Жизнь в ливане – стоимость переезда и жизни в Бейруте

Содержание

происхождение народа, где и как живут, фото

Ливанцам не понаслышке известны военные конфликты. Постоянная борьба политических блоков привела к нестабильности в стране, поэтому ее народ переживает очень сложные времена. Однако ливанцам удалось сохранить культуру, обычаи и традиции. Народ Ливана имеет богатую историю и может удивить самобытностью.

Название

Происхождение названия не имеет однозначной версии. Предполагается, что оно берет свои корни от слова «либнан». Так называют местный горный хребет, который в буквальном смысле можно перевести как «белая гора». Он протянулся частично через побережье Средиземного моря, проходит через всю страну и с давних времен играет важную роль. Именно Либнан защищал местное население от набегов соседних племен, делая путь до их поселений неимоверно трудным.

История

Впервые люди появились на территории, ныне принадлежащей Ливану, примерно в 6 тысячелетии до нашей эры. Первые люди здесь занимались рыболовством, строили хижины и использовали для земледелия примитивные орудия. Позднее формируется Финикийское государство, ставшее одним из самых развитых на берегу Средиземного моря благодаря развитой морской торговле. Сюда приходил король персов Кир Великий, завоеватель Александр Македонский, после него территорию заняли римляне. Постепенно развитие Арабского халифата приводит к приобщению Ливана к исламу. 12 век становится судьбоносным — Ливан присоединяется к Иерусалимскому королевству. Это приводит к череде противостояний и завоеваний, в ходе которых крестоносцы Иерусалима были изгнаны, Ливан примкнул к составу мамлюков, а в 16 веке территория оказалась под влиянием османов. 400 лет Ливан был частью Османской империи, но поражение в Первой мировой войне привело к ее распаду.

Начало 20 века — это новый этап в истории страны. Власть забирают французы и удерживают ее до 1943 года. С середины века усугубляются отношения между христианами и мусульманами, что приводит к гражданской войне 1958 года. До сих пор сохраняются предпосылки дестабилизации.

Культура

Гражданская война пагубно сказалась на индустрии туризма, однако сейчас страна по-прежнему открыта для посещения — сюда приезжают регулярно, ведь круглый год можно наблюдать удивительную архитектуру и наслаждаться культурой, созданной ливанским народом.

Ливанцы на протяжении многих веков развивали литературу, музыку и традиции. Важную роль в Ливане играет образование. Для страны, которую в основном населяют арабские народности, здесь сложилось удивительное сочетание образовательных учреждений. Длительный период времени здесь можно было найти русские, американские, французские, маронитские и другие школы. Самое широкое распространение получили религиозные учреждения, причем не только мусульманские, но и православные. Вот почему в стране можно встретить много христиан и арабов, которые могут знать французский или английский язык.
На культурном облике народа сказалась и близость к Сирии. Народное творчество вобрало в себя мотивы соседей, что стало почвой для создания сказок, песен, танцев, подобных сирийским. Каждого туриста удивляют национальные инструменты, рождающие нетривиальные мелодии. Прекрасен дуэт флейты най и пятиструнного уда. Ливанцы исполняют настоящие хиты на барабанах, вдохновляясь фольклором братьев Рахбани.
Литература в Ливане никогда не стояла на месте. Ее развивали в разные эпохи мыслители, политики, историки, ученые и философы. В последние десятилетия большую роль играли социалистические труды, посвященные революции в Российской империи. В Ливане выдающимся деятелем, отстаивавшим идеи Советского Союза, был академик Омар Фахури. Литераторы 20 века Ливана — это общественные деятели, которые боролись за мир и демократию. Архитектурные достижения народа оказывают неизгладимое впечатление. Одни из древнейших построек находятся в Суре. Здесь можно увидеть постройки, которым насчитывается уже много веков. В Ливане находится Библос (также Библ), причисляемый к одним из древнейших городов планеты.

Жизнь

Жизнь обычной семьи в Ливане опирается на моногамию. Несмотря на строгие в прошлом нравы, сейчас в жизни ливанцев наблюдаются значительные преобразования. Жених и невеста должны прийти к согласию, прежде чем венчаться, причем мнение их родителей пускай играет важную роль, но не влияет на жизнь молодоженов. Не существует ограничений на встречи — муж и жена могут видеть друг друга сразу после свадьбы.
Однако в некоторых районах страны сохранился феодализм. Например, в долине Аккар живут приверженцы старых форм брака. Феодалы здесь правят всем, поэтому крестьянину нельзя даже думать о женитьбе без разрешения. Для получения одобрения крестьянин приносит феодалу 100 лир.
Но все это скорее исключительный случай. Ливан все больше приближается к европейскому образу жизни, хотя этому мешает сложная обстановка. В столице открыто множество фешенебельных торговых центров, улицы напоминают площади с итальянскими архитектурными мотивами, при этом на них чрезвычайно мало туристов. Многие ливанцы любят посещать шопинг-центры, сидеть в кафе, ресторанах. Популярностью пользуются брендовые магазины, значительно превосходящие по количеству торговые центры. В столице немало местных дизайнеров, способных порадовать эксклюзивными изделиями.

Местные ездят на автомобилях, снимают квартиры в кондоминиумах, любят посещать ночные клубы и хорошо относятся к мультикультурализму. Однозначно можно утверждать, что ливанцы за последние годы стали ближе к Европе и все больше приближаются по уровню жизни к Арабским Эмиратам, пускай настолько высокая планка пока кажется не вполне достижимой.

Религия

Ливан — христианско-мусульманская страна. Верующих здесь можно поделить на группы, что в итоге даст соотношение примерно 50 на 50. Все представители религиозных течений уживаются мирно, хотя случаи терактов на религиозной почве происходили в недавнем прошлом регулярно, что связано скорее с противоборством религиозных лидеров, связанных с политическими кругами.

  1. Среди христиан распространена довольно редкая в своем роде религия — маронизм. Марониты говорят на арамейском языке, читают Евангелие на арабском, преимущественно проживают в Бейруте. Представители православия обосновались в округе Кура и Метен.
  2. Есть в Ливане и греко-католики — униаты. Они признают главенство Римского Папы, исповедуют обряды старого толка и следуют догмам православия.
  3. В южных районах среди гор живут друзы, большая часть из которых сейчас переселилась в Сирию.
  4. Среди населения также есть представители древнейших верований. Вместе с друзами, принадлежащими к исламской ветке, здесь живут алавиты, шииты и сунниты.

Жилище

Ливанские арабы выбирают в качестве домов самое разное жилье. Многие постройки старого образца уступают новым, напоминающим те, что находятся в Португалии, Испании, Италии. В Бейруте остались немногочисленные дома с восточным типом постройки, а в сельской местности — маленькие двухъярусные домики. В них живут горные жители, предпочитающие держаться подальше от городской суеты. Крыша у таких домов плоская, хотя уже насчитывается немало крыш с черепицей. Материалом постройки служат массивные камни, а у самого дома нет окон. На крышах сушат белье, овощи, фрукты. Некоторые люди спят, причем их соседями по дому часто становятся собаки или кошки. Двухъярусные дома могут позволить себе состоятельные люди. Фермеры держат на первом этаже скот, а на втором живут.
В общем плане для Ливана характерно сохранение арабского типа построек, в том числе для новых проектов.

Еда

Разнообразие вкусовой палитры — главная черта ливанской кухни. Свежие овощи, фрукты, множество видов орехов — все это прекрасно сочетается как с горячими блюдами, так и с салатами. Сами ливанцы предпочитают есть небольшими порциями, потому выглядят довольно стройными.

В ливанской кухне сочетаются мотивы восточные и средиземноморские, здесь правят бал специи, пряности и зелень. Обычно ливанцы предпочитают готовить пищу в духовке или на гриле, сдабривают ее оливковым маслом и прекрасно сервируют.
В стране распространены рыбные блюда, морепродукты, которые подают под различными соусами. У многих поваров есть собственные уникальные рецепты, а еще в Ливане ценят вегетарианскую кухню. Мясоедам тоже будет что поесть — в ходу баранина и птица. Национальная кухня не делает большого акцента на мясные блюда, предпочитая останавливаться на растительных жирах. Овощи редко жарят или тушат, скорее их можно увидеть в сыром или слегка подсоленном виде. В целом для кухни характерны следующие черты:

  • Разнообразие соусов достаточно велико, но существенно уступает травам и специям;
  • Рецепты ливанских блюд меняются в зависимости от сезона. Поэтому одно и то же блюдо может быть приготовлено по-разному;
  • Хлеб является не только дополнительным блюдом, но и часто выполняет роль столового прибора;
  • В ливанской кухне соблюдается определенный порядок подачи блюд во время всеобщей трапезы;
  • Сначала подается мезе — это закуски, которых может насчитываться от 8 до 10. Уже этот факт может смутить, но смущаться нечего — ливанцы могут обедать целых 2 часа;
  • В мезе есть салаты, табуле, кус-кус, свежие овощи, салаты с заправкой из лимона и оливкового масла;
  • Во время застолья едят фаттуш — хлеб, состоящий из мякиша, чеснока, томата, мяты. В его приготовлении используется вся та же заправка;
  • Мезе также может включать овечий сыр, рис с чечевицей, мутаббаль (паста из баклажанов) и, конечно, хлеб;
  • Когда наступает время для основных блюд, на стол приносят рыбу и мясо. Обязательно с рисом.

Едят ливанцы всем известные кебабы и баба гануш из кунжутной пасты. Из сладостей здесь предпочитают пахлаву, десерты на основе манки, пудинги, а из напитков с удовольствием пьют кофе с кардамоном и большими порциями сахара.

Внешность

Одежда

Отличительной особенностью национальной одежды Ливана является шерваль. Эти необычайно широкие штаны сразу привлекают внимание пестрыми цветами. Шерваль носят сельские жители и обитатели гор. Шьют шерваль из шерсти, чтобы одежда могла защищать ноги от ветров. В шервали очень удобно сидеть на верблюде, проходя долгие расстояния. На тело надевают подобие рубахи и кафтан с большим вырезом. Головными уборами являются каффия (широкая и плотная ткань) у женщин, а у мужчин тарбуш, окрашенный в красный цвет. Головные уборы имеют принципиально важное значение, показывая окружающим принадлежность к конкретной религии.

Потенциал ливанцев огромен. Их страна в будущем может стать богатой и популярной во всем мире. Уже сейчас народ Ливана называют законодателями арабской моды и одними из самых прогрессивных народов арабских наций. Влияние Европы оказало положительный эффект, поэтому при благоприятной обстановке в стране люди в ней смогут быстро достичь высокого уровня жизни.

travelask.ru

Боюсь ли я многоженства? Да, украинского: рассказ о жизни нашего человека в Ливане — последние новости туризма

В 30 лет у Анны Коробко было практически все, о чем мечтала — прекрасный сын, жизнь в центре Киева, успешный бизнес в сфере VIP–туризма, поездки по всему миру.

В 2004 году она приехала по работе в Ливан и встретила настоящую любовь. Девушка долго скрывала свои чувства, демонстрируя полную независимость и амазонскую уверенность. Однако, ливанец нашел способ сделать из нее слабую и чувственную женщину. В 2007 году пара поженилась и началась их украино-ливанская история.

О том, что заставило Анну снимать обувь с мужа, причины, по которым ее игнорировали новые знакомые и почему она не боится многоженства — читайте в эксклюзивном интервью для OBOZREVATEL.

Вторая Родина

Ливан называют восточной Швейцарией. Столицу Бейрут – Восточным Парижем. В Ливане проживает около четырех миллиона ливанцев, за его пределами – более четырнадцати.

Ливан уникальная страна. Утром можно покататься на лыжах в горах, а в обед, спустившись к побережью, позагорать на пляже. Самая большая ценность для местных — семья.

Ислам и многоженство

Как ты могла? — слышу я достаточно часто. — Что могла? – недоумеваю я. — Поменять религию! — А кто сказал, что религию нужно менять?

Мусульмане достаточно часто женятся на христианках и жены религию не меняют. Крайне редкие случаи, когда христианин женится на мусульманке, но даже и такое бывает. Я видела славянских женщин в платках. По закону это должен быть их выбор. На практике встречается семейная тирания, когда женщину и детей принуждают принять религию. Это является грубым нарушением закона. Потому что ислам важно принимать чистым сердцем.

Не следует фантазировать, что восточная женщина обязана служить мужчине и лишена всяческих прав. По моему мнению, у восточных женщин прав достаточно и защищены они гораздо лучше украинских. Ни одна ливанка, независимо от внешности и умственных способностей, не выйдет замуж, если муж не подготовит дом для жилья. В доме должно быть все: от необходимой техники, мебели до веника.

В случае развода бывший муж обязан выплатить ей сумму, которая оговаривается при заключении брака. Дети при разводе остаются с отцом, если не договорятся по-другому. Логика такова, что отец в состоянии обеспечить материально детей и найти новую жену и маму детям, а женщина остается свободной для нового брака.

На вопрос «не боюсь ли я многоженства», я отвечаю, что боюсь украинского многоженства. Когда мужчина может скрыто иметь жену и несколько любовниц, при этом ни за что финансово и морально не отвечая. Да, в исламе разрешено многоженство. При условии, что первая жена согласна и он в состоянии одинаково обеспечить деньгами и вниманием каждую семью. В виду таких условий многоженство на практике встречается крайне редко. Мужчины стонут, что хотя бы одну жену удовлетворить, о какой второй вы еще спрашиваете?!

Так нельзя

Вначале нашего брака я бесконечно слышала от мужа слово «нельзя». Танцевать под музыку на улице — нельзя. Говорить то, что думаю — нельзя. Для меня, свободного человека, было странно выслушивать такие правила. Вначале старалась усвоить все правила. Затем это стало мне портить настроение. В итоге я взорвалась при словах мужа «а что подумают соседи?» ответив, что мне безразлично, что подумают соседи. Пусть лучше они переживают, что подумаю я.

В тот момент мне показалось, что земля разомкнулась. Случилась революция. Муж сверкнул черными глазами и с тех пор, даже когда я спрашиваю разрешения, муж отвечает, делай как чувствуешь. А соседи? Я особо о них не думала, но уверена, что они думают обо мне хорошо. Я о них тоже.

Женщина – ценность

Мой муж высокий и крупный. Мне сложно было понять, почему, когда мы с ним шли по улице, местные мужчины высовывались из машин, сигналили и кричали вслед «красотка».

Еще больше меня удивляла невозмутимость моего мужа, как будто ничего не происходит. Один раз я не выдержала и спросила, а ему, что — все равно? Муж ответил, что ему очень приятно, что я всем нравлюсь и при этом смотрю только на него. Оказывается в мужском мире – полная гармония. Каждый делал то, что хотел. Только я волновалась.

Меня оскорбляло, когда с мужем здоровались его друзья, а я с открытым ртом ожидала своей очереди, на меня даже глаза не поднимали. Чувствовала себя никем. Затем прощались, так и не взглянув.

У меня в голове не укладывалось. Почему на улицах кричали вслед, а друзья и знакомые даже не здоровались. Спросила мужа, за что ж они меня так не уважают? На что муж пояснил, что это оказывается высшая степень уважения. Не поднимать глаза на женщину друга. Это своего рода трепет и восхищение.

Теперь на мальчишниках мужа я веду себя по разному. То прихожу и со всеми разговариваю, то прячусь в углу, если настроение у меня интровертное. Что прекрасно — всех это устраивает. Они принимают меня такой какая я есть.

Тема личных границ

Долго я не могла привыкнуть к тому, что в любое время суток мог кто-то прийти в наш дом с полной уверенностью, что мы безумно рады его визиту. Муж требовал от меня демонстрации гостеприимства. Я человек откровенный и люди достаточно быстро поняли, что лучше со мной договорится заранее или вообще не приходить.

В Ливане редко снимают обувь в доме. Мой внутренний санитар сжимался от боли, когда по чисто вымытому полу шагали в грязных ботинках искренне улыбающиеся люди. Я долго размышляла о том, что важнее – чисто вымытый пол или счастье пришедших. В итоге я стала просить мужа снимать обувь. Уговаривала я года три. Спускалась на пол, сама снимала ему ботинки. В итоге гости снимают в моем доме обувь, за исключением многолюдных вечеринок.

Большим шоком для меня были подходы гостей к моему холодильнику, долгое рассматривание, выбор того, что хочется. Нет, я не жалела еду. Мне казалось, что рушится моя граница. Холодильник я считала частью себя.

Так же сложно, практически невозможно, было мне подойти к чужому холодильнику, даже если я была невыносимо голодна. До сих пор мой муж ищет для меня еду в чужих холодильниках, если мы в гостях.

Лечение у ливанского Айболита

Платное и дорогое. Чаще всего люди пользуются страховками. Зато если уж попал в больницу, то атмосфера там как в отеле. Персонал приветливый. Палаты с удобствами. Можно, чтобы бесконечно посещали родственники и друзья. Вспоминаю свое удивление после родов, когда поток посетителей ко мне напоминал муравейник. Никто не просил их надеть халаты или помыть руки. Однако я и дочка, несмотря на обилие микробов, пребывали в здравии. Подозреваю, от микробов защитило человеческое тепло и забота.

В Ливане почти не используют гомеопатию, лечение травами, нетрадиционную медицину. Часто лечат антибиотиками. Для ливанца хороший доктор это тот, который за один день на ноги поставил. Какой ценой, что будет потом — не важно. В причинах болезней ливанцы не копаются. О психосоматике не говорят. К докторам относят как в богам. Слушаются безоговорочно.

Работающие в Ливане иностранцы считают своим долгом привести зубы в порядок. Уровень обслуживания высокий. Эстетика на первом месте. Цены поинтереснее чем на родине. Врачи учатся в лучших университетах Европы и США.

Ливан — единственная страна в мире, которая начала выдавать кредиты на пластические операции. На комплимент, как ты прекрасно выглядишь, ливанки обычно отвечают, что подскажут номер телефона доктора. Популярны операции на уменьшения носа, увеличение ягодиц, коррекции груди. Ботокс и увеличение губ делает почти каждая женщина. А ботокс и филлеры, — возможно, каждый четвертый мужчина.

Кто в теремке живет?

Закон на стороне арендующего. Если существует договор, арендодатель не может выгнать съемщика, потому что передумал или потому что цены выросли на рынке. Заключают договора минимум года на три, а то и дольше. Если арендуют достаточно долго, то цену платят минимальную. Такие негласные правила.

Если есть деньги, ливанцы любят строить дома. Не просто так. А так, чтоб все ахнули — с колоннами, бассейнами и садами.

Дети и их счастье

В Ливане дети идут в школу с трех лет. Образование в школах и университетах ведется на английском или французском языках. Обязательно есть второй иностранный язык. Мы с мужем выбрали для нашей малышки французский. В 6 лет наша дочь свободно говорит на французском, английском, арабском, русском языках, понимает украинский. Через 3 года ее ждет в школе испанский.

Анна со старшим сыном

Ливанки очень любят отправлять детей в школу, потому что свято верят, что дети учатся социализации, а для ливанцев это самое важное в жизни. Не даром такое большое количество ливанцев успешно проживают за рубежом. Думаю, их секрет успеха — в искусстве коммуникаций. Так же ливанки очень практичны. С учетом того, что в семьях обычно около трех-четырех детей, мамы с нетерпением ждут школу – отдушину и возможность найти время для себя. При этом утверждают, так лучше для детей.

Практически любой ребенок 4-5 лет свободно и без смущения говорит на английском языке, даже если он живет в далекой сельской местности. Образование стоит дорого. Учеба нашей дочери не в столичной школе, обходится дороже, чем обучение старшего сына в одном из лучших вузов Украины.

Школы обычно религиозные. Христианские или мусульманские. При этом часто мусульмане учатся в христианских школах и наоборот. Родители могут быть не довольны, что детей учат молится в другой вере, но школу не меняют, опираются на рейтинг школы или финансовые возможности.

Отличие ливанских мам от украинских кардинальное. Ливанки редко занимаются образованием детей, читают им сказки, учат делать зарядку, рисовать. По их мнению, это задача школ. А на школу должен заработать папа. Казалось бы, так примитивно просто. Но если взглянуть глубже, ливанские мамы дают детям другое, что не даем обычно мы. Дети купаются в их любви. Детям редко что-то запрещают. Детьми восхищаются.

Основной вопрос, который волнует среднестатистическую ливанскую маму: счастлив ли ее ребенок или нет. В этом есть великое благо для детей. Когда они вырастают, их не волнует тема, как поднять самооценку, быть уверенным или понять, что они хотят в жизни. Ливанка будет водить ребенка на занятие спортом, танцам только в случае, если ребенок счастлив.

С одной стороны она не прививает ребенку понятие системности в труде, с другой мотивирует педагога искать подход, чтоб ребенок пришел еще. В целом образование мне нравится больше, чем в Украине. Потому что ребенок заканчивает школу с высоким уровнем знаний. Ливанцев с удовольствием принимают в лучшие университеты Европы и США.

За чем я тоскую? Это за обилием школ искусств. В нашем городе есть уроки танцев и рисования, но нет выбора. Что касаемо искусства и спорта, ситуация весьма печальная, ее спасают уроженки из стран бывшего союза, вышедшие замуж за ливанцев.

Наслаждения под покровом ночи

В украинских ночных клубах доминирует атмосфера активного поиска пары на одну ночь или навсегда. Как получится. В ливанские клубы ходят компаниями, чаще из пар, которым за сорок. Звучит музыка, под которую невозможно устоять. Как джин вылетает клубнями дым из кальянов. Алкоголь разрешен. Но пьяных я ни разу не встречала. Восточный шарм. Атмосферность. Идеальный сервис. Изысканная еда. Красивые люди, одетые по последнему писку моды. Я не представляю лучшей ночной жизни для отдыха.

Вывод

Помимо семейных забот в Ливане я начала делать все, о чем мечтала ранее. На что в Украине не хватало времени: изучала он-лайн психологию, карты Таро, рисование, энергетические практики. Даже как бегать дистанции. После переезда мой вектор жизни поменялся с анализ-действие-результат на процесс-удовольствие-чувства. Восток научил меня не спешить. Слушать свои чувства. Быть более открытой к себе и миру.

Как Персефона, каждое лето возвращаюсь на родину, землю, где я родилась. Черпаю вдохновение. Познаю новое и затем опять возвращаюсь к мужу в Ливан. Учусь совмещать два таких разных мира.

Что там нового у Меган Маркл и принца Гарри — читай у нас в Instagram.

www.obozrevatel.com

нестабильная стабильность. Репортаж из Бейрута, где прошел фестиваль российского кино

Если бы пришельцам понадобилось ознакомиться с многовековой историей человечества, им надо было бы посетить Ливан. Крошечную в сравнении с Россией или Сирией «землю обетованную», размером в одну пятую Московской области. А впрочем, возможно, инопланетяне уже облюбовали Ливан. Кто как не они создали чудо света — поражающую великолепием сокровищницу Баальбек с храмом Юпитера, воздвигнутым на подушке из 800-тонных плит. Укладывали их не иначе как с помощью акустической левитации.

Гомер и Навуходоносор  были здесь

Открытие фестиваля. Фото: Анна Темерина

Первый фестиваль российского кино «Пять лет за пять дней» проходил в Бейруте в конце сентября. Вояж по «чужой среди своих» стране оказался одновременно погружением в историю Древнего мира и скольжением по кромке нынешнего непредсказуемого момента. Просвеченного теплым лучом октябрьского ближневосточного солнца, пропахшего морем, терпким ароматом бедуинского кофе, пряностей и… искалеченного войнами. О чем напомнят не только военные у входа в отель, на улицах, на блокпостах, но и расстрелянные дома.

Земля Кедра (его, кстати, в результате многовековых вырубок в Ливане все меньше) залечивает раны после 16-летней гражданской войны, после войн с Израилем, жесткого «патроната» сирийских войск. Она очень хочет нравиться туристам. Она помнит золотое время «до войны», когда Ливан был финансовой и банковской столицей арабского мира, когда путешественники со всего света слетались в благословенный светский Бейрут, на пляжи и горнолыжные курорты, а туризм составлял третью часть дохода.

О Ливане благодаря телевизору у нас сформировался набор стереотипов. Многие путают его с Ливией. Европейцы, напротив, сравнивают Бейрут с Парижем, страну — со Швейцарией. Все эти параллели — сильная натяжка.

Баальбек. Фото: Анна Темерина

Страна Кедра не спешит открываться чужеземцу. Просто затягивает, как воронка… Летишь в нее, словно кэрролловская Алиса, не спеша, успевая оборачиваться в древнюю древность, «для того, чтобы по­думать, что нас ждет впереди». В Ливане и мифы, и буквы Священного Писания обретают плотность, ты почти видишь, как именно здесь, в Тире, — крупнейшем в Финикии городе с 6-тысячелетней судьбой, жители бегут на остров, спасаясь от армии Навуходоносора. Как Иисус вершит здесь свое первое чудо. Как к берегам родины папируса Библоса приплывает сундук с телом Осириса. Как в Сидоне (Сайда), торговом центре Древнего мира, городе пурпура и стекла, царь Федим дарит сосуд для вина из серебра и золота Гомеру.

Выборы, выборы

Восьмилетняя бейрутянка заказывает папе ростовых кукол на свой день рождения: Спайдермен, Насрала и Путин.

Ливанцы чрезвычайно политизированы. Как и мы, собираясь за обильным столом (кухня Ливана славится на весь мир), произносят дежурные фразы про самочувствие, семью, и понеслось… 16 лет гражданской войны. 10 — оккупации. 18 конфессий. Политических партий не сосчитать. Плюс темперамент. Таксист, охранник, продавец газет и сувениров знают и расскажут вам, как благоустроить жизнь.

Начинаешь говорить с ливанцем про запутанную, как лабиринт Минотавра, политическую обстановку. Разговор обязательно вырулит на магистральные темы. Помимо конфликта с Израилем и бомбежек Сирии — это выборы, которые долго не могли  состояться. Два года Ливан жил без президента.

Согласно межобщинным договоренностям, Ливан — единственное арабское государство с президентом-христианином (маронитом). Премьер-министр — мусульманин-суннит. Спикер парламента — мусульманин-шиит. Между претендентом на главный пост генералом Мишелем Ауном и шиитской группировкой «Хезболла» заключен союз. Многие фракции поддержали Ауна. Впрочем, инженер Бэре Парман за два дня до выборов убеждал меня, что, несмотря на все предварительные договоренности, выборы могут быть сорваны. Слишком много коррупции на самом верху. Да и кресла депутатов стоят неимоверно дорого (называют цифру до $400 тысяч), значит, коррупция будет процветать. Недавно на территории Ливана обнаружили газ и нефть — борьба за власть будет еще ожесточеннее.

Но на этой неделе Аун все же выиграл выборы. В стране теперь есть президент.

Ливанцы устали воевать, многие соглашаются с тем, что «Хезболла» провоцирует соседей, но без ее армии, по мнению моих собеседников, Израиль может захватить Южный Ливан. Архитектор Салех, окончивший ленинградское Мухинское училище, убеждает меня, что у «Хезболлы» нет никакой идеи исламизации общества. Напротив, бойцы шиитской организации борются с ваххабитами. Он считает, что Армия Бога слишком занята войной в Сирии, внутренние конфликты ей ни к чему.

Памятник мученикам в Бейруте. Фото: Анна Темерина

Все меньше голосов в обществе, ратующих за ограничение власти полномочий «Хезболлы», которую справедливо называют «государство в государстве». Все опаснее выступления против «Партии Аллаха». Но раз армия и госструктуры слабы, бедны — разрастается и неконтролируемо множится реальная сила, которую финансово питает Иран.

Проблемы Сирии перетекают через границу, которая несколько лет назад была номинальной. В многочисленных разговорах и дискуссиях выяснилось: большинство моих собеседников поддерживают бомбежки Россией Сирии, они говорят о равновесии сил c американцами. Любимое слово в разговорах про политику — «баланс». Все зыбкие надежды мусульманско-христианского общества — на стабильность.

Бейрут и другие

Здесь все рядом. Самая большая мечеть и кафедральный маронитский собор Святого Георгия с Богоматерью кисти Делакруа. Римский храм Зевса, высотки шикарных отелей и бизнес-центров, французская площадь Этуаль, памятник мученикам, казненным османами. Рядом с римскими руинами — ветхий район палестинских беженцев. Войти сюда легко, выйти — не очень. История здесь пенится битвами. Финикийцы, римляне, варвары, христиане, арабы, крестоносцы, мамлюки. 400 лет под владычеством турок в составе большой Сирии, многолетний французский мандат. Крупнейшая на Востоке армянская диаспора. Лагеря сирийских беженцев, которых здесь бессчетно.

Страна с ее уникальным расположением в Западной Азии похожа на слоеный пирог цивилизаций. Как будто все мировые культуры и религии назначили свидание в одном месте — в разное время. В фундаментах мечети Аль-Омари — римский храм Юпитера, превращенный в византийскую церковь, крестоносцы вознесли здесь храм в честь Иоанна Крестителя, мусульмане  перестроили его  в мечеть Фарух аль-Ислам («Победа ислама»).

Недавно восстановили бейрутскую синагогу. Ходить в нее особенно некому, это скорее демонстрация терпимости. Иудеев после последних конфликтов с Израилем — буквально несколько сотен. С израильской визой в Ливан не пустят. С ливанской — вас промурыжат в аэропорту Бен-Гурион, но въезд разрешат. На всех магистралях блокпосты. Военные на улицах, перед входом в кинотеатр, около гостиницы. Военные сопровождали нас в Баальбек, расположенный неподалеку от сирийской границы.

Баальбек. Фото: Анна Темерина

По людной набережной Корниш идут женщины в черных хиджабах с узкой щелью для глаз, навстречу им девушка выстукивает в чем-то страшно обтягивающем и на лабутенах. Мимо бежит мусульманка в платке, спортивных штанах и кроссовках. Курят практически везде. Ливан — единственная страна арабского мира, в которой официально разрешены производство и продажа алкогольных напитков, трапеза не обходится без бокала терпкого красного Chateau Kefraya или легкого розового Chateau Xara. Это Бейрут. Кафе и кальянные полны. Выставки, фестивали, небольшие театры (наибольший спрос у сатиры). Ночные клубы и дискотеки, огромное казино.

Все пестро, мирно. И все может взорваться вмиг. Нестабильная стабильность… Пробки как в Москве. На 2 миллиона бейрутцев — 3 миллиона машин. Пешеходов не пропускают, переход улицы — отдельный аттракцион. Фотографировать госучреждения не рекомендуется. Да и военных — исключительно с их согласия.

Жительницы Бейрута охотно посещают модные бутики, не жалеют времени на красоту. Ливан разделяет с Бразилией первое место по пластическим операциям.

Ливанцы страшно гордятся, что они потомки финикийцев, создавших письменность. У образования здесь особая репутация. 43 университета. 70 тысяч студентов на 4-миллионное население. Впрочем, сколько жителей в Ливане, никто точно не скажет (последняя официальная перепись населения была в 1932-м, и новую в многоконфессиональной стране ожидали с тревогой). В образование детей вкладывают существенную часть дохода. Доктор Акиль рассказывает, что платит ежемесячно $2 тысячи за обучение дочери в Американском университете на медицинском факультете. Он показывает мне в телефоне фото своего дома с зеленой лужайкой. Всего в 20 км от границы с Сирией. «Не боитесь, что война придет к вам?» — «Мы не боимся, — ласково улыбается Акиль. — Границу контролирует «Хезболла». Они нас защитят». Акиль также произносит любимое ливанцами слово «баланс»…

Акиль выкладывает на учебу дочери треть зарплаты. Минимальная зарплата около $700. А получить лицензию на такси стоит примерно 27 тысяч.

Лучше других зарабатывают врачи. Особенно маститые, с именами. Знакомлюсь с процветающим хирургом, совмещающим работу в государственном госпитале с частной клиникой. Основная статья дохода — операции. За здоровье, как и за обучение, здесь привыкли платить. Инженер Хусейн руководит местным шахматным клубом и хвастается, что Ливан занимает 75-е место среди 180 стран. Вместе с Российским культурным центром русскоговорящие ливанцы празднуют 9 Мая и участвуют в акции «Бессмертный полк». Есть клуб выпускников советских вузов, есть — российских. Давно бы объединились…

Есть в русской женщине…

Русскоговорящих в Ливане более 25 тысяч. Это и выпускники вузов, и эмигранты (среди них — внук художника Серова). Российская диаспора в основном женская. По местным законам жена получает ливанское гражданство (раньше совсем быстро, сейчас сложнее). Но если ливанка выйдет замуж за иностранца, ему и их детям не светит счастье быть ливанцами. Русские жены пользуются здесь особым спросом. Они образованны (приятно сказать, что твоя жена — врач или педагог), непритязательны. Основные правила поведения женщине диктует не общество, а семья. Ольга Дагер, анестезиолог по образованию, работает экскурсоводом. В Ливане более четверти века: как и многие ее сверстницы, познакомилась с мужем в институте, ее муж травматолог. Очутилась в семье шиитов, но не религиозных, поэтому ни платков, ни особых ритуалов не требовалось.

Баальбек. Фото: Анна Темерина

Светлана Сафа, председатель Координационного совета соотечественников, прекрасно говорит по-арабски. Ее муж — друз, дочь приняла католичество, вышла замуж и уже развелась. Точнее, пытается развестись, у католиков это муторное дело. С мужем Светлане тоже повезло, мало того что образован, совершенно не давит. Похоже, она — лидер в семье. Что не очень типично для ливанских традиций: здесь мужчины привыкли в семье доминировать.

На протяжении многих лет русская диаспора была расколота конфликтом между советскими и «бывшими». Но наследников Белой колонии все меньше, в клубке новых проблем растворяются старые разночтения. Проводятся совместные вечера. В последнее время демонстративно обособляются украинские эмигранты. От старой русской колонии Культурному центру осталась уникальная книжная коллекция — огромная библиотека книг, вывезенных из дореволюционной России. Среди них фантастические раритеты, достойные РГБ. Но куда бы ни писали ливанские россиянки — нет ответа.

Хезболла-ленд

Гид с говорящим именем Джихад показывает нам огромные рвы с инсталляциями из лежащих навзничь ржавых израильских танков, поверженные гранатометы, насаженные на шесты каски. «Это — ад, — любезно объясняет Джихад, — где и будут гореть сионистские бойцы».

На внушительной территории бывшей военной базы и штаба «Хезболлы» в Млите (оплоте шиитского движения в Южном Ливане) расположился музей, прославляющий организацию, во многих странах (но не в России) названную террористической… Прологом к путешествиям в войну становится пропагандистский киножурнал, который крутится нон-стоп в комфортном кинозале. Оглушительная фонограмма с центральной темой «Полюшко-поле»: мученики и жертвы сионистов превращаются в героев.

Фото: Анна Темерина

В финале сам Насрала объявляет эру победы («Хезболла» рассматривает вывод израильских сил как победоносное окончание войны 2006-го). Этот боевой листок, как и весь парк военных аттракционов (бесконечные укрепленные подземные траншеи, манекены стреляющих из укрытия боевиков, мощные ракетные установки, кухня и штаб со стареньким компьютером), призваны воодушевить новых бойцов «Партии Бога».

Джихад по профессии компьютерщик. Он говорит мне, что сам в «сопротивлении» участвовал без оружия: занимался поставкой продуктов, воды, составлением бумаг. Вопрос, есть ли у него знакомые израильтяне, вызывает у Джихада возмущение, но, быстро оправившись от оторопи, он говорит сухо, что да, знает пару евреев.

Лед тронулся

Здорово, что в Ливан пришло российское кино. Кажется, его очень ждали. Показы шли в двух больших кинотеатрах. Пять тысяч зрителей посетили фестиваль. Зрительские российские картины, вроде «Экипажа» и «Ледокола», публика принимали тепло (для «Ледокола», показанного на открытии, пришлось снимать второй зал). Ностальгия «по советскому» среди русскоязычного населения в ходу, ценности развитого социализма хорошо воспринимаются ливанцами. Но самые жаркие обсуждения были после документальных телевизионных фильмов на животрепещущие темы. О мальчишках-паркурщиках, гоняющих и летающих над развалинами Газы. О подготовке курдских девушек к войне с боевиками запрещенной террористической организации «Исламское государство» («Её война: женщины против ИГ»).

На показе документального кино. Фото: Анна Темерина

Вальяжный ливанец иронизировал после показа: «По вашему фильму выходит, что они не столько с терроризмом хотят воевать, сколько убежать от домашнего насилия, бороться за свои права. В чем месседж вашего фильма?» Автор объясняла, что не снимает «кино с месседжем», пытается максимально объективно фиксировать происходящее. Ей неинтересно заниматься пропагандой.

В фильме Марии Ивановой, организатора фестиваля, и Николая Викторова («Бежать от войны») сплетаются судьбы сирийских беженцев. Молодая художница, которой удалось добраться до Берлина. Подросток, достигший вожделенного берега «без войны», оторвавшийся осколок семьи. Мать-одиночка с тремя детьми, добравшаяся до Москвы и ощутившая здесь свою отделенность от «дорогих москвичей». Витальный Хасан, живущий в лагере беженцев, его две жены и его 17 детей. Примерно. Он пытается пересчитать их под хохот зрителей. Дети продолжают в этой большой семье рождаться и в лагере. Спрашиваю у Марии Ивановой, что ее удивило в процессе подготовки фестиваля. «Самым удивительным стал профессионализм ливанской команды. Все точно, ответственно. Никакой восточной неопределенности. На этих людей можно положиться». Больше всего ливанцам понравился анимационный фильм Бронзита «Мы не можем жить без космоса». Вначале много смеялись, потом была тишина, в финале плакали. Очень эмоциональный здесь зритель. Контакт с подлинным наступает мгновенно.

В Ливане еще с советской поры сохранилось не только наше оружие, но и сформированное советским (а ныне и российским) образованием мировоззрение, социальные навыки и главное — искренняя симпатия к России. Были здесь и раньше разнообразные фестивали, концерты с нашим участием. Но у кино — конструктора действительности — есть способность затрагивать животрепещущие вопросы. Именно такие фильмы здесь ждут. Фестиваль российского кино будет продолжаться, а наши фильмы вслед за «Экипажем» будут выходить на ливанские экраны. Иначе уподобимся финикийцам — первым морским путешественникам, обнаружившим Америку задолго до Колумба. Только они не стали ее открывать: посмотрели.. и поплыли назад.

www.novayagazeta.ru

рекомендации путешественникам. Время, климат, валюта, обычаи

Авиаперелет
Документы
Время
Расположение и климат
Валюта
Язык
Здоровье
Еда и напитки
Одежда
Прокат автомобилей
Ночная жизнь
Пляжи и бассейны
Покупки
Бейрут
Триполи
Тир
Захле
Полезные телефоны

Ливан

Рекомендации путешественникам

  Нижеприведенные советы, проверенные многолетним опытом успешной работы компании «Открытие», помогут Вам немного подготовиться к поездке в Ливан и получить от нее полное удовольствие. Рекомендации составлены на основе обширного личного опыта сотрудников компании и многих туристов, открывших для себя Ливан с нашей помощью. Здесь можно найти ответы на большинство наиболее часто задаваемых вопросов.

Мы ценим все Ваши советы и рассчитываем на Ваш опыт — пожалуйста, дополняйте размещенные здесь рекомендации.
Мы будем искренне рады ответить на все дополнительные вопросы.

Вылет из Москвы
Подавляющее большинство туристов вылетает прямым регулярным рейсом Москва — Бейрут авиакомпаний «Аэрофлот» из аэропорта «Шереметьево-2». Время в пути — около 4 часов.

Очень важно: Регистрация начинается за 2 часа до отправления рейса и заканчивается за 40 минут до вылета. Рекомендуемое время прибытия в аэропорт — за 2 часа 15 минут до отправления. Пожалуйста, внимательно рассчитайте время поездки в аэропорт — в случае неявки на рейс ни наша компания, ни принимающая сторона в Ливане не несёт никакой ответственности за убытки пассажиров, не вылетевших вовремя из Москвы.

Документы
Перед вылетом проверьте у себя наличие следующих документов:
*загранпаспорт;
*авиабилеты (при утере билетов немедленно обратитесь в нашу компанию, либо в принимающую индийскую компанию, либо в представительство Аэрофлота в Бейруте)
*обязательно заполняйте таможенную декларацию при вылете в Шереметьево — 2 при вывозе более 3000 USD
*туристическая путевка нашей компании, взаимно согласованная с нами программа маршрута
*медицинская страховка.

наверх

Время в Ливане
Отстает от московского на 1 час.

Расположение и климат
Ливан расположен в Западной Азии, на восточном побережье Средиземного моря. Граничит с двумя государствами — Израилем и Сирией. Территория: 10,4 тысячи квадратных километров. Столица — Бейрут. Климат: субтропический средиземноморский.

Средняя температура воздуха на побережье

  январь февраль март апрель май июнь июль август сентябрь октябрь ноябрь декабрь
воздух 10 15 15 20 25 27 28 28 26 20 20 15


Средняя температура воздуха в горах (на высоте 1000 м)

  январь февраль март апрель май июнь июль август сентябрь октябрь ноябрь декабрь
воздух 6 6 12 18 20 22 25 27 24 20 15 9

 

Валюта
Ливанский фунт. В обращении находятся банкноты достоинством 50, 100, 250, 500, 1 000, 5 000, 10 000, 50 000, 100 000 фунтов и монеты 250 и 500 фунтов. Доллары США обмениваются и принимаются к оплате повсеместно. Обмен, ввоз и вывоз иностранной валюты не ограничен.
Банки работают: понедельник — пятница — с 8.30 до 12.30;
суббота — с 9.00 до 14.00; воскресенье — выходной.
Обслуживание кредитных карт: American Express, Master Card, Visa Card, Diners Club.

 

Язык
Официальный арабский (для ливанцев — ливанский диалект арабского языка). Французский распространен среди старшего поколения. Знание французского считается признаком образованности. В последнее время все более популярным считается английский язык. В отдаленных деревнях зачастую говорят только по-арабски.

Здоровье
Почти все наши программы рассчитаны на обычных людей и не требуют никакой спортивной подготовки. В случае, если маршрут предполагает относительно высокий уровень физической активности, это особым образом указано в тексте программы. Мы всегда стараемся обеспечить максимально возможный комфорт и забота о Вашей безопасности — наш приоритет. Все выезжающие туристы в обязательном порядке обеспечиваются медицинской страховкой со страховой суммой от 30.000 долларов США. Индивидуальный подход к запросам каждого туриста (в том числе в вопросах обеспечения здоровья и безопасности) — основополагающий принцип как нашей компании, так и наших партнеров в Ливане. Согласно рекомендациям Всемирной Организации Здравоохранения, обязательных прививок для поездки в Ливан не требуется. Одно из важнейших ежедневных правил — не пить сырую воду и не есть немытые овощи и фрукты. Всегда покупайте воду в пластиковых бутылках, которая продается практически везде. Не пейте сырое молоко, напитки, содержащие молоко (коктейли), свежевыжатые фруктовые соки и напитки со льдом — все они могут содержать болезнетворные бактерии. Избегайте мороженого — оно могло растаять и быть заражено случайно попавшей водой. Покупайте только те фрукты и овощи, которые можно легко очистить (бананы, апельсины и т.п.). Обязательно тщательно мойте их кипяченой или обеззараженной водой.

наверх

Еда и напитки:
В мусульманских районах не принято продавать и употреблять в пищу свинину. В большинстве христианских кварталов есть винные магазины.

Одежда:
В целом, в Ливане можно не ограничивать себя в манере одеваться. В некоторых мусульманских районах на Юге и в долине Бекаа мужчинам лучше воздержаться от шорт, а женщинам не носить чрезмерно открытые или облегающие одежды. При посещении мечетей посетители снимают обувь и либо сдают ее в специальный гардероб, либо несут ее с собой. Женщинам лучше одеться неброско, в закрытое платье, и покрыть голову платком. В некоторых местах выдают накидки, чтобы закрыть волосы, руки до запястий и ноги ниже колен. На пляжах можно использовать достаточно открытые купальные костюмы, но такие варианты, как топлес и нудизм, исключены.

Прокат автомобилей:
Если Вы намерены ездить по стране и посещать отдаленные пункты, то без аренды автомашины в Ливане не обойтись. Прокат автомобилей достаточно дешев. Малолитражку можно арендовать за 30-35 долларов в день. Не забудьте внимательно ознакомиться с условиями аренды! Бензин измеряется не только литрами, но и местной мерой объема «тенеке» («канистра»), равной 20 литрам. Стоимость 1 литра бензина «супер» — 800 фунтов. На заправочных станциях обычно указывается цена за 10 литров.

наверх

Ночная жизнь
Большинство ночных клубов сосредоточено в Бейруте вдоль набережной и дальше на север, в Ашрафии и Джуние (особенно в районе бухты). Практически все крупные отели устраивают шоу или дискотеки. Шоу обычно начинаются в 22 часа и могут продолжаться до 5 утра. Это может быть ливанская или восточная музыка с танцем живота, программа, исполняемая танцовщицами из стран СНГ или Восточной Европы. Клубы, как правило, дороги. Заказывать еду в них не обязательно. В районе Американского университета имеется пара неплохих джаз-клубов с разумными ценами. Любители прогулок на свежем воздухе отправляются на знаменитую бейрутскую набережную Рауша.

Пляжи и бассейны
Ливанские пляжи делятся на базальтовые (каменистые), чьи скалистые берега обрываются в море, и песчаные. Базальтовые пляжи отличаются очень чистой водой, и все имеют удобные сходы в воду. У песчаных пляжей вода в полосе прибоя порой мутновата. Песчаные пляжи имеются к югу и северу от Бейрута, в Джуние и дальше к северу от нее. Самый лучший песчаный пляж в Бейруте, в районе Рамлет аль-Байда, является муниципальным, т.е. вход на него свободный, но надо платить за шезлонг и за зонт. В Джуние есть парк водных развлечений для детей.

Покупки:
В Ливане есть, что купить. Три главных торговых района Бейрута: Бурж Хамуд — район недорогих магазинов в армянском квартале. Здесь же находятся золотые рынки, где золото (от 18 каратов) продается по 9 долларов за грамм. Здесь в основном одевается молодежь, но найдутся товары для всех возрастов. Район улицы Хамра — можно купить обувь, одежду и кожгалантерею. Район богатых магазинов Варда — для изысканных покупок. В Джуние есть и дешевые вещевые базары и богатые магазины в районе Каслик. Город Триполи известен своими золотыми рядами. Именно в Триполи в районе старого сука (базара) знатоки приобретают нечто «оригинально-национальное». В Джубейле (Библос) и Бейт эд-Дине также есть магазины, специализирующиеся на традиционных изделиях ручной работы, прежде всего пряже и вышивке. Район Шуфа считается местом, где покупают лучшее шитье по шелку. Эхден известен работами по меди и металлу; Джеззин — великолепными ножами и холодным оружием; Рашея — оригинальными ювелирными изделиями; Сарафанд — стеклом.

наверх

Бейрут:
Этот город называют по-разному. Одни за живописное расположение на берегу Средиземного моря у подножия высоких гор зовут его жемчужиной Ближнего Востока. Другие, отдавая должное царящей здесь деловой активности, называют Бейрут средиземноморской Швейцарией. Третьи, очарованные самыми модными и красивыми на Востоке женщинами, прекрасными магазинами, европейской архитектурой, уютными кафе и ресторанами, считают, что к Бейруту более всего подходит название Парижа Востока. Но, наверное, точнее всего характер и историю города отражает четвертое название: город — феникс. За долгую историю Бейрут неоднократно разрушали, но всякий раз он снова восстал из пепла еще прекрасней, чем раньше. Последнее возрождение города происходит на наших глазах. После 15-летней разрушительной гражданской войны (1975-1990 гг.) Бейрут за несколько лет сумел отстроиться и стать еще современней и красивей. Бейрутская набережная называется на французский манер: корниш (corniche). Это одно из приятных мест для прогулок: с одной стороны море, с другой — большей частью богатые жилые дома, рестораны, кафе, клубы, представительства иностранных компаний. «Корниш» обрамляет весь Западный Бейрут с северной и западной сторон. Это — излюбленное место рыбаков, пытающихся со скал длинными удилищами выловить какую-нибудь рыбешку. И конечно же, это место для влюбленных… Впрочем, торговцев всякой (особенно съестной) всячиной здесь не меньше. Еще больше покупателей. Здесь можно увидеть все слои и группы населения Бейрута. Началом «корниша» (если двигаться по нему с востока на запад) принято считать участок набережной, называемой улицей Мина аль-Хосн. На мысе возвышается пятиэтажный куб гостиницы «Сент-Джордж», расположившейся на берегу уютной бухты яхтклуба. Вверх по авеню Шарля де Голля мы увидим набережную под названием Рауша (от французского rocher — «скала»). Здесь чрезвычайно красивый высокий скалистый берег. В море, в нескольких десятках метрах от берега, высятся отвесные склоны двух небольших островков — это знаменитые Голубиные скалы, или Голубиный грот (Pigeon Rocks). Особый шарм им придает сделанный морскими волнами сквозной грот. Об этом месте в Бейруте ходит много легенд, в основном связанных с несчастной любовью: безнадежно влюбленные бросались с этих скал, чтобы свести счеты с жизнью. А через 400 метров после грота — песчаные пляжи, известные как «Рафик Харири бич». Это единственный большой песчаный пляж в районе Бейрута и, что особенно важно, муниципальный, т.е. бесплатный. Район Хамра находится в самом сердце Бейрута. Он получил название по проходящей через него центральной улице, которая считается главной торговой и финансовой артерией столицы. Здесь расположено большинство магазинов, банков, ресторанов, кинотеатров. Здесь нет памятников старины, повсюду стандартные современные здания. Зато здесь можно почувствовать бьющую ключом жизнь ливанской столицы. Американский университет Бейрута был основан в 1866 г. миссионером-протестантом Даниэлом Блиссоми назывался в те времена Сирийским протестантским колледжем. На территорию университета стоит войти, чтобы насладиться зеленой роскошью его парка и газонов, пением птиц и покоем, который контрастирует с суетой и шумом бейрутских улиц. Здесь есть свой интересный археологический музей, основанный в 1868 г.. В нем собраны великолепные экспонаты как из Ливана, и из различных районов Ближнего Востока. В основном представлены предметы, относящиеся к древнейшей и античной истории, а также к византийской эпохе, в том числе образцы керамики из Месопотамии и древнего Египта, относящиеся к 5-4 тыс. до н.э. и многое другое. Музей открыт с 10:00 до 12:00 и с 14:00 до 16:00, в субботу с 10:00 до 12:00, выходной-воскресенье. Вход свободный. Центральный Бейрут более всего пострадал в дни гражданской войны. Сегодня осуществляется самый грандиозный проект по восстановлению городского центра. Несмотря на разрушения и генеральную перестройку, здесь сохранены главные достопримечательности. Между Большим дворцом (Гран Серай) и ул. Риад ас-Сольх (чуть севернее) протянулся участок археологических раскопок. Здесь обнаружены римские термы. Можно различить три главных помещения: кальдарий (горячее отделение), тепидарий (теплое) и фригидарий (холодное). Улица Риад ас-Сольх на севере упирается в ул. Вейган. Последняя примечательна тем, что является прямым потомком главной улицы римского города — декумануса, пересекавшей город с запада на восток. На север от ул. Вейган находятся старые рынки, известные в Бейруте под названием Сук Тауиле. На юго-востоке на улице Вейган находится Большая мечеть, известная также, как мечеть Омари. Через 100 метров на юг находится знаменитая площадь Этуаль (площадь Звезды) — от нее действительно, как лучи, расходятся улицы. Улица Маарад, идущая от площади на юг, создана по подобию парижской улицы Риволи. Через 150 метров на юг по ул. Маарад до пересечения с ул. Эмир Башир увидим римские колонны — здесь с юга на север проходила вторая главная улица римского города — кардо максимус. За колоннами возвышается собор Св. Георгия (возведен в 1890 г.). Через 100 метров — площадь Мучеников («Бурдж»). С 1772 г. Этот район стал известен как площадь Пушек. А название «площадь Мучеников» напоминает о казни здесь в 1915 г. Руководителей османского владычества. Площадь традиционно являлась местом, где происходили главные события в жизни города.

наверх

Триполи:
Второй по Величине город Ливана порой претендовавший на роль столицы. По богатству истории он не уступает Бейруту. Жители Триполи считают что их город сумел сохранить свое историческое лицо именно благодаря тому, что остался провинцией. Действительно, здесь много памятников времен мамлюкских и османских султанов, а средневековые триполийские рынки и узенькие улочки сохранились почти без изменений. Основная часть населения города — мусульмане-сунниты, которые более консервативны, нежели бейрутцы, и менее европеизированы. Жизнь здесь течет по-восточному размренно и спокойно. Контрастируя со старым городом, от которого в сторону портового района аль-Мина идут широкие бульвары, новые районы могут похвастаться вполне современной архитектурой, модными ресторанами и магазинами. Хотя сам район аль-Мина тоже весьма древний. В эллинистическую эпоху город получает свое нынешнее название — Триполис, что означает «тройной город», то есть, созданный из трех поселений (в арабском произношении — Тарабулюс). Возвышающиеся иглы современных минаретов соперничают с мечетями Мамлюков, яркие восточные базары — со строениями крестоносцев, а в центре города, господствуя над ним, стоит на скале крепость Раймона Сен Жиля графа Тулузского, построенная в 1289 году. Отсюда открывается захватывающая дух панорама старой части города со старинной турецкой баней, караван-сараем и базаром. Если внимательно всмотреться, то можно заметить в архитектуре многих зданий итальянское влияние. Одно из примечательных сооружений такого рода — четырехугольная башня Бурдж ас-Саба — Львиная башня — названа так из-за изображений львов, одно из которых находится над входом). Она построена мамлюками в XV в. И была частью прибрежной оборонительной системы при отражении османских набегов. Красива мечеть Таньял, возведенная в 1336 году на развалинах Кармелитской церкви, построенной крестоносцами. Вход в молельный зал — это уникальный пример Трипольской архитектуры эпохи Мамлюков. В 12 веке была возведена крепость замка Святого Жиля. Неподалеку располагается Великая Мечеть, построенная на развалинах Собора Св. Марии 12 века. Лучшее место для прогулок — набережная в аль-Мина. Отсюда можно заказать лодочную прогулку, например — на один из близлежащих островов. На самом большом из них — Пальмовом острове (Island of Palm Trees) — с 1992 г. Устроен национальный заповедник, где живут редкие виды птиц и зеленые черепахи. Здесь также есть остатки римской эпохи и времен крестовых походов.

Тир:
Тир расположен на полуострове, который был образован постепенным слиянием двух небольших островов с материком. Рыбацкая гавань наиболее колоритная часть Тира. Неповторимую атмосферу создают разноцветные рыбачьи лодки и мастерские, в которых строят лодки, применяя традиционную технологию, а также чинят рыболовецкие снасти точно так же, как это делалось сотни лет назад. В этом районе есть несколько приятных ресторанчиков и кафе. Базары располагаются к юго-востоку от гавани — они не такие большие, как в Триполи, но всегда оживленные и по-своему неповторимые. На южной стороне — район археологических раскопок аль-Мина, который некогда примыкал к Египетской гавани. Он делится на две Зоны: Зона 1 (вход с восточной стороны) находится на том месте, где была финикийская морская цитадель Тира. Главная улица, украшенная мраморной колоннадой. Местами сохранилось мозаичное покрытие. Небольшие островки в море недалеко от берега (на юго-западе) на самом деле — остатки сложенного из громадных блоков мола, защищавшего Египетскую гавань. К северу через дорогу, находится Зона 2. Хотя туда пока нет доступа (ведутся раскопки), можно увидеть впечатляющее основание и восстановленные гранитные колонны собора Св. Креста (XII в.). Аль-Басс — Зона 3, находится в 1 км на восток от Зоны 2. Это материковая часть древнего города. Здесь проходит улица, украшенная колоннадой, которая является продолжением той, что в Зоне 1. Дорога идет вдоль большого римско-византийского некрополя: здесь много саркофагов и погребальных памятников. Большинство относится ко II в., самые древние датируются II в. До н.э., а самые поздние — IV в.. Здесь можно увидеть мраморные саркофаги с барельефами, изображающие в основном сцены из греческой мифологии и поэм Гомера.

Захле:
Захле находится на высоте 945 м над уровнем моря. Здесь приятный относительно прохладный и сухой климат, что делает город популярным летним курортом. Он тянется вдоль берегов реки Бердауни, стекающей со склонов горы Санин. Захле — один из центров интеллектуальной и культурной жизни Ливана. Население города большей частью греко-католики. В 1860 г. Захле сильно пострадал во время друзо-христианских столкновений. Но 1885 г. в связи с открытием железной дороги Дамаск-Алей, которая проходила через Захле, город стал быстро возрождаться. В западной части над городом возвышается 54-метровая бетонная башня, которую венчает 10-метровая бронзовая статуя Девы Марии. Этот монумент называется Богоматерь Захле и Бека. Лифт доставляет на обзорную площадку на верху сооружения. Рекомендуем посетить погреба винодельческого завода Ксара. (Кав де Ксара — погреба Ксары). В средние века здесь находился укрепленный дворец, отсюда и название — Ксара — дворец. Местные почвы и климат чрезвычайно хороши для выращивания винограда, употребляемого для изготовления вина. Погреба Ксары находятся в природных пещерах, уходящих глубоко в глубь горной породы, их протяженность составляет 2 км. В конце экскурсии по туннелям Ксары вам непременно предложат продегустировать некоторые сорта известной продукции завода. Белое и красное вино «Ксара» успешно соперничает с французскими винами и экспортируется во многие страны мира.

Полезные телефоны:
Полиция — 112,160;
Туристическая полиция — (01) 350-901, 343-286.
Министерство туризма — (01) 340-940 /941/942/943/944
Скорая помощь — 140, (01) 865-561, 863-295
Справочная служба — 120
Справочная аэропорта в Бейруте — (01) 628-000, 629-065
Пожарная охрана — 175, (01) 445-000

наверх

www.otkrytie.ru

Война не за горами. Как живёт столица Ливана — Татьянин день

На границе

По этой гряде проходит граница Ливана с Сирией

— В прошлом году я слышал оттуда стрельбу, — русский музыкант, приехавший в Бейрут на гастроли, машет рукой на синеющие за городом горы. По этой гряде проходит граница с Сирией — почти 400 километров вдоль большей части Ливана.

По меркам России расстояние от Бейрута до квазигосударства террористов всего ничего: примерно как от Москвы до Ярославля. Первый вопрос, который задают на паспортном контроле по прилете, звучит так:

— Сирию посещали или планируете?

— Нет, что вы!

Панорама Бейрута с горы

Пограничник молод и привлекателен: тонкие черты лица, прямой нос и на контрасте со смуглой кожей — белоснежная улыбка. Разглядывает паспорт, спрашивает, как дела. «Это же Париж Ближнего Востока! Они тут все кокетки и модники!» — шепчет на ухо наш продюсер. Но непринужденный разговор заканчивается тем, что нас — двух молодых женщин — не пропускают. Паспорта забирает другой офицер, при этом наш оператор-мужчина получает штамп без вопросов. Вскоре нас приглашают в отдельную комнату, где уже сидят несколько девушек-иностранок. Ещё раз спрашивают о цели визита (съёмка репортажа о музыкальном фестивале), делают ксерокопии паспортов, записывают название нашего отеля, и, наконец, пропускают через границу.

— Видимо, подумали, что мы собираемся заняться первой древнейшей профессией! — шутит коллега.

Догадка близка к истине: до недавнего времени десятки девушек из Европы и стран СНГ ежегодно приезжали работать «танцовщицами» в ночных клубах страны. Это было вполне легально, пока в 2005 году весомые посты в ливанском парламенте и правительстве не получила военизированная шиитская организация «Хезболла» («Партия Аллаха»), создавшая своего рода «полицию нравов». Кстати, боевики «Хезболлы» с 2011 года активно воюют в Сирии на стороне президента Башара Асада.

Париж Ближнего Востока

Кажется, что в Бейруте повсеместно идёт строительство

Мы отъезжаем от Международного аэропорта Рафика Харири. Это имя мало что говорит россиянину, незнакомому с ситуацией на Ближнем Востоке. Но буквально через час, уже в центре города, мы опять слышим эту фамилию — от таксиста, который недалеко от набережной сказал на ломаном английском: «Все случилось именно здесь». Кортеж бывшего премьер-министра Рафика Харири взорвали в 2005 году. Считается, что в деле были замешаны сирийские высокопоставленные чиновники. А ведь «ещё несколько лет назад… никто не осмеливался открыто подвергать сомнению «братский характер сирийско-ливанских отношений»», — отмечали эксперты после теракта.

Убийство Харири произошло в день открытия Международного фестиваля искусств «Аль Бустан» — концерт отменять не собирались, но никто из зрителей не пришел, вспоминает основательница смотра Мирна Бустани. Она встретила нашу съёмочную группу в ресторане отеля «Аль Бустан». Здание с роскошным видом на весь город построил в 60-е ее отец, ливанский нефтяной магнат и меценат Эмиль Бустани. «Похожа на Маргарет Тэтчер», — сказал кто-то из нас. И опять в яблочко: оказалось, Мирна Бустани — первая в Ливане женщина, которая была избрана в парламент страны в 1963 году.

— Она разговаривает с дочерью по-французски, это признак высшего общества! — заметила наш продюсер. До сих пор французский — главный иностранный язык среди образованного населения Ливана, на территорию которого после Первой мировой войны распространялся мандат Франции. Впрочем, разговор с нами мадам Бустани начала на безупречном английском — о том, как после 17 лет гражданской войны приучала сограждан слушать музыку, а не канонаду.

— Война закончилась в 1990-м, первый фестиваль мы устроили в 1994-м. Ничего еще не работало — даже телефон! Мы зазывали публику с помощью водителей такси, которые рассказывали о концертах своим клиентам, раздавали брошюры. Люди сначала даже не понимали, что происходит.

Мирна Бустани даёт интервью российской съёмочной группе

Первые зрители, вспоминает Мирна Бустани, не знали, как себя вести: всё время разговаривали, ходили по залу. Это неудивительно — мало кто бывал в концертном зале, да в Бейруте их и не было. Для своего фестиваля Мирна Бустани прямо в отцовском отеле построила небольшой зал на 450 мест.

— Но у вас же есть Ливанский филармонический оркестр — значит, должна быть и филармония?

— Ливанский филармонический оркестр играет в церкви! У нас нет хорошего симфонического зала, нет оперного театра. Я верю, однажды все будет построено, но для государства это пока не приоритет, у него много других забот.

Что это за заботы, ясно из сводок новостей — беженцы из Палестины и Сирии, террористическая угроза (12 ноября два взрыва в пригороде Бейрута унесли жизни более 40 человек), противостояние ИГИЛ (организация запрещена в России — «ТД»).

Но и без этого много сил отнимает урегулирование внутренних конфликтов. Кажется, что в Бейруте повсеместно идёт строительство: в центре ещё много зданий, которые не восстановили после гражданской войны 1975–1990 годов. Она началась как конфликт между мусульманами и христианами (их в Ливане почти поровну) и осложнилась вмешательством Сирии и Израиля. Бои шли прямо в городе, в отелях и школах, превращенных в опорные пункты ополченцев. Была уничтожена инфраструктура, разрушены национальная библиотека и консерватория. Погибли свыше 100 тысяч человек.

— Многие иностранные артисты, которые приезжали на наш фестиваль в первые годы, плакали, — рассказывает Мирна Бустани. — Я показывала им руины. Но Бейрут всё-таки реконструирован. И он совсем не такой, как о нем пишут в прессе!

Музеи и пляжи

Ливанцы отдыхают на набережной

Бейрут — космополитичный, просторный, из желтоватого камня, отчего постоянно кажется залитым солнцем. Многие женщины ходят по улицам с непокрытой головой, мужчины бреют бороды на европейский манер и одеваются «с иголочки» — в этом ливанцам позавидовали бы лондонские денди. В центре большое количество дорогих бутиков и банков — ещё недавно Ливан называли «Ближневосточной Швейцарией». А доллар везде также в ходу, как и ливанская лира, причём по одному и тому же курсу. Свои первые лиры мы получили, разменяв 10 долларов… в общественном туалете!

У нас было всего полдня свободного времени, и мы посетили одну из главных достопримечательностей Ливана — Библ. Это древний финикийский город возрастом 6 тысяч лет, а ныне — музей под открытым небом с руинами античного амфитеатра, замка крестоносцев, христианских церквей и османских мечетей. И одновременно тихая рыбацкая деревушка с большим количеством рыбных ресторанчиков и пляжем, который весной кажется пустым.

Развалины древнего Библа

— Ты заметила, что на пляже совсем нет женщин? — спросил коллега-оператор.

Он был прав: лишь несколько парней-ливанцев играли на песке в волейбол. Я уже решила, что этот пляж только для мужчин, когда увидела двух местных девочек, ходивших по берегу моря в закрытой одежде — футболках и лосинах. А чуть подальше — двух девушек постарше, по виду европеек, в открытых купальниках. Они сидели на песке и не решались войти в воду. Волейболисты находились от них на почтительном расстоянии, с интересом поглядывали, но не пытались подойти познакомиться.

Стоило мне подать пример и зайти в море, как девушки тоже рискнули искупаться, а вслед за ними и ливанские девочки в своих лосинах и футболках.

Приют эмигрантов

Христианские церкви в Бейруте

Ливан — светская страна. Модель государственного устройства предполагает доступ к верховной власти представителей всех конфессий. Мечети в Бейруте соседствуют с христианскими церквями — католическими, армянскими, греческими православными. Есть и русский собор святого Николая.

— Приход у нас небольшой, состоит в основном из жён и детей ливанцев, — рассказывает настоятель храма игумен Арсений (Соколов), представитель Патриарха Московского и всея Руси при Патриархе Антиохии и всего Востока. — Также в нём — несколько потомков первой волны русской эмиграции.

Например, староста Ирина Джабер — дочь офицера Белой гвардии Алексея Лера и военной медсестры, родилась в 1929-м году в сирийском Алеппо (тогда это была по сути одна страна с Ливаном). Её родители покинули Россию в составе армии Врангеля во время эвакуации из Новороссийска осенью 1920-го года. Оба похоронены в Бейруте. Русских могил в Ливане много, говорит отец Арсений. Пока эта земля была под мандатом Франции, многие русские специалисты приезжали сюда работать, некоторые оставались навсегда. Среди прихожан подворья — Григорий Серов, внук художника Валентина Серова.

Многие члены прихода живут в том самом пригороде Бурдж-аль-Баражне, где 12 ноября произошел теракт. К счастью, никто из них не пострадал.

Центр города

— На их лицах вы не прочтёте испуга: они уже десятки лет живут в Ливане и давно привыкли «к войнам и военным слухам» (Мф. 24:6). Теракты в Ливане не редкость, но жизнь продолжается, и уже через три дня в нашем приходе было совершено очередное венчание, — продолжает отец Арсений.

По его словам, столица Ливана продолжает жить своей жизнью: работать, учиться, молиться, убирать мусор, готовиться к очередному марафону по улицам города. «Ливанцы — мужественный народ и злым людям его не запугать. Но меры безопасности, конечно же, усилены», — объясняет священник.

Ещё совсем недавно жизнь так же кипела и в Сирии, которая развивалась как светское государство: там не убивали христиан и мусульман-шиитов, не взрывали памятники, не казнили археологов и иностранных журналистов. В Дамаске был такой же русский приход, от которого сейчас почти ничего не осталось.

«Последний раз мне довелось совершать там богослужение в прошлом месяце, собралось лишь пятеро местных женщин. Остаётся надеяться, что, когда в Сирию вернётся мир, возродится и русский приход в Дамаске», — заключает отец Арсений.

Фото автора

www.taday.ru

10 вещей, которые нужно сделать в Ливане

Ливан – это перекресток культур и колыбель древней истории. Страна вкусных ароматных блюд и живописных гор, покрытых вековыми кедрами. Здесь тепло и радушно встречают гостей, поэтому каждому путешественнику стоит добавить Ливан в свой список мест, обязательных к посещению. Чем же можно заняться в этой «Ближневосточной Швейцарии»?

1. Прогуляться по улочкам Библоса


Библос  – один из древнейших городов на Земле и самый древний из тех, где жизнь общества не прекращалась ни на минуту. Здесь есть все, что может заинтересовать бывалого туриста: старинный порт с лодочками, традиционный восточный рынок «сук» со специями и сувенирами, красивые церкви. Основной достопримечательностью является замок крестоносцев с уникальным археологическим парком вокруг него. В парке таятся «сокровища» различных эпох и цивилизаций. А по вечерам Библос превращается в город романтиков и любителей повеселиться под открытым небом.

2. Сделать модные фото в центре Бейрута


В районе Ашрафийе царит его величество контраст. Узкие улочки с полуразрушенными войной и временем зданиями сменяются великолепными особняками и дворцами XVII-XIX вв. Здесь множество тематических кафе и баров, череда ярких лестниц и стен с граффити. Красочные артистические фотографии для инстаграм гарантированы!

3. Попутешествовать во времени в пещере Джейта


Двухуровневая 9-километровая пещера со сталактитами и сталагмитами поражает своей величественностью. Здесь же находится один из самых больших сталактитов в мире. Джейта – это природное образование, формировавшееся на протяжении миллионов лет. Приглушенная подсветка и звенящая тишина пещеры переносят посетителей в другую реальность. Фотографировать в Джейте строго запрещено, а добраться до нее можно на небольшом фуникулере.

4. Насладиться мороженым из списка Forbes


В центре Бейрута в полуразрушенном доме находится мороженое Hanna Mitri Moussa, признанное журналом Forbes Russia одним из самых лучших в мире. Рецепт хранится в строгом секрете и передается от отца к сыну. Лакомство готовят вручную из молока и салепа (клубней орхидеи) в сочетании со свежими фруктами и орешками. На вкус оно напоминает прохладный горный снег, смешанный с шоколадом, клубничным пюре или абрикосовой пастой.

5. Окунуться в атмосферу Востока в Триполи


Городу Триполи на севере Ливана около 4000 лет, и это самое колоритное место в стране. Здесь именно тот арабский мир, о котором мечтают туристы. Наиболее увлекательная часть Триполи – его старый рынок, состоящий из целого лабиринта улиц с фруктовыми лотками, рядами золотых лавок, мечетями и хаммамами (восточными банями) времен Османской империи. В Триполи есть еще один замок крестоносцев XII в., с которого открывается панорамный вид на город. Здесь вас ждет чистейшее море и сладкие горы местного специалитета – восточных лакомств с кремом и фисташками.

6. Подняться к Деве Марии


Статуя Девы Марии Ливанской на горе Хариса является главной христианской святыней Ближнего Востока. Отсюда открывается восхитительный панорамный вид на все побережье Ливана. До места можно доехать по горному серпантину или, что намного интереснее, поднявшись на фуникулере. Медленное 9-минутное путешествие начинается над скоростным шоссе и переходит в панораму жилых домов, до которых подать рукой.

7. Посетить Финикийскую стену и прибрежный Батрун


Финикийской стене, как и многому другому в Ливане, уже порядка миллиона лет. Она представляет собой окаменевшие песчаные дюны. За столь долгую жизнь что с ней только не делали древние цивилизации: использовали для постройки домов, укрепляли для защиты от морских атак, потом снова строили. Вокруг стены из-за морских приливов известняк стал пористый, с белой соляной коркой. От этого создается впечатление, что вы попали на другую планету. Сам Батрун – местечко не менее симпатичное. Название города впервые упоминается в древнеегипетских скриптах, датируемых XIV в. до н.э. Основан он был финикийцами, а в эпоху Средневековья являлся частью графства Триполи и славился своими виноградниками.

8. Ощутить единение с природой в парке «Божественный кедр»


Ливанский кедр – дерево священное. Оно более 70 раз упоминается в Библии. Из ливанского кедра был построен храм Соломона в Иерусалиме и первые финикийские лодки. Парк «Божественный кедр» расположен высоко в горах и находится под охраной ЮНЕСКО. Воздух в парке настолько свежий и чистый, что от избытка кислорода начинает кружиться голова. Недалеко от кедрового парка можно посетить живописное христианское селение Бшарре. Это родина известного ливанского поэта Джебрана Халиля Джебрана, здесь же находится его музей с мистическим секретом внутри.

9. Раскрыть тайны храма Юпитера в Баальбеке


Баальбек расположен практически на границе с Сирией, поэтому путь туда ведет через многочисленные КПП и проверки. Но оно того стоит! Археологи предполагают, что храм Юпитера, часть баальбекстого архитектурного ансамбля, был построен во времена правления Римской империи. О строительстве такого громадного сооружения, однако, римские источники умалчивают. Храм уникален по своей структуре, а по размерам превышает пирамиду Хеопса и греческий Парфенон. Чувствуете, повеяло темой инопланетных цивилизаций и их влиянием на древнюю архитектуру Земли?

10. Влюбиться в ливанскую кухню


Ливанская национальная кухня считается одной из самых вкусных и разнообразных в мире. Местные блюда благоухают специями, что придает каждому из них необыкновенный аромат и насыщенный вкус. Благоприятный климат способствует богатому урожаю овощей и фруктов. Близость моря обеспечивает жителей свежими морепродуктами. Мясо, особенно баранина на гриле, также является неотъемлемой частью национальной кухни. Самыми популярными в Ливане считаются меззе или небольшие закуски: хумус, баклажанная паста, традиционные салаты с булгуром или тимьяном, жареный сыр и многое другое. Ливанские рестораны есть практически на каждом углу. Они бывают тематическими и бюджетными с кальяном, нардами и расслабленной атмосферой или более помпезные, в стиле Бейрута во времена французского мандата.

Нет комментариев

Отчёты читателей

mishka.travel

В многочисленных лагерях беженцев в Ливане живет уже более двух миллионов человек

Власти Австралии предложили собрать беженцев из Африки и Ближнего Востока, стремящихся в Европу, и поселить в Средней Азии. В качестве модельной страны предлагают Киргизию. Мотивируют тем, что плотность населения там небольшая, а большинство исповедует ислам.

Если места будет недостаточно, то лагеря предлагают расширить на территорию остальных среднеазиатских республик. Но это означает, помимо всего, повторение пройденного и опасно для всего региона. Ведь пример лагерей изгоев без срока давности есть — это Ливан, где беженцы из разных стран уже превратились в нацию без прошлого и будущего, с одним лишь желанием в настоящем выжить.

Сегодня премьер страны заявляет — если у кого-то проблемы с беженцами, у кого-то с терроризмом, у кого-то с экологией, то Ливан, как губка, вобрал в себя все. Премьер даже обратился с трибуны ООН с мольбой — страна на грани исчезновения, помогите навести хоть какой-то порядок.

Страна, куда когда-то лайнеры, груженые золотом и черной икрой, летали ежедневно, радуя владельцев самых дорогих в мире арабских скакунов, Ливан стал самым жестким примером бесконечности гражданской войны и моделью того, как снежный ком нерешенных проблем может уничтожить рай на земле.

Мусорный ветер разносит по Бейруту предчувствие: скоро грянет буря народного гнева. Улицы ливанской столицы забиваются отходами который месяц. Чистюль не осталось — бросили. Всё равно никто это не вывозит. Стыдно — единицам. Объявление, написанное от руки, на куске картона, по-арабски горячее, даже грубое: «Ишаки! Не разводите грязь!»

Бейрут больше не благоухает восточными пряностями. Над городом висит стойкий запах нечистот, и сам по себе он никуда не денется. Когда идёт дождь, всё это растекается по улицам зловонными ручьями. Когда печёт солнце, запах только усиливается. И люди винят в этом не коммунальщиков, а власти страны: «От вас смердит!»

Это фраза-лозунг сердитых горожан. В Бейруте его пишут повсюду. За ним стоит общественное движение. Было экологическим, стало политическим. Грозят революцией, критикуют власть за то, что она бездействует, за то, что страна полтора года живёт без президента. Влиятельные религиозно-политические группировки никак не могут договориться.

«Да, все мы каждый день выбрасываем мусор. А куда его деть? Не мы должны об этом думать, а правительство. Но власти-то не до нас. Они там не могут разобраться между собой. Дождутся — наше терпение кончится!» — грозится гражданский активист Фади Хассу.

Блеск и нищета. Бейрут цепляется за остатки былой роскоши. Ведь его считали ближневосточным Парижем. Он из последних сил сверкает витринами. Бутикам района Хамра позавидовали бы европейские торговые дома. Город кичится дорогими спорткарами. На каждой машине — табличка: «Из частной коллекции». В такт столице и остальной Ливан делает вид, что нет никакого кризиса.

Уникальные красоты и редкости. Управляющий винодельней рассказывает взахлёб: здесь — гробницы времён Римской империи, здесь — знаменитые виноградники долины Бекаа. С гордостью ведёт на склад готовой продукции, но наотрез отказывается обсуждать, что происходит там, за воротами. А там — лагеря сирийских беженцев, впритык. Даже от вопроса: «Урожай этого года они собирали? Ведь это заработок, чтобы прокормить семью», — Фабиан увиливает.

Ливанцы любят ненавязчиво напомнить о том, что они — наследники великих империй. Финикийцев, которые изобрели буквы, империи Александр Македонского, Османской империи. Но есть и обратная сторона. Великая история — великие потрясения. Веками кровь здесь льётся так же обильно, как вино.

Родная кровь. Ливан и Сирия тесно связаны общей историей, общей религией — близнецы-братья. Когда началась война, сирийцы, конечно, побежали к соседям. Эта волна грозит захлестнуть Ливан. Сырая палатка, одеяла, которые едва согревают, и четыре постоянно голодных дочери — всё, что есть у Мутии Хаддад. А в Сирии не осталось ровным счётом ничего.

«Мне незачем возвращаться в Сирию. Я жила недалеко от Алеппо, в деревне. От неё ничего не осталось. Здесь я хотя бы могу заработать какие-то деньги. Собираю овощи, платят три доллара в день», — говорит она.

Их словно отбросило назад по ленте времени. Вместо водопровода — сточные канавы, вместо тёплого душа — вода в котелке. Вместо школы — улица. Улыбаются только дети. Только маленькие. Здесь быстро взрослеют.

Это лишь один из лагерей сирийских беженцев, который расположен недалеко от Бейрута. По сведениям властей страны, таких палаточных городов в Ливане сейчас более тысячи, и в них проживает более двух миллионов человек. Если учесть, что всё население Ливана — четыре с половиной миллиона, то, как бы власти ни относились к сирийским беженцам, они обязательно будут влиять на судьбу этой страны.

Сколько здесь затаившихся сторонников ИГИЛ? Ливан знает, что не все беженцы одинаково безопасны. Это уже проходили, когда Ясир Арафат и его «Организация Освобождения Палестины» попросили приюта и столкнули страну в хаос войны на пятнадцать лет. Лагеря беженцев стали государством в государстве. Теракты и убийства, в Ливане и за его пределами. Израиль и Сирия ввели войска, погибли тысячи.

В лагерях беженцев Сабра и Шатила в 80-е годы произошла страшная резня. Палаток здесь больше нет. Сабра и Шатила превратились в отдельный район Бейрута. Здесь теперь своя архитектура, своя торговля, свой рынок. И вообще, свой собственный уклад жизни, который очень сильно отличается от остального города. Единственное, что за сорок лет они так и не смогли сделать — стать здесь своими. По сути, все эти люди, до сих пор нелегалы.

Нелегальные дома с нелегальной электросетью. Нелегальные лавки с нелегальным бизнесом. Портной Хаммад Хадзи — один из немногих, у кого есть документы. Печать с ливанским кедром, но это — всего лишь знак того, что власти поставили его на учёт.

«Я не могу голосовать, я не ливанец. Не могу пойти к врачу. Не могу встать на биржу труда, шитьём зарабатываю. Всю жизнь, а мне 45 лет уже. И чувствуется, что жить стало хуже сейчас», — говорит он.

Мокасины, трико в звёздочку и шляпа. Кто здесь самый модный? Омару — четырнадцать. Он курит и не ходит в школу. Хочет славы и богатства. Долго ведёт за собой тёмными узкими закоулками, чтобы показать, как с друзьями читает рэп.

«Я ребёнок улиц, мне 14 лет! У меня нет денег, и будущего нет. Палестина — далеко, а в Ливане я чужой. Весь мир идёт на меня войной», — исполняет свои стихи Омар.

Когда война на пороге — Ливан постоянно живёт с этим чувством. Что ни столичный вид — фото с былых фронтов. Израненный отель «Финикия» — ни снести, ни перестроить. Прошитый пулями памятник. Отреставрировать — значит забыть. Новая угроза — чёрные знамёна. Пока не массово, но ливанская молодёжь уходит в ИГИЛ, в том числе, кризис толкает. Тем, кто перешёл на тёмную сторону, назад дороги нет. Армия и мусульмане-шииты «Хизбалла» не дают ИГИЛ прорваться из Сирии.

«Мы не можем остаться в стороне, когда наши братья по вере в Сирии ведут войну с «Дааш», вы их называете ИГИЛ. Милостью Аллаха мы не пустим их в Ливан. У нас достаточно оружия и воинов», — обещает координатор бюро внешнеполитических связей «Хизбалла», шейх Садек Наболси

В бейрутском книжном — бестселлеры этого года. Рецепты — «Суп для беженцев» и история ИГИЛ. Издание первое. Второй том вполне могут написать про Ливан. Опасаясь этого, премьер-министр страны выступил с трибуны ООН. Стране срочно нужна полноценная власть — парламент, правительство, президент. Ливан ждёт помощи от Ирана, Саудовской Аравии, США и России.

«Большинство ливанцев уповает на то, что сейчас активное участие России в урегулировании сирийского кризиса, как по военной линии, так и по политической приведёт к позитивным сдвигам и позволит перейти к решению ливанских вопросов, внутренней повестке дня», — уверен чрезвычайный и полномочный посол РФ в Ливанской Республике Александр Засыпкин.

В этой стране переплелись христианство и ислам, религия и политика. Слишком много вводных. Самим не разобраться. Судьбу Ливана всегда решали за его пределами. Страна всегда подстраивалась под ситуацию в регионе. А сейчас всем просто не до неё. Им остаётся только загадывать: «Прежде, чем я умру, я хочу чтобы…» Письма самим себе.

Если вчитаться, становится понятно — Ливан устал от постоянного ожидания худшего. Всё, чего они хотят — это наконец-то выбрать президента. Хотят, чтобы остановились бесконечные войны. Перекусить пиццей. Хотят быть единым, неразделённым народом. По большому счёту — просто хотят быть.

www.1tv.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о