая милостыню убогим, и нищим, и странникам, и по церквам, и по монастырям». Пиры устраивались также в честь побед киевских богатырей, полководцев Владимировых дружин – Добрыни, Александра Поповича, Рогдая Удалого. Если люди по болезни не могли придти к князю за стол, он приказывал возить пищу – хлеб, мясо, рыбу, овощи, мед, квас – по городу и предлагать ее всем нуждающимся, «чтобы все приходили и ели, прославляя Бога». Такой же порядок он ввел и в других городах и землях Руси. Это было неслыханно в тогдашнем мире и принесло Владимиру любовь и славу народа. По существу при нем на Руси было положено начало системы благотворительности, которую инициировал и поддерживал сам великий князь.

***

После заключения соглашения между Василием II и Владимиром отношения между двумя державами вступили в новую фазу. Ни с каким другим независимым государством Европы Византия не была тогда столь тесно связана, как с Русью. Обе правящие династии были скреплены тесными родственными узами.

В Византии сложилось два центра, к которым тяготели все русские люди, по той или иной причине оказавшиеся в империи. Одним из них стал русский монастырь на Афоне – Ксилургу («Древодел»), основанный, по-видимому, на рубеже X–XI веков в силу особой договоренности между правителями обеих стран. Первое упоминание о нем относится к 1016 году. Русские паломники стали частыми гостями на Афоне, а также в Константинополе и в далеком Иерусалиме.

Гораздо большую роль играл русский центр в столице империи. Здесь создалось своеобразное землячество, объединявшее не только купцов и дипломатов, но и военных, служивших в византийском войске, паломников, путешественников, духовных лиц. Русская колония в столице империи была, по всей вероятности, многочисленна и составляла, с точки зрения византийских государственных деятелей, определенную политическую и военную силу. С русскими в Константинополе находились в тесном общении норманские купцы и воины. Норманские наемники входили, по-видимому, и в состав русского корпуса.

На Руси, прежде всего в Киеве, в свою очередь появилось греческое население: штат греческого митрополита, возглавившего Русскую Православную Церковь, византийские архитекторы, живописцы, мозаичисты, стеклоделы, певчие. Многие епископские кафедры древнерусского государства были заняты греками.

Отношения между Византией и Русью не претерпели существенных изменений и после смерти Владимира. До войны 1043 года мирные дипломатические и торговые сношения Византии с Русью развивались непрерывно. Более того, можно предполагать, что в это время постепенно возрастала не только военная, но и политическая роль русских в Византии.

***

Эпоха святого Владимира была ключевым периодом для государственного становления православной Руси. Объединение славянских земель и оформление государственных границ державы Рюриковичей происходили в напряженной духовной и политической борьбе с соседними племенами и государствами. Крещение Руси, принятое от православной Византии, было важнейшим шагом в ее государственном самоопределении.

Главным врагом князя Владимира стал Болеслав Храбрый, получивший королевскую корону из рук папского легата. В его планы входило широкое объединение западнославянских и восточнославянских племен под эгидой католической Польши. Это противостояние, начавшееся в то время, когда Владимир был еще язычником, с новой силой возобновилось в последние годы его жизни. В 1013 году в Киеве был раскрыт заговор против Владимира: Святополк Окаянный, женившийся на дочери Болеслава, рвался к власти. Вдохновителем заговора был духовник Болеславны, католический епископ Колобжегский Рейнберн. Заговор Святополка и Рейнберна был прямым покушением па историческое существование Русского государства и Русской Церкви. Святой Владимир принял решительные меры. Все трое были арестованы, и Рейнберн вскоре скончался в заточении. Сам Владимир не мстил гонящим и ненавидящим его. Так, например, принесший притворное покаяние Святополк был выпущен из темницы.

Новая беда назревала на Севере, в Новгороде. Ярослав, еще не столь мудрый, каким он вошел позже в русскую историю, ставший в 1010 году держателем новгородских земель, задумал отложиться от своего отца, завел отдельное войско, перестал платить в Киев обычную дань и десятину. Единству Русской земли, за которое всю жизнь боролся святой Владимир, угрожала опасность. В гневе и скорби князь повелел «мосты мостить, гати гатить» – готовиться к походу на Новгород. Но силы его были на исходе. В приготовлениях к своему последнему, к счастью, несостоявшемуся походу креститель Руси тяжело заболел и предал дух Господу в селе Спас-Берестове 15 июля 1015 года. Он правил Русским государством 37 лет (978–1015), из них 28 лет прожил в святом крещении.

***

Немногие имена на скрижалях истории могут сравниться по значению с именем святого равноапостольного Владимира († 1015; память 15/28 июля), крестителя Руси, на века вперед предопределившего духовные судьбы Русской Церкви и русского православного народа. Имя и дело святого равноапостольного Владимира, которого народ назвал Красным Солнышком, связано со всей последующей историей Руси и Русской Церкви. «Им мы обожились и Христа – Истинную Жизнь – познали», – засвидетельствовал святитель Иларион. Подвиг его продолжили его сыновья, внуки и правнуки, владевшие Русской землей в течение почти шести столетий: от Ярослава Мудрого, сделавшего первый шаг к независимому существованию Русской Церкви, до последнего Рюриковича – царя Феодора Иоанновича, при котором в 1589 году Русская Православная Церковь стала пятым самостоятельным патриархатом в диптихе Православных Автокефальных Церквей.

Празднование святому равноапостольному Владимиру было установлено святым Александром Невским после того, как 15 мая 1240 года, помощью и заступлением святого Владимира, им была одержана знаменитая Невская победа над шведскими захватчиками.

Но церковное почитание святого князя Владимира началось на Руси значительно раньше. Святитель Иларион, митрополит Киевский († 1053), в «Слове о законе и благодати», сказанном в день памяти святого Владимира, называет его «во владыках апостолом», «подобником» святого Константина Великого, и сравнивает его апостольское благовестие Русской земле с благовестием святых апостолов.

pravoslavie.ru

Князь Владимир основал город Владимир сразу после крещения Руси

Владимирцы могут считать этот праздник больше своим, чем многие другие. Ведь крестил Русь как раз князь Владимир Святославович, которого считают основателем нашего города. Не зря у нас целых два памятника князю Владимиру — на смотровой площадке в парке Пушкина и на Большой Московской. В общем, день крещения Руси — это отличный повод узнать немного больше об основателе города Владимира и о том, как проходило крещение.

1. Русь была христианской и до Владимира

На самом деле князь Владимир не принес христианство на территорию Руси. Большинство современных историков согласны с тем, что христиане на Руси появились задолго до князя Владимира. Еще в IX веке христианство принимают киевские князья Аскольд и Дир (по данным историка Татищева, с ними крестилась даже вся дружина, весь Киев, после чего была основана киевская епархия с митрополитом). Просто после этого на Руси произошел политический переворот. И «оппозиция» при этом ориентировалась на языческую партию в Киеве.

Борьба с переменным успехом христианства и язычества продолжалась более ста лет. И даже князь Владимир начал с того, что вновь вернул силу язычеству, возродив культы Перуна и Дажбога с человеческими жертвоприношениями. И лишь к 988 году он решает стать православным. А став христианином, Владимир начал христианизировать и всех остальных русичей.

2. Владимирцев крестили одними из первых

Для Владимира христианизация Руси стала, по сути, политической программой. Заключив союз с Византией, он обязан был показать, что принял православие не просто для красного словца. Если судить по летописям того времени, первым делом Владимир приказал уничтожить языческие капища и истребить идолов по всей Руси, а на месте капищ воздвигать христианские храмы.

А после этого отправился в поход, дабы покрестить другие города. Первыми в этом списке оказались Суждаль, Китеж-Залесский (Владимир) и Ростов. В Ипатиевской летописи сказано: «в лето 6498-е пойде Володимер в землю Словенскую и страну Залесскую, в Суздальстей области и в Ростоветей, и постави тамо над рекою Клязьмою град, и нарече его первым своим именем Владимир, и созда церковь Пресвятыя Богородицы соборную; повеле же людей крестити повсюду и церкви ставити, даде же им первого епископа Феодора».

Проще говоря, в 990 году, князь Владимир основал город на Клязьме, дав ему свое имя. При этом вдобавок к местному населению он привел часть киевлян, крещённых ранее. А церковь он построил деревянную. По преданию церковь эта была построена из дубового леса, простояла 165 лет и была уничтожена пожаром.

3. Почему одни крестились легко, а другие с боем?

Русь уже к X веку можно смело считать многоконфессиональным государством. Причем, чем южнее территории, тем больше там было христиан, тогда как на севере Руси к моменту начала крещения Руси язычников было большинство.

Вот поэтому в Киеве крещение народа прошло сравнительно мирно, в то время как в Новгороде оно сопровождалось восстаниями народа и подавлением их силой. Если прийти сейчас, скажем, в определенные области Индии и начать там поголовно всех крестить, вполне можно получить похожие результаты.

4. Князь Владимир был многоженцем

Он состоял в нескольких официальных языческих браках, в частности, с полоцкой княгиней Рогнедой, а также с оставшимися безымянными для истории — «чехиней» и «болгарыней». Кроме того, Владимир сделал наложницей беременную вдову своего брата Ярополка, греческую монахиню, похищенную Святославом во время одного из походов.

Даже после крещения Владимир состоял предположительно в двух последовательных христианских браках — с византийской царевной Анной и, после её смерти, с неизвестной «мачехой Ярослава».

Всего у Владимира только официально было тринадцать сыновей и не менее десяти дочерей. Историки предполагают, что ещё несколько дочерей просто не попали в летописи.

5. Наследие князя-крестителя

Особое внимание ко дню памяти святого Владимира было привлечено в 1888 году, по случаю празднования 900-летия Крещения Руси. Тогда в связи с празднованием юбилея в Российской империи был воздвигнут ряд Князь-Владимирских храмов.

Но, кстати, князя Владимира почитают и католики. Все просто — он жил до раскола христианской церкви (1054), поэтому считается католической церковью таким же католиком, как и православным.

После распада СССР князя Владимира вновь стали почитать. Причем и как святого, и как государственника. Русская церковь чтит его память в день его преставления — 15 июля по юлианскому календарю. А в России введен праздник — день Крещения Руси. С 2002 года святой Владимир считается небесным покровителем внутренних войск МВД России. Его образ освящён в Главной иконе внутренних войск, которая хранится в Преображенской церкви Храма Христа Спасителя.

www.vladimir.kp.ru

Где крестился Владимир!: well_p — LiveJournal

Учебный атлас по древней истории. Карты переделаны с карт, помещенных в книге немецкого историка XVII в. Христофора Целлария: Christophori Cellari, Smalgaldensis geographia antiqua… -[S.l., 16.?]. Изданы на русском языке со значительными изменениями и дополнениями.
В ней карты, где местности названы так, как они именовались в древности. Есть в ней и Херсонес Таврической:

Но есть, оказывается еще один Херсонес.Прямо рядом с ЦарьГрадом.Причем тут ЦарьГрад назван Византией.Рядом с ним, в правом верхнем углу, Босфор. Препонт это Мраморное море а Геллеспонт сейчас называется пролив Дарданеллы. И рядом с ним полуостров Херсон.

Сейчас этот полуостров называется Галлипольский.В этой статье из Вики даже есть такой абзац: В античные времена, полуостров Галлиполи был более известен как Херсонес Фракийский (греч. Χερσoνησoς Θραικια). Известен город Херсонес Фракийский, основанный афинянами в VI в. до н.э. и связанный с именем Мильтиада.

И это не единственная карта, где этот полуостров назван Херсонесом.
Книга: The History of Ilium Or Troy: Including the Adjacent Country, and the Opposite Coast of the Chersonesus of Thrace .Richard Chandler
Nichols and Son, Red Lion Passage, Fleet Street, 1802 — Всего страниц: 167.

В принципе это хорошо согласуется с официальной историей, выдержку из которой я привел выше. Угрожать Константинополю именно с этого Херсонеса как то проще чем из Крыма.Да и креститься тут в греческую веру как то логичнее чем в далеком Крыму.
Хотя конечно как там было на самом деле мы никогда не узнаем, к сожалению.

well-p.livejournal.com

Как крестился князь Владимир

Как крестился князь Владимир

27 мая мощи святого равноапостольного князя Владимира отправятся из Храма Христа Спасителя в Москве в путешествие по городам России и Белоруссии. До 1 декабря святыне смогут поклониться жители 45 российских и пяти белорусских городов. Принесение мощей — одно из ключевых мероприятий в честь тысячелетия преставления святого князя Владимира.

«Русская планета» вспоминает, при каких обстоятельствах крестился князь, ставший святым, действительно ли к нему ходили послы от разных конфессий и была ли на самом деле произнесена фраза, что «Веселие на Руси есть питие».

Испытание вер

«Повесть временных лет» свидетельствует: в 986 году у князя Владимира побывали четыре делегации – от болгар-магометан, от «латинян» из Рима, от хазарских евреев и от греков-византийцев. Все они рассчитывали склонить русского князя к своей вере, презентуя ее преимущества. Из всех делегатов Владимир дольше всего разговаривал с посланцем из Византии, а всех остальных визитеров отверг довольно быстро.

Магометан (мусульман) он спросил: «В чем вера ваша?» И те рассказали князю про обрезание и запрет на вино и свинину. Но за это, сказали они, «даст Магомет каждому по семидесяти красивых жен» (Здесь и далее цитаты из летописи даны в переводе академика Д.С. Лихачева — РП). Владимир «слушал их всласть — так как и сам любил жен. Но вот, что было ему нелюбо: обрезание и воздержание от свиного мяса. А о питье, напротив, сказал он: «Руси есть веселие пить»».

Римских «латинян», явившихся вслед за болгарами, русский князь отослал со словами: «Идите, откуда пришли, ибо отцы наши не приняли этого». А иудеев-хазар спросил, где их земля, и, услышав, что Бог рассеял иудеев по разным землям, заключил: «Если бы Бог любил вас и закон ваш, то не были бы вы рассеяны по чужим землям. Или и нам того же хотите?»

Византийского посланца, которого летопись называет «философом», Владимир слушал долго и с интересом, но все же окончательного решения о выборе веры так и не принял.

На следующий год (987) князь уже сам отправил по разным землям гонцов, чтобы узнать, «кто как Богу служит». Гонцы вернулись, наиболее впечатленные службой в Царьграде (Константинополе): «Не знали где мы — на небе или на земле, ибо нет на земле такого зрелища и красоты такой». Тогда-то князь и решил принять крещение по греческому обряду, и бояре поддержали его.

Вопрос преображения

Историки задаются вопросом: зачем вообще Владимиру понадобилось менять веру? Почему и как произошел поворот, превративший язычника в христианина?

Летопись только усложняет поиск ответа, сообщая: всего за несколько лет до крещения Владимир ставил языческих идолов в Киеве. А после одного из удачных походов принес богам человеческую жертву, жребий пал на христианского юношу, и когда отец-варяг вступился за него, убили обоих.

Через Русь шел путь «из варяг в греки», под боком была блистательная Византия, Владимир видел в христианстве объединяющее начало для своих земель и одновременно желал вступить в родство и стать вровень с византийскими императорами. Такую трактовку дают арабские историки Яхья Антиохийский (XI век) и Эльмакин (XII век).

Древнерусские источники, напротив, совсем отвергают внешние причины смены веры. Митрополит Киевский Иларион (XI век) в «Слове о законе и благодати» пишет: «Пришло на него посещение Вышнего. И воссиял в сердце его разум». Той же буквы держится монах Иаков Черноризец (XI век).

Архиепископ Филарет (Гумилевский) (XIX век) так резюмировал сказанное в русских летописных текстах: «Ужасное братоубийство, победы, купленные кровью чужих и своих, сластолюбие грубое — не могли не тяготить совести даже язычника. Владимир думал облегчить душу тем, что ставил новые кумиры на берегах Днепра и Волхова. Но все это не доставляло покоя душе — душа искала света и мира».

Как крестился князь Владимир

Павильон, построенный на предполагаемом месте крещения князя Владимира и Владимирский кафедральный собор в национальном заповеднике «Херсонес Таврический». Фото: Артем Геодакян / ТАСС

Интересно, что версию «испытания вер» князем Владимиром, изложенную в летописном тексте, также принимают не все ученые. Профессор Евгений Голубинский в XIX веке заявлял, что «все это выдумки, и быть этого не могло» — как и фраза про «веселие на Руси питие есть». Ученый ссылался на тексты монаха Иакова и митрополита Илариона, написанные раньше «Повести временных лет» — ни в одном из них нет упоминаний о том, что к Владимиру приходили «представлять» свои религии гонцы, и имели место описанные диалоги между ними.

Прощание с Перуном

Выбрав, какой веры держаться, князь крестился не сразу. Летом 988 года Владимир послал в Византию шесть тысяч воинов, чтобы помочь удержаться на троне императору Василию II — его пытался сместить собственный военачальник. В обмен на помощь Владимиру обещали руку сестры императора, 26-летней Анны.

Свою часть договора греки не выполнили, и тогда князь пошел брать Анну силой, начав с того, что осадил и взял византийский Херсонес (Корсунь) в Крыму. «Не отдадите Анну, сделаю столице то же, что и этому городу», —приводит слова Владимира летопись.

Греческий закон запрещал выдавать отпрысков императорской семьи за некрещеных. Так гласил закон, установленный еще Константином Великим. Греки взмолились: «Крестись, и отдадим сестру». При этом сама Анна замуж за князя-варвара не хотела: сравнивала возможный брак с пленом и заявляла, что «лучше бы ей умереть здесь». Ее убеждали: «Может быть, обратит тобою Бог русскую землю к покаянию, а греческую землю избавишь от ужасной войны». Тем временем Владимир окончательно решился и ответил грекам: «Пусть крестят меня, пришедшие с вашей сестрою». Наученный отношениями с греками, сначала он хотел увидеть невесту, а уже затем пройти таинство.

В назначенный день к берегу Корсуни причалила ладья. В ней была Анна, а с ней сановники и пресвитеры. Летопись сообщает, что в этот день князь Владимир ослеп. Анна сказала ему: «Если хочешь избавиться от болезни, то крестись поскорей. Если же не крестишься, то не сможешь избавиться от недуга своего». Летописец резюмирует: епископ, огласив, крестил Владимира, и когда возложил руку на него, тот тотчас же прозрел.

Увидев это, вслед за князем приняла крещение и дружина. По возвращению домой, в Киев, одним первым делом срыли языческих идолов: «Одних изрубили, других сожгли. Перуна же князь приказал привязать к хвосту коня и волочить с горы к Днепру и приставил 12 мужей колотить его палками».

Делалось это не потому, что дерево что-нибудь чувствует, добавляет летописец, а для поругания беса: «Чтобы принял он возмездие от людей».

Эта трактовка созвучна с некоторыми святоотеческими творениями. Официальная наука связывает появление язычества с неосведомленностью людей о мире, благодаря которой стихиям, не зная, как объяснить их иначе, приписывали божественные свойства. В то же время, представители христианской мысли часто видели в языческих идолах именно бесов — связывая это с ветхозаветным эпизодом книги Бытия о неких брачных отношениях между «сынами Божиими» и «дочерьми человеческими» (под «сынами Божьими» одна из богословских версий имеет в виду падших ангелов, низринутых с неба), последующим появлении на земле «гигантов-исполинов» и разврате человечества, который остановил всемирный потоп. Таким образом, языческих идолов некоторые христиане воспринимали как памятники бесовским явлениям, описанных в Ветхом Завете.

Возвращаясь к житию святого Владимира, скажем, что наука и здесь спорит, подвергая сомнению истинность Корсунской легенды. Антон Карташев, историк церкви, ссылаясь на сочинения монаха Иакова, утверждает: Владимир крестился еще в 987 году, и, вероятно, это произошло в Киеве или в Василеве, где находилась «резиденция» князя. Корсунь же Владимир взял на третье лето по крещении, полагает Карташев.

Заочно Карташеву апеллирует Николай Карамзин, автор «Истории государства Росссийского»: «Довольно и того, что Владимир, приняв Веру Спасителя, освятился Ею в сердце своем и стал иным человеком. Главное право его на вечную славу и благодарность потомства состоит в том, что он поставил Россиян на путь истинной Веры; но имя Великого принадлежит ему и за дела государственные. Сей Князь отражал набеги хищных соседей, расширил пределы Государства на Западе; старался просветить Россию, населил пустыни, основал новые города; завел училища и призывал из Греции не только Иереев, но и художников; наконец, был нежным отцом народа бедного».

topwar.ru

В каком городе князь владимир принял крещение?

ДВЕ ВЕРСИИ ПРИНЯТИЯ ХРИСТИАНСТВА СВЯТЫМ РАВНОАПОСТОЛЬНЫМ КНЯЗЕМ ВЛАДИМИРОМ В ПАМЯТНИКАХ РУССКОЙ ПИСЬМЕННОСТИ XI—XIV ВЕКОВ
Среди памятников древнерусской литературы, сохранивших свидетельство о начальной поре Русской Церкви, «Память и похвала» Мниха (монаха) Иакова известна, скорее, специалистам-историкам, чем широкому кругу православных христиан. Подлинность этого свидетельства некоторое время вызывала сомнение исследователей, так как версия принятия христианства князем Владимиром, изложенная в «Памяти», как и некоторые моменты его биографии, противоречит принятой в летописи. Изучение текста «Памяти и похвалы», сравнение его с другими источниками позволило установить принадлежность его к древнейшему периоду русской письменности (70-е годы XI века)1, а следовательно, и то, что в древности не существовало единого представления о личности князя Владимира до принятия Крещения и о самом Крещении как историческом событии.
Чем же концепция «Памяти» отличается от летописной и о каких еще текстах в этой связи может идти речь? Противоречивы, прежде всего, представления о характере Владимира-язычника: был ли он, как утверждает летопись, типичным примером правителя-варвара, лишенного вовсе нравственной готовности принять христианство, или же его характер и душевный настрой естественным путем привели его к Крещению, как считают писатели XI века: митрополит Иларион, преподобный Нестор и автор «Памяти»? Оба мнения в равной степени гипотетичны с точки зрения исторической достоверности и оба имеют подтверждение в истории христианства, ибо разными путями Господь приводит человека к христианской вере. Летописный образ князя Владимира до Крещения напоминает личность апостола Павла, в язычестве — ярого гонителя христиан; долетописный образ его явно ориентирован на житие преподобного Евстафия Плакиды, которого Господь помиловал именно за его доброту.
Более принципиальный характер имеют различные представления летописи и «Памяти» о времени, месте и обстоятельствах Крещения князя Владимира. Самая известная русская летопись, «Повесть временных лет», под 988 годом приводит подробный рассказ о том, как князь Владимир отправился в греческий город Корсунь и после продолжительной осады взял его, воспользовавшись предательством корсунянина по имени Анастас; угрожая опустошить таким же образом Царьград, русский князь потребовал себе в жены византийскую царевну, на что цари Василий и Константин согласились с условием: Владимир должен креститься. Этот известный рассказ, как и сама летопись, появился не ранее последней четверти XI века, то есть через столетие после описываемых событий. В более древних свидетельствах подобной версии нет. В них сказано, что князь Владимир крестился дома (в Киеве или Василеве), а через два года после Крещения решил обратить в христианскую веру весь народ и отправился в Корсунь, чтобы, взяв греческий город силой, потребовать, уже в качестве победителя, наставников в правой вере: себе — жену-христианку, а народу — священнослужителей2.
Эти разногласия в древнерусских памятниках тесно связаны с предыдущими: там, где проводится «корсунская» линия Крещения, языческий образ князя Владимира отмечен знаком Савла, а где личное Крещение князя и корсунский поход разделяют два года — он сравнивается с Евстафием Плакидой. Нетрудно заметить, что в источнике, которым воспользовался летописец, образ князя Владимира снижен и даже несколько осмеян (поехал добывать невесту — и крестился). Авторами другого направления руководит любовь и чувство сопричастности к его описанию истории своего народа, которые и определяют «авторское» отношение к «герою» и выбор средств. И дело здесь не в том, что «Повесть временных лет» — произведение светской литературы, а «Слово о Законе и Благодати», «Память и похвала», «Чтение о Борисе и Глебе» написаны людь-
ми духовного звания. Напротив, вся проложная литература о святом князе Владимире находилась в прямой зависимости от летописи, а некоторые жития превзошли летопись в изобретении циничных подробностей биографии великого крестителя Руси.
Идейный смысл этих противоречий нужно искать в характере взаимоотношений между Русской и Греческой Церквами при Ярославе Мудром — в напряжении, которое было вызвано желанием Киевской Руси видеть свою Церковь более независимой, чем хотелось бы Константинополю. В начале 40-х годов XI века это напряжение охватило все уровни церковной и гражданской жизни Киева, оно было тесно связано с подъемом национального самосознания и, наконец, в 1043 году разрешилось прямым вызовом Константинополю (война 1043—1046 годов)3: дипломатические отношения с Византией на время были прерваны, и во главе Русской Церкви был поставлен русский митрополит. В «Слове о Законе и Благодати» (приблизительно 1049 год) митрополит Иларион в иносказательной форме обосновал право «нового народа» самостоятельно решать проблемы своей Церкви и в форме «Похвалы» изложил программу канонизации князя Владимира, которой в числе прочих дел, прославляющих Русскую Церковь, добивался Ярослав Мудрый. Одним из источников «Повести временных лет» академик Д. С. Лихачев считает «Сказание о распространении христианства на Руси». Оно написано примерно в то же время, идейно и стилистически связано со «Словом» митрополита Илариона. Оба произведения имеют единую установку: «прославить благочестие русских людей» и «опровергнуть греческую точку зрения на Русь»4, не увлекаясь «передачей самих событий», а обращая внимание, главным образом, на их «сокровенный» смысл. (Эти черты литературы «эпохи противостояния» восприняли писатели следующего поколения, Иаков и Нестор, которые, скорее всего, жили уже в атмосфере идеологического давления Греческой Церкви и писали, как говорится, «в стол»).
В последний год жизни Ярослава Мудрого, и особенно после его смерти († 1054), это напряжение разрыва с Церковью-Матерью (а с другой стороны — свободного творческого горения) постепенно ослабело: Русское государство пошло на уступки, вассальная зависимость Русской Церкви была восстановлена (кафедру Киевской митрополии занял грек Ефрем — 1055 год). Следующим этапом была ликвидация последствий независимого существования Русской Церкви в период княжения Ярослава Мудрого — свободного национального творчества в Церкви. Сделать это было нетрудно, так как книжная культура (особое значение здесь имеет, конечно, летописание) постепенно переходит к грекам или находится под сильным влиянием греческих церковно-исторических установок. После занятий киевской митрополии греческим митрополитом проводником «русской идеи» и центром летописания становится Киево-Печерский монастырь, воспитавший автора «Памяти» и преподобного Нестора. Однако в начале 90-х годов греческий ставленник-митрополит изымает летопись из монастыря и в дальнейшем осуществляет контроль над летописанием. Последним звеном в процессе нейтрализации национального элемента в церковном самосознании было составление так называемой «Корсунской легенды» (80—90-е годы)5, которая внесла окончательную редакцию в летописное повествование о Крещении Руси и обрисовала черты канонического жития святого князя Владимира.
Как установил академик А. А. Шахматов, к Корсунской легенде восходят и сама идея соединения Крещения князя Владимира с походом его на Корсунь, и наиболее неприглядные моменты его «биографии»: рассказ о блудной жизни Владимира-язычника, разбойничьи цели корсунского похода (мотив добывания невесты), варварское обращение с гражданами покоренного города и др. Составителями легенды, как считал ученый, были потомки корсунского духовенства или люди близкого круга, так как именно им было выгодно подчеркнуть значение родного города в истории Русской Церкви: «Взятие Корсуня» (…) совпадает с началом просветительской деятельности корсунского духовенства на Руси. Приурочение Крещения Владимира ко времени этого взятия было для корсунцев логически необходимым, а между тем, как мы уже знаем, Владимир крестился в Киеве и крестился за два года до своего похода на Корсунь. Итак, исторические факты — осада и взятие Корсуня, а затем женитьба Владимира на Анне — должны были подвергнуться своеобразному освещению и, так сказать, принудительному толкованию со стороны корсунцев, прежде всего со стороны корсунского духовенства 6.
Основные моменты Корсунской легенды вошли в Начальный летописный свод (приблизительно 1093 год) — главный источник «Повести временных лет». Но автор «Повести», помимо Начального свода, использовал и другие, более ранние тексты, которые были авторитетными и для митрополита Илариона, и для монаха Иакова — писателей «русской» ориентации. Одним из них академик Д. С. Лихачев считал «Сказание о распространении христианства на Руси». «Сказание» возникло во второй половине 40-х годов при храме во имя святой Софии, основанном Ярославом Мудрым, и должно было осветить события церковной истории Руси правильно, то есть с русской, а не с византийской точки зрения. «Мысль о праве Руси на культурную и церковную самостоятельность, — пишет ученый, — пронизывает собою «Сказание». Его автор прославляет благочестие русских людей, подводит мысль о свободном, а не подневольном принятии Русью христианства и о равенстве всех народов»7. Таким образом, в «Повести временных лет»
как бы уравновесились две противоположные концепции Крещения — «корсунская» и «русская», — и резкий, пренебрежительный тон Корсунской легенды был нейтрализован патриотическим пафосом «Сказания о распространении христианства на Руси».
Этого нельзя сказать о житиях, авторы которых полностью доверились вымыслам Корсунской легенды. Меньше всего от Корсунской легенды отклонилось в интерпретации событий так называемое Житие особого состава (из рукописного сборника XVII века купца Плигина8), возникшего, по мнению А. А. Шахматова, в глубокой древности (не позднее XII века). Автор этого жития с такой широтой повествует о блудной жизни князя Владимира до крещения, что приписывает желание «творить беззаконие» стоящему перед святой купелью. В отличие от «Повести временных лет», автор которой все же пытается согласовать вымысел легенды с логикой (князь Владимир так легко соглашается с условием женитьбы на византийской царевне потому, что еще раньше сам надумал креститься), Плигинское житие изображает Крещение Владимира как случайное следствие его «беззаконных помыслов».
* * *
Мы проследили пути возникновения двух столь различных версий о принятии христианства святым равноапостольным князем Владимиром — «русской» и «греческой». Напомним главные моменты расхождений. В произведениях «русской» ориентации9 утверждается, что князь Владимир принял Крещение на родине, и это было актом свободного выбора, которому предшествовало соответствующее воспитание и внутреннее расположение; через два года он пошел на Корсунь, чтобы потребовать от лица победителя священников, которые «научили бы народ закону христианскому», и закрепить брачным соглашением вступление своего государства в семью христианских народов. Корсунская легенда и зависимые от нее памятники10 отрицают самостоятельность выбора, изображают характер Владимира-язычника, не щадя чувства национальной гордости русского народа, и приурочивают Крещение к Корсунскому походу, считая это событие делом случая, которым воспользовалось греческое духовенство.
Точка зрения на интересующие нас события наиболее подробно развита в «Памяти и похвале князю русскому Владимиру» — произведении монаха Киево-Печерского монастыря Иакова11 Риторическое по жанру и довольно безыскусное по стилю, это произведение не оставляет сомнения в том, что его автор поставил перед собой цель высветить самые спорные, больные моменты начального периода христианства на Руси и дать им правильное, то есть с русской точки зрения, толкование. Особую ценность придает «Памяти» включенный сюда текст так называемого «Древнего жития князя Владимира». Неизвестно, сам ли автор включил этот памятник в повествование или позже это сделал один из редакторов «Памяти», но произошло это, по-видимому, не случайно. Древнее житие (далее — ДЖ) князя Владимира, которое начинается словами «Блаженный же князь Владимир внукъ Ольгинъ», — самое древнее из сохранившихся житийных сказаний о крестителе Руси (последняя четверть XI века). Проведенная в ДЖ хронология событий, относящихся к Крещению святого Владимира, противоречит принятой в «Повести временных лет», но подтверждает свидетельски митрополита Илариона о том, что самостоятельное решение принять христианскую веру никак не связано с походом князя Владимира на Корсунь и проповедью греков. Таким образом, позиция автора «Памяти», выраженная, как и в «Слове о Законе и Благодати», в форме риторического убеждения, была подкреплена указанием точных дат личного Крещения князя Владимира (987) и корсунского похода (989)12.
Публикуя материал к 1000-летию Русской Церкви, мы хотим напомнить читателю о существовании в древнерусской церковной письменности двух версий о принятии Крещения святым Владимиром, поэтому следом за «Памятью и похвалой» предлагается перевод другого жития, которое целиком отражает концепцию «Повести временных лет», хотя долгое время его автором ошибочно считали Иакова. Перевод и примечание сделаны А. Белицкой по изданию: Срезневский В. И. «Память и похвала» князю Владимиру и его житие по списку 1494 г » — СПб., 1897.
Диакон Александр Мумриков,
А. Белицкая
ПРИМЕЧАНИЯ
1 См труды: Макарий, митрополит. История Русской Церкви. Т. I, II. СПб., 1857. Голубинский Е.Е., профессор. История Русской Церкви. Т. I. М., 1880. Шахматов А. А. Корсунскя легенда о крещении князя Владимира. СПб., 1898. Серебрянский Н. И. Древнерусские княжеские жития. М., 1915 и др.
2 Кажущееся противоречие в действиях князя Голубинский Е. Е. (История Русской Церкви. Т. I, 1-й полутом, с. 139) объясняет его желанием вступить в сношения с греками на равных, а это возможно было только с позиции силы, с позиции победителя, диктующего свои условия: «греки были не папа (римский. — Ред.), однако и у них была сильная наклонность смотреть на народы, принимавшие их веру и становящиеся в церковную от них зависимость как на народы себе подручные, и в отношении политическом как на своих вассалов».
3 Как известно, одной из причин похода 1043—1046 годов было желание князя Ярослава добиться от Греческой Церкви права свободно решать вопросы внутренней церковной жизни.
4 Лихачев Д. С. Русские летописи и их культурно-историческое значение. М.—Л., 1947, с. 72. .
5 Исследование этого памятника принадлежит академику Шахматову А. А. См. его кн.: Корсунская легенда о крещении князя Владимира. СПб., 1905.
6 Шахматов А. А. Корсунская легенда о крещении князя Владимира. — СПб., 1906, с. 59.
7 Лихачев Д. С., академик. Указ. соч., с. 71.
8 Издано М. Г. Халанским в его книге: «Экскурсы в область древних рукописей и старопечатных изданий». — Харьков, 1902.
9 «Древнейшим летописном своде», «Сказании о распространении христианства на Руси», «Слово о Законе и Благодати» митрополита Илариона, «Памяти и похвале князю русскому Владимиру» Иакова, «Чтении о св. Борисе и Глебе» преподобного Нестора.
10 Начальный летописный свод, «Повесть временных лет» и жития святого Владимира XII—XIV веков.
11 См. прим. 1 к переводу памятника.
12 См. подробнее о ДЖ в прим. 22 к публикуемому переводу.
Метки: архивы_источники_документы, версии и прогнозы, история, легенды, литература, правители, православие, религии, русь, христианство
3 комментария | Оставить комментарий

topask.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о