Публичный дом что это: Недопустимое название — Викисловарь

Содержание

«Уход в публичный дом они воспринимали как освобождение от невыносимой домашней несвободы»

«Профессионалки», «арфистки», «любительницы»: «досуг» в Казани во второй половине XIX — начале XX века

Презентация книги доктора исторических наук и профессора кафедры историографии и источниковедения КФУ Светланы Малышевой о казанских жрицах любви, которая состоялась в минувший понедельник в центре современной культуры «Смена», вызывала большой интерес и споры у читателей «БИЗНЕС Online». Сегодня мы представляем фрагмент монографии, посвященный мотивам, побуждавшим губернских женщин заниматься проституцией.

«ДЛЯ НЕКОТОРЫХ ЖЕНЩИН ПУБЛИЧНЫЙ ДОМ И «ЖЕЛТЫЙ БИЛЕТ» ОЗНАЧАЛИ ХОТЬ КАКОЕ-ТО ПОДОБИЕ СВОБОДЫ, ПРАВА САМОСТОЯТЕЛЬНО ВЫБИРАТЬ ЖИЗНЬ И СУДЬБУ…»

Весьма разнообразны были не только казанские бордели, «тайные притоны» и прочие заведения этого рода.

Крупный губернский город предлагал любителям продажной любви все более широкий «ассортимент» проституток-профессионалок и «любительниц».

Правила, касавшиеся поднадзорной проституции, предусматривали практически лишь одно ограничение для «поступления» женщины в проститутки — возраст. Правилами 1844 г. минимальный возраст проститутки — и одиночки, и в доме терпимости — ограничивался 16 годами (что соответствовало минимальному брачному возрасту православных женщин). Указом 1901 г. минимальный возраст женщин, поступающих в дома терпимости, был повышен до 18 лет. Согласно правилам министерства внутренних дел 8 октября 1903 г. в разряд проституток могли зачисляться женщины не моложе 18 лет, а минимальный возраст для проституток в домах терпимости составил 21 год[1]. Официально поступить в проститутки могла любая женщина, независимо от социальной, национальной, конфессиональной принадлежности. Она должна была лишь выразить свое свободное желание. В 1886 г. муфтий Оренбургского магометанского духовного собрания Мухамедьяр Султанов обратился с просьбой к министерству внутренних дел принять положение, согласно которому мусульманки принимались бы в дома терпимости только с разрешения родителей или опекунов, а замужние — с ведома их мужей.

Однако правительство отклонило это предложение[2].

Исследователями давно и подробно изучены причины, побуждавшие российских женщин указанного периода заниматься проституцией, поступать в публичные дома[3]. Разумеется, нужда, невозможность и неумение заработать иными способами, неграмотность и прочие стесненные жизненные обстоятельства играли здесь превалирующую роль. Однако, как ни странно и кощунственно это прозвучит, для некоторого, весьма небольшого процента женщин, публичный дом и «желтый билет» означали хоть какое-то подобие свободы, права самостоятельно выбирать жизнь и судьбу.

Так, в одном из сентябрьских номеров 1910 г. московской еженедельной газеты «Женское дело» была опубликована заметка о еврейской девушке, которая не в состоянии преодолеть другими способами ограничения, накладываемые «чертой оседлости», была вынуждена получить «желтый билет», чтобы обосноваться в Петербурге и поступить на Бестужевские высшие женские курсы[4]. Факт регистрации двух «бестужевок» в Петербургском врачебно-полицейском комитете в 1895 г. и получение ими «бланков» приводил в своем докладе в 1897 г. врач этого комитета К. Л. Штюрмер[5]. Врач подавал этот факт как желание девушек «подработать» во время учебы, но, возможно, что они руководствовались теми же причинами, что и указанная выше.

Сцена из спектакля «Кукольный дом» (фото: kamalteatr.ru)

Другой пример — из материалов опроса врачом Н. Н. Порошиным в 1890-х гг. проституток 8 казанских домов терпимости. Им было опрошено 56 женщин — 28 крестьянок, 11 мещанок (по всей видимости, преимущественно русских), 17 татарок. Отвечая на вопрос о причинах, побудивших их заниматься проституцией, большинство женщин назвали нужду, тяжелые жизненные обстоятельства («скиталась с ребенком — нужда»[6], «средств не хватало», «не умела работать» и прочее), собственную слабость, привычку и ошибки («лень», «избаловалась», «так легко», «глупа была», «опустилась, стала пить» и так далее).

Лишь немногие, и среди них татарские девушки, чаще всего жившие в прислугах, у родни и однажды соблазненные, ответили, что ушли в публичный дом «по охоте», «по собственному желанию». Из 8 татарок-разведенных жен на этот вопрос — фактически за всех, — ответила лишь одна, остальные промолчали. Но ответ единственной из этих женщин весьма показателен: «Не хотела быть второй женой»[7]. Уход в публичный дом они воспринимали как освобождение от невыносимой домашней несвободы. Этот нестандартный способ «обретения свободы» был обыгран в поставленной в ноябре 2009 г. в Татарском государственном академическом театре им. Камала в Казани пьесе «Кукольная свадьба» по мотивам произведений Гаяза Исхаки (режиссер Фарид Бикчантаев, сценаристы Мансур Гилязов и Ризван Хамид). Центральная сюжетная линия в «Кукольной свадьбе» — это история красавицы-мусульманки Камар. Мастеря кукол для «кукольных свадеб» — развлечения татарских богачей XIX в., она желает самостоятельно распоряжаться своей жизнью и больше всего на свете боится превратиться в управляемую марионетку.
Эта жажда свободы и страх превратиться в куклу вынуждает Камар бежать из Казани в Оренбург и поступить проституткой в публичный дом[8].

Сцена из спектакля «Кукольный дом» (фото: kamalteatr.ru)

«ЗАНЯТИЕ ПРОСТИТУЦИЕЙ СТАНОВИЛОСЬ ПРЕДОСУДИТЕЛЬНЫМ, ТОЛЬКО ЕСЛИ О НЕМ УЗНАВАЛИ В РОДНОЙ ДЕРЕВНЕ, В СРЕДЕ ЗНАКОМЫХ»

Вопрос о моральной допустимости такого выбора в среде низших и средних слоев города и сельских жителей, к которым принадлежало большинство проституток, решался по-разному. Прежде всего, отметим, что, разумеется, для части женщин, становившихся на этот путь, само это решение становилось трагедией, поскольку они подвергались не только сопряженным с профессией физическим и моральным страданиям, но нередко — осуждению родных. Такие истории заканчивались либо разрывом отношений с семьей, либо настоящими драмами.

Так, трагедией закончилась история вышеупомянутой еврейской девушки, взявшей в Петербурге «желтый билет» проститутки ради того, чтобы иметь возможность остаться в городе и поступить на Бестужевские курсы. О роде ее занятий узнал брат девушки и покончил жизнь самоубийством, оставив ей предсмертную записку с призывом сделать то же самое. Девушка бросилась с Троицкого моста.

Однако далеко не всегда сами женщины и их семья так «драматизировали» этот выбор. Точно подметила современница, что «простонародье свыкается с проституцией, живущей бок о бок с ним, и начинает смотреть на это занятие, как на нечто обычное». Этот взгляд подкреплялся и некоторыми сторонниками регламентации проституции, заявлявшими, что «участницы в ней (проституции. — С.М.) не заслуживают вовсе презрения, а даже, наоборот, уважения», «проституцию нужно рассматривать как одну из форм труда (…) ремесло, которое еще долго будет существовать»[9]. «Сухая профессия, контракт, договор, почти что честная торговлишка, не хуже и не лучше какой-нибудь бакалейной торговли (. ..) Мещанские будни — и только»

[10], — так комментировал это отношение А. Куприн. Действительно, представители низших и даже средних слоев нередко с занятием проституцией смирялись, как с обычным занятием, работой, способной обеспечить прожиточный минимум и даже возможность отсылать что-то семье. Как свидетельствуют результаты вышеупомянутого опроса, проведенного врачом Н. Порошиным в 1890-х гг. среди обитательниц казанских публичных домов, большая часть из тех, чьи родители были живы — 10 женщин из 19, продолжали регулярно видеться с матерью или отцом или обоими родителями[11].

Обстоятельством, особенно облегчавшим эту «сделку» с совестью и общепринятой моралью, являлась пространственная удаленность от места проживания семьи, от круга родных и знакомых, от локализации деревенской или городской общины, традиционно осуществлявшей надзор и контроль над действиями своих членов. Неудивительно, что, например, в 1889 г. почти половину обитательниц казанских публичных домов составляли уроженки других губерний, уроженок самой Казани среди них было еще меньше.

Правда, среди проституток-одиночек местные уроженки составляли более 70%. Велик процент «местных» был и среди проституток домов терпимости и одиночек в уездных городах[12].

Переехав в Казань из деревни, из другого города, или занимаясь проституцией в другой части города, женщина как будто бы освобождалась от тех моральных предписаний, которые ей диктовала традиционная община. Следуя этой логике, занятие проституцией становилось предосудительным, только если о нем узнавали в родной деревне, в среде знакомых. Так, в январе 1909 г. газета «Казанский телеграф» поведала историю о том, как в марте 1907 г. в одном из татарских публичных домов Казани — доме Сайфуллина

[13] на Ново-Песчаной улице — крестьянин Мустафин (к слову, приехавший в Казань закупать товар и прогулявший все деньги за три дня в этом самом доме терпимости) был серьезно ранен в драке служащим борделя Сафиным: ему полоснули ножом по горлу. Оказалось, что сестра Сафина Заида трудилась проституткой в этом же борделе и держала зло на Мустафина за то, что тот, будучи в ее родной деревне, рассказал об истинном роде занятий Сафиной в Казани, дискредитировав тем самым женщину в глазах всей общины[14]. То есть, сам факт занятий сестры особенно не смущал ее брата, он даже служил в том самом борделе, подавая напитки посетителям. Другое дело, что пострадала ее репутация в глазах односельчан!

Занятие проституцией далеко не всегда было одиозным в глазах представительниц низших и средних слоев — настолько, что «за компанию» в него охотно вовлекались подруги, землячки, даже родные сестры и другие близкие родственницы. Причем это явление было повсеместным. Писатель С. С. Шашков, изучавший историю проституции в России, писал: «Целые семейства сплошь и рядом живут одним только развратным промыслом; сестры с сестрами и матери с дочерями нередко составляют проституционные компании (…)»

[15]. В списках казанских проституток также обнаруживаются многочисленные факты поступления землячек и родственниц в один и тот же бордель, общего их проживания на съемных квартирах.

В списках проституток 1858 и 1859 гг. мы видим имена, видимо, сестер, проживавших в одном публичном доме или снимавших общую квартиру: мещанки Анна и Агнея Васильевы, мещанские дочери Федосья и Фекла Скорняковы, а также Прасковья и Анна Соловьевы, крестьянские дочери Анна и Офимия Дорофеевы, девицы из духовного звания Вера и Елена Полиновские.

Списки 1882 г. также фиксируют факты проживания сестер-проституток в публичных домах и на съемных квартирах. Так, уржумские мещанские девицы Ольга Егоровна и Дарья Егоровна Машковцовы обитали в публичном доме Аграфены Бессмертных, сарапульские мещанские девицы Александра Павловна и Авдотья Павловна Гавриловы — в публичном доме Григорьевой-Клементевой. Подруги-землячки также предпочитали селиться в одной квартире или борделе. Например, совместно проживали в доме Гранильщикова на Задне-Ямской улице уроженки деревни Большие Сабы Сатышевской волости Мамадышского уезда Гайни Зямал Нурмухаметова и Бибигуль Зямал Рахматуллина. Нижегородские мещанские девицы Дарья Васильевна Шкарева и Авдотья Александровна Попелева поселились и совместно трудились в доме терпимости Ладановой, костромские мещанские девицы Анна Николаевна Погожева и Анна Сергеевна Георгиевская — в публичном доме Петровой, три уржумские мещанские девицы — вышеупомянутые сестры Машковцовы и их землячка мещанская девица Елизавета Констатиновна Петрова — в доме терпимости Бессмертных. Многочисленные факты такого проживания свидетельствуют об определенной распространенности явления выезда в другой город для поступления в публичный дом «за компанию».

Таким образом, спектр отношений в среде низших и даже средних городских и сельских слоев к занятию родных, знакомых проституцией был довольно широк — от отвержения и презрения до восприятия его как обычной работы, пусть и вынужденной, наконец, даже до подражания и следования примеру поступивших в проститутки сестер, подруг, землячек. Как остроумно заметил в свое время исследователь французской проституции Ален Корбен, автор книги «Дочери ночи» (впрочем, о реалиях другой эпохи): «Проститутки, когда-то бывшие отбросами общества, начинают восприниматься как модели для эмансипации!»[16]

Доходный дом финнов в Петербурге стал публичным — Происшествия — Новости Санкт-Петербурга

Поделиться

Европейская практика доходных домов, когда квартиры не продаются, а сдаются жильцам на определенный срок, приобрела в Петербурге своеобразные формы. Опыт первого крупного проекта финского пенсионного фонда, вложившегося в дом на Коломяжском проспекте, 15, к. 1, показал, что даже при участии и контроле иностранных инвесторов доходный дом легко превращается в публичный.

У меня в доме 70 борделей

«Помогите. У меня в доме семьдесят борделей». Услышав такое по телефону, в редакции «Фонтанки» сочли, что звонившая либо в несколько раз преувеличивает, либо не в себе. Скорее из вежливости, поинтересовались адресом. «Коломяжский, 15». В силу природной добросовестности проверили. Оказалось — правда. Ну, может, не семьдесят. Может, пятьдесят или даже сорок. Но все равно — десятки. В двух подъездах городской многоэтажки.

Публичный дом с финским качеством

Дом на Коломяжском проспекте, 15, изначально строился как доходный. Квартиры здесь предполагалось не продавать, а сдавать жильцам помесячно. В строительство вложился пенсионный фонд из Финляндии ICECAPITAL Housing Fund. В первоначальные планы по выкупу всего здания внес свои коррективы мировой финансовый кризис, но два подъезда с 276 квартирами финны все-таки выкупили. Для управления своим имуществом создали стопроцентную российскую дочку ООО «Коломяжский, 15».

Несмотря на то, что собственник позиционировал квартиры как «жилье для среднего класса» и гарантировал «европейский стандарт качества, безопасность и комфорт», уже вскоре в Сети появились отзывы квартиросъемщиков, проклинавших свою ошибку в выборе жилья. Большинство характеристик просто нельзя привести в тексте. «Шлюхи и адское быдло» — одно из относительно политкорректных высказываний.

Средний класс оказался в окружении разнообразных борделей. Добропорядочных жильцов раздражает круглосуточный скрип кроватей и бесшабашное поведение клиентов. Страждущие запросто могут, перепутав номер квартиры, посреди ночи стучать в дверь благопристойного квартиросъемщика. Причем, даже поняв, что ошиблись, потенциальные клиенты все равно пытаются склонить к легким деньгам за секс порядочных женщин. Возражения из серии «я просто здесь живу, а эта реклама с проститутками, которую вы мне показываете, не про меня, а про соседей» — не находят понимания.

«Фонтанка» может только посетовать, что арендаторы невнимательно читали рекламные материалы ООО «Коломяжский, 15». Ведь им сразу обещали, что «особое окружение создает идеальную атмосферу для активного отдыха, веселого времяпровождения». Возможно, квартиросъемщики не предполагали, что «особое окружение» означает по два-три борделя на этаже. Как говорят, под салоны сняты почти все трехкомнатные квартиры. А есть еще «индивидуальные предпринимательницы», которых устраивают квартиры меньшего метража, и коллективы, работающие только на выезде.

Количество предложений на Коломяжском, дом 15, впечатляет. Кроме нескольких салонов, предлагающих услуги проституток по ценам, которые можно считать средними и выше средних, в доме, судя по всему, работает ряд салонов, явно демпингующих. Более того, дом ежедневно и еженощно осаждают гастарбайтеры с мобильниками в руках, так что можно предположить, что ряд заведений не представлен в Интернете и предназначен для ублажения этих клиентов, не располагающих значительными суммами, но в отрыве от семей вынужденных искать продажного секса. К слову, не про них ли шла речь в заявлениях петербурженок, которые массово жаловались в полицию на выходцев из Средней Азии, пристававших к ним с непристойными предложениями.

Личный опыт

Корреспондент «Фонтанки» убедился, что предложения интимных услуг на Коломяжском, 15, присутствуют в Интернете в изрядном количестве. Без труда нашлись упоминания (с отзывами посетителей) о борделях на 3, 4, 5, 7, 8, 11, 17, 18, 22, 24 этажах. Сами «пользователи» сомневаются в оценке количества заведений, но сходятся в том, что их не меньше трех десятков. На многих анкетах «фей» и сайтах прямо указан адрес. Журналист позвонил по нескольким разным телефонам, проверил.

— Это Коломяжский, 15? Можно негритянку?
— Можно.
— А с подругой?
— Да хоть с подругой, хоть с женой и тещей! Любой каприз за ваши деньги!


— Коломяжский, 15? Аня есть?
— Ани нет, но подъезжайте, есть Катя, Оксана и Ева. Что-нибудь себе подберете
— Уточните, какой у вас этаж, а то я путаюсь, вы ж там на каждом этаже
— Да, у нас так. ..


— Я на Коломяжский, 15, сегодня хочу подъехать, отдохнуть. Будут девочки?
— Без проблем, подъезжайте, у нас там три квартиры. Есть по разной цене.
— А выбор будет? Из восьми-десяти смогу выбрать?
— Ну нет, конечно, столько не будет. Самая работа у нас в 8 вечера, вся страна отдыхает. Но вы подъезжайте, что-нибудь подберем. Или подъезжайте заранее, выбирайте.


Больше звонить не хотелось. Хотя список телефонов с тем же адресом остался длинный. Надо было посмотреть на месте.

Девочки есть? Есть

Обстановка у дома 15 на Коломяжском проспекте на первый взгляд смотрится пристойно. Большое новое здание, на первом этаже — множество магазинов и офисов. Пройдешь и не заметишь. Если бы не специально обученный человек, который раздает прохожим карточки с номерами телефонов. У него же можно получить бесплатную консультацию, на какой этаж лучше обратиться. Оценив опытным взглядом корреспондента «Фонтанки», «промоутер» направил его на 8 этаж, где «по 2500 в час», отговорив ехать на двадцать четвертый, где «по тысяче сто, но те вообще».

На лестничных площадках «доходного дома» особая атмосфера. В лифте и на площадках постоянно сталкиваешься с мужчинами различных возрастов и национальностей. Некоторые, опустив взгляд, пытаются проскочить мимо. Другие, напротив, легко готовы поделиться информацией, на каком этаже хорошо, а на каком плохо. И даже посоветовать понравившуюся им квартиру: «Там по 3 тысячи, но класс! А на третий не ходи, там, хоть и дешево, но совсем отстой!». Звонить без ошибки можно почти в каждую трехкомнатную квартиру. «Девочки есть? Есть». В крайнем случае, предлагают обратиться на соседний этаж или напротив. В лифте — грозные объявления ТСЖ, строгость которых нивелируется фривольными буклетами.

Фото: читатель «Фонтанки»ПоделитьсяФото: читатель «Фонтанки»Поделиться

Выйдя на балкон общей лестницы, стало заметно то, на что снизу не обращаешь внимания. На асфальте тротуара огромными буквами и цифрами намалеваны призывы: «ТЕЛКИ» и номер телефона.

Фото: читатель «Фонтанки»Поделиться

Мы не в курсе

Елена Гришина, генеральный директор ООО «К-15» с момента основания и до недавнего времени, на вопрос о десятках борделей ответила, что ей об этом ничего неизвестно. «В настоящее время я не являюсь руководителем компании, и говорить об этом считаю некорректным. Когда я была директором, никаких борделей не было».

Возглавившая ООО «К-15» в ноябре 2011 года Татьяна Kлимовицкая сказала корреспонденту «Фонтанки», что она об этом не осведомлена и от дальнейших комментариев отказалась. Отметим, что, по словам жильцов, в последние месяцы как минимум два борделя после неоднократных и настойчивых жалоб все же были выселены.

Управляющий директор ICECAPITAL Real Etate Asset Management Ltd, подразделения ICECAPITAL Group, специализирующегося на недвижимости, Виса Майянмаа (Wisa Majamaa), ответить на вопрос корреспондента «Фонтанки» не смог, сославшись на чрезвычайную занятость, и попросил связаться с ним позже.

Отметим, что в самой Финляндии несколько лет назад разгорелся скандал, когда выяснилось, что в квартирах, принадлежащих Торговому представительству России в Хельсинки, действовали бордели. Впервые информация об этом появилась в 2005 году, тогда же был начат судебный процесс над несколькими выходцами и Карелии. Как установило следствие, притон находился в квартирах, принадлежащих российским дипломатам, по меньшей мере в трех из них были задержаны проститутки. Причем, документы девушек на въезд в Финляндию оказались подделками. Сами путаны постоянно сменяли друг друга, приезжая в Хельсинки на короткое время из разных районов Ленинградской области и Санкт-Петербурга. Всего в притоне трудилось около 200 девушек. Доходы от работы «заведения» составляли сотни тысяч евро. Приговором финского суда жители Петрозаводска были отправлены на разные сроки в тюрьму. Торговое представительство открестилось от подозреваемых, заявив, что не имеют отношения к дипкорпусу.

Денис Коротков, «Фонтанка.ру»


© Фонтанка.Ру

Фото: читатель «Фонтанки»Фото: читатель «Фонтанки»Фото: читатель «Фонтанки»

Мистерия-пуфф: публичный дом в Германии

Григорий СКЛЯРОВ

Одна моя знакомая говорила, что впечатления от посещения публичного дома, наверное, единственное из того, чего бы не смогла испытать она и что могу испытать я. Действительно, любая иллюзия равноправия рушится в этом очень функциональном заведении. Женщина туда может попасть только в определенном качестве. Ничего загадочного в нем нет: ни романтики, ни красоты. Это производство. И Генри Миллер это очень хорошо понял, когда мог запросто взять взаймы деньги у возлюбленной, для того чтобы сходить в бордель, как будто к булочнику за круассаном.

По большому счету описывать публичный дом так же нелепо и сложно, как какой-нибудь завод. К примеру, на заводе «Даймлер» есть лифты для фур, которые опускают автотраки в подземные цехи, а потом опять поднимают. Человеку из какой-нибудь индустриальной провинции это может вскружить голову, как Стендалю на входе церкви Святого Креста. Но это быстро проходит.

В современной Германии публичный дом – такое же привычное место, как супермаркет или гостиница. Он настолько обычен и легален, что есть во многих районных центрах наравне со школами, бильярдными залами, банями и больницей. Разумеется, он располагается где-нибудь на отшибе, вдали от дорог, по которым дети идут с мамами из детского сада домой.

Сами здания во многом очень похожи друг на друга: к примеру, как в столичном Штутгарте, так и, скажем, в Бёблингене это типовые панельные здания в термошубе и оштукатуренные. Как внешне, так и содержательно – так что нет смысла описывать какое-то отдельно. Нужно сказать, что в этой индустрии все достаточно унифицировано. И пусть даже нет ярких вывесок или какого-то общего настойчивого антуража, знающий человек эти места видит издалека. К примеру, все кинотеатры для гомосексуалистов почему-то имеют синие окна. Пуфф тоже ничем не выделяется, кроме как какими-то полунамеками. А так это обычная многоэтажная коробка. Окна этого здания небольшие, и почти во всех горит желтый свет.

Как только входишь, там подкрашенный приглушенный свет, который якобы должен расположить на какой-то интимный лад. Никто тебя не встречает, как это показывают в фильмах о belle еpoque. Это раньше по лестнице спускалась женщина в перьях, на диванах сидели полуголые девицы, слуга принимал трость и шляпу. Теперь в публичных домах та же система самообслуживания, что и в гастрономах. Правда, вместо турникетов фискальных регистраторов организован бар, а вместо кассиров – полуголые молодые женщины. В отношении внешнего вида у них в основном два модуса. Некоторые одеты так, как наши девушки одеваются, чтобы добраться в метро на работу: короткая юбка, чулки в сетку, бюстгальтер системы корбей или бра, туфли на высоких шпильках. Одежда остальных функциональна и проста, как спортивная форма: чулки, пояс… В общем, еще скучнее – они подражают путеводителю по сексологии для бедных. Я имею в виду порнографию.

Эти женщины сидят за барной стойкой, болтают и довольно громко смеются. В целом они берут на себя часть тех функций, которые часто возлагают на себя мужчины в обычных барах: имитируют атмосферу праздника и веселья за столом, чтобы к этому хотелось приобщиться. Здесь все становится немного перевернутым, мужчины не стремятся покрасоваться, а занимают пассивную позицию. Держа руки в карманах джинсов, они молчаливо слоняются по многочисленным узким коридорам или тихо сидят возле бокала Neckarmuller. Это такие обычные молодые европейские мужчины, которых избыточная женская опека сделала объектом юридических манипуляций, некоторые это называют гендерным правовым терроризмом. Не так, как неунывающий Генри Миллер, эти мужчины флегматично идут по коридорам, безразлично задают свои вопросы: «Сколько лет? Из какой страны?»

Сколько им лет, совершенно непонятно, но персонал молодой. Вполне буднично, там тоже есть прейскурант, начинающийся от 30 евро. Для сравнения: в Москве ко мне в гостиничный номер каждые полчаса кто-нибудь стучался, и я из-за закрытой двери им отвечал, что ничего не надо. Это на современной московской менеджерской фене называется опытом агрессивных продаж. В конце концов я открыл дверь. Передо мной стояли две бабушки и беззубо улыбались, как это бывает в Париже. Чтобы отвязаться, спросил:

– Сколько стоит?

– 100 баксов.

– Что ж так дорого?

– Ну, это Москва, сынок…

…Если сделать проекцию здания, то оно представляет собой правильный четырехугольник. По периметру каждого из четырех этажей идет коридор, с правой и с левой стороны которого есть двери. Если дверь закрыта, то открывать ее не принято. На пороге тех дверей, которые открыты, как правило, стоят женщины и зазывают клиентов, как разносчики холодного пива на пляже. Это можно себе представить по фильму Ким Ки Дука «Плохой парень», только говорят они это все по-немецки. Текст, впрочем, такой же, как у коммивояжеров или зазывал на цирковое представление: предлагаем развлечься, хорошо провести вечер, не проходите мимо…

Впрочем, были барышни, пусть и со скромной, но фантазией, предпочитавшие работать в каком-либо амплуа. Разумеется, там была медсестра. Затем запомнилась какая-то самбо в блестящем ретро-космическом костюме то ли из «Стар Трека», то ли из «Соляриса» Андрея Тарковского. Впрочем, помимо тривиальной порнофантазии, были и чисто литературные аллюзии. Например, в одной комнате лежала на животе, листая журнал, женщина, похожая на подростка, в которой все казалось рудиментарным. На ее ногах были белые гольфы, она жевала резинку и надувала пузыри, отстраненно сгибала по очереди ноги в коленях, оборачивалась в сторону коридора и якобы озорно улыбалась из-за плеча. Все остальное было в формате «не проходите мимо».

В этих коридорах сразу начинаешь понимать, что время салонов и полусвета прошло настолько, что не просто забыто, но и книг об этом уже не читают. А ведь когда-то кавалер де Грие ради кокотки Манон Леско совершил целый ряд преступлений: убил человека, способствовал побегу из тюрьмы, стал картежником и аферистом. Но Франция того времени проституток – пусть и элитных – высылала в Соединенные Штаты. Тогда де Грие, как жена декабриста, отправился вслед за Леско. Еще через пару столетий друг Марселя Пруста Рейнальдо Хан был «на побегушках» у «знаменитой Клео де Мерод», ничего не получая взамен.

Теперь все проще. Это раньше можно было перепутать влюбленность с психологической зависимостью. Теперь все организовано, как глобальный супермаркет, где лишнее осталось за турникетом. Я иду по коридору, поднимаюсь еще на один этаж. Мне говорят:

– Не проходите мимо!..

– Сколько лет? Из какой страны?

– Двадцать два, Италия…

Вхожу. Комната представляет собой самую обычную конуру с дешевой новой мебелью: кровать, зеркало, умывальник, тумбочка с телефоном на ней. Окно сделано в потолке, и по тому, что видно звезды, стало ясно, что я на последнем этаже. Я только закрываю дверь и говорю:

– Ho voglia di fumare.

«Я живу возле борделя на „Академической“»

Бордели различаются по уровню достатка посетителей. В один приходят люди побогаче, в другой — победнее. Там, где победнее, в основном гости из Средней Азии 30–40 лет, хотя встречаются и очень молодые. По виду работяги. Приходил даже человек с ДЦП. Ходят не только мужчины, но и девушки. На вопрос «Зачем ты сюда идешь?» многие отвечают, что пришли за кормом для рыб. Я прочитала в интернете и думаю, что кормом для рыб называют наркотики («кормом для рыб» называют синтетические наркотики. — Прим. ред.).

А в притон подороже чаще ходят славяне и ребята постарше. Порой сюда приезжают состоятельные люди — бывало, что у нас во дворе выстраивалась очередь из такси с клиентами. Некоторые приезжают на своих машинах и ломают наш местный шлагбаум.

Конечно, звуки с улицы доносятся и в мою квартиру: я часто слышу по ночам, как дерется всякая пьянь. Сегодня утром меня разбудил человек, который ходил по двору и громко разговаривал сам с собой. Встречаешь таких гостей борделя, что лыка не вяжут, ходят со стеклянным взглядом, а то кто-то лежит ранним утром поперек лифта и говорит, что никуда не пойдет. Я часто боюсь делать замечания, потому что они здоровые жлобы, они нам почтовые ящики раздербанили. А как-то раз двое мужчин азиатской внешности встали посередине двора и стали снимать грязные носки, потому что, видимо, в грязных носках к девушкам идти не очень почтительно. Смеяться или плакать, не знаю, но это отвратительно.

Посетители борделя выпивают, мусорят и гадят в подъезде. Причем гадят на всех пяти этажах, в лифте, а также на улице и в арках дома. Так происходит, потому что людям приходится ждать друг друга. Я иду домой, захожу в собственный подъезд, а там стоит очередь в бордель из пяти человек. И еще несколько стоят на улице, а им же хочется справлять нужду. Мне жалко уборщицу, которая должна убирать каждый день в подъезде.

Основная масса посетителей борделя приходит примерно в десять вечера. Вообще идут круглосуточно, но девочкам ведь надо спать, поэтому они сами назначают определенное время для сеанса. Нельзя прийти без приглашения. Гости до последнего момента не знают точного адреса борделя. Они переписываются в WhatsApp, а когда подходят к нужному дому, звонят по телефону, и им сообщают нужную квартиру. Таких людей сразу видно — они блуждают с потерянным видом с телефоном у уха.

Закрылся крупнейший бордель Европы Pascha

Крупнейший бордель Европы обанкротился из-за пандемии коронавируса, пишет Express. Публичный дом под названием Paschа был одной из достопримечательностей Кельна. Однако его закрыли в соответствии с ограничительными мерами, введенными в Германии. В один прекрасный момент у руководства просто закончились деньги.

«Нам конец», — заявил журналистам директор Paschа Армин Лобшайд. Он рассказал, что публичный дом потратил все свои финансовые запасы за время запрета на проституцию, который ввели из-за пандемии. Федеральная земля Северный Рейн-Вестфалия, где расположен бордель, сделала это пять месяцев назад. Лобшайд раскритиковал власти за то, что те не внесли ясности в так волнующий руководство отеля вопрос: когда именно заведение сможет возобновить работу.

«Мы не можем ничего планировать… Мы могли бы предотвратить банкротство, если бы были уверены, обратившись в банк, если бы знали, что в начале следующего года снова сможем работать», — заявил директор.

По его словам, пока его детище банкротится, секс-услуги в ФРГ продолжают оказывать, но анонимно и в обход государственной казны. Профсоюзы представительниц профессии не раз говорили, что закрытие официальных борделей сделает проституцию подпольной и приведет к высоким рискам для сотрудниц.

Тем временем, если верить сайту борделя, он самый крупный не только в Европе, но и в мире. Там работали порядка 120 девушек и около 80 человек обслуживающего персонала. В день в Paschа обслуживали до тысячи человек.

Семь этажей борделя отвели под сдаваемые сотрудницам 126 комнат. Девушки платили по 180 евро в сутки. В эту сумму входило питание, медобслуживание и 20 евро ежедневного налога, который требовали власти.

Только около трети дам были из Германии. Остальная часть работниц была из абсолютно разных стран. До времен COVID-19 заведение принимало клиентов круглосуточно. Они платили по пять евро за вход, после чего уже напрямую с девушками договаривались о цене вопроса. Так, оральный секс в Paschа обошелся бы в 50 евро. При этом организация обещала вернуть потраченные деньги, если клиент остался не доволен обслуживанием.

Это учреждение существовало с января 1972 года. Тогда оно стало первым многоэтажным борделем Европы. Городские власти давно хотели избавиться от квартала красных фонарей Kleine Brinkgasse, который расположился в центре. Поэтому-то руководство Кельна и выдало лицензию на строительство нового крупного борделя на городской окраине. Работавшие в районе Kleine Brinkgasse дамы подали в суд в связи с закрытием, но проиграли.

Коронавирусный удар по секс-индустрии

Ограничительные меры сильно ударили по всей сфере интим-услуг сразу же после введения. Девушки остались без работы и средств к существованию. Во многих странах работа борделей легализована, поэтому там куртизанки начали устраивать демонстрации и протесты.

«Проституция не несет большего риска заражения, чем другие услуги, связанные с телом: массаж, косметика или даже танцы либо контактные виды спорта», — заявила ассоциация секс-работников немецкого Гамбурга.

По словам организации, бордели могли бы легко придерживаться правил безопасности. В начале июня Профессиональный союз эротических и сексуальных услуг даже создал концепцию по гигиенической адаптации отрасли. К главным пунктам правил отнесли запрет на поцелуи, масочный режим и дезинфекцию клиентов.

«Да, на какое-то время из-за пандемии придется отказаться от поцелуев и тому подобного. Но секс-работницы будут подчиняться этим правилам, поскольку для них это единственная возможность заработать», — отмечала член правления профсоюза Сюзанне Бляйер Вильп.

В Германии закрыли далеко не все бордели. Во многих ужесточили правила гигиены, но это не помогло сохранить спрос. Выручка заведений упала более чем вдвое, а некоторым вовсе пришлось закрыться самим. Если у владельцев салонов появились проблемы с заработком, то у куртизанок еще и с закрытыми границами. Многие девушки приехали в Европу из других стран, а после начала пандемии не смогли вернуться домой.

«Коронавирус обернулся катастрофой. Я не могу заработать деньги с середины марта, мне даже спать негде», — рассказывала одна из девушек.

Похожая ситуация сложилась и в Нидерландах, но там проститутки открыли проект для помощи друг другу. Уже к середине марта им удалось собрать более четырех тысяч евро. Деньги распределили между секс-работницами. В Лондоне большинство из девушек перешло на дистанционное оказание услуг. Но такой вид работы приносит намного меньше денег.

«Вирус — это катастрофа для бизнеса, ориентированного на клиентов, и секс-работа здесь ничем не отличается. Большая часть моего дохода формируется за счет индивидуальных сеансов. Через онлайн-сервис я обычно зарабатываю немного денег», — рассказала Клео BBC News.

Не обошел коронавирус и азиатскую секс-индустрию. Начало пандемии не смог пережить целый город-бордель под названием Даулатдия. Бангладешские власти запретили проститутками работать, из-за чего примерно полторы тысячи девушек остались без средств к существованию.

Хозяев борделей в Амстердаме обязали говорить на языках проституток

Автор фото, AP

Подпись к фото,

Район красных фонарей в Амстердаме

Хозяева борделей в Нидерландах обязаны быть в состоянии общаться со своим персоналом на их родном языке, согласно последнему постановлению Европейского суда.

Суд постановил, что мэрия Амстердама была права, отказав в лицензии хозяину одного из борделей на том основании, что он не говорил ни по-венгерски, ни по-болгарски.

Публичные дома в Нидерландах разрешены законом, но они должны получать лицензию на работу от местных властей.

Одновременно власти пытаются бороться с торговлей людьми.

Решения Европейского суда обязательны для всех 28 стран, входящих в Европейский Союз.

«Суд считает, что можно требовать от хозяина борделя, чтобы тот был в состоянии общаться на том же языке, что и работающие на него проститутки», — говорится в заявлении суда.

Только в подобном случае публичный дом, в том числе и всемирно известные амстердамские «витрины с проститутками», могут предотвратить эксплуатацию жертв торговли людьми или других преступлений, считает Европейский суд.

Интересы общества

Суд рассматривал жалобу некоего Й. Хармсена, которому мэрия Амстердама отказала в лицензии сдавать места в «витринах для проституток» в местном районе красных фонарей.

Автор фото, AP

Подпись к фото,

Власти Амстердама борются с организованной преступностью, связанной с проституцией

Суд решил, что городские власти имели полное право отказать ему в лицензии, так как он не мог говорить на языке своих проституток – по-болгарски и по-венгерски – и, соответственно, не мог установить, являлись ли они жертвами торговли людей, и не вынуждал ли их кто-либо заниматься торговлей телом.

Хозяин борделя настаивал, что он мог прибегать к помощи переводчиков, или же использовать онлайн-переводчики. Он также утверждал, что мэр Амстердама (который не упоминался в его жалобе), нарушил правила ЕС в отношении единого рынка в Евросоюзе, и настаивал, что решение мэрии было дискриминационным и непропорциональным.

Однако Европейский суд отверг эту аргументацию, ссылаясь на интересы общества в целом.

Проституция была легализована в Нидерландах и Германии в 2002 году.

Автор фото, Getty

Подпись к фото,

Демонстрация секс-работников против ограничений их работы властями Амстердама

Согласно законам Нидерландов, люди, работающие в секс-индустрии, должны регистрироваться в местной торговой палате, а также платить налоги.

В течение последних нескольких лет власти Амстердама стали проводить более строгую политику по отношению к индустрии секса, в рамках борьбы с торговлей людей и организованной преступностью.

Насколько известно, около 75% секс-работников в Амстердаме – выходцы из стран Восточной Европы, Африки и Азии.

Гуаньча (Китай): главный публичный дом Германии обанкротился | ИноБлоги | ИноСМИ

Один из крупнейших публичных домов Европы обанкротился.

Согласно сообщениям немецких СМИ, в начале сентября, из-за принудительного закрытия во время эпидемии публичный дом Pascha — главная достопримечательность западногерманского города Кельн — объявил о банкротстве. Около 60 работниц секс-индустрии внутри борделя и 120 приглашенных секс-работниц потеряли работу. 

Действительно, очень обидно…

Но нам, похоже, не придется о них беспокоиться. Во-первых, эпидемия рано или поздно пройдет, а во-вторых, «свято место пусто не бывает»: даже временно оставшись без работы в Германии, этом рае, где секс-услуги официально разрешены, разве они не найдут способ заработать?

В 2002 году Германия приняла Закон о проституции при правительстве канцлера Герхарда Шредера, легализовав оказание секс-услуг в стране. Хотя до этого секс-услуги в Германии не были напрямую разрешены законом, это не мешало отрасли открыто развиваться более века. Власти Германии предпочли ограничить и взять проституцию под контроль, чем запрещать ее.

Многовековая история прибыльного бизнеса. Решение о запрете вовсе не означало запрет 

После Первой мировой войны экономика и общество Германии оказались парализованы, и все больше женщин уходили работать в публичные дома. После прихода к власти НСДАП, несмотря на то, что многие проститутки были брошены в концентрационные лагеря и заклеймены как «падшие женщины», правительство не запретило полностью бордели и предоставило им «контролируемое» пространство для деятельности. Даже после принятия в 1927 году «Закона о борьбе с венерическими заболеваниями» проституция все еще не считалась преступлением.

Во время Второй мировой войны, чтобы обеспечить физическое здоровье мужчин и снизить риск распространения заболеваний, передающихся половым путем, власти учредили сеть временных борделей для того, чтобы солдаты могли удовлетворить свои сексуальные потребности (услуги военных проституток), полагая, что такая система намного лучше, чем беспорядочные половые связи, распущенность и частые изнасилования.

Именно благодаря своей относительно свободной «секс-индустрии» Германия всегда привлекала множество как местных, так и иностранных туристов, ищущих удовольствий.

Спустя более полувека в 2002 году был принят Закон о проституции. Законопроект был направлен на защиту законных прав секс-работниц и был им абсолютно выгоден. Но в глазах критиков закон был чрезмерно мягким, и очень легко мог превратить Германию в «европейский публичный дом». С точки зрения же сторонников законопроекта он был абсолютно необходим: только после легализации проституции можно защитить правовой статус секс-работников и улучшить их социальное положение.

Ситуация действительно начала развиваться так, как рассчитывали сторонники закона. Чтобы обеспечить большую поддержку и защиту «проституткам», в конце 2016 года Германия обнародовала федеральный закон «Закон о защите прав проституток», надеясь, что люди, занятые в секс-услугах, будут добровольно проходить регистрацию, тем самым позволяя закону защитить их права.

Закон регулирует деятельность секс-заведений, предоставление оборудования и помещений, а также организацию и осуществление секс-услуг. Он также осуществляет контроль здоровья и безопасности секс-работниц, например, организует медицинские осмотры для проституток, требует от них использования презерватив с каждым клиентом и другое. Нарушители могут быть оштрафованы на сумму до 10 тысяч евро.

Dagens Nyheter
The Cut
ИноСМИ
Newsweek Polska
Die Welt

По состоянию на конец 2018 года, число легальных секс-работников, зарегистрированных в соответствии с «Законом о защите прав проституток», составляло 32 800, но это — лишь часть тех, кто работает в официальных публичных домах и развлекательных клубах, фактическое количество секс-работников намного выше. Согласно исследованию международной организации TAMPEP, в Германии около 400 тысяч секс-работников, занятых полный или неполный рабочий день (93% из них — женщины, 4% — мужчины и 3% — трансгендеры), и каждый день они обслуживают около 1,2 миллиона клиентов.

Поэтому многие также полагают, что легализация проституции в Германии на самом деле провалилась. С одной стороны, у подавляющего большинства проституток нет ощущения собственной защищенности, и у них нет заинтересованности в уплате налогов и получении социального обеспечения, поэтому они не проходят регистрацию. В то же время многие предпочитают работать самостоятельно, а не заключать договор с борделем, чтобы тот помог найти клиентов.

С другой стороны, случаи секс-торговли людьми и сексуального рабства в Германии, напротив, участились, и жертвами в основном становятся женщины Восточной Европы и Ближнего Востока. Эти иностранки — крупнейший «источник» немецких секс-услуг: более 70% проституток в Германии — иностранки, причем большая часть из них — выходцы из Восточной Европы.

Эти секс-работники вместе со своими клиентами представляют огромный бизнес Германии с годовым оборотом в 18 миллиардов долларов.

Секс повсюду 

После легализации проституции в Германии кельнский публичный дом Pascha (самый большой бордель в Европе) устраивал вечеринки каждую ночь. Огни горели постоянно, и бизнес процветал. Даже такси около вокзала Кельна были покрыты рекламой борделя Pascha (конечно, посетителями в основном были иностранцы).

Знаковые места?

Pascha занимает площадь в 9 тысяч квадратных метров и состоит из 12 этажей. Ежедневно более 100 зарегистрированных секс-работников обслуживали здесь свыше 1000 клиентов. Подобные крупные бордели также есть в Берлине — «Бордель короля Георга», который открывается в 16:00, и за 99 евро в нем можно оставаться до конца следующего дня. Это также первый бордель в Германии с единовременной оплатой. Кроме того, существует еще один известный публичный дом — Paradise в Штутгарте.

Бордель Pascha в Кельне, Германия

Но не все проститутки решаются подписать договор с подобными крупными публичными домами. Клубы также являются одним из выборов, например, клуб FKK (FKK — это немецкое движение Freikörperkultur, которое переводится как «культура свободного тела», также называется нудизмом).

Германия — это родина нудизма

В таких клубах есть бассейн, сауна, бар и комнаты, и, как следует из названия, все работающие в нем мужчины и женщины обнажены. Клубы FKK обычно открыты с вечера до полуночи, а входная плата составляет от 35 до 70 евро, которая включает в себя плату за использование всех развлекательных мест внутри клуба. После входа на территорию в течение всей ночи посетителям доступны сауны, бары и комнаты, где они могут приятно провести время, «отдохнув» телом и душой.

Клубы FKK распространены по всей Германии, а также в некоторых частях Австрии и Нидерландов, но в основном сосредоточены в столичном регионе Рейн-Рур и во Франкфурте. «Известные клубы» включают в себя Artemis в Берлине, открывшийся осенью 2005 года, FKK World близ Гисена и FKK Oase в сельской местности недалеко от Бад-Хомбурга. И инфраструктура, и предоставляемые услуги не оставят клиентов равнодушными.

Фактически, будь то большой бордель или такой клуб как FKK, все они являются легальными развлекательными заведениями и обладают лучшими условиями труда для секс-работников. Проститутки, которые не работают в этих местах, будут вести бизнес в других местах.

Например, многие предпочитают снимать однокомнатную квартиру в районе красных фонарей по цене 80-150 евро (примерно 646-1210 юаней) в сутки, сами становятся хозяйками, а затем нанимают несколько человек, чтобы вместе заниматься этим бизнесом. Но, откровенно говоря, качество секс-услуг в клубах и борделях все равно лучше.

В рабочее время секс-работники заманивают клиентов, стоя в дверных проемах или у окон. Стоимость услуг самостоятельно определяется проституткой. Начальная цена составляет около 25-50 евро. Окончательная стоимость складывается в зависимости от поз и сложности исполнения последующих требований клиента. Поскольку здесь доход от секс-услуг не нужно делить с начальником, как при работе в клубе или публичном доме, и он целиком принадлежит проститутке, такой метод оплаты довольно популярен среди секс-работниц и работников.

Секс-работники также принадлежат к разным классам. Если внешний вид и качество услуг выше, то и цена будет больше.

Придя в квартал красных фонарей, где повсюду секс, просто выпить кофе не получится

Кроме того, некоторые бары или кафе также являются отличным местом для охоты за красотками. В барах секс-работники часто сначала проверяют посетителей, отсеивают тех, кто просто пьет или пришел поесть, а затем начинают активно соблазнять тех, кто остался, чтобы в конечном итоге добиться своей цели — продажи секс-услуг. Однако в этом случае их стоимость определяется в основном владельцем бара, и окончательная прибыль должна быть поделена с ним.

В то же время эти бары и кафе, которые предоставляют сексуальные услуги, также конкурируют между собой и запускают различные интересные промоакции для привлечения посетителей, например, организация каких-то азартных игр или продажа клиентских карт, чтобы клиенты могли получать бесплатные услуги или скидки за частое посещение. В Берлине есть кофейня, которая продает клиентам «членские карты»: выгода в том, что после пяти посещений шестой раз будет в половину цены, а после десяти — одиннадцатый за счет заведения.

Бесплатный вход является самым распространенным, но обычно это уловка придорожных заведений, а в больших борделях все-таки за вход требуется минимальный взнос.

Просьба возобновить бизнес

В этом году пандемия нового коронавируса сильно ударила по всем слоям населения, в том числе и по секс-работникам.

Чтобы сдержать распространение эпидемии, 14 марта несколько федеральных земель Германии закрыли свои государственные развлекательные заведения. Неделю спустя центральное правительство Германии приказало временно закрыть развлекательные заведения по всей стране.

Терпимое отношение правительства к секс-индустрии привело к тому, что количество секс-работников в стране увеличивалось с каждым годом. Однако из-за эпидемии коронавируса они все потеряли работу.

В результате эпидемии многие большие и маленькие бордели, бары и различные районы красных фонарей в Германии опустели. Среди них самый процветающий в Германии квартал красных фонарей — Репербан (Reeperbahn), расположенный в районе Санкт-Паули в Гамбурге, — несмотря на все несчастья, все-таки получил какую-то пользу: в нем зафиксирован «самый низкий уровень преступности в пределах мили за последние два столетия».

Немцы также называют Репербан «греховной милей». Эпидемия уменьшила поток людей, из-за чего снизился уровень преступности.

Но, возвращаясь к теме, продолжающееся закрытие лицензированных развлекательных заведений привело к потере источника дохода для большинства секс-работников и вынудило некоторых из них выйти на улицы для незаметного зазывания клиентов или размещать посты в социальных сетях для привлечения клиентов и продвижения собственного бизнеса.

Но секс-работники не могут продолжать так работать. В конце концов, многие потенциальные клиенты, которые ищут удовольствий, из-за коронавируса слишком боятся назначать личные встречи. С наступлением лета Швейцария и другие европейские страны постепенно активизировали свою экономическую деятельность. Безработные проститутки в Германии выражали свое недовольство и устраивали уличные протесты в Кельне, Берлине, Гамбурге и других городах.

Наиболее масштабная акция протеста произошла 11 июля. В тот день около 400 секс-работников и владельцев публичных домов со всей Германии собрались в районе красных фонарей Гамбурга на публичную демонстрацию, потребовав открытия немецких публичных домов. Они ходили с плакатами с надписями: «Самая древняя профессия в мире нуждается в вашей помощи», «Секс-работники не могут быть объявлены вне закона из-за эпидемии» и другие. Несколько протестующих крайне экспрессивно играли на скрипке и других музыкальных инструментах в поддержку демонстрации.© REUTERS, Thilo SchmuelgenАкция протеста против закрытия борделей в Дюссельдорфе, Германия

Число потерявших работу проституток огромно, и ведь им нужно как-то выживать

Эта демонстрация была организована немецкой ассоциацией секс-работников. В интервью журналистам ассоциация мотивировала свой протест тем, что в Швейцарии уже были случаи открытия публичных домов, и «они были открыты более месяца, но это не привело к увеличению числа новых зараженных коронавирусом». Ассоциация также заявила, что пока бордели соблюдают такие же меры безопасности, как и заведения других отраслей, например, ношение масок, частое проветривание и регистрация посетителей, это не приведет к какому-то большому риску заражения. Напротив, из-за того, что секс-работники не могут в это время зарабатывать обычным способом, им приходится искать клиентов на улицах в частном порядке, что создает гораздо больший риск для здоровья и гигиены.

Закрытие публичных домов может ослабить секс-индустрию, но не остановит ее. Напротив, поскольку она будет развиваться вне закона, это может усилить распространение вируса.

Наиболее вероятно, что именно из-за давления общественного мнения Берлин разрешил в середине августа вновь открыть для посетителей столичные публичные дома, но половые сношения в них были запрещены; запрет на физическую близость был отменен только в начале сентября. Разумеется, все это делалось с целью обеспечения безопасности и гигиены.

Тогда в чем разница между тем, чтобы вообще их не открывать? С целью достичь профилактики эпидемии в борделях?

В это время Дженна, 49-летняя опытная проститутка, давно привела в порядок кровать в арендованной ею маленькой квартире, надушилась и ожидала прихода клиента. Она взволнованно сказала: «По сравнению с массажем, мне больше нравится оказывать секс-услуги, и моим клиентам тоже это больше по душе».

Берлин открыт, значит, и в других городах скоро откроются бордели.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Определение публичного дома от Merriam-Webster

бульон · эль | \ ˈBrä-thəl , ˈBrȯ- также -t͟həl \

: здание, в котором доступны проститутки. Для отдыха были бары, места для отдыха в нерабочее время, бильярдные, стриптиз-клубы, бордели и временные мотели.- Дарлин Налл. Елизавета счастлива стать мадам элитного публичного дома. — Джонатан Фаст В жестоком квартале красных фонарей Чикаго на заре 20-го века большинство публичных домов подчеркивали «эффективность вместо фантазии». — Ада Калхун

проституции | Определение, история и факты

Проституция , практика участия в относительно неизбирательной сексуальной активности, как правило, с кем-то, кто не является супругом или другом, в обмен на немедленную оплату деньгами или другими ценностями. Проститутки могут быть женщинами, мужчинами или трансгендерами, а проституция может включать гетеросексуальные или гомосексуальные отношения, но исторически большинство проституток были женщинами, а большинство клиентов — мужчинами.

Восприятие проституции основано на культурных ценностях, которые различаются в разных обществах. В некоторых обществах проститутки рассматриваются как представители признанной профессии; в других случаях их избегали, оскорбляли и наказывали побитием камнями, тюремным заключением и смертью. Немногие общества проявляют такую ​​же строгость по отношению к клиентам; действительно, во многих обществах клиенты практически не страдают от правовых последствий.В некоторых культурах проституция требовалась от молодых девушек как обряд полового созревания или как средство получения приданого, а некоторые религии требовали проституции определенного класса жриц. Древние греки и римляне требовали, чтобы проститутки носили отличительную одежду и платили высокие налоги. Еврейское законодательство не запрещало проституцию, но ограничивало практику иностранок. Среди постановлений, установленных Моисеем для регулирования общественного здравоохранения, было несколько постановлений, касающихся болезней, передаваемых половым путем.

В Средние века в Европе церковные лидеры пытались реабилитировать раскаявшихся проституток и финансировать их приданое. Тем не менее проституция процветала: ее не только терпели, но и защищали, лицензировали и регулировали законом, и она составляла значительный источник государственных доходов. Общественные бордели были созданы в крупных городах по всей Европе. В Тулузе, во Франции, прибыль делилась между городом и университетом; в Англии бордели изначально были лицензированы епископами Винчестера, а затем парламентом.

Иоахим Бекелар: Бордель

Бордель , масло на панели Иоахима Бекелера, 1562 г .; в Художественном музее Уолтерса, Балтимор, Мэриленд.

Художественный музей Уолтерса, Балтимор, Мэриленд; инвентарный номер 37. 1784

В 16 веке был введен более строгий контроль, отчасти из-за новой сексуальной морали, сопровождавшей протестантскую Реформацию и Контрреформацию. Столь же значительным был резкий рост заболеваний, передающихся половым путем.Спорадические попытки подавить публичные дома и даже ввести медицинские осмотры, но такие меры были малоэффективны.

Оформите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишись сейчас

В конце 19 века разнообразные изменения в западных обществах возродили усилия по подавлению проституции. С ростом феминизма многие стали рассматривать мужской либертинизм как угрозу статусу и физическому здоровью женщин. Также влиятельным был новый религиозный морализм в протестантских странах.Кампании против проституции процветали с 1860-х годов, часто в связи с воздержанием и движением женщин за избирательное право. Международное сотрудничество с целью положить конец торговле женщинами с целью проституции началось в 1899 году. В 1921 году Лига Наций учредила Комитет по торговле женщинами и детьми, а в 1949 году Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций приняла конвенцию о борьбе с проституцией. .

В Соединенных Штатах проституция в лучшем случае периодически контролировалась до принятия федерального закона Манна (1910 г.), который запрещал межгосударственную перевозку женщин в «аморальных целях».К 1915 году почти все штаты приняли законы, запрещавшие публичные дома или регулирующие прибыль от проституции. После Второй мировой войны проституция оставалась запрещенной в большинстве западных стран, хотя в некоторых городах к ней относились неофициально. Многие правоохранительные органы стали уделять больше внимания регулированию преступлений, связанных с этой практикой, особенно актов кражи и грабежа, совершаемых против клиентов. Власти также вмешались, чтобы предотвратить принуждение девочек к проституции («белое рабство»).Проституция незаконна на большей части территории Соединенных Штатов, хотя в некоторых округах Невады она разрешена.

В большинстве стран Азии и Ближнего Востока проституция незаконна, но широко допускается. Среди преимущественно мусульманских стран Турция легализовала проституцию и ввела систему медицинских проверок для секс-работников, а в Бангладеш проституция условно легальна, но связанные с ней виды поведения, такие как домогательство, запрещены. В некоторых странах Азии вовлечение детей в проституцию стимулировало рост «секс-туризма» со стороны мужчин из стран, где такая практика является незаконной.Многие страны Латинской Америки терпимо относятся к проституции, но ограничивают связанную с ней деятельность. В Бразилии, например, незаконны публичные дома, сутенерство и эксплуатация детей.

В течение 1980-х годов отношение к проституции радикально изменилось в результате двух основных событий. Одним из них было распространение СПИДа во всем мире, которое усилило озабоченность проблемами общественного здравоохранения, создаваемыми проституцией. В частности, в Африке одним из факторов быстрого распространения СПИДа была индустрия проституции, обслуживающая рабочих-мигрантов.Вторым важным событием стало возрождение феминистского интереса и представления о том, что проституция является как следствием, так и симптомом эксплуатации по признаку пола. Отражая эти меняющиеся отношения, с 1980-х годов более нейтральный термин секс-работник все чаще использовался для описания тех, кто занимается коммерческим сексом.

Трудно сделать обобщения о происхождении или условиях проституции, потому что многое из того, что о них известно, получено из исследований более бедных и менее привилегированных лиц, людей, которые с большей вероятностью вступят в контакт с судами и официальными учреждениями.Например, об уличных проститутках известно гораздо больше, чем о женщинах с более высоким статусом, которые могут более избирательно подходить к своим клиентам и условиям работы. Однако, основываясь на имеющихся исследованиях, можно утверждать, что женщины, работающие в секс-индустрии, часто находятся в экономически невыгодном положении и не имеют навыков и подготовки, чтобы содержать себя. Многие в раннем возрасте вовлекаются в проституцию и связанные с ней преступления, а зависимость от наркотиков может быть отягчающим фактором. Зачастую ими руководит мужчина-сводник, сутенер, или надзиратель, или госпожа в доме проституции.Опасности для здоровья проституток включают заболевания, передающиеся половым путем, некоторые из которых могут быть переданы в результате злоупотребления наркотиками. В большинстве культур мужской проституции уделяется меньше внимания. Гетеросексуальная мужская проституция с участием мужчин, нанятых женщинами или для женщин, встречается редко. Гомосексуальная мужская проституция, вероятно, существовала в большинстве обществ, хотя только в 20 веке она была признана крупным социальным феноменом, и ее распространенность возросла в конце 20-го и начале 21-го веков.

Секс-работник рассказывает, каково это работать в борделе

  • Элис Литтл, легальная секс-работница с самым высоким доходом, проработала в борделе в Неваде два года.
  • Она пишет, что ее работа «клеймит, унижает, трудна и лучшее, что я когда-либо делал в своей жизни».
  • Карьера Литтл научила ее больше о себе, мужчинах и о том, как общество воспринимает секс-работу.
  • Она объясняет, как публичный дом обеспечивает безопасность тех, кто там работает, и говорит, что она может не соглашаться с любой деятельностью, которая ей не нравится.
  • Литтл хочет, чтобы люди переосмыслили то, как они видят секс-работу, и говорит, что на самом деле она не продает секс, , а скорее интим.


Представьте, что вы стоите в очереди, плечом к плечу, рядом с 20 или более невероятно красивыми женщинами, и все они борются за то, чтобы их «выбрал» один и тот же мужчина. Стресс, правда? Теперь представьте, что вы делаете это от 12 до 14 часов в день, пять дней в неделю. Короче говоря, это моя работа.

Я самый высокооплачиваемый легальный секс-работник не только на ранчо Moonlite BunnyRanch, но и в США.За последние два года выбранная мной карьера преподала мне бесценные уроки обо мне, о мужчинах и о том, как мы рассматриваем секс-работу как общество.

Итак, каково быть легальным секс-работником? Это бесчисленные часы моей жизни, которые я никогда не верну, сидя в маникюрном салоне. Он тратит более 2500 долларов в год на презервативы и лубриканты. Это стигматизирующее, унизительное, трудное и лучшее, что я когда-либо делал в своей жизни.

Моя работа — психолог, коуч по взаимоотношениям и секс в одном лице.Во время простоя я продолжаю изучать вопросы человеческой сексуальности, психологии и социологии — книги, лекции, онлайн-видео — все, что я могу достать. Этот банк знаний стал моим спасательным кругом, когда я выяснял, как ориентироваться в массах.

Я провожу интимное время с мужчинами, парами, одинокими женщинами, разведенными, девственницами, кинкстерами и вдовами: секс-работников видят не только одни люди. В том же духе нет ни одного человека, который стал бы секс-работником.Мои коллеги — военнослужащие на пенсии, аспиранты, матери, докторанты и многие другие. Мы — невероятно разноплановая группа женщин, которых объединяет одна общая черта — искренняя страсть к близости.

Технические детали моей работы увлекательны: секс-работа разрешена только в Неваде и только в специально лицензированных публичных домах. Нас нанимают как независимых подрядчиков, а это значит, что мы устанавливаем свои ставки. Мы можем отказать кому-либо или любому действию, на которое мы не соглашаемся.

Безопасность и согласие имеют большое значение в системе Невады.Например, когда вы посетите наше место, вы заметите электронные входные ворота. Это позволяет нам отслеживать, кто приходит и уходит, и предотвращает проникновение несовершеннолетних в учреждение. В наших комнатах есть двусторонние динамики, которые позволяют нам немедленно сообщить кассиру о чрезвычайной ситуации, нажав кнопку паники. Они используются редко. Каждую неделю женщины должны посещать домашнего врача для тестирования на ИППП. Мы должны быть свободны от болезней, чтобы работать с полом. В дополнение к этому, раз в год мы должны обновлять нашу лицензию в офисе местного шерифа.

Мой день начинается в 7 утра с часовой тренировки. Фитнес и здоровье невероятно важны для меня как в личном, так и в профессиональном плане. Затем я принимаю душ и начинаю ежедневный ритуал нанесения боевой раскраски. Пока я совершенствую тушь, я представляю себе день впереди. Есть ли у меня встречи? Я сегодня работаю с напольным трафиком? Каковы мои цели? Этот внутренний диалог продолжается в течение моих 10 минут езды на работу.

У каждой девушки есть своя комната, оформленная по своему вкусу.Для меня это означает Кёриг и кофейня. Когда звонит звонок, это означает, что у нас есть гости, желающие «составить». Помните то изображение плечом к плечу из прошлого? Мы улыбаемся, называем свои имена и стараемся не шевелиться (это считается неуважением по отношению к другим дамам и является формой того, что мы называем «грязной суетой»).

Затем гость подходит к избранной им даме, и она берет его на экскурсию по собственности. Они заканчивают экскурсию в женском номере, где ведут переговоры. Лично я ненавижу это слово: я всегда считаю, что это скорее разговор.В это время мы рассматриваем, какие действия они хотели бы попробовать, какие впечатления им интересны, и обсуждаем любые фантазии или пункты списка желаний. Затем мы устанавливаем цену и отправляемся в офис, чтобы забронировать вечеринку.

Кассир — неоценимая часть команды. Она обрабатывает деньги, отслеживает наше время и уведомляет нас, когда наше время подходит к концу. Я член команды. Машина публичного дома выходит далеко за рамки меня как секс-работника. Касси, бармены и швейцары работают вместе, чтобы создать легальную систему борделей Невады, которую мы знаем сегодня.

Карманная принцесса 🎀

Пост, опубликованный Алисой Литтл (@thealicelittle) 14 января 2018 года в 16:18 по тихоокеанскому времени

Вы можете предположить, что моя работа в первую очередь связана с сексом, но это далеко от истины. Секс предполагается — он уже на столе. На самом деле я продаю интимность.

Близость — важнейший элемент здоровья и благополучия.Это ощутимо влияет на наше физическое, психическое и эмоциональное здоровье. Как если бы вы погладили кошку, это снизит ваше кровяное давление, так же как и качественные объятия. Учитывая эту концепцию, неудивительно, что существует огромное количество причин, по которым люди покровительствуют секс-работникам. Их супруги могли умереть или у них еще не было сексуальных контактов с женщиной. Иногда это пара, ищущая своего первого секса втроем, или джентльмен с аутизмом, желающий устроить «тренировочное свидание», чтобы они чувствовали себя более уверенными в своих силах.

Секс-работа — это общественная услуга, которая не устраивает всех в обществе. По мере того, как мы вступаем в очередной ренессанс сексуальности и идентичности в новом тысячелетии, отношения могут продолжать меняться и меняться.

Подходит ли вам секс-работа? Никто не может принять это решение за вас, но понимание того, что отрасль — это нечто большее, чем большинство людей видят на первый взгляд, — это первый шаг к новому осмыслению темы в целом и того, как она влияет на общество в целом.

Зарегистрируйтесь здесь , чтобы получать любимые истории INSIDER прямо на свой почтовый ящик.

Секс-работник рассказывает, каково это работать в борделе

  • Элис Литтл, легальная секс-работница с самым высоким доходом, проработала в борделе в Неваде два года.
  • Она пишет, что ее работа «клеймит, унижает, трудна и лучшее, что я когда-либо делал в своей жизни.»
  • Карьера Литтла научила ее больше о себе, мужчинах и о том, как общество воспринимает секс-работу.
  • Она объясняет, как публичный дом обеспечивает безопасность тех, кто там работает, и говорит, что она может
  • Литтл хочет, чтобы люди переосмыслили то, как они видят секс-работу, и говорит, что на самом деле она не продает секс, , а скорее интимность.


Представьте, что вы стоя в очереди, плечом к плечу, рядом с 20 или более невероятно красивыми женщинами, которые соперничают за то, чтобы их «выбрал» один и тот же мужчина.Стресс, правда? Теперь представьте, что вы делаете это от 12 до 14 часов в день, пять дней в неделю. Короче говоря, это моя работа.

Я самый высокооплачиваемый легальный секс-работник не только на ранчо Moonlite BunnyRanch, но и в США. За последние два года выбранная мной карьера преподала мне бесценные уроки обо мне, о мужчинах и о том, как мы рассматриваем секс-работу как общество.

Итак, каково быть легальным секс-работником? Это бесчисленные часы моей жизни, которые я никогда не верну, сидя в маникюрном салоне.Он тратит более 2500 долларов в год на презервативы и лубриканты. Это стигматизирующее, унизительное, трудное и лучшее, что я когда-либо делал в своей жизни.

Моя работа — психолог, коуч по взаимоотношениям и секс в одном лице. Во время простоя я продолжаю изучать вопросы человеческой сексуальности, психологии и социологии — книги, лекции, онлайн-видео — все, что я могу достать. Этот банк знаний стал моим спасательным кругом, когда я выяснял, как ориентироваться в массах.

Я провожу интимное время с мужчинами, парами, одинокими женщинами, разведенными, девственницами, кинкстерами и вдовами: секс-работников видят не только одни люди. В том же духе нет ни одного человека, который стал бы секс-работником. Мои коллеги — военнослужащие на пенсии, аспиранты, матери, докторанты и многие другие. Мы — невероятно разноплановая группа женщин, которых объединяет одна общая черта — искренняя страсть к близости.

Технические детали моей работы увлекательны: секс-работа разрешена только в Неваде и только в специально лицензированных публичных домах.Нас нанимают как независимых подрядчиков, а это значит, что мы устанавливаем свои ставки. Мы можем отказать кому-либо или любому действию, на которое мы не соглашаемся.

Безопасность и согласие имеют большое значение в системе Невады. Например, когда вы посетите наше место, вы заметите электронные входные ворота. Это позволяет нам отслеживать, кто приходит и уходит, и предотвращает проникновение несовершеннолетних в учреждение. В наших комнатах есть двусторонние динамики, которые позволяют нам немедленно сообщить кассиру о чрезвычайной ситуации, нажав кнопку паники.Они используются редко. Каждую неделю женщины должны посещать домашнего врача для тестирования на ИППП. Мы должны быть свободны от болезней, чтобы работать с полом. В дополнение к этому, раз в год мы должны обновлять нашу лицензию в офисе местного шерифа.

Мой день начинается в 7 утра с часовой тренировки. Фитнес и здоровье невероятно важны для меня как в личном, так и в профессиональном плане. Затем я принимаю душ и начинаю ежедневный ритуал нанесения боевой раскраски. Пока я совершенствую тушь, я представляю себе день впереди. Есть ли у меня встречи? Я сегодня работаю с напольным трафиком? Каковы мои цели? Этот внутренний диалог продолжается в течение моих 10 минут езды на работу.

У каждой девушки есть своя комната, оформленная по своему вкусу. Для меня это означает Кёриг и кофейня. Когда звонит звонок, это означает, что у нас есть гости, желающие «составить». Помните то изображение плечом к плечу из прошлого? Мы улыбаемся, называем свои имена и стараемся не шевелиться (это считается неуважением по отношению к другим дамам и является формой того, что мы называем «грязной суетой»).

Затем гость подходит к избранной им даме, и она берет его на экскурсию по собственности. Они заканчивают экскурсию в женском номере, где ведут переговоры. Лично я ненавижу это слово: я всегда считаю, что это скорее разговор. В это время мы рассматриваем, какие действия они хотели бы попробовать, какие впечатления им интересны, и обсуждаем любые фантазии или пункты списка желаний. Затем мы устанавливаем цену и отправляемся в офис, чтобы забронировать вечеринку.

Кассир — неоценимая часть команды.Она обрабатывает деньги, отслеживает наше время и уведомляет нас, когда наше время подходит к концу. Я член команды. Машина публичного дома выходит далеко за рамки меня как секс-работника. Касси, бармены и швейцары работают вместе, чтобы создать легальную систему борделей Невады, которую мы знаем сегодня.

Карманная принцесса 🎀

Пост, опубликованный Алисой Литтл (@thealicelittle) 14 января 2018 года в 16:18 по тихоокеанскому времени

Вы можете предположить, что моя работа в первую очередь связана с сексом, но это далеко от истины.Секс предполагается — он уже на столе. На самом деле я продаю интимность.

Близость — важнейший элемент здоровья и благополучия. Это ощутимо влияет на наше физическое, психическое и эмоциональное здоровье. Как если бы вы погладили кошку, это снизит ваше кровяное давление, так же как и качественные объятия. Учитывая эту концепцию, неудивительно, что существует огромное количество причин, по которым люди покровительствуют секс-работникам. Их супруги могли умереть или у них еще не было сексуальных контактов с женщиной. Иногда это пара, ищущая своего первого секса втроем, или джентльмен с аутизмом, желающий устроить «тренировочное свидание», чтобы они чувствовали себя более уверенными в своих силах.

Секс-работа — это общественная услуга, которая не устраивает всех в обществе. По мере того, как мы вступаем в очередной ренессанс сексуальности и идентичности в новом тысячелетии, отношения могут продолжать меняться и меняться.

Подходит ли вам секс-работа? Никто не может принять это решение за вас, но понимание того, что отрасль — это нечто большее, чем большинство людей видят на первый взгляд, — это первый шаг к новому осмыслению темы в целом и того, как она влияет на общество в целом.

Зарегистрируйтесь здесь , чтобы получать любимые истории INSIDER прямо на свой почтовый ящик.

Каково на самом деле работать в борделе?

Среди наиболее необычных услуг, перечисленных на сайте BunnyRanch, есть Ladies Who Lactate. Хоф предполагает, что это популярно, потому что «парни, которые женаты и имеют детей, хотят пережить этот опыт заново».

В меню также рекламируется военная скидка. «Каждая девушка устанавливает свои цены, но все, кого я знаю, предлагают скидки действующим военнослужащим или ветеранам», — говорит мне Ава.«Обычно я делаю 15–20%».

Также в меню есть что-то под названием Love at the Y («спускаться на девушку»). Исторически сложилось так, что женщинам запрещалось посещать публичные дома из-за страха привлечь к себе подозрительных жен. Но хотя по оценкам Хофа, две трети его клиентов — женатые мужчины, он не считает, что запрет на женщин — это обязательно хорошо для бизнеса. «Когда я купил BunnyRanch, первое, что я сделал, — это снял табличку с надписью« ТОЛЬКО МУЖЧИНЫ ». Я хотел, чтобы в качестве клиентов были женщины. Сейчас около 8% нашего бизнеса составляют женщины или пары».

Хоф не считает, что моногамия естественна для мужчин — неприятный подтекст в том, что это происходит с женщинами. «Мне нравится быть эмоционально моногамным, но мой пенис так не думает», — говорит он мне. «Ты можешь сказать мне, что у тебя есть верный парень. Да, верно. Твой парень — мой лучший клиент. Прекрати свою ерунду. Вот так мир растет. Вот так он и продолжается. Если мужчины когда-либо потеряли желание быть с другими женщинами, тогда мир просто остановится, он не будет расти.Это моя философия ».

В профиле 2001 New Yorker на Moonlite BunnyRanch Хоф описывается как человек, который любит думать о себе как о« фигуре отца — хотя и «Кто твой папа?» своего рода фигура отца ». И действительно, на протяжении всего нашего интервью Ава называет его« папа ». Он также называет женщин, не являющихся секс-работниками, гражданскими лицами.

« Я не встречаюсь с гражданскими лицами », — хвастается он. «В возрастной группе, с которой я хочу спать, а это от 18 до 25 лет, каждый четвертый болен.Я не хочу этим рисковать. Я знаменитость, и мне каждый день предлагают секс. Я не буду спать с гражданскими девушками ».

Когда я сомневаюсь, что его решение не спать с« гражданскими »действительно связано с состоянием здоровья, Хоф рассказывает о своих сексуальных практиках.« Мне нужен кто-то, кто знает, что они делают. «, — говорит он мне.» Вы были бы удивлены количеством девушек, которым не хватает знаний; у кого никогда не было секса втроем, оральный секс, анальный секс: вещи, которые я считаю очень простыми. Я думаю, что если бы у нас было настоящее исследование девушек, которые делают минет, процент был бы намного меньше, чем вы ожидаете.

«От 1 до 100, если 100 — самый извращенный, самый странный парень, мне, вероятно, 90 лет. У меня был секс с четырьмя сестрами».

У Хофа не всегда было такое либеральное отношение к сексу. Когда он впервые переехал в Неваду в 1975 году, он работал в сфере недвижимости и состоял в моногамных отношениях. «Когда я узнал, что девушка, с которой я встречался, была работающей девушкой, я был в ужасе», — говорит он мне. «Мне было противно. Я не могла представить, чтобы другой мужчина занимался с ней сексом. Я перестал видеться с ней на пару месяцев».

Но когда он натолкнулся на нее несколько месяцев спустя, он снова стал ее видеть.«У нее были потрясающие сексуальные навыки, как и у большинства работающих девушек», — говорит он. «Я был увлечен. Секс завел меня. И это было здорово, потому что именно так я попал в эту индустрию. Она показала мне, как все может быть. И теперь я заставляю полуобнаженных женщин бегать по моему бизнесу каждый день. Я люблю свою работа».

Проституция и секс-работники — Юридическая помощь Квинсленда

Существуют специальные законы, касающиеся проституток и других секс-работников и их клиентов. Проституция в лицензированных публичных домах в Квинсленде легальна, но уличная проституция незаконна.
Запрещается:

  • публично предложить кому-то секс за деньги или деньги за секс
  • принять предложение
  • управлять публичным домом без соответствующей лицензии
  • : входить или выходить из публичного дома, не имеющего надлежащей лицензии.

Если вам предъявлено обвинение в правонарушении, вам следует получить консультацию юриста.

Секс-работники

В Квинсленде действуют строгие законы о сексе и сексуальной активности. Если вы беспокоитесь о том, что можно и чего нельзя, вы можете узнать больше о сексе.

Вы можете легально работать секс-работником в Квинсленде, если вы работаете один (из дома, квартиры, мотеля или отеля) или если вы работаете в лицензированном борделе.

Запрещается публично привлекать к проституции (например, слоняться в общественном месте в поисках клиентов) или работать двум или более секс-работникам в одном месте (если это не лицензированный публичный дом).

Запрещается допускать лиц младше 18 лет к месту, используемому для проституции двумя или более проститутками, включая лицензированный публичный дом, — в качестве секс-работника или клиента.

Если вам меньше 18 лет, то вам не запрещено работать секс-работником, если вы работаете в одиночку (из своего дома, квартиры, мотеля или отеля), но незаконно получать от вас услуги проституции, если они знают ( или должны знать), что вам меньше 18 лет.

Если полиция допрашивает вас во время работы, вам не нужно отвечать ни на один из их вопросов, но вы должны указать свое полное имя, возраст и адрес.

Люди, работающие в секс-индустрии, сталкиваются с множеством проблем со здоровьем и безопасностью.Если вам меньше 17 лет и вы работаете секс-работником, полиция или Служба безопасности детей могут решить, что вам угрожает опасность, и обратиться в суд с просьбой о выдаче постановления о защите детей, которое передает вас на попечение ребенка. Услуги по безопасности. Если вы попали в такую ​​ситуацию, вам следует обратиться за консультацией к юристу.

Нужна ли мне юридическая консультация?

Вам может потребоваться консультация юриста, если:

  • У вас есть вопросы о том, когда можно заниматься сексом
  • Вам предъявлено обвинение в уголовном преступлении.

Как получить юридическую консультацию

Мы можем дать общие юридические советы о том, когда вы можете заниматься сексом и заниматься сексом.

Следующие организации могут предоставить юридические консультации.

Молодежный адвокатский центр (YAC) — это общественная юридическая и социальная служба для молодых людей до 18 лет.

Hub Community Legal предлагает базовую помощь и консультации по ряду юридических вопросов, включая семейное право, насилие в семье, защиту детей и услуги по защите прав молодежи в области уголовного права.

YFS Legal предоставляет юридическую информацию и консультации молодым людям до 25 лет.

Общественные юридические центры предоставляют юридические консультации по ряду вопросов. Свяжитесь с ними, чтобы узнать, могут ли они помочь с вашим вопросом.

Queensland Law Society может направить вас к частному юристу-специалисту за советом или представлением интересов.

Кто еще может помочь?

Эти организации могут помочь. Они не предоставляют юридических консультаций.

Bravehearts предоставляет консультации и поддержку детям, подросткам и взрослым, пережившим сексуальное насилие со стороны детей, а также членам их семей, не виновным в совершении преступления.

Zig Zag Young Womens Resource Center предлагает консультации, поддержку, информацию, направления и другие услуги для молодых женщин (от 12 до 25 лет).

Служба молодежи Брисбена помогает молодым людям найти и сохранить подходящее жилье, решить проблемы физического и психического здоровья, а также установить успешные отношения и сети поддержки.

Family Planning Queensland предоставляет услуги по охране репродуктивного и сексуального здоровья для женщин по всему Квинсленду.

Совет Квинсленда по СПИДу (QuAC) предоставляет услуги по поддержке сексуального здоровья и консультации для лесбиянок, геев, бисексуалов, трансгендеров и интерсексуалов из Квинсленда.

В

клиниках сексуального здоровья Квинсленда есть список клиник сексуального здоровья по всему Квинсленду.

Служба поддержки женщин-иммигрантов предлагает бесплатную, конфиденциальную, практическую и эмоциональную поддержку женщинам-иммигрантам и беженкам из неанглоязычного происхождения и их детям, которые подверглись домашнему или сексуальному насилию.

Women’s InfoLink предлагает бесплатную и конфиденциальную информацию о государственных учреждениях и общественных службах, поддерживающих женщин по всему Квинсленду.

Служба общественного здравоохранения аборигенов и островитян (ATSICHS) предоставляет ряд медицинских и медицинских услуг для аборигенов и жителей островов Торресова пролива в более широком сообществе Брисбена.

Служба здравоохранения молодежи из числа коренного населения предлагает ряд услуг для удовлетворения медицинских потребностей бездомных и молодых людей из группы риска из числа аборигенов и жителей островов Торресова пролива в возрасте от 12 до 25 лет.

Служба безопасности детей

в нерабочее время предоставляет круглосуточные услуги по всему штату для реагирования на вопросы защиты детей в нерабочее время.

Служба письменного и устного перевода

(TIS) предоставляет ряд услуг поддержки для людей, не говорящих по-английски, включая услуги по телефону, личной встрече и услуги по переводу документов.

1800 RESPECT предоставляет консультационные услуги по кризисным ситуациям и травмам всем, чья жизнь пострадала от сексуального насилия, домашнего или семейного насилия. Эта услуга доступна 24 часа в сутки, 7 дней в неделю.

Respect Inc — это некоммерческая общественная ассоциация прошлых и настоящих секс-работников, деятельность которой направлена ​​на защиту прав и благополучия секс-работников в Квинсленде.

Бордель раскрывает свои секреты | BU Today

Группа археологов CAS изучает артефакты XIX века

Посмотрите, как Мэри Бодри, профессор археологии CAS, объясняет артефакты, найденные на участке Милл-Понд в Бостоне. Слайд-шоу Эми Ласковски

В ходе печально известного строительного проекта Big Dig в Бостоне, изменившего маршрут Центральной артерии города, в пристройке борделе XIX века была обнаружена кладезь археологических сокровищ. Там были похоронены предметы, важные для женщин, которые зарабатывали на жизнь за пределами приличного общества: расчески, лекарства и вагинальные шприцы, используемые для самолечения и чистки.

Сейчас группа студентов-археологов из Бостонского университета изучает эти артефакты, чтобы выяснить, что они рассказывают о том, как жили жители одного бостонского публичного дома. Давно снесенное здание существовало на Эндикотт-стрит, недалеко от Норт-Энда Бостона, всего в двух кварталах от того, что тогда было кварталом красных фонарей. Команда надеется, что, изучив более 3000 артефактов, извлеченных из надворной постройки, и используя старые городские записи, они смогут получить представление о повседневной жизни проституток, которые, как считается, жили в этом поместье с 1852 по 1883 год.

Сначала было мало что известно об артефактах или людях, которым они когда-то принадлежали. «Благодаря нашей работе и анализу выяснилось, что это интересное альтернативное домашнее хозяйство», — говорит Мэри Бодри, профессор Колледжа искусств и наук и действующий заведующий кафедрой археологии, которая работает над проектом со своими учениками. «Это был дом проституции».

В ходе своей работы археологи пришли к выводу, что личная гигиена имела большое значение для этих женщин — помимо щеток для волос, лекарств и шприцев, среди найденных предметов были зубные щетки, гребни для волос и предметы, связанные с табаком.

«Этот проект медленно собирает воедино структуру повседневной жизни», — говорит Бодри. «Место раскопок полно потенциала, и у этой коллекции такая увлекательная предыстория».

Большой раскоп
Во время строительства крупной автомагистрали строительные бригады вырыли участок под названием Милл-Пруд, который в 1828 году был засыпан, когда городу требовалось больше места для расширения.

Экипажи обнаружили запечатанную обшитую деревом уборную (нижнюю часть надворной постройки), заполненную предметами, которые требовали дальнейшего осмотра.В 19 веке, до появления муниципальных систем сбора мусора, уборные использовались не только как туалеты, но и для вывоза бытовых отходов.

Из-за ограниченного финансирования официальные лица Массачусетса оговорили во время Больших раскопок, что государство будет платить за изучение только тех выкопанных предметов, которые предположительно были изготовлены до 1830 года.

Признавая историческое значение этих предметов, археологи, работающие на компанию John Milner Associates, занимавшуюся раскопками на участке Милл-Понд, очистили и хранили их.

И вот где Бодри и ее ученики стали участвовать в проекте. Бодри не участвовал в раскопках, но слышал об удивительных находках от бывшей студентки Эллен Беркланд (GRS’89), археолога из Бостона.

«Она продолжала говорить о том, как жаль, что ничего не было сделано с материалами, потому что они хранились на складе», — вспоминает Бодри. «Поэтому, когда в 2008 году пришло время искать проекты для моих студентов, я спросил своего друга Мартина Дудека, археолога, который работал на раскопках для Milner Associates, не хочет ли он, чтобы мы пришли и забрали некоторые предметы. учиться.Он был в восторге ».

Дом миссис Лейк
Начиная с 2008 года Бодри и несколько ее учеников начали изучать раскопанные предметы для исследовательского анализа и в качестве дипломного проекта для некоторых из них.

Исследование городских документов показало, что уборная была пристроена к публичному дому на Эндикотт-стрит, 27 и 29. Записи показали, что здания принадлежали миссис Лейк, чья профессия была указана как «проституция». В конце концов, миссис Лейк вышла замуж за доктора Падельфорда, врача-гомеопата, который, по словам Бодри, «в то время считался ненормальным».Он прописал женщинам необычные лекарства, скорее всего, для лечения заболеваний, передающихся половым путем, и для абортов.

Бодри и ее команда создали увлекательное воссоздание. «Мадам удалось создать атмосферу, имитирующую дом среднего класса», — говорит она. «Этот вид борделей назывался гостиной, потому что там была обстановка, похожая на гостиную среднего класса». Бордель предлагал особые виды развлечений, такие как азартные игры, питание и «особые услуги», которые проводились в отдельной комнате за дополнительную плату.Это команда смогла сделать вывод из множества различных сервизов для обеда и чая, что говорит о том, что дом мог обслуживать сразу нескольких разных клиентов.

Одна из учениц Бодри, Аманда Джонсон (CAS’10), изучила старые записи переписи населения Бостона, чтобы узнать больше о жителях дома; среди них были 21-летняя Элиза Томпсон из Род-Айленда, 22-летняя Элина МакМэхон из Вермонта и 20-летняя Мэри Колби из Ирландии, все они, как полагают, работали проститутками, работавшими на миссис Уэст.Озеро.

Исследование Джонсона показало, что в то время большинство молодых женщин, которые работали проститутками в городах, приехали преимущественно из сельской местности, вероятно, чтобы найти работу в городе. «Для них это казалось возможностью, — говорит Бодри. «Но многие из них были вынуждены жить в дешевых публичных домах или, что еще хуже, гулять по улицам, потому что это был единственный способ заработать хоть сколько-нибудь на жизнь».

Хотя проституция была незаконной, по ее словам, полицейские часто смотрели в другую сторону.Фактически, городские записи показывают, что полицейский жил в собственности Lake, когда она работала как публичный дом.

Секреты раскрыты
Больше всего Бодри и ее ученики увлекательно то, что обнаруженные предметы рассказывают о проституции XIX века.

«Я думаю, людей удивляет тот факт, что артефакты указывают на заботу о себе рабочих и демонстрируют то внимание, которое они уделяют личной гигиене», — говорит Бодри.

Среди предметов, найденных в уборной, были расчески для волос, украшения, зубные щетки и даже остатки зубного порошка, который был похож на зубную пасту.В то время для людей было необычно чистить зубы, что говорит о том, что эти женщины особенно заботились о своей внешности.

Для Джонсона самым интересным предметом, найденным на этом месте, была бутылка, наполненная маслом копайбы, естественным средством, которое в то время использовалось для лечения рака и язв желудка. Она принесла бутылку Ричарду Лаурсену, ныне почетному профессору химии CAS, который смог извлечь остатки из бутылки и провести на ней убедительные тесты. «Анализ выявил тип лечения венерических заболеваний в борделе», — говорит Джонсон.«Это единственное имеющееся у нас конкретное свидетельство того, что женщины использовали для лечения своих заболеваний».

Дайан Галлахер (GRS’11), аспирант, специализирующаяся в области археопаразитологии (то есть она изучает жуков и грязь, среди прочего, чтобы определить, какие болезни могли повлиять на население), определила как аскариды, так и власоглавов в доме Падельфордов. Это очень распространенные паразиты, которые показывают, что домашнее хозяйство не было сильно инфицировано. «Это было похоже на любое городское хозяйство того времени», — говорит Галлахер.

Член группы Катрина Эйхнер (CAS’10) изучила 30 фрагментов шприцев, выкопанных на месте раскопок. На первый взгляд она подумала, что это шприцы для подкожных инъекций, но при более тщательном анализе обнаружила, что это были вагинальные шприцы, используемые для личной гигиены, профилактики заболеваний, лечения болезней и прерывания беременности.

Исследование Эйхнера показало, что проститутки в других публичных домах XIX века использовали подобные шприцы для введения в организм ртути, мышьяка и уксуса, чтобы вызвать аборты или лечить болезни.

«Работа над этим сайтом была одним из моих любимых проектов», — говорит Эйхнер. «Я планирую изучать бордели на Карибах для моей диссертации, и я буду использовать эту работу как отправную точку».

Бодри и ее ученики продолжают открывать секреты из предметов, найденных в уборной. Студенты из других университетов, в том числе Университета Род-Айленда, Университета Массачусетса в Бостоне и Университета Брандейса, также изучали артефакты на протяжении многих лет.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *