Открыл трою – Шлиман, Генрих — Википедия

Искатель сокровищ Генрих Шлиман и его Троя | История | DW

Археология шла к тому, чтобы считаться академической наукой, несколько веков. В ее долгой истории были и охотники за сокровищами, и искатели приключений. На стыке науки и авантюры стоял Генрих Шлиман (Heinrich Schliemann) — искатель сокровищ и один из основателей современной археологии в одном лице.

Авантюрист

Генрих Шлиман

Бурная жизнь немецкого купца была совсем не похожа на биографию ученого. Родившийся 6 января 1822 года в бедной семье, начинавший мальчиком на побегушках у бакалейщика, Шлиман в 24 года становится представителем известным амстердамской компании в Санкт-Петербурге, а еще через несколько лет — успешным купцом первой гильдии, российским подданным и одним из крупнейших поставщиков русской армии в Крымской войне. Авантюрная жилка проявлялась у него не раз. Еще в 19 лет он пытался отправиться в Венесуэлу, но потерпел кораблекрушение, а в 1850 году на несколько лет переселился в США в разгар золотой лихорадки и удвоил свое состояние, ссужая деньгами золотодобытчиков. Все это время он грезил мифами Древней Греции, но никогда не занимался наукой всерьез.

Лишь в 1858 году Шлиман кардинально меняет судьбу, за несколько лет ликвидирует свое предприятие и начинает вести жизнь интеллектуала-путешественника. В возрасте 44 лет он поступает студентом в Сорбонну, изучает филологию и литературу. 15 августа 1868 года, во время поездки по Греции, он встречает британского дипломата Фрэнка Калверта. Их объединяет не только страсть к греческим мифам и к великой «Илиаде» Гомера, но и сам подход к древнему тексту.

Сцены Троянской войны на древнегреческой вазе

Обоих не смущало, что слепой поэт воспел осаду Трои примерно в конце VIII века до нашей эры, в то время как описанные события (если они вообще происходили), происходили на 500 лет раньше. Но Калверт и Шлиман подходили к тексту, который читали в оригинале, буквально. Для них это — не поэтическое описание древних легенд, а таинственный ребус, содержащий подсказки, которые нужно только распознать и расшифровать, чтобы найти путь к настоящей Трое. Географические описания, данные в Илиаде, заставляли подозревать, что руины Трои могут быть сокрыты под холмом Гиссарлык на северо-западе современной Турции.

Шлиман взялся за дело с размахом. Начиная с 1870 года, он, заручившись разрешением османских властей, буквально прорезает Гиссарлык с яростью искателя сокровищ. Шлиман прокапывает прямо посреди холма огромный ров глубиной в 15 метров, полностью игнорируя верхние слои заселения.

«Клад Приама» и знаменитая фотография жены Шлимана Софии

Докопавшись до основания холма, Шлиман понимает, что друг над другом лежат руины не одного, а сразу нескольких древних городов. Когда во втором слое снизу он находит остатки массивных крепостных стен и следы пожара, археологу-самоучке все становится ясно: это, конечно же, может быть только дворец Приама, царя Трои, а следы разрушений, как он уверен, прямо указывают на успешное нападение героев-ахейцев, скрывшихся в знаменитом троянском коне.

«Клад Приама«

Наконец, 31 мая 1873 года, ровно 140 лет назад, Шлиман находит то, что считает решающим подтверждением своей теории: огромный клад, более 8000 предметов, в том числе и из драгоценных металлов. И тут Шлиман повел себя не как ученый. Он нелегально вывез драгоценности из Османской империи, без доли смущения надевал древние драгоценности на свою молодую жену-гречанку, которая позировала для европейской прессы. Шлиман придумал целую историю о том, как они вдвоем с женой Софией нашли «клад Приама» и вынесли его из лагеря втайне от рабочих.

Место раскопок на холме Гиссарлык

Сегодня ученые точно знают, что София в тот момент вообще не присутствовала на раскопках, зато не могут точно установить, нашел ли Шлиман весь клад в одном месте или собрал с разных участков. Как бы там ни было, Шлиман внес бесспорный вклад в развитие археологии как науки, в методику, документальное сопровождение, интерпретацию археологических источников.

Великий археолог и гениальный маркетолог

Прославившись на всю Европу открытием Трои, Шлиман продолжил раскопки в Греции и Италии, успешно комбинируя археологические открытия с кампаниями по популяризации археологии. Но за год до своей смерти ему все-таки пришлось признать, что по поводу своей главной гордости — клада Приама — он серьезно ошибался. Слой, в котором были найдены сокровища, оказался значительно древнее того времени, в которое, как предполагалось, шла Троянская война, описанная Гомером. Драгоценности были изготовлены примерно в 2400 году до н.э. То есть клад никак не мог принадлежать царю Приаму.

До сих пор не утихают споры: a действительно ли Генрих Шлиман открыл ту самую Трою? Ведь Гомер использовал устные сказания, которые многие сотни лет передавались из поколения в поколение. «Историческая основа «Илиады»? Это полная ахинея», — не стесняясь в выражениях, заявляет, например, кельнский археолог, профессор Дитер Хертель (Dieter Hertel).

Так или иначе, но «Илиада» является великолепным образцом того, что современные историки называют «устной историей» (oral history). Многие строки поэмы, с их точным гекзаметром и архаичными формулировкам, легко заучивались наизусть и могли передаваться неизменными многие поколения, пока их не записал слепой поэт. Именно поэтому большинство ученых сегодня склоняются к тому, что Шлиман все же был прав. Искатель сокровищ с авантюрной жилкой стал одним из основателей современной археологической науки. Именно в Трое началась археология.

www.dw.com

Кто открыл Трою: история исследования

Генрих Шлиман считается отцом археологии, во всяком случае, таким его знают сегодня. Гениальный, талантливый человек, полиглот, знаток древнегреческой истории, купец и путешественник, тот, кто открыл Трою. Имея на руках старое издание «Илиады», он обнаружил древний город на холме Хисарлик. Шлиман в 19-м веке разработал методы археологических исследований, которые используются по сей день.

Первоначально его значительный вклад не был должным образом оценен в Германии. При жизни деятельность Шлимана была поставлена ​​под сомнение известными коллегами.

Выдающийся археолог

Генрих Шлиман был сложной личностью, отчасти мечтателем, а отчасти — скрытым гением. Многие из современников считали его утопистом, так как он путешествовал по Турции вместе с изданием «Илиады» Гомера. Шлиман был полон решимости открыть древнюю Трою, и он это сделал.

Долгое время немецкая публика была в курсе его достижений, поскольку крупнейший соперник Генриха, ведущий археолог Эрнст Курциус, неоднократно издевался над ним. Шлимана, однако, гораздо больше ценили в Британии, где немецкий исследователь всегда прославлялся как человек, открывший древний город Трою — место, которое до этого момента было окутано тайной.

Работа Шлимана, фактически, сформировала современную археологию.

Деловой человек и авантюрист

С самого раннего детства древний мир всегда очаровывал Генриха. Его карьера первоначально должна была развиваться в другом направлении. Воспитанный вместе с восемью братьями и сестрами в семье пастора в восточной части провинции Мекленбург, Шлиман начинал как торговец, поскольку его семья не могла позволить себе отправить сына получать высшее образование.

Он оказался в Амстердаме, где в течение одного года научился говорить не только по-голландски, но и по-испански, по-итальянски и по-португальски, а позже выучил и русский язык. Необыкновенный дар к языкам проложил путь к другой карьерной перспективе — археологии.

После переезда в Россию Шлиман разбогател, занимаясь сырьем для производства боеприпасов. Он использовал свое состояние для изучения в Париже древнегреческого и латыни.

В 1868 году он отправился в познавательную поездку на греческий остров Итака, где решил поискать дворец Улисс. Оттуда он отправился в море Мармариса, чтобы пробраться внутрь страны и начать поиски места, где находилась Троя. В течение всего путешествия «Илиада» была единственным верным компаньоном Шлимана, уникальной книгой, которую он считал незаменимым гидом для открытия легендарного города.

По следам Гомера

Поиски древнего города Трои никогда не прекращались на протяжении тысячелетий. Но за все это время никто так и не смог доказать, что сага Гомера о Троянской войне действительно основывалась на реальных событиях. Так было до 1871 года, когда Генрих Шлиман, которому тогда было 49 лет, обнаружил руины города под холмом Хисарлик в районе Троаса на северо-западе современной Турции.

Он был не единственным, кто пытался найти город в этой местности, описанный Гомером. До Шлимана британский археолог Фрэнк Калверт уже начал раскопки в том же регионе. Два одержимых Троей исследователя столкнулись друг с другом по чистой случайности. Калверт фактически приобрел землю вокруг Хисарлика, чтобы продолжать свою работу, но у него не было средств, чтобы и дальше вести раскопки, которые в этот момент зашли в тупик.

Калверт убедил Генриха продолжать работать в том же месте. После нескольких неудачных попыток Шлиман упорно продолжал раскопки, пока в 1872 г. не нашел руины, принадлежащие доисторическому городу. Он пришел к выводу, что эти стены когда-то были частью укрепления города Троя в Турции.

Ошибки в классификации

Среди наиболее значительных открытий Шлиман — тот, кто открыл Трою, обнаружил тайник с золотом и другими артефактами, которые он впоследствии окрестил «сокровищем Приама». Он вывез сокровище из страны и передал его правительству Германии. Однако клад был потерян во время Второй мировой войны, а затем появился в России, где сейчас хранится в Пушкинском музее.

Позже выяснилось, что тот, кто открыл Трою, с самого начала сделал неправильный вывод. Находки Шлимана не были сокровищем Приама. Скорее всего, они относились к неизвестной культуре, которая процветала за 1 250 лет до древнего города Троя.

Это был не единственный случай, когда немецкий исследователь совершил ошибку. На греческом археологическом памятнике Микены, где Шлиман проводил раскопки с 1874 по 1876 год, тот, кто открыл Трою, опять сделал несколько неправильных выводов, основанных на его работе. Шлиман ошибочно назвал золотую маску принадлежавшей древнегреческому военачальнику Агамемнону.

Несмотря на ошибки и неправильные выводы, мир продолжал чтить его как того, кто открыл Трою, и как одного из самых значительных археологов всех времен.

Генрих Шлиман умер в Неаполе 6 декабря 1890 года.

gkd.ru

Генрих Шлиман и его Троя: neznakomka_18 — LiveJournal

Археология шла к тому, чтобы считаться академической наукой, несколько веков. В ее долгой истории были и охотники за сокровищами, и искатели приключений. На стыке науки и авантюры стоял Генрих Шлиман (Heinrich Schliemann) — искатель сокровищ и один из основателей современной археологии в одном лице.

Авантюрист

Генрих Шлиман

Бурная жизнь немецкого купца была совсем не похожа на биографию ученого. Родившийся 6 января 1822 года в бедной семье, начинавший мальчиком на побегушках у бакалейщика, Шлиман в 24 года становится представителем известным амстердамской компании в Санкт-Петербурге, а еще через несколько лет — успешным купцом первой гильдии, российским подданным и одним из крупнейших поставщиков русской армии в Крымской войне.

Авантюрная жилка проявлялась у него не раз. Еще в 19 лет он пытался отправиться в Венесуэлу, но потерпел кораблекрушение.  Прусское консульство в Амстердаме помогло незадачливому моряку. После лечения в госпитале его устроили на работу в торговую компанию. Работа не занимала много времени, и Шлиман использовал представившуюся возможность, чтобы изучать иностранные языки.


Занимаясь совершенно самостоятельно, он меньше чем за три года ухитрился освоить голландский, английский, французский, итальянский и португальский языки. Вскоре ему снова повезло: он устроился на работу получше — в торговую компанию Б. Г. Шрёдера. Там он принялся изучать русский язык. Всего через полтора месяца Шлиман уже мог писать в Россию деловые письма. Компания отправила многообещающего сотрудника в Санкт-Петербург своим торговым представителем. В январе 1846 года 24-летний Шлиман отбыл в Россию. Он учил языки в первую очередь, чтобы преуспеть на торговом поприще.


Всего в течение своей жизни Шлиман овладел 15-ю языками, причем всегда вел дневник на языке той страны, в которой в тот момент находился.


В 1850 году на несколько лет переселился в США в разгар золотой лихорадки и удвоил свое состояние, ссужая деньгами золотодобытчиков. Все это время он грезил мифами Древней Греции, но никогда не занимался наукой всерьез.

В детстве его отец часто пересказывал сыну разные легенды, отчего в Шлимане-младшем проснулся серьезный интерес к истории. Гибель Помпеи во время извержения вулкана, Троянская война и другие яркие события прошлого будоражили воображение ребенка.

Дом в Ноубукове, где родился Шлиман

В 1829 году Шлиман-старший подарил восьмилетнему сыну «Всемирную историю для детей» с иллюстрациями Георга Людвига Йеррерса. Маленький Генрих наивно спросил: наверное, художник своими глазами видел Трою, иначе как он сумел нарисовать картинки? Отец объяснил, что художник руководствовался лишь собственным воображением. Мальчик заинтересовался: ведь если в Трое были крепостные стены, значит, их остатки можно найти в земле. И он решил для себя, что однажды отыщет Трою.

Когда-то на южном берегу Геллеспонта (пролив Дарданеллы) стоял древний город Троя, стены которого, по преданию, воздвиг сам бог Посейдон. Этот город, который греки называли Илионом (отсюда — название поэмы Гомера » Илиада»), лежал на морском торговом пути из Малой Азии к Понту Евксинскому (Черному морю) и славился своим могуществом и богатством. Последним правителем Трои был мудрый старец Приам.

Около 1225 года до н.э. воинственные греческие племена ахейцев объединились для большого военного похода в Малую Азию. Под предводительством царя Микен Агамемнона ахейцы, переплыв Эгейское море, осадили Трою. Только на десятый год, после ожесточенных битв, им удалось завладеть неприступным городом и разрушить его…

Царь Трои Приам и множество горожан были убиты, царица Гекуба и прочие троянские женщины были проданы в рабство вместе со своими детьми. Только небольшому отряду троянцев во главе с младшим сыном Приама Энеем удалось вырваться из горящего города . Сев на корабли, они уплыли куда-то в море, и их следы впоследствии находили в Карфагене, Албании, Италии. Потомком Энея считал себя Юлий Цезарь.

Никаких письменных документов или свидетельств о Троянской войне не сохранилось. — только устные предания и песни бродячих певцов-аэдов, воспевавших подвиги неуязвимого Ахилла, хитроумного Одиссея, благородного Диомеда, славного Аякса и других греческих героев.

Несколько столетий спустя великий древнегреческий слепой певец Гомер, взяв за основу сюжеты песен, ставших к тому времени поистине народными легендами, сложил большую поэму под названием «Илиада».

Сцены Троянской войны на древнегреческой вазе

В 1858 году Шлиман кардинально меняет судьбу, за несколько лет ликвидирует свое предприятие и начинает вести жизнь интеллектуала-путешественника. В возрасте 44 лет он поступает студентом в Сорбонну, изучает филологию и литературу. 15 августа 1868 года, во время поездки по Греции, он встречает британского дипломата Фрэнка Калверта. Их объединяет не только страсть к греческим мифам и к великой «Илиаде» Гомера, но и сам подход к древнему тексту

Обоих не смущало, что слепой поэт воспел осаду Трои примерно в конце VIII века до нашей эры, в то время как описанные события (если они вообще происходили), происходили на 500 лет раньше. Но Калверт и Шлиман подходили к тексту, который читали в оригинале, буквально. Для них это — не поэтическое описание древних легенд, а таинственный ребус, содержащий подсказки, которые нужно только распознать и расшифровать, чтобы найти путь к настоящей Трое. Географические описания, данные в Илиаде, заставляли подозревать, что руины Трои могут быть сокрыты под холмом Гиссарлык на северо-западе современной Турции.

Шлиман взялся за дело с размахом. Начиная с 1870 года, он, заручившись разрешением османских властей, буквально прорезает Гиссарлык с яростью искателя сокровищ. Шлиман прокапывает прямо посреди холма огромный ров глубиной в 15 метров, полностью игнорируя верхние слои заселения.

«Клад Приама» и знаменитая фотография жены Шлимана Софии

Докопавшись до основания холма, Шлиман понимает, что друг над другом лежат руины не одного, а сразу нескольких древних городов. Когда во втором слое снизу он находит остатки массивных крепостных стен и следы пожара, археологу-самоучке все становится ясно: это, конечно же, может быть только дворец Приама, царя Трои, а следы разрушений, как он уверен, прямо указывают на успешное нападение героев-ахейцев, скрывшихся в знаменитом троянском коне.

«Клад Приама«

Наконец, 31 мая 1973 года, ровно 140 лет назад, Шлиман находит то, что считает решающим подтверждением своей теории: огромный клад, более 8000 предметов, в том числе и из драгоценных металлов. И тут Шлиман повел себя не как ученый. Он нелегально вывез драгоценности из Османской империи, без доли смущения надевал древние драгоценности на свою молодую жену-гречанку, которая позировала для европейской прессы. Шлиман придумал целую историю о том, как они вдвоем с женой Софией нашли «клад Приама» и вынесли его из лагеря втайне от рабочих.

Место раскопок на холме Гиссарлык

Сегодня ученые точно знают, что София в тот момент вообще не присутствовала на раскопках, зато не могут точно установить, нашел ли Шлиман весь клад в одном месте или собрал с разных участков. Как бы там ни было, Шлиман внес бесспорный вклад в развитие археологии как науки, в методику, документальное сопровождение, интерпретацию археологических источников.

Великий археолог и гениальный маркетолог

Прославившись на всю Европу открытием Трои, Шлиман продолжил раскопки в Греции и Италии, успешно комбинируя археологические открытия с кампаниями по популяризации археологии. Но за год до своей смерти ему все-таки пришлось признать, что по поводу своей главной гордости — клада Приама — он серьезно ошибался. Слой, в котором были найдены сокровища, оказался значительно древнее того времени, в которое, как предполагалось, шла Троянская война, описанная Гомером. Драгоценности были изготовлены примерно в 2400 году до н.э. То есть клад никак не мог принадлежать царю Приаму.

До сих пор не утихают споры: a действительно ли Генрих Шлиман открыл ту самую Трою? Ведь Гомер использовал устные сказания, которые многие сотни лет передавались из поколения в поколение. «Историческая основа «Илиады»? Это полная ахинея», — не стесняясь в выражениях, заявляет, например, кельнский археолог, профессор Дитер Хертель (Dieter Hertel).

Так или иначе, но «Илиада» является великолепным образцом того, что современные историки называют «устной историей» (oral history). Многие строки поэмы, с их точным гекзаметром и архаичными формулировкам, легко заучивались наизусть и могли передаваться неизменными многие поколения, пока их не записал слепой поэт. Именно поэтому большинство ученых сегодня склоняются к тому, что Шлиман все же был прав. Искатель сокровищ с авантюрной жилкой стал одним из основателей современной археологической науки. Именно в Трое началась археология.

neznakomka-18.livejournal.com

РЕАЛИСТ И МИСТИФИКАТОР ГЕНРИХ ШЛИМАН: philologist — LiveJournal

Генрих Шлиман раскопал Трою. Это всем известно со школьной скамьи. Однако мало кто знает о том, что в ученом мире до сих пор, по выражению немецкого ученого Эриха Цорена, идет «Троянская война».

 

Начало этой «войны» да и нынешние «бомбардировки» частенько уходят корнями в элементарные чувства зависти, неприязни к преуспевшему дилетанту, — ведь археология — сложнейшая из наук, несмотря на кажущуюся простоту и доступность ее едва ли не каждому, взявшему в руки кайло. Все это и так, и не так. Вот уже сто двадцать пять лет не утихают и настоящие научные дискуссии на тему — которая же Троя — та, Гомеровская?


Генрих Шлиман родился в 1822 году в семье протестантского пастора в немецком городе Нойбуков. Его отец Эрнст Шлиман, несмотря на свою благочестивую профессию, был человеком буйным и большим дамским угодником. Мать Генриха, Луиза, покорно сносила неприятности, которые достались на её долю. Но однажды и её терпению пришел конец — когда муж привел в дом новую служанку, свою любовницу.

Жизнь втроем длилась недолго. Луиза скончалась от нервного истощения, сделав перед смертью сыну подарок, который, по версии Генриха, стал для него толчком, направившим на дорогу к мифической Трое. Вот как это случилось. Помня о тяге сына к знаниям, мать на Рождество подарила Генриху книгу историка Йеррера «Всеобщая история для детей».

Позже Шлиман в своей автобиографии напишет, что, увидев картинки с изображением Трои, города, воспетого слепым Гомером в бессмертной «Илиаде», он, будучи семи лет от роду, раз и навсегда решил найти этот город.

На деле всё было совершенно иначе: сын сочинил историю о подарке матери — равно как и всю свою биографию. Знаменитый фолиант до сих пор хранится в семье потомков Шлимана, но куплен он был в букинистическом магазине Санкт-Петербурга много лет спустя после описанного рождественского вечера.

  После смерти матери Генрих вынужден был переехать жить к дяде, тоже пастору. Дядя выделил деньги на обучение Генриха в гимназии, а после её окончания отправил в лавку бакалейных товаров.  В  лавке он работал долгие пять с половиной лет с пяти часов утра до одиннадцати вечера. Бакалейщик практически ничего не платил ему.

  Не видя для себя дальнейшей перспективы, Генрих ушел из бакалейной лавки и завербовался на работу в Латинскую Америку. Но корабль, на котором он плывет, терпит крушение. Его спасают рыбаки, и будущий археолог вдруг оказывается в Голландии. Амстердам, в те времена деловой центр Европы, очаровывает молодого Шлимана. Здесь он находит работу посыльного, за которую ему, в отличие от бакалейной лавки, неплохо платят.

Но вскоре новое поприще начинает раздражать его.

«Человек, говорящий на двух языках, стоит двоих», — говорил в свое время Наполеон. Желая проверить истинность этого высказывания, Генрих решает учить иностранные языки. Причем начинает с родного, немецкого, шлифуя произношение. В приемной коменданта порта — там говорили преимущественно на английском — он запоминает иностранные слова и по дороге в район «красных фонарей», куда ему надо отнести образцы носовых платков, повторяет выученное. Денег на учителя у него почти нет, зато есть свой собственный метод обучения. Надо очень много читать вслух на иностранном языке, чтобы научиться не только произносить слова с правильной интонацией, но и постоянно их слышать. Упражнения в переводе, имеющие своей целью лишь усвоение грамматических правил, вовсе не нужны. Вместо них — вольные сочинения на интересную тему или же вымышленные диалоги. Вечером, исправленное репетитором сочинение заучивается наизусть, а на следующий день читается по памяти преподавателю.

Пользуясь таким методом, Генрих за три месяца выучил английский, за следующие три — французский. И принялся за итальянский. Однако его штудии вызывают удивление и даже осуждение окружающих. Чудака увольняют с одного места за другим. Но он не унывает, а смело идет в самую богатую фирму Амстердама «Шредер и К» и предлагает себя в качестве торгового агента для работы с иностранными партнерами. «Сумасшедших не берем!» — с порога разворачивает его управляющий. Мыслимое ли дело — в 22 года знать три языка! Однако Шлиман так настойчив, что его — лишь бы отделаться — экзаменуют и по результатам тестирования ту же берут на работу.


Фирма «Шредер и К» вела свои торговые дела практически по всему миру. Вновь принятый работник не только знал языки, но и умел торговать, то есть работал за двоих, получая одно жалованье. Для «Шредер и К» он оказался находкой, тем более что не стал почивать на лаврах, а продолжал совершенствовать свои умения. За год упорного труда новый сотрудник добился больших успехов — директор фирмы сделал его своим личным помощником.

В то время наиболее выгодным рынком для фирмы была Россия — рынок огромный и ненасыщенный. Техническая сложность его освоения состояла в том, что представители русских торговых компаний, как правило, не владели никакими языками, кроме родного. Проводить переговоры было затруднительно. Шлиман берется исправить ситуацию и начинает учить русский язык. Неожиданно он сталкивается с большой проблемой — в Европе нет ни одного учителя русского языка. «Какая дикость в наш просвещенный XIX век!» — с горечью восклицает начинающий коммерсант и разрабатывает еще один метод изучения языка. Он покупает у букиниста русские книги и начинает их заучивать. Основой ему служит русско-французский разговорник.

После трех месяцев каторжного труда Генрих предстает перед русскими купцами и пробует им что-то сказать. В ответ, к своему изумлению, полиглот слышит неудержимый хохот. Дело в том, что среди купленных им книг оказалось запрещенное в России издание неприличных стихов Баркова. Их поэтическую лексику он и усвоил. Но речь Шлимана так поразила представителей русского купечества, что они немедленно предложили ему создать совместное предприятие на паях — их капитал и его голова. Предприимчивый немец не привык откладывать решения в долгий ящик и уже на следующий день отправился в Санкт-Петербург.


Россия встречает Шлимана нестерпимыми морозами. Как бы ни было далеко отсюда до обласканной солнцем Трои, но другой дороги туда нет. Путь лежит через бесконечные снега, которые еще надо умудриться превратить в золото.

Пока русские компаньоны собирают деньги на общее предприятие, Генрих знакомится со страной. Его беспокойный ум требует новой работы, и случай предоставляет её. Из окон гостиницы, где поселился Шлиман, прекрасно видны заброшенные портовые строения. Пока санкт-петербургский гость рассчитывает возможную оплату за аренду складов, они сгорают. Немедленно, этой же ночью, он арендует за бесценок выгоревшие строения. А на следующий день нанимает рабочих и начинает строить все заново, ориентируясь на план амстердамского порта.

Чтобы заставить русских рабочих работать на европейский лад, Шлиман вынужден сам руководить строительством. Вот где ему действительно пригодились вызубренные выражения из Баркова!

Весна принесла Генриху Шлиману баснословные барыши. Отстроенной к началу навигации и оживлению торговли оказалась лишь его часть порта, поэтому и аренда складских помещений стоила, как никогда, дорого. Заработанные в порту деньги позволили ему отказаться от компаньонов и открыть свою фирму. В 1852  году Шлиман  женится на Екатерине Лыжиной.

В течение последующих нескольких лет он создает целую торговую империю, специализирующуюся на закупке европейских товаров в Амстердаме и продаже их в России. Но отлаженный бизнес — не для беспокойного Генриха. Он передает дело в руки приказчиков, а сам с частью свободного капитала отправляется в Америку.

Первым, к кому с визитом направляется Шлиман в этой совершенно незнакомой ему стране, оказывается президент страны Филмор(этот факт считают вымышленным). И тот сразу же принял его. Шлиман без труда получил льготную лицензию на право открыть в Америке свою компанию по скупке золотого песка у старателей Сан-Франциско и его вывозу.

Дела со спекуляциями золотом шли успешно, но начавшаяся в России Крымская война 1854 года открыла перед компанией новые горизонты. Шлиман добился, чтобы его фирма стала генеральным подрядчиком русской армии и начал беспрецедентную аферу. Специально для армии были разработаны сапоги с картонной подошвой, мундиры из некачественной ткани, ремни, провисающие под тяжестью амуниции, фляги, пропускающие воду и т. д. Разумеется, все это представлялось как товар наивысшего качества.

Сложно сказать, насколько такое снабжение русской армии повлияло на поражение России, но в любом случае её снабженец вел себя как преступник. Много лет спустя он обратился к российскому императору Александру II с просьбой о въезде в Россию, чтобы раскопать скифские курганы. На прошении император написал кратко: «Пусть приезжает, повесим!»


Имя Шлимана по-прежнему гремело, но теперь как имя афериста. Не только в России, но и в любой другой стране никто не хотел иметь дело с откровенным жуликом. Не зная, чем себя занять, Генрих начинает много читать и, случайно наткнувшись на пресловутую «Всемирную историю для детей», решает заняться археологией. Он готовит почву для новой славы — издает автобиографию, в которой утверждает, что вся его предыдущая деятельность была лишь подготовкой к осуществлению заветной мечты детства — найти Трою.

Парадоксально, но в эту мистификацию верили вплоть до недавнего времени, когда увидели свет подлинные дневники Шлимана, хранившиеся у его наследников.

  В 1868 год он совершил через Пелопоннес и Трою поездку в Итаку. Там он начал осуществление своей заветной мечты, он начал поиски Трои.

  В 1869 году Шлиман женился на гречанке Софье Энгастроменос. Второй брак Шлимана выглядит весьма сомнительно . По законам Российской империи Шлиман и Екатерина Петровна Лыжина-Шлиман не были разведены, Шлиман сделал это в штате Огайо, для чего и принял американское гражданство. Фактически была совершена покупка 17-летней Софьи Энгастроменос за 150 тыс. франков. Вскоре она, так же как и ее супруг, с головой ушла в поиски страны Гомера. Раскопки начались в апреле 1870 года; в 1871 году Шлиман посвятил им два месяца, а в последующие за этим два года — по четыре с половиной месяца.

  Шлиман предпринял свои раскопки для того, чтобы разыскать гомеровскую Трою, но за сравнительно небольшой период он и его помощники нашли не менее семи исчезнувших городов.

  Пятнадцатое июня 1873 года было ориентировочно назначено последним днем раскопок. И вот тогда-то, Шлиман нашел то, что увенчало всю его работу, то, что привело в восторг весь мир… Сокровища царя Приама! И лишь незадолго до его смерти было доказано, что в пылу увлечения он допустил ошибку, что Троя находилась вовсе не во втором и не в третьем слое снизу, а в шестом и что найденый Шлиманом клад принадлежал царю, жившиму за тысячу лет до Приама.

  Найдя «сокровища царя Приама», Шлиман почувствовал, что достиг вершины жизни.  Об увлеченности Шлимана древностями говорит хотя бы тот факт, что своих «греческих» детей он назвал Агамемноном и Андромахой.


Состоянию миллионера Шлимана повезло меньше, чем его обладателю: перед самой смертью ученого-дилетанта миллионы Шлимана закончились, и он умер почти нищим — точно таким же бедным, каким и родился.

Да, купец, забросивший свое дело и взявшийся за археологию, мягко говоря, порезвился, хотя и за свой счет. Однако никто не станет спорить, — ему, дилетанту, очень везло. Он ведь раскопал не только Трою, но и царские гробницы в Микенах. Правда, так и не осознав, чьи же захоронения он там откопал. Он написал семь книг. Он знал многие языки — английский, французский… (впрочем, смотри карту Европы). За шесть недель в 1866 году (ему было 44) освоил древнегреческий, — чтобы читать греческих авторов в подлиннике! Это ему было очень необходимо: ведь Генрих Шлиман поставил перед собой задачу последовать за «поэтом поэтов» Гомером буквально построчно и найти легендарную Трою. Вероятно, ему казалось, что Троянский конь все еще стоит на древних улицах, а петли на его деревянной дверце еще не проржавели. Ах, да! Ведь Троя была сожжена! Как жаль: значит, конь сгорел в пожаре.

Генрих Шлиман упорно копал глубже. Хотя Троянский холм он нашел еще в 1868 году, постоял на нем и молча удалился: писать свою восторженную вторую книгу «Итака, Пелопоннес и Троя». В ней он сам себе поставил задачу, решение которой уже знал. Другое дело — не предполагал вариантов.

Археологи были злы на него. Особенно педантичные немцы: как это так — проскочить все культурные слои?..

 «Дилетант» Шлиман, охваченный навязчивой идеей откопать Гомеровскую Трою (а ведь нашел-то он ее с текстом «Илиады» в руках!), сам того не подозревая, на столетие раньше совершил и еще одно открытие: пренебрегая верхними (поздними) культурными слоями, он докопался до скалы — материка, как принято говорить в археологии. Теперь ученые так поступают сознательно, хотя и по другим, чем Генрих Шлиман, причинам.

Шлиман по-своему определил Гомеровский слой: самый нижний представлял город каким-то убогим и примитивным. Нет, не мог великий поэт вдохновиться маленьким поселочком! Величественной и с признаками пожара оказалась Троя II, окруженная городской стеной. Стена была массивной, с остатками широких ворот (их было двое) и такой же формы калиточкой… Не имея никакого понятия о стратиграфии, Шлиман решал, который слой больше всего подходит именоваться Троей.

Немцы вместо того, чтобы восхищаться, смеялись Шлиману в лицо. А уж когда в 1873 году вышла его книга «Троянские древности.» Не только археологи, профессора и академики, но и простые никому не известные журналисты в открытую писали о Генрихе Шлимане, как о нелепом дилетанте. А ученые, которым в жизни повезло, наверно, меньше, чем ему, вдруг и сами повели себя, как торговцы с Троянской площади. Один уважаемый профессор — видимо, пытаясь подделаться под «ненаучное» происхождение Шлимана, — сказал, что Шлиман свое состояние нажил в России (это-то так и есть), занимаясь контрабандной торговлей селитрой! Такой ненаучный подход «авторитета» археологии многим вдруг показался вполне приемлемым, и другие всерьез объявили о том, что, видимо, свое «сокровище Приама» Шлиман «заранее закопал на месте находки».

О чем идет речь?

Дело было так (со слов Шлимана). Удовлетворившись своей трехлетней работой и откопав желанную Трою, он постановил завершить работу 15 июня 1873 года и уехать домой, чтобы засесть за описание результатов и составление полного отчета. И вот за сутки до этого, 14 июня, в отверстии стены недалеко от западных ворот что-то блеснуло! Шлиман моментально принял решение и отослал под приемлемым предлогом всех рабочих. Оставшись вдвоем с женой Софией, он полез в отверстие в стене и извлек из него массу вещей — килограммы великолепных золотых изделий (флакон весом 403 грамма, 200-граммовый кубок, 601-граммовый ладьеобразный кубок, золотые диадемы, цепочки, браслеты, перстни, пуговицы, бесконечное множество мелких золотых изделий, — всего 8700 изделий из чистого золота), посуду из серебра, меди, разные изделия из слоновой кости, полудрагоценных камней.

Да. Несомненно, раз сокровище найдено неподалеку от дворца (а он, конечно же, принадлежал Приаму!), значит, царь Приам, видя, что Троя обречена и делать нечего, решил замуровать свои сокровища в городской стене у западных ворот (тайник там был заготовлен заранее).


С великими усилиями (история почти детективная, — потом такой способ нелегального провоза переймут большевики) Шлиман в корзине с овощами вывез «сокровища Приама» за пределы Турции.

И поступил, как самый заурядный купец: он начал торговаться с правительствами Франции и Англии, потом России, — с тем, чтобы повыгоднее продать золотой клад Трои.

Надо отдать должное, ни Англия, ни Франция (Шлиман жил в Париже), ни государь Александр II не пожелали приобрести бесценный «клад Приама». А турецкое правительство тем временем, изучив прессу и тоже, вероятно, обсудив «дилетантизм» первооткрывателя Трои, затеяло судебный процесс по обвинению Шлимана в незаконном присвоении золота, добытого в турецкой земле, и в контрабандном вывозе его за пределы Турции. Только после выплаты Турции 50 тысяч франков турки прекратили судебное преследование археолога.


Впрочем, у Генриха Шлимана в Германии были не только противники, но и мудрые сторонники: знаменитый Рудольф Вирхов, врач, антрополог и исследователь античности; Эмиль Луи Бюрнуф, блестящий филолог, директор Французской школы в Афинах. Именно с ними-то Шлиман и возвратился в Трою в 1879 году продолжать раскопки. И выпустил свою пятую книгу — «Илион». И в том же 1879 году Ростокский университет присвоил ему звание почетного доктора.

Долго колебался «дилетант», но все же решился и подарил «сокровища Приама» городу Берлину. Случилось это в 1881 году, и тогда благодарный Берлин, с соизволения кайзера Вильгельма I, объявил Шлимана почетным гражданином города. Клад поступил в Берлинский музей первобытной и древней истории, и о нем напрочь забыли и ученый мир, и мировая общественность. Будто никаких «сокровищ Приама» не было в помине!


В 1882 году Шлиман опять вернулся к Трое. Молодой археолог и архитектор Вильгельм Дерпфельд предложил ему свои услуги, и Генрих Шлиман принял его помощь.

Седьмую книгу Шлиман назвал «Троя». Это было слово и дело, на которое он истратил все свое состояние. Однако ученый мир (даже германский) уже повернулся лицом к первооткрывателю древней легенды: в 1889 году в Трое состоялась первая международная конференция. В 1890 — вторая.

Знаменитый «дилетант», конечно, не первый решил следовать за Гомером. Еще в XVIII веке француз ле Шевалье копал в Троаде. В 1864 году австриец фон Хан заложил разведочный раскоп (за 6 лет до Шлимана) именно на том месте, где потом копал Шлиман, — на холме Гиссарлык. Но раскопал Трою все же Шлиман!

И после его смерти немецкие ученые не хотели, чтобы Шлимана считали открывателем Трои. Когда его молодой коллега откопал Трою VI (один из слоев, которые Шлиман проскочил, не удостоив вниманием), ученые обрадовались: пусть не маститый, пусть молодой, но археолог с хорошей школой!

Если рассуждать и дальше именно с этих позиций, то до послевоенного времени Троя Гомера вовсе не была найдена: Трою VII откопал американец С.В. Бледжен. Как только в Германии узнали об этом, немедленно объявили Гомеровской Троей Трою Генриха Шлимана!

Современная наука насчитывает XII культурных слоев Трои. Троя II Шлимана относится примерно к 2600-2300 годам до н.э. Троя I — к 2900-2600 годам до н.э. — эпохе ранней бронзы. Последняя (самая поздняя) Троя прекратила свое существование, тихо угаснув в 500-х годах н. э. Называлась она уже не Троей, и не Новым Илионом.

Фигура Генриха Шлимана — не рядовое, но и не слишком уж выбивающееся из ряда своего века явление. Конечно, кроме огромной любви к истории богатый купец жаждал славы. Немного странно для его приличного возраста, но, с другой стороны, кто из нас и каких игрушек не дополучил в детстве?


Тут важно другое.

Практически доказано, что никакого «клада Приама» не было.

«А золото?» — спросите вы.

Да, золото есть. Оно, вероятно, набрано из разных слоев. Не было в Трое II такого слоя. «Сокровище» скомплектовано ( а может быть, и куплено?) Шлиманом ради доказательства, ради самоутверждения. Разнородность собрания очевидна. К тому же сопоставление дневников Генриха Шлимана, его книг и материалов прессы говорит о том, что его и его жены в Гиссарлыке в момент находки вовсе не было! Многие «факты» биографии Шлимана подтасованы им самим: не было приема у американского президента, не выступал он в Конгрессе. Встречаются подделки фактов при раскопке Микен.

philologist.livejournal.com

Как Генрих Шлиман вычислил Трою?

Генрих Шлиман (1822-1890) — сын немецкого пастора. В семь лет прочитав «Илиаду» Гомера, поклялся найти Трою и сокровища царя Приама. К 46 годам он сделал состояние на торговых сделках с Россией и приступил к поискам Трои. Немногие историки верили в ее реальное существование. Среди них — француз Ле Шевалье, который в XVIII веке безуспешно искал в Средиземноморье государство Троада, и шотландец Чарльз Макларен, который был уверен, что Троя находится в Турции, на холме Бунарбаши. Холм, вокруг которого протекают два ручья, походил на описанный в «Илиаде». В 1864 году австриец фон Хан начал откапывать Трою на соседнем холме Гиссарлык, но почему-то был разочарован найденными обломками стен. Шлиман решил, что фон Хан просто недокопал, и решил копать глубже.

Генрих Шлиман (1822-1890).

Как Шлиман вычислил Трою?

•Гомер уточняет, что два источника возле холма разные, горячий и холодный: «Первый источник струится горячей водой… Что до второго, то даже и летом вода его схожа со льдом водяным». Шлиман измерил термометром воду во всех источниках на Бунарбаши. Она везде была одинаковой — 17,5 градуса. Горячего источника он там не обнаружил. На Гиссарлыке он нашел только один, тоже холодный. Но затем, взяв пробы почвы, убедился, что раньше здесь был и другой — горячий. Шлиман подсчитал, что на холме Бунарбаши бьют 34 ключа. Проводник Шлимана утверждал, что тот ошибся и источников больше — 40. Об этом говорит второе, народное название холма: Кырк-Гёз, то есть «сорок глаз». В «Илиаде» же описываются только два. По мнению Шлимана, Гомер не мог обойти молчанием 40 источников.

Троя на карте Турции.

•Во время решающей битвы Ахилл бежал от «страшного воина» Гектора, и они за определенное время «трижды обошли вокруг Приамовой крепости». Шлиман с секундомером обежал Гиссарлык. Бунарбаши он обойти не смог по двум причинам: первая — с одной стороны холма была река, вторая — склоны были изрезаны впадинами, что мешало передвижению. Из текста «Илиады» следует, что греки, штурмуя Трою, три раза легко сбегали по склонам холма. У Бунарбаши склоны очень крутые. Шлиман смог лишь сползти по ним на четвереньках. У Гиссарлыка склоны более пологие, по ним можно свободно передвигаться и вести на них боевые действия.

Реконструкция Трои.

•У Гомера город Троя описывается как огромный торговый центр с 62 зданиями и огромными по высоте стенами и воротами. По мнению Шлимана, такой город не мог разместиться на холме Бунарбаши, так как площадь этого холма слишком мала — всего 500 кв.м. Площадь Гиссарлыка — около 2,5 кв.км.

•Шлиман вычитал в «Илиаде», что греческие воины, осаждавшие Трою, ходили купаться на море. Из текста также ясно, что вода во время прилива подходила близко к городу. Это значит, что и холм, на котором располагался город, должен находиться максимально близко к воде. Холм Бунарбаши — в 13 км от моря, а Гиссарлык — рядом с берегом.

Где клад правителя Трои Приама?

Клад правителя Трои Приама, найденный Шлиманом 143 года назад, — это 8700 золотых изделий. Шлиман вывез сокровище из Турции в корзинах под кочанами капусты. Он предложил его купить правительствам Франции, Англии, затем России. Но те отказались, боясь осложнения отношений с Турцией. Турция же обвинила Шлимана в контрабанде, и он заплатил компенсацию — 50 тыс. франков. Так и не сумев продать сокровища, Шлиман в 1881 году подарил троянский клад Берлину, за что был пожалован званием почетного гражданина города. В 1945 году, перед падением Берлина, немцы спрятали клад на территории берлинского зоопарка, откуда он исчез. В 1989 году вдова директора Берлинского музея В. Унферцагга опубликовала дневники мужа, из которых следовало, что 1 мая 1945 года он передал ящики со шлимановским золотом советской экспертной комиссии.

В 1993 году Россия признала, что золото действительно у нее. В 1996 году оно было выставлено в Пушкинском музее. Германия не раз претендовала на возвращение клада Шлимана. Но, согласно российскому закону о перемещенных ценностях, этот клад принадлежит РФ.

Клад правителя Трои Приама.

Клад правителя Трои Приама.

©При частичном или полном использовании данной статьи — активная гиперссылка ссылка на познавательный журнал alfaed.ru ОБЯЗАТЕЛЬНА

Вас это заинтересует:

alfaed.ru

Генрих Шлиман ищет Трою. 100 великих археологических открытий

Генрих Шлиман ищет Трою

Много веков назад на южном берегу Геллеспонта (Дарданеллы) стоял древний город Троя, стены которого, по преданию, воздвиг сам бог Посейдон. Этот город, который греки называли Илионом (отсюда – название поэмы Гомера «Илиада»), лежал на морском торговом пути из Малой Азии к Понту Евксинскому (Черному морю) и славился своим могуществом и богатством. Последним правителем Трои был мудрый старец Приам.

Около 1225 года до н. э. воинственные греческие племена ахейцев объединились для большого военного похода в Малую Азию. Под предводительством царя Микен Агамемнона ахейцы, переплыв Эгейское море, осадили Трою. Только на десятый год, после ожесточенных битв, им удалось завладеть неприступным городом и разрушить его. Царь Трои Приам и множество горожан были убиты, царица Гекуба и прочие троянские женщины были проданы в рабство вместе со своими детьми…

Никаких письменных документов или свидетельств о Троянской войне не сохранилось – только устные предания и песни бродячих певцов-аэдов, воспевавших подвиги неуязвимого Ахилла, хитроумного Одиссея, благородного Диомеда, славного Аякса и других греческих героев. Несколько столетий спустя великий Гомер, взяв за основу сюжеты этих песен, сложил большую поэму под названием «Илиада». Долгое время поэма передавалась из поколения в поколение из уст в уста. Еще через несколько столетий был записан ее текст. Пройдя через несколько тысячелетий, войдя в жизнь множества поколений людей, эта поэма давным-давно стала частью мировой литературной классики.

Литературной – и все? Да. По крайней мере, до XIX столетия никто никогда не рассматривал «Илиаду» как исторический источник. В восприятии «серьезных ученых» и не менее серьезных обывателей это была всего лишь древнегреческая мифология, эпос. И первым человеком, кто поверил «сказкам слепого Гомера», стал немец Генрих Шлиман (1822–1890).

Еще ребенком он слышал от отца рассказы о героях Гомера. Когда он подрос, то сам прочел «Илиаду». Тень великого слепца смутила его душу и завладела им на всю жизнь. Еще в детстве Генрих Шлиман объявил отцу:

– Я не верю, что ничего не осталось от Трои. Я найду ее.

Так ариаднина нить легенд повела его в глубины тысячелетий…

Впрочем, есть все основания полагать, что вышеприведенный рассказ, взятый из автобиографии Шлимана, целиком выдуман им самим, и Троей и Гомером он увлекся гораздо позднее, уже в зрелом возрасте. С томиком Гомера в руках летом 1868 года Шлиман приехал в Грецию. На него огромное впечатление произвели руины Микен и Тиринфа – именно оттуда начался поход на Трою войска ахейцев во главе с царем Агамемноном. Но если Микены и Тиринф – реальность, то почему бы не быть реальностью Трое?

Приехав в Турцию и приступив к поискам, Шлиман сверял едва ли не каждый свой шаг по «Илиаде». Поиски привели его к холму 40-метровой высоты с многообещающим названием Гиссарлык («крепость», «замок»), вершина которого представляла собой ровное квадратное плато со сторонами в 233 м. Осмотр холма и привязка местности к указаниям Гомера не оставили никаких сомнений – здесь скрыты развалины легендарной Трои…

Справедливости ради надо отметить, что Шлиман был не первым, кто намеревался искать Трою на южном берегу Дарданелл. Еще античные авторы знали, что Троя находилась где-то в окрестностях холма Гиссарлык. Геродот писал о том, что царь Ксеркс, владыка Персии, останавливался здесь и местные жители поведали ему историю осады и взятия Трои. Потрясенный Ксеркс принес в жертву тысячу овец и приказал жрецам окропить стены Трои вином в память великих героев прошлого.

Александр Македонский, остановившись в Трое, совершил ритуальный обряд: облив себя маслом, бегал голым вокруг «гробницы Ахилла» и надевал на себя древнее оружие, хранившееся в местном храме Афины Троянской.

Юлий Цезарь застал здесь одни руины – за сорок лет до этого город был разрушен римлянами. Он воздвиг на развалинах Трои алтарь и воскурил благовония, прося богов и древних героев помочь ему в борьбе с Помпеем.

Безумный император Каракалла, побывав в восстановленной под именем Нового Илиона Трое, пожелал воссоздать здесь сцену скорби Ахилла по погибшему Патроклу. Для этого он приказал отравить своего любимца Феста, соорудил огромный погребальный костер, лично убил жертвенных животных, возложил их вместе с телом убитого «друга» на костер и запалил его.

Император Константин, посетивший в 120-х годах н. э. руины Трои, пожелал основать здесь столицу Восточной Римской империи, но затем его выбор пал на Византий – так появился Константинополь.

Много воды утекло с тех пор. Постепенно точное местонахождение Трои было забыто. В 1785 году француз Шуазель-Гуфье, предпринявший несколько экспедиций в северо-западную Анатолию, сделал вывод, что Трою надо искать в районе Бунарбаши, в десяти километрах от Гисссарлыка. В 1822 году шотландский журналист Макларен опубликовал статью, в которой утверждал, что Троя – это холм Гиссарлык. Тот же Макларен лично побывал на месте в 1847 году, а в 1863 году снова издал свой труд, подтвердив высказанное ранее предположение. На Гиссарлык Шлиману указал и американец Фрэнк Калверт, британский консул в Дарданеллах и тоже большой поклонник Гомера, выкупивший половину Гиссарлыка в свою собственность. Калверт еще в 1863 году пытался убедить директора греко-римской коллекции Британского музея в Лондоне снарядить экспедицию на Гиссарлык.

…Раскопкам предшествовало томительное ожидание разрешения на их проведение. Когда же в апреле 1870 года работы, в конце концов, начались, стало ясно, что перед Шлиманом стоит очень нелегкая задача: чтобы добраться до руин «гомеровской» Трои, ему предстояло пробиться через несколько культурных слоев, относящихся к разным временам, – Гиссарлыкский холм, как оказалось, был настоящим «слоеным пирогом». Уже много лет спустя после Шлимана было установлено, что всего на Гиссарлыке имеется девять обширных напластований, вобравших в себя около 50 фаз существования поселений различных эпох. Самые ранние из них относятся к III тысячелетию до н. э., а самые поздние – к 540 году н. э. Но, как и у всякого одержимого искателя, у Шлимана не хватало терпения. Если бы он вел раскопки постепенно, освобождая пласт за пластом, открытие «гомеровской» Трои отодвинулось бы на много лет. Он же хотел добраться до города царя Приама немедленно, и в этой спешке он снес культурные слои, лежащие над ним, и сильно разрушил слои нижние – по этому поводу он сожалел потом всю жизнь, а ученый мир так и не смог простить ему этой ошибки.

Наконец, перед глазами Шлимана предстали остатки огромных ворот и крепостных стен, опаленных сильнейшим пожаром. Несомненно, решил Шлиман, что это – остатки дворца Приама, разрушенного ахейцами. Миф обрел плоть: перед взором археолога лежали руины священной Трои…

Впоследствии оказалось, что Шлиман ошибся: город Приама лежал выше того, который он принял за Трою. Но подлинную Трою, хоть и сильно попортив ее, он все же откопал, сам не ведая того, – подобно Колумбу, не знавшему, что он открыл Америку.

Как показали новейшие исследования, на Гиссарлыкском холме находилось девять различных «Трой». Самый верхний слой, разрушенный Шлиманом – Троя IX, – представлял собой остатки города римской эпохи, известного под именем Новый Илион, существовавшего, по крайней мере, до IV века н. э. Ниже лежала Троя VIII – греческий город Илион (Ила), заселенный около 1000 года до н. э. и разрушенный в 84 году до н. э. римским полководцем Флавием Фимбрием. Этот город славился своим храмом Афины Илийской, или Афины Троянской, который посещали многие знаменитые люди древности, в том числе Александр Македонский и Ксеркс.

Троя VII, существовавшая около восьмисот лет, была довольно незначительным поселком. Зато Троя VI (1800–1240 гг. до н. э.), скорее всего, и являлась городом царя Приама. Но Шлиман буквально пронесся сквозь него, стремясь докопаться до следующих слоев, так как был убежден, что его цель располагается гораздо глубже. В результате он сильно повредил Трою VI, но наткнулся на обгорелые руины Трои V – города, существовавшего около ста лет и погибшего в огне пожара приблизительно в 1800 году до н. э. Под ним лежали слои Трои IV (2050–1900 гг. до н. э.) и Трои III (2200–2050 гг. до н. э) – сравнительно бедных поселений бронзового века. Зато Троя II (2600–2200 гг. до н. э.) была очень значительным центром. Именно здесь в мае 1873 года Шлиман сделал свое самое важное открытие…

В тот день, наблюдая за ходом работ на развалинах «дворца Приама», Шлиман случайно заметил некий предмет. Мгновенно сориентировавшись, он объявил перерыв, отослал рабочих в лагерь, а сам с женой Софьей остался в раскопе. В величайшей спешке, работая одним ножом, Шлиман извлек из земли сокровища неслыханной ценности – «клад царя Приама»!

Клад состоял из 8833 предметов, среди которых – уникальные кубки из золота и электра, сосуды, домашняя медная и бронзовая утварь, две золотые диадемы, серебряные флаконы, бусины, цепи, пуговицы, застежки, обломки кинжалов, девять боевых топоров из меди. Эти предметы спеклись в аккуратный куб, из чего Шлиман заключил, что когда-то они были плотно уложены в деревянный ларь, который полностью истлел за прошедшие столетия.

Позднее, уже после смерти первооткрывателя, ученые установили, что эти «сокровища Приама» принадлежали вовсе не этому легендарному царю, а другому, который жил за тысячу лет до гомеровского персонажа. Впрочем, это никак не умаляет ценности сделанной Шлиманом находки – «сокровища Приама» являются уникальным по своей полноте и сохранности комплексом украшений эпохи бронзы, настоящим чудом древнего мира!

Как только ученый мир узнал о находках, разразился грандиозный скандал. Никто из «серьезных» археологов и слышать не хотел о Шлимане и его сокровищах. Книги Шлимана «Троянские древности» (1874) и «Илион. Город и земля троянцев. Исследования и открытия на земле Трои» (1881) вызвали в научном мире взрыв возмущения. Уильям М. Колдер, профессор античной филологии университета штата Колорадо (США), назвал Шлимана «дерзким фантазером и лжецом». Профессор Бернхард Штарк из Иены (Германия) заявил, что открытия Шлимана не более чем «шарлатанство»…

Действительно, Шлиман был археологом по призванию, но не обладал достаточными знаниями, и многие ученые до сих пор не могут простить ему его ошибок и заблуждений. Однако, как бы то ни было, именно Шлиман открыл для науки новый, до сих пор не известный мир, и именно он положил начало изучению эгейской культуры.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

document.wikireading.ru

Девять интересных фактов о Шлимане

Ровно 123 года назад скончался Генрих Шлиман. Предлагаем вам узнать несколько интересных фактов о немецком археологе, открывшем древнюю Трою.

1. Образование в 44 года Иоганн Людвиг Генрих Юлий Шлиман родился в семье священника 6 января 1822 года. В 1831 году, когда мальчику было 9 лет, у него умерла мать, после чего юношу взял на воспитание дядя. Получить ожидаемое образование в гимназии Генриху не удалось. Приготовленные на учебу деньги пришлось потратить на отца, против которого возбудили судебное дело, обвинив в хищении церковных средств.

Фотография взята из Selbstbiographie. Leipzig, Brockhaus, 1892. Генрих постигал грамоту в так называемом реальном училище (от нем. Realschule) — неполном среднем учебном заведении. Правда, его образование закончилось в 14-летнем возрасте, когда он был вынужден устроиться на работу. Но фактически Шлиман никогда не переставал учиться и занимался саморазвитием всю свою жизнь. Следуя девизу «учиться никогда не поздно» он в 44-летнем возрасте поступил в Сорбонну, где слушал лекции по античной истории и археологии. Однако Генрих Шлиман так и не дослушал выбранные курсы. 2. Насыщенная трудовая деятельность За 68 лет жизни Шлиман освоил много профессий. Свою первую работу он получил в 14 лет, когда устроился в бакалейную лавку господина Холтца (E. Ludwig Holtz) в Фюрстенберге. В 1841 году, когда юному Шлиману было всего 19 лет, он без гроша в кармане отправился в Гамбург, где стал юнгой на шхуне «Доротея». Следуя в Венесуэлу, на 14-ый день корабль терпит крушение у берегов Голландии. Так Шлиман оказался в Амстердаме, где прошел путь от нищего, просящего милостыню на промозглых улицах столицы, рассыльного, разносящего корреспонденцию торгового дома Квина, до бухгалтера и торгового представителя известной амстердамской компании «Шредер и Ко».

Памятная доска находится по адресу: Санкт-Петербург, 1-я линия В.О., дом 28. Надпись на ней гласит: «В этом доме в 1850–1860 годы жил Почетный гражданин Санкт-Петербурга, основатель микенской археологии Генрих Шлиман (1822–1890 гг.)». Установлена в 1991 году. Архитектор С. Ш. Валеев, скульпторы Г. В. Клаузер, Б. Н. Никаноров. Автор фото: Витольд Муратов. Живя в России, он стал успешным купцом и сколотил себе приличное состояние на поставках для русской армии в Крымской войне. В 1850 году он оказался в нужное время в нужном месте — в разгар золотой лихорадки он открыл банк в США, ссужая деньги золотодобытчикам и активно скупая драгоценный металл. 3. У Шлимана была плохая память Но это не помешало ему выучить дюжину языков. Оказавшись в незнакомом Амстердаме, юноша решил побороть языковой барьер. На учебники он тратил половину своей зарплаты, которая составляла 800 франков. Вторая часть денег уходила на оплату жилья (8 франков) — на жалкий холодный закуток на чердаке без камина. Питаясь черствым хлебом, Шлиман не пропускал возможности выучить язык. Первым стал английский. Учеба проходила следующим образом: ежедневно Генрих читал вслух текст, не переводя его, изучал его на память, а потом в течение часа писал эссе на интересующую его тему. Каждую свободную минутку, например, ожи

nat-geo.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о